Baka-Tsuki - User contributions [en]

Zero no Tsukaima ~Russian Version~:Volume8 Chapter1

2012-12-19T23:53:11Z

91.247.225.65: /* Глава первая: Конец войны */

===Глава первая: Конец войны===

"Как вам это? Это было наградой от изобилия духов мертвых".

Гиш, гордый как павлин, показал его Медаль Души Белых волос своим одноклассникам.

"Ах", - вздыхали одноклассники.

"Могло случиться так, что это не Белые волосы, но Щетины?" - прокомментировал кто-то. Гиш покраснел.

"Ахайте! Не говорите так! Это - награда Белых волос!"

Гиш бросал взгляд на укромный уголок классной комнаты. Монморанси была там. Хотя все его одноклассники собрались вокруг Гиша, Монморанси, с другой стороны, положила свои локти на стол и смотрела в окно, выглядя незаинтересованной. Эй, посмотри сюда, я хочу, чтобы ты услышала историю... Гиш почувствовал себя на мгновение задетым.

"Замечательно... Гиш, ты командовал компанией, которая первой напала на город Южная Гота?"

"Не упоминайте это", - Гиш гордо кивал. Все похвалили своего одноклассника, у которого были большие военные достижения.

"Неважно, Гиш. Честно, до настоящего времени мы думали, что ты был только громко высказывающимся мошенником, но теперь мы можем признавать нашу ошибку без остановки!"

"Здорово! Гиш! Ты удивителен!"

Гиш откинулся назад, слушая. Затем он скрестил ноги, и поднял палец, все еще выглядя столь же гордым как павлин.

"Теперь, я расскажу Вам историю о храброй борьбе армии против орков".

Аааах, прошел вздох.

Гиш посмотрел на Монморанси снова. И мучительно вздохнул. Причина состояла в том, что Монморанси все еще смотрела в сторону..., почему она так себя ведет... Гиш стал более печальным. Тогда он заговорил громче, чем необходимо.

"Когда стена сломалась, орки прибывали один за другим! Тогда, я спокойно скомандовал своими подчиненными из оружейного корпуса. Первый взвод! Готовьтесь! Цельтесь! Огонь!"

Говоря: "Огонь", Гиш поднял и опустил свою палочку.

"Однако, враг не дрогнул! Волшебство было необходимо! Я поднялся и начал колдовать - Земная Рука!"

Он произнес заклинание, где рука появляется из земли и захватывает ноги.

Однако, в классной комнате не было никакой почвы. Ничего не произошло. Странная тишина затягивалась.

"Ka-бум! Появилась валькирия!"

Гиш взмахнул стеблем, пытающимся покрыть себя лепестками снова. Лепестки искусственной розы разлетелись вокруг... и превратились в семь валькирий.

"К наступающим оркам выскочили мои храбрые големы!"

Валькирии начали танцевать, подражая борьбе.

Кто-то применил заклинание ветров к големам Гиша.

Валькирии были повержены и упали на пол.

"Кто?!"

С саркастической улыбкой на губах Де Лоррэйн посмотрел на Гиша. До невероятных результатов Табиты, он считался самым сильным в поединках среди мальчиков.

"Если твои големы были повержены волшебством Ветра, как они были в состоянии противостоять ударам орков?"

"Ух..."

Гиш покрылся холодным потом. Чувствуя себя в ловушке, он продолжил историю без раздумий.

"Хорошо... приманка! Мои големы были приманкой, используемой, чтобы отвлечь нападающих врагов!"

"Эй-эй, я услышал некоторое время назад, что все это было сделано мушкетерами. Твое волшебство потерпело неудачу? Те не так велик, Гиш!"

"Подчиненные солдаты находились под контролем командующего!"

"Но разве ты только что не сказал, что все это была твоя магия? Пожалуйста, примите мое искреннее восхищение твоей компанией, как только ты встретил их. Однако, ты были действительно хорошим лидером? Возможно, ты переложил большинство вещей на плечи заместителя командующего?"

От тяжелого взгляда Гиш окаменел. Это показало противоречие в истории Гиша. Ну, он должен был продолжить говорить, чтобы выиграть немного времени... Тем временем, Монморанси встала и покинула классную комнату.

Гиш в панике побежал за ней.

"Монморанси!"

Гиш кричал в коридоре, выложенном из камня. Все же, Монморанси не обернулась, она только пошла быстрее. Чувствуя гнев, исходящий от ее плеч, Гиш догнал её.

"Ой, ой, пожалуйста, подожди! Действительно ли ты рассердилась из-за того, что я сказал? Любимая! Выслушай меня, перестань игнорировать меня!"

Гиш положил руку на плечо Монморанси и остановил её.

"Здесь, посмотри на это. Медаль! Будь счастлива! Ты - подруга кого-то, достойного награды! Как я сказал, здесь, ты..."

"Это не меняет моего мнения о тебе", - произнесла Монморанси, обернувшись.

"П-Почему?"

"Награда - все, о чем ты заботишься? Ты оставил меня, ничего не сказав, это - проблема!"

Не ожидая такого обвинения, Гиш вздрогнул. Испорченный похвалами, он не мог предположить, что он может быть обвинен за этот выбор.

"Р-разве ты не знаешь?! Как Королевский армейский доброволец, я не мог писать тебе письма!"

Монморанси посмотрела на Гиша холодными глазами. Чувствуя, что этот гнев отличается от обычного, Гиш затих.

"Даже если это было так! Это не означало, что ты не мог связаться со мной! Есть некоторые вещи, которые важнее награды!"

Он задумался на некоторое время.

"Например?"

Поскольку Гиш спросил серьезно, щеки Монморанси покраснели.

"Ай! Ты поражаешь меня!"

"Меня. Ме-ня".

"Д-Да".

"Разве ты не мой рыцарь? Разве ты не сказал мне, что, если бы была бы война, ты остался бы рядом, защищая меня? Помнишь?"

"Д-Да".

Гиш стоял прямо и кивал.

"С тех пор, как ты уехал с мальчиками, ужасные вещи произошли в Академии! Тем временем, ты сходил с ума, нападая на врагов за медали!"

Это правда... Гиш кивал. После возвращения он узнал обо всём.

"Поскольку вас не было здесь, учитель спас нас, заплатив своей жизнью. Если бы только я была более квалифицирована в водном волшебстве..."

Монморанси закрыла глаза, вспоминая то время. Она начала лечить Кольбера, который был ранен волшебными стрелами, но даже при том, что использовалось водное волшебство... она достигла предела своей силы воли и упала в обморок.

Гиш спокойно опустил голову.

"Я, я буду учиться больше. Как член дома Монморанси, который в течение нескольких поколений вел переговоры с Духом воды... я попрошу помощь обучаться больше. Если бы я была лучше в исцелении водой... я, возможно, помогла бы учителю".

Так как у Кольбера не было никаких родственников, Кирхе забрала его тело. С тех пор, как Кирхе уехала из дома и до настоящего времени, она не возвращалась. Было неясно, если она собиралась похоронить подобного мага Огня на земле Германии. Крошечная девочка с короткими синими волосами также исчезла.

"Кроме того, даже тот ребенок потерял важного для неё человека. Так будь немного более внимательным. Это - действительно время для радости? Даже ты не должен быть настолько счастливым".

Гиш вспомнил.

Был слух, что фамилиар Луизы, Сайто, боролся один против армии Альбиона и позволил им отступить от Розайша.

Потрясенная, Луиза встречалась много раз с генералами, но даже при том, что она наделала много шума, отступающий флот не стал возвращаться за фамилиаром.

Кроме того, командующие на военном корабле только смеялись над тем слухом. Они думали, что одному человеку невозможно остановить армию. Никто не может остановить 70 тысяч солдат в одиночку.

Что касается задержки армии Альбиона, должна была быть другая причина. За это возложили ответственность на их плохое армейское управление. Они также думали, что этот мальчик-фамилиар просто убежал.

Все вокруг Луизы продолжали говорить это.

И даже если предположить, что он противостоял 70-тысячной армии – в любом случае, он не мог быть жив. К сожалению, она должна забыть...

Однако, Луиза не была довольна таким мнением и продолжала отрицать это. Как только флот вернулся, новости об армии Альбиона, сдающейся Галлии, подняли беспорядок до максимума. Они прекратили волноваться о слухах, о мальчике, который остановил армию Альбиона, думая, что это болтовня сумасшедшего. 　 В конце концов, помимо Сайто, было много людей, пропавших или убитых.

В результате, после возвращения в Академии Волшебства Луиза была сильно подавлена и не говорила ни с кем. Как будто она была где-то в другом месте, она закрылась у себя в комнате, в спальне, и не выходила.

Судьба Сайто была также частью слухов в Академии. Во всяком случае, прямо сейчас Сайто был известен в академии двумя вещами: тем, что он "легендарный фамилиар" и тем, что он "должен быть награжден за все".

Монморанси, которая также слышала эти слухи, волновалась за Луизу, которая закрылась в комнате и не выходила.

"По крайней мере, я хочу успокоиться. Пока я нанесу ей сочувствующий визит".

"Теперь ты говоришь. Монморанси, ты очень добрая".

"На самом деле, я не добрая. Ты знаешь, до сих пор, хотя мы находимся в состоянии войны... Даже при том, что это была война, я никогда действительно не боролась во время войны до настоящего момента..."

"Да".

"Я похожу на воду во многих вещах. Я буду бороться своим путем... Мне только жаль, что я не была более сильной".

Через окно Монморанси посмотрела на небо и пробормотала.

"Я не могу позволить этой печали существовать. Я не могу лечить, если я чувствую жалость в себе".

И таким образом, война между Святой республикой Альбиона и союзом Тристейн-Германия закончилась звонящими колоколами Фестиваля Появления.

Из-за жертвы Сайто, все Союзные войска ушли благополучно, в то время как флот Галлии оставил союз и вступила в войну, повергнув штаб командования в Розайше с Кромвелем, и заставив армию Альбиона, которая была размещена там, сдаться.

С подавляющим различием в числе и с повергнутым Императором, армия Альбиона потеряла желание сопротивляться. Кроме того, восставшие из Союзных войск пришли в себя, как будто просыпаясь от долгого сна, и снова были против армии Альбиона. Из-за всего этого беспорядка армия Альбиона сдалась без борьбы.

Армия Галлии обосновалась в Розайше, останавливая войну на время, чтобы привести все в порядок... Таким образом, война, которая продолжалась в течение восьми месяцев, была закончена активным вмешательством королевства Галлии.

С момента падения Святой республики Альбиона прошло две недели...

На третьей неделе Нового года, в месяц Яры - неделя Еоло - были официально расформированы Союзные войска и временный офицерский состав из Академии Волшебства, и студенты вернулись в школу один за другим.

Те, у кого были военные достижения и те, у кого их не было, вернулись с гордостью. Они боролись в жестоких сражениях, и выполнили свой долг, даже если не было никаких невероятных военных результатов.

Поскольку студенты Академии Волшебства, за небольшим исключением, использовались в качестве тыла армии, не было почти никаких жертв и также никаких военных достижений. Из-за этого, те студенты, которые были в военном отношении успешны, были на голову выше остальных, и их популярность возросла.

Таким образом, Гиш также хвастался своими военными достижениями...

Вечером...

Идя из комнаты Монморанси, Гиш шагал, чувствуя небольшую грусть. Не много людей ходили сюда, во внутренний двор Вестри.

Когда я думаю об этом... Это здесь, Сайто и я встретились и дрались на дуэли, думал он. Тогда, Сайто продолжал вставать, независимо от того, сколько повреждений он получил.

Следующей вещью, которая попалась на глаза, была ванна, сделанная Сайто, и палатка рядом с башней артиллерии. Когда Луиза выгоняла его, он устанавливал палатку и продолжал жить и спать там некоторое время. Гиш также вспоминал, как он и Сайто пили всю ночь в ней.

Это - Сайто, который остался в его памяти...

Так или иначе, его глаза стали влажными. Гишу было грустно. Поскольку ему было грустно, что он сделал так много шума недавно в классной комнате.

Сайто. Кроме Луизы, никто не верил... что он боролся против 70-тысячной армии Альбиона и остановил ее. Но для человека, который встал, даже будучи пораженным моей Валькирией... это, может быть, не настолько невозможно, в конце концов.

По щекам Гиша потекли слезы.

"Хотя только простолюдин, ты был моим другом".

Вытирая свои слезы, он заметил кого-то, двигающегося в палатке.

"Сайто?.."

Однако, тем, кто вышел, был...

"Верданди!"

Это был огромный крот, фамилиар Гиша.

"Где ты был?.."

Гиш присел и начал похлопывать своего любимого фамилиара.

"В конце концов, ты также скучаешь по нему?"

Огромный крот прижал свой нос к Гишу. Так или иначе, его круглые глаза выглядели печальными.

"Я вижу, ты грустил..."

Гиш обнимал Верданди еще некоторое время... Затем, он медленно встал.

"Сайто, я думаю, что ты - герой. Поэтому есть что-то, что я должен сделать. Верданди! Сделай большую груду почвы!"

Верданди кивнул и начал выкапывать землю с ощутимой силой. Перед Гишем повысилась гора почвы.

"Я – маг Земли. Поэтому я выражу тебе восхищение этой почвой. Я сделаю огромную статую, так, чтобы тебя помнили".

Гиш произнес заклинание на груду почвы. Тогда почва превратилась в глину. Протянув обе руки, Гиш начал делать статую.

"Сайто был великим парнем. Таким образом, он заслуживает большой статуи, по крайней мере, пять метров высотой. Поскольку ты не мог использовать волшебство... я также сделаю эту статую голыми руками. Это - уважение к Сайто. Способ выражения уважения дворянина. Будь счастлив!"

Хотя Гиш и Монморанси скорбели в глубине души... той, кто носил траур, была Луиза.

[[Image:ZnT08-025.jpg|thumb]]

В своей комнате Луиза сидела на кровати, обнимая колени. Одетая в обычное школьное одеяние, она носила странно выглядящую шляпу на голове.

Это был свитер, который она сделала в подарок, Сайто. Это выглядело скорее подобно авангардистской художественной части. Даже при том, что независимо от того, как трудно ей было надеть его, она не смогла просунуть голову через воротник, но она чувствовала себя более комфортно, нося его.

Рядом с Луизой был ноутбук Сайто, его единственная личная вещь. Поскольку не было никакого электропитания, экран был абсолютно чист.

Луиза уставилась на черный экран компьютера. Она помнила, как в первый день, когда Сайто появился, он показал экран ей.

Это было красиво.

При мысли об этом, задняя часть ее век снова стала горячей.

Сайто... показал мне какой-то пейзаж. Хотя я не понимала, это было красиво, и таинственный пейзаж заставил меня чувствовать себя несколько взволнованной.

Один за другим, различные мысли, сцены, действия... были восстановлены в ее сердце.

Луиза смотрела вниз на кулон на шее. Сдержанные слезы начали катиться по ее щекам.

Сайто... он всегда защищал меня. Как этот кулон, висящий на моей шее, он был всегда рядом, он был моим щитом.

Когда я была почти сокрушена големом Фуке.

Когда я была почти убита Вардом.

Когда я столкнулась с огромным линкором.

Когда Генриетта, которая была обманута врагом и забыла себя, произнесла заклинание Торнадо Воды.

И... когда мне приказали сдерживать врага, пока я не умру...

Сайто, с не вложенным в ножны мечом, стоял передо мной.

Легендарный Гандальв, согласно своему имени, стал моим щитом.

Но относилась ли я к Сайто по-доброму?

Нет, я всегда была упрямой, эгоистичной, тяжело быть "милой" идиоткой.

"Идиотка".

Слезы горели.

"Я заботилась только о себе. Такая неблагодарная, эгоистичная, не симпатичная я должна была быть оставлена и проигнорирована".

Луиза не пыталась вытереть падающие слезы, и спокойно шептала себе.

"Даже при том, что ты сказал, что смерть ради чести не имеет смысла... ты не вернулся домой со мной".

Ее слова обвинения против Сайто теперь возвращались назад к ней. Ее собственные слова стали копьем, которое делало рану в сердце Луизы глубже.

"Хотя ты сказал, что любишь меня... ты оставил меня в полном одиночестве".

Луиза бормотала, уставившись на черный экран.

"Без тебя я не могу даже заснуть".

Обнимая свои колени, Луиза продолжала рыдать.

В столице Тристейна, в рабочей комнате Королевского Дворца, Генриетта сидела на стуле с обескураженным видом на лице.

Часть армии восстала в Альбионе; смерть генерала Де Пуатье и Маркиза Ханденбурга, командующего армии Германии; полное бегство армии... и запрос вывода войск.

Когда сообщение пришло от Руководителя Общего штаба Уимпфена, все в королевском дворце, включая Генриетту и Мазарини, были смущены. Это было поддельным отчетом врага? Они сомневались.
Уйти или продолжить бороться? Именно кардинал Мазарини собрал конференцию.

"Здесь королевский дворец, а не поле битвы".

Его слова заставили замолчать министров, которые не хотели уходить.

Однако... вывод войск не главное, в конце концов.

Флот Галлии, который внезапно появился и вынудил армию Альбиона сдаться. После этого, не так давно, Галлия прислала посла по особым поручениям в Тристейн, который сообщал им, чтобы они посетили конференцию, чтобы решить будущее Альбиона...

Хотя Королевский Дворец Тристена был доволен отношением Галлии, не было никаких мирных договоров с Галлией.

Сегодня был день, когда заканчивались две недели, с момента приглашения Генриетты посетить конференцию, которая была намечена в Розайше.

Генриетта взяла в руки письмо, которое послал посол Галлии.

"Тревожащий поворот Халкегинии к Республиканизму был остановлен; Королевское правительство Галлии чувствует, что все страны Халкегинии должны создать более близкие отношения друг с другом с этого момента..."

И преамбула продолжалась.

Однако, хотя она видела эти слова, они потеряли свое значение в ее голове.

Сердце Генриетты чувствовало себя подобно пещере. Глубокая, холодная, темная дыра, в которую можно упасть. Даже если ты изучаешь её, ты все еще не видишь конца - полная пустота.

Кромвель, которого она ненавидела так долго, умер. Благородная фракция Альбиона была уничтожена. Но почему не было никакого удовлетворения?

"Почему?"

"Фракции дворян, которая убила принца Уэльского, больше нет. Мужчины, которые обманули меня, мертвы... И?"

Что-нибудь изменилось?

Ничего не изменилось вообще.

Генриетта спрятала лицо в ладонях. Она ничего не могла сделать с переполнившими её чувствами, которые заполнили её, как наводнение.

Хотя кто-то стучал в дверь... Генриетта не смогла ответить. Дверь открылась, и когда кардинал Мазарини вошел, Генриетта оставалась сидеть за столом спрятав лицо.

"Вы устали?" - пробормотал Мазарини.

Как будто видя его впервые, Генриетта медленно посмотрела и кивнула.

"Да. Но теперь все в порядке".

"Разве Вы не должны быть счастливы? Прежде всего, война закончилась. Даже при том, что целая армия побеждена, даже при том, что мы победили только благодаря неожиданной помощи - победа - все еще победа. Независимо от того, как много раз мы поблагодарим Галлию, этого все еще не будет достаточно".

"Это так" - сказала Генриетта, смотря в пустоту.

Мазарини, взволнованный по поводу Генриетты, продолжал говорить.

"Однако, мы не можем быть небрежными, Ваше Величество. Мы все еще должны быть готовы к войне, несмотря на внезапное вмешательство Галлии. Их побуждения все еще неясны".

"Это так?" - Хенриетта ответила безжизненно.

Мазарини поместил стопку бумаг рядом с локтями Генриетты.

"...Документы?"

"Да. Во что бы то ни стало, это - документы, на которые должна взглянуть Ее Величество".

"Это может подождать? Прямо сейчас..."

"Нет, сейчас. Вы не можете позволить себе не просмотреть их".

"Я оставляю на ваше усмотрение. Кардинал, вы знаете лучше. Я не хочу волноваться..."

"Просмотрите их".

Генриетта покачала головой.

"Я сожалею. Честно, я устала".

"Просмотрите их!"

Мазарини повторил свои слова более сильным тоном. Не привыкшая к такой настойчивости от этого худого человека средних лет, Генриетта взяла один в руки.

Сверху вниз были записаны имена.

Что означают эти имена?

"...Это? - сказал Мазарини каменным голосом. - Это - список имен тех, кто умер в битвах во время войны".

Генриетта примолкла.

"Дворяне, простолюдины, чиновники, солдаты... Независимо от званий, все имена перечислены".

"О..." - сказала Генриетта, закрыв лицо.

"Ваше Величество, вы знаете, почему они умерли?"

Генриетта покачала головой.

"...Я не знаю".

"Вы не знаете? Нет, вы должны знать. Они умерли во имя Вашего Величества и Родины".

Генриетта низко склонила голову.

Мазарини говорил ледяным тоном.

"Для некоторых из наших министров это было только "военной дипломатией",а чиновники и солдаты только числами, потерями и выгодами. Это, возможно, не ошибка в целом, но у этих чисел были семьи, жизни и любимые. Но они все верили во что-то".

Мазарини тыкал пальцем в бумагу.

"Король - тот, кто решает начать войну. Вы можете послать чиновников и людей на смерть, но вы не можете забыть их. Этот список имен вы должны запомнить. Этот список имен вы должны защитить".

Генриетта начала плакать.

Крича как ребенок, она спрятала лицо в ногах Мазарини.

"Сколько времен я буду гореть в огне ада? Скажите мне. Греховная раскаивающаяся королева в Ваших ногах, представителя Бога, кардинала. О, я честна. Во время этой войны мое сердце вела только месть. Я была одержима этим и не заботилась о том должна ли продать мою душу дьяволу, чтобы получить месть. Однако, даже если Вы продаете свою душу... после нет ничего. Нет даже сожаления. Только пустота. Глубокая, бесконечная пустота".

"..."

"Я... которая не замечала, насколько глупой я была. Я потеряла свою любовь, и принесла смерть магам, даже применила ужасное заклинание против друга. Я ничего не замечала. Даже начиная сомнительную войну, я не замечала. Хотя я использовала дорогих друзей в качестве средств для моей мести, я не замечала. И только когда месть закончилась... я заметила. Я заметила, что ничто не изменилось вообще".

Генриетта бормотала, прося о прощении.

"Пожалуйста, скажите мне. Что... я должна сделать? Если бы вы перерезали мне горло, мое преступление исчезло бы?"

Мазарини отодвинул Генриетту. Она походила на напуганного ребенка.

"Я не тот, кто судит, Ваше Величество. Вы не та, что судит также, Ваше Величество. Это - только Бог, от имени Основателя, имеет такую величественную прерогативу. Бремя может быть трудным, может быть тяжелым, но не пытайтесь отбросить его. Независимо от того, сколько времени продлятся бессонные ночи, не забывайте это. Поскольку они умерли ради Вашего Величества и Родины. Это может быть только королевской привилегией, но они умерли за эту привилегию. Смерть и преступления никогда не будут исчезать. Печаль не будет заживать. Это будет спокойно сидеть позади, и наблюдать за Вашим Величеством".

В сердце Генриетты проникал каменный холод, отрицая любое вмешательство, когда она читала список имен... и бормотала.

"Я никогда не была... правителем".

"Нет никаких непогрешимых королей".

Тогда Мазарини глубоко поклонился и покинул комнату.

Перенёсшая тяжелое потрясение, Генриетта была тиха некоторое время. Она была неподвижна.

Посыльные ночи, две луны начали сиять и осветили комнату... с большим усилием, Генриетта посмотрела на небо.

Через окно Генриетты... смотрели две лунных сестры.

Слезы высохли на ее щеках.

"Хорошо... ничто не изменилось. Я никогда не буду плакать".

После этого Генриетта отложила страницу и попросила позвать министра финансов. Как только министр финансов пришел, Генриетта вежливо сообщила.

"Эта спальня... нет, всё во дворце королевской семьи, продается за деньги".

"...Ха?"

"Все. Хорошо? Оставьте только небольшое количество одежды. Вся мебель, кровать, стол и туалетный столик также..."

Озадаченный, Министр финансов сказал:

"Кровать? Н-но, где Ваше Величество будет спать?"

"Принесите груду сена. Этого хватит".

Министр финансов потерял дар речи. Королева, спящая на полу, это было неслыханно.

"Пожалуйста, отдайте деньги, которые Вы получите от продажи вещей семьям жертв войны. Дворяне, простолюдины - это не имеет значения. Распределите всй одинаково".

"Н-но..."

"Казначейство находится в затруднении? Я знаю".

Генриетта сняла все свои драгоценности.

Глаза Министра финансов были широко открыты в шоке, поскольку ему вручили драгоценности, одну за другой. Когда очередь дошла до ее безымянного пальца Генриетта заметила Рубин Ветра, подарка на память от принца Уэльского. Она закрыла глаза на мгновение, а затем сняла и вручила его министру финансов.

"Продайте это тоже".

"Вы уверены?"

"Да. Это тоже..."

Она указала на портрет Основателя, которому она молилась во время войны. В течение сотен, тысяч лет, этот портрет следил за королевскими семьями.

"Но, однако..."

"Теперь, то, в чем нуждается родина, является не молитвами Богу, но золотом. Вы не согласны?"

Министр финансов яростно покачал головой.

Но прежде, чем человек уехал, Генриетта позвала его.

"Я сожалею. Пожалуйста, вернитесь на мгновение".

"Слава Богу! Вы передумали!"

Генриетта взяла что-то с казначейского подноса Министра финансов.

Это была корона. В своей поспешности ни один из них не заметил этого.

"Без этого никто никогда не сделал бы кого-то столь же глупого, как я, правителем".

После того, как Министр финансов уехал, благодарный, что он не был необходим больше, Генриетта начала просматривать список имен.

Конечно, она не могла запомнить их всех.

Но она хотела выгравировать их твердо в своем уме. Их жизни и идеалы скрылись позади этих имен. Она думала о прощении, но остановилась.

К тому времени, когда она закончила читать список, наступил рассвет.

Генриетта взяла последнюю часть списка в руку.

У неё перехватило дыхание, как только она увидела имя в самом конце.

Необычно звучащее имя, которое она слышала прежде, было написано там.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Zero_no_Tsukaima_%7ERussian_Version%7E:Volume8_Illustrations|Назад к иллюстрациям]]
| [[Zero_no_Tsukaima_%7ERussian_Version%7E|Вернуться на главную страницу]]
| [[Zero_no_Tsukaima_%7ERussian_Version%7E:Volume8_Chapter2|Вперёд к главе 2]]
|-
|}
</noinclude>

Zero no Tsukaima~Russian Version~:Volume7 Chapter1 ~preview~

2012-12-18T22:18:47Z

91.247.225.65: /* Глава 1: Двое с разными характерами */

===Глава 1: Двое с разными характерами===

Девочка со светло-розовыми волосами, завернувшись в один лишь плащ на голое тело, теперь лежала на кровати в весьма соблазнительной позе.

Это была Луиза Франсуаза, которую среди тех штабных офицеров Королевской армии, кто знал ее секрет, называли Луиза-Пустота.

Был конец года, вторая неделя месяца Вин. Для климата Халкегинии это время года - еще только осень... в палатке было не очень холодно. Пока не закончится год, зима не настанет. Поэтому можно было находиться в таком соблазнительном виде.

На незамысловатой кровати, состоящей из вязанки соломы, всего лишь накрытой тканью, Луиза, закусив свой мизинец, хмурилась от скуки.

Это поведение было невероятно милым. Девочка села, обвив руками колени, и на ее щечках, напоминающих фарфоровые статуэтки, заиграл румянец недовольства.

Это движение было настолько очаровательным, как если в нее вселился дух. Луиза, у которой ее настроение сразу отражалось на лице, не могла скрыть беспокойства, бурлящего внутри нее. Заставив отчасти проявиться в ней черты молодой девушки, эта тревога принуждала незаметно расточать аромат, именуемый сексуальностью.

Девочка рассеяно погладила рукой свои ноги, вытянутые в струнку под плащом.

Дойдя до самых кончиков пальцев ног, ее кисти опять вернулись к коленям.

Луиза, сама того не осознавая, уже была близка к тому, чтобы продемонстрировать такой сексуальный жест. С легкостью сместив полы накинутого плаща, она, в конце концов, была готова выставить напоказ свои обнаженные ноги и стройные, но обворожительные бедра. Безотчетно.

Под плащом было обнаженное тело. Девичья кожа, изменившая от возбуждения свой оттенок, во всей своей красе.

Другими словами - под плащом на тело не было надето ничего.

Причину этого объяснить легко: перед сном Луиза надевала на себя только ночную рубашку. Поскольку она забыла взять этот предмет одежды с собой в поход, пришлось заменить его плащом.

А если девочка надевала перед сном нижнее белье, то не могла заснуть, поскольку оно ее стесняло.

Находясь в такой позе, Луиза грызла свой мизинец.

И действительно, хотя фигура девочки именно в данный момент была до такой непозволительной степени сексуальной и привлекательной... все было напрасно, ведь еще один человек, присутствующий в палатке, находился в состоянии, при котором он не замечал всего этого.

<nowiki>* * *</nowiki>

На задней стороне плаща, наброшенного на тело Луизы, была изображена лилия - герб Королевской семьи Тристейна. Плащ отличался от тех, которые надевали в Академии Волшебства. Этот герб, предназначенный для распознания, кто свой, кто чужой, указывал на то, что здесь - поле боя.

Луизе, как придворной даме в непосредственном подчинении Ее Величества, была предоставлена личная палатка. В Росайте, являющемся военным портом, было мало зданий, подходящих для расквартирования войск. Поэтому везде раскинулись палатки.

К Луизе относились так же, как к генералам. Поскольку ее легендарная магическая стихия Пустота являлась козырной картой, девочка могла высказать надлежащие распоряжения. Обстановка палатки, освещенной лампой, включала кровать, состоящую из вязанки соломы, всего лишь накрытой тканью, складной столик и комод для хранения одежды, с которого свисал колокольчик для вызова ординарца. На фронте такой интерьер палатки являлся своего рода роскошью.

В углу палатки фамильяр Луизы, рассеяно глядя перед собой, находился в подавленных чувствах.

- Эй, Сайто.

Нет ответа.

Луиза приподнялась и позвала его еще раз:

- Эй, ложимся спать. Подойди сюда. - Она сказала это, залившись румянцем, но и на этот раз нет ответа.

- Уже одиннадцатый час. Нам ведь завтра рано вставать и отправляться на осмотр передовых позиций, поэтому надо как следует выспаться.

Тем не менее, Сайто не отозвался. Ее фамильяр, прибывший из другого мира, с отсутствующим видом сидел, скрестив ноги, и придавался унынию. Это началось неделю назад. Когда Луиза вспоминала операцию, которая погрузила Сайто в такую депрессию, ее маленькая грудь сжималась от боли.

Захват альбионского портового города Росайта объединенными силами Тристейна и Германии произошел всего лишь неделю назад. Благодаря тому, что главные силы альбионской армии были отвлечены в портовый город Дарталлнес, расположенный в северной части острова, здесь остался гарнизон численностью каких-нибудь пятисот человек. Шестидесятитысячный десант без труда разгромил этот гарнизон и стал лагерем в Росайте.

Во время осуществления той операции по отвлечению магия Пустоты, управляемая Луизой, сыграла активную роль.

Заклинание Пустоты "Иллюзия". Способное создавать громадные миражи.

Заклинание Луизы, создавшее в небе над Дарталлнесом иллюзию приближающейся объединенной армии, вынудило повернуть вражеские войска, направлявшиеся в Росайт.

Однако... для того, чтобы Сайто и его хозяйка достигли Дарталлнеса, пришлось пойти на жертву. Ей стал второй эскадрон драгун, находившийся на борту "Вюсенталя" - флагмана сил вторжения в Альбион.

Благодаря тому, что те ребята отвлекли на себя врага, Луиза и ее фамильяр, летевшие в истребителе Зеро, смогли оторваться от преследовавшего их вражеского отряда драгун.

В обмен на успех той операции... был уничтожен второй эскадрон драгун. Хотя наездники драконов являются ценными воинами, если сравнивать урон, который мог бы иметь место при высадке на виду у врага, то жертва была минимальна. Командир заслужил похвалу, и в данной ситуации стоило бы радоваться.

Однако те, кто принимал участие в этой операции и лицом к лицу столкнулся с этим истреблением, имели другое мнение.

Луиза, пристально глядя на своего фамильяра в таком состоянии, еще могла дуться.

''Несомненно, хоть все это и печально...''

''Даже при высадке возникают жертвы. '' ''На войне смерть - неизбежный спутник. '' ''И если каждого погибшего оплакивать, этому не будет конца.''

В Халкегинии войны происходят каждый год.

Для Луизы скорбеть о чьей-либо смерти было обязательным делом, но это также было обычным явлением.

Девочка встала. В слабом свете лампы внутренность палатки была полутемной. В таких условиях, даже если разрез плаща немного раздвинется, вероятно, обнаженное тело не будет видно.

Луиза, крепко держа полы плаща, скрестила руки перед грудью, как будто сжимая себя в объятьях. Подойдя к месту, где, сжав колени руками, сидел ее фамильяр, она заговорила у него за спиной:

- Не падай духом.

- Угу... - единственное, что пробурчал Сайто.

- Однако тут действительно ничего не поделаешь. В конце концов, это произошло прямо перед глазами. Хоть это и ради выполнения миссии...

Мальчик был действительно в полном унынии. Луиза спохватилась. ''Те парнишки были с ним почти одного возраста.''

''Наверняка Сайто... '' ''ставит себя на их место. '' ''Хотя не поймешь, что у него на уме, но этот добросердечный мальчишка, прибывший к ней из другого мира, ставит себя на место тех ребят, и это причиняет ему боль.''

Фамильяр однажды утешал ее, поэтому на этот раз она чувствовала, что хочет успокоить его. Но она не знала, как это правильно сделать.

Луиза тихонько села на корточки, прижимаясь спиной к спине Сайто.

[[Image:ZnT07-017.jpg|thumb]]

- Знаешь... Когда я скажу это, ты посчитаешь, что я чрезвычайно жестокая, однако... По сравнению с гибелью тех ребят меня больше печалит то, что ты так подавлен. Я не должна так думать. Но все именно так. Все-таки, наверное, потому, что ты ведь рядом. Знаешь, по-настоящему печально.

Сайто медленно повернул голову. А затем неподвижным взглядом уставился на Луизу.

- Хотя смерть прискорбна... Однако смерть в бою почетна... Почетна... Они погибли ради великой победы. Они достойны жалости, если ты скорбишь по их смерти.

- Ты говоришь серьезно? Все это.

Он почувствовал, что не согласен со словами Луизы.

- Дело не в том, серьезно или нет. Однако нужно быть честными. Сейчас идет война.

Ее правая рука, отпустив полу плаща, медленно и мягко погладила лоб на повернутом лице фамильяра. Двигаясь по лицу, ее пальцы обводили полоски от слез.

Сайто помотал головой и заплакал:

- Я.... даже не знал их имена...

''Невозможно, или лучше сказать - недопустимо.''

''Умереть во имя долга, умереть во имя чести.''

''Такое чувство невозможно себе вообразить.''

''Неужели Луиза не понимает это?''

''Пусть вспомнит письмо учителя Кольбера. '' ''Согласен с тем, что говорил учитель:''

''"Не привыкайте к убийству друг друга". '' ''Он полагал: как можно привыкнуть к такому?

''

<nowiki>* * *</nowiki>

Когда Луиза видела заплаканное лицо Сайто, ей самой становилось тяжело. Ее недавно сказанные слова не было ложью. Она была опечалена по поводу тех ребят, но они погибли во имя победы своей страны.

У девочки, которая все время получала воспитание, чтобы стать дворянкой, и у ее фамильяра, который вырос в мирной Японии на Земле, были разные характеры.

Луизе было мучительнее видеть заплаканное лицо Сайто. Вместо того чтобы оплакивать покойников, ей хотелось смягчить печаль живых. Если назвать слезы, овладевшие ее фамильяром, добротой, то, вероятно, у нее была иная доброта.

Луиза задумалась.

''"Что лучше сделать в таком случае? '' ''Что лучше сделать, чтобы успокоить мальчишку с израненной душой?''

''И еще...''

''Интересно, что бы делала та служанка? ''- у Луизы слегка разыгралось воображение. - ''Наверняка... '' ''использовала даже тепло своего тела, у той простушки кроме этого больше ничего нет".''

Размышляя таким образом, она сильно разозлилась.

''"Т-такое даже мне под силу", - ''подумала она.

Вспомнив тот момент, когда однажды, повалив, он грубо целовал ее шею, она залилась румянцем.

Из-за того, что он навалился всего лишь от простого возбуждения (так думала Луиза), девочка не доверяла ему. Категорически не доверяла.

''"Он также сказал, что любит и все такое прочее, наверняка, только потому, что хотел только той-одной-вещи", - ''подумала она. И тут же в ней заклокотало бурное негодование. А разозлившись, она не могла простить себя. ''Как бы то ни было, я в то время на один момент, ну, до какой же степени была захвачена тем порывом, что все-таки опустила руки, занесенные для удара.''

''Это же то самое. '' ''В конце концов, то самое.''

Но в глубине души Луиза замотала головой.

''Не может быть, это не означает, что я особо приняла его.''

''Ведь это - по принуждению. '' ''Невольно. '' ''Вопреки моим убеждениям.''

Хотя Луиза не понимала, что именно она делает "невольно", так или иначе, сильно покраснев, она крепко обняла Сайто. ''"Так сильно обнимать фамильяра - действительно недопустимая вещь. '' ''Ведь существует разница в социальном статусе. '' ''Не так ли? '' ''Позволить ему сидеть за обеденным столом - это еще только жалость, однако крепко его обнимать - это уже не из-за жалости.''

''О чем это я?" '' ''- Луиза ''замотала головой. Удивительным было то, что ее пульс участился. Ритм сердца ускорился настолько, что растапливал бездушную атмосферу поля боя.

Однако... Сайто все еще был подавлен.

''Неужели этого недостаточно?''

''Одни крепкие объятия бесполезны?''

''Хочу, чтобы его настроение стало приподнятым. '' ''Все это ерунда, что это - любовь. '' ''Ведь из-за такого состояния фамильяра в предстоящих миссиях возникнут серьезные препятствия, разве нет?''

Девочка вспомнила, как Сиеста, притворяясь, что вытирает пот, на мгновение продемонстрировала декольте своей рубашки. Луиза, не сдаваясь, тоже пыталась подражать. То есть, снова упорствовала. Отбросив дворянскую гордость, пыталась позволить заглянуть в свое декольте. Хотя она совершенно не думала о каком-то там фамильяре, просто ей было обидно проигрывать. Однако тогда взгляд Сайто не сдвинулся.

''Вспомни, как ты сейчас выглядишь. '' ''Плащ на голое тело.''

''Ни единой вещицы белья нет.''

Луиза глубоко дышала. ''Всего лишь чуть-чуть. '' ''Если это немного смягчит печаль Сайто... '' ''разве это - недостаточная цена, чтобы попробовать?''

''Ни в коем случае, Луиза!''

''Совершенно возмутительно вот так показывать голое тело человеку, за которым ты не состоишь замужем.''

''Хотя, если он - фамильяр, все в порядке... '' ''сейчас-то что?''

''Если показать, будут проблемы.''

''Разве не придется выйти замуж?''

''Так предопределено.''

''Я выйду замуж?''

''За кого?''

''За этого фамильяра?''

''Это уж слишком! '' ''Невозможно! '' ''Ведь он - простолюдин из другого мира, разве нет?!''

''Отчего-то возбудившись, голова, похоже, сейчас лопнет. ''Сайто рассеянно уставился на пребывающую в таком состоянии Луизу. В его глазах не было никаких эмоций.

- Хлюп, - даже Луиза почувствовала себя несчастной.

Она хотела исцелить у фамильяра это горе.

''Неужели Сайто меня любит, но нет, хотя он сказал, что любит, похоже, его цель - во что бы то ни стало получить мое тело, однако мое тело пленительное или нет - не понимаю, да, стоит остерегаться этого болвана!''

Не понимая причин, мозг Луизы действительно взорвался.

И когда девочка уже готова была медленно распахнуть плащ, удерживаемый обеими руками...

В тот момент, когда нежность, с которой оплакивают мертвых, и нежность, которая собиралась утешить живого, готовы были соединиться...

<nowiki>* * *</nowiki>

Фьююю!...

<nowiki>* * *</nowiki>

Палатка была сметена порывом ветра.

- Ч-что происходит?!

- В чем дело?!

Сайто и Луиза вскрикнули одновременно.

Похоже, что-то приземлилось рядом с палаткой.

Оказалось, что это - ветряной дракон.

На его спине виднелись силуэты драгун.

- В-враги! Враги!

Незнакомец, неожиданно появившийся со спины ветряного дракона, проворчал Сайто, который торопливо выхватил свой меч:

- Ох, это ты.

Увидев это лицо, мальчик сделал абсолютно круглые глаза:

- Ааа!

Ведь сидевшие верхом на ветряном драконе фигуры принадлежали драгунам, которые, как считалось, были убиты.

С разинутым ртом Сайто промямлил:

- ...К-как?

- Если объяснять, получится очень длинно... - проговорил полноватый парнишка. Окружавшие его драгуны, как бы чувствуя себя неловко, потупились.

- Как-нибудь позже расскажу... извините, что побеспокоили, - проговорил пухлый командир; похоже, его голос был полон смущения.

Луиза, у которой на голое тело был наброшен только плащ, ошеломленно прижималась к своему фамильяру.

Решительно оттолкнув Сайто в сторону, она закричала:

- Н-н-ничем мы не занимались!

Возможно, разный уровень нежности у этой парочки сделал реальностью это чудо.

Драгуны, которые, казалось, исчезли в небесной дымке, собрались в полном составе.

Хотя воины эскадрона потеряли всех верховых драконов за исключением того, на котором они прилетели... так или иначе, они сами вернулись без единой потери.

До того, как Сайто и Луиза обрадовались, они растерянно стояли с разинутыми ртами.

И не понимали, что к чему.

<nowiki>* * *</nowiki>

- Вы, каким образом...

- Нуу... мы сами толком не понимаем.

При внезапном возвращении воинов второго эскадрона у всех штабных офицеров в штаб-квартире батальона драгун округлились глаза.

С момента уничтожения отряда прошла неделя.

Более того, здесь была вражеская территория - остров Альбион. То, что они выжили, считалось безнадежным.

Граф Гинемер, командир второго батальона драгун, руководивший тремя эскадронами, тотчас же, раскинув руки, проводил внутрь храбрецов, чудесным образом вернувшихся к жизни.

- Как хорошо! Прежде всего, давайте поздравим с возвращением живыми! Невозможно поверить! Несомненно, чудесное возвращение к жизни!

В палатке забурлили аплодисменты и радостные возгласы.

Смущенный молодой драгун рядом с Сайто и Луизой, которые показали дорогу к штабу, проворчал твердым голосом:

- Честно говоря, нам и самим невозможно в это поверить...

- Тем не менее, даже раны зажили, разве не так?

Осмотрев тела всего эскадрона, вернувшегося к жизни, драгун заговорил; его голос, казалось, был полон изумления:

- Так точно.

- Вам помог противник?

- Нет... не знаю. В любом случае мы сообщим все, что испытали на собственных шкурах.

Командир отряда начал докладывать всем, кто находился в палатке.

Драгуны второго эскадрона, окруженного целой сотней вражеских воинов, подвергшись с их стороны магическим атакам, один за другим были сбиты.

Почти все члены отряда и их драконы, получив тяжелые ранения, потеряли сознание при падении на землю.

- Затем, когда сознание к вам вернулось?

- Вместе со всеми сидели на спине ветряного дракона. Полагаясь в полете на интуицию зверя, мы прибыли сюда, в Росайт. По прибытии узнали, что прошла неделя. Именно так.

- Вы сказали, что у вас не осталось воспоминаний за период с момента, когда вас сбили, до сегодняшнего дня?

Драгуны переглянулись.

- Так точно. Почти ничего не осталось.

- Эй-эй, нет воспоминаний за целую неделю?

- Именно так.

Драгуны кивнули, и на их лицах читалось смущение.

- Кому принадлежит тот единственный выживший дракон? - был задан вопрос.

Один из драгун, подняв руку, проговорил: "Это - мой Баярд". Парнишка был одним из близнецов. Гинемер перенес свое внимание на него.

- Обстоятельства?

- Когда нас окружили враги, я был ранен раньше моего дракона. Получив в плечо магический снаряд... Баярд, вероятно, собирался вынести меня. Притворившись раненым, он на низкой высоте спасся вместе со мной.

Его голос, казалось, был слегка сконфужен. Поскольку прочие драгуны и их драконы, получая все новые раны, продолжали вести бой.

- Если не можешь больше сражаться, то естественно обязан выйти из боя. Ты не должен стесняться.

После того, как командиром батальона были произнесены подобные слова, парнишка просиял:

- Благодарю.

Гинемер пригладил усы. Хотя он был рад, что все члены эскадрона благополучно вернулись... было слишком много подозрительного. Можно попасть в ловушку.

''Честно говоря, кто спас израненных драгун, залечил раны, посадил на единственного выжившего ветряного дракона и отправил в Росайт?''

''Нет сомнения в том, что со стороны противника осуществлялся поиск с целью подтверждения падения драгун. '' ''Ускользнув от всего этого, ребята вернулись.''

Возможно, это - ловушка противника.

Гинемер приказал драгунам: "В шеренгу становись!" Затем он отдал распоряжение своему подчиненному проверить вернувшихся ребят от макушки до пят, используя заклинание Обнаружитель Магии. Командир подозревал, что, возможно, драгуны находятся под управлением врага.

Однако... результат был отрицательным. На ребятах нигде не было обнаружено признаков, что ими управляют с помощью магии. Больше вопросов не было, и Гинемер предложил всем разойтись.

- Ты со своим выжившим драконом войдешь в состав первого эскадрона. Что касается остальных, раз драконов нет, тут ничего не поделаешь. А-а, точно.

Гинемер пристально взглянул на Луизу, которая стояла с отсутствующим видом, поскольку это событие ее совершенно не касалось. Командир не знал, кто она на самом деле, но слышал, что она - придворная дама, присланная Королевской семьей и использующая какое-то особое магическое оружие. Во всяком случае, из ставки Верховного Главнокомандующего по всей армии было разослано указание обходиться с ней учтиво.

- Пока не прибудут драконы для восполнения потерь, поступаете в охрану мисс Ла Вальер. Разойтись!

<nowiki>* * *</nowiki>

Покинув штабную палатку батальона... пухлый командир второго эскадрона драгун кивнул Сайто:

- Поскольку было решено, что мы поступаем в ваше распоряжение. К вашим услугам.

Фамильяр Луизы обнял драгуна, вытирая глаза.

- Я думал, вы погибли.

- Ну... к слову сказать, мы забыли кое-что. Я просто не мог погибнуть.

- Кое-что забыли? - озадаченно спросил Сайто.

Пухлый драгун улыбнулся.

- Я вам не представился. Я - Рене Фонк, драгун Тристейна. Приятно познакомиться.

Фамильяр Луизы тоже представился:

- Я - Хирага Сайто.

- Необычное имя, - рассмеялся Рене. Уже готовый расплакаться Сайто улыбнулся и воскликнул:

- Тогда выпьем сегодня?! Отпразднуем ваше возвращение живыми!

<nowiki>* * *</nowiki>

Вся компания, собравшись в палатке, отведенной Луизе и ее фамильяру, устроила там банкет. Вероятно, от радости, что им удалось вернуться живыми, все шумно поднимали тосты, и поэтому быстро напились до беспамятства.

И тут только Сайто и Рене осознали, что лишь они двое еще не свалились спать.

Из-за того, что недавно палатка была снесена ветряным драконом, в ней образовалась прореха. Через эту щель были видны звезды. И Луны-Близнецы. Ночной воздух проник в палатку, и стало прохладнее. Сайто мелко дрожал.

- Но зачем до такой степени впадать в депрессию. Знаешь... прости за то, что заставили беспокоиться... - трогательным голосом проговорил Рене.

Некоторое время назад Луиза обвинила драгун: "Из-за вас фамильяр впал в уныние, просто ужас!" Услышав это, ребята покатились со смеху: "Вот странный парнишка!" Сайто не понял причину этого смеха.

Таким образом повозмущавшись, Луиза теперь посапывала во сне, положив голову фамильяру на колени. Вероятно, устала от своих криков.

- Впадать в уныние - это странно?

Рене усмехнулся от такого вопроса:

- Это бесконечно, не так ли?

- Бесконечно? Что это означает? - последовал ответный вопрос. Рене шумно отхлебнул вина прямо из бутылки. Его округлившиеся щеки покраснели от опьянения, и он кивнул в подтверждение:

- Сейчас ведь идет война? Если впадать в депрессию из-за каждого погибшего совершенно незнакомого человека, это будет бесконечно, не так ли?

- Полагаю, что в конкретном случае не было незнакомцев. Мы общались. Имеется в виду, что если погибают, защищая наши жизни, в этом случае, считаю, будешь впадать в депрессию! Вот вы - странные!

Сайто глотнул вина. Рене стал немного более серьезным.

- В конкретном случае мы были готовы погибнуть не потому, что защищали вас. Мы обеспечивали выполнение боевой операции, а также защищали нашу честь.

- Что это означает?

- В тот раз нам было приказано: что бы ни случилось, сопроводить вас в Дарталлнес. Обеспечение выполнения той операции было ничем иным, кроме как защитой всей Королевской армии и, в конце концов, проявлением исключительной преданности Ее Величеству. Если будет отмечена преданность Ее Величеству, честь семьи тоже возрастет. Даже если я погибну, честь останется.

- Смотрится идиотски.

- Эй-эй, следи за своими словами! Ты - простолюдин, поэтому, вероятно, не понимаешь, однако... для дворян честь - более важная штука по сравнению даже с собственной жизнью!

- Действительно, как хорошо, что я - не дворянин.

- Именно. Если родиться настолько мелкотравчатым дворянином, как мы, то даже простолюдинам живется беззаботнее!

- Мелкотравчатое дворянство?

- Все верно. Отличаясь от высшей знати, такой как маркизы или графы, мы из поколения в поколение существуем на жалование, затаив слезы... Денег нет, внешность тоже не выдающаяся, и на публике не покажешься. Если это не устраивает, единственное - это получить признание, борясь до конца на поле брани. Если за подвиги превознесут, то вполне возможно получить владения. Награждение орденом также обеспечивает пенсион. Поэтому все так наплевательски относятся к смерти. О таких опасностях, которые определяют жить или умереть, можно не беспокоиться. Фу-ух...

Ненадолго закрыв глаза, Сайто погрузился в мысли, а потом сказал:

- ...И все-таки, если вы умрете, разве это не будет концом всему? Почему вы, дворяне, так легко бросаетесь словами "смерть" и "честь"? Разве не глупо?

Никакого ответа. Оказалось, что Рене уже засопел во сне.

- Хрррр...

- ...Что за дела. С таким энтузиазмом говорил без умолку, и тут же завалился дрыхнуть.

''"Действительно, все эти дворяне - себе на уме, это точно. '' ''И Луиза такая же. '' ''И ведь как постоянно говорила: "Нужно искать способ вернуть тебя домой", но только началась война, и она бросилась сюда, потеряв голову.''

''А я сам разве не являюсь болваном, составляя компанию этой эгоистичной Луизе, которая тащит меня по течению?''

''...'' ''Ради чего я сражаюсь, рискуя собственной жизнью?''

''В голову приходит несколько причин.''

''Поскольку хочу помочь в беде несчастной Анриетте.''

''Поскольку хочу защитить родную деревню доброй Сиесты.''

''Но самая важная причина... '' ''поскольку я беспокоюсь о Луизе.''

''Похоже, на этом все, - ''подумал он, глядя на девчушку со светло-розовыми волосами, которая сопела во сне у него на коленях. - ''Не могу оставить ее одну. '' ''Искренне люблю, поэтому не могу оставить ее одну.''

''Луиза миленькая. '' ''Хочется ее приласкать. '' ''Однако, я терплю. '' ''Вокруг ведь люди.''

''А-а, будут ли мои чувства взаимными?''

''Возможно, ответ не знает никто, за исключением бога.''

''Знать бы, у кого спрашивать: у земных богов или богов этого мира?"''

До такой степени погрязнув в собственных размышлениях, Сайто замотал головой.

''Болван, что ли? '' ''О каких неуместных вещах я размышляю? ''

В этот момент... внезапно вспомнились слова, сказанные недавно Луизой: "Хотя смерть прискорбна... Однако смерть в бою почетна... Почетна... Они погибли ради великой победы. Они достойны жалости, если ты скорбишь по их смерти".

В этих словах Сайто ощутил что-то чрезвычайно неуместное.

Он чувствовал, что между ним и его хозяйкой есть пропасть, которую невозможно заполнить.

Он ощущал, что Луиза, которая сопит во сне у него на коленях, в то же время далеко от него. Хотя она здесь, рядом... Он не знал причины, почему так думает.

''Ааа, буду спать... ''Оставив девочку посапывать у себя на коленях, он прилег.

Луны-Близнецы... ярко светили, как будто стараясь успокоить снедаемого печалью Сайто.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Zero_no_Tsukaima_~Russian_Version~:Volume7_Illustrations|К иллюстрациям]]
| [[Zero_no_Tsukaima_~Russian_Version~|Вернуться на главную страницу]]
| [[Zero_no_Tsukaima_~Russian_Version~:Volume7_Chapter2_~preview~|Ко второй главе]]
|-
|}
</noinclude>