Baka-Tsuki - User contributions [en]

Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 1 Chapter 1

2014-08-06T06:32:59Z

KeyJoy: /* Глава 1 */

==Глава 1==


– Я не могу это принять.

– Снова об этом?..

Сегодня день вступительной церемонии, раннее утро, два часа до её начала.

Учеников первого года, чьи сердца были наполнены предвкушением того, что им в будущем принесет новая жизнь, а также их ещё более радостных родителей, было ещё слишком мало.

Перед конференц-залом, где пройдет вступительная церемония, громко спорили юноша и девушка. Они были одеты в новую форму.

Оба они – первокурсники, но их форма странным образом отличается.

Речь не о различиях мужской и женской одежды, не о брюках и юбках.

На груди ученицы находилась эмблема с восемью лепестками Первой старшей школы.

Но эмблема отсутствовала на пиджаке ученика.

– Онии-сама,<ref>'''Онии-сама:''' Если кто не знает, это уважительное обращение к старшему брату. Так же, в японской речи присутствует очень много суффиксов, добавляемых к имени или фамилии персонажа. И они зачастую очень влияют на понимание разговора. Мы будем оставлять все суффиксы, как в оригинале и не будем расшифровывать значение каждого. Для их полного понимания – обратитесь на информационные блоги или [http://ru.wikipedia.org/wiki/Именные_суффиксы_в_японском_языке Вики].</ref> почему ты в резерве<ref>'''Резерв:''' Это может ввести в заблуждение, но здесь имелось в виду не замену Миюки, как представителя учеников первого года, а принадлежность Тацуи ко второму потоку.</ref>? Разве не ты лучше всех сдал вступительные экзамены?
Представителем поступающих должен был стать ты, а не я!

– Забудем о том, где ты узнала результаты вступительных экзаменов... Так как это школа магии, очевидно, что они отдадут предпочтение практическим навыкам, а не результатам бумажного теста, так ведь? Миюки, тебе ведь хорошо известны мои практические навыки? Я слегка удивлен, даже тем, что попал на второй поток.

Это была сцена, где ученик пытался успокоить ученицу, которая сердито с ним спорила. Из того, что ученица называла ученика «Онии-сама», мы можем предположить, что они были родственниками. Кроме того, не исключено, что они были близкими родственниками.

Если они и были родственниками, то совсем не похожими друг на друга.

С одной стороны, любой, кто посмотрит на младшую сестру, будет, без сомнений, пленен ею; десять из десяти людей, или даже сто из ста людей, согласились бы, что она очаровательная, превосходная девушка.

С другой стороны, ее старший брат обладал прямой осанкой и пронзительным взглядом. Ничего из его обычной внешности не привлекает внимание.

– Как ты можешь быть таким неуверенным в себе! Никто не может превзойти тебя в учебе или [http://ru.wikipedia.org/wiki/Тайдзюцу тайдзюцу]! По правде говоря, даже в магии...

Младшая сестра сделала замечание своему брату за его неубедительное заявление, но...

– Миюки!

Как только он назвал её имя необыкновенно сильным тоном, Миюки успокоилась и замолчала.

– Ты ведь понимаешь? Даже если ты скажешь это, ничего не изменится.


– ...Извини.

– Миюки...

Он положил руку на её опущенную голову и нежно погладил её идеально прямые блестящие черные волосы: «Что я должен сделать, чтобы поднять её настроение», – размышлял ее старший брат с несчастным лицом.

– Я действительно счастлив, что ты так думаешь. Я всегда чувствую себя спасенным, когда ты злишься вместо меня.

– Лжец.

– Я не лгу.

– Лжец. Онии-сама, ты всегда ругаешь меня...

– Я же сказал, что не лгу. Я испытываю к тебе те же чувства, что и ты ко мне.

– Онии-сама... Ты сказал: «испытываю к тебе те же чувства»...

(...Хм?)

Почему-то девушка покраснела.

Молодой человек мог почувствовать семена недопонимания, которые были посеяны, он не мог их проигнорировать. В попытке решить наиболее важную проблему, он убрал прочь все сомнения.

– Даже если ты откажешься от данной возможности, меня совершенно точно не выберут в качестве замены. Если в одиннадцать часов ты отступишь, то не сможешь избежать пятна на своей репутации. Ты ведь это понимаешь? Миюки, ты умная девушка.

[[Image:MKnR v01 09.jpg|x500px|right]]


– Но...

– Кроме того, Миюки, я с нетерпением жду этого. Покажи своему никчемному старшему брату момент славы милой младшей сестры.

– Онии-сама не никчемный старший брат!.. Но я поняла. Пожалуйста, прости меня за то, что была такой упрямой.

– Тебе незачем извиняться, я никогда не считал тебя упрямой.

– Ну, тогда я пойду... Пожалуйста, наблюдай за мной, Онии-сама.

– Конечно, желаю удачи. Я с нетерпением жду твоего выступления.

– Увидимся позже.

Молодая девушка поклонилась и исчезла в конференц-зале; убедившись в этом, молодой человек вздохнул с облегчением.

(Ну... чем бы мне теперь заняться?)

Молодой человек проводил свою младшую сестру, которая, хоть и неохотно, стала представителем учеников первого года, до школы к началу репетиции. Теперь он не знал, как провести оставшиеся два часа свободного времени перед началом школьной церемонии.


<center>◊ ◊ ◊</center>

Школьный комплекс состоит из главного корпуса, корпуса практических занятий и лаборатории.

Внутренняя планировка аудиторий и спортзала может быть изменена с помощью трансформационных машин. Библиотека с тремя надземными и двумя подземными этажами. Два небольших спортзала. Лаборатории оборудованы раздевалкой, душем, комнатой хранения оборудования, и клубными комнатами. Столовая, кафетерий, и отдел снабжения расположены в другом здании. Наличие различных больших и маленьких пристроек к основным строениям, сделали Первую старшую школу более похожей на пригородный университет, нежели на школу.

Молодой человек шел по дорожке, выложенной брусчаткой. Он смотрел влево и вправо, в поисках места для отдыха до начала церемонии.

Идентификационная карточка, дающая доступ к школьным помещениям, будет выдана ему только после завершения вступительной церемонии.

В попытке избежать хаоса, летнее кафе, которое должно было обслуживать посетителей, также было сегодня закрыто.

После пяти минут ходьбы вокруг, сверившись с картой территории школы в своем мобильном терминале, он увидел ряд деревьев, расположенных так, что их трудно было не заметить. За деревьями был небольшой дворик, посреди которого находилась скамейка.

«Хорошо, что дождя нет», – пустяковые мысли поселились в его голове как только он сел на скамейку для трех человек, достал свой мобильный терминал и открыл любимый книжный портал.

Похоже, этот двор являлся коротким путем от лабораторий до конференц-зала.


Неподалеку появилась группа учеников, судя по всему старшеклассников, помогающих организовывать церемонию. Они прошли мимо него на небольшом расстоянии. У всех них были эмблемы с восемью лепестками на форме.

Когда они проходили мимо, от них доносились бесхитростные и бессердечные слова.

– Этот парень из Сорняков?

– Рановато пришел... Из запаса, зато с каким энтузиазмом.

– В конце концов, он всего лишь запасной.

Разговоры, которые Тацуя совершенно не хотел слышать, всё же достигли его ушей.

Слово «Сорняки» обозначало учеников второго потока.

Учеников, у которых есть эмблемы с восемью лепестками на форме, называют «Цветками». Учеников второго потока, не имеющих эмблем, сравнивают с сорняками, которые никогда не будут цвести как цветы. Их называют «Сорняками».

Каждый год в эту школу могут поступить двести учеников.

Из них половина поступает в школу на второй поток.

Первая старшая школа, как отделение Государственного университета магии, была создана для обучения операторов магии, в соответствии с национальной политикой.

В обмен на предоставленный страной бюджет, она обязана достичь определенных результатов.

Каждый год школа выпускает более ста учеников, которые поступят в университет магии или в технический институт магии высшей специализированной подготовки.

Как не печально это признавать, но магическое образование сейчас основывается на методе проб и ошибок. Не считая обычных травм, несчастные случаи довольно часто происходят на практических занятиях и во время экспериментов. Даже если ученики знают об опасности, они будут рассчитывать на собственный магический талант и возможность пробить путь к вершинам магии.


Когда таким талантом обладает лишь небольшое количество людей и этот талант высоко ценит общество, мало кто мог его отбросить. Особенно это касается подростков, которые ещё повзрослели и не видят ничего, кроме дороги в «светлое будущее». С другой стороны, многим детям с рождения прививают систему, основанную на простой вере в успех, а когда что-либо не получается – чересчур самоуверенные личности часто получают травмы.

Благодаря многолетнему опыту, большинство несчастных случаев, приводящих к смерти или инвалидности, теперь можно избежать.

Однако на способности в магии сильно влияет психологический фактор.

Каждый год количество отчисленных учеников, неспособных пользоваться магией в результате шока от несчастных случаев, отнюдь не мало.

Те, кто восполняют этот пробел, и есть «второй поток».

После поступления в школу им позволяется практиковаться в классах, использовать оборудование и иметь доступ к данным, но у них отсутствует самый важный компонент в учебе – они не могут получать персональные инструкции во время практических занятий.

Они могут обучаться самостоятельно и показывать результаты только благодаря своим собственным усилиям.

Если результаты неудовлетворительные, то их отправляют заканчивать учебу в обычные старшие школы.

Без окончания старшей школы магии, невозможно продолжить обучение в университете магии.

Учитывая, что людей, способных обучать магии, недостаточно, было неизбежно, что приоритет будет дан наиболее талантливым ученикам. С самого начала второй поток принимался на условии, что их никто не будет обучать.


Публично запрещено называть учеников второго потока «сорняками».

Однако этот унизительный термин прочно "прирос" ко второму потоку. Даже сами ученики второго потока признавали, что они не более чем запасной состав.

Это относилось и к этому молодому человеку.

Вот почему не было никакой необходимости для них говорить нарочно громко, чтобы он мог это понять. Он поступил в школу, полностью осознавая это.

«Что за ненужное внимание» – подумав об этом, молодой человек переключился на книжный портал, который уже загрузился в его терминал.

<center>◊ ◊ ◊</center>

На открытом компьютерном терминале отображались часы.

Его сознание, погруженное в чтение, вернулось к реальности.

Осталось ещё полчаса до начала вступительной церемонии.

– Ты новичок? Церемония скоро начнется.

Голос сверху раздался как раз в тот момент, как он закрыл книжный портал, выключил компьютерный терминал и собрался встать.


Первое, что бросилось ему в глаза – это женская форма. После – широкий браслет на левой руке.

Более широкий и тонкий, чем нормальный браслет – новейшая модель CAD, скорее модная, нежели практичная.

CAD (Casting Assistant Device) – Устройство поддержки заклинаний.

В этой стране его так же называют «исполнителем магии (Magic Operator)».

Нечто, что заменяет такие инструменты, как произношение заклинаний, талисманы, печати, магические круги, гримуары и остальные традиционные методы вызова магии; этот инструмент необходим любому современному волшебнику.

В наши дни уже не изучается магия, вызываемая отдельными словами или фразами. Если при использовании талисманов, магических кругов и прочих приспособлений, самый короткий вызов магии займет около десяти секунд, а более длинные вызовы могут занимать больше минуты(это зависит от типа магии). Вместо этого проще всего использовать CAD, который может сократить время вызова магии до секунды.

Магию можно вызвать и без CAD, но количество волшебников, не использующих его и способных быстро вызвать магию, стремится к нулю. Те, кто посвятил себя специализации на одном определенном навыке, в результате чего в них осталась лишь одна сверхъестественная сила, стали называться «Пользователями сверхъестественных сил». Те же, кто стремится к скорости и стабильности, которую обеспечивает система активации, повсеместно распространили использование CAD.

Но это не означает, что любой, имеющий CAD, может использовать магию.

CAD всего лишь выдает результат активации, а способность пробудить магию принадлежит самому Волшебнику.

Другими словами CAD бесполезен для тех, кто не может использовать магию. Его обычно носят люди, связанные с магией.


В соответствии с памятью молодого человека, только членам дисциплинарного комитета и членам школьного совета разрешено носить CAD.

– Спасибо, тогда я пойду.

На ее форме, конечно же, была эмблема с восемью лепестками.

На выпуклость груди, которая приподнимала форменный пиджак, он совершенно не прореагировал.

Он не скрыл отсутствие эмблемы. Не стал поступать так трусливо.

Но это не значит, что ему все равно.

Он не представлял себя активно беседующим с отличницей, которая оказалась членом школьного совета.

– Я впечатлена, экранный тип?

Тем не менее, она, казалось, думает иначе. Глядя на экран мобильного терминала, который Тацуя сложил в три раза, она усмехнулась, будто в восторге от чего-то.

В этот момент Тацуя, наконец, посмотрел ей в лицо.

Её лицо было на 20 сантиметров ниже лица Тацуи, вставшего со скамьи.

Рост Тацуи был сто семьдесят пять сантиметров, так что девушка была сравнительно невысокой.

У неё был как раз нужный рост, чтобы напрямую убедится в его принадлежности ко второму потоку.


Но в её взгляде не было ни малейшего намека на унижение. Вместо этого он был заполнен чистым, невинным удивлением.

– Наша школа запрещает использование виртуальных дисплеев. Но всё же, это прискорбно, что многие ученики по-прежнему их используют. Однако даже перед поступлением в школу, ты используешь экранный дисплей.

– Виртуальный дисплей не предназначен для чтения.

Любой скажет, что его терминал был профессиональным, поэтому она не потрудилась спросить дальше.

Молодой человек тщательно подобрал ответ, если бы он сказал что-нибудь не то, это доставило бы неудобства его младшей сестре, а не ему. Так как он был уверен, что представителем учеников первого года его младшую сестру выбрал именно школьный совет.

Такой ответ старшеклассницу ещё более впечатлил.

– Вместо просмотра анимации, ты читаешь? Это ещё более редко. Я также предпочитаю текстовую информацию вместо анимации, так что я, наверное, счастлива.

В наш век виртуальное содержимое предпочтительнее, чем текстовая информация, хотя любители книги не такая уж редкость.

Каким-то образом, казалось, что старшеклассница была на редкость общительной. Судя по тону и речи, она производила дружелюбное впечатление.


– Ах, извините. Я президент школьного совета Первой старшей школы, Саэгуса Маюми. Пишется как «семь трав», читается, как Саэгуса. Приятно познакомиться.

Хотя она подмигнула в конце, в её тоне не было ни намека на удивление. С симпатичной внешностью и стройным телом, несмотря на небольшой рост, она излучала такую обаятельную ауру, что не будет удивительно, если недавно зачисленный ученик мужского пола неправильно поймет её намерения.

Однако услышав, как она представилась, молодой человек, похоже, невольно нахмурился.

(Числа... и, к тому же, Саэгуса (Семь Трав))

Способности волшебников в значительной степени зависят от наследственности.

Другими словами, талант волшебников сильно зависит от родословной.

В этой стране дома (семьи), обладающие превосходной родственной в магии, по традиции имеют числа в своих фамилиях.

Среди прономерованных родов, которые несут высший наследственный фактор, семья Саэгуса в данный момент является одним из двух самых влиятельных домов в стране. Эта молодая девушка, президент школьного совета, вероятно, является прямым их наследником. Другими словами она элита из элит. Можно даже сказать, что она ему полная противоположность.

Сдержав неприятные эмоции, молодой человек с трудом выдавил вежливую улыбку и представился:


– Я, нет, меня зовут Шиба Тацуя.

– Шиба Тацуя-кун... Понятно, ты тот самый Шиба-кун хм...

Глаза президента расширились от удивления, после чего она выразительно кивнула.

Ну, во всяком случае, он был старшим братом представителя учеников первого года, превосходной ученицы Шибы Миюки, он был посредственностью, неспособным использовать любую магию. Под «тем самым» она, вероятно, подразумевала это.

Думая об этом, Тацуя любезно промолчал.

– Учителя активно обсуждали вас.

Маюми сказала это, радостно улыбнувшись, что не вязалось с молчанием Тацуи.

Вероятно, это объясняется тем, как редко встречается пара родственников, которые так далеки в способностях друг от друга, думал Тацуя.

Однако от неё не веяло недоверием или враждой. Он не ощутил ни намека на смех в её улыбке.

Улыбка Маюми была дружелюбной и позитивной.

– Из ста балов, твой средний бал на вступительных экзаменах был 96. В особенности выделялись предметы Теоретическая магия и Конструирование магии. Даже несмотря на то, что средний бал тех, кто прошел, был не более семидесяти, ты без труда получил идеальную оценку по обоим тестам, в которых требовалось написать эссе. Это неслыханно высокий результат.

Услышанные похвалы не были его воображением, подумал Тацуя. Причина была в том, что:

[[Image:MKnR v01 10.jpg|x500px|right]]

– Это всего лишь результаты тестов на бумаге и данные в информационной системе.

При зачислении в магическую старшую школу больше внимания уделяется практическим результатам, а не результатам теста.

В это время на лице Тацуи всплыла более ожесточенная улыбка, он указал на левую часть своего пиджака.

Президент школьного совета должна понять.

Однако Маюми с улыбкой покачала головой.

Не вертикально, а слева направо.

– Ты знаешь, я бы не смогла получить такую потрясающую оценку. Хоть по мне и не скажешь, но я действительно сильна в теоретических предметах. Если бы на моих вступительных экзаменах были такие же вопросы, я определенно не смогла бы получить такую высокую оценку, как у тебя, Шиба-кун.

– Уже почти время... прошу меня извинить.

Тацуя поклонился Маюми. Она, похоже, хотела ещё что-то сказать, но он, не дожидаясь ответа, повернулся к ней спиной.

Где-то глубоко в сердце он боялся её улыбки, и того, что могло случиться, если бы он закончил с ней с ней разговор.

Хотя он и не осознавал, чего боялся.

<center>◊ ◊ ◊</center>

В результате разговора с президентом школьного совета, больше половины мест были уже заняты к тому времени, как Тацуя вошел в конференц-зал.


Так как не было распределенных мест, будь то первый ряд, последний, справа от центра, или справа от края, он мог свободно выбирать, где сесть.

Даже сейчас, в зависимости от школы, есть заведения, которые следуют традиционному стилю организации мест по классам, который объявляется предварительно до начала церемонии поступления, но в этой школе каждый может определить свой класс только при получении идентификационной карты.

Следовательно, места не были организованны по классам.

Однако было явное их распределение среди учеников первого года.

На первой половине, спереди, расположились цветки. Ученики, которые носят эмблему с восемью лепестками слева на форме. Первокурсники, которые в этой школе могут получить все преимущества от учебной программы.

На второй половине, сзади, расположились сорняки. Ученики, у которых левая часть груди не декорирована. Первокурсники, которым разрешили поступить в эту школу только в качестве резерва.

Даже если они были такими же новичками, ставшими учениками школы в один день, они были четко разделены на группы с эмблемой и без нее.

И здесь не было принудительного разделения.

(Люди, осознающие дискриминацию, сами приняли её, хм...)

Это был своего рода здравый смысл.

Не намереваясь открыто идти против течения, Тацуя выбрал свободное место недалеко от центра последней трети рядов, и сел.


Он взглянул на настенные часы.

Ещё двадцать минут.

Он не мог получить доступ к какому-либо сайту в этом зале, где была ограничена электронная связь. Данные, сохраненные в его терминале, уже не являлись для него новой информацией, и что более важно – в этом месте было запрещено открывать терминалы.

Тацуя попытался подумать о своей сестре, которая сейчас должна последний раз репетировала... и покачал головой.

Его маленькая сестра не стала бы волноваться прямо перед главным событием.

В конце концов не найдя себе дел, Тацуя устроился поудобнее в жестком кресле и закрыл глаза. Едва он собрался вздремнуть...

– Эм, эти места свободны?

Прозвучал вопрос.

Он открыл глаза, и, как он и думал, вопрос был адресован ему.

По голосу было понятно, что это была ученица.

– Располагайтесь.

Его озадачило, почему она выбрала место рядом с незнакомым учеником, в зале еще много свободных мест, кроме того здесь есть достаточно много более комфортных мест. С другой стороны, она была молодой, стройной девушкой, поэтому Тацуя не будет беспокоиться, если она сядет рядом. Скорее это будет даже более удобно, чем если рядом с ним будет сидеть грязная гора мышц.


Думая над этим, Тацуя вежливо кивнул.

Молодая девушка поблагодарила его, кивнула в ответ, и заняла своё место.

Ещё три молодые девушки сели рядом с ней.

Для Тацуи все стало понятным.

Похоже, они искали место, где могут сесть все вместе.

Они, скорее всего, друзья, хотя очень редко можно увидеть четырех друзей, которых приняли в такую сложную школу, как эта, и, вдобавок ко всему, невозможно оказаться всем вместе на втором потоке, думал Тацуя. Он бы не удивился, если среди них была отличница. Но это не имеет для него никакого значения.

– Эмм...

Эта ученица снова обратилась к Тацуе, который уже отвернулся. Хотя он случайно встретил ученицу того же года, что и он, она его больше не интересовала.

Чего же она ещё хочет?

Она не является его подругой, и он не задел её колено или ноги.

Если говорить о себе, Тацуя сидел в правильной позе.

Он не сделал ничего, на что она могла бы пожаловаться, но...


– Я Шибата Мизуки. Приятно познакомиться.

Неожиданно она представилась Тацуе робким тоном. Он склонил голову. Хотя сложно судить по внешнему виду, но, похоже, она не из тех, кто привык производить сильное впечатление на других.

Скорее всего, она заставила себя сделать это, думал Тацуя. Она могла сделать это с мыслью, что ученики второго потока должны помогать друг другу.

– Я Шиба Тацуя. Приятно познакомиться.

После обмена короткими приветствиями, как он и думал, глаза по ту сторону линз смотрели более спокойно.

В наше время девушки редко носят очки.

С середины двадцать первого столетия, как следствие широкого распространения процедуры коррекции зрения, болезнь, известная как близорукость, в этой стране стала делом прошлого.

Некоторые люди рождались с наследственной формой аномального зрения, которое невозможно вылечить нормальными инструментами коррекции зрения, но даже в этом случае, по достижению 10-летнего возраста дети начинают носить безвредные для глаз контактные линзы.

Если она все равно носит очки, это может быть из-за её хобби, модный аксессуар, или может быть...

(Сверхчувствительность к излучению духовных частиц, хм...)

Для него было достаточно быстрого взгляда, чтобы понять, что в линзах не было диоптрий. По крайней мере, он знал, что они не используются для коррекции зрения. По впечатлению от этой молодой девушки, скорее всего она носит их из-за особой необходимости.


«Сверхчувствительность к излучению духовных частиц» относится к состоянию тела, когда можно увидеть излучение духовных частиц без сознательных усилий, и невозможно сознательными усилиями перестать их видеть, другими словами тип расстройства, где невозможно достичь полного контроля над вниманием. Таким образом, это действительно не является ни болезнью, ни недостатком.

При этом отклонении чувствительность человека повышается в разы.

Пушионы (духовные частицы) и Псионы (частицы мыслей). Они наблюдаются в «парапсихических феноменах» (включая магию), и состоят из нефизических сущностей. Они не соответствуют ни [http://ru.wikipedia.org/wiki/Фермион фермионам], частицам, из которых состоит все вещество, ни [http://ru.wikipedia.org/wiki/Бозон бозонам], которые вызывают взаимодействие между материей. Псионы – частицы проявления намерений или мыслей, в то время как Пушионы могут рассматриваться, как частицы проявления эмоций, вызванные намерениями или мыслями (К сожалению, это ещё всего лишь гипотеза).

Обычно в магии используются Псионы. В технологиях систем современной магии их контролю уделяется особое внимание. Волшебники в первую очередь изучают, как управлять псионами.

Люди, страдающие от «Сверхчувствительности к излучению духовных частиц», получили это заболевание по наследству. Излучение духовных частиц – это не физический свет, а свет, генерируемый активностью пушионов.

Выбросы духовных частиц могут повлиять на эмоциональное состояние людей, способных их видеть. Следовательно, Пушионы, предположительно, являются частицами, образующимися от эмоций. Из этого следует, что люди, страдающие от «сверхчувствительности к излучению духовных частиц», как правило, чувствительны к нарушению своей психической стабильности.


Чтобы это предотвратить, требовался контроль над чувствительностью к пушионам. Для тех, кто не может контролировать чувствительность, требуется технологическая помощь. Очки, сделанные из особого вида линз, известные как «линзы, скрывающие ауру», являются одним из видов этой помощи.

Для волшебников состояние «сверхчувствительность к излучению духовных частиц» не было столь редким. Чувствительность волшебника к пушионам и чувствительность к псионам были в большей или меньшей степени прямо пропорциональны. Многие волшебники, сознательно управляющие псионами, были обеспокоены чувствительностью к излучению духовных частиц. Но все знали, что с этим ничего нельзя поделать.

Однако действительно редко увидишь человека, который имеет такое расстройство, что ему или ей требуется блокировать излучение духовных частиц с помощью очков. Это не будет большой проблемой, если это вызвано меньшей способностью к манипуляции, но, если это вызвано чрезвычайно высокой чувствительностью, это может быть плохой новостью для Тацуи (Хотя это и не так важно для того человека, о котором идет речь).

У Тацуи был секрет.

Этот секрет не может быть раскрыт «обычным взглядом», и не вызывает беспокойства, но если она обладает особыми глазами, которые позволяют ей свободно видеть Пушионы и Псионы, его секрет может быть случайно раскрыт.

Он должен быть гораздо более бдительным и действовать осторожно, когда она рядом.

– Я Тиба Эрика. Приятно с тобой познакомиться, Шиба-кун.

– Мне тоже.


Голос молодой девушки, сидевшей возле Мизуки, перебил мысли Тацуи.

Но он был этому рад.

Тацуя бессознательно уставился на Мизуки. Её застенчивость в значительной степени подошла к своему пределу, но это осталось незамеченным Тацуей.

– Это интересное совпадение, не правда ли?

В отличие от своей подруги, Эрика казалась общительной и несдержанной.

Её короткие, светлые волосы и черты лица, создавали сильное впечатление жизнерадостной девушки.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, ты знаешь, наши фамилии Шиба, Шибата, и Тиба, верно? Разве они не рифмуются? Хотя немного и отличаются.

– ...Понятно.

Он понял, что она имела в виду.

"Но все-таки, Тиба, хм... Ещё одна из номеров?.<ref>'''Тиба:''' число в слове Тиба(千葉) является Сен(千), что означает одна тысяча.</ref> Я не знаю, есть ли в семье Тиба дочка по имени «Эрика», но вполне возможно, что она из родственной семьи"

Он подумал об этом: «Действительно интересно», – от него послышалось несколько неуместных смешков, но не были слишком громкими, чтобы вызвать холодные взгляды окружающих.

После того, как две оставшиеся ученицы, которые были по другую сторону от Эрики, представились, Тацуя почувствовал удовлетворение от своего тривиального любопытства.


– Вы все из одной средней школы?

Ответ Эрики был неожиданным:

– Нет, все мы только что встретились.

Удивленный взгляд Тацуи возможно выглядел странно. Эрика хихикнула, и продолжила пояснения:

– Я не знала где это место, и глядела на информационное табло, когда Мизуки окликнула меня.

– ...Информационное табло?

Это странно, подумал Тацуя. Данные о вступительной церемонии включают место её проведения, и были отправлены всем ученикам. С помощью LPS<ref>'''LPS:''' Local Position System, по аналогии к GPS – Global Position System.</ref> (Локальной Системы Позиционирования) – стандартной возможности мобильного терминала – даже если новый ученик не посмотрит на информационное табло, или забудет какую-либо информацию, он не потеряется.

– Трое из нас не взяли терминалы.

– Ну, модели с виртуальными экранами запрещены, а мое вступительное руководство храниться в нем.

– В конце концов, нам улыбнулась удача поступить в эту школу, не охота получить замечание прямо перед церемонией поступления.

– На самом деле я тоже свой забыла.

– Так вот в чем причина, хм...

Он действительно не мог понять это. Если это твоя церемония поступления, в конце концов, проверь место её проведения перед тем, как прийти. Он честно так думал, но не сказал и слова.


Нет никакой необходимости ввязываться бессмысленные неприятности. Думая об этом, Тацуя сдержался.

<center>◊ ◊ ◊</center>

Речь Миюки была выдающейся, как и ожидалось.

У Тацуи не было ни малейшей мысли о том, что сестра будет тратить время на что-то незначительное.

Её речь была воодушевляющей, хотя в ней и присутствовали довольно опасные фразы, такие как «мы все похожи», «как единое целое», «не только магия» или «на основе комплексного подхода» – она смогла правильно поставить своё обращение, чтобы оно не получилось слишком вызывающим.

Её открытость, невинность, и скромность, в сочетании с её очаровательной, красивой внешностью, затронула сердца не только новичков, но и старшеклассников.

Миюки вероятно с завтрашнего дня будет окружена учениками.

Что было не редкостью.

По социальным меркам, Тацую можно назвать её опекуном. Он хотел немедленно её поздравить, но, к сожалению, сразу после вступительной церемонии последовала выдача идентификационных карт.


Поскольку индивидуальные карты не были сделаны заранее, все ученики должны были пойти в определенное место, чтобы лично записать свои данные на карты, которые будут использоваться в школьных помещениях. Эту процедуру можно выполнить у любой стойки, но в этот момент Тацуя ощутил тяжесть на сердце.

Миюки скорее всего пропустила этот шаг. Как представитель новичков, она, наверное, уже получила свою карточку.

Находясь, среди посетителей и толпы учеников он услышал:

– Шиба-кун, в каком ты классе?

Эрика с волнением спросила Тацую, который был в конце очереди (другими словами, он придерживался правила «леди вперед»).

– Класс Е.

Услышав ответ Тацуи:

– Ура! Мы в одном классе.

Эрика запрыгала от радости. Она, казалось, сильно это переусердствовала, но:

– Я тоже.

Несмотря на отсутствие бурного восторга, у Мизуки было такое же лицо, так что это может быть естественной реакцией для новичков.

– Я в классе F.


– Я в классе G.

Оставшихся двоих ничего уже не могло расстроить. Они были так воодушевлены поступлением в старшую школу...

У этой школы имеется восемь классов каждого года, в каждом из которых по двадцать пять человек.

В этом отношении они равны.

Но Сорняки, которым «цвести не дано», попадают в классы E, F, G и H, а Цветки, которые должны оправдать ожидания и стать прекрасными соцветиями, ни за что не должны смешиваться с ними.

Две девушки, которые были распределены в разные классы, естественно пошли своими дорогами. Похоже, они пошли по направлению к своим классным комнатам. Как и ожидалось, классы A-D и классы E-H расположены на разных этажах, но их энтузиазм не был от этого меньшим.

Не все ученики Второго Потока объединялись в одну дружную группу.

Поскольку эта школа входит в число лучших в стране, некоторые из них будут гордиться даже тем, что их приняли в авторитетную школу.

Ведь школа была одной из первых не только в магических дисциплинах.

Эти двое, наверное, ушли искать новых друзей среди тех, с кем они проведут весь год.

– Что мы будем делать? Пойдем, посмотрим на наш класс?

Спросила Эрика, посмотрев Тацуе в лицо. Хотя Мизуки ничего не спросила, она тоже посмотрела ему в лицо.


Сохранилось лишь несколько школ, следующих старым традициям, в большинстве случаев школы не используют систему классных руководителей.

Административные округа не нуждаются в прямом контроле, и кроме того, у них нет дополнительного бюджета для того, чтобы тратить его на персонал. Поэтому была разработана система терминалов, соединяющая все школы.

Система, в которой на каждого человека приходится по одному терминалу, существует уже несколько десятилетий.

Все уроки, не считая индивидуальных и практических занятий, проводятся с помощью этих терминалов.

Если все-таки требуется более ощутимая помощь, то школе назначаются кураторы, у которых имеется опыт во множестве дисциплин.

Почему же классы так удобны для проведения практических занятий и тренировок? Когда практические занятия подходят к концу, а объяснено не все – нужно место, в котором могут остаться некоторое количество человек. (Так что задержка после уроков была обычной практикой)

Кроме того система персональных терминалов делает некоторые вещи очень удобными.

Не важно, откуда приехали ученики, как только они проведут достаточно времени в одной комнате, общение между ними наладится.

Благодаря освобождению от системы с учителями, отношения между одноклассниками стали улучшаться.

В любом случае, если кто-нибудь хотел завести новых друзей, то пойти в классную комнату было самым быстрым способом. Но Тацуя покачал головой на приглашение Эрики.

– Извини. Я должен встретиться со своей младшей сестрой.

На сегодняшний день у них не было никаких уроков или каких-либо других вещей, чтобы продолжить разговор.


Тацуя договорился с Миюки встретиться сразу после того, как все дела будут сделаны.

– Хеехх... Если это младшая сестра Шибы-куна, она должна быть очень милая, не так ли?

Услышав, как Эрика задумчиво произнесла вопрос, Тацуя был обеспокоен тем, как должен ей ответить.

«Если у меня есть младшая сестра, то она должна быть милой. Что это значит?» – подумал Тацуя. Он чувствовал, что не может хорошо связать причину и следствие.

К счастью ему не было нужно заставлять себя отвечать на этот вопрос.

– Неужели твоя младшая сестра... представитель новичков, Шиба Миюки-сан?

Мизуки задала более конкретный вопрос.

На этот раз не было надобности колебаться. Для ответа от Тацуи было достаточно лишь кивка.

– Хм? Действительно? Тогда вы близнецы?

Вопрос Эрики был естественным. Тацуя слышал его с детства.

– Меня много раз об этом спрашивали, но мы не близнецы. Я родился в Апреле, тогда как она родилась в Марте. Если бы я родился на один месяц раньше или она родилась на один месяц позже, мы бы не попали на один год обучения.<ref>'''Год Обучения:''' Тацуя на одиннадцать месяцев старше Миюки. В Японии другая система образования. Там школьный год делится не на 4 четверти, а на 3 семестра, которые начинаются в апреле и заканчиваются в марте следующего года.</ref>

– Хмм... Я думаю, это действительно делает некоторые вещи сложными, да?

С младшей сестрой, которая является отличницей и поступила в школу вместе с ним, должно быть сложно, но Эрика спросила это не из злого умысла. Тацуя улыбнулся и незаметно изменил направление разговора:

– Удивительно, что вы это заметили. Шиба не такая уж и редкая фамилия, в конце концов.


Услышав встречный вопрос, две молодые девушки слегка улыбнулись.

– Нет, нет, она довольно редкая.

Однако то, как они это сказали, вызвало совсем не те чувства. В противопоставление ироничной улыбке Эрики…

– Ваши черты лица похожи...

...Сдержанная улыбка Мизуки показывала её неуверенность в себе.

– Разве мы похожи друг на друга?

Тацуя не повернул голову, обращаясь к Мизуки. Так же, как и у Эрики, его тон слегка изменился. Слова Мизуки показались ему слишком странными.

Скорее всего, он не мог им поверить.

Даже если не искать положительные аспекты Миюки, она будет редкой красавицей, даже если убрать её чрезмерный талант, просто находясь здесь, она не сможет избежать внимания, прирожденная модель, даже не так – звезда.

Глядя на свою младшую сестру, он понимает, что значит поговорка «бог не дает сразу два подарка». Но это было не так.

Себя он тоже ставил чуть выше среднего. Тацуя оценивал себя объективно.

С точки зрения наблюдателя, на протяжении средней школы, младшая сестра получала множество любовных писем (для Тацуи они были, как фанатские письма), в то время как Тацуя не получил ни одного.

Даже если только частично, они должны все равно наследовать одни и те же гены, но Тацуя не один, и не два раза сомневался, являются они кровными родственниками или нет.


– Ну, если уж ты спросил... У вас схожие черты лица. Шиба-кун такой же красавчик. Такое ощущение, что обычным людям невозможно быть так похожими друг на друга!

Как только Эрика замолчала, Мизуки сразу согласно кивнула.

– Ты говоришь «красавчик», с какой эпохи это устаревшее слово... то есть, ты хочешь сказать, что мы только лицом похожи?

Возможно, Эрика хотела сказать, что сходство не только внешнее, но не смогла четко выразить свои мысли. Интерпретировав так её слова, Тацуя нанес ей ответный удар.

– Это не так, хмм, как бы это сказать...

Казалось, что Эрика не может выразить словами свои мысли.

Она, вероятно, ещё повременила бы некоторое время с ответом, если бы не спасительные слова Мизуки:

– Ауры, у вас похожие ауры. Прямо как у родственников.

– Точно! Ауры, именно ауры!

Хлопая по своим коленям, Эрика сильно кивнула.

На этот раз настала очередь Тацуи криво улыбнуться.

– Тиба-сан... неужели тебе свойственно легко увлечься?

«Увлечься? Ах ты грубиян!», – она начала протестовать, но он решил сменить тему. Судя по тону, Эрика тоже не хотела устраивать ссору.


– Но, Шибата-сан, это удивительно, что ты можешь рассказать о наших аурах... Твои глаза, должно быть, действительно очень хороши.

Эрика ухватилась за его слова, в которые был вложен глубокий смысл:

– Эм? Мизуки носит очки, ты знаешь?

– Я не это имел в виду. К тому же, очки Шибаты-сан не имеют диоптрий, верно?

«Хм?», – Эрика, с озадаченным видом, глянула на очки Мизуки.

За линзами, глаза Мизуки расширились и замерли.

Была ли она удивлена или огорчена тем, что её секрет был раскрыт? Как бы то ни было, Тацуе показалось, что для неё это не имело особого значения.

Что касается того, почему она сделала такое лицо, у него не было шанса об этом спросить.

Просто, назначенное время пришло. И, возможно, это к лучшему.

<center>◊ ◊ ◊</center>

– Онии-сама, извини за ожидание.

Из-за спины Тацуи и остальных говорящих в углу недалеко от выхода из конференц-зал учеников, он услышал голос человека, которого ждал.


Миюки выскользнула из окружающей её толпы.

Вначале Тацуя подумал, что она появилась немного раньше, чем должна была, но вспомнив её характер, успокоился.

Хотя она и не избегала общества, нельзя отрицать, она была склонна раздражаться от потока лести и комплиментов. Хотя можно сказать, что она ведет себя как ребенок, с детства ее часто хвалили, и среди похвал было немало комплиментов, с примесью ревности и зависти.

Если подумать-то, вполне естественно, что она будет подозрительно относиться к полученной лести. Кстати, сегодня она держалась относительно спокойно.

''«Ты быстро пришла»'', обернувшись, сказал он, но хотя слова остались такими, как и изначально предполагались, их интонация обернулась в вопросительный тон.

Её сопровождала та, кого он не ожидал увидеть.

– Привет Шиба-кун. Мы снова встретились.

В ответ на любезные слова и обезоруживающую улыбку, Тацуя опустил голову, ничего не сказав.

Несмотря на столь скромную реакцию, улыбка президента ученического совета Саэгусы Маюми не померкла. Возможно это был её коронный прием или, возможно, это было нечто от врожденного таланта этой молодой леди, которая выглядела старше своего возраста. Тацуя, только недавно познакомился с ней и не мог сказать точно.

А младшую сестру больше волновало не странное приветствие старшего брата, а две девушки возле него.


– Онии-сама, кто они...

Прежде чем объяснить, почему она сама была не одна, Миюки хотела услышать объяснения, почему Тацуя был с девушками. Хотя он был немного озадачен её резкостью, ему нечего было скрывать. Тацуя ответил, не медля ни секунды:

– Это Шибата Мизуки-сан и Тиба Эрика-сан. Мы все в одном классе.

– Понятно... разве не слишком рано для знакомства со своими одноклассниками?

Она наклонила свою прелестную головку, словно говоря ''«я не имею ничего против этого»''. Она улыбнулась, но в её глазах не было видно восторга.

Ох, боже, боже, подумал Тацуя.

Похоже, сразу после церемонии, её засыпали со всех сторон лестью. В результате большого количества накопившегося стресса она была уже на грани.

– О чем ты, Миюки? Мы просто разговаривали, пока ждали тебя. И, кроме того, ты не должна грубить им.

Для него надутое лицо сестры выглядело мило, но не сказать своё имя после того, как остальные представились, может неблагоприятно сказаться на её репутации перед старшеклассниками и учениками того же года. Она заметила слегка укоризненный взгляд Тацуи, на мгновение на её лице мелькнула покорность. После этого улыбка Миюки стала ещё более любезной.

– Добрый день, Шибата-сан, Тиба-сан. Меня зовут Шиба Миюки. Я первокурсница, как и Онии-сама, так что позаботьтесь обо мне.

[[Image:MKnR v01 11.jpg|x500px|right]]

– Я Шибата Мизуки. Рада знакомству, прошу присматривать и за мной.

– Приятно познакомится. Ты можешь просто звать меня Эрика. Могу ли я звать тебя Миюки?

– Да, пожалуйста. Будет трудно называть меня и моего брата по нашей фамилии.

Три молодые девушки снова представились друг другу.

Обмен приветствиями между Миюки и Мизуки показался уместным для людей, которые впервые встретились. Но что касается Эрики, с самого начала она была удивительно (если это правильный способ выразиться) дружелюбной.

Однако только Тацуя был озадачен её дружеской манерой речи.

Не было никаких признаков беспокойства Миюки из-за чрезмерно дружеского приветствия Эрики.

– Аха-ха, Миюки, я не ожидала, что с тобой так легко можно поладить.

– Ты очень открытый человек, это сразу заметно. Приятно с тобой познакомиться, Эрика.

После того, как вся эта лесть и комплименты её довели до раздраженного состояния, было очевидно, что ей была приятна прямая манера общения Эрики – кажется, они понимали друг друга. Миюки и Эрика обменялись невольными улыбками. Однако Тацуя понимал, что им не следует здесь задерживаться. Группа людей, окружавшая президента ученического совета и последовавшая за его младшей сестрой, сейчас никому не мешает, но вскоре окажется на пути толпы людей, которые хотят выйти.


– Миюки, ты закончила все дела со школьным советом? Если ты занята, то я могу ещё погулять...

– Все в порядке.

Ответ на этот вопрос пришел от Маюми.

– Сегодня я здесь только, чтобы вас поприветствовать. Миюки-сан... могу я так тебя называть?

– Ах, да.

Миюки кивнула, её открытая улыбка сменилась серьезным выражением лица.

– Ну, тогда Миюки-сан, мы ещё увидимся.

Маюми попрощалась, слегка улыбнулась и хотела выйти из зала. Но один из сопровождающих её учеников попросил Маюми остановиться. На его пиджаке, вполне естественно, гордо расцветала эмблема с восемью лепестками.

– Но президент, что на счет нашего расписания...

– Мы не договаривались с ней заранее. Если у неё уже есть другие дела, мы не будем ей мешать, верно?

После того, как ученик, который всё ещё упорствовал, был остановлен её взглядом, Маюми выразительно улыбнулась Миюки и Тацуи.

– Ну, тогда Миюки-сан, я вас покину. Шиба-кун, я хотела бы встретиться с тобой в другой раз.

Попрощавшись с ними ещё раз, Маюми ушла. После этого ученик, который последовал за ней, повернулся, и гневно посмотрел на Тацую, что можно было услышать скрежет его зубов.


<center>◊ ◊ ◊</center>

– ...Ну что, пойдем домой?

Каким-то образом, только поступив в школу, он сумел вызвать недовольство не только старшеклассников, но и исполнительных членов школьного совета, это было нечто невообразимое для него. Конечно, он не ждал спокойной размеренной школьной жизни. Несмотря на неполные шестнадцать лет, Тацуя уже испытал многие невзгоды.

– Прошу прощения, Онии-сама. Из-за меня у них о тебе сложилось неправильное впечатление...

– Здесь нет причин для извинений.

Не тревожась, Миюки закончила свои слова. Тацуя поднес руку к её голове, и немного её погладил. Пока он гладил её волосы, лицо Миюки выражало восторг. Со стороны могло показаться, что эти брат и сестра приблизились к запретной черте, но Мизуки и Эрика промолчали, решив не делать поспешных выводов о своих новых знакомых.

– Ну, раз уж мы здесь, почему бы нам не сходить выпить чая?

– Звучит заманчиво! Здесь недалеко есть неплохое кафе.


Другими словами, это было приглашение на чай.

Не было нужды спрашивать, ждут ли их семьи. Задавать данный вопрос не стоило. Это также относилось и к Тацуи с Миюки.

Тацуя хотел спросить кое-что. По правде говоря, это был пустяк, но уж слишком это терзало его.

– Ты не проверила, где проводится вступительная церемония, и всё же ты знаешь, где здесь кафе?

Этот вопрос можно было принять за небольшую издевку.

– Конечно! Это ведь очень важно, не так ли?

Эрика кивнула уверенно, без малейшего колебания.

– «Конечно», хех...

Его замечание превратились в придирку. Тацуя подумал, что, будь на её месте другой человек, это было бы для него серьезным ударом.

– Онии-сама, что ты думаешь?

Похоже, что опрометчивое замечание Эрики шокировало лишь Тацую.

Даже Миюки не обратила внимание на отсутствие здравого смысла между значительным приоритетом кондитерской над вступительной церемонией. Хотя ей не была известна вся история в деталях.

– Что ж, звучит неплохо. Мы только что познакомились. А найти быстро много друзей одного пола или возраста всё же сложно.


Хотя он и сказал это, в действительности он думал совсем о другом. Дома их никто не ждал. Тацуя с самого начала подумывал, что им нужно перед возвращением домой сходить куда-нибудь, чтобы отпраздновать поступление младшей сестры.

Так как он не слишком хорошо продумал свою реплику, то не смог скрыть своих истинных чувств.

Видимо понимая, что он на самом деле имел ввиду, Эрика и Мизуки ответили в такой же манере:

– Шиба-кун я думаю, когда дело доходит до Миюки, ты слишком много думаешь...

– Ты действительно заботишься о своей сестре, не так ли...

Было ли это комплиментом или просто искреннее удивление, но под пристальными взглядами девушек Тацуя мог лишь молчать, сохраняя непроницаемый вид.

<center>◊ ◊ ◊</center>

«Кондитерской», куда Эрика их привела, оказалось «Французское кафе с вкусными десертами». Они взяли свои угощения и провели некоторое время, весело болтая (три девушки болтали, а Тацуя их только слушал). Когда они пришли домой, был уже почти вечер.

Никто их не встречал.


В доме, который был чуть крупнее соседних, судя по всему, жили лишь Тацуя и Миюки.

Первым делом, зайдя в свою комнату, он снял форму.

Он действительно не хотел думать, что такая школьная одежда может сильно повлиять на него, но, снимая пиджак, который был намеренно стилизованный, чтобы выглядеть «другим», он почувствовал себя немного легче. Он щелкнул языком, пытаясь разобраться в своих чувствах, и быстро закончил переодеваться.

Перебравшись в гостиную, он дождался, когда Миюки закончит переодеваться и тоже спустится из своей комнаты.

Несмотря на прогресс, за последние сто лет дизайн одежды почти не изменился.

Она была одета в юбку стиля самого начала века, которая подчеркивала её красивые стройные ноги. Миюки подошла к нему.

Его младшая сестра почему-то позволяла себе одеваться дома весьма откровенно. Хоть он более или менее привык к этому, её постоянно увеличивающаяся женственность зачастую заставляла Тацую чувствовать беспокойство, думая, куда деть свой взгляд.

– Онии-сама, не хочешь чего-нибудь выпить?

– Хорошая мысль, было бы неплохо выпить кофе.

– Конечно.

Когда она направилась на кухню, завязанные в хвост волосы свободно качались за её стройной спиной. Такая прическа была необходима, чтобы волосы не мешали готовить, но от мимолетных проблесков шеи, которая обычно скрывалась длинными волосами, излучалось невыразимое очарование.


В развитой стране широко распространено использование Домашних Автоматизированных Роботов ('''H'''ome '''A'''utomation '''R'''obots, или, если кратко, '''HAR'''), и женщины (как и мужчины), которые собственноручно работали на кухне, встречаются очень редко. Никто уже не готовит дома сам, даже если речь идет о жареном хлебе или молотом кофе (за исключением особых любителей кулинарного дела).

Миюки относилась к этим исключениям.

Это не из-за того, что она не умела обращаться с машинами.

Если придут друзья, она, как правило, предоставит готовку HAR.

Но, когда они оставались с Тацуей наедине, она непременно готовила сама.

Треск кофейных зерен и бульканье вскипающей воды едва-едва достигали ушей Тацуи.

Она даже приноровилась использовать простейший бумажный фильтр вместо старой кофейной машины.

Однажды он поинтересовался и спросил её об этом. Она ответила, что просто хотела бы делать это собственноручно. Для неё, вероятно, это было хобби. Но когда он спросил её, является ли это её хобби – она посмотрела на него с недовольным лицом.

В любом случае, кофе, приготовленный Миюки, нравился Тацуе больше.

– Онии-сама, держи.

Она поставила чашку на столик, обошла его с другой стороны, и села рядом с Тацуей.

Кофе, поставленный на стол, был черным, в то время как тот, который она держала сама, был с молоком.


– Вкусно.

И больше ничего не надо было говорить.

Миюки улыбнулась лишь от одного этого комплимента.

Дальше, вглядываясь в лицо довольного старшего брата своими сияющими глазами, она расслабилась и поднесла чашку ко рту – это было обычным поведением Миюки.

Теперь, двое наслаждались своим кофе.

Никому из них не нужно было больше говорить.

Они не чувствовали себя неуютно в присутствии друг друга.

Время, когда нельзя было долго молчать в присутствии друг друга, уже прошло.

Тем для разговора было достаточно. Сегодня была вступительная церемония. Они завели новых друзей, и по какой-то причине, столкнулись с беспокойными старшеклассниками. Миюки, как и ожидалось, была приглашена в школьный совет. Было много вещей, о которых можно вспомнить и которые можно обсудить; даже слишком много для одной ночи.

Но брат и сестра просто пили кофе в тишине у себя дома.

– Пришло время готовить ужин.

Держа пустую чашку, Миюки встала. Передавая свою чашку из-под кофе в её протянутую руку, Тацуя тоже встал.

Вечер как обычно перешел в ночь для брата и сестры.

<noinclude>

===Примечания переводчика===
<references/>

{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 1 Chapter 0|Глава 0]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~|Главная Страница]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 1 Chapter 2|Глава 2]]
|-
|}
</noinclude>

Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Chapter 6

2014-08-04T13:40:26Z

KeyJoy: /* Глава 6 */

''Перевод 6-й главы не завершен. Тяжелое редакторство не ведется. Так что читайте на свой страх и риск :) Прогресс - 5/54''--[[User:Elberet|Elberet]] ([[User talk:Elberet|talk]]) 18:01, 15 June 2014 (CDT)

==Глава 6==

8 апреля, утро первого учебного дня в Первой старшей школы при Национальном университете магии.

Сегодня, никакие злые взгляды не подстерегали их на пути в школу; все трое: Тацуя, Миюки и Минами прибыли в Первую школу за два часа до начала церемонии поступления. Само собой разумеется, что они пришли так рано для проведения приготовлений к этой церемонии. Все трое сразу направились в комнату приготовлений. Минами была обеспокоена тем фактом, что она была посторонним человеком, но так как у неё не было опыта в сопровождении Миюки, Тацуя вынудил её сопровождать их.

Исори и Хонока пришли раньше них.

– Доброе утро, Тацуя-сан! Утречка, Миюки!

– Доброе утро, Шиба-кун. Как раз вовремя.

Миюки и Хонока обменялись приветствиями, а Исори в сторонке заговорил с Тацуей.

– Доброе утро. Исори-сэмпай, а ты рановато.

– Для меня это естественно. Если я не приду рано, то не смогу оставаться спокойным.

Улыбаясь ответив на приветствие Тацуи, взгляд Исори упал на Минами, которая ожидала позади.

– Да, кстати – кто эта девушка? Новая ученица?

– Конечно, Минами.

– Да, Тацуя-ниисама.

– Ниисама? Шиба-кун, у тебя что, есть ещё одна сестра, помимо Миюки-сан?

В каком-то смысле, Исори задал ему очень желанный вопрос.

– Нет, она – моя кузина.

Тацуя ответил ложью, которую он приготовил заранее.

– Минами, это – Исори-сэмпай.

– Рада познакомиться с вами, Исори-сэмпай. Я – Сакурай Минами. Спасибо, что всегда заботитесь о Тацуе-ниисаме и Миюки-нээсаме.

Чрезвычайно вежливая речь Минами, направленная на приветствие Исори, по мнению Тацуи не заставила Исори выдать чувство неловкости.

– Рад знакомству с тобой, Минами-сан.

– Очень рада встречи с вами.

Как только Минами еще раз вежливо поприветствовала Исори, то сразу вошли Азуса, Канон и представитель первогодок, Шиппоу Такума. (Да, кстати, Канон уже сделала круг по залу и проверила все кресла гостей.)

– Доброе утро... Неужто, я пришла самой последней?

– Доброе утро, Президент. Вы пришли точно в нужное время.

Миюки ответила с улыбкой Азусе, которая задала вопрос с слегка удивленным видом. На самом деле – она на три минуты опоздала, но улыбающее лицо Миюки несло в себе намёки, что дальнейшие извинения не дозволены.

– Доброе утро, Исори-сэмпай, Шиба-сэмпай.

После того, как Азуса проглотила извинения, которые ожидались от неё, Такума сделал шаг вперед, выходя из-за её спины и заговорил сперва с Исори, а затем и с Тацуей.

– Доброе утро, Шиппоу-кун.

Он тихо поклонился на ответ Исори, а затем развернулся навстречу Миюки и Хоноке.

– Шиба-сэмпай, Мицуи-сэмпай, доброе утро. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне сегодня.

Возможно он нервничал? По сравнению с отношением, которым он блистал позавчера – перемена была просто похвальная.

– Доброго утра, Шиппоу-кун. Сделай сегодня всё возможное.

Однако Миюки не была милой девушкой, которую тронет что-то вроде этого. Её улыбка была великолепна, а голос – нежным. Идеальное лицо леди, в которой угадывалась безупречная социальная маска. Изменилось только отношение Такумы; он всё ещё не извинился за свою грубость в тот день. Миюки не намеренна была идти на уступки со своей стороны, пока он никак не извинился перед её братом.

Азуса и Исори посмотрели на это смущенными улыбками, так формально, что никто не мог упрекать их в этом. Они не знали как указать на эти злостные намеренья, поэтому они не могли упрекать Миюки. С другой стороны, они просто не могли позволить неприятному настроению распространяться дальше. Азуса попросила недоуменным взглядом Тацую о помощи.

– Поскольку мы все здесь, то давайте пройдемся по плану всей церемонии.

Однако, единственным ответом Тацуи было продолжение разговора, как будто ничего и не случилось.

– Точно, не стоит тратить время.

Без задержки, Канон согласилась с его предложением. Она также, скорее всего, решила, что им надо силой затушить эту происшествие.

– Тогда, начнем с мероприятий, которые начнутся за тридцать минут до начала церемонии. Миюки будет принимать гостей, встречать – Хонока...

Первоначально, это была задача Азусы, но Тацую это не беспокоило, и он продолжил репетицию мероприятий. Присутствие Минами, было неправильным, но никто не сказал об этом и все забыли о ней.

Репетиция, благополучно проведенная в напряженной атмосфере, не давала им роскошного чувства давления со стороны неизбежного будущего события. Азуса и остальные вздохнули с облегчением, когда он закончил; так как церемония открытия начиналась через тридцать минут, то им не следовало быть как чересчур расслабленными, так и чересчур напряженными. Тацуя думал, что они слишком сильно ослабляют своё внимание, но указывать это не входило в его задачи. Кроме того, это было намного лучше того, если бы они заработались и были бы бесполезны, когда начались основные события. Продумав всё это, Тацуя остановился на своих задачах.

– Я пойду провожать потерявшихся учеников.

– О, береги себя, Онии-сама.

– Ага, всем спасибо за ваш труд.

Миюки и Азуса увидели его уходящим со сцены и Минами, молча, склонилась в прощании. Тацуя вышел из зала.

<noinclude>

{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Mahouka_Koukou_no_Rettousei_~Russian_Version~:Volume_12_Chapter_5|Глава 5]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~|Главная Страница]]
| [[Mahouka_Koukou_no_Rettousei_~Russian_Version~:Volume_12_Chapter_7|Глава 7]]
|-
|}
</noinclude>

Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Chapter 2

2014-08-04T11:33:38Z

KeyJoy: /* Глава 2 */

==Глава 2==


Вечер был «собранием семьи», но спонсирован он всё же был финансовым гигантом Китагатой Ушио – «Китигата Ушио» было производственным именем, которое использует отец Шизуку – поэтому место было довольно оживленное и волнительное.

Однако, несмотря на множество людей, никому не казалось, что здесь хаос или неорганизованность.

– Большое место, как и ожидалось... – неприкрыто восхитился Тацуя. Видно, для подобного собрания лишь особняк Китаямы был достаточно большим.

Тем не менее спутницы не ответили на его чувства. Миюки просто улыбнулась. А на лице Минами, с другой стороны, всё ещё было озадаченное выражение. В армии и исследовательских лабораториях Тацуя больше общался с «простолюдинами», поэтому, по сравнению с главой (пока ещё кандидатом) семьи Йоцуба, Миюки, и со слугой, так или иначе выросшей в главном доме семьи Йоцуба, Минами, у Тацуи появились несколько иные чувства.

Сегодня праздновали возвращение Шизуку после её короткой учебной поездки в USNA, а также переход на второй год обучения. Хотя она вернулась две недели назад, вечер так надолго отложили, потому что она была занята приветствием всех своих друзей и знакомых.

Хотя Шизуку была одной из лучших учениц Первой школы и по своему развивала талант волшебника, она также была дочерью большого финансового гиганта. Общество в первую очередь вспоминало, что она приходится дочерью крупному директору. Её будущее как честолюбивой Волшебницы (в конце концов) принадлежало ей одной, в то время как роль дочери крупного директора накладывала на нее некоторые обязательства перед семьей, партнерами и клиентами.


Учитывая такое количество причин, её «личную» вечеринку перенесли до дня, предшествующего началу нового семестра.

Семья Китаяма состояла из пяти человек: родителей, бабушки, Шизуку и её младшего брата. Однако у отца Шизуку было еще пять братьев и сестер (такой размер семьи не был странным, учитывая огромные доходы), также отец Шизуку поздно женился, поэтому большинство родственников были старше нее. Больше половины из них уже женились и прибыли сюда со своими семьями, а остальные пришли со своими партнерами или любовниками. Вот почему на эту семейную вечеринку пришло так много людей... По крайней мере так это объяснила мать Шизуку.

– Семья Ушио-куна – известная семья производителей, которые берут начало с прошлого века. Многих людей нельзя прогнать просто так.

Во время острожных словесных игр с леди, Тацуя потерял счет, сколько раз уже вздыхал в уме. По какой-то неизвестной причине к нему присматривалась леди Китаяма, однажды известная на весь магический мир как волшебница А ранга в магии типа Колебания, Китаяма Бенио, или Нарусэ Бенио до замужества, и ухватилась за него в качестве собеседника, как только он поприветствовал Шизуку. Кстати, Миюки и Минами уже ушли в сторону Шизуку и Хоноки.

– Вот только мне всё равно трудно держать гостеприимное выражение рядом с тем, кто достаточно бессовестный, чтобы привести сюда незнакомца. Даже если компания стоит на кону, Ушио-кун не должен баловать семью так сильно.


Тацуя понял, что мать у Шизуку – женщина с «подвешенным языком».

Конечно, любой, кто постоянно использует «подвешенный язык», не выживет в реальном мире, будь то даже жена крупного директора (виртуальный мир – совсем другая история), поэтому она, наверное, выбрала правильное время и место, как и подходящего партнера для разговора. Вот только почему этим партнером по разговору оказался он, которого она, по большей части, впервые встретила здесь? Тацуя ну никак не мог этого понять, сколько бы ни ломал голову.

Это была не первая встреча Тацуи и Бенио. Когда Шизуку посылала информацию, собранную в Америке, он с Миюки встретил Бенио в тот же день, но лишь на мгновение. Он не вспомнил ничего, что могло заставить её заговорить с ним.

«Однако, «Ушио-кун», эм... Это имя правда можно использовать при всех эти людях?» – мысленно возразил Тацуя, наслаждаясь небольшим бегством от реальности, когда уже начал пересыщаться жалобами Бенио.

Тацуя знал возраст родителей Шизуку. Разумеется, не было никакой необходимости вдаваться в подробности относительно отца Шизуку, и так как её мать была довольно знаменита в наши дни, собрать их персональные данные не составило большого труда (к слову, если персональные данные засекречены, обычному человеку будет трудно их собрать). Леди Китаяма добавляла «-кун», обращаясь к мужу, не потому, что была старше. В отличие от Ушио, который выглядел моложе своих лет, внешний вид Бенио был недалек от её возраста, поэтому с виду можно было бы сказать, что они примерно одного возраста, хотя на самом деле Ушио был старше на девять лет.


«Должно быть, любовь»

Даже в мыслях было тревожно назвать родителей подруги «избалованными» или «испорченными».

Может быть, Бенио удовлетворилась тем, что смогла выпустить всё недовольство, и угрюмый блеск у неё в глазах пропал. Тем не менее, в обмен, она обратила на Тацую расчетливый взгляд. В этот раз он был направлен не как на незнакомца, которого привели родственники в качестве гостя, но на самого Тацую.

Хотя лицо у него было расслабленным, Тацуя чувствовал себя не к месту, как чувствовал бы и любой другой. Пока он как можно быстрее надеялся встретиться с группой Миюки, Бенио явно не собиралась его отпускать.

– Кстати... – заговорила она, Тацуя даже проститься не успел. Хотя он сдерживался, потому что это была мать одной из его сверстниц, это всё же было огромной ошибкой с его стороны. Впрочем, ничего глубокого в этом не было, просто Тацуя был не в духе. – Так это ты любовь Хоноки?

Несмотря на внезапность вопроса, Тацуя сразу же понял контекст. ''Хорошая мысля приходит опосля'', но если суметь это предсказать, то можно надлежаще и ответить.


– Не самое подходящее описание, но это так.

Если честно, «любовь» он не хотел бы подтверждать. Хотя это была просто бессмысленная софистика, Тацуя так просто не мог это признать.

– Тебя так просто не смутить. Как надежно. – Как-то это искаженное мнение оказалось высокой оценкой Бенио. Или, может, он получил высокую оценку, потому что не пытался уйти от вопроса. Улыбка на лице Бенио сменилась с относительно вежливой на немного более дружелюбную. – Но почему ты отказался? – Дружелюбную, но всё ещё с примесью поддразнивания. – Даже если она не сравнится с твоей сестрой, разве Хонока-тян не красивая?

Должно быть, ей интересно смотреть на маленьких животных, снующих в клетке, чувствуя к ним родство. После успешной сдачи первого теста, в глазах Тацуи появился блеск, он надеялся, что она тратит своё время.

– Думаю, она милая. Не только по внешности, но по характеру.

Отношение Тацуи было немного похоже на простую игру на публику. Не осознавая, что ищет, он внимательно изучал Бенио в поисках причины, скрывающейся за её словами, не давая ни одной мелочи проскользнуть мимо.


– Аха... Если это так, то всё становится еще запутаннее. Очевидно, что лицо, тело и характер великолепны, но ты все равно отказал ей.

Тацуя не припоминал, что бы говорил о теле Хоноки, но это, видно, была оговорка. Он решил не обращать внимания, что бы она ни говорила, но это оказалось ненужным. Даже быстрее него Бенио сделала взрывное заявление:

– К тому же Хонока-тян уже помогала тебе. Она будет служить тебе верой и правдой.

Если уж это не «взрывное заявление», то ничто другое точно не подойдет. Даже для попытки подразнить одного из сверстников дочери это зашло слишком далеко. То к одному волшебнику, то к другому, это не было ни надлежащим, ни разумным.

Обычный ученик школы магии был абсолютно неспособен понять, что имела в виду Бенио. А если бы понял, то из-за природной чувственности, которой обладают обычные шестнадцати- или семнадцатилетние парни, был бы не в силах сдержать возбуждение.

Тем не менее Тацуя только взглянул Бенио в лицо, сохранив свою маску. Улыбка Бенио не нарушилась, как и ожидалось от жены крупного финансиста.

– ...Понятно. Ты способен сохранять такое лицо, даже зная это. – Однако она не смогла скрыть небольшую жесткость в голосе.

– Я не собирался изображать забывчивость.

Голос Тацуи нельзя было назвать дружелюбным. Независимо от её намерений, слова Бенио принадлежали к категории, которую не стоит произносить вслух. За исключением того, что она была матерью одной из его подруг, Тацуя не считал, что должен общаться с ней в дружелюбной манере.


– Вот оно как... Ты знал силу Элементов и их потенциальную ценность и отказался, оставив уже существующие отношения.

Семейная линия Хоноки – Элементы. Хонока была наследницей волшебников, разработанных в системе традиционной магии, которая пришла перед появлением Четырех Велики Систем и Восьми Основных Типов современной магии. Для тех, кто имел колоссальную силу, семейная линия была очень важна. Тацуя был хорошо осведомлен об этом, об этом же говорила Бенио.

В это мгновение с лица Бенио исчезла декоративная улыбка. Её жесткий голос сменился на леденящий.

– Не говори мне, что это часть твоего плана?

Бенио не смогла узнать, что было запланировано, но Тацуя уловил смысл её слов, как и в определенных пределах прочел выговор и клевету.

– Я никогда не хотел использовать Хоноку подобным образом.

К слову, Тацуя не был напуган. Он также не пытался опровергнуть обвинения.

– Но ты всё равно позволил ей сопровождать тебя, когда вы отбили вампиров.

Бенио могла подумать, что Тацуя играет в дурака. В её словах начало звучать разочарование.


– Тогда не было причины ей отказывать.

Тацуя прекрасно понимал, почему Бенио так переменилась. Даже если он упустил позитивные мысли по отношению к себе, просто невозможно чтобы он смог упустить вражду. Он был таким, какой он был. С другой стороны, он также тренировался, чтобы его лицо не дрогнуло даже в условиях яростной вражды и злобы.

Против Тацуи, не показавшего признаков пробуждения гнева, какой бы ни была провокация, Бенио сменила направление разговора.

– ...Хонока как сестра Шизуку. Мы относимся к ней так же, как к нашей собственной дочке. Кроме того, Шизуку к тебе привязалась. Доверие, которое Шизуку тебе оказывает, превосходит то, которое оказывают обычным друзьям.

Взгляд, который Тацуя вернул Бенио, как будто спрашивал причину всего этого. Тацуя уже давно позабыл обеспокоенность, что «это мать Шизуку».

– Поэтому я начала расследование твоей личности, Шиба Тацуя-кун. – Бенио явно с вызовом смотрела на Тацую.

– Хотя это вряд ли можно назвать приятным, я могу понять, – и Тацуя с великодушным видом принял вызов.

– Что ты за дьявол? С сетью Китаямы... информационной сетью «Корпоративного Альянса», мы не смогли даже найти твои Персональные данные!

– Это, должно быть, ошибка. В конце концов, без Персональных данных я не смог бы поступить в старшую школу, – абсолютно логично ответил Тацуя.


Однако Бенио чувствовала, что это просто отговорка.

– Пожалуйста, не недооценивай взрослых. Это правда, что у твоих ПД низший уровень информации, хоть содержат дополнительную информацию в виде фотографии и нескольких плохих характеристик, так что они не ''слишком'' хороши. Если бы я не услышала разговоры этого ребенка о тебе, я бы ничего не заподозрила.

– Было что-то странное? – безжизненным, словно машинным тоном ответил Тацуя. Он принял отношение, практически кричащее о том, что он знает, что у Бенио на руках нет конкретной информации.

– Нет, ничего. Поэтому это и странно.

Тацуя молча наблюдал, как мать Шизуку продолжает рассматривать его, преследуя свои интересы. Было нечего сказать. Это были истинные чувства Тацуи. Единственное, о чем он мог подумать, убегая от реальности, это «у неё, в отличие от дочери, горячая кровь».

– Судя по рассказам этого ребенка, ты обладаешь невероятной силой, нет, практически божественными способностями и талантом. После личного разговора, мое впечатление о тебе выросло еще сильнее в несколько нетипичном направлении. Но как могут быть твои Персональные данные такими неприглядными?

Слова Бенио были одновременно правдой и лишь догадками. А раз они были лишь догадками, то не было никакой причины что-либо признавать.

– Персональные данные – это просто информация. Настоящий человек не может быть таким простым.


Персональные данные были маской, созданной, чтобы позволять другим людям его определять. И какой бы ни была эта маска, истиной или ложью, до тех пор, пока о том, что «она близка, но не совсем», никто не знает, маска продолжит служить во внешнем мире как его настоящие данные.

– ...Так ты говоришь, что впечатлениям разниться – естественно, да?

– Таков я есть. Если вы спросите мое имя или знания, то они точно соответствуют указанным в Персональных данных. А о впечатлениях вы и так уже знаете. Больше мне нечего сказать.

На каком-то уровне это были настоящие мысли Тацуи. «Таков я есть». Он был тем, кто обладает невероятной разрушительной силой, сравнимой с ядерным оружием и может в один день расколоть мир. Так «кем» же он был? Этот вопрос он часто задавал сам себе, но подходящего ответа не находил.

Тем не менее Бенио такой ответ не устраивал.

– Ты придуриваешься?!.

Хотя она пыталась не кричать, её тон уже был достаточно грубым.

За некоторыми исключениям, люди, находящиеся в высших слоях общества, обычно могут легко захватить положение, когда кто-либо с подобным или превосходящим статусом показывает эмоции. Вид жены хозяина дома, спорящей с один из гостей, начал привлекать внимание других участников вечеринки.

– Успокойся, Бенио.


Хотя эта вечеринка называлась семейной, невозможно, чтобы были представлены только члены семьи. Она точно не хотела, чтобы кто-нибудь еще увидел эту сцену, поэтому было вполне естественно для Китаямы Ушио быстро прийти и рассудить их.

– Шиба-кун, прими мои извинения, – поклонился Ушио.

– Все в порядке, на самом деле это я должен извиниться за свои слова. В конце концов, я неопытный молодой человек, я был бы очень признателен, если бы вы простили мое поведение, – Тацуя вернул такой же поклон и тоже извинился. Однако его слова всё ещё были довольно надменны.

К счастью, Ушио не подумал о словах, опущенных Тацуей. Не было чувства возобновления конфликта, и, так как течение событий поменялось, его глаза ушли от Бенио и Тацуи.

– В таком случае позвольте мне проститься. – Тацуя, вероятно, посчитал это прекрасной возможностью, поэтому сказал он это Ушио, а не Бенио.

– Ах, верно. Думаю, моя дочь хотела бы с тобой поговорить.

Ушио также чувствовал, что Бенио необходимо некоторое время, чтобы расслабится. Тацуя поклонился, перед тем как уйти в направлении компании Шизуку, в то же время Ушио положил руку на спину Бенио, приглашая её сесть на кресло у стены.


– Извини, Тацуя-кун.

При достижении расстояния, на котором не нужно было громко кричать, Шизуку опередила Тацую, сразу же поклонилась и извинилась.

Когда она подняла голову, на её обычном стойком выражении лица появились намеки на смущение. В конце концов, она пригласила одного из своих товарищей на вечеринку только для того, чтобы её мама ему докучала (так думала Шизуку). Такое сильно смутило бы не только Шизуку.

– Ничего подобного, я понимаю твою мать. Если внезапно появился какой-то парень и приблизился к дочери, подозрения будут вполне уместны. Я ничего не имею в виду, так что не беспокойся, Шизуку.

– ...Хм, еще раз извини.

Больше она ничего не сказала, но не потому, что желала изменить себе настроение (хотя были некоторые признаки и этого), но потому что у неё был такой характер – внезапно затихнуть. Хотя она явно хотела еще раз извиниться, сказать смогла лишь ту единственную фразу. Это чувство было умножено смущением, в результате чего появилось такое неловкое выражение лица.

В это же время Тацуя осознал, что почти что погладил Шизуку по волосам. Это явно не было его ответственностью, но поскольку её депрессивное лицо было очень похожим на то, которое обычно бывает у Миюки, Тацуе машинально захотелось «погладить её по голове».

«Я слишком расслабился» – Тацуя криво усмехнулся над собой, одновременно откинув эту мысль, перед тем как покачать головой и легко посмеяться, будто утверждая «закончим на этом».


Шизуку, Хонока, Минами и Миюки, в кругу этих девушек в красивых платьях стоял молодой мальчик в костюме. Обычно, человек в таком положении будет сильно нервничать, но от того мальчика Тацуя этого не почувствовал. Хонока усердно пыталась завлечь Минами в разговор, в то время как Шизуку постоянно вклинивалась, чтобы Хонока не переволновалась. С помощью Миюки, Минами смогла поддержать разговор. Глядя на них всех, Тацуя смог частично понять суть этих разговоров. В это время он внезапно услышал голос, зовущий его из-за спины, и обернулся.

– Извините, вы Шиба Тацуя Онии-сан, верно?

Видимо, этот молодой мальчик находился под впечатлением, что Тацуя не услышал вопрос четко. Поэтому когда он повторил вопрос, Тацуя утвердительно ответил. Этот мальчик возможно еще даже не пошел в среднюю школу. Стоя напротив миниатюрного мальчика с детской аурой, Тацуе не было необходимости спрашивать его имя.

– Ватару, – с губ Шизуку сорвалось имя маленького мальчика.

– Онээ-тян, извини, я прервал вас?

Впрочем, мальчик сам подтвердил свою личность.

– Нет. Но все равно поприветствуй их.

Молчаливая, как и всегда. Слова Шизуку могли быть холодными с виду, но её взгляд на младшего брата был довольно мягким.

Точно поняв её слова, маленький мальчик, которого звали Ватару, постарался принять прилежное выражение лица – выражение, как будто он «стоял в первых рядах», что было просто очаровательно – и аккуратно поклонился, согласно указаниям сестры.


– Рад познакомится. Мое имя – Китаяма Ватару. В этом году я пойду в шестой класс, – Ватару повернулся к Тацуе и представился.

Так как он уже был знаком с Хонокой, не требовалось дополнительных представлений. Однако на Миюки он даже не взглянул, казалось, что он избегал её (чтобы не быть слишком впечатленным). После обмена приветствиями с Тацуей, он, когда отвечала Миюки, немного отвел глаза, стиснул зубы и весь сжался, что еще больше усилило это впечатление.

Поскольку это было явно не потому, что он не любил или игнорировал её, Миюки посчитала выражение Ватару очень милым. Тем не менее у Минами появились некоторые злые мысли – он ведь непристойно повёл себя с её «госпожой».

– Я очень рада знакомству, Ватару-сан. Меня зовут Сакурай Минами. Я кузина Тацуи-ниисамы и Миюки-нээсама. Пожалуйста, позаботься обо мне в будущем, – безупречно приветствовала Минами, однако её улыбке не хватало искренности. Хотя это не было искусственной лестью, было трудно скрыть, что она просто соблюдает приличия.

Хонока решила развеять неловкость:

– Ватару-кун, ты хотел спросить Тацую Онии-сана о чем-то?

Однако она не пыталась силой сменить тему разговора. Согласно приветствию Ватару, он хотел о чем-то его спросить.


– Ах, ты права.

Внимание Ватару сразу вернулось к Хоноке. И не из-за того, что он был проницателен, просто таким были дети.

– Шиба-сан. – Здесь было два человека с фамилией «Шиба», но все прекрасно понимали, к кому обращается Ватару, поэтому никто его не прервал, включая Минами. – Я кое о чем хочу спросить.

Столкнувшись с Ватару, который наконец-то собрал смелость, чтобы заговорить…

– Хорошо. Если я смогу ответить, конечно, – обычным тоном сказал Тацуя.

– Я хочу узнать, ух, может ли кто-либо, не способный использовать магию, стать магическим инженером?

Сам по себе вопрос не был неожиданностью, но прозвучавший из уст сына семьи Китаяма, он стал странным. Сейчас на Хоноке и Шизуку были изумленные лица.

– Нет. Магические инженеры – техники, которые используют магию для инженерии. Техники, которые не могут использовать магию не могут называться магическими инженерами, – тем не менее Тацуя не колебался и ответил откровенно.


[[Image:MKnR v12 20.jpg|x500px|right]]


– Вот как...

Когда он услышал ясный ответ Тацуи, плечи у Ватару печально опустились. Однако было рано отчаиваться.

– Однако магическими инженерами являются не только техники, работающие в магической инженерии.

– Э?

Наблюдая, как Ватару поднял голову и посмотрел на него, на лице Тацуи появилась ровная улыбка.

Глаза наполнились надеждой, Ватару слушал каждое его слово.

– Даже без магии ты всё ещё можешь выучить магическую инженерию. – Тацуя не пытался специально «раздуть из мухи слона». Даже если он был «злодеем», это не значило, что характер у него «злой». По крайней мере, так он себя видел. – Хотя будет очень сложно проводить обслуживание CAD без чувства магии, ты всё ещё можешь создавать CAD, не имея возможности использовать магию. То же самое относится и к другим продуктам, которые используют магические техники. Пока ты прилежно учишься, ты сможешь получить необходимые знания, чтобы помочь своей старшей сестре.

– Ах, нет, я не...

Как бы он ни отрицал, но все его мысли были как на ладони, благодаря смущению у него на лице. Затем его взгляд, которым он смотрел на Тацую, изменился (для учеников средней школы, ученик старшей был уже взрослым) и стал почти как у поклонника, с воодушевленной аурой.


К сожалению, взрослые были неспособны принять такое же чистое выражение как дети. Наблюдая издалека, как дети полностью очарованы Тацуей, Бенио внезапно захотелось вздохнуть.

– В чем дело, Бенио? – забеспокоился Ушио, но Бенио могла только скривить лицо, сопротивляясь желанию вздохнуть, и не ответила. Она лишь на мгновение остановила взгляд на муже, перед тем как снова вернутся к смеющимся и разговаривающим детям. – Бенио, какая часть Шибы Тацуи-куна тебе ненавистна?

Китаяма Ушио любил свою жену, но это не значит, что он был подкаблучником. Точнее, часть его боялась жены, но их отношения были не на том уровне, где он не мог бы высказать свои мысли.

– Ушио-кун, ты говоришь так, будто признаешь его, – Бенио вернула взгляд к мужу.

– Я думаю, что он опытный молодой человек. К тому же очень талантливый, – довольно откровенно ответил Ушио, с другой стороны можно было посчитать, что он не особо задумывался над ответом.

Бенио машинально почувствовала поток недовольства, но истерически не возразила.

– ...Может, даже слишком талантлив.


Однако услышав её голос, наполненный подавленными эмоциями, он понял, что душевное состояние у неё далекое от умиротворенного.

– К тому же он знает слишком много, и понимает слишком много. Даже среди членов Десяти Главных Кланов, с которыми я знакома, никто не заставляет меня следить за разговором так внимательно как он. – Вздох сорвался с губ Бенио. Без этого было невозможно выразить чувства. – Для волшебников быть слишком талантливым не всегда к счастью. Скорее, от них счастье убегает. Слава богу, Шизуку остановилась на самой грани, но если она станет близка с невероятно талантливым волшебником, то также может подхватить неудачи тех, кто обладает невероятной силой.

Ушио не смог сказать жене: «ты слишком много думаешь».

Взамен он положил ей руку на плечо.

– Даже если это так, как ты сказала, и Шиба Тацуя приносит неудачи, это правда его ошибка? Избегать его по причине неизвестного будущего, независящего от него, я не могу этого принять. Если его сила и правда приносит неудачи, и затягивает в них Шизуку, тогда всё будет хорошо, если мы уберем неудачи из их жизни. В конце концов, меня не без причины называют «финансовым гигантом». Мы – семья, и я смогу их защитить. Вот увидишь, – твёрдо заявил Ушио.

Бенио просто кивнула. Однако она, казалось, была далеко от принятия его слов.


Сейчас было сложно сказать, слишком велика ли у него сила, но Тацуя и вправду притягивал неприятности, или что-то подобное. Пока Тацуя разговаривал с братом Шизуку, неприятности сами подкрались к нему.

– Шизуку-тян, давно не виделись, – странно близким тоном начал разговор молодой мужчина, который выглядел лет на двадцать пять.

Хотя от него несло легкомысленностью, одет он был вполне прилично. Шизуку только кивнула, в знак приветствия. Тацуя не знал, как того зовут, но учитывая его бесцеремонность, то это, должно быть, старший кузен Шизуку.

Однако когда Шизуку и Ватару увидели молодую женщину рядом с мужчиной, на них появилось удивленное выражение. На первый взгляд, она с молодым человеком была одного возраста. И, будь то лицо или фигура, всё было далеким от нормы. Её выбор одежды и украшений был великолепен, создавая почти мистическое чувство. Раз Шизуку и Ватару удивились, то она точно не была их родственницей.

– Ах, в конце года я собираюсь на ней жениться. – Молодой человек почувствовал взгляд Шизуку и Ватару, и сразу же всё объяснил.

– Вы помолвлены? Поздравляю! – вежливо поздравила их Шизуку.

– Ах, нет, я еще не подарил ей кольцо, – молодой человек несколько неловко склонил голову.


Видя его таким, Тацуя подумал: «Для члена семьи Китаяма этот точно обычен». Красивая девушка, которая стояла рядом с молодым человеком и излучала свою красоту, улыбнулась Тацуе, как только заметила его взгляд.

Теперь настало время удивляться Тацуе. Сразу заметив изменения в нем, Миюки на него вопросительно посмотрела. Если это продолжится, Миюки непременно проследует за взглядом Тацуи и двинет бровями, увидев, на кого смотрит брат. Однако прежде чем до такого дошло, красавица обратилась не к Тацуе, а к звезде сегодняшнего вечера – Шизуку.

– Рада нашей встрече, Шизуку-сан. Меня зовут Савамура Маки. Приятно познакомится.

В глазах Тацуи такое её упрощенное приветствие было следствием не замкнутости или нежелания выразить себя, но результатом того, что все присутствующие должны бы уже знать, кто она.

В доказательство его теории, Хонока, после того как её представили следом за Шизуку и Ватару, спросила Маки неверящим голосом:

– Извините меня, Савамура-сан, вы случаем не та самая актриса Савамура Маки, которая была номинирована на Лучшую актрису в Тихоокеанской Академии фильмов за роль в фильме «Течения Лета».

– Ах, ты смотрела тот фильм? – с изящной улыбкой ответила Савамура Маки. Хотя в этой улыбке были видны следы ликования.


– Так это были вы! Я видела этот фрагмент в кинотеатре раньше. Это было великолепно!

– Хо хо, спасибо большое!

Тацуя не смотрит фильмы, но он слышал многое о «Течениях Лета». Он вспомнил, что прошлым летом этот фильм был источником многих споров. Ну а раз у Хоноки такой вид, то он, видимо, достаточно интересен. В конце концов, фильм заставил людей сходить посмотреть в кинотеатр, а не смотреть на обычном телевизоре.

С номинацией на международном фестивале кино, эта женщина должна быть знаменитой актрисой, подумал Тацуя. И потерял к «ней» весь интерес. Он никогда не интересовался сферой развлечений и, с его точки зрения, знаменитости имеют множество неудобств, будучи центром внимания средств массовой информации. С извинениями к интересу Хоноки, Тацуя желал побыстрее закончить с ними и поискать других гостей.

Увы, реальность имела другие взгляды.

– Простите меня, если ошибусь... – Взяв верхнюю ноту в конце фразы, которая начинала вопрос, Маки обратилась к Тацуе и Миюки, стоящим позади. – Вы случаем не Шиба Миюки-сан и Шиба Тацуя-кун?


Тацуя и Миюки не были настолько наивными, чтобы забеспокоиться. Однако, хотя на несколько ином уровне, они всё же удивились.

– Верно, это мы. Извиняюсь, мы уже где-то виделись? – Тацуя встал перед Миюки, не позволив ей снова представляться. Прямо встретив вопрос Маки, он также задал свой вопрос.

– Нет, это наша первая встреча, – подтвердила своим ответом Маки, что память Тацуи была верной.

Тогда откуда ты знаешь? Встретив бессловесный намек, Маки легко развеяла эту странность.

– Он показал мне записи с Турнира девяти школ, и сказал, что там участвует Шизуку-сан. – Не было нужды говорить, что «он» относилось к спутнику, стоящему рядом с ней. – Я думала, вы двое пришли прямо с картины.

Шизуку сейчас говорила с партнером Маки. Маки говорила тихо, потому что не хотела, чтобы Шизуку услышала, так как похвалы в сторону Миюки могут быть неправильно восприняты по отношению к Шизуку, подумал Тацуя. И она не только заговорила тише, но и поближе придвинулась лицом. Тут могла быть замешана еще одна причина, но Тацуя не должен был ей потакать.

– Правда? Моя сестра, конечно, другая история, но сам я вряд ли достоин такой похвалы.


Приняв во внимание своё положение и личность, с которой разговаривал, Тацуя намеренно использовал «сам я» от первого лица. В сравнении с встречей с родителями Шизуку, Тацуя держал Маки на еще большей дистанции. Под маской приличия, Миюки продолжала молчать, по той же причине, что и её брат. Они оба инстинктивно опасались Маки.

– Как скромно. Не я одна высоко оцениваю вас, все мои друзья также в этом уверены.

Кстати, Маки также перечислила имена нескольких актеров и режиссеров, но, к сожалению, Тацуя не слышал ни об одном из них.

– Ах да. Вы двое свободны на следующих выходных? Если вы не против, я бы хотела представить вас двоих в нашем салоне, – с сияющей улыбкой на лице Маки пригласила Тацую.

С одной стороны, она невинным выражением лица передала чистоту намерений, с другой стороны она очаровывала и искушала. Как и ожидалось от актерского мастерства молодой актрисы.

Если честно, Тацуя немного заинтересовался этим предложением. Его внимание привлекло желание узнать, что же актриса, не имеющая отношения к магии, хочет от него. Тацуя не верил в чепуху о том, что привлек внимание своей внешностью. Блеск в глазах Савамуры Маки не был таким поверхностным.

– Хоть такая возможность выпадает лишь раз, я вынужден отказаться. – Однако Тацуя отказался. Хотя его тон был примирительным, не было возможности истолковать иначе значение его слов или вероятности, что он передумает.


– Понятно. – В этот миг у Маки в глазах промелькнула ярость, но была сразу же подавлена. Снова, как и ожидалось от актерского мастерства молодой актрисы. – Тогда твоя сестра... Может ли Миюки порадовать нас своим присутствием?

В этот раз она обратила свою улыбку к Миюки. Она могла свободно использовать улыбку, наполненную женственными чарами, абсолютно лишенную кокетливости. Актерский талант Маки был справедливо признан.

– Так как мой старший брат отказался, я не могу тревожить вас, – тут же ответила отказом Миюки.

Перед таким ответом не оставалось иных вариантов, лицо Маки наполнилось разочарованием и изумлением. Пока Маки не пришла в себя, Тацуя слегка кивнул, и Миюки изящно поклонилась, затем они двое отправляясь к столам.

Скрытно наблюдая за их движениями, Минами быстро пошла следом. Внезапно повернув голову, Минами поймала неприятный взгляд, которым Маки смотрела на Тацую, перед тем как быстро развернулась.

Возможно подумав, что тот взгляд, по случайности посланный в его сторону, предназначается ему, её жених (самопровозглашенный) вернулся к ней после разговора с Шизуку. Маки поприветствовала его широкой улыбкой, улыбкой, не содержащей ни капли недавней ярости или нерешительности.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Chapter 1|Глава 1]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~|Главная страница]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Chapter 3|Глава 3]]
|-
|}
</noinclude>

Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Prologue

2014-08-04T10:17:55Z

KeyJoy:

==Пролог==

Небольшая деревня расположилась в узкой котловине, спрятавшись между горами в старой префектуре Яманаши, которая граничила со старой префектурой Нагано. Деревня была без названия. Так что на карте её тоже не было. Хотя её называли «деревней», она не была официально запланирована правительством, да и деревней, естественно выросшей благодаря людям, собравшимся здесь до современной эпохи, это место тоже не было. По правде, она была деревней лишь для её жителей.

За исключением того, что у неё не было названия, деревня была обычной. Другими словами, кроме названия присутствовало всё: ратуша, полиция, пожарный отдел, а также вода с электричеством. Все дороги были аккуратно асфальтированы; здесь даже школа была. Единственная в деревне, школа, вероятно, была и начальной, и средней.

Благодаря густым облакам на мрачном февральском небе, снег всё падал и падал, покрыв серебристо-белым всю деревню. Возможно, потому что все деревенские были в своих домах, в деревне было невероятно тихо. Людей было очень мало, за исключением группы из десяти человек, идущих вперед, улицы были пусты. То единственное исключение, группа из десяти, шла к другому концу деревни, туда, где деревня стояла задней стороной к горам. Все они были в белом камуфляже, винтовками на плечах и несли пакеты одного и того же цвета.

Из классной комнаты на втором этаже молодая девушка в матроске наблюдала за приближением той опасной толпы. Она поднялась со своего места и подошла к окну, посмотреть на полностью вооруженных людей. Она была единственным человеком в классе, хотя, если честно, сейчас она была единственным человеком во всём здании. Сегодня были не выходные, не какой-то праздник и даже не длинный перерыв. Может, остальные ученики узнали, что приближается вооруженная толпа и ушли, безопасности ради? Тем не менее это не объясняло того, почему в классе осталась молодая девушка. Было очевидно, что не только ученики, но и учителя эвакуированы, так почему же осталась обычная слабая ученица средней школы?

Прямо перед взором молодой девушки мужчины у школьных ворот сняли с плеч винтовки. Держа винтовки на высоте талии, они разделились на две группы – направо и налево вдоль стены. Трое пошли направо и трое пошли налево. Из четырех оставшихся в центре, двое подняли винтовки, а два других положили пакеты и достали какой-то предмет.

Из кармана юбки молодая девушка достала тонкий, длинный предмет. Машина, которую она держала в руке, была очень похожа на «планшеты», существовавшие сто лет назад, в эпоху, когда информационные терминалы и основные средства голосовой связи назывались «мобильными телефонами». Молодая девушка нажала на выключатель выше цифровой клавиатуры, отключила режим ожидания и направила Псионы в маленькое устройство.

Машина в руке молодой девушки была CAD в форме терминала. Значит, молодая девушка была волшебником.

Она смотрела на двух людей, стоявших позади четверки, на тех, которые прицелились в школу чем-то похожем на РПГ, оборудованным под винтовку. И в тот миг...

Пальцы молодой девушки прошлись по CAD и активировали магию.

Двое мужчин из вооруженной группы достали из рюкзаков РПГ. Боевая часть была короткой и толстой, так что пробивная сила была небольшой, больше уделяя внимание урону от осколков при взрыве, это ограничивало радиус действия двумя сотнями метров. От школьных ворот до школьных зданий было меньше одной пятой того расстояния – идеальная дистанция для прицельного огня. Однако классную комнату, в которой была молодая леди, взрыв не задел.

Снаряд взорвался в десяти метрах от окна, где стояла молодая девушка. Пламя от взрыва будто окружило невидимый барьер, разрослось наружу, и взрыв отразился к вооруженной группе. На них полетели металлические осколки из снаряда. И хотя шрапнель в основном потеряла огневую мощь и не могла причинить вред, этого было достаточно, чтобы насторожиться.

Два человека, стоявших спереди, опустили рюкзаки и начали заряжать винтовки гранатами. Мужчины, выстрелившие первыми, тоже перезаряжались. Они прекрасно понимали, что явление, произошедшее ранее, было следствием магии. Стекло в окне осталось целым, потому что был возведен барьер со свойствами отражать тепло, звук и кинетическую энергию. Тем не менее мужчины также понимали и то, что магический барьер разрушится под напором атак, превосходящих мощь барьера.

На этот раз все четыре РПГ выстрелили одновременно. Мужчины не переговаривались между собой, но синхронизация была безупречна. Если один снаряд барьер пробить не может, тогда не может ли импульс и тепло от всех четырех вместе взорвавшихся снарядов преодолеть барьер? Такая у них промелькнула мысль. Даже если бы этот эксперимент по обнулению магии провалился, отскочившая шрапнель и сила не причинили бы им вреда. Это уже они доказали.

Гранаты в очередной раз взорвались в воздухе. Похожее на первый раз, пламя от взрыва четырех снарядов, казалось, распространилось вдоль прозрачного барьера. Впрочем, одно отличие было: расположение барьера.

Барьер был возведен не в десяти метрах от школьного здания, а приблизительно в пяти метрах от мужчин. Точнее, новый барьер был возведен в тот миг, когда они нажали на спусковой крючок. С такого близкого расстояния взрывная сила и шрапнель отразилась назад на мужчин. Хотя они носили защитные очки, всё под защитным шлемом было практически незащищенным. Шрапнель уже раздробила им лица, не давая времени поднять руки для защиты. В итоге, когда они упали на землю после взрыва, все четверо уже давно потеряли сознание.

Убедившись, что четверо больше не двигаются, молодая девушка повернулась и отошла от окна. Как только она оказалась в середине классной комнаты, резко открылась задняя дверь. Пальцы молодой девушки машинально затанцевали по клавиатуре – явный итог бесконечных тренировок. Она активировала магию мгновенно: вооруженный мужчина не успел даже шага ступить в классную комнату. Одна нога в воздухе – мужчина задел невидимую стену, заставившую его потерять равновесие.

Менее чем через секунду передняя дверь классной комнаты также открылась, но было, как и раньше, невозможно попасть внутрь. Они двое ударились, словно о стену. Рядом с мужчиной, пытавшимся пробиться сквозь невидимую стену, с грохотом упала оконная рама, отделявшая кабинет от коридора. Однако ни один из осколков стекла не упал в классную комнату, все осколки посыпались на третьего мужчину, который пытался разбить стекло. Барьеры молодой девушки не только защищали дверь, но и охватывали всю стену между классом и коридором, включая окна и двери. Как только девушка остановила вторжение и с облегчением вздохнула, то вспомнила, что обнаруженная ею группа состояла из десяти человек. Из них четверо остались стоять на месте перед ней, а шесть разделились и пошли в обход направо и налево. Те четверо потеряли сознание благодаря их собственному оружию, в то время как троих сдерживала её магия в коридоре. Тогда где последние трое?

Пронзительный скрип послышался из окна позади молодой девушки – окно разбилось вдребезги. Мужчины прикрепили веревки к крыше, прыгнули от стены и использовали собственные тела как молот, чтобы пробиться через окна.

В миг, когда обернулась, молодая девушка уже перекатывалась в поисках укрытия. Юбка слегка приподнялась, но даже думать об этом не было времени. Восстанавливая равновесие, она краем глаза заметила, как мужчины после своего прыжка подняли винтовки. Звуки выстрелов и пулевые отверстия на доске и шкафах позади комнаты подтвердили, что она приняла правильное решение.

Барьер, защищающий от коридора, исчез. Из-за новых вторженцев, привлекших её внимание, обновление последовательности магии было прервано. Мужчины, которые пытались пробиться через невидимую стену, вкатились внутрь. Один зашел через заднюю дверь, а второй прыгнул в окно. Теперь молодая девушка была полностью окружена вооруженной группой из шести мужчин.

Обычная ученица средней школы уже задрожала бы от ужаса. В лучшем случае она смогла бы подняться на ноги, унять дрожь со страхом и ненавистно смотреть на мужчин, но это, конечно, было далеко от истины. Всё-таки эта молодая девушка не была обычной ученицей средней школы.

Она поднялась на ноги и бросилась к двери. Там её ожидал другой мужчина с оружием в руках, но она полностью проигнорировала его. Видя, как молодая девушка бежит прямо на ствол, мужчина был застигнут врасплох. К тому времени как он пришел в себя, было уже почти два метра между ним и молодой девушкой. Для винтовок расстояние было слишком близким, а менять оружие времени не было. Учитывая, что он был против ученицы средней школы, вероятность поражения в битве на близкой дистанции была практический нулевой. Но он в конечном счете решил стрелять.

Остальные пятеро были определенно быстрее. К тому времени как мужчина, стоявший у задней двери класса, поднял винтовку, остальные пятеро уже нажали на спусковой крючок.

Послышалось пять одновременных выстрелов и следом – шестой.

В следующее мгновение послышались шесть криков боли.

Душераздирающие крики издали уста мужчин. Даже если враг – волшебник, количество огневой мощи против обычной молодой девушки явно выходило за рамки разумного.

Тем не менее пули отразил физический барьер молодой девушки, и вместо этого они полетели в мужчин.

У Мужчин были винтовки повышенной мощности, используемые против волшебников. Для того чтобы пробить магические поля, винтовки стреляли патронами с повышенной мощностью. Если такие пули отразятся в вас в упор, даже Кевлар, изготовленный из углеродных пластин высокого качества, будет бесполезен. Мужчины отлетели от удара своих же пуль и потеряли сознание, истекая кровью. Слегка потерянная, молодая девушка посмотрела на них. Похоже, она колебалась, потому что не знала, какие меры следует предпринять дальше.

В этот миг из передатчика послышался голос пожилого мужчины.

– Задание выполнено. Спасательные команды, помогите консультативному отряду. Сакурай-сан, пожалуйста, доложите о миссии. Госпожа хочет говорить с вами лично.

Услышав последние слова, молодая девушка невольно выпрямила спину. Тревожным и жестким голосом она ответила «Поняла», зная, что другая сторона не могла её услышать.

<center>◊ ◊ ◊</center>

С первого взгляда эта деревня ничем не отличалась от других. Изнутри же она была чем-то вроде череды блочных многоквартирных домов, сделанных из бетона и стали, также отсутствовали окна. Как здания, прикрывавшие противовоздушные бункера ниже, все они были массового построены во время Третьей не ядерной Мировой Войны. Учитывая, что такие здания были раскиданы по всей Японии, не было ничего удивительного видеть их здесь глубоко в горах. Тем не менее здесь это было только ради вида.

Всё-таки, эта деревня была не тем, чем казалась. Она была полностью оборудованной экспериментальной лабораторией. Наиболее охраняемым секретом и печально известной «Мастерской смерти ''(четыре)'' волшебников» – это была Четвертая исследовательская лаборатория магических технологий. Место было как базой, так и главной штаб-квартирой для модификации и ликвидации волшебников семьи Йоцуба из Десяти Главных Кланов.

Крупнейший особняк в деревне был главным домом семьи Йоцуба. Крупнейшее из больших зданий на обширном куске земли было жильем Главы дома Йоцуба, Йоцубы Майи.

В комнате этого главного здания перед Майей твердо стояла молодая девушка с беспокойным выражением на лице.

Звали её Сакурай Минами, пятнадцатилетняя девушка, которая почти окончила среднюю школу, была вторым поколением модифицированной серии «Сакура». Её родителям генная инженерия дала могущественные магические способности, и она также была волшебником с большой магической силой. Кстати, обоих её родителей не было в живых. Потеряв родителей, Минами жила с семьей Йоцуба в главном доме, служа горничной и всё время тренируясь, чтобы в будущем стать Стражем.

Специальность серии «Сакура» была в создании жароустойчивых барьеров, которые отражают физические объекты. Хотя их функциональность и ''изменчивость'' не сравнима с «Фалангой» семьи Дзюмондзи, но если судить лишь о защите, Минами даже в свои пятнадцать лет могла бы соперничать с семьей Дзюмондзи.

– Минами, для начала хочу поблагодарить тебя за хорошо выполненную работу. Такого выступления более чем достаточно, чтобы понять твой талант.

– Я рада вашим добрым словам. Спасибо большое.

В отличие от дружеского тона Майи, тон Минами был напряженным и неестественным. Впрочем, за это осуждать её нельзя, учитывая, что сидящая напротив Минами женщина была не просто её госпожой. Даже среди Десяти Главных Кланов, господствующих в верхних эшелонах японских волшебников, семья Йоцуба была особенно могущественным кланом. Она была не только главой семьи Йоцуба, её также боялись как сильнейшего волшебника нынешнего поколения – как «Королеву демонов дальнего востока».

– Не нужно быть такой скромной. Вы ведь тоже так думаете, Хаяма?

Хаяма, до сих пор молча и недвижимо стоявший за Майей, заговорил серьезным тоном:

– Хотя балы следует вычесть за то, что враг сумел прорваться через окна, тренировка всё же завершилась тем, что все десять целей были выведены из строя. Я думаю, что этого достаточно для достижения проходного бала.

После того как Минами услышала слова Хаямы, у неё широко открылись глаза от удивления. И не потому, что такая оценка была слишком суровой. Как и полагается главному дворецкому, присматривающему за всеми слугами дома, Хаяма скудно хвалил подчиненных, а тут выдал «зачет» слуге. В памяти Минами это произошло впервые. Вдобавок он похвалил именно её, что лишь удвоило изумление.

– Кстати, Минами-тян...

– Какова ваша воля, миледи?

Впрочем, у нее не было времени удивляться. Глава семьи Йоцуба не подшучивала бы над такой, как она, просто чтобы похвалить её за хорошие результаты тренировки. Это было ясно без дальнейших размышлений.

– Ты почти выпускница средней школы. Ты думаешь о старшей школе?

– ...Ещё не решила.

– Ты ещё об этом беспокоишься?

Беспокойство было вряд ли подходящим словом, учитывая, что решение поступить в старшую школу она не могла принять сама. Минами была связана договором с семьей Йоцуба. Даже если она скажет, что хочет поступить в старшую школу, её решение не будет выполнено до тех пор, пока Мая или Хаяма не сочтут это ненужным. Поэтому «ещё не решила» было похоже на «не получила дальнейших указаний», поэтому у Минами не было причин волноваться.

– Тогда, Минами-тян, ты поедешь в Токио.

На треть приказ Минами поняла, но на две трети удивилась. Год назад она услышала, что со временем станет Стражем Миюки. Тем не менее она посчитала, что это будет в далеком будущем, по крайней мере когда Миюки вернется в главный дом. Дом Миюки в Токио был немного больше среднего жилья, но лишь немного. Поэтому горничная, работающая полный рабочий день, была бы неестественной. К тому же ребенок, только что окончивший среднюю школу, лишь вызовет больше подозрений у окружающих. Так думала Минами.

Её хозяйка быстро ответила на все возникшие у неё в голове вопросы.

– Поезжай и поступи в Первую школу.

Имела ли Мая в виду под «Первой школой» ту самую Первую старшую школу при Национальном университете магии? Это был единственный вопрос в голове Минами. Поскольку ей приказали поступить в школу, не было нужды ни в каких дальнейших объяснениях.

Поскольку в наши дни записаться на экзамены можно онлайн, не было нужды беспокоиться о сроках. Но проблема заключалась в том, что Первая школа среди всех школ была известна за самые тяжелые вступительные экзамены. Сможет ли она поступить без предварительной подготовки? Это заставило Минами почувствовать глубокую тревогу.

– Ты не должна беспокоиться о вступительных экзаменах.

Они собираются использовать свои связи ради её поступления? По-правде, Минами на это надеялась.

– До экзаменов осталось ещё три недели. Вся необходимая информация будет непосредственно записана в твой мозг.

Однако такие мысли были наивными. Здесь и впрямь было устройство, которое использовали для промывки мозгов, чтобы прямо вырезать необходимые знания в голове человека с его согласия, или без него. Но это устройство сильно изматывало. Она, вероятно, целую неделю после экзаменов будет прикована к постели.

– Хорошо постарайся. После экзаменов тебе дадут время отдохнуть. И с завтрашнего дня ты освобождаешься от обязанностей горничной. – Словно почувствовав неловкость Минами, Мая сделала вежливое, но беспощадное заявление – «У тебя нет выбора». – Минами-тян.

– Да, миледи.

До сих пор Мая улыбалась, но сейчас посерьезнела. Следуя примеру своей госпожи, Минами напряглась.

– Следуй за Миюки. Начиная с весны, Миюки станет твоей госпожой.

– Поняла.

Миссию эту назначили ей заранее. Со стальной решимостью, скрытой в тревоге, Минами приняла приказы Майи.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
|[[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Introduction|Вступление]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~|Главная страница]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Chapter 1|Глава 1]]
|-
|}
</noinclude>

Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Introduction

2014-08-04T10:09:15Z

KeyJoy: /* Вступление */

==Вступление==

Девяносто семь лет прошло с тех пор, как сверхъестественную силу, которая ознаменовала появление того, что сейчас известно как современная магия, наблюдали США. Уже приблизительно восемьдесят лет как улучшение магических техник превратилось в развитие и человеческую модификацию волшебников.

Такой короткий срок, нет, на самом деле даже ещё меньше, лишь пятьдесят лет или около того заняло создание и стабильное производство могущественных волшебников – «родов», принадлежащих «знаменитым родословным волшебников». При более глубоком рассмотрении, это поражало – за каких-то полвека они успешно создали «расу», известную как Волшебники.

Конечно, было много причин прятаться. Чтобы принудить их выйти из тени, более развитые страны вложили огромное количество как научных, так и экономических ресурсов, и начали яростную гонку. Со второй половины предыдущего столетия истощение энергии превратилось в страшное будущее, которое нависло мрачной тенью в сердцах людей (в более развитых странах). Затем, после 2030 года, земля заметно похолодела, что сопровождалось последующей нехваткой еды. Вызванная распрей за еду и ресурсы, Третья Мировая Война стала мощным толчком для развития волшебников, вплоть до того, что базовые человеческие права, главная опора общества, были забыты.

Даже до двадцатилетнего хаоса войны во всем мире уже были публично проведены проекты по «человеческой модификации» и «человеческому разведению», всё во имя создания расы, называемой Волшебники. В эпоху, когда магия считалась суперсилой, признали, что магию можно унаследовать, что лишь узаконило прогресс магического развития к созданию «высших родов».

Чтобы модифицировать человека, развитые страны, прикрываясь наукой, практически растоптали человеческие права.

Искусственные матки сначала начали создавать в более развитых странах.

В менее развитых странах людей с потенциалом заставляли вступать в половую связь, практически узаконили изнасилование. Однако в более развитых странах клонированием зигот, оплодотворенных яйцеклеток, и безоперационными методами получения спермы – так называемой «генной селекцией» – получали много репродуктивного материала и вынашивали плоды в искусственных матках, тем самым создавая более эффективный подход развития волшебников. Генетическая модификация на самом деле оказалась невостребованной. Массовая продукция «детей из пробирок» без генетической модификации – вот истинное лицо развития волшебников в развитых странах.

К счастью – если можно так выразиться, учитывая диссонанс между достижениями науки и человеческой природой – «дети из пробирок» все умерли по неизвестной причине. Способ рождения негативно сказался на них всех. По показателям, полученным в развитых странах, такие дети жили в среднем около семи лет. Младенческая смертность, снижающая статистику средней продолжительности жизни, была не главной причиной. Жизнь у них была и вправду недолгой, учитывая, что самый старший из них умер в семнадцать лет. К тому же они умирали не из-за быстрого старения; они умирали молодыми обычной смертью. Жизнь, полученная естественным образом, не могла объяснить этот недостаток, поэтому появилась идея, что проблема заключается в митозе – клеточном делении.

Тем не менее непроявившийся талант волшебника можно было определить в три года. Благодаря их жертвам был обнаружен правильный способ сопоставления зародышей и зигот. Это оказало огромное влияние на второе и третье поколения вплоть до того, что для анализа можно было использовать генетическую симуляцию. Впредь стране оставалось лишь использовать смотрины как предлог, чтобы намеренно побуждать семьи самим устраивать свадьбы.

И таким образом появились семьи, знаменитые в современном мире магии. В Японии они были представлены Десятью Главными Кланами. Прославленные японские родословные волшебников стали самым лучшим их примером потому, что по сравнению с культурным наследием большинства развитых стран, Японии со своей культурой было легче всего принять такие браки.

Не смешно ли: крайне негуманные научные достижения оказались всецело во власти культурной мотивации? Или это следует воспринимать как истинное проявление упругости человечества? Вероятно, история все расставит по местам.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Illustrations|Иллюстрации]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~|Главная страница]]
| [[Mahouka Koukou no Rettousei ~Russian Version~:Volume 12 Prologue|Пролог]]
|-
|}
</noinclude>