Baka-Tsuki - User contributions [en]

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Illustrations

2017-09-25T12:45:27Z

Palexadin:

<gallery>
Image:Index v09 000a.jpg|'''Передняя обложка'''
Image:Index v09 000b.jpg|'''Задняя обложка'''
Image:Index v09 001.jpg
Image:Index v09 004.jpg
Image:Index v09 007.jpg
Image:Index v09 008.jpg|'''Оглавление'''
Image:Index v09 055.jpg|'''Страница 055'''
Image:Index v09 067.jpg|'''Страница 067'''
Image:Index v09 081.jpg|'''Страница 081'''
Image:Index v09 128.jpg|'''Страница 128'''
Image:Index v09 139.jpg|'''Страница 139'''
Image:Index v09 224-225.jpg|'''Страницы 224-225'''
Image:Index v09 237.jpg|'''Страница 237'''
Image:Index v09 259.jpg|'''Страница 259'''
</gallery>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume8_Epilogue|Эпилогу том 8]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперед к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Prologue|Прологу]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Prologue

2017-09-25T12:45:05Z

Palexadin:

==Пролог: Стадия подготовки от третьего лица — Parent's_View_Point.==

Дайхасейсай.

Это семидневное мероприятие, которое проходит в Академгороде с 19 по 25 сентября; в сущности оно представляет собой грандиозное спортивное соревнование. На него собираются все школы города, и в этом месте, расположенном на западе Токио, где исследуются экстрасенсорные способности, и где 80% от общего населения в 2,3 миллиона человек составляют ученики, к подобному событию нельзя относиться несерьёзно.

Сегодня девятнадцатое сентября, первый день праздника.

Хотя было раннее утро буднего дня, город уже заполнили семьи участников праздника. Если бы совет директоров, планируя, как справиться с наплывом посетителей, не запретил передвижение на автомобилях, пробки в городе тянулись бы на десятки километров. Поскольку в таком случае быстрее было бы просто идти пешком, они временно увеличили число поездов электричек и метро, а также подготовили беспилотные автобусы-челноки по всему городу. Удивительно, что при таком столпотворении просто не хватало водителей, чтобы поспеть повсюду.

Хотя куда ни глянь, вид был как на платформе станции метро в час пик, это было лишь доказательством претензий Дайхасейсай на место одного из важнейших событий.

Поскольку доступ в Академгород открывается для публики всего несколько раз в год, это было необычное время, особенно если учесть, что участники соревнований будут использовать экстрасенсорные способности, которые обычные люди видели только в фильмах. Хотя здешние соревнования должны были быть такими же, как и на других спортивных праздниках, для тех людей, что могли сказать о себе: «Ну, я такое видел по телевизору, но вживую - никогда», возможность непосредственно ощутить таинственные силы, известные как экстрасенсорные способности, казалась как раз той захватывающей и завораживающей вещью, которой они могли бы гордиться.

Ну, предположительно.

Мужчина и женщина шли вдвоём по этому футуристическому городу.

— Ох, мамочка, мамочка. Сколько раз вижу его, а всё равно он поражает, этот Академгород. Напоминает тот огромный мир, который я рисовал цветными карандашами в детстве. Если бы только тут были поезда, бегущие по туннелям и летающие скейтборды, он был бы идеален.

Тем, кто говорил это, был Тойя Камидзё, отец одного парня. Он был одет в однотонные свободные брюки и офисную рубашку с рукавами, закатанными до плеч. Его неудобный галстук, похоже, чей-то подарок, был распущен, а рабочие туфли топали с немилосердным шумом.

В противоположность Тойе…

— Ну и ну! Не думаю, что это место хотя бы отдалённо напоминает то, как я себе представляла будущее. Никаких галактических боевых кораблей, войн против союзов или империй гуманоидов, или красных и синих лазерных лучей, летящих сквозь пространство со звуками «пиу, пиу», хотя там вроде бы и должен быть вакуум, верно? А ещё я хочу увидеть эти мечи, которые светятся как лампы…

Той, кто ответила, была Шиина Камидзё, мать одного парня. Она выглядела вдвое моложе, чем Тойя и даже одежда у них совершенно не сочеталась. Она была одета в цельнокроенное платье из шёлка или какой-то другой тонкой ткани, которое выглядело исключительно гладким и доходило ей до лодыжек. Поверх него был накинут кардиган. В руках она держала за ручку корзину, в которой, вероятно, были их бенто. На голове у неё была широкополая шляпа и казалось, женщина излучает исключительную ауру высшего класса.

Они были скорее похожи не на мужа и жену, а на молодую дочь аристократа и её шофёра. Они шли на арену соревнований, где их сын должен был участвовать в церемонии открытия.

— Мамочка, думаю что ты говоришь не о ближайшем будущем, а об очень далёком будущем. Хотя, если тебе нужно что-то вроде светового меча, наверное, в этом городе его можно найти… Ну ладно, хватит этой пустой болтовни. Разве ты не согласна? Такое хорошее настроение. Давай не будем портить его разговорами о руинах и разрушениях, хм?

В небе вспыхнули фейерверки, оставлявшие за собой белый дым. Повсюду сновали вертолёты, по-видимому, от новостных агентств. Поскольку во время Дайхасейсай доступ в город был в общем открыт, были разрешены даже телевизионные трансляции. Для комментаторов устроили места, и в разных частях города появились временные телестудии. Потенциальные рейтинги были на уровне трансляций Чемпионата мира, так что телевизионщики вероятно, просто обезумели, подумал Тойя как бизнесмен.

В этот момент кто-то пересек их путь.

Верхом на автоматическом патрульном боте, похожем на барабан, сидела девочка в форме горничной. Похожая на продавщицу-разносчицу на бейсбольном стадионе, она держала перед собой поднос, поддерживаемый перекинутым через шею шнурком.

— Эй, бенто от горничных, не хотите знаменитый бенто, приготовленный горничной Академгорода? Кто-нибудь хочет бенто из Института домашнего хозяйства Рёран, ну, на самом деле приготовленное ученицей горничной?

Пока пара ошеломлённо смотрела на странную рекламу товара, патрульный бот, на котором сидела горничная, тихо отъехал. Более того, хотя она и называла это бенто от горничных, оно скорее напоминало бенто в стиле тосикадзу.

Со словами «Подумать только!», Шиина схватилась за лицо.

— … И правда в Академгороде куча разных школ, да?

Продолжая движение, Тойя одновременно смотрел на горничную (ученицу если быть точным), исчезавшую из вида.

— Ну, в конце концов тут на одной территории собраны разные учреждения со всего мира. Полагаю, у них должны быть и вещи типа изучения домашнего хозяйства разных народов. Но этот город действительно нечто, если у них горничные ходят по улицам словно ниче… Ай, ух!

Отвлекшись. Тойя с кем-то столкнулся.

— Кяя! Ох, простите, что налетела на вас .

Извинявшаяся женщина выглядела как студентка колледжа. На ней была блёклая серая деловая рубашка и длинные чёрные свободные брюки.

Они были простого покроя, но с одного взгляда можно было понять, что это брендовая вещь которая не смотрелась бы неуместно даже на президенте компании на деловой встрече. Однако, по контрасту с одеждой, не то, чтобы женщина излучала особо суровую ауру, но каким-то образом она производила впечатление хулиганки, которую заставили прилично одеться для особого случая. Она была полной противоположностью Тойи, который постоянно носил деловую одежду и в рабочие и в будние дни.

Женщина, с которой столкнулся Тойя, дружелюбно улыбнулась.

— Ох. Похоже, я заблудилась. М-м-м, извините, вы не знаете, как отсюда добраться до средней школы Токивадай?

— Хм… Э, подождите минутку, пожалуйста.

Порывшись, Тойя вытащил брошюру. Академгород был огромен и разных школ в нём тоже было немало, поэтому брошюра была толщиной с путеводитель по какой-то зарубежной стране. Безуспешно попытавшись сразу найти школу на карте, Тойя открыл индекс в конце книги.

— Токи, токи… Не вижу. Похоже, в списке нет средней школы Токивадай. Может быть, они именно это имели в виду во введении, когда говорили, что официальный путеводитель не в состоянии охватить всё?

— Ой! Правда? Тогда, где же эта Микото может быть?! И это после того, как я сказала ей, что пропущу занятия в университете чтобы приехать сюда!

Микото, это что, имя её младшей сестры? Тойя раздумывал об этом, листая путеводитель, как вдруг она придвинулась поближе. Коснувшись Тойи плечом, женщина смотрела на страницу, которую он открыл.

— То, то, то, токи, токи, токи - Ой! Её и правда здесь нет! Что же мне делать?!!

По-видимому, они не договорились о месте встречи (поскольку вот-вот должна была начаться церемония открытия, сотовый её сестры, вероятно, был отключен). Женщина застонала от отчаяния. Её беззащитные щёчки казалось, вот-вот коснутся небритой физиономии Тойи. Её мягкие волосы нежно щекотали его ухо. Сладкий запах распространялся от этих мягких прядей.

Тойя быстро отвернулся, как вдруг:

— Подумать только, Тойя-сан. Опять?

— М-мамочка? Ч-что ты имеешь в виду под «опять»?

В то время как Тойя невольно ответил, Шиина поднесла руку к щеке и издала печальный вздох, который шёл из самых глубин её души. Даже так он чувствовал как внутри неё расползается тьма.

— Фу, Тойя-сан. Подружился со случайно столкнувшейся с тобой женщиной, затем создал такое хорошее настроение при помощи скромных слов и действий. Который это уже раз? Думаю, я со счёта сбилась. Подумать только, дорогой. Ты так меня рассердил, может быть, ты мазохист, Тойя-сан?

В то время как лицо Шиины стало напоминать напряжённостью портреты на обороте 1000 или 5000-иеновых банкнот, женщина стоявшая рядом с Тойей, всё ещё держала его за руку, совершенно не замечая, что творится с Шииной, и продолжала говорить:

— Послушайте, вы не знаете, где палатка оргкомитета? Не знаете?

Что касается Тойи…

«Мамочка меня пугает! Н-но, но небольшие приступы ревности мамочки тоже в своём роде милые, так что же мне делать?» — раздумывал он, не зная, разрядить ли ситуацию или наслаждаться ею.

— Подумать только. Разве это не Тоума-сан?

Увидев, что внимание Шиины было отвлечено, Тойя тихонько расслабился. «Я спасён. Но, интересно, почему я немного разочарован?» — думал он, прослеживая, куда смотрит Шиина. Женщина рядом с ним продолжала держать его за руку, глядя в брошюру.

Перед ними была толпа. Большую её часть составляли, разумеется, ученики в спортивной форме. Хотя их одежду можно было в общем назвать спортивной формой, у каждой школы она была своя; но у всех на головах были красные или белые повязки.

В толпе они различили своего ребёнка, на лице которого было раздражённое, мрачное выражение. Поскольку он участвовал в Дайхасейсай, разумеется, он был одет в спортивную форму - футболку и шорты. Рядом с ним была девушка в спортивных шортах и форме, подходящей для лёгкой атлетики. Взглянув поверх раскрытой брошюры, женщина указала на девушку с каштановыми волосами до плеч: «А! Это же моя Микото. Как я рада. В университете была такая суета, и мы не договорились о месте встречи и тому подобном», — начала она объяснять.

Было похоже, что из-за столпотворения дети на другой стороне улицы не заметили своих родителей.

Однако они так громко говорили друг с другом, что по крайней мере их слова отчетливо донеслись до родителей.

— Эй, скажи мне, ты за кого - за белых или за красных?

— Что? А, я за красных. Э, ты что, тоже за красных?

— Д-да.

— Ну ладно тогда давай вместе постараемся выложиться на полную.

— Ну, эммм, если есть соревнование, где все красные участвуют вместе…

— Именно! Правда в том, что я в белой команде!!

— … ?!

— Взгляни только на мою белую повязку! Она означает нашу решимость не оставить ни одного из вас стоящим на ногах!! Как бы там ни было, мы не смогли бы объединить наши усилия. Подумай о разнице между ученицей средней школы и учеником старшей школы! Мы собираемся выиграть все очки, так что готовься!!

— С чего бы это! Хм, смотришь свысока только потому что мы младше. Мы вынесем вашу белую команду слабаков!!

— Ну да, помечтай! Вообще, если я тебе в чём-то проиграю, почему бы нам не устроить штрафную игру! Выслушаю любые твои предложения!

— Т-ты сам это сказал. Замётано… Всё, что угодно, да? Отлично.

— Ну и хорошо, маленькая мисс Токивадай! Хоть тебе и никогда не победить меня, наверняка ты размечталась! Ну и наоборот, если ты проиграешь, мы тоже устроим штрафную игру.

— Ч-что? Т-тогда, другими словами, это означает в-всё, что ты скажешь…

— Хм? Похоже, ты дрожишь, Мисака-са-а-н. И это вся твоя уверенность в себе, которая у тебя осталась после того как ты только что тут распалялась, мм?

— Хорошо. Так и сделаем. Только потом не плачь!

— Ну да, ну да. На этом праздник неудачников начинается!

— Что ты сказал?? — послышался звук электрического разряда. Пока эти двое орали, их родственники, словно поражённые громом, неодобрительно смотрели на своих детей. Похоже, между их идеальными представлениями о своём ребенке была некоторая разница.

Шиина Камидзё прикрыла лицо руками.

— Подумать только… Так разумно говорить, и выдвигать такие безрассудные требования к такой юной девочке, да в кого же это он пошёл, интересно? Ах, дорогой, если подумать, это напомнило мне мою молодость.

Тойя Камидзё выглядел шокированным.

— К-какого… Говоря, что годится всё, что угодно в штрафной игре с ученицей средней школы, что ты собираешься с ней сделать, Тоума!!

Что касается женщины рядом с ним, «Это из-за их влияния? Ну, придётся мне поговорить с Микото об этом позже. Такая юная и наивная…» — вот что она думала, вздыхая и прижимая руку ко лбу.

Вот так начался семидневный всеобщий спортивный праздник Академгорода, известный как Дайхасейсай.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Illustrations|Иллюстрациям]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter1|Главе 1]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter1

2017-09-25T12:44:35Z

Palexadin:

==Глава 1: Под палящим солнцем будет сигнал. ''Commence_Hostilities.''==

===Часть 1===

Собор святого Георгия в Лондоне.

Это здание несколько великовато для того, чтобы называть его церковью, и слишком мало, чтобы называться собором. В этом, до некоторой степени невыразительном строении отдыхала лидер британских пуритан, архиепископ Лаура Стюарт.

Сейчас в Японии было девять часов утра, а в Англии, где пользуются всемирным стандартным временем, наступила полночь. Хотя дело было в столице страны, Лауру окружало спокойствие, которое даже можно было описать как торжественное. Тихой ночью, под дуновение прохладного ветерка, день подходил к концу.

Лаура была в церкви одна, свечи были затушены.

Лаура сидела на стуле, который поставила перед алтарём. На ней было простое платье монашки, ослепительно белого цвета с узорами, вытканными черными, красными, зелеными, пурпурными, золотыми и серебряными нитями. Поверх платья на ней была разукрашенная накидка, какую носило духовенство высшего ранга. Это было формальное облачение, в котором она наносила визиты.

Христианское общество похоже на любую обычную культуру; одежда в нём тоже служит для того, чтобы продемонстрировать индивидуальность и положение личности в обществе. Хотя это звучит серьёзно, но по сути ничем не отличается от высокого колпака шеф-повара или от ученической формы или от любой одежды, указывающей на статус.

Тому, кто как Лаура отличался от простых монашек, приходилось подбирать разные комплекты монашеской одежды в соответствии со временем года, временем суток, местом, случаем, положением и амбициями. Иногда она намеренно одевалась так, чтобы понизить свой статус, возвышая тем самым статус гостя; иногда она специально одевалась, чтобы подчеркнуть свой высокий статус, выражая таким образом недовольство… в общем, было много по-настоящему сложных и хлопотных способов подчеркнуть это.

«Перед Господом все равны как братья… не так ли? Это довольно впечатляющее утверждение».

Архиепископ не могла не насмехаться над такими вещами как положение в обществе и статус. Лаура чувствовала, что делать всё это слишком обременительно.
Не только от одежды зависел её элегантный вид.

Самым замечательным в облике Лауры были золотистые волосы, длина которых в два с половиной раза превышала её рост. Обычно она закалывала волосы, но не в этот раз. Мягкие волосы свободно рассыпались по её плечам и спускались вниз, укладываясь на пол.

Сидя на стуле, Лаура положила на колени полный набор золотых и серебряных гребней, различавшихся длиной, шириной зубьев, и расстоянием между ними. Она выбрала гребень, и тщательно пропускала сквозь него свои волосы, словно перебирала струны арфы. У неё не получалось дотянуться до кончиков волос, которые были длиннее её роста, просто вытянутыми руками. Так что Лауре приходилось изящно подтягивать волосы поближе к себе руками.

Неожиданно она уронила гребень. Её золотые волосы сразу же откликнулись на это, колыхаясь вверх и вниз, словно волны у берега.

Полностью расчесав свои волосы, она взяла другой гребень, а закончив расчёсывание им - еще один. Она продолжала делать это, как будто порядок смены гребней был очень важен.

Её волосы освещал лунный свет, пробивавшийся в окно, и ЖК- монитор, стоявший на алтаре.

Комплект из экрана и оборудования для связи, который уже был там, в последнюю минуту собрала организация, располагавшаяся в Академгороде, у которой были партнёры в Лондоне.

Похоже, это была работа Стейла, но сейчас его не было в Англии.

Каори Канзаки несколько раз сказала, что «это что-то вроде мобильного телефона» и попыталась подключить эту новинку. Но она просто сидела и изучала руководство пользователя, пока её взгляд не стал похож на взгляд брошенного щенка.

''— Что вы делаете?''

С экрана донёсся недовольный голос. Трудно было сказать, принадлежал ли он мужчине или женщине, ребёнку или взрослому, Святому или преступнику. Лаура не обернулась, чтобы посмотреть, откуда доносится голос. Впрочем, тот, кто появился на экране должен был быть «мужчиной», плавающим в жидкости вниз головой.

Генеральный директор Академгорода, Алистер.

Лаура, чьи исключительно длинные волосы, рассыпались по плечам, тихо сказала:

— А вы не знаете? Я расчёсываю волосы. Мужчина не должен смотреть на женщину, когда она наводит красоту.

Она хихикнула:

— Несколько столетий назад английские аристократки отбеливали свои волосы при помощи солнца или луны. Самые красивые светлые волосы назывались «солнечными волосами» и было большой честью достичь такого результата. Разве не изящно делать это без потребности в красителях?

Лаура попыталась подавить смех, но с экрана не донеслось ответа.

Она обернулась и посмотрела на экран.

— Что не так? С чего это вы замолчали, когда я с вами разговариваю…

Ответа с экрана не было.

Как раз когда Лаура почувствовала себя озадаченной, оттуда донёсся голос.

''— Нет… в сущности, я пытался задать вам вопрос.''

— Хм?

''— Честно говоря, вы действительно странно говорите по-японски. Или же, разговаривая так, вы меня идиотом считаете? Первое или второе?''

Лаура прекратила расчёсывать волосы.

Гребень, который скользил по ним, слегка задрожал.

— Вы… вы… да вы знаете, о чём вы говорите? Нет смысла говорить об этикете с человеком, который не верит в Бога, хватит с вас и нескольких простых слов!

''— Вот как… если вы предпочитаете использовать такой особенный акцент, всё в порядке. Я пытаюсь сказать, что если вас это действительно угнетает, я мог бы отправить к вам учителя японского языка, чтобы он научил вас говорить правильно. В конце концов я не кто иной, как правитель знаний!''

— Уу! Меня это совсем не беспокоит! С чего бы я беспокоилась из-за языка, которым пользуются в маленькой стране на Дальнем Востоке? — громко заявила Лаура, быстро причёсываясь.

С экрана ответа не последовало, и не было свидетелей тому, как звуки быстрого расчесывания Лауры эхом отражались от стен.

Через некоторое время Алистер, с таким видом, словно хотел сменить тему, сказал:

''— Но почему вам захотелось причёсываться перед гостем? Разве не следовало сделать это до начала разговора?''

Хотя эта тема и не нравилась Лауре, она почувствовала, что по крайней мере они могут оставить первоначальную тему, поскольку тон её голоса и отношение стали более спокойными.

— Нет времени. Собственно, именно ночью женщины находятся в своих спальнях и наводят красоту. Пожалуйста, не обращайте внимание на то, что я делаю это во время нашей беседы.

''— Хм, полагаю, что это результат «солнечных волос», о которых вы говорили, верно? Миф о лунном свете должно быть суеверие, но миф о солнце основан на том, что благодаря ультрафиолетовым лучам волосы теряют природные пигменты. Вероятно, эта идея появилась от книг, выцветавших из-за долгого пребывания на солнце. Но я дам вам совет… так у вас волосы выпадут!''

—… Это сказано довольно грубо, учитывая, что мы всё ещё устанавливаем наши дипломатические отношения.

Лаура посмотрела в сторону. Волосы, лежавшие на полу, как коврик, отражали свет монитора. Блестящие волосы, тщательно расчёсанные золотыми и серебряными гребнями, теперь отражали другие цвета, такие как красный и синий.

Она снова пробормотала: «Так грубо».

— Я уже сказала вам, почему хотела наладить с вами контакт, так что позвольте мне ещё раз это подтвердить. Также, я хотела поблагодарить вас за согласие на нашу непомерную просьбу.

''— Если вы говорите о разнице во времени, то не о чем беспокоиться. Всё равно мы начинаем нашу работу в это время.''

— Я хочу сказать, что с нашей стороны невежливо прерывать вас, когда вы работаете.

Лаура посмотрела на свои волосы, отражавшие свет, и сказала:

— Похоже, церемония открытия в разгаре. Разве вы не должны, как лидер, выйти на сцену и поприветствовать их?

''— … Неужели вы думаете, что я могу позволить людям увидеть меня таким?''

— Ха-ха, вы правы, это неподходящий вид для такого события.

В этот момент Лаура обернулась и взглянула на монитор на алтаре.

Там был виден человек, плававший вниз головой в прозрачном цилиндрическом резервуаре, заполненном красной жидкостью. Как ни смотри, этому человеку, одетому в зелёный лабораторный халат, нельзя было появляться на публике в таком виде.

К тому же, он сможет оставаться в таком состоянии на протяжении тысячи лет (возможно, поскольку Лаура не была уверена насчёт подробностей). Если он будет показываться публике слишком часто, то люди заметят, что тут что-то не так. Конечно, если придётся делать такое он будет вынужден изменять свой внешний облик и имя.

Истинный возраст Лауры Стюарт тоже не соответствовал её внешнему виду, но она не относилась к тому типу людей, что смотрят на тех, кто учится на своих ошибках и смеются над ними.

— Тогда, если вы не возражаете, я продолжу. Я изложу вкратце, поскольку времени у меня осталось немного.

С экрана донёсся вздох.

''— … Это о тех, кто вторгся в Академгород?''

Угу.

Лаура кивнула.

— В данный момент вы не можете отличить злоумышленников от посетителей. Невозможно безупречно соблюдать меры безопасности, поскольку вам приходится принимать обычных граждан.

Лаура была неплохо с этим знакома, Если бы они хотели использовать жёсткую, практически непроницаемую систему безопасности для защиты людей во время крупных мероприятий, таких как богослужения или празднование Рождества, пришлось бы серьёзно ограничить действия людей, и это сильно помешало бы проведению праздника. Чтобы не мешать проведению праздника, им приходилось давать некоторую степень «свободы».

— Похоже, что маги воспользовались возможностью напасть на Академгород, когда в его защите зияет дыра, в которую они могут просочиться. Одна из них - важный представитель Римской католической церкви, а вторая - нанятый ею курьер.

''— Курьер? Подтвердите мне, она здесь ради разрушений и битв?''

— Да. Имя курьера — Ориана Томсон, а та, кто её нанял — Лидвия Лоренцетти. Они пытаются купить некоторый товар.

Лаура взяла кипу заметок, лежавших возле монитора, и помахала ими перед экраном. Текст в них был очень мелким, но поскольку её собеседник был из Академгорода, гордящегося использованием технологий, неизвестных внешнему миру, он не стал бы так просто говорить: «Мне плохо видно».

— Во-первых, Ориана Томсон. Как показывает её имя, она родилась в Англии, но сейчас она, вероятно, гражданка Италии. Её знают как «Заметающую следы» первоклассного курьера в мире магов. Её способность — убегать и прятаться, также она способна отделаться от преследователей даже если они её найдут.

Более точно, Ориана — женщина, которая сделает всё, что угодно чтобы оторваться от преследователей. К тому же, никто не в состоянии отследить её действия. Даже если быть наготове, она всё равно сможет сбежать. Ориана Томсон — маг, владеющий многими заклинаниями, и она будет разрушать мосты, устраивать пожары, устанавливать множество талисманов, чтобы стряхнуть с себя преследователей. К тому же, она красавица, которая иногда будет пользоваться человеческими слабостями.

По первоначальному британскому гражданству Орианы можно представить, сколько раз она сталкивалась с Британскими пуританами, пока была в Лондоне. Пока «Несессариус» преследовал Ориану, им мешали разные люди, не имевшие связей с магами, заявляя, что они её «лучшие друзья». Она не просто берсеркер, она знает, как использовать «людскую стену», образованную толпой и просочиться внутрь.

— Далее, Лидвия Лоренцетти, радикал в Римской католической церкви, также известна как «Масленица». Она прославилась тем, что проповедовала людям, от которых отказалась церковь, и обратила некоторых из них в христианство, чтобы они распространяли Благую весть дальше.

Она не такая как Ориана, она католичка, родившаяся в Ватикане. Она занимает очень высокий пост, но никогда не «пыталась метить выше». Вместо этого она считает намного более осмысленным распространение в мире Слова Божьего. Она тот человек, «который сделает всё, что угодно для распространения Слова Божьего». Папа римский лично наградил её платиновым посохом, украшенным шёлком, который она тут же без раздумий продала, чтобы финансировать свои путешествия.

Те, кого «спасла» Лидвия, и те, кто хочет «спасти ещё больше людей», это гении, которые никогда не показывались на свет, и большинство из них — люди преступного мира и приверженцы культов. Способность Лидвии заключается в том, чтобы отыскивать этих талантливых людей, которых при обычных обстоятельствах казнили бы.

У неё не только есть способность отыскивать скрытые таланты, она ещё и умеет контролировать проблемных людей и управлять ими.

Даже если это католики, которые убьют любого встреченного грешника, и сожгут любого неверующего, формально они не могут напасть на того, кто должным образом распознан как обращённый. Для высших чинов, ненавидящих этих проблемных людей, Лидвия как заноза. А для архиепископа Лауры она опасный противник.

Если бы она просто открыто подстрекала магов на борьбу, Британские пуритане смогли бы остановить их, но поскольку она также проповедует Библию и Евангелия, если бы Британские пуритан выступили против неё, их сочли бы преступниками.

''— Они довольно известны в вашем мире, да? Я никогда о них раньше не слышал. Кто этот человек, с которым они заключают сделку?''

— В данный момент неизвестно. На сегодня главным подозреваемым является епископ Николай Толстой из Русской церкви.

Хотя Николай не такой экстремист, как католики в уничтожении «неверных», он известен как коварный человек, который урвёт свою выгоду в споре двух сторон.

''— Тогда, товар, который они доставят… можете ли вы сказать мне, что он из себя представляет?''

— Если я не сказала бы вам название и предмет, вы, ребята, вероятно, не смогли бы его найти, верно?

Лаура отвела взгляд от экрана со словами «Вот оно!» и подняла «нечто», лежавшее на полу.

''— Это что, меч?''

— Это просто дубликат, который я позаимствовала в Британском музее. Выглядит точно так же, но, магических эффектов у него нет.

Меч, который держала Лаура, был сделан из мрамора. Он был полутора метров длины и ширина перекрестья составляла по 35 сантиметров с каждой стороны, что в общем давало 70 сантиметров. Он был толщиной около 10 сантиметров. Поскольку это был дубликат, лезвия у него не было. Вместо этого, кончик меча был заострён как заточенный карандаш.

— Его называют «Пронзающий меч». Я не могу объяснить, что он делает, но говорят, что им можно рассечь дракона пополам и пригвоздить его к земле. Его магическое значение и эффекты грандиозны. Если его успешно доставят, у нас сразу же возникнут неприятности. Возможно, дело закончится тем, что Британия ввяжется в войну.

«Пронзающий меч» это духовное оружие, которое может уничтожить исключительно важную для христианской секты «опору». Как только разрушат «опору», окружающие враги воспользуются ситуацией, когда секта ослаблена, и нападут на неё одним махом.

«Опора» в христианстве обозначает «Святых».

«Пронзающий меч» может окончательно уничтожить Святых, обладающих боевыми способности и силами, эквивалентными силе ядерной бомбы.

— Хмм, это что-то вроде тактического оружия, которое разработала ваша сторона.

Алистер вопросительно посмотрел на меч сквозь экран и сказал:

''— Не могли бы вы объяснить мне, что произойдёт, если этот меч используют в Академгороде? Оценивая ситуацию, похоже, что нам следует эвакуировать обычных граждан.''

— Вам не следует беспокоиться. Это оружие, которое можно использовать только против магии. Если оно будет использовано против вас, никакого эффекта не будет.

— Вот как. Если вы расскажете нам о его структуре и происхождении, мы можем разработать какие-то стратегии.

— О, люди мира науки могут составлять планы против магии? Только не говорите мне, что среди вас прячется маг.

— …

— …

Оба замолчали. Напряжение было словно натянутые повсюду тонкие, но острые нити, которые порвутся при малейшем движении, даже от дыхания. Но не было никаких следов беспокойства, так что можно было даже подумать, что им это нравится.

Лаура заговорила весёлым голосом, как будто только что порвала эти туго натянутые струны со звуком «Пау!»:

— Давайте не будем делать эти бесполезные оговорки, время действительно драгоценно.

Она тряхнула головой, и волосы, расстилавшиеся по полу, как коврик, слегка всколыхнулись.

— Самой большой проблемой является то, что сделка по поводу «Пронзающего меча» будет заключена в Академгороде.

''— Должно быть, врагу это тоже ясно. Позволить магам Британских пуритан войти на нашу территорию… вероятно, мы не сможем сделать для них исключения.''

Если они сделают исключение и допустят к себе Британских пуритан, другие группы тоже потребуют «дать им разрешение». Не все люди руководствуются добрыми намерениями. Среди них кто-то может даже пробраться в Академгород и устроить там какую-то диверсию.

Нынешние обстоятельства и так уже порождают достаточно проблем. Если им придётся подмешать к смеси ещё несколько катализаторов, никто не знает, к чему это приведёт. Учитывая проведение праздника Дайхасейсай с присутствием большого количества обычных граждан и журналистов, Алистер особенно хотел бы избежать возникновения любых беспорядков, не говоря уж о трагедиях.

Похожая ситуация возникла, когда алхимик захватил частную школу Мисава. В тот раз Академгород нанял британских пуритан и католиков, чтобы не дать Ауреолусу Иззарду выйти из-под контроля.

Но сейчас обстоятельства были иными.

Сейчас Дайхасейсай, в городе много приехавших из внешнего мира. Если бы Алистер предложил, что «мы решим, кто уладит проблему, возникшую в нашем городе», а другая сторона предложила бы, что «здесь есть туристы из нашей страны, так что мы защитим наших граждан» это бы вызвало большой беспорядок.

Конечно, между этими организациями есть разница в силе.

Академгород как лидер мира науки, на базовом уровне отличался по возможностям от многих мелких групп мира магов. Так что должна быть и разница во влиянии, но они не могут просто подавить другую сторону.

Как только они откажутся от предложений со стороны мелких групп мира магов, более крупные группы придумают предлог чтобы прийти со своими просьбами. Даже если удастся отказаться от их предложений, заговорят другие большие группы. Пока это будет продолжаться, проблема будет разрастаться, словно снежный ком, и в конце концов приведёт к противостоянию научной и магической стороны.

Дайхасейсай уже сам по себе был событием, к которому приковано внимание мира.

Вероятно, и дня не пройдёт, как возникнут проблемы.

— Даже в таком случае, если кому-то из жителей Академгорода придётся побить мага, это тоже приведёт к проблемам.

И у научной и у магической стороны есть свои собственные интересы и своя ответственность. Как только силы безопасности Академгорода окажутся невнимательными при поимке магов, возникнет риск незаконного доступа к другой стороне.

''— Эти ребята действительно всё продумали. Даже если мы почувствуем, что что-то не так, мы не можем просто пойти и напасть на врага, не испытывая определённых сомнений. Они же в это время могут полностью сосредоточиться на сделке.''

— Но что, если мы сдадимся сейчас? Не выйдет ли, что у нас не будет над ними преимущества?

Лаура встала.

Её исключительно длинные волосы не так просто было поднять с пола.

Набор золотых и серебряных гребней упал на пол с её колен.

Тем не менее, Лаура на него даже не взглянула.

— Поскольку сейчас у вас гостят обычные граждане, полагаю, что не будет проблем, если наши люди приедут на праздник, верно?

Услышав её серьёзный голос, человек на экране монитора захихикал.

''— Посмотрим… даже если мы замаскируем их под праздничную экскурсию, если все её участники окажутся из Британской пуританской церкви, у нас будет головная боль. Как только кто-то выяснит, что это акция, запланированная некой организацией, нам придётся принять слух о том, что «Церковь уже вторглась в Академгород». Но если мы ограничимся одним человеком… и окажется, что у этого человека есть друзья среди жителей Академгорода, мы можем их запутать.''

Алистер весело присвистнул и язвительно усмехнулся.

''— … О, так значит, тогда мы просто воспользуемся этим парнем в качестве гида.''

===Часть 2===

Было 10:30 утра.

Наконец-то церемония открытия закончилась.

— Слишком жарко…

Обычный старшеклассник Тоума Камидзё стоял на футбольном поле. Похоже, что это поле, принадлежавшее спортивной школе, служило для проведения общественных мероприятий. Этим безжалостным летом даже беговая дорожка из синтетического каучука чуть ли не плавилась. Ученики, одетые в разнообразную спортивную форму, разбрелись группами по двое-трое как только вышли со стадиона.

В Дайхасейсай принимают участие 1,8 миллиона человек. Хотя стадион построен по профессиональным стандартам, всех участников он вместить не мог.

— Не слишком ли много в городе начальства? — утомлённо сказал Камидзё. Кто угодно был бы раздражён, выслушав этим жарким утром столько приветственных речей от директоров подряд.

Камидзё, который по некоторым причинам потерял память, случайно и не осознавая того, слушал всё это во второй раз.

На самом деле, Совет директоров и так тщательно отбирал тех, кто произносил приветственные речи. Если бы все директора вышли на сцену со своими посланиями, это бы наверное заняло целый день.

Вокруг Камидзё были ученики из младших, средних и старших школ и студенты колледжей. У всех на лицах было такое же выражение, как и у него. В основном они были одеты в рубашки с короткими рукавами и шорты. Поскольку они были из разных школ, некоторые были в бахилах или спортивных костюмах. Некоторые ученики специальных школ были даже в форме для айкидо, камуфляжных брюках или защитных костюмах (неуправляемых), сделанных из особых материалов.

Общим для всех учеников было то, что на головах у них были белые или красные повязки.

По сути, Дайхасейсай — это соревнование между школами, где победы и поражения учитываются в виде очков. Каждая школа делит своих учеников на красную и белую команды, и с каждой победой команды определённого цвета заработанные очки зачисляются на счёт школы. Красные против белых, школа против школы. Окончательное количество очков используется для того, чтобы определить рейтинг школ.

Условие победы, о котором Камидзё и Микото спорили перед началом церемонии открытия, использовало эту систему. В Академгороде если рейтинг одной школы оказывается выше, чем у другой, она «побеждает». Безжалостные слова, с которыми ушла Микото были чем-то вроде «Ты… ты просто подожди и увидишь…! Я заставлю тебя пожалеть, что ты сказал, что проигравший будет наказан и должен будет подчиняться победителю!»

«… Что она со мной сделает?... Подождите… подождите минутку. Только не говорите, что она будет до захода солнца играть со мной в ловлю того, что она запустит своим рейлганом (со мной в качестве ловца)? Не хочу играть с ней в такие игры…»

Камидзё ничего не смог поделать, кроме как вскрикнуть в одиночестве. Все ученики, которые были возле выхода со стадиона странно на него взглянули. Наконец, вернув себе хладнокровие, Камидзё тихо пошёл к автобусной остановке напротив стадиона.

(Но я тоже слишком сильно переживаю).

До сих пор, хотя Камидзё дрожал от страха, ожидая, что произойдёт, он понимал, что если он не проиграет,с ним всё будет в порядке. Хотя его противник из престижной школы, она ещё только ученица средней школы. Даже если разрешат использовать экстрасенсорные способности, это должно быть лишь дополнением к спортивному соревнованию (вероятно). Честно говоря. Камидзё чувствовал, что эти барышни, которые должны быть такими избалованными, скорее всего не могут победить энергичную и взмокшую от пота группу старшеклассников. Даже если Камидзё проиграет в самом матче против Токивадай, есть и другие пути. Если школа Камидзё победит другие школы, а Токивадай им проиграет, разность очков может сойти на нет.

— Тоума!

Сзади раздался девичий голос.

Посмотрев в направлении, откуда он доносился, можно было увидеть в толпе учеников в спортивной форме девочку в белом одеянии монашки, украшенном золотым шитьём. Её звали Индекс. Она была англичанкой, у неё были длинные белые волосы, зелёные глаза и стройное тело. К тому же, в её великолепной памяти хранились 103 000 магических текстов. Честно говоря, эта девочка намного полезнее этих слабаков экстрасенсов.

Индекс держала перед собой трёхцветного кота, вяло говоря:

— Тоума… Есть хочу.

— Ты что, уже голодная? Знаешь, ещё только утро. Разве ты не завтракала два часа назад?

— Ууу. Но везде так привлекательно и неописуемо пахнет. Просто не могу выдержать.

Трёхцветный кот в её руках принюхался и издал счастливый вопль, подражая голосу Индекс.

Хотя это и было крупное спортивное мероприятие, не все ученики будут всё время заняты в соревнованиях. Им просто надо являться на место проведения соревнования к определённому времени, а в остальном они свободны. Можно делать что угодно: болеть за другие школы, ходить с родными, покупая сувениры, или просто стоять в магазинах, читая журналы. Некоторые ученики, например из школ менеджмента или домашнего хозяйства, в которой учится Майка Цутимикадо даже организуют торговлю, чтобы заработать немного денег.

Это неожиданно, но лишь в немногих школах все ученики участвуют в соревнованиях. Поскольку учебные годы и спортивные соревнования различны, как правило, есть люди, которым нечего делать. Им следовало бы болеть за свои школы, но победный банкет может быть намного роскошней, если их торговля принесёт немного денег. Простая продажа товаров 1,8 миллионам учеников и их родителям может дать им довольно большую прибыль.

— А… э-э.. может быть, японская кухня так же искушает поесть, как это звучит, — выпалила монашка, несущая кота.

Индекс относилась к тому типу людей, кто сделают всё, что угодно, лишь бы добраться до еды, которую видят перед собой. Хотя тут чувствовался лишь доносящийся издали запах еды, при долгом пребывании в таких условиях просто слюнки потекут. Кроме того, он должен вознаградить её за то, что она не совершила набег на эти магазины.

Камидзё серьёзно подумал.

— А, понятно. Тебе целый день будет нечего делать, так что попозже я выкрою время. чтобы пройтись с тобой.

Индекс кивнула прежде чем остановиться и спросила:

— … Позже?

— А, первый матч вот-вот начнётся, так что мне надо идти. Можешь посмотреть в путеводителе. Места, которые я отметил ручкой — это трибуны для зрителей на соревнованиях, в которых я участвую.

— Ва-а-вавава! То.. Тоума сегодня так холоден со мной!

Похоже, Индекс что-то кричала, но времени у Камидзё оставалось совсем мало. Он хотел позволить ей зайти в несколько магазинов, но если он пойдёт с ней, уже голодной, этому не будет конца. Она не успокоится, пока не зайдёт в каждый магазин, и не съест всё.

Камидзё поторговался с Майкой, которая как раз проезжала мимо, и купил бенто от горничных за полцены (стандартная цена была 1200 иен, так дорого). Индекс продолжала плакать, говоря, что она хочет «есть», пока упрашивала Камидзё по дороге к арене. Заметим в скобках, что хотя название «бенто от горничных» звучит очень по-западному, все его ингредиенты были японскими. Пока Камидзё ворчал по поводу ингредиентов и цены, Майка объяснила: «Япония - страна бенто, поскольку в культуре других стран его не употребляют. В Англии еду в середине дня называют словом «ланч», и в любом случае люди западной культуры как правило берут с собой крекеры. Вот почему мы используем местные ингредиенты. Хотя ты говоришь, что это дорого, в театрах публике продают первоклассные бенто, которые вдесятеро дороже, чем удон. Знаешь ли, мы следуем традиционным методам, используя первоклассные ингредиенты и рецепты для того чтобы приготовить эти бенто на Дайхасейсай».

Хоть это прозвучало грубо, она была права.

Держа в руке бенто от горничных, Камидзё направился к арене для соревнований, которой был стадион его школы. Предполагалось, что он проводит Индекс на трибуны для зрителей, но входы для зрителей и участников соревнований оказались разными. Расставшись с девочкой, он вошел в зону для участников соревнований. Поле как раз готовили, разбрызгивая по нему воду, чтобы не дать подняться пыли.

В голубом небе плыли дистанционно управляемые воздушные шары, поддерживавшие специальный вертикальный тонкий экран, по которому бежали слова: «7-й район. Сектор старшей школы. Первое мероприятие. Соревнование «Повали шест». 10 минут и 23 секунды до начала матча».

«Если наша школа проиграет в рейтинге Токивадаю, кто знает, что за наказания придут в голову Микото. Мы должны сразу же победить!»

То, сколько очков наберёт школа во время Дайхасейсай, длящегося семь дней, в значительной степени зависит от того, в каком темпе она будет продвигаться. Всё зависит от тактики, которую использует школа: сделает ли она рывок с самого начала или будет беречь силы и догонит утомлённые команды под конец. Есть масса вариантов.

Из-за потери памяти Камидзё казалось, что он участвует в соревнованиях Дайхасейсай в первый раз.

Тем не менее, поскольку он не был учеником спортивной школы, Камидзё не мог следить за схватками спокойно и сохранять своё физическое состояние. Хотя у него и была особая способность, это всё равно была битва между учениками. Результаты матча могут также воздействовать и на моральный дух. Другими словами, хотя и можно выиграть матч, но если разрыв будет слишком велик, не получится сфокусироваться на том, чтобы обратить ситуацию в свою пользу, когда спортсмены уже сдаются.

На основании одного этого довода Камидзё предпочитал делать рывок сразу со старта и отрываться от противника.

«Если подумать, в нашем классе было очень шумно, когда мы недавно готовились к матчу. Или мне следует сказать, что шумно было по всей школе. Хм, эти люди должно быть, довольно энергичны. Есть лишь несколько человек, которые ненавидят проигрывать, и меня больше беспокоит, что они могут воспользоваться грязными приёмами, чтобы победить».

Камидзё с нетерпением ждал этой бессмысленной встречи с одноклассниками, пока шёл в раздевалку для спортсменов, чтобы встретиться с ними.

По идее, Аогами Пирс, который любит развлечения больше всех, обернётся, и…

— Вау - почему такой энергичный…

Камидзё невольно осел на землю.

Когда он пришёл в себя, он лежал, раскинувшись, на земле.

Он огляделся и заметил, что другие ученики были в таком же состоянии. Все выглядели так, словно у них был тепловой удар.

— Стоп… минуточку, что это со всеми случилось? Почему вы такие усталые, когда первый матч ещё даже не начался?

Камидзё вздрагивал от злости, спрашивая это, в то время как Аогами Пирс с трудом обернулся и сказал:

— Почему? Потому что все не спали прошлой ночью, играя! А перед церемонией открытия весь класс сцепился по поводу того, какую тактику надо использовать. Вот все оставшиеся силы и пропали!

— Из-за этого?! Все?! Неужели начало и конец Дайхасейсай поменялись местами? Тем не менее, Химегами, поздравляю! Видя, что ты смогла влиться в класс, я чувствую большое облегчение.

Аиса Химегами стояла чуть поодаль от Камидзё. Эта девушка с белой кожей и чёрными волосами обладала способностью приманивать и убивать вампиров. Чтобы сдержать эту силу, она носила на шее крест, который сейчас был спрятан под её спортивной рубашкой с короткими рукавами.

Она перевелась в класс Камидзё только в начале этого месяца.

Химегами мягко встряхнула своими длинными, чёрными волосами, которые становились всё более замечательными, сказав:

— Не такими должны быть школьные соревнования? Где инструкторы и тренеры?

— Уф, даже ты сказала: «не таким оно должно быть?!»

Похоже, мы проиграем! Камидзё схватился руками за голову.

Как будто пытаясь подбодрить Камидзё,

— Ня! Ками-ян, ничего не поделаешь, раз все так устали. Никто не ожидал, что на церемонии открытия будет пятнадцать приветственных речей директоров подряд, да ещё придёт пятьдесят поздравительных телеграмм. Я должен похвалить тебя за то, что ты вообще в состоянии стоять на ногах после всего этого…

Человеком, который сказал это был Мотохару Тсучимикадо - он выглядел как школьник, но на самом деле был двойным агентом, работавшим и на учёных и на магов - его короткие светлые волосы торчали во все стороны, на глазах были яркие солнечные очки, а на шее - золотое украшение.
Можно было лишь сказать, что спортивная рубашка с короткими рукавами не сочеталась с остальными аксессуарами.

— Да-даже энергичные Аогами и Тсучимикадо так выглядят… стоп… минутку, если противник такой же безжизненный, у нас ещё может быть шанс…!!

Камидзё схватился за последний проблеск надежды.

— Невозможно, ня, Ками-ян. Похоже, что противник это частная элитная спортивная школа, знаешь ли.

— УАААА! Камидзё распластался на полу. Мысль о том, что он проиграет Мисаке Микото и том, какое адское наказание она ему устроит, отчётливо появилась в его сознании. Как раз когда Камидзё почувствовал, как по коже у него побежали мурашки, в комнату вошла его опоздавшая одноклассница.

— Стоп.. минуточку, что это со всеми? Почему все такие усталые?

Мм? Камидзё, лежавший на полу, посмотрел вверх.

Стоявшая перед ним девушка была одета в рубашку с короткими рукавами и шорты, поверх была накинута куртка с капюшоном. На её нарукавной повязке было написано: «Организационный комитет Дайхасейсай. Отделение старших школ». Наверное, похожие слова были написаны и на обороте. Она была довольно высокая для своего возраста и у неё была хорошая фигура. Под её спортивной формой можно было разглядеть внушительную грудь. Её длинные волосы были зачёсаны за уши, отчего лоб казался намного больше, чем был на самом деле.

Сэйри Фукиёсе.

Несмотря на её симпатичную внешность, её прозвищем было «Железная стена».

Она безучастно огляделась, пока её взгляд, наконец не остановился на лежащем на земле Камидзё.

— А?! Не может быть, Камидзё! Это именно ты заразил всех своей ленью. Ты… что ты теперь собираешься делать?

— Э? Нет… это не моя вина! Знаешь ли, я только что сюда пришёл!

— Другими словами, все растеряли свой задор из-за того, что ты опоздал?

— Ты хочешь чтобы я был виноват в любом случае? Разве ты сама не опоздала?

— Дурак, я опоздала, потому что у меня есть и организационная работа!

Хочешь, чтобы несмотря ни на что я выглядел идиотом? Камидзё действительно собирался запротестовать.

— Не трогай меня! Я с этим не справлюсь! Теперь, когда Камидзё находится в несчастливой реальности, Камидзё действительно не может встать!

— Ты действительно выглядишь настолько плохо. Это не психологическая проблема; это лёгкая анемия из-за того, что ты не позавтракал. Просто выпей изотонический напиток чтобы пополнить запасы воды и минералов в организме, и всё будет в порядке. А теперь встань, Тоума Камидзё!

Фьюю! Несколько полулитровых пластиковых бутылок вылетели из карманов куртки Фукиёсе.

— Ва! С чего ты мелешь эту чушь, от которой восторгаются сдвинутые на здоровье типы?! К тому же, это что, иллюзия? Почему мне кажется, что тебе не минералов и воды не хватает, а кальция?

— О чём это ты? Я ем достаточно анчоусов!

Фукиёсе в упор посмотрела на Камидзё со словами:

— Ненавижу тех, кто оправдывает неудачливостью то, что живёт как попало. Если ты выглядишь таким сонным, все остальные тоже утратят мотивацию. Так что лучше тебе взбодриться для общего блага.

Встретив агрессивное нападение Сэйри Фукиёсе, Камидзё невольно отступил. Член комитета продолжала наступать на ретирующегося парня. Камидзё всё равно продолжал отступать, пока не оказался прижатым к клумбе.

Ученики наблюдали за этим в полном восторге.

— Слишком… слишком сильная. Фукиёсе, ты слишком сильная! Ты и правда женщина, которая сможет защитить нас от этого Камидзё!

— Обычный человек мог бы в конце концов размякнуть и сказать: «Ками-Камидзё-сан, с тобой всё в порядке?»

— Этот парень всё время говорит, что ему не везёт, но он всегда занимает самые лучшие места!!

— О, ты надежда человечества. Давайте проанализируем Сэйри Фукиёсе, и возможно, мы сможем контролировать Ками-яна!!

«Что за гадом я вам кажусь?!»

Камидзё вяло отступал.

В этот момент он наступил на что-то мягкое. Это был резиновый шланг, при помощи которого разбрызгивали воду. Перед началом соревнований приходилось разбрызгивать воду на землю, чтобы было меньше пыли. (хотя полностью прибить её не удавалось).

Где-то вдали школьный учитель подозрительно посмотрел на шланг, из которого перестала течь вода.

В этот момент…

Шланг для воды соскочил с крана, и вода, поток которой перекрыла нога Камидзё, разбрызгалась во все стороны.

Ближе всех к крану была…

— Фуки…Фукиёсе?! Камидзё, ублюдок, как ты посмел сделать это с нашей последней крепостью?!

— О нет, раз Камидзё рядом, даже эта тигрица промокла насквозь.

— И неожиданно мы можем увидеть её красочное бельё. Только не говорите мне, что это начало романтической комедии…

— Человечество в отчаянии — если Фукиёсе не выживет, то кто же останется в живых?

«Да что за гадом я вам кажусь?! И да, извини, Фукиёсе-сан!»

Камидзё то злился, то извинялся.

Заметим в скобках, что Фукиёсе вымокла насквозь, и её спортивная форма слишком плотно прилегала к ней, так что её тело и даже бельё были отчётливо видны. Неожиданно оказалось, что она носит совершенно не соответствующее её образу бельё, в жёлтую и оранжевую клетку, которое выглядело действительно милым.

— Ты чем-то недоволен?

«Нет, я не смею!!»

Камидзё быстро поклонился и извинился. Фукиёсе выдала «хмф!», отвернулась, расстегнула молнию на кармане куртки, вытащила маленький пакетик молока и выпила его. Вероятно, ей нужен был кальций, чтобы утихомирить злость.

Бывшие поблизости ребята стали прижимать пальцами отверстие крана, играясь со струями воды, бившими как лазерные пушки. По правде говоря, они устали. Но похоже, они заметили, что Фукиёсе промокла до нитки и хотели продемонстрировать джентльменский дух, притворившись, что «ничего не заметили.» Они выглядели невинно, но в их глазах не было веселья, когда они продолжали играть, отчаянно брызгаясь водой.

Камидзё вяло посмотрел на своих одноклассников, среди которых совершенно не было единства и подумал: «Никого не волнует соревнование «Повали шест»? Мы обречены! Действительно, насколько же у этого класса много проблем».

Как раз когда Камидзё тряс головой, стоя у стены возле входа в зону для участников соревнований, он услышал как спорят мужчина и женщина. Похоже, кто-то спорил в спортзале.

— Это будет… определённо…

— Что за чушь - определённо… э?

Что тут происходит?... Оставаясь снаружи, Камидзё заглянул внутрь.

В задней части спортзала, где было темно, стояла классный руководитель Камидзё, Цукуёми Комоэ. Она была ростом 135 сантиметров, учитель, над которой не будут смеяться даже если она носит школьный ранец как в начальной школе. Она была одета в короткое белое платье, и светло-зелёный топик без рукавов. Похоже, она оделась так, чтобы болеть за них.

Напротив неё стоял мужчина, которого Камидзё никогда не встречал. Должно быть, это был учитель из другой школы. На Дайхасейсай преподаватели носят спортивную одежду, которую можно купить вне Академгорода, но этот человек даже в такой жаркий день был в деловом костюме.

Комоэ-сенсей спорила с этим учителем.

Точнее говоря, всё выглядело так, словно Комоэ-сенсей вот-вот сожрёт учителя, насмехавшегося над ней.

— Я признаю, что условия в нашей школе и школьная программа не соответствуют! Но это наша вина, а не учеников!

Комоэ-сенсей кричала, размахивая руками. Однако учитель не обращал на это внимание, говоря:

— Хм, разве несоответствие условий не связано с тем, что ваши ученики ни на что не способны? Если бы они продемонстрировали хорошие результаты, Совет директоров выделил бы дополнительное финансирование, верно? Ха-ха. Школам для неудачников вроде вашей должно быть не позволено просить о нём, верно? А, сенсей, я слышал, что ваш класс плохо показал себя на тестировании в конце семестра, верно? Справляться с таким количеством неудач должно быть трудно.

— Для… для учеников нет успехов или неудач! Просто каждый из них самостоятельная личность. Все они и так стараются изо всех сил! Как… как я могу отказаться от них ради собственного блага?

— Может быть, это отговорка для того, чтобы скрыть собственную неспособность? Ваши мечты заходят слишком далеко. Хотите, чтобы я вернул вас к реальности? Пусть элита, которую я взрастил, размажет ваших отбросов по полю. Хм, у нас тут соревнование «Повали шест», верно? Позвольте мне, как представителю противоборствующей школы, дать вам совет. Идите разомнитесь; вам это понадобится, чтобы избежать травм.

— Вы…

— Вы поставили меня в неловкое положение во время последнего школьного состязания, так что в этот раз во время трансляции на весь мир, я верну вам этот должок. Мы не будем атаковать в полную силу, но я не знаю, не слишком ли слабы для нас ваши неудачники.

Хахаха — с этим смехом учитель ушёл.

Похоже, этот учитель из школы противника. Так подумал Камидзё. Честно говоря, Камидзё с его нулевым уровнем, не особо задело бы, даже если бы его назвали неудачником или отбросом.

— … Это всё не так.

В этот момент заговорила Комоэ-сенсей.

Она теперь была одна, и не обращалась ни к кому конкретно.

Она склонила голову и говорила дрожащим голосом:

— Они ведь не отбросы, нет?

Её и так узкие и костлявые плечи сжались ещё больше.

Похоже, она говорила это потому что её учеников унизили чужаки.

Она подняла голову, посмотрела в небо, и замолчала, как будто пыталась что-то вытерпеть.

— …

Камидзё молчал.

Он обернулся.

Все ученики безмолвно стояли здесь.

Как будто пытаясь убедиться, Тоума Камидзё спросил:

— Ладно, ребята, вы это слышали? Только что все жаловались на то, что нет мотивации и вся энергия иссякла…

Камидзё закрыл один глаз.

— Дайте-ка я спрошу вас ещё раз, вы уверены, что не хотите победить?

===Часть 3===
Мисака Микото находилась на трибуне для зрителей, отведённой для учеников.

По сравнению с обычными трибунами тут даже козырька, защищающего от солнца, не было. Была только синяя пластиковая плёнка на земле, сидений не было вообще. Микото вздохнула, подумав: для них это вроде праздника любования цветами. Такая простая, но вместе с тем освежающая обстановка.

Учитывая, что она сама собиралась принять участие в соревнованиях, наблюдать за матчем, в котором участвует Камидзё до самого конца могло быть немного опасным. Но она действительно была встревожена, и прежде чем осознала это, уже стояла здесь.

Других учеников в стандартной спортивной форме Токивадай тут не было.

«Хотя он же наверное не сможет победить нашу школу…»

Микото незаметно вздохнула. В средней школе Токивадай было два ученика пятого уровня, сорок семь - четвёртого, а остальные - третьего уровня: это сильная школа, где учится элита. Хотя в прошлом году на Дайхасейсай они заняли довольно унизительное второе место, чемпионом прошлого года была одна из пятёрки лучших школ, Академия Нагатендзёки. В конце концов реально за победу борются только эти лучшие пять школ. Если ситуация изменится, то только за счёт перераспределения мест между ними.

Это следовало бы знать каждому жителю Академгорода, так почему же этот парень так безрассудно побился об заклад? Микото была настроена скептически. Но наверное, у этого идиота не было никакого особого плана.

«Но…»

Если дело было в нём, то может быть, появится неожиданный победитель.

Он отвергнет любые объективные различия между нулевым и пятым уровнем. Да, именно так, как он победил сильнейшего в Академгороде экстрасенса пятого уровня одной правой рукой.

Тогда он стиснул зубы и столько раз вставал на её защиту.

«…»

Сознание Микото на время опустело.

«Аххх, это так раздражает, чего это вдруг я так засмущалась?!»

Топ-топ-топ-топ!!! Она вытащила из-под себя доску, которую использовала вместо сиденья, и начала торопливо обмахивать своё залившееся румянцем лицо. «Здорово, что тут нет моих одноклассниц», - подумала Микото, оглянувшись.

Затем…

Монашка с серебристыми волосами и зелёными глазами лежала на земле.

— ?!

Микото передёрнула плечами. Это та девочка, которая с начала занятий таскалась с тем идиотом. Кажется, её зовут Индекс - это что, прозвище? Трудно себе представить, чтобы у кого-то было такое имя. Почему она здесь? У Микото возникло несколько вопросов, но она сразу же поняла, что девочка должно быть пришла сюда, чтобы поболеть за её противника.

[[Image:Index v09 055.jpg|thumb]]

В правой руке у девочки была пара палочек для еды, а неподалёку от неё - пустая коробка из-под бенто. Похоже, это одно из ученических бенто, которыми торгует Майка Тсучимикадо.

Девочка, распростёршаяся на земле, медленно сказала:

— Я…я голодная…

— Разве ты только что не съела бенто? — машинально ответила Микото. Она сразу же подумала, что девочка такая вялая не из-за того, что голодная, а из-за того, что у неё солнечный удар, так что дала ей пластиковую бутылку с изотоническим напитком, очень кстати стоявшую на пластиковой плёнке.

Девочка немедленно встала. Как только она сказала: «Спа… спасибо», бутылка опустела и её желудок заурчал. После этого она стала такой же вялой, как и раньше.

— Пы… пытаться утолить голод напитком это может быть немного слишком…

— Ты же просто голодная, да…?

Микото прижала руку ко лбу и вздохнула.

Из-под живота лежавшей девочки выбрался трёхцветный кот. Похоже, он хотел сказать: «Барышня, от имени этой девочки я бы хотел извиниться за беспокойство. Ах, я плавлюсь, мои лапки горят. Хм?... Что это за странное чувство?», — и он неуверенно оглянулся.

Способность Микото называется «рейлган», поскольку она может контролировать электричество и управлять им. Даже если она не двигается, она испускает слабое электрическое поле, так что животные обычно не решаются к ней приблизиться.

Она посмотрела на безвольно лежавшую монашку, одетую в белое платье и сказала:

— О, ты сегодня не видела того парня? Ты ничего странного в нём не заметила?

— Хм? Тот парень? Ты про Тоума говоришь? Тоума выглядел совершенно обычно.

Ты всё время с ним проводишь? Микото действительно хотелось ответить резко, но она решила стерпеть. Если этот парень ведёт себя как обычно, значит, его не очень беспокоит, победит он или проиграет?

«Это значит, что в конце концов наша школа должна выиграть…э? Если я выиграю, что тогда будет?»

Микото подумала, потом энергично тряхнула головой. Девочка, лежавшая на земле, была немного удивлена тем, как ведёт себя Микото.

— Ой, стриженая.

— … Эй, это уже слишком. Это так ты относишься к той, кто дал тебе попить?

— Ой, стриженая, с большим брюхом.

— Ни одна девушка не обрадуется, услышав такое!!

Говоря это, Микото сдвинула брови. Однако монашка, не обращая на это внимания, продолжила:

— Что стриженая делает здесь?

— Что? Де…делаю? Нет, я не…

— Ты пришла поболеть за Тоуму?

— Ч…что? Глу… глупая, о чём ты говоришь? С чего я буду болеть за этого парня?

Монашка в белом не стала давить дальше, в то время как Микото обмахивала себя ещё энергичнее.

В этот момент из школьного громкоговорителя раздался сигнал о том. что участники соревнования выходят на поле.

Первым соревнованием было «Повали шест» — то есть матч, в котором обе команды должны были установить семиметровые шесты. Защищая свой шест, спортсмены должны были опрокинуть шест противника. Вот в чём заключалось состязание.

Правила объяснял первоклассник старшей школы, голос которого гремел из громкоговорителей.

Хотя тут присутствовали телевизионные команды из многих компаний, всё равно по сути это была школьная Олимпиада. Телевизионные комментаторы должны были работать в разных комнатах, так что особых изменений не было видно. Но сам факт того, что «нас будут показывать по телевизору» создавал огромную разницу в атмосфере и ощущении происходящего по сравнению с тем, что было раньше.

Хотя в реальности, поскольку невозможно показать все 1.8 миллиона учеников, они всё равно будут нервничать.

Несмотря на то, что вокруг шумно болтали ученики, Микото ощутила необъяснимую нервозность. В этот момент можно было действительно почувствовать, что это формальная деятельность, которую смотрит весь мир.

— Я… я голодная…

Девочка, которая растянулась на земле, безжалостно разрушила витавшее в воздухе напряжение. Микото увидела, в каком она жалком состоянии, и вытащила из кармана какую-то закуску вроде крекеров (с шоколадным вкусом). Безвольно лежавшая девочка смогла только приподнять голову и открыть маленький рот. Микото впихнула еду в рот Индекс, так что та могла только покорно её проглотить.

«Ничего, эти ребята наверное, не будут нервничать… они могли бы даже пропустить его и притвориться, что не знали, что должен состояться матч.»

Микото выглядела, словно телевизионщики попросили её посмотреть на школьное здание. Похоже, противником, которому противостояла школа Камидзё, была какая-то элитная школа, серьёзно специализирующаяся в спорте, поскольку даже от их разминки веяло духом профессионализма. Похоже, что они сосредоточились на реальном соревновании, превращая подходящее количество нервозности в мотивированность. Они собрались по классам, поскольку каждый класс должен был установить свой шест. Микото подумала, что будет катастрофой, если соперник настроен всерьёз, и тряхнула головой когда высматривала, где находится Камидзё. Как и указывалось путеводитель, его школа не отличалась никакими особыми характеристиками, и все считали её «по-настоящему обычной школой».

Но там стояли… настоящие бойцы.

Э? Микото не могла не удивиться, не подводят ли её глаза.

От всей группы необъяснимым образом веяло духом серьёзности, никто не валял дурака.

Они выстроились в одну линию с Тоума Камидзё в центре. Забудьте о том, что это матч «Повали шест», атмосфера была напряжена как перед битвой эпохи воюющих провинций. Шесты выглядели как удерживаемые полками огромные копья. Напряжение совершенно отличалось, от вызванного присутствием бригад телевизионщиков. Казалось, не было никого кроме них и противника.

БАМ! ТАТАТА! Вокруг них возникли какие-то странные звуковые эффекты.

Этот звук был отголоском силы, с которой три отряда экстрасенсов, столкнулись друг с другом, отчего воздух задрожал.

«Э…»

Увидев такую напряжённую атмосферу, Микото вскрикнула.

«… Что это за ощущение реальности?! Только подумать, что этот парень способен проявить подобные лидерские способности в такое время. Не…не говорите мне, что они всерьёз хотят победить?! Чего захочет этот парень, если он победит?»

На самом деле всё это было из-за истории с Комоэ-сенсей, разнёсшейся по всей школе, но, конечно, Микото этого не знала.

Перед Микото, которая побледнела как полотно, объявили, что матч начался. Камидзё и компания подняли в воздух пыль, бросившись на противников, которые испугались, увидев их очевидный наступательный порыв.

===Часть 4===
Участники матча «Повали шест» были разбиты на две группы.

Одна группа должна была устанавливать свой шест, обеспечивать его устойчивость и защищать его.

Вторая группа должна была опрокинуть шест противника.

Камидзё был во второй группе.

Так что как только прозвучал стартовый сигнал, он возглавил атаку на вражескую территорию.

— АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!

С таким криком Камидзё рванулся вперёд.

Любой обычный человек подумал бы… что это просто игра, часть спортивного праздника, но в Академгороде больше половины учеников — это люди, проявившие экстрасенсорные способности. Эти способности связаны с огнём, водой, землёй, ветром, молнией, льдом и тому подобным, не говоря уж о том, что некоторые экстрасенсы умеют летать. Если в битве сошлись около сотни экстрасенсов, не приходится удивляться напряжённой атмосфере.

В этот момент расстояние между двумя базами составляло около восьмидесяти метров.

Противники, выстроились в линию, непрерывно сверкавшую вспышками, которые были похожи на вспышки фотоаппаратов на трибунах зрителей, но были чем-то совершенно иным.

Это был дальний обстрел, который начали экстрасенсы.

Похоже, что экстрасенсы могут создавать огонь, чтобы использовать давление взрыва. Чтобы удержать область высокого давления в форме пули, огненные бомбы покрывают невидимым силовым полем, создаваемым экстрасенсом, который может управлять давлением. Когда такая взрывающаяся пуля создана, она увеличивает преломляющую способность воздуха, отражая солнечный свет словно прозрачный воздушный шарик.

Только во время Дайхасейсай можно увидеть много экстрасенсов объединивших свои усилия в одной атаке.

Камидзё предположил, что они удалят оболочку, сдерживающую давление, и высвободят содержимое в окружающую среду.

Противостоя атаке этих отрядов, союзники Камидзё, которые стояли за ним и защищали его, обрушили на врага песочные бомбы. Это был обстрел, основанный на телекинезе, и не было бы преувеличением назвать его бесцветным и бесформенным. Он взаимодействует с пылью, плавающей в воздухе и манипулирует потоком силовых линий магнитного поля чтобы создать песочно-железное оружие.

Взрывающиеся пули и телекинетические снаряды сталкивались и взрывались посреди поля.

Увидев, какая буря поднялась, зрители начали кричать как на американских горках.

«Те, кто смотрит со стороны, наверное думают, что это интересно!!»

Движения Камидзё были немного замедленны из-за взрывов, но он продолжал бежать вперёд.

Противоборствующая школа похоже, специализировалась в спорте, поскольку можно было заметить, что они потратили большие усилия на то, чтобы развить свои способности. Хотя их ударная мощь намного уступала таким людям, как Рейлган и Акселератор… устрашающие вещи оставались устрашающими.

У правой руки Камидзё была способность Разрушителя иллюзий. Будь то магия, экстрасенсорные способности или даже чудеса — Разрушитель иллюзий в его правой руке — это необычайная сила, которая нейтрализует их все при прикосновении… Однако она ограничена только правой рукой. Невозможно защититься, если нападающие атакуют со всех сторон.

Как Камидзё и думал, пока он бежал к базе противника, кто-то бежал рядом с ним.

Аогами Пирс.

— Я пойду первым, Ками-ян. Смотри как этот комик сокрушит раздражающую ауру этой испорченной элиты! УАХАХАХАХА!!

Команда перехватчиков продолжала выпускать пули, в то время как Аогами Пирс лениво уклонялся от них, вертясь, как балерина.

До столкновения противников оставалось 20 метров. В этой ситуации, когда каждый должен был заботиться о самом себе, Камидзё всё ещё удивлялся, продолжая бежать вместе с Аогами Пирсом, со словами:

— Я тут подумал — почему ты так счастлив?

— А? Ками-ян, это всё из-за любви. Это слабое чувство любви, которое упорно работающая девушка передаёт мне своими слезами и потом, смешанное с некоторой сексуальной одержимостью, транслируется по национальному телевидению… нет, транслируется во многих странах! Даже если я стою перед этой огромной любовью, которая так беспринципна, даже если я не могу принять её, я проложу путь к храму!

А-ха-ха-ха-ха-ха!! Действия Аогами Пирса стали ещё быстрее от растущих эмоций.

— Вот я и спрашиваю… тот лысый мускулистый парень - он что, из твоих поклонников? Похоже, он с некоторого времени следит за тобой, и любовно окликает, знаешь ли.

— О чём ты говоришь — ГЯААААААААААААААААААААААААААААА?!

Услышав холодное замечание Камидзё, Аогами Пирс был ошеломлён, осознав кто на самом деле был человек, выражавший ему любовь. В него попало несколько взрывных пуль, и он отлетел назад. Камидзё оглянулся, совершенно захваченный врасплох. Один из союзников поймал Аогами Пирса при помощи невидимого силового поля.

На зрительских трибунах обычные граждане одобрительно заревели и зааплодировали.

«А, если в нас попадут, мы далеко улетим. Не хочу участвовать в этом страшном соревновании! Если подумать, что случилось с этой атмосферой «Вот таким должен быть Дайхасейсай!»?»

Камидзё отвернулся от оставшегося сзади Аогами Пирса и посмотрел вперёд.

Вражеская база была прямо перед ним.

До столкновения всё ещё оставалось 10 метров.

Тоума Камидзё незаметно сжал свой правый кулак…

И ринулся на вражескую базу.

===Часть 5===
В конечном итоге Камидзё и компания выиграли битву.

С самого начала им было совершенно ясно, что в лобовом столкновении они проиграют. Так что, когда противники сошлись лицом к лицу, они использовали все свои силы на то, чтобы поднять пыль с земли, ослепить противника и перейти к тактике молниеносных партизанских набегов. До начала соревнований обслуживающий персонал разбрызгал по полю воду, чтобы было меньше пыли, но невозможно предотвратить появление пыли, если земля подвергается такому обстрелу.

Та, кто предложил эту тактику, Сейри Фукиёсе, придерживая перед её куртки, разбила учеников на «тех, кто будет поднимать пыль», «тех, кто собьёт деревянный шест, когда пыль поднимется» и «группу телепатов, которые могут отдать приказ поднять пыль и приказать тем, кто будет в пыли, отступать» в то время как сама она взяла на себя общее командование.

Поскольку во время битвы посреди пылевой бури было невозможно принять телепатические сообщения, Камидзё не только пострадал от пуль собственной команды, но и был изрядно потрёпан противником, однако всё равно они победили.

Покрытые синяками и ссадинами воины совершенно забыли о своей победе и ранах как только ушли с арены и вернулись в школу. Комоэ-сенсей, чуть не плача, ждала их с аптечками.

— Почему… почему все должны заставлять себя так выкладываться?! Нет смысла проводить Дайхасейсай, если все не веселятся! Не важно, победим мы или проиграем! Сен…сенсей очень расстроена, что вы все так пострадали…!!

Увидев слёзы Комоэ-сенсей, ученики, похоже, согласились, что им не следует объяснять ей свои мотивы, и разошлись группами в разные стороны. Выйдя из раздевалки, Камидзё начал высматривать на трибунах Индекс.

Индекс должна была быть на трибунах, отведённых для учеников.

Как правило, на эти трибуны нельзя заходить никому, кроме учеников, но Камидзё не решился посадить Индекс на трибуны для обычных зрителей. Она пришла из-за пределов Академгорода со знанием 103 000 магических текстов в голове, и поэтому была намного ценнее, чем любой житель Академгорода.

— Индекс? Э, куда она пошла?

Камидзё посмотрел на трибуну, где она должна была быть, но не смог её найти. Хотя это и называлось трибуной, на самом деле это была просто положенная на землю пластиковая плёнка, без укрытия от солнца… да ещё и люди собрались. Ближайшие ученики столпились так, что осмотреться было довольно проблематично.

Камидзё вошёл в толпу, прошёл от одного края до другого, вернулся назад, когда не смог найти её, но в конце концов ему так и не удалось отыскать Индекс.

«Хм… её должно быть легко заметить в таком бросающемся в глаза белом монашеском одеянии».

Он засунул руки в карманы шорт и посмотрел на школьное здание, до которого отсюда было чуть дальше.

«Я дал Индекс бесплатный телефон, и наверное будет быстрее всего связаться с ней по нему. К сожалению, мой телефон остался в классе».

Камидзё никогда не видел, чтобы Индекс пользовалась своим телефоном. Несмотря на беспокойство, Камидзё чувствовал, что это самый лучший способ разрешить текущую ситуацию.

Во время Дайхасейсай многие школы запрещают вход в свои помещения. Они не могут допустить, чтобы посторонние увидели оборудование, связанное с развитием способностей. Исключение делается только для своих учеников, вроде Камидзё. Школьный врач дежурит в медкабинете на случай, если кто-то поранился, и открыта душевая.

Так что Камидзё поднялся по лестнице.

Возле шкафчиков для обуви дежурило двое охранников в чёрной униформе. Учителя, которые обычно преподавали математику и историю, выглядели несколько странно, вооружённые.

— А, я ищу человека, потерявшегося в толпе, можно я зайду в класс за мобильником?

— Камидзё, твои мотивы слишком очевидны. Если ты не сможешь связаться с человеком из-за электромагнитных помех, скажи нам, что тебе нужно воспользоваться системой P.A. Ну желаем тебе хорошо провести время на Дайхасейсай.

Учительница математики казалось, затруднялась с ответом. Тем не менее, она сказала о том, что было нужно сказать, как и ожидалось от обученного профессионала.

Он прошёл мимо охранников и двинулся в сторону лестницы. Переобувшись в школьные туфли возле своего шкафчика, Камидзё поднялся по лестнице.

"Когда в школе никого нет, тут действительно тихо", — как только он это подумал, из громкоговорителей начало разноситься громкое эхо и стало по-настоящему шумно.

Камидзё поднялся по лестнице. Пройдя немного, он дошёл до своего класса. Раздвинув двери, Камидзё подумал: «Химегами, похоже, хорошо влилась в класс, это здорово. Ах, да, я должен связаться с Индекс как только возьму телефон. Если Химегами свободна, хорошо было бы, если бы она тоже могла пойти с нами…»

[[Image:Index v09 067.jpg|thumb]]
Но он тут же застыл на месте.

Почему-то, член оргкомитета Сэйри Фукиёсе сняла с себя одежду.

До того, как открыть двери, Камидзё не заметил, что шторы на окнах были опущены. На Сэйри Фукиёсе, которая сидела в тёмной комнате на парте напротив Камидзё, были только трусики. Только трусики, на ней даже лифчика не было. Похоже, она меняла одежду, намокшую от расплескавшейся из шланга воды. Даже трусики на ней, по-видимому, были новыми, а в пластиковом пакете у её ног были сложены мокрая одежда и бельё. Другой комплект одежды, кажется, лежал в спортивной сумке.

Сэйри Фукиёсе холодно посмотрела на незваного гостя.

Не проявляя никаких эмоций, она потянулась к ближайшему стулу.

Плечи Камидзё содрогнулись.

— Подожди… подожди минутку, Фукиёсе-сан. Я зашёл только чтобы взять свой телефон, чтобы я смог кое-кого найти. Никакого злого умысла у меня не было!!! И, пожалуйста, прежде чем использовать стул, прочитай руководство пользователя! Я умру, если ты меня им ударишь!!!

За 0,2 секунды Камидзё упал на пол и начал умолять Фукиёсе. Глядя на парня, Фукиёсе зевнула от скуки и убрала руку от стула. Затем она вытащила одежду из стоявшей перед ней спортивной сумки и накинула её на голое тело.

— Ладно, ничего. Пожалуйста, выйди из комнаты.

— … Ты не сердишься?

— Ничего не поделаешь, раз уж тебе надо найти пропавшего человека. Не надо падать на колени и умолять о прощении, только не смотри на меня.

Глядя на то, как член оргкомитета надевает куртку, при том, что на ней были только трусики, можно было побеспокоиться, застегнула ли она молнию. Камидзё, такой же шокированный, как и она, не заметил, что руки Сэйри Фукиёсе трясутся.

— Да, госпожа!!! — Как слуга, приветствующий господина, Камидзё поклонился и сделал шаг назад. Как раз когда он собирался выйти из класса…

— … Так ты не сердишься?

— УБИРАЙСЯ!!

Фукиёсе схватила со стола картонную коробку и швырнула её в Камидзё. Он отчаянно вылетел из класса и захлопнул за собой дверь. Затем он сел в коридоре и перевёл дыхание.

«А, это действительно было страшно…»

Камидзё тряхнул головой и опустил взгляд. В этот момент он заметил в коридоре коробку размером с пачку сигарет. Это была та самая коробка, которой Фукиёсе запустила в него? Камидзё подобрал её и осмотрел.

«Блеющая овечка», устройство для лечения инфракрасным светом. Для крепления к мобильному телефону. Эффективно как для облегчения состояния затёкших плеч так и для расслабления от стресса!!»

Это было написано на коробке.

Судя по тому, что виднелось внутри коробки, устройство было сделано в виде ягненка, который мог менять форму. Это должно быть, был товар того же типа, что и счастливый брелок в виде лягушки, который Микото прицепила к своей сумке.

— … Так значит, это украшение для мобильного телефона. Облегчает затёкшие плечи и усталость, у него на самом деле немного полезных применений. Подумать только, что есть в мире люди, которые привязаны к таким странным вещам… э? Разве не это рекламируют по ночному каналу в телемагазине?

Поскольку Индекс мирно спала в комнате, где стоял телевизор, Камидзё мог смотреть ночные передачи только воспользовавшись телевизионными функциями своего мобильника.

С другой стороны, Фукиёсе, которая оставалась в классе, похоже, не заметила вздохов Камидзё.

— Камидзё, ты положил мобильник в ящик стола?

— А, разве на столе нет моей сумки? Мой мобильник в ней.

— Я дам его тебе, когда переоденусь. Просто подожди снаружи.

— Спасибо, Фукиёсе. Я обменяю его на эту странную вещицу, которую ты выбросила. Я действительно не подумал бы, что ты из тех, кто заказывает товары по почте.

После этих слов Камидзё из класса донёсся отчаянный вскрик: «АХ!». Похоже, до Фукиёсе дошло, что именно она выбросила.

Через некоторое время из класса послышался голос Фукиёсе.

— Это… в этом же нет ничего плохого, да? Даже если я беру с собой блокнот, когда смотрю телемагазины, или читаю журналы продаж, пока ворочаюсь в постели, что тут такого?!

— Нет… ничего. Я не говорю, что это плохо. Я просто удивлён.

Хотя Фукиёсе действительно могла возразить, похоже, она не была в состоянии ответить, когда кто-то возражал ей. Камидзё изо всех старался придумать, что сказать, чтобы не обидеть её, в то время как в классе Фукиёсе продолжала тараторить, словно читала скороговорку.

— Ичто?Ичтодажееслиуменяестькучадизайнерских аппаратов дляподдержанияфизическойформы? всегдасчиталаихполезнымикогдачитала журналыи всёравнообнаруживалачтоонисовершенно обычныекогдаихполучала. Тебекакоеделоеслияпользовалась имидватри разаипотомбросала?

— Так вот оно что! Думаю, тебе следует успокоиться прежде чем ты берёшься за телефон, Сэйри!

Сам Камидзё думал, что это именно тот совет, который должен дать одноклассник, но она продолжала:

— Всёпотомучторифлёноедносковородки выглядиттакпривлекательно.Реклама говоритчтоэтопозволитудалить30%жира еслижаритьмясо,ноднищенастольконеровное чтоянемогудажеяичницуподжарить!!

Слушая трагические жалобы Фукиёсе, Камидзё решил не возражать ей.

Он посмотрел на коробку, в которой было украшение в форме ягненка для лечения инфракрасным светом.

— Полезен при болях в плечах, э…

— Что в этом удивительного? Не так уж странно, что в моём возрасте у меня болят плечи, да?

— Нет, ничего такого.

Камидзё сидел в коридоре, глядя в потолок.

— … Плечи у тебя болят наверное, потому, что твоя грудь слишком большая… О, ЧЁР…?!

В этот момент спортивная сумка выбила дверь класса, поскольку её вышвырнули вместе с мобильником, попав точно в Камидзё. Как и ожидалось от сердечной и внимательной члена оргкомитета, Сэйри Фукиёсе.

===Часть 6===

— Тома… э, что случилось? Почему у тебя такой вид, словно ты только что плакал?

— Ничего…

Глядя на милую монашку в белом, которая чуть склонила голову, Камидзё ответил ей дрожащим голосом. Он подумал, что может быть, лучше не рассказывать ей о передряге, в которую он попал, пока её разыскивал. В конце концов, из-за того, что телефон Индекс разрядился (забудьте о зарядном устройстве, Индекс даже не знает, что такое источник энергии), Камидзё пришлось искать её, высматривая красивое белое монашеское одеяние.

Он вернулся на трибуну для учеников. Индекс обошла толпу, чтобы добраться до Камидзё и почему-то несла трёхцветного кота и пластиковую бутылку из-под изотонического напитка. Кот, которого обнимали вместе с бутылкой, похоже, никак на это не реагировал, зевая от скуки, словно хотел сказать: «Кто говорит, что коты боятся пластиковых бутылок? Это предрассудок!»

— … Это неважно. Я голодная. Отведи меня куда-нибудь поесть… Тома.

— Э, а что случилось с бенто? Почему ты выглядишь, как мстительный дух, жаждущий духовной энергии?!

— Коротковолосая, которая только что была здесь, дала мне напиток и шоколадные крекеры… но я не наелась…

— Ты не наелась?! Ты съела бенто и что-то ещё, и ты всё равно голодная? Что это за коротковолосая, о которой ты говоришь?! А, ладно, неважно, кто она, но ты её хоть поблагодарила как следует? Индекс?!

Индекс вообще никак не отреагировала на крики Камидзё. Говорят, что у девочек есть отдельный желудок для сладостей, но похоже, что у этой девочки была способность складывать каждый отдельный вид еды в различные желудки.

Поскольку одним бенто она не наелась, придётся им идти по лоткам, невольно подумал Кмидзё. Он раскрыл толстый путеводитель для туристов, который носила с собой Индекс и выяснил, что ещё есть немного времени до следующего мероприятия, соревнования "Перекати мяч".

— Ладно, давай выйдем с трибун. Если мы вернёмся туда, где стоят лотки, мы ещё сможем найти кучу еды, из которой можно будет целую гору сложить.

Услышав это, Индекс быстро обернулась:

— Высотой с гору!!

— Нет… не совсем. Хотя там хватит еды, чтобы сложить из неё гору, у меня не хватит денег купить её всю! Не смотри на меня такими сияющими глазами! А то я почувствую себя виноватым!!

Камидзё, вздохнув, порылся в карманах, чтобы выяснить, сколько денег осталось в его кошельке. Деньги там ещё были, но это всё, что у него было на весь турнир Дайхасейсай, который длился семь дней. Если он потратит их все за один раз, последствия будут трагическими.

Камидзё разочарованно подумал о том, как бы ему контролировать Индекс, и решил сначала отправиться к лоткам. Индекс, идя за ним, начала мечтать о кулинарном рае, которого она еще даже не видела. Её глаза, волосы, кожа, в сущности, всё её тело сияло. Психологическая теория, утверждающая, что любая умственная деятельность приводит к физическому воздействию на тело человека, похоже, подтверждалась.

Индекс и Тома двигались в направлении главной улицы.

Увидев, как загорелся красный сигнал светофора, они остановились. В сущности, во время Дайхасейсай на улицы Академгорода не допускают обычные транспортные средства, но служебному транспорту — автобусам, такси и грузовикам, развозящим товары проезд разрешён. Поэтому, несмотря на огромное количество посетителей, Академгород нельзя было превратитьв пешеходную зону.

Как только они перейдут улицу, лотки окажутся прямо перед ними. Они уже чувствовали доносившийся от жаровен с противоположной стороны улицы слабый запах приправ и соевого соуса. Когда светофор переключился на зелёный, Индекс засияла так ярко, что значение её яркости достиг максимума за год.

Стук! Стук! Стук! Стук!

Охранники, которые поддерживали порядок в Академгороде, выставляли перед ними знаки «Проход закрыт».

— Ах, извините, но здесь пройдут парадом ученики из многих школ. Мы не справимся, если не остановим толпу.

Охранником была женщина, которая две недели назад позаботилась о Камидзё во время церемонии открытия. Это была по-настоящему красивая учительница, с подвязанными сзади иссиня-чёрными волосами. Как раз сейчас она была одета не в обычную зелёную спортивную форму, а в стандартную униформу чёрного цвета. Защитный шлем она не носила, видимо потому, что это произвело бы неприятное впечатление на посетителей. Камидзё подумал, не лучше ли носить обычную одежду, а не спортивную форму или стандартную униформу?

Во время Дайхасейсай жители Академгорода уделяют основное внимание тому, чтобы произвести хорошее впечатление на публику. Другими словами, половина причины, по которой организуется праздник — стремление произвести на общественность хорошее впечатление.

Чтобы не позволить чужакам получить доступ к каким-нибудь секретным областям, связанным с развитием экстрасенсорных способностей, территории, где проводят исследования, очень строго охраняются. Лишь эксперт может полагаться на свои навыки, чтобы произвести серьёзное впечатление «без того, чтобы это почувствовали обычные люди».

Охранница-нэсан тоже производила подобное впечатление. Не только полное защитное снаряжение, покрывавшее всё её тело, но и её красивое лицо похоже произвёло бы хорошее впечатление на кого угодно.

Камидзё посмотрел на знак «Проход закрыт», затем взглянул через дорогу, и спросил:

— Извините, можно спросить, я хочу на ту сторону, где мне лучше всего перейти?

— Увы. Поскольку это большой парад, перехода через дорогу закрыт на протяжении 8 километров. Видите, вот здесь в путеводителе написано, Мм…

Охранница-нэсан пролистала страницы путеводителя и сказала:

— Поблизости нет надземных мостов… так что ближайшее место для перехода находится вот здесь? Подземная улица в трёх километрах отсюда. Из выхода U04 вот тут до выхода V01 вы сможете перейти…

Три километра?!.... Камидзё потерял дар речи.

Глядя в сторону, Индекс не смогла выдержать пустоту в желудке, и медленно осела на землю, с видом: «Я не могу идти в такую даль…»

===Часть 7===

Микото Мисака бежала по улице.

Она была не на игровом поле, а на запруженных толпой улицах. Толпе не только не было запрещено выходить на проезжую часть, просвета на дороге вообще не было.

Несмотря на это, Микото прямо в этот момент участвовала в соревновании. Если оглядеться по сторонам, можно было бы увидеть ещё несколько человек, рыскающих поблизости, что-то разыскивая.

Зрителям разрешено ходить повсюду - фактически это единственное соревнование, в котором требуется участие зрителей.

«Охота на мусор». <ref>игра, участники которой должны найти и собрать за ограниченное количество времени определённые предметы. </ref>

Соревнования проходят в седьмом, восьмом и девятом районах Академгорода. Конечно же, соревнующимся нельзя пользоваться никаким транспортом вроде автобусов или метро. Они начинают от точки старта, и должны найти указанный им предмет, с которым и возвращаются обратно к старту. На самом деле это выглядит как марафон, только значительно усложнённый. Отличие состоит в том, что здесь нет установленного маршрута, поскольку участники соревнований должны сами продумать самый короткий маршрут. Этот вид тренировки ума очень важен, и отличается от размышлений за столом. Такое рысканье физически утомляет человека. Это соревнование известно и большой площадью, на которой оно происходит, и тем, что найти предметы действительно сложно.

«Фух, вот здесь Куроко сверкнёт своей способностью к телепортации! Действительно, было бы намного легче, если бы они просто собрали здесь всех жителей Академгорода!»

Способность Микото была мощной, но бесполезная, если речь не шла о схватке. Для безопасности обычных граждан, Совет директоров Академгорода постановил, что способности пятого и выше уровней запрещены. Как бы она ни сдерживала свои силы, проявление её способности будет чрезмерным.

Микото пробежала мимо лотка с водой, и продолжала бежать, не замечая изотонических напитков. Если она выпьет слишком много воды, на длинной марафонской дистанции её бег замедлится.

Она снова развернула листок бумаги.

Она повторила название предмета, который должна была найти.

«Похоже, мне предстоит трудное дело… А!»

Пробегая сквозь толпу, она увидела «предмет» прямо перед собой.

Условия таковы:

«Если постороннее лицо соответствует установленным критериям, необходимо получить его согласие и убедить это лицо следовать за вами к месту старта».

«Смотрите на меня!!!»

Микото оттолкнулась от земли туфлями, сделанными из особо упругого материала, и ринулась в толпу.

Камидзё положил руку на плечо Индекс, вздыхавшей при виде знака «Проход закрыт».

— Ну ладно, Индекс, если мы и дальше будем тут стоять, то сможем только понюхать еду. Разве в путеводителе не указаны другие уличные лотки? Поищем их.

— Уууууу, они прямо передо мной; почему я не могу туда добраться?

Индекс жалобно всхлипнула. Хотя охранница, установившая знак «Прохода нет», глядела на неё с сочувствием, правила есть правила.

— То… Тома, где же теперь ближайший лоток?

— Хм? Дай-ка посмотрю… должно быть здесь, да?

Камидзё перелистал путеводитель.

— Пройти три километра на запад. Эй, разве это не то самое место, где находится подземный переход, который нам нужен, чтобы перейти дорогу?

— … Ууу… аааааа!

— Хм, но если я пойду туда, то не успею на своё следующее соревнование. Автобусный маршрут… ага, непохоже, чтобы они ходили туда во время парада. Ничего не поделаешь, Индекс. Тебе придётся потерпеть до конца соревнования "Перекати мяч".

[[Image:Index v09 081.jpg|thumb]]
— … (Злая!)

— Э? Минутку! С чего это ты на меня обозлилась?! К размещению лотков и автобусным маршрутам я никакого отношения не имею!

Индекс, которая ничего не слышала, открыла свой милый ротик и прыгнула вперёд как зверь. Всё произошло так быстро, что даже охранница-нэсан не успела бы среагировать вовремя. Меня что, съедят?! Камидзё прикрыл голову руками.

Его тело начало быстро двигаться.

Зубы Индекс промахнулись мимо цели.

Э? Девочка выглядела озадаченно. Когда она прыгает и кусает кого-то за голову, предполагается гарантированный на сто процентов результат.

Но была причина, по которой она промахнулась.

Всё из-за того, что налетевшая справа Микото Мисака ухватила Камидзё за воротник и побежала дальше.

— Здорово! Я заполучила своё условие победы! УАХАХАХАХА!!

— Ми… минуточ... это невыносимо! Хо…хотя бы объясни, почему…

На глазах у ошеломлённой Индекс они вдвоём исчезли в толпе. Увидев бессильно осевшую на землю монашку, охранница-нэсан не смогла ничего с собой поделать и дала ей какие-то крекеры из сухого пайка.

===Часть 8===

Камидзё, выглядевший, как тряпка, о которую вытирают ноги, вбежал в зону для соревнований вместе с Микото Мисакой и пересёк белую ленточку финишной черты.

Эта зона для соревнований находилась словно в другом измерении по сравнению с той, где проходил матч «Повали шест». Похоже, это место принадлежало какому-то спортивному университету, поскольку оранжевое бетонное покрытие было размечен белыми линиями, как стандартная беговая дорожка. Зрительские трибуны были лестничного типа, как на профессиональных стадионах, и телевизионных камер и охранников здесь тоже было намного больше.

Стоявшие на своих местах члены оргкомитета старшеклассников накинули на Микото, пробежавшую марафон, большое спортивное полотенце. По их знаку незамедлительно были поданы напитки и кислородные мини-резервуары. Они были не только практичны, похоже, они осознавали то, что находятся в эфире. Позже состоится церемония награждения и будет взято простое интервью. До того как прибудут следующие несколько участников, прибежавшие первыми должны будут подождать в другом месте.

«Тут всё настолько по-другому… похоже, даже члены оргкомитета упорно тренировались».

Представительница оргкомитета старшеклассников, которая заботилась о Микото, уставилась на лицо Камидзё. «Что ещё?», — подумал он, настораживаясь. В этот момент, представительница оргкомитета прошептала:

— … Тома Камидзё, с «указанным объектом» всё в порядке, но не слишком ли часто к тебе пристают девушки?

«… Этот голос, а! Фукиёсе-сан?!»

Камидзё осторожно присмотрелся, девушкой перед ним была Сэйри Фукиёсе. На ней была тенниска с короткими рукавами, шорты и лёгкая куртка. Она прервала свои занятия, но поскольку была при исполнении обязанностей, не могла кричать на него, как обычно. Они перешёптывались друг с другом.

— … Мне правда жаль того, что недавно случилось, поскольку из-за своей неосмотрительности, я, Тома Камидзё случайно увидел, как ты переодеваешься…

— … Я изо всех сил пытаюсь забыть об этом, так что не напоминай мне снова, Тома Камидзё!

— … Ууу, мне правда, жаль. Хм, кстати говоря, Фукиёсе, то инфракрасное устройство в форме ягненка действительно настолько хорошо?

— … Хочешь себе такое же?

— … Нет... не то, что хотел бы, мне просто любопытно. Я не сказал, что мне хочется такую вещь!

— … Замолкни. Тут все очень серьёзны! В любом случае, не мешай ходу соревнования и не путайся под ногами у участников!

Не слушая Камидзё, Фукиёсе подняла с земли планшет для записей, лежавший рядом с картонной коробкой, полной напитков, и быстро записала шариковой ручкой результат соревнования. Заметим в скобках, что оба они не обращали внимания на Микото, которая стояла как раз позади них с угрюмым выражением лица.

По воцарившейся атмосфере Камидзё почувствовал, что Фукиёсе не хочет больше разговаривать, так что он повернулся к Микото, которая силком притащила его сюда.

— Я тут подумал, Микото. Я весь взмок от пота и у меня икры болят. Насколько я помню, в этом соревновании требуется согласие постороннего лица; или же мне показалось?

— А, — тебе показалось. Но в информации о соревновании нигде не говорилось, что согласие нельзя получить задним числом.

— …

— Ладно, не сиди тут как бесполезный бездельник. В самом деле, смотреть противно.

Микото накинула на голову Камидзё полотенце, которое было на ней, и насильно вытерла пот с его лица.

Камидзё смутился, потому что чувствовал себя как ребёнок, которому взрослый вытирает голову. Но Микото была слишком настойчива, и он не мог от неё отмахнуться. Он подумал, что будет выглядеть ещё более по-ребячески, если начнёт размахивать руками, так что покорно вытерпел всё это.

После этого Микото захотела дать ему напиток и соломинку, но остановилась при виде соломинки. Микото взглянула на Фукиёсе и слегка тряхнула изотоническим напитком, который был у неё в руке. Фукиёсе, которая собиралась что-то записать в планшете, посмотрела в ответ и покачала головой. Похоже, участнику соревнований не полагалось больше одной бутылки напитка.

— …………………………

Микото застыла на мгновение, и вдруг смущенно посмотрела на Камидзё, который беспрерывно кашлял, словно ему мошка в рот попала, отчего становилось немного страшно. Несколько секунд она дрожала…

— Ой, ты действительно бесполезный! Я в самом деле не знаю, что с тобой делать. На вот!

— Ох!

Микото ткнула в лицо Камидзё бутылкой с напитком, не ожидая, что напиток вырвется через соломинку. Она залилась краской, повернулась спиной к Камидзё, и исчезла в направлении сцены. Из-за большого количества участников, правила для учёта результатов по классам и годам обучения были довольно расплывчатыми, но лучшие три участника должны были получить награду. Микото, которая пришла первой, определённо полагалась награда.

Фукиёсе, стоявшая в стороне, презрительно цокнула языком. Поскольку соревнование продолжалось, она стояла и дальше, приготовившись встречать следующего спортсмена.

Награду получила только Микото. Камидзё по сути был булочкой, которую съели в соревновании по поеданию булочек; после окончания соревнования в нём не было нужды, так что он просто пошёл к выходу.

«На меня наступили и выкинули… только подумать, что в этом соревновании обычному человеку приходится намного хуже, чем спортсмену? Разве не предполагалось, что это соревнование должно заставить спортсмена взаимодействовать с публикой и не использовать свои способности».

Камидзё внезапно задумался об этом, но никто не мог ответить ему. Он потягивал напиток, который дала ему Микото, думая, что Индекс по-прежнему остаётся на том месте, где «проход закрыт».

Вдруг ветер принёс листок бумаги.

Похоже, это были указания для «Охоты на мусор». Других участников, кроме намного опередившей всех Микото, здесь не было, так что листок должен был принадлежать ей. Фукиёсе уже записала результаты в планшет, так что листок больше был не нужен. "Уборщик подберёт его, если я оставлю его здесь", - подумал Камидзё, поднимая этот горючий мусор.

«Что…»

На листочке было написано:

«Старшеклассник, который участвовал в первом соревновании».

«Что, о чём это? Соревнование «Повали шест» состоялось сразу же после церемонии открытия. Но кроме меня тут сотни тысяч людей, подходящих под это условие… так почему меня… заставили… столько бежать?»

Камидзё, которого быстро охватывала усталость, прихрамывая, пошел к выходу, опустив плечи. Проходя ворота, он подумал: «Э? Откуда Мисака знала, что я участвовал в соревновании «Повали шест»? — и это его озадачило.

===Часть 9===

Арена для соревнований была довольно далеко от того места, где находилась Индекс.

Так что Камидзё решил вернуться на автобусе.

В данный момент 70% работавших автобусов были беспилотными, без какого бы то ни было управления человеком. Автобусы, работавшие на электричестве, скользили, не издавая ни звука.

Говорят, что из всех беспилотных технологий, вроде тех, что используются в пассажирских самолётах, поездах и кораблях, сложнее всего разрабатывать технологии для автотранспорта. Требуемый для них уровень контроля и принятия решений сложнее, чем для любого вида воздушного, морского или наземного транспорта. Так что на данный момент, эти автобусы разрешалось использовать только на Дайхасейсай, в ограниченных условиях.

Камидзё вошёл в автобус через автоматические двери. Поскольку обычный транспорт был запрещён, в автобусе было довольно много людей. Хотя тут было место для водителя, его ограждало ударопрочное стекло, как в телефонной будке. Зрелище работы беспилотного автобуса, то, как он поворачивает и ускоряется, кого угодно заворожило бы.

Не потребляющий бензин, исключительно тихий автобус сделал несколько остановок прежде чем Камидзё достиг пункта своего назначения.

До того места, где они с Индекс расстались, оставалось ещё довольно большое расстояние. Поскольку часть дороги была недоступна из-за парада, маршрут автобуса немного изменился.

Камидзё быстро пошёл по улице, отовсюду доносились звуки трансляции, смешивавшиеся с гулом толпы. Кроме аудиоустройств, для трансляций использовались и большие экраны на универмагах и дирижаблях, на которых показывали прямые включения и другие сюжеты из временных студий разных средств массовой информации.

— Что касается результатов только что закончившегося бега с препятствиями для мужчин, после того как некоторые решения…

— Через час состоятся следующие соревнования. Имейте в виду, что после начала соревнования доступ на трибуны прекращается…

— В организованной четырьмя разными школами «Охоте на мусор» как и ожидалось, ошеломляющую победу одержала средняя школа Токивадай. Участница, занявшая первое место, с честью опередила остальных участников на семь минут…

— Общее сообщение, разыскивается пропавший ребёнок. Шарль Гонкур-сама из Сен-Тропе, Франция, услышав это сообщение, пожалуйста проследуйте к ближайшей автоматической камере слежения, и покажите своё лицо и выданный Академгородом пропуск на Дайхасейсай. Мы отправим вашего ребёнка туда, где вам будет удобно забрать его. Veuillez l'entendre. Nous vous annonçons un enfant manquant…<ref>Прошу внимания. Потерялся ребёнок (франц.)</ref>

Слушая доносившиеся отовсюду оглушающие звуки трансляции, Камидзё оглядывался по сторонам.

«Всё-таки, Индекс что, просто ушла и заблудилась?»

Всё было бы в порядке, если бы он мог связаться с ней по телефону — но к сожалению, бесплатный телефон Индекс разрядился. Хотя у неё была фотографическая память и она могла вспомнить любое место, в которое попала бы, Камидзё всё равно волновался. Идя по этой жаре, он думал:

«Надо было купить ей подарок в ларьке, который я только что проходил».

Но было уже слишком поздно возвращаться. Приближалось следующее соревнование, в котором участвовал Камидзё. Как бы то ни было, он должен был найти Индекс, а затем отправиться на арену, где собрались его одноклассники. Думая об этом, он ускорил шаг.

Внезапно он остановился.

В толпе он увидел знакомое лицо.

Волосы, выкрашенные в красный цвет, серьги в ушах. Кольца на каждом из десяти пальцев, дымящаяся сигарета, татуировка под правым глазом.
Это священник, который не выглядит как священник.

Магнус Стейл.

Настоящий маг из отделения «Несессариус» Британской пуританской церкви.

«??? Что это с ним, он что, приехал сюда, чтобы найти Индекс?»

Действительно, сложно представить себе, чтобы Стейл из мира магов заинтересовался чем-то вроде Дайхасейсай. Должно быть, он здесь для того, чтобы отыскать свою давнюю сотрудницу, Индекс, с которой он обычно не может встретиться.

Что касается Камидзё, то у него не было причин возражать. Даже хорошо, что кто-то, знакомый с Индекс будет рядом, поскольку этот человек может помочь ему позаботиться о девочке во время соревнований, в которых участвует Камидзё. Камидзё невольно стал приближаться к Стейлу.

Похоже, тот с кем-то разговаривал.

—… Значит… вот как обстоят дела… вероятность довольно велика, не правда ли?

Он услышал голоса.

С кем Стейл разговаривает? Продвигаясь вперёд, Камидзё хотел выяснить это. Рядом стоял его одноклассник, Мотохару Цучимикадо.

Он — двойной агент Академгорода и Британской пуританской церкви.

Казалось, до Цучимикадо было очень легко добраться, но он говорил так тихо, что никто вокруг ничего не слышал.

— Да. Это… Я слышал, что… Это верно, для них лучшего шанса не будет… чем сейчас.

У Камидзё появилось плохое предчувствие.

Хотя казалось, что они подшучивают друг над другом, и на первый взгляд, просто смешались с толпой зрителей Дайхасейсай… чего-то тут не хватает. Они вовсе не выглядят счастливыми. Улыбки у них не настоящие, вызванные приятными чувствами, а фальшивые, вызванные негативными чувствами. Такие фальшивые улыбки не имеют отношения к Дайхасейсай.

Чтобы отделаться от этой мысли, Камидзё двинулся вперёд.

Магнус Стейл тихо сказал:

— Значит, поставленная перед нами задача — избавиться от магов в этом городе.

Мир, в котором живёт Тома Камидзё, созданный наукой…

Становится миром, наполненным магией и всё из-за этих слов.

===Между строк 1===
Куроко Ширай.

Ученица знаменитой школы развития способностей, средней школы Токивадай, маленькая девушка с волосами, заплетёнными сзади в два «конских хвостика». У неё был четвёртый уровень и способность к «мгновенной телепортации», так что в Токивадае её способности считались выдающимися. Но участвовать в Дайхасейсай этого года она не могла.

Из-за того, что случилось несколько дней назад, её раны ещё не зажили, и она всё ещё была в бинтах.

Несмотря на то, что ей полагалось отдыхать, она сбежала из госпиталя, и находилась на улицах Академгорода. Хотя она все ещё была одета в стандартную форму Токивадай, она сидела в инвалидном кресле. Это инвалидное кресло отличалось от обычных, его особенностью было то, что все его колёса были наклонены, как у машин «Формулы 1».

Но двигала кресло не Куроко Ширай.

За ней шла девушка, державшая кресло за ручки, Уихару Кадзари. Обе они состояли в «Правосудии», организации, набранной из экстрасенсов, которые занимались поддержанием закона и порядка в Академгороде.

Уихару была одета в тенниску с короткими рукавами и чёрные шорты, как спортсменка, однако это не сочеталось с веночком из роз и гибискуса. От искусственных цветов в полном цвету казалось, что у неё на голове была огромная ваза.

Уихару улыбалась, толкая кресло.

— Мне было не по себе от одной мысли о том, что мы так усердно трудимся в этот жаркий день, в то время как Ширай-сан отдыхает в одиночестве в комнате с кондиционером. Мне действительно хотелось позвать Ширай-сан на помощь, хе-хе-хе.

— … Я на самом деле отблагодарю тебя за эту безупречную дружбу. Как насчёт того, что когда я выздоровею, я телепортирую твою одежду, и ты останешься голой? Пожалуйста, жди этого, — тихо ответила Ширай. Ей было скучно лежать одной в палате на Дайхасейсай, так что на самом деле она была благодарна Уихару за то, что та вытащила её на улицу, но ни за что не призналась бы в этом даже под страхом смерти.

Хотя для неё это был не первый Дайхасейсай, каждый год атмосфера этого грандиозного праздника была разной. Бродя по знакомым улицам можно было почувствовать, что они совершенно изменились со всеми этими спортивными трансляциями и пиротехническими эффектами.

Хотя Ширай чувствовала, что удивлённый вид этих людей — гостей Академгорода — сильно раздражает, но для неё, понимающей свою силу, было ясно, что с этим ничего не поделаешь.

Ширай сидела в кресле, оглядываясь по сторонам.

— Что-то не так с нынешним Дайхасейсай?

— До сих пор крупных проблем не было. Самым серьёзным случаем был промышленный шпион, замаскировавшийся под продавца жареной каракатицы, который попытался извлечь карты ДНК из образцов слюны учеников. Я впервые принимаю участие в Дайхасейсай в качестве участника «Правосудия», так что я тут ничего серьёзного не чувствую. Я слышала от семпай-нэсан, что в этом году ситуация намного спокойнее, чем в прошлые годы.

— Хм, по сравнению с нераскрытыми делами в которых искусственный интеллект отрицает теорию о том, что беспилотный вертолёт был сбит, или нераскрытым делом об арене, на которой взорвались культурные и духовные активисты, всё намного лучше.

Когда Уихару услышала, что Ширай говорит об этом так беззаботно, её лицо застыло. Поскольку эти случаи не получили развития, она и понятия не имела, что они произошли. Ширай, как члену «Правосудия», принимающему участие в Дайхасейсай, было известно, что ввязываться в такие проблемы — обычное дело.

В этот момент Ширай услышала передачу с арены.

Она доносилась с большого экрана на стене универсального магазина. Похоже, что это была не прямая трансляция, а повтор самых интересных моментов только что завершившихся матчей.

Репортёр отчетливо объявил:

— В организованной четырьмя разными школами «Охоте на мусор» как и ожидалось, ошеломляющую победу одержала средняя школа Токивадай. Участница, занявшая первое место, с честью опередила остальных участников на семь минут…

На экране показывали изображение какого-то стадиона.

Они снимали лица участников и называли их имена. Обычные люди думали, что слава участника возрастёт с того момента, как его покажут по мировому телевидению… на самом деле это было не так. Участников было 1,8 миллиона. Даже если кто-то из них займёт первое место, их имена не войдут в историю, как имена победителей Олимпийских игр. Непохоже было на то, что агенты высших лиг появятся на игре низших лиг. В этой ситуации невозможно запомнить лица и имена всех людей. Даже если все будут потрясены, вскоре их забудут. Таково правило общей аудитории.

Поэтому Куроко Ширай не интересовало изображение на большом экране.

— На первом месте у нас Микото Мисака-сенсю. Она всё ещё в хорошей форме после того, как персекла финишную черту, и похоже, что она от этого в полном восторге.

Ширай быстро повернулась к большому экрану.

Потрясение было настолько сильным, что даже Уихару, которая толкала кресло, невольно вздрогнула.

— Ах, ах, онэ-сама

Уу, хуу, любимая онэ-сама

Ах, ах, онэ-сама!

В конце концов ты добилась полной победы, показав всему миру, что твоё тело так подвижно! Как жаль, что я не смогла быть там, и заснять это; пожалуйста, прости мою бесполезность!!

Глаза Ширай сияли исключительно ярко. Но…

— Забота о товарище, который бежал с ней, действительно производит хорошее впечатление. Это так принято у учениц знаменитой средней школы Токивадай?

Что? Ширай была озадачена.

«Что…?!»

В следующий момент она увидела это.

Микото Мисака, тянущая парня на арену.

Микото Мисака, тщательно вытирающая тело парня полотенцем.

Микото Мисака, дающая начатую ею бутылку с напитком парню.

«Этот мистер смеет…!! Он смеет… смеет позволять онэ-сама держать его за руку, и даже позволяет ей вытирать с него пот, А…аааааа, и он даже пьёт из бутылки, из которой отпила онэ-сама ААААААААААААААААААААААААААААА!!»

Куроко Ширай с лёгкой дрожью смотрела на исключительно счастливого парня.

Этот парень выглядел знакомым.

Это был тот самый парень, которого она встретила несколько дней назад.

Куроко Ширай собрала все силы, чтобы подняться с кресла.

— Я… Я УБЬЮ ТЕБЯ! НЕ ДУМАЙ, ЧТО ТЫ СМОЖЕШЬ ОСТАТЬСЯ В ЖИВЫХ!! И онэ-сама, вот так покраснеть перед зрителями! Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО РАССТРОЕНА!

— Минутку… минутку, Ширай-сан!! Пожалуйста, успокойся!! Ты серьёзно ранена, как ты можешь вставать?! Не время быть похожей на накачанного героя сёнен-манги!!!!

Пока Куроко Ширай, которая невероятно разозлилась, и Уихару Кадзари, которая вот-вот расплачется, устраивали суматоху, Дайхасейсай становился ещё более захватывающим.

===Примечания===
<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Prologue|Прологу]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter2|Главе 2]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter2

2017-09-25T12:44:08Z

Palexadin:

==Глава 2: Стадион магов и эсперов — "Stab_Sword."==

===Часть 1===

Следующим было соревнование "Перекати мяч".

Камидзё и его сверстники уже вышли на арену. Обе команды выстроились в шеренги на этой не особенно просторной заасфальтированной площадке, словно кавалеристы перед атакой.

Правила этого соревнования несколько отличались от стандартных. По сигналу стартового пистолета соревнующиеся должны были начать толкать пятьдесят больших шаров - 25 с левой стороны и 25 - с правой - в направлении линии противника. Победителем станет та группа, которая протолкает более чем 25 шаров за линию противника.

В отличии от обычного соревнования по перекатыванию гигантских шаров, участники с обоих сторон должны были коснуться всех шаров по крайней мере один раз. Другими словами, во время матча, участники могли использовать свои способности для того, чтобы преградить путь сопернику.

Как и другие ученики, Камидзё стоял, положив руку на шар белой команды, который был два метра в диаметре, и чувствовал запах пота и пыли.

Атмосфера перед выстрелом стартового пистолета была напряжённой. Хотя по своей сути это соревнование напоминало игру, окружающая обстановка заставляла каждого участника ощутить всю его серьёзность.

Но в этой ситуации Камидзё беспокоился совсем о другом.

Он думал о разговоре со Стейлом и Цучимикадо, который состоялся двадцать минут назад.

— Из-за того, что Академгород занят приёмом обычных туристов, пришлось пренебречь безопасностью?

— Тогда маги увидели лазейку и решили ею воспользоваться.

Класс Камидзё отвечал за три больших шара, и они разбились на три группы - мужскую, женскую и смешанную. Камидзё был в мужской группе. Находившаяся неподалёку Айса Химегами безмолвно смотрела на него, словно хотела что-то сказать. Но Камидзё, слишком занятый размышлениями о разговоре, не замечал её взгляда.

— Но в чем причина? Они пришли сюда, чтобы похитить Индекс? Если её действительно в это впутают, я не буду просто сидеть и смотреть!

— Без паники, Тома Камидзё. На этот раз она не является целью для врагов. Если она ввяжется в это дело, для врагов всё станет только сложнее.

— А? Что это значит?

— Позже объясню, Ками-ян. Давай поговорим об основной проблеме, а именно о главной причине, по которой маги пробрались в Академгород.

— Всем приготовиться, — прогремели громкоговорители.

Все затаили дыхание, слегка наклонившись. Камидзё бросил быстрый взгляд по сторонам. Цучимикадо в солнечных очках упёрся руками в шар, как и все остальные.

— Маги…? Значит, не один маг?

— В данный момент мы можем подтвердить, что магов по крайней мере двое. Лидвия Лоренцетти из Римской католической церкви и курьер, которую она наняла, Ориана Томсон из Англии. Обе они женщины. Должен быть ещё по крайней мере один человек, с которым они заключают сделку, но сейчас это не ясно. По слухам, главным подозреваемым является епископ Николай Толстой из Русской церкви, но на данный момент мы не можем этого подтвердить.

— Курьер? По поводу чего вся эта сделка?

— Именно то, что написано на упаковке, Ками-ян. Эти ребята хотят продать некий духовный объект, который им передала церковь.

БАХ!! Раздался выстрел стартового пистолета и соревнование началось.

Тома Камидзё, который думал обо всех этих делах, на секунду запоздал.

— Почему здесь… разве Академгород — не то место, которое меньше всего ассоциируется с магией?

— Верно, ня. Но в этом-то и причина. Ни охрана Академгорода ни «Правосудие» никак не могут задержать магов из магического мира. К тому же, ни «Армия Креста» ни «Несессариус» из магического мира не могут вступить на территорию Академгорода, принадлежащего миру науки. Так что сейчас сложилась ситуация, когда обе стороны не в состоянии действовать.

— Если бы не Дайхасейсай, действия Лидвии и всех остальных были бы ограничены из-за строгой системы безопасности. Только в этот напряженный период Академгород ослабляет свою систему безопасности. Вот тут-то они и могут действовать.

Чтобы угнаться за большим шаром, Камидзё отчаянно рванулся вперёд.

Земля сотрясалась от шагов и катящихся шаров. Поскольку внутри шаров был только воздух, они не казались тяжелыми; скорее, они были лёгкими, как воздушные шары, и под действием ветра могли уклониться в сторону, если за этим внимательно не следить.

— Тогда почему бы вам не послать несколько членов «Несессариуса» вроде Стейла, чтобы арестовать их?

— Мне можно быть здесь по той веской причине, что я твой друг и приехал сюда как частное лицо на экскурсию. Если ситуация изменится на «в Академгород прибыла группа британских пуритан», другие магические организации воспользуются этой возможностью, чтобы потребовать: «мы тоже хотим приехать». Ты думаешь, все они настроены дружелюбно к Академгороду? Определённо среди них найдутся люди, которые устроят диверсии. Ты думаешь, они станут защищать это место, совершенно непохожее на магический мир?

— Голос Академгорода, как лидера мира науки, намного громче, чем голос любой мелкой и безымянной магической группы, ня. Но если сейчас отказать им в просьбе, доступ запросят более крупные группы. Так что ситуация с Лидвией и Орианой довольно деликатная, Ками-ян. В этой беспокойной ситуации, если мы позовём своих товарищей, Академгород охватит хаос. Чтобы ограничить количество людей, посвященных в дело, участвовать в нём могут только маги, у которых есть знакомые в Академгороде. Есть лишь несколько магов, связанных с Академгородом. Так что в этот раз мы можем использовать лишь небольшое число отборных войск.

Большие шары теперь двигались ещё быстрее. Тот, который толкала группа Камидзё, вырвался вперёд. Другими словами, у него была самая высокая вероятность первым коснуться шара соперников.

— ??? Но ведь Каори Кандзаки — ещё один человек, знакомый с нами? Разве она не сверхчеловек, которую называют Святой? Не лучше ли иметь на своей стороне больше людей?

— Кандзаки нельзя здесь находиться, особенно в данной ситуации, поскольку этот духовный предмет довольно необычен.

— А? Что это значит?

— Ками-ян, что касается этого духовного оружия, называемого «Пронзающим мечом», то его свойства таковы…

Поскольку шар был слишком большой, Камидзё со своего места ничего перед собой не видел. Услышав крик Аогами Пирса «Приближается!», Камидзё сосредоточился.

— Говорят, что этот меч может убить Святого одним ударом.

— БЕРЕГИСЬ! — раздался голос сзади.

Все ученики, кроме Камидзё, отбежали от шара.

«Э? Разве до столкновения с шаром противника не осталось ещё время?»

Как раз когда Камидзё был озадачен этим…

Сзади последовал удар.

— Ух… ААА!!

Исключительно быстро катившийся шар женской группы нагнал их и подмял Камидзё. Когда мимо прокатывался шар смешанной группы, Сейри Фукиёсе холодно сказала: «Какого чёрта ты делаешь, Тома Камидзё?», в то время как Айса Химегами глянула на него с таким выражением, словно хотела сказать: «Я была права, ты выглядишь озабоченно».

===Часть 2===

Святые.

— Именно они, люди, подобные Сыну Божьему из христианского учения. Согласно христианской «Теории Божества», если воспроизвести крест, на котором был распят Сын Божий, то дубликат тоже будет обладать некоторой силой. Если применить эту теорию к взаимоотношениям между Сыном Божьим и людьми, то любой человек, подобный Сыну Божьему, будет иметь такую же силу, как и он.

Эти люди, избранники небес, известны как Святые. У них необъяснимо мощная сила. Однако…

Соревнование "Перекати мяч" закончилось (к счастью, школа Камидзё победила). Уходя с арены, Камидзё и Цучимикадо продолжали беседовать, попивая напитки для спортсменов, которые Сейри Фукиёсе вручила им со словами: «Вам надо пополнить запас аминокислот. В этих напитках есть чёрный уксус и соевые изофлавоноиды».

— У Святых есть одна слабость.

— В самом деле? Но разве Кандзаки не достаточно сильна, чтобы в одиночку сразиться с ангелом?

Ангелы. Звучит это не очень реально, но раз уж Камидзё видел ангела собственными глазами, ему пришлось в них поверить. Эта ангел, называвшая себя Миша Крейцев, была достаточно сильна, чтобы уничтожить весь мир одним пальцем, и всё же Кандзаки была в состоянии бороться с ней до самого конца. Что бы ни делал Камидзё или любой другой человек, с Кандзаки им не сравниться.

Цучимикадо глотнул напиток и сказал:

— Но у её силы действительно есть слабое место. Слушай внимательно: Святой это человек с телом такого же типа и природы, как и у Сына Божьего, так что у него не только то же количество силы, но и похожий тип, характеристики и черты.

Цучимикадо глубоко вздохнул.

— По сути, они унаследовали слабость Сына Божьего.

А! Камидзё невольно вскрикнул.

— Сын Божий однажды умер. Неважно, что он воскрес и вознёсся на небеса; тот факт, что он умер, отрицать невозможно. Ками-ян, ты знаешь, как был убит Сын Божий, которого распяли на Кресте?

Цучимикадо ухмыльнулся Камидзё и продолжил:

— Его пронзили. После того, как его руки и ноги были прибиты к Кресту, его пронзили копьём. Нанесло ли копьё смертельный удар, или же им воспользовались, чтобы проверить, умер ли он — об этом до сих пор яростно спорят исследователи Библии. Но тот факт, что его пронзили, не изменился, ня.

Цучимикадо отпил ещё глоток и продолжил:

— «Пронзающий Меч» имеет религиозное значение казни и убийства, это духовное оружие, которое может растягиваться и сокращаться по желанию до любой длины. Говорят, что оно может «пронзить дракона и пригвоздить его к земле». Оно бесполезно против человека, но это верная смерть для Святого. Расстояние не имеет значения, чтобы убить, достаточно направить на него меч.

Услышав это, Камидзё покрылся холодным потом.

Похоже, Цучимикадо хотел добавить пищи воображению Камидзё, поскольку продолжал:

— Звучит устрашающе? Когда «Пронзающий Меч» активирован, неважно, прячется ли Святой в противоатомном убежище или в центре Земли, или даже в загробном мире — достаточно просто направить на него меч, и он умрёт. Это намного удобнее и безжалостнее ядерного оружия. Поскольку этот меч был создан для уничтожения любого жадного и корыстолюбивого Святого, ня!

— О чём только думают эти маги, возясь с такой штукой…

— Это для войны, Ками-ян. Святой — магический эквивалент ядерной бомбы. Если в первую очередь убить всех Святых противника и защитить своих товарищей, произойдёт резкий перелом в ходе битвы.

Война.

Для обычных старшеклассников, живущих в современной Японии, это слово звучит бессмысленно. Но Камидзё однажды почти что приблизился к ней.

Однажды, из-за магической «Книги Закона» и монашки, которая заявила, что сумела взломать её код, Орсолы Аквинской, Британская пуританская церковь, Римская католическая церковь и католики Амакуса сошлись в трёхсторонней битве. Если бы началась настоящая война, её масштаб определённо был бы значительно больше. Война, которая затронет весь мир, война, в которую будут вовлечены обычные невинные люди, война, которая изменит облик Земли.

— Однако ведь намного больше магов, которые не являются Святыми? Как и британские пуритане, они могут сражаться даже и без Кандзаки. Верно?

— Ками-ян, проблема не в этом. Она не в том, можем ли мы победить. Как только мы обретём ложное чувство того, что можем победить, мы спровоцируем войну. Как только Святой, который означает силу, будет мёртв, это вероятно, разрушит баланс сил в магическом обществе. Это вроде того, как вся страна скорбит, когда убивают члена королевского дома, ня. Люди, которые чувствуют, что это великий шанс добиться успеха, без колебаний ринутся в битву — но эти люди никогда не заметят, что их постигнет трагическая неудача.

В словах Цучимикадо чувствовались холодность и жестокость.

Вероятно, именно из-за своего положения агента, работающего на разные стороны, он знает слабости этого мира.

— Бессмысленно убитый Святой дестабилизирует страну и её организации в религиозном плане. Если снаружи или изнутри на неё нападут магические организации, страна будет разрушена. Эти ситуации не проявятся открыто, но их достаточно, чтобы привести разные страны и весь мир к уничтожению. Как только баланс сил станет нестабильным, множество разных групп попытаются спланировать и установить новый порядок, что в конце концов приведёт к войне. Как организация по поддержанию международной безопасности, созданная, чтобы противостоять магам, нулевой сектор Британской пуританской церкви, «Несессариус», не даст этому просто так произойти, ня.

Это прозвучало по-настоящему решительно, но под конец тон голоса Цучимикадо стал совсем легкомысленным.

(У него действительно слишком расслабленный для шпиона голос или как профессионал, он пытается скрыть свои чувства?)

Дилетант Камидзё был не в состоянии выяснить это.

Камидзё глотнул напиток, который теперь уже не был таким холодным, и сказал:

— Но в такой серьёзной ситуации разве не лучше попросить о помощи Индекс?

Верно, Индекс до сих пор нет.

Услышав объяснения Цучимикадо и Стейла, он сразу же поспешил на арену, не встретившись с Индекс.

Если речь заходит о магии, она очень надёжный помощник. По мнению Камидзё, никто не знает магию лучше, чем она.

Однако Цучимикадо отклонил это предложение одной фразой:

— Бесполезно, мы не можем использовать Индекс. Мы не только не должны позволить ей приблизиться к месту действия, мы даже не можем допустить, чтобы она об этом узнала.

—… Почему?

— Хм. Потому что есть много запутанных причин. Ладно, я объясню всё с самого начала.

Судя по тому, как он почесал голову, Цучимикадо это казалось непростым делом.

— Как я только что сказал, научный мир не может пересекаться с магическим. Как раз сейчас внутри и снаружи Академгорода много проблем… тебе понятно, если я так говорю, ня?

— А? Я в самом деле в курсе того, что охранники и члены дисциплинарного комитета не могут противостоять магам напрямую.

Похоже, он слышал об этом раньше, когда впервые пробрался в частную школу Мисава со Стейлом, чтобы найти прятавшегося внутри алхимика.

Научный и магический мир — это два разных самостоятельных мира, две совершенно различные стороны. В такой ситуации, если любое полицейское агентство Академгорода должно будет задержать мага, это приведёт к риску того, что информация о магическом мире просочится в научный мир.

— Это как если бы наш самый новый и совершенный реактивный истребитель попал в руки врага?

— Верно. А если много магов целой группой ступят на территорию Академгорода, ситуация станет намного хуже. Поскольку в этом случае, маги, которые собираются провернуть сделку в Академгороде, смогут делать всё, что захотят. Как можно позволить им это?

Камидзё почувствовал, что это довольно глупая система. У всех одни и те же намерения, но никто не может сделать ход из-за таких причин.

— Так что в этот раз мы сделаем исключение. Мы втроём — я, Ками-ян и Стейл — будем работать вместе.

Цучимикадо ухмыльнулся.

— Конечно, некоторым организациям это не понравится. Эти люди наблюдают со стороны, но не могут попасть в Академгород. Некоторым из них хочется разобраться с этим делом. Но следуя своим интересам. Эти люди используют заклинания, которые действуют как радары, засекая любой поток магической энергии. Как только начнётся заварушка, они будут тут как тут.

— Хм… так значит, вот в чём всё дело?

Камидзё сказал только это, поскольку, если честно, он не мог представить себе, как выглядит поток магической энергии.

— Но какое отношение это слежение за магией имеет к Индекс? Она не может пользоваться магией! Даже если эти ребята используют радарные заклинания, нет необходимости прятать Индекс.

Хотя Тома Камидзё потерял память, это знание у него сохранилось. Несмотря на то, что Индекс хранит 103000 магических текстов, она не может их использовать. Это для того, чтобы не дать ей попасть в неприятности, используя их.

Увидев сомнения Камидзё, Цучимикадо горько рассмеялся:

— Это разница в ценностях. Выслушай, Ками-ян. За последние несколько месяцев случилось порядочно происшествий, связанных с магией — и ты смог идеально их уладить — но в магическом мире никто не знает, что ты был в них замешан.

— Это не важно. У меня было бы больше головной боли, если бы об этом узнало слишком много народу. Но почему?

— Я пытаюсь сказать, что по сравнению с тобой, имя Индекс намного более заметно. Люди в мире магов не будут думать: «это случилось возле Тома Камидзё», скорее они подумают: «это случилось возле Индекс, хранительницы 103000 магических текстов».

Камидзё подумал: «Так вот оно что».

Похоже, Цучимикадо прочитал что-то на его лице. Он радостно сказал:

— Так что эти люди будут думать, что «всё происходит вокруг Индекс». Поэтому, положившись на здравый смысл, они сосредоточат свои поиски на Индекс, верно? Но на самом деле, не существует следящего заклинания, которое могло бы накрыть весь Академгород. Даже если организация вроде «Грегорианского хорала» использует это заклинание, максимальный радиус действия составит около 500 метров. Так что удерживая Индекс на расстоянии, мы заставим этих ребят сосредоточиться на ней. Таким образом, если где-то произойдёт магическая схватка, вероятно, что её не обнаружат, ня. С другой стороны, если мы впутаем её в это дело, у нас будут большие проблемы.

— Другими словами, мы не можем допустить, чтобы Индекс учуяла любое присутствие магии, или чего-то связанного с ней?

Камидзё подумал, что это легко сказать, но трудно сделать. Индекс запомнила 103000 книг, чтобы противостоять всем магам. Она не упустит просто так даже самую маленькую зацепку. Как только она найдёт что-то подобное, она ринется в бой.

При этом, даже если он сначала объяснит это Индекс, и скажет ей не вмешиваться, она скорее всего не послушается его просто так, не правда ли?

Как правило, она терпеть не может, чтобы другие люди ввязывались в любые дела, связанные с магией, так что она определённо не согласится, чтобы за неё делали что-то подобное.

Пока Камидзё думал об этом, Цучимикадо осторожно потряс пустую бутылку.

— Тем не менее, Ками-ян, это ещё одна «невезуха». Полагаю, ты не обрадуешься тому, что вся слава достанется Индекс?

— Идиот. Я переживаю за неё. В самом деле, эта Индекс постоянно влипает в неприятности. У меня уже столько проблем!

Камидзё прищёлкнул языком, продолжая размышлять. Глядя со стороны на его лицо, Цучимикадо рассмеялся. В его смехе не было оттенка иронии или насмешки.

— Ладно, значит вот оно как, ня. Ками-ян позаботится об Индекс и попытается скрыть любой намёк на то, что происходит в Академгороде. Ах, да, ты можешь пройтись с ней по магазинам; постарайся держать её подальше от мест, где может произойти магическая битва.

— А, что ты говоришь! Тебя послушать, это так легко…!

— Нет проблем! Для этого неудачливого Томы Камидзё это совершенно элементарная задача!

— Откуда такая уверенность?! Что случится на нашем следующем соревновании? Фукиёсе придёт в ярость, если мы просачкуем! Разве это не страшнее?

— Оставлю это на тебя! Сейчас самое важное - это Индекс. Однако, её легко контролировать при помощи еды, ня. Если что-то случится, брось еду в противоположном направлении, ня!

— …Мерзавец, если Индекс это услышит, она будет кусать тебя, пока твой череп не треснет. Погоди, это не так. Никогда не видел, чтобы она кусала кого-то кроме меня…

Цучимикадо энергично похлопал по плечу вяло говорившего это Камидзё.

===Часть 3===

Асфальт под палящим солнцем действительно горячий.

Так думала голодная Индекс, лежа на асфальте.

После того, как парад закончился, охранница Айхо Ёмикава, убиравшая знак «Проход закрыт», больше не могла смотреть на это зрелище. Она оторвалась от своей работы и подняла Индекс. Хотя это и не успокоило бы девочку, Ёмикава отнесла её на длинную скамейку, стоявшую под деревом. Трёхцветный кот следовал за Ёмикавой, а затем прыгнул на скамейку.

Комоэ-сенсей, с которой Ёмикава только что связалась, наконец прибыла. Эта учительница, которая была старше, чем Ёмикава-сенсей, была одета в светло-зелёный топик и короткое белое платье. Такой наряд, возможно, означал, что она хотела поболеть за своих учеников, и было действительно жутко, что эта одежда шла ей даже несмотря на её возраст. Ёмикава глубоко вздохнула.

— Привет! Ёмикава-сенсей, я получила сообщение, что кто-то из моих знакомых сейчас с тобой. ВАУ!

Увидев Индекс в таком состоянии, Комоэ-сенсей закричала.

— Монашка… монашка-сан?! Почему ты поникла, как увядшее растение? Не говори мне, что у тебя случился тепловой удар из-за того, что Комоэ-сенсей опоздала!!!

Услышав её оглушительный крик, кот издал недовольный вопль и его шерсть встала дыбом.

Э… Ёмикава посмотрела на Индекс, лежавшую на длинной скамейке, и задумалась. Похоже, у девочки действительно тепловой удар, и как ни крути, нет ничего странного в том, чтобы подумать, что у неё тепловой удар, раз она носит такое плотное платье в такую жару.

— Комоэ-сенсей. СЕНСЕЙ!! Ладно, ладно, успокойтесь, ага?

— Как… как я могу успокоиться! Хотя монашка-сан не в моём классе, учитель должен защищать детей.

— Ладно, ладно, позже поговорим о том, каким ты видишь идеального учителя! У этого ребёнка не тепловой удар, она просто голодная.

Что? Озадаченная Комоэ-сенсей наклонила голову.

Затем она продолжила:

— Вот… вот почему я не могу успокоиться! Знаешь ли, недоедание может быть опасным!!!

— Что? Невозмутимая в таких ситуациях Комоэ-сенсей — вот какую семпай я уважаю. К тому же, этот ребёнок уже съел три пакета из сухого пайка.

Услышав раздражённый голос Ёмикавы, трёхцветный кот как будто хотел сказать: «Ага, ага, мне тоже крекеры достались», довольно мяукнув. Вокруг его пасти ещё оставались крошки.

— … Тогда это не от того, что она голодная, а от того, что она объелась! Послушай, учитель должен руководить диетой и питанием ученика…!

— Тогда почему бы тебе не спросить об этом у самого ребёнка?

Увидев, как Ёмикава показывает пальцем, Комоэ-сенсей сказала: «Не показывай так на людей», схватила Ёмикаву за палец и опустила его вниз. Затем она осмотрела лицо Индекс.

Монашка в белом, совсем слабая и дрожащая, тихо сказала:

— Я… я голодная… То… Тома ещё не пришёл?

— Ты в самом деле голодная?

— Разве я тебе не сказала? А, могу ли я оставить её на тебя?

Да, должно быть тебе нелегко пришлось. Комоэ-сенсей вежливо поклонилась, пока Ёмикава уходила прочь, махая рукой, не оборачиваясь. Хотя это было немного сентиментально, Ёмикаве казалось, что Комоэ-сенсей не нужно было так уж беспокоиться о девочке.

Комоэ-сенсей вновь осмотрела Индекс.

Индекс безжизненно лежала на скамейке, и, дрожа, сказала:

— За… запах соуса… Я не выдержу, если буду и дальше его чувствовать…

Комоэ-сенсей наконец почувствовала, что у неё гора упала с плеч (не потому, что она почувствовала беспомощность, но потому что почувствовала облегчение). Услышав, что Индекс упомянула «соус», она начала принюхиваться.

— Хм? Не этот ли лоток?

Она огляделась. На противоположной стороне улицы, где Айхо Ёмикава убрала знак «Проход закрыт», был виден целый ряд лотков, которые, как на школьном фестивале, обслуживались учениками.

— Монашка-сан, я тебе кое-что купила.

Увидев Комоэ-сенсей с разными закусками, выбранными на лотке, Индекс, лежавшая на скамейке, внезапно вскочила.

— Ооо…Ооо…ОООооооооооооо оооооо…

Она издала крик, словно археолог, обнаруживший ещё не раскопанный предмет. Трёхцветный кот в её руках издал похожий вопль.

— Я купила жареную лапшу, окономияки, копчёные колбаски, такояки… а, мисс монашка-иностранка ест осьминогов?

— Съем! Съем! Даже если это будет натто или сушеная солёная рыба, я их съем!

При виде упакованной в прозрачные пластиковые коробки приготовленной учениками еды, хоть и не выглядевшей очень вкусной, глаза Индекс ярко горели. Кот в её руках слегка задрожал. Может быть, животные инстинкты подсказали ему, что Индекс была страстно привязана к еде.

Комоэ-сенсей горько усмехнулась.

— А… а-ха-ха. Тогда давай воспользуемся случаем научиться правильно пользоваться палочками для еды. Не следует держать их в кулаке… ах!

Прежде чем Комоэ-сенсей смогла что-то объяснить, Индекс уже вонзила зубы в свою цель, проглатывая пищу, набивая полный рот. Запасы еды высотой с гору исчезли в мгновение ока. Кот последовал её примеру, но его критической слабостью было то, что его язык не выдерживал острой пищи.

Комоэ-сенсей удручённо опустила плечи.

— Уу… ууууу. Я хотела… воспользоваться случаем, чтобы дать монашке-сан немного ощутить японскую культуру.

Жуя, Индекс спросила:

— Э? Комоэ, что ты сказала?

Запихав последний кусочек окономияки в рот, Индекс моргнула. Куча еды исчезла без следа.

У Комоэ-сенсей, страстно увлечённой преподаванием, была одна слабость. Она чувствовала себя крайне угнетённой, если упускала случай кого-то чему-то научить. Но Индекс, которая была слишком сыта и довольна, этого не знала.

Комоэ-сенсей говорила, а её плечи дрожали:

— Ничего! Сенсей не будет об этом сожалеть! Я не расплачусь из-за чего-то такого.

— ??? А, я тебя ещё не поблагодарила. Я теперь наелась; спасибо тебе за гостеприимство. Э, странно? Отчего ты выглядишь, как будто вот-вот расплачешься?

Индекс слегка наклонила голову.

— … Если подумать, куда пошёл Тома? Уже почти обед.

— … Как это, ты говоришь об обеде, когда ты только что….?

Но Индекс совсем не слушала, что говорит Комоэ-сенсей.

— Куда пошёл Тома…? У меня такое чувство, что сегодня он слишком часто меня бросает…

ВРРУМ! Страсть Комоэ-сенсей к преподаванию вспыхнула снова.

Похоже, что монашка, стоявшая перед Комоэ-сенсей, не училась ни в какой школе (должно быть, дело было в этом). Другими словами, ей трудно было находиться вместе с Камидзё во время Дайхасейсай. Хотя посетители могли принимать участие в соревнованиях, но только в тех, что были предназначены специально для них, так что соревноваться с учениками они не могли. Девочка перед Комоэ-сенсей не могла исполнить своё желание участвовать в соревновании с Камидзё.

Комоэ-сенсей почувствовала, что понимает мысли Индекс.

Её бросили в одиночестве на таком крупном мероприятии, и хоть она не подавала виду, должно быть, она пережила довольно сильный удар по эмоциям. С другой стороны, если она сможет участвовать в каком-то соревновании, должно быть, это её удовлетворит. Почему Камидзё не может этого понять? Вот так вот бросить эту девочку? Комоэ-сенсей была разочарована своим бестолковым учеником, и задумалась, есть ли решение у этой проблемы.

Не компромисс, а решение.

— Всё в порядке, есть мероприятие, в котором сможет поучаствовать и монашка-сан, — появился ответ. Если она не сможет помочь этому беспомощно выглядящему ребенку, то какое у неё будет право называть себя учителем? Думая об этом, Комоэ-сенсей хихикнула прежде чем на неё напал приступ смеха.

— Э? Что ты сказала?

— Я сказала, что ты сможешь развлечься на Дайхайсесай вместе с Камидзё! Теперь монашка-сан не будет брошенной и одинокой!

Услышав этот бодрый голос, Индекс сперва изумилась, потом успокоилась и даже забыла о голоде. Трёхцветному коту было всё равно, поскольку он зевал.

— Что… что? Что мне нужно сделать?

— Вот оно, вот!

Улыбаясь, Комоэ-сенсей медленно стянула с себя топик.

На ней была форма чирлидера.

— Хе…хехе. Хотя ты не можешь участвовать в соревновании, нет проблем, если ты будешь чирлидером. Конечно, у нас остаётся этот вариант. Я чувствую, что ты как раз годишься для этого! Может быть, ты будешь смущаться, если будешь делать это сама. Не волнуйся, Комоэ-сенсей составит тебе компанию!

Комоэ-сенсей продолжала улыбаться. Она излучала во все стороны свою педагогическую уверенность, и её лицо сияло ярко как никогда.

Увидев Комоэ-сенсей такой, Индекс естественно насторожилась по поводу того, что произойдёт дальше.

— По…почему Комоэ-сан так счастлива?

— Не задавай таких примитивных вопросов. Хотя это неожиданная находка, учительница будет очень счастлива тем, что сможет научить монашку-сан. Хе-хе, я не думаю об этом как о компенсации за то, что не смогла научить тебя пользоваться палочками для еды!

Не обращая внимания на тот факт, что Индекс была её знакомой, Комоэ-сенсей куда-то потащила её, совершенно оцепеневшую.

===Часть 4===

Тома Камидзё наконец-то вернулся на то место, где перекрывали дорогу. Там не было ни следа Индекс, знак «Прохода нет» убрали, и охранницы-нэсан рядом не было.

Хотя Цучимикадо говорил: "Несмотря на то, что важно найти Лидвию и Ориану, важно и то, чтобы Индекс не пронюхала, что творится в Академгороде, Ками-ян. Мы позаботимся о безопасности Академгорода и проследим, нет ли каких-либо следов магии, а ты должен регулярно встречаться с Индекс, чтобы она была чем-то занята. Иначе, если она заметит что-то подозрительное в наших действиях, то сразу же ринется в гущу событий…" — судя по тому, как всё шло, Камидзё ничего не мог поделать.

«Мне некого спросить о том, куда пошла Индекс, и никаких зацепок не осталось. Её бесплатный телефон разрядился, так что связаться с ней не получится… не может быть, не говорите мне, что она заблудилась?»

Для привыкшего к жизни в Академгороде Камидзё это было неслыханно. Но если бы Стейл узнал, что Индекс пропала, он наверное, сказал бы: «Понятно; а теперь умри», и без оглядки напал бы на него.

«Хм. Куда же она могла пойти…»

Камидзё огляделся, внезапно сфокусировав взгляд на том, что было перед ним. На другой стороне улицы находилась группа студентов, обслуживавших лотки с едой.

— Нет… не может быть. Только не говорите мне, что она не смогла вытерпеть голод и решила пройти весь этот путь без денег. В таком случае, этот район может быть разрушен «неистовством голодной девочки»!!!...

Камидзё побледнел. Его правая рука обладает способностью «Разрушителя иллюзий». Не имеет значения, экстрасенсорные ли это силы, магия или даже чудо, ему просто нужно прикоснуться правой рукой, чтобы их разрушить. Но против этой кусачей девочки он просто бессильный нулевой уровень.

Но даже если так, он должен остановить её своей рукой.

Камидзё решил подойти к лоткам.

Неожиданно кто-то похлопал его по плечу.

Обернувшись, он увидел глядевших на него Айсу Химегами в рубашке с короткими рукавами и шортах и Майку Цучимикадо, сидевшую на роботе-уборщике и торговавшую бенто. Химегами говорила с Майкой, всё ещё продававшей бенто.

— Только что ты выглядел как будто собрался противостоять королю демонов. Отчего у тебя такой вид, словно у храброго воина?

— Почему ты выглядишь таким усталым? Ты голодный? Тебе не нужно бенто?

Камидзё, который собирался ринуться в битву, был потрясён дуэтом нежных голосов.

— Слушайте. Это из-за того, что я оставил здесь голодную Индекс, а когда вернулся, не смог её найти. Самый близкий источник пищи - эти лотки. Я думаю, не устраивает ли она там погром!!!...

Их обоих удивили его слёзные жалобы.

— Та монашка, я только что видела её вон там.

Химегами указала в направлении, совершенно отличном от того, в котором находились лотки.

— Похоже, что её утащила знаменитая миниатюрная учительница из школы Томы Камидзё.

Майка, всё ещё сидевшая на роботе, наклонила голову, вспоминая.

— ??? Её утащили силком… это невозможно. Комоэ-сенсей знает Индекс. Так в чём же дело? Она что, хотела показать ей Академгород? Всё равно спасибо вам, девочки; я сам их найду.

После того как Камидзё сказал это и направился туда, куда указала Химегами, Майка Цучимикадо закричала: «Постарайся!», а Химегами промолчала.

«Хм… с каких это пор Химегами и Майка так сдружились? А, может быть, она познакомилась с Майкой, когда та приходила в гости на летних каникулах?»

Он думал об этом, идя по улице. Пешеходы вокруг удивлялись ветровым турбинам с лопастными роторами, вырабатывавшим электричество. От этой сцены веяло хай-тэком.

Внезапно он услышал кошачье мяуканье.

Этот звук можно узнать сразу же, как только услышишь - это голос трёхцветного кота.

— Индекс?

Камидзё остановился и посмотрел в направлении, откуда доносилось мяуканье. Это был небольшой парк, окружённый домами. Ограда из проволочной сетки была намного выше обычной, и выглядела внушительно и подавляюще даже с большого расстояния. Трудно было рассмотреть что-либо, стоя у входа, потому что пышная зелень деревьев закрывала обзор.

Камидзё подумал, что с этим ничего не поделаешь.

Строго говоря, это был не парк. На сетчатой ограде висел знак с надписью: «Собственность кафедры ботаники университета Тадаяма». В этом месте собирают данные о росте растений. Даже во время Дайхасейсай, когда охрана намного строже, чем обычно, здесь никто не патрулирует. Хотя это место открыто для публики, это не значит, что кому угодно можно сюда входить.

Знакомый трёхцветный кот высунул свою голову из зарослей. Увидев лицо Камидзё, он снова скрылся в кустах.

«Только кот?.... Нет, Индекс так просто его бы не оставила. Другими словами, она здесь, внутри? Хм, если у них здесь растут яблони, может быть она просто вошла сюда не сознавая, что делает».

От таких мыслей Камидзё начал впадать в ярость, и подумал, что нужно это проверить. Он старательно уворачивался от ветвей, преграждавших ему дорогу.

— Индекс? Ты здесь? Отзовись, если меня слышишь…

Он продвигался вперёд, и его глаза расширились, когда он увидел перед собой такую картину.

Прямо перед ним была Индекс.

Но почему она переодевается?

— …………………………….

Камидзё и Индекс застыли на месте.

Комоэ-сенсей в форме чирлидера, смотрела на Индекс и стояла спиной к Камидзё, так что понятия не имела, что он появился здесь.

Камидзё подумал: «Странно».

Насколько он помнил, последний раз он видел Индекс в белом монашеском платье с золотой вышивкой, похожей на позолоту на чайнике. Но почему-то её платье было аккуратно сложено на земле. Да, и почему поверх платья сложено бельё похожего цвета?

И почему на Индекс надета форма чирлидера, белый топ и светло-зелёная короткая юбка, похожие на те, что надеты на Комоэ-сенсей?

Однако Индекс лишь до половины просунула руки в одежду, и свешивавшийся топ покрывал её маленькие груди. Самым удивительным было то, что Комоэ-сенсей стояла у ног Индекс, помогая ей натянуть трусы, которые носят чирдилеры (они должны быть такого же типа, как и те, что надевают под теннисные юбки) и так случилось, что Камидзё стал свидетелем этой сцены.

Индекс уже натянула трусы на одну ногу и собиралась засунуть в них вторую, но неподвижно замерла в этой позе.

Конечно, в таком положении юбка не могла выполнять свою обычную функцию. Более того, одежда чирлидера не имела функции «скрывать».

Позвольте повторить ещё раз: монашеское платье Индекс было аккуратно сложено на земле.

Сверху на нём лежало бельё похожего цвета.

Комоэ-сенсей помогала Индекс натянуть трусы. Если бы её голова не закрывала обзор, Камидзё увидел бы нечто такое, что он так просто не забыл бы.

— …а….а…

Выражение лица Индекс сменилось с потрясённого на «я убью этого парня». Камидзё, полностью охваченный ужасом, покрылся холодным потом и не мог двинуться с места. Комоэ-сенсей, одетая в форму чирлидера, безмятежно говорила с Индекс, не замечая, что происходит.

— Мне так жаль. В школьные раздевалки разрешается входить только ученикам. Извини, что прошу тебя переодеться здесь…э, ай?!

Индекс её совершенно не слушала. С трусами, всё ещё болтающимися на её ноге, она яростно бросилась на Камидзё.

[[Image:Index v09 128.jpg|thumb]]

— ТОМА?! ДА СКОЛЬКО Ж МОЖНО?!

— АААА! МНЕ ПРАВДА ОЧЕНЬ ЖАЛЬ! ПОЖАЛУЙСТА, НЕ КУСАЙ МЕНЯ СНОВА!!

Камидзё изогнулся, пытаясь уклониться от атаки Индекс «укус в голову». Прыгнув вперёд, Индекс вцепилась в Камидзё обеими руками, и плотно прижалась к его телу. Тем не менее, она не смогла попасть в голову, поскольку её цель внезапно начала двигаться.

Чавк! Маленький рот Индекс впился в лицо Камидзё.

— ААА…!!

Камидзё почувствовал мягкость её губ а также твёрдые неровные зубы. Эта тёплая штука между двумя рядами зубов должно быть, была языком. Его лица коснулось дыхание, более тёплое, чем температура тела Камидзё. Чувствуя вкус слюны Индекс, Камидзё не мог не задрожать.

— АА, Индекс!!

— …

Камидзё, с совершенно красным лицом, закричал, но не услышал ответа Индекс.

Шух! Индекс отскочила от Камидзё быстро, но тихо. Обычно, в такой ситуации она бы закричала, но в этот раз она безмолвно склонила голову, выражения её лица было не разглядеть, и даже уши у неё покраснели. Ему стало интересно, нет ли у неё каких-то особых подсознательных мыслей о том, чтобы кусать людей. Похоже, она получила сильный удар и даже не замечала, что её одежда в беспорядке.

Камидзё посмотрел на Комоэ-сенсей. Та просто закрыла лицо руками, издавая слабый крик «Ва….а…», который казался совершенно не убедительным.

— Это… это не то, да, Индекс-химе? Всё в порядке, это просто случайность! Случайность! Неожиданность! Пожалуйста, не воспринимай это так серьёзно… э, АА! Минуточку, Индекс, почему ты покраснела от злости? Ты всё время была такой робкой! Только не говори, что я сказала что-то не то?!

Видя, как девочка-чирлидер тихо дрожит, Камидзё отступил на шаг, затем ещё на шаг. Как раз когда он собирался сделать третий шаг…

— Камидзё.

Его пронзил раздавшийся сзади холодный женский голос.

Камидзё нервно обернулся, стараясь не упускать из вида Индекс.

Сэйри Фукиёсе.

Одетая в тонкую куртку члена оргкомитета поверх спортивной формы, она сказала:

— Я искала Цукиёми-сенсей потому что у меня к ней есть некоторые административные вопросы, и зашла сюда посмотреть, потому что услышала голоса… и опять здесь ты.

Она посмотрела на Камидзё и на полураздетую, слегка дрожащую Индекс, затем на Комоэ-сенсей, залившуюся краской, затем на тщательно уложенное платье и бельё, и наконец на Индекс — или, точнее, на трусы, болтавшиеся на её бедре.

— ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ?! ТЫ, ВОЗМУТИТЕЛЬ СПОКОЙСТВИЯ?! А НУ-КА ИДИ ПОБОЛЕЙ ЗА ВСЕХ!!!

Получив сильный удар, в который не было вложено никаких сверхспособностей, Тома Камидзё отлетел в сторону и покатился по земле.

===Часть 5===

Тома Камидзё, покрытый синяками и ссадинами, наконец вышел из парка (точнее говоря, ботанической исследовательской площадки). Если быть точным, его вытащила оттуда разъярённая Сэйри Фукиёсе, и не за руку, а за воротник. В парке Индекс наверное, позволила Комоэ-сенсей помочь ей переодеться.

— Ну в самом деле. У тебя есть хоть какое-то стремление сделать это мероприятие успешным? Я знаю, что как член комитета должна прикладывать больше усилий, чем остальные, но меня злят люди вроде тебя, которые ведут себя как будто к ним всё это не имеет ни малейшего отношения!

С этими словами Фукиёсе вытащила пакетик молока из кармана куртки. Может быть, от злости у неё в организме возник недостаток кальция.

По воцарившейся атмосфере можно было сказать, что она ничего не скрывает, говоря «Я ненавижу Тома Камидзё», но скорее, говорит это от всей души.

Камидзё, которого она тащила за воротник, сказал:

— Фу… Фукиёсе-сан. В ка… в каком соревновании сейчас участвует наша школа…?

— Ты даже этого не можешь запомнить? Это оттого, что твоим мозгам не хватает питания. О, да, сейчас прежде всего нужно восполнить количество сахара в организме!

С этими словами она кинула пустой пакет из-под молока в мусорную урну, и, порывшись в карманах, нашла пакетик сахара, который подают с кофе.

— Ух! Подумать только, что это простой, необработанный сахар!

Как раз когда дрожащий Камидзё собирался ускользнуть, Фукиёсе схватила его голову левой рукой, и зажала её подмышкой.

— Твоей сонной голове лучше бы проснуться. Или же, может ты хочешь немного соевых изофлавоноидов? Может, немного пудинга из соевых бобов?

— Ууу! Если бы ты с самого начала предложила соевый пудинг, Тома Камидзё был бы особенно благодарен! Они ведь содержат сколько-то сахара, да?

При виде Фукиёсе, собиравшейся запихнуть сахар в его рот, руки и ноги Камидзё начали бешено извиваться, но он не смог сдвинуться, поскольку его голова была зажата её подмышкой. Он продолжал сопротивляться, пока не почувствовал, что что-то мягкое касается его правой щеки.

Это была пышная грудь Сэйри Фукиёсе.

«ВАААА…!»

Сопротивление Камидзё усилилось втрое. Фукиёсе, похоже, не осознала этого, слегка нахмурившись, и держа пакетик сахара одной рукой.

— Секундочку! Секундочку! Даже если я это съем, моя тупость не излечится!!

— Разве тебе самому не грустно от этих слов?

Вовсе мне не грустно!! Камидзё быстро повернул голову в сторону, лишь для того, чтобы ощутить упругость груди Фукиёсе. Его тело моментально застыло.

С удивлённым видом Фукиёсе наконец выпустила Камидзё из захвата.

«Я спасён», — подумал Камидзё, жадно глотая воздух.

Затем Фукиёсе снова схватила его за воротник.

— Как раз сейчас наша школа участвует в соревновании по перетягиванию каната для девушек второго года, и в трёх соревнованиях для парней. За кого ты хотел бы поболеть? Полагаю, ты бы хотел пойти к девушкам, потому что такой уж ты человек!

— Почему ты так плохо обо мне говоришь? Почему ты так холодна со мной, Фукиёсе? Ты что, борешься с глобальным потеплением? <ref>В оригинале Камидзё ссылается на кампанию «CoolBiz», в ходе которой работников призывают носить в жару рубашки с короткими рукавами, и не одевать пиджаки и галстуки, чтобы можно было экономить электроэнергию, устанавливая кондиционеры на температуру +28°С </ref>

— Извини, но моя защита не настолько тонкая.

Да уж, защита у тебя такая толстая, словно ты готовишься к ледниковому периоду! <ref>В оригинале Камидзё говорит о противоположной кампании «WarmBiz», которую проводят в зимнее время, устанавливая кондиционеры на +20°С, так что людям приходится одевать больше одежды. </ref> — подумал Камидзё. Он почувствовал, что она не оценит его шутки, и ничего не сказал.

— Тем не менее, Фукиёсе, у тебя есть какие-то проблемы с делами комитета?

— … С чего тебе беспокоиться за меня по этому поводу?

— Так называемое чувство беспомощности должно быть похожим на это, я полагаю… разве организация этого мероприятия не сложна и утомительна? Хоть я и не знаю подробностей, разве правильно, если я буду беспокоиться только о своих делах?

На Дайхасейсай члены оргкомитета должны заниматься самыми разными делами, вроде подготовки матчей, судейства, проведения трансляций до, во время и после соревнований, заботиться о потерявшихся детях, и подсказывать людям дорогу. Кроме всего этого, им приходится ещё и участвовать в соревнованиях, как и всем остальным. По сравнению с обычными учениками, у них настолько мало свободного времени, что их просто жалко.
Фукиёсе уставилась в лицо Камидзё.

— Всё в порядке. Я уже передала сообщение Цукиёми-сенсей. И для того, чтобы справиться с непредвиденными событиями, в моём расписании есть немного свободного времени, так что не о чем волноваться!

— Как жаль. Что, если ты оставишь меня в покое и пройдешься по магазинам со своими подругами?

— Есть много способов создать воспоминания. Они должны это понимать!

Только сказав эти слова, Фукиёсе поняла, что они были бесчувственными.

Камидзё, воротник которого по-прежнему сжимала Фукиёсе, сказал:

— Ладно, ладно… твоя правда, но можешь хотя бы перестать тащить меня за воротник?

— Тогда будем держаться за руки.

Фукиёсе неожиданно отпустила воротник Камидзё и протянула свою маленькую руку. Похоже, она пользовалась каким-то кремом для рук: или «Коэнзим Q10» или ещё каким-то широко рекламируемым продуктом для здоровья.

— А? Эээ — ну если ты не возражаешь.

Он поколебался, прежде чем взять Фукиёсе за руку. Он подумал, что её рука должно быть, будет холодной, но неожиданно, она оказалась тёплой. Камидзё почувствовал, что от одного этого его сердце бешено заколотилось.

Фукиёсе глянула на него.

— Тормозишь.

— …

Камидзё, жаловавшегося: «Почему моё сердце так колотится», утащила девушка-«железный занавес», которая была не в лучшем настроении.

===Часть 6===

Фукиёсе тащила Камидзё по улице, держа его за руку.

Вокруг было много людей. Возможно, из-за того, что в этом месте пересекались линии метро и беспилотных автобусов. Из метро в автобус, с автобуса маршрута «А» на автобус маршрута «В»… именно так пассажиры прибывали в Академгород и продолжали свой путь.

Они уже отошли довольно далеко от того места, где Камидзё расстался с Индекс. Похоже. Фукиёсе серьёзно намеревалась притащить Камидзё в школу, чтобы поболеть за их товарищей, но ему следовало приняться за работу как только с ним свяжутся Цучимикадо и Стейл, разыскивающие Ориану. Это плохо, но что он мог поделать? Камидзё продолжал молча волноваться.

— Ох, Камидзё, что, Дайхасейсай и правда такой скучный? — внезапно спросила Фукиёсе, державшая его за руку.

Что?

Камидзё нахмурился.

— Я почувствовала, что ты выглядишь рассеянным, словно тебя что-то беспокоит.

Камидзё вздрогнул.

Фукиёсе пристально посмотрела на Камидзё.

— Я не могу заставить тебя думать только о Дайхайсехай. Если не хочешь в нем участвовать, я тебя не принуждаю .

По внешнему виду казалось, что подозрения у Фукиёсе вызывает исключительно сосредоточенность Камидзё, а не что она разузнала что-то о Дайхасейсай.

— Как один из организаторов этого мероприятия, упорно трудившихся ради этого дня, даже если это просто проявления моего упрямства, я надеюсь, что у всех останутся от него чудесные воспоминания. Я буду счастлива, если каждый сможет счастливо смеяться… но ты сегодня выглядишь скучающим. Как бы там ни было, похоже, что в своих приготовлениях я что-то недосмотрела.

— У тебя действительно сильное чувство ответственности. Я вовсе не скучаю, это интересно, когда вокруг всё так оживленно.

Камидзё не понимал, почему Фукиёсе вошла в оргкомитет Дайхасейсай. Её никто не заставлял, и раз она была добровольцем, у неё должна была быть причина, по которой ей хотелось, чтобы мероприятие прошло успешно.

Но она не знает.

Она не знает, что есть маги, которые хотят воспользоваться её упорным трудом, она не знает о тайном заговоре вокруг сделки по продаже «Пронзающего меча», и она не знает о столкновении мнений внутри Академгорода и за его пределами.

Я должен работать ещё упорней, подумал Камидзё.

Не только ради Фукиёсе.

Другие члены оргкомитета хотят, чтобы Дайхасейсай прошёл успешно. Ученики и гости тоже хотят, чтобы у них остались чудесные воспоминания об этом событии.

Поэтому он должен трудиться ещё упорнее.

Увидев у Камидзё такое выражение лица, Фукиёсе, смотревшая на него, удивилась.

— У тебя что-то на уме.

— А? Нет ничего! Мне в самом деле интересно. Почему ты так беспокоишься, Фукиёсе-сан.

Сказав это и увидев, что Фукиёсе выглядит такой подавленной и всё её сияние исчезло, забеспокоившийся Камидзё повернулся к девушке, продолжая держать её за руку, и посмотрел ей в лицо.

Хлоп!

Его толкнули в спину.

Похоже, на этой оживленной улице кто-то толкнул его плечом.

Из-за этого неожиданного происшествия Камидзё шагнул вперёд, и расстояние между ним и смотревшей на него Фукиёсе моментально сократилось.

Расстояние между их лицами было всего 30 сантиметров.

— АХ!...

— ЭХ!!...

В тот момент, когда они оба вскрикнули, расстояние между ними сравнялось с нулём. Бам! Камидзё и Фукиёсе мягко столкнулись лбами. Их носы соприкоснулись, и хотя губы их и не встретились, Камидзё почувствовал идущее из губ девушки лёгкое дыхание.

«Что…?»

Камидзё невольно задержал дыхание.

— Отстань, Тома Камидзё!

В следующий момент, БАХ! Фукиесё изо всех сил ударила Камидзё головой.

— ААА?!

Камидзё отшатнулся. Рука, которую он держал, высвободилась. Он чувствовал, что голова его горит. Выражение лица Фукиёсе как будто не изменилось, но её раздражённость усилилась.

— … Подумать только, что ты сделал это в тот момент. когда я с тобой разговаривала серьёзно. Ты действительно неисправим.

— Нет… всё не так. Я действительно серьёзно думаю об этой ситуации!!

— Дай-ка я скажу тебе, что я не прощу тебя до конца жизни.

— Ууу! Почему Фукиёсе-сан так охладела ко мне?! — закричал Камидзё. Фукиёсе сильно ударила его по затылку. Если это был её решающий довод, возможно это было немножко слишком сдержанным. Как раз когда Камидзё наклонился, осторожно потирая затылок…

Пуф!!

В этот раз его ударило по голове что-то довольно мягкое.

После того как он хладнокровно подтвердил этот факт, он понял, что это была женская грудь.

[[Image:Index v09 139.jpg|thumb]]

— УАААХХХ!

Камидзё отчаянно рванулся назад. Что это за неожиданная последовательность событий?! При виде не на шутку испуганного Камидзё, столкнувшаяся с ним женщина только сказала: «Айяйяй», и, похоже, не придала этому значения.

Стоявшая рядом с Камидзё Фукиёсе издала глухой, полный ненависти вопль: «… Камидзё»,.

Столкнувшаяся с ним особа была женщиной, примерно 18-19 лет, и носила обычную рабочую одежду. Должно быть, она была сверстницей Каори Кандзаки.

Она была выше Камидзё, и хотя по японским меркам она была высокого роста, видя её бросающиеся в глаза светлые волосы и голубые глаза, он не был уверен, что точно определил её возраст. У Фукиёсе была хорошая фигура по сравнению с одноклассницами, но не идущая ни в какое сравнение с красотой этой дамы. Не только округлости её грудей и бёдер искушали, но она источала незримое ощущение кокетливости.

Казалось, её волосы были или завиты или эпилированы, и по-видимому, в это было вложено немало труда. Она разделила волосы на множество мелких прядей и завила их с помощью электрозавивки, а затем сплела по три пряди вместе. Она также создала такие же детали в других областях, так что должно быть, провела немало времени, создавая эту причёску. Хотя на ней не было никаких украшений, волосы сами по себе смотрелись как тонкий золотой орнамент.

Скорее всего она была художницей, поскольку вся её одежда была испачкана краской. Она держала транспарант размером 1,5 метра на 70 сантиметров, покрытый белой тканью. Кончики её пальцев едва дотягивались до низа транспаранта, даже несмотря на то, что она вытянула другую руку.

Но.

— Аа…

Вскрикнул не Камидзё, а стоявшая совсем рядом с ним Фукиёсе

Женщина была одета в довольно неряшливо выглядевшую рабочую форму, но одежда её была нараспашку. Не то, чтобы она не застегнула вторую пуговицу сверху, скорее, все пуговицы, кроме второй, были расстёгнуты. Ложбинка между её грудями и пупок были выставлены на всеобщее обозрение. Камидзё почувствовал, что она словно одета в купальник.

Её брюки были довольно свободными, и казалось, что они болтаются на её талии. Хотя Камидзё не стал специально для этого обходить её сзади, похоже, что он увидел бы её ягодицы там, где брюки свободно свисали.

Такой стиль одежды не только открывал слишком многое, существовала ещё и опасность, что одежда свалится при малейшем движении. В отличие от грудастой охранницы-нее-сан, одетой в спортивную форму, эта женщина отлично осознавала, что у неё прекрасное тело.

Художница-нее-сан изобразила свободной рукой жест, показывающий, что она извиняется, и заговорила на неожиданно правильном японском языке.

— Эхехе. Извини. Извини. Я не привыкла к такому количеству народа. Ты не ушибся? А, здесь? Твой затылок всё ещё болит?

— Уу… Хотя дело не в этом, ваше тепло согрело меня всего. Я в самом деле чувствую, словно отдаю себя в ваши руки…

Увидев, что Камидзё жалуется таким образом, Фукиёсе, прищурив один глаз, ударила его кулаком в затылок, отчего его голова утонула в груди художницы-нее-сан. Эта нее-сан не вскрикнула, а легонько оттолкнув голову Камидзё в сторону, сказала:

— Эх. Дай-ка я взгляну, всё ли с тобой в порядке. Ты, не можешь, вечно драться вот так. Редко можно увидеть такой праздник, так что конечно, у вас должны остаться чудесные воспоминания.

Ах, казалось, что Камидзё вот-вот расплачется.

— Такая великодушная! Настолько отличающаяся от этих девчонок, которые кусаются и дерутся! Я готов утонуть в этой теплоте!

— Айяй, разве не будет по-детски говорить, что кто-то нравится тебе только потому что тебе это выгодно?

Фукиёсе взглянула на Камидзё таким взглядом, словно хотела сказать: «ты придурок», в то время как художница-нее-сан улыбалась и кланялась ей.

— А-а. Эта мисс вон там, мне очень жаль, что так случилось.

Фукиёсе удивлённо спросила:

— П..почему вы извиняетесь передо мной?

— Поскольку эта онее-сан кажется, главная причина того, что ты так сердишься, верно?

Услышав такие откровенные слова взрослой женщины, девушка невольно съёжилась.

Камидзё выкрикнул: «Смотри внимательно, это взрослая женщина; смотри и учись, ты, девочка-железный занавес».

Затем Фукиёсе бросила его через голову приёмом айкидо, впечатав Камидзё в землю.

— А, ты в порядке? Если ты всё ещё можешь драться, полагаю, с тобой всё будет в порядке.

Так сказала художница-нее-сан, глядя на прижатого к земле парня и держащую его девушку. Затем она протянула Камидзё руку для рукопожатия.

— Это извинение за то, что толкнула тебя. Как правило, вы, японцы, извиняетесь, кланяясь, но мы обычно делаем вот так.

— А… вот, значит, как?

— А-а. Нужно ли мне поцеловать тебя?

Пуф! Камидзё сглотнул слюну.

Немного подрожав, чистый и невинный Тома Камидзё закричал:

— ХОЧУ ПОЦЕЛУЙ!!

Кулак Сейри Фукиёсе немедленно врезался в солнечное скопление Камидзё. Художница-нее-сан уставилась на него, всё ещё трясущего головой, засмеялась и снова протянула руку.

Было бы здорово, если бы у Индекс были такие культурные манеры и она не кусала бы окружающих. Камидзё пожал руку художницы правой рукой.

Дзынь!

Раздался чудесный звук, словно что-то упало и разбилось.

— Э?

Это сказал не Камидзё и не нее-сан, а упорно смотревшая на них Сейри Фукиёсе. Поняв, что случилось, они не издали ни звука.

Тома Камидзё вдруг вспомнил, какой силой обладает его правая рука.

Художница-нее-сан пыталась выяснить, не разбилось ли что-то.

— А-а.

Нее-сан попыталась изобразить горькую улыбку, но у неё ничего не получилось.

— Мне нужно возвращаться к работе. Можно, я уже пойду?

Сказав это, она ушла прежде чем Камидзё и Фукиёсе смогли ответить. Хотя она продолжала двигаться так же, царственная аура теперь рассеялась.

— … Что, она не пожала мне руку? Почему, Тома Камидзё?

— А? Может быть, она не хочет дружить с собой?

Когда наконец он распрямился, то снова получил в голову.

Фукиёсе глубоко вздохнула. Она схватила Камидзё за руку, чтобы увести его отсюда. В этот момент внезапно зазвонил её мобильник. Похоже, звонил кто-то из оргкомитета, поскольку Фукиёсе заговорила официальным тоном. Слышать, что она говорит так вежливо, значило, что что-то случилось. Фукиёсе посмотрела прямо в глаза Камидзё, затем взглянула на часы и сказала: «Не опоздай на соревнование по поеданию булок!» С этой типичной для члена оргкомитета фразой, она ушла, всё ещё сжимая в руке свой телефон.
Камидзё смотрел, как она удалялась, и думал, ощупывая одной рукой своё сильно избитое лицо.

Что он только что разрушил: магию или экстрасенсорные способности?

Подумав немного, Камидзё решил, что вероятность того, что это были экстрасенсорные способности меньше. Все экстрасенсы в Академгороде — ученики. Во время Дайхасейсай они должны участвовать в соревнованиях. Конечно, он не может с лёгкостью сделать такой вывод, поскольку есть исключения вроде Майки Цучимикадо. Но одежда художницы, при одном взгляде на ярлыки производителя создавала ощущение импортной. Камидзё чувствовал это, потому что видел название этой фирмы в рекламе по телевизору.

Конечно же, у учеников Академгорода не было возможности носить такую одежду.

А это значит…

Тома Камидзё вытащил свой телефон и огляделся, чтобы убедиться, что Фукиёсе рядом нет. Возникло бы много хлопот, если бы кто-то из охраны или дисциплинарного комитета вмешался в дело, так что он не хотел, чтобы она это слышала. Затем он нажал вызов номера Мотохару Цучимикадо.

— Ал-ло, Ками-ян, ты как следует запутал Индекс, ня? Мы проверяли дыры в системе безопасности, которые Ориана могла использовать как место для совершения сделки, их довольно много в секторе 7. Так что будь добр, не подпускай Индекс туда…

— Минутку, могу я у тебя кое-что спросить, Цучимикадо?

Похоже, по голосу Камидзё Цучимикадо понял, что дело срочное, и понизил тон.

— Что ты хотел спросить?

— О той вещи. Мы пытаемся предотвратить продажу того инструмента… э, какого-то меча, это наша цель, верно?

Камидзё всмотрелся в толпу и всё ещё мог видеть спину той женщины в свободной рабочей одежде.

— Это «Пронзающий меч». И это не инструмент, а духовное оружие. Э, и что теперь? Ты сдрейфил, Ками-ян. Но кроме нас никаких подкреплений нет, ты же знаешь.

— Правда?

— Что это должно означать, Ками-ян?

Камидзё выпрямился, стараясь не терять из виду ту женщину. Но она поворачивала за угол.

— Когда я кое-кому пожал руку, Разрушитель Иллюзий похоже, что-то разрушил. Я не знаю, что это было. но эта особа не выглядит как ученик. По её одежде я предполагаю, что она явилась из-за пределов Академгорода.

— Секундочку, Ками-ян. Дай-ка я спрошу. Не несёт ли эта особа какой-то громоздкий багаж? «Пронзающий меч» полтора метра длиной, и с каждой стороны ширина перекрестия 35 сантиметров. Если кому-то нужно спрятать такой большой меч… что он использует? Пожалуй, он не поместится в сумку для багажа.

Услышав слова Цучимикадо, Камидзё побледнел.

— Она несёт его.

— Несёт что?

— Она несёт транспарант. Эта женщина несёт транспарант, как будто что-то покрытое белой тканью…

— Ками-ян, где ты сейчас находишься?

— Э? Секундочку… перед банком Ичидзай.

Сказав: «Жди меня там», Цучимикадо прервал разговор.

Услышав, сигнал отбоя, Камидзё задумался, должен ли он гнаться за той женщиной или ждать Цучимикадо.
Подумав об этом немного, он решил кинуться туда, где исчезла женщина. Они наверняка упустят её, если он будет ждать, пока подойдёт Цучимикадо.

У Камидзё было предчувствие, что что-то произойдёт.

Он тут же подумал об этом, и радоваться тут было нечему.

===Часть 7===

Светловолосая женщина в открытой одежде, пробиралась сквозь толпу, держа под мышкой большой транспарант. При этом она была уверена в себе. Хотя ей приходилось признать, что она замечала, что делает, её чувства совершенно не могли справиться ни с чем, что не было запланировано.

Женщина засунула свободную руку в карман брюк. В этот момент её брюки слегка сползли, но похоже, она не придала этому значения. Она вытащила что-то из кармана. Это были карточки вроде тех, что используют для запоминания английских слов, но написано на них ничего не было. Это были просто белые листки плотной бумаги, скрепленные металлическим кольцом.

— Ух…

Женщина закусила карточку зубами и оторвала её от кольца. В этот момент на бумаге появились слова, словно это была лакмусовая бумажка. На карточке появились напечатанные жёлтым слова «Символ Воды». Они были выполнены жёлтой краской и были на английском.

Женщина засунула остальные карточки в карман, и прижала карточку, которую держала в зубах, к уху, словно раковину морского моллюска.

— А-а, алло, алло. Я Ориана Томсон. Меня кто-нибудь слышит? Ответьте, пожалуйста.

Хотя казалось, что она разговаривает сама с собой, из карточки, которую она держала возле уха, зазвучал голос, настолько тихий, что казалось, воздух от него вообще не колебался.

— Не говори своё имя вслух. Будь осторожна, тебя могут подслушать окружающие. Будет труднее, если раскроют твою настоящая личность.

Это звучало серьёзно.

Услышав это, женщина по имени Ориана горько засмеялась и сказала:

— У меня уже неприятности. Эта онее-тян предпочитает выступать, импровизируя. Но это не та ситуация, которая вам нравится, верно, Лидвия Лоренцетти?

Её собеседница, которую назвали Лидвией, некоторое время помолчала.

— Не разговаривай со мной таким мерзким тоном. По религиозным причинам я не могу ответить тебе тем же.

— Я догадываюсь. Монашке, которая пользуется выдержкой, чтобы заставить людей беспокоиться, трудно наказывать других словами. Знаете что? Иллюзии Ангелов, которые эти принесённые в жертву Святые видели перед смертью, с точки зрения науки можно рассматривать как следствие злоупотребления наркотиками.

— …

— Ась? Не говорите мне, что вам не нравится слушать научную точку зрения. Вы того типа, что ищет тех, кто отрицает Слово, когда вы используете психологию масс?

— … На самом деле именно ты этим обеспокоена…

Услышав такой ответ собеседницы, Ориана расстроено замолчала. Она начала беспокоиться, потому что если так будет и дальше продолжаться, этот разговор будет бессмысленным.

— Я что, несколько неосторожно поиграла с огнем, барышня? Тогда эта онее-тян сейчас извинится перед вами.

— Я помню, что ты младше меня.

— Хоть бы и так, вы всё равно барышня. Не важно, сколько вам лет, всё равно вы барышня. Разве не самое заветное желание монашки - взрослеть, оставаясь барышней?

— Для людей, проповедующих Евангелие бедным, неприемлемо называть кого-то старше себя барышней. Ты должна была слышать слова Библии: когда монашка становится членом Семьи Божьей…

Ты будешь и дальше меня пилить? Ориана вздохнула.

Типичная римокатоличка, Лидвия Лоренцетти, испытывала вдохновение как только начинала говорить о молитве Богу, или об истинах о распространении Евангелия.

Ориана слушала её ворчание, не уделяя ему внимания, поджидая удобного момента, чтобы вклиниться в разговор.

— Да, насчёт той проблемы, о которой я только что говорила…

— Мы, монашки, невесты Бога, поэтому вступать в отношения с другими означает проявление неподчинения Богу… я хочу сказать, что…

— Может быть. в другой раз.

Ориана просто сменила тему.

— В общем, заклинание, которое онее-тян наложила на себя, теперь разрушено.

То заклинание.

Его название звучит: «Хаос и спокойствие на поверхности».

Ориана пользовалась этим заклинанием для того, чтобы обеспечить свою безопасность. Это заклинание поглощало мысли её преследователей о том, чтобы преследовать её. Оно бесполезно, если кто-то повернётся к ней, чтобы заговорить, но как только она повернётся к кому-то другому, он почувствует: «не стоит звать её», «поговорю с ней в следующий раз» и не обратится к ней. Это заклинание использует и расширяет заклинание «Отгони постороннего».

Пока работает это заклинание, даже если Ориана держит огненный шар или что-то опасное в руках, никто не захочет с ней поговорить. Благодаря этому она могла выполнить план и осуществить сделку.

Но по какой-то причине Ориана не могла восстановить это заклинание, которое было разрушено.

— Тогда в чём причина?

— Я не знаю.

— Какие-то помехи?

— Тоже понятия не имею.

— …

— Ой, не отключайте телефон. Эта нее-тян вовсе не заинтересована тонуть, погружаясь в эту болезненную тишину.

— Тогда что ты теперь будешь делать? Придумай меры противодействия.

— Что касается этого…

Ориана Томсон хихикнула.

— В первую очередь мне нужно отделаться от этого парнишки за мной.

===Часть 8===

Женщина в рабочей одежде — предположительно, перевозчик, Ориана Томсон, свернула за угол перед Тома Камидзё.

«… Она меня засекла?!»

Как бы там ни было, он не мог её упустить. Камидзё прекратил слежку — всё равно он не был в этом силён — и побежал сквозь толпу.
Он не знал, проходило ли где-то тут телевизионное интервью, поскольку эта дорога не была заполнена людьми.

Он пробежал вдоль здания, и свернул за угол.

Камидзё увидел развевавшиеся светлые волосы, дальше, чем рассчитывал. Он пробежал мимо ребёнка, державшего воздушный шарик и парочки, державшейся за руки, и прибавил ходу. Камидзё подумал: «Хорошо, что из-за соревнований я надел спортивную форму».

Хотя его одежда не была сделана из высокотехнологичных материалов, использующих авиамеханику для уменьшения сопротивления воздуха, она была удобнее, чем школьные брюки.

Хотя он бежал со всех ног, никто не смотрел на него как на чудака. Пешеходы наверное думали, что он участвует в «Охоте на мусор». Сейчас он двигался быстрее и был уже в километре от того места, где столкнулся с блондинкой и расстался с Фукиёсе.

Не говоря уже о испытательной площадке кафедры ботаники, где переодевалась Индекс — теперь ему нелегко будет вернуться туда даже спокойным шагом.

Из шорт Камидзё донёсся сигнал мобильника.

Утомительно будет говорить на бегу. Не теряя цели из виду, Камидзё задумался, отвечать ли на звонок. Звонил Мотохару Цучимикадо.

Он быстро схватил телефон.

— Ками-ян, ты где?! Почему не подождал меня здесь?

— Извини, я побоялся, что упущу её, если буду ждать.

Пока они говорили, фигура в рабочей одежде снова исчезла за углом метрах в 20 впереди.

— Вот сволочь, где теперь? Где ты сейчас?

Повернув за угол, Камидзё глухо застонал. Перед ним улица разделялась на три переулка. Он напряг слух и услышал, откуда доносится звук шагов. Из среднего переулка.

— Это место… Тут нет таблички с названием!! Я пошлю тебе СМС-кой мой пароль GPS. Отслеживай меня через него!!

У мобильника с GPS была функция: «показать местонахождение друга», но для доступа к ней был нужен пароль, который отсылал объект слежения. Пароль автоматически менялся каждые 30 минут.

Камидзё отослал нужный код на телефон Цучимикадо и дал отбой. Конечно, для того, чтобы функция GPS работала эффективно, нужно было, чтобы телефон не был разряжен.

Он продолжил бежать по переулку, который тянулся действительно далеко, и небольшой проход между этими башнями вскоре стал изгибаться плавной дугой.
Торопясь вперёд, наконец он услышал шум толпы и звуки шагов перед собой.

— Э!!

Выбежав из переулка, он оказался на другой улице. Камидзё оглянулся и заметил Ориану, убегающую вправо по тянувшейся перед ним слева направо дороге.

Расстояние до неё теперь было довольно большим, около 50 метров. Для человека, несущего такой большой транспарант (или что-то, под него замаскированное, ведь это должно было быть нечто иное, да?) она бежала довольно быстро.

Камидзё отчаянно бросился в погоню за Орианой.

К счастью, этот её транспарант довольно большой, и, очевидно, она не может легко затеряться в толпе. В такой ситуации Камидзё потерял бы её из виду как только утратил бы крошечную долю концентрации, поэтому он должен был сосредоточиться на ней. Эта психологическая мысль сужала поле зрения Камидзё, из-за чего он не только чуть не сбил с ног гулявших по улице людей, но и не замечая неровностей дороги, чуть не упал.

— Чёрт!! — закричал Камидзё. Когда он готов был бежать дальше, кто-то похлопал его по плечу.

Это были Мотохару Цучимикадо и Стейл Магнус.

А быстро они.

Они не следовали за ним, а вышли из бокового переулка. Похоже, после того как они посмотрели на карту GPS, они догадались, где окажется Камидзё, исходя из его положения и направления бега.

— Которая из, Ками-ян? Ты сказал только, что «Пронзающий меч» замаскирован под транспарант, верно?

— Это… вот… вот та особа… та блондинка в рабочей одежде.

Цучимикадо и Стейл бегом ринулись туда, куда показывал Камидзё. Причина, по которой они оставили Камидзё сзади было то, что по их словам, теперь дело было за профессионалами. Но Камидзё не позаботился о том, чтобы отдышаться, продолжая бежать за Стейлом и остальными.

«Эх, крепкие они парни…!» — пробормотала Ориана, продолжая бежать, оглядываясь назад. Хотя расстояние между ними составляло примерно 50 метров, на это можно взглянуть и с другой стороны — им нужно преодолеть всего 50 метров, чтобы поймать её. Она продолжала бежать, часто сворачивая в боковые переулки, где было легче затеряться, пыталась стряхнуть их, но без видимого успеха.

Причиной, по которой она замаскировалась под художницу, несущую транспарант, было желание, чтобы окружающие думали, что она работает. Будь то в отеле, универмаге, ресторане, если бы не транспарант, люди подумали бы, что она зашла провести время в магазине. Служащие задавали бы ей вопросы, если бы она в таком виде просто вошла в магазин с покупателями. Даже если бы они потребовали объяснений, у неё не было бы времени отвечать. На неё обратили бы внимание, если бы она избегала служащих несколько раз.

Даже если бы она переоделась в рабочего и заходила через чёрный ход, ей потребовались бы ключи и идентификационная карточка. Поэтому она могла только бежать по улицам. Это была одна из причин, по которой она не могла стряхнуть их с хвоста.

Даже если так, на таком расстоянии ненормально, что её преследователи держатся за ней так точно.

И, в момент, когда она обернулась, оказалось, что её преследуют уже трое!

Первый выглядел как дилетант, но с появлением ещё двух преследователей нужно было значительно увеличить осмотрительность. Похоже, они были профессионалами. Противники должно быть, прочитали направление её мыслей и предсказали, куда она попытается скрыться.

«Хотя я слышала, что Академгород и разные христианские организации сейчас не могут предпринять действий на этих оживлённых улочках, похоже, что я была слишком наивна…»

Внезапно Ориана остановилась. Похоже, впереди телевизионщики брали интервью, и вокруг них столпилось довольно много людей. Ориана, державшая большой «транспарант», не могла пробиться сквозь толпу. Транспарант застрял в толпе, и она не могла свободно двигаться. Конечно, она могла его бросить, но это бы привело к полному провалу всего того, из-за чего она с ним бегала.

Она оглянулась и подумала:

«Хотя это трудно, похоже, что этот путь безопаснее всего…»

Подумав, рассчитав и приняв решение, Ориана побежала по другой дороге в сторону.

Цучимикадо бежал первым, за ним следовал Стейл, а за ним - Камидзё. Это из-за того, что Камидзё уже потратил довольно много сил, поскольку обычно он бежал быстрее Стейла.

В этот момент Ориана, до которой было 30 метров, остановилась посреди дороги. Оглядевшись, она решила побежать по другой улице, в сторону. На бегу, Цучимикадо нахмурился:

«Что ещё, это отличается от её обычного образа действий, ня… передумала она что ли?»

Он продолжал поддерживать дыхание, преследуя её, чувствуя, что при малейшей ошибке он её упустит. Камидзё тоже прибавил ходу, преследуя Цучимикадо.

Добежав до того места, где только что останавливалась Ориана, они обнаружили, что телевизионщики берут интервью. Можно было слышать, как репортер возбужденным голосом сообщает новости, и для жителей Академгорода было похоже, что он только запутывает ситуацию. Люди вокруг стояли так плотно, словно в битком набитом поезде. Ориана должно быть испугалась, что застрянет в толпе, поэтому изменила свой путь.

Камидзё повернулся в сторону Орианы.

— … Что это за место, автобусное депо?

Это было пустое заасфальтированное место.

Это было огороженное прямоугольное пространство, замкнутое со всех сторон. Похоже было, что во время приготовлений к Дайхасейсай здесь разрушили бульдозерами и сравняли с землей заброшенные дома.

Оно было шириной 30 метров и несколько сотен метров в длину. Но оно не производило впечатление широкого. Множество больших автобусов были тесно выстроены в ряд, словно нефтяные танкеры. На первый взгляд, автобусов было 50-70. Повсюду были металлические столбы, и всё пространство было накрыто крышей из оцинкованного железа. С потолка свисали автоматические манипуляторы, которые используют при ремонте машин.

Все транспортные средства здесь были беспилотными автобусами.

Должно быть, это было временное депо для беспилотных автобусов. Здесь должно было быть место для заправки автобуса, для их мытья, и для различного необходимого ремонта. Возможно, они использовали трёхсменную систему или какие-то другие меры в этот период. Так что все автобусы здесь находились в ожидании.

Во время Дайхасейсай используются только беспилотные автобусы, и для этого делают такие грандиозные приготовления. Камидзё вновь осознал размах этого действия.

Автобус с пометкой «в депо» тихо проследовал внутрь мимо Камидзё и его товарищей. Цучимикадо последовал за медленно идущим автобусом, и как раз когда он собирался тихо войти в депо…

БУУМ!!

Внезапно под потолком появились белые и голубые вспышки.

Это пламя неестественного цвета продолжало падать прямо на лицо Цучимикадо как прозрачный цилиндр. Это могла быть магическая атака — хоть это и было магическое пламя, его определённо вызвал не Стейл. Если так, то кто же сделал это?

— Вот сволочь, она что, пытается остановить нас при помощи рун? Пригнись, Ками-ян!

Цучимикадо отскочил назад, и собирался пригнуть Камидзё к земле, как вдруг…

— Что ты несёшь? Разве в таких ситуациях нам не следует полагаться на него?

Стейл схватил Камидзё за воротник и толкнул его вперёд.

— А?

Цучимикадо покатился в сторону, не зная, как далеко он укатится, а вместо него Камидзё оказался под голубыми и белыми вспышками.

Взглянув вверх, Камидзё увидел столб пламени, опускавшийся, как нож гильотины.

— Э? ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?? АААААААААА!!!

Камидзё яростно махнул правой рукой, словно крюком. Белые и голубые огни разлетелись в разные стороны и исчезли прежде чем смогли распространиться.

Стейл шевельнул сигаретой во рту и сказал:

— Ну, ну, подумать только, что даже я не мог подумать о такой идеальной командной работе. Чтобы быть способным так распределить работу, надо действительно понимать ситуацию и предпринимать действия.

— Ты…ты…ты…!

Дрожащий Камидзё был готов без колебания ударить красноволосого священника.

— Поторопись и закончи свою работу.

Стейл стукнул его, оттолкнув назад.

ПЬЮ!! Послышался звук рассекаемого воздуха, и каменные блоки размером с бейсбольный мяч пролетели под днищем автобуса, который двигался вперёд. Внезапно поверхность этих камней стала острой и угловатой, как у морского ежа, и они поскакали в направлении челюсти Камидзё.

— Подождите… секундочку!!

Камидзё вытянул правую руку и каменные пули исчезли в воздухе, словно развалившиеся ледяные скульптуры. Цучимикадо и Стейл использовали припаркованный рядом автобус в качестве щита, и отскочили влево и вправо соответственно. Камидзё, который больше не мог им доверять, прыгнул в направлении Цучимикадо.

Цучимикадо, опиравшийся спиной на автобус, сказал Стейну, прислонившемуся к автобусу напротив:

— Стейл, оставайся здесь, установи руны и жди. Я захвачу курьера внутри.

— Понял. Мне использовать «Отгони постороннего»?

— Решай сам. Хотя я не хочу использовать слишком много магии, будет плохо, если эта суматоха разрастётся. Всё в порядке, пока сюда не явится Индекс.

Ясно, Камидзё только что это понял. В данный момент они сражаются не за победу или поражение это война «арестовать или упустить».
Поскольку цели различны, различны и пути их достижения.

Цучимикадо пристально посмотрел в лицо Камидзё и спросил:

— Ах, да, Ками-ян. Что ты хочешь делать? Мне кажется, тебе безопаснее остаться здесь…

Стейл посмотрел на Камидзё и ухмыльнулся:

— Да, как по мне, безопаснее, если ты останешься здесь. Не ради твоей безопасности, а ради моей.

Камидзё подобрал с земли пустую банку и швырнул её в Стейла, желая идти дальше с Цучимикадо. Цучимикадо всмотрелся внутрь депо из глухого угла автобуса, и выскочил.

Камидзё следовал за ним, думая, что если у него есть способность Разрушителя Иллюзий, не лучше ли пользоваться им как щитом?

БУМ!!

С этим звуком к ним полетело жёлтое пламя. Размером в 10 метров, это пламя появилось из ниоткуда.

Как раз когда Камидзё вытянул свою правую руку, поток сжатого воздуха врезался между автобусами слева и справа от него, словно скальпель.

— ?!

В тот момент, когда Камидзё был не в состоянии отреагировать, Цучимикадо схватил его за воротник, уклонился от летающих скальпелей и забежал в арку, чтобы избежать пламени. Тут он отпустил воротник Камидзё и сказал:

— Ками-ян, ты не должен сражаться с ними всеми! Это были ловушки, установленные врагом. Она сбежит, если ты будешь реагировать на всех них!!

— Несмотря на то, что ты это сказал…!!

Пять кусков льда размером с воздушные шарики полетели вниз с потолка. Рванувшись вперёд, Камидзё с трудом сдержался, чтобы не использовать правую руку. От ударные волны и звуков падения тяжелых кусков льда по его спине пробежал холодок.

Продвигаясь вдоль ряда припаркованных автобусов, он увидел большую установку, служившую для мойки автобусов. Она была высотой с двухэтажный дом, и там находились машины для мытья. Это были не щётки в форме барабана, а плоские губки, использовавшие ультразвуковые колебания.

Ориана, похоже, забежала в тёмный угол, и он видел её развевающиеся светлые волосы.

— Вон там!!

Когда Камидзё выскочил из глухого угла, земля рядом с ним начала подниматься, как будто пыталась влезть между ним и огромной моечной машиной. Это была земляная стена высотой в 5 метров, и его ноги тряслись, как от цунами.

Стена тянулась от одного конца депо до другого. От неё нельзя было уклониться, поскольку его раздавило бы даже если бы он спрятался в глухом углу. Что было ещё опаснее - если сломаются металлические столбы, поддерживающие потолок, всё депо обрушится.

— Ками-ян, оставляю это на тебя. Это какое-то нестойкое вещество вроде эктоплазмы. Твоя правая рука определённо справится с ним!!

Услышав крик Цучимикадо, Камидзё вышел вперёд. При виде этой огромной мишени, его зубы застучали, но было не время убегать в слезах. Он достиг основания стены, и ударил по ней правой рукой.

ПАУ!!

Пятиметровая стена рухнула со звуком бьющегося стекла. Казалось, она растворилась в воздухе, и всё приобрело первоначальный вид. Асфальт тоже стал таким, как был .

Камидзё как раз собирался опустить правую руку, когда Цучимикадо быстро пробежал мимо него к месту, напротив большой моечной установки.

Он остановился.

Орианы там больше не было.

На корпусе установки был налеплен клочок плотной бумаги размером с жевательную резинку. Камидзё пробежал мимо Цучимикадо и огляделся. В углу установки была задняя дверь, но дальше был открытый канализационный люк, и разбитые окна в зданиях. В общем, невозможно было сказать, каким путём Ориана ускользнула.

— Tracking sealer Ориана Томсон… ух… вот так шутка!!

Цучимикадо со злостью порвал тот клочок бумаги. По его действиям обычный парень Тома Камидзё мог понять, насколько критической была ситуация.

«А-а, не знаю, оторвалась ли я от них…»

Ориана Томсон коротко оглянулась, и пошла по улице.

Она перестала бежать как только потеряла преследователей из виду. Раз её противники упустили её, важнее, чтобы её не заметили, чем увеличить отрыв от преследователей. Если она будет бежать сквозь толпу, то привлечёт слишком много внимания.

Даже так, она чувствовала себя достаточно удовлетворённой. Ориана придержала транспарант, укрытый белой тканью, и всё проверила снова.

«… Даже если я пока что от них отделалась, это не значит, что всё кончилось. Я должна разместить следующий листок.»

Ориана, следившая только за тем, что происходит за ней, наткнулась на кого-то перед собой. Обнажённый пупок почувствовал не человеческую кожу, а металл. Два парня, похоже, члены оргкомитета Дайхасейсай, устанавливали горизонтально шест для соревнования по бросанию мячей, и она на них наткнулась.

— Ай-яй, мне правда очень жаль.

Орианна вежливо извинилась и удалилась, оставив ребят изумленно таращиться на её огромные груди.

Слишком мягкие, сказала она тихо, подавляя неудержимый смех.

«Я только что разместила свой следующий листок, это похоже, задаст им жару».

Цучимикадо вытащил свой телефон и с кем-то разговаривал. Похоже, со Стейлом. Хотя они оба маги, Цучимикадо не может пользоваться магией, или, строго говоря, может, но она вызовет отторжение из-за его экстрасенсорных способностей, что приведёт к риску небольшого взрыва.

Цучимикадо сказал: «приходи быстрее» и закончил разговор.

Камидзё посмотрел на листок бумаги, который держал Цучимикадо.

— Эй, что это такое?

— О, это духовное оружие Орианы Томсон.

Цучимикадо сказал это разочарованным голосом и показал бумажку Камидзё. На ней трудночитаемым шрифтом были напечатаны синей краской слова: «Soil Symbol». Конечно, Камидзё, познания которого в английском языке были ужасны, не понял, что они означают.

— Они означают: «Символ Земли». Ты, вероятно, слышал о пяти главных элементах в РПГ-играх, ня? Огонь, вода, земля, воздух, и всё такое. Это относится к ним.

— Значит, это «карта Земли»? Я этого не понимаю.

— Нет, не только это. Цвет земли «зелёный», но это написано синим.

Цучимикадо повертел карту со словами:

— Синий — цвет воды, и как правило, его не используют в магии, связанной с землёй. Если кто-то хочет использовать землю, они берут подходящие атрибуты, вроде «зелёный» или «дискообразный». Это вроде того, как Стейл использует красные карты для контроля огня.

— Что же, эта женщина ошиблась?

— Невозможно, она сделала это преднамеренно. Она использует несовместимые цвета и использует реакцию для нападения. В общем, это рискованно, поскольку неудачная смесь может привести к плохим последствиям.

Пока Цучимикадо говорил это, Стейл бежал с другого конца депо.

Цучимикадо помахал кусочком плотной бумаги и сказал:

— Я нашёл её магическое духовное оружие. Если Ориана будет вынуждена использовать его во время побега, эта штука отследит его, как мобильник. Я бы хотел использовать этот метод. Вы мне поможете, парни, ня?

===Часть 9===

Мотохару Цучимикадо не может использовать магию.

Строго говоря, если он будет использовать её, то потеряет контроль над своим телом. А поскольку человеческое тело не цифровое, неизвестно, сколько раз он это выдержит. Он может выдержать 4 или 5 раз, а может умереть с первого раза.

Это что-то вроде игры в русскую рулетку; есть вероятность того, что он умрёт. В такой ситуации, не будучи уверенным, Цучимикадо всеми способами старался не использовать магию. Если бы дело закончилось тем, что он оказался бы бесполезен, можно только предполагать, что бы случилось дальше.

Поэтому Цучимикадо не мог использовать «поисковую магию».

Он положил листок плотной бумаги, оставленный Орианой, на землю, и нарисовал вокруг него идеальный круг. Затем он разложил много разноцветных бумажек, и на том и закончил. Собственно, делом Стейла было активировать всё это.

— Название заклинания — «матрица всеохватывающей реальности» — всё прошло бы легче, если бы я использовал его во время происшествия с «Падением Ангела», ня… чтобы предотвратить любые помехи, я использовал только одиночное защитное заклинание, и действительно сильно пострадал. Кандзаки-нее-тян тоже не сильна в установке барьеров, так что это и правда было трудно. Конечно, не мне учить этому важных шишек из Русской православной церкви…

— Хватит трепаться, берись за дело. Я слышал, что дальность его действия составляет около трёх километров?

— Ах. Вот так вот меня прерывать. Ааа, Ками-ян, будь добр, отойди чуть-чуть. Что, если твоя правая рука разрушит «матрицу всеохватывающей реальности»?

Услышав, что Цучимикадо заговорил об этом, Камидзё поспешно отступил. Цучимикадо продолжал наносить какие-то отметки на землю, и когда закончил, отошёл туда, где стоял Камидзё.

Вокруг бумажки, оставленной Орианой на моечной установке, был нарисован на земле чёрный круг примерно 50 сантиметров в диаметре. Голубая, белая, красная и чёрная бумажки делили его на четыре четверти, каждая по 90 градусов. Похоже, они представляли север, юг, восток и запад.

Стейл наполовину опустился на колени перед нарисованным Цучимикадо кругом, хлопнул в ладоши и закрыл глаза. Капля пота побежала по его лбу.

— По ветру, но не по воздуху, но чтобы передать волю твою.

Когда он начал напевать это, четыре бумажки поплыли в воздухе. Они поднялись словно неуклюжие марионетки, управляемые невидимыми струнами,. Их края напоминали острые лезвия мечей.

— Эта так называемая руна является концепцией магии, осуществляемой при помощи добавления и удаления цветов.

Цучимикадо пристально посмотрел на нарисованный на земле круг, и сказал:

— Во-первых, нужно запечатлеть что-то значимое, и принудительно ввести немного энергии, чтобы активировать заклинание, и деактивировать его путём удаления цветов. Поскольку Стейл использует «предварительно окрашенные карты», сделанные печатным способом, заклинание активируется очень быстро. Когда карта «сгорает», краска исчезает за мгновение, ня. Так что, как правило, люди пользуются заклинаниями, которые были заранее подготовлены…

Четыре листка бумаги продолжали описывать спираль. По мере этого за ними тянулась линия того же цвета, что и карта. Линии всё теснее сближались, круг всё сжимался, и они приближались к центру, где лежала карта, оставленная Орианой.

— Пока мы следуем основному правилу «добавления и удаления цветов», даже если это нестандартный футарк <ref>рунический алфавит</ref>, можно активировать руническое заклинание, ня. На самом деле, различные типы «рунических слов» возникали в разные века.

— До центра круга осталось всего 15 сантиметров.

Камидзё, не отрываясь, смотрел на быстро вращавшиеся бумажки.

— Используя их, мы сможем точно определить, где находится Ориана?

— Угу. С их помощью мы определим её положение на расстоянии до трёх километров. Но мы ничего не узнаем, если она выйдет за этот радиус.

— … Три километра. Довольно далеко. Но если мы найдём её точно в трёх километрах отсюда, разве противник не переместится куда-то ещё?

— Ещё одно. После активации «матрицы всеохватывающей реальности» у нас уйдёт пятнадцать минут на настройку. Но это не проблема, если она сработает один раз.

Так сказал Цучимикадо, но если у них ничего не выйдет…

— Хотя 15 минут — это недолго, не будет ли плохо, если противник сядет в автобус или на метро?

— Мне без разницы, куда она побежит. Ками-ян, разве ты забыл? Я же тоже маг. Разве у меня нет «Алой техники» в качестве последнего выхода? Хотя у меня есть только один выстрел.

— До центра осталось всего 10 сантиметров.

Камидзё, с раздражённым видом сказал:

— О чём ты говоришь… это тот трюк, с помощью которого ты, находясь на курорте, разбомбил мой дом, чтобы предотвратить «Падение Ангела»? Всё будет нормально, если мы сможем выстрелить на такое расстояние… минуточку, если узнают, что в Академгороде открыто использовали магию, разве множество магов, ждущих снаружи, не используют это в качестве повода для вторжения?

— Нет, они не сделают этого, Ками-ян, потому что их предлог — «защитить обычных граждан от плохих магов, вторгшихся в Академгород». Если мы уладим всё одним ударом, заберём «Пронзающий меч» и сообщим, что «опасность миновала, так что нам не нужна ваша помощь», разве всё не будет в порядке, ня?

— Осталось пять сантиметров.

Цучимикадо ухмыльнулся Камидзё и сказал:

— Тем не менее, мне не очень удобно решать это при помощи магии. Так что я использовал «Алую технику», а не мою коронную «чёрную технику», ня. Если спросят, кто использовал магию, я просто совру, и скажу, что именно Стейл, манипулирующий огнём, нанёс тот удар.

— … Это… это немножко слишком дерзко. Ты действительно можешь обмануть их таким образом?

— Могу. Поскольку «Несессариус» хранит знание о 103000 магических книг. Для них нет ничего странного в изучении даже заклинаний, не имеющих христианского происхождения. Однако, они не могут использовать эти заклинания так, как это делают на Востоке, поэтому им приходится дорабатывать их, чтобы они выглядели по-западному.

— …

— Что это ещё за выражение лица? В любом случае мы победим, если сможем определить местонахождение Орианы. Идеально будет схватить её и заставить рассказать о сделке Лидвии с другой стороной. В данный момент главным приоритетом является предотвращение сделки с «Пронзающим мечом». Другими словами, ничего страшного, даже если мы разнесём на кусочки меч или Ориану.

— Расстояние ноль сантиметров.

Четыре бумажки коснулись листка бумаги, оставленного Орианой. Со звонким звуком «БАМ!», цветные бумажки засновали по кругу, быстро рисуя на земле сложную карту. Сначала она была размытой, как изображение в фотоаппарате, не наведенном на резкость, но постепенно картина прояснялась.

На карте было изображено всё, от дорог, зданий, деревьев, скамеек, торговых автоматов и ветряков до каждой пустой банки, брошенной на землю. Может быть, точнее было назвать её спутниковым снимком со сверхвысоким разрешением, а не упрощенной картой тактической обстановки.

Местом, которое наконец появилось, было…

Ориана внезапно взглянула вверх.

В одной руке она держала предмет, похожий на транспарант, завёрнутый в белую ткань. Она слегка выпятила свою пышную грудь, словно пыталась увеличить давление на вторую пуговицу рубашки, единственную пуговицу, на которую та была застёгнута. Она посмотрела в небо.

В голубом небе позднего сентября виднелись белые дымки от запущенных фейерверков, и среди этого безжалостного лета можно было почувствовать прохладное дуновение ветерка. Пятнышки облаков продолжали плыть в одном направлении, и всё выглядело спокойным.

И всё-таки Ориана кожей ощутила резкое напряжение.

Словно пыталась проникнуть в банк, на который слишком часто нападали грабители и оттого сильно защищенный.

Ориана Томсон решила выждать, интересуясь тем, что к ней приближается.

— По ветру, но не по воздуху, но чтобы передать волю твою — знаете ли, эта онее-тян слышала это.

Затем она оскалилась.

— Р-р-р-…какакакаакакакака… ?!

Внезапно, Стейла, наклонившегося вперёд, словно что-то ударило в грудь.

Пчхи! Карта, нарисованная на земле, разлетелась, словно кто-то чихнул и развеял картину из песка. Раздался громкий треск, и испуганный Камидзё глубоко вздохнул, не зная, не сломаны ли кости у Стейла.

— Это звук изгибающегося пространства, возникший из-за того, что он потерял контроль над своей силой — это просто звук молекул воздуха, сталкивающихся друг другом! Ками-ян, ударь Стейла! Наверное, это прекратится!!

Услышав, крик Цучимикадо, Камидзё был поражён. В любом случае, довольно страшно, когда «он не знает, что происходит». Камидзё рванулся к Стейлу, и отчаянно ударил его по согнутой спине. Поскольку он думал только о том. как сделать это поскорее, он забыл рассчитать силу.

Внезапно послышался звук стравливающего давление воздуха.

Тело лежавшего на земле Стейла расслабилось, но похоже, странное происшествие закончилось, и прежнего звука больше не было слышно. Стейл тяжело дышал, и наконец отнял руку от взмокших от пота волос.

— Что это было? Это что… какое-то заклинание, чтобы не дать себя выследить…?

Цветные бумажки больше не двигались, так что Цучимикадо подобрал одну из них, сжал пальцами и несколько раз сложил.

— Если бы это было так, то поскольку я использовал «матрицу всеохватывающей реальности», меня бы тоже задело… но ничего такого не случилось.

Он помахал аккуратно сложенным листком цветной бумаги и сказал:

— Должно быть, наш противник сумел считать магию Стейла и вероятно, использовал противозаклинание, которое подействовало на Стейла. Ай да Ориана, я подумал, что она внезапно решила контратаковать, значит, такова её цель. Она пытается заставить нас использовать магию, считывает и анализирует её, и устанавливает магическую матрицу, которая посылает сигналы, ня.

Камидзё, не понимавший, о чём говорит складывавший бумажку Цучимикадо, протянул руку Стейлу. Стейл раздражённо отмахнулся от руки Камидзё, и, шатаясь, попытался встать.

Стейл сплюнул на землю.

— Это заклинание, которое идентифицирует человека и изолирует его? Действительно, подумать только, что она могла такое придумать.

— … Что это? Ты имеешь в виду, что оно может нацелиться на Стейла и атаковать его непосредственно?

Цучимикадо вздохнул.

— Эта штука под названием магия… из-за подхода заклинателя различаются количество и качество…. Но я не думаю, что этого достаточно, чтобы устроить идеальную контратаку, ня.

Говоря это, Цучимикадо сунул руку в карман и вытащил красную ручку… или может быть, это была не ручка.

Согласно его объяснениям, эта штука под названием магия была вроде бензина. Первоначально она была как бензин, на который мы так сильно полагаемся, и её глубоко очистили секты или религии, как на нефтеперегонном заводе.

— Что касается Стейла, если бы он использовал ацтекский метод для обучения магии, в результате получилась бы магия, сильно отличающегося типа. Подобно тому, как сырую нефть нельзя очистить до бензина, но можно разделить на тяжёлое масло и лёгкое масло, ня, — сказал Цучимикадо.

На Святых Амакуса, подобных Каори Кандзаки, помимо христианства оказывал влияние буддизм и синтоизм. Так что они могут свободно приспособиться к типу магии и роду заклинаний в соответствии с ситуацией.

Цучимикадо предполагал, что для того, чтобы добраться до самого Стейла, Ориана попробует определить, каким типом магии он вероятно может воспользоваться, и приложит все усилия, чтобы изолировать магию Стейла. Трудно вообразить, что Ориана сейчас находится в спокойном расположении духа, поскольку вероятно, она не располагает полной информацией о силе Стейла. Независимо от того, какая у него сила, как правило, об этом надо задуматься.

— Эта… Ориана, что она сделала?

— Насчёт этого… полагаю, это должно было быть что-то в таком духе.

С этими словами Стейл встал на всё ещё подгибающиеся ноги.

— Эта штука под названием магия существует во множестве разных форм. Но предыдущая стадия не остаётся неизменной. Методы, которыми мы можем воспользоваться для очистки этого таланта зависят от религии, заклятий и собственной жизненной силы. Затем это напоминает задачу по математике. Как только сделаешь обратный расчёт, появится ответ.

Представим, что есть 10 килограмм магии «А» и способ обработки магии «В». Сравнивая их, если человек использует магическую процедуру «В» необходимую для обработки 10 килограмм магии, сколько килограмм его жизненной силы потребуется — таким образом можно рассчитать исходную «жизненную силу».

Стейл раздражённо вытащил зубами сигарету, выступавшую из пачки, и посмотрел на Цучимикадо. Цучимикадо рисовал чем-то вроде красной ручки какие-то значки на листке цветной бумаги, который держал в руках.

— Я готовлю новую матрицу для того, чтобы справиться с этой ситуацией, — сказал Цучимикадо Камидзё, не отрываясь от бумажки.

Стейл перевёл взгляд на Камидзё.

— Хотя на магии не остаётся отпечатка личности того, кто её применил, на жизненной силе такой отпечаток есть. Другими словами, Ориана распознала мою жизненную силу. Вот сволочь, я не должен был так беззаботно устанавливать рунические карты… нет, если бы противник использовал огромное подпольное учреждение для допросов магов, вроде камеры пыток в подвале Виндзорского замка, такое ещё было бы возможно. Подумать только, что она своими силами сумела выполнить каждый этап — исследование, анализ, обратный расчёт, применение и бой — иного и нельзя было ожидать от «Заметающей Следы» Орианы Томсон.

Стейл сказал это с печальным видом, доставая спичку (редкое зрелище), и зажигая её о подошву ботинка. Похоже, он боялся зажечь спичку при помощи магии. В данный момент он не мог нанести ответный удар, и мог только ждать, пока Цучимикадо закончит свои приготовления. То, что человек с настолько высокой самооценкой «остерегался» показывало, насколько непостижимой была Ориана.
Услышав то, что он сказал, во время этой схватки в депо Стейл был единственным, кто открыто использовал «магию».

— Если бы она выполнила обратный расчёт и контратаковала, пострадать должен был Цучимикадо, который устанавливал «матрицу всеохватывающей реальности». Поскольку ничего такого не случилось, я думаю, что она реагировала на мою жизненную силу, — продолжал Стейл. Цучимикадо упорно трудился над каким-то странным проектом, так что беседовали только Камидзё и Стейл.

— Это означает, что Ориана может анализировать магию Стейла, даже на бегу?

Камидзё наклонил голову, не зная, что происходит.

Видя Камидзё в таком состоянии, Стейл ничего не мог поделать, кроме как раздражённо выдохнуть дым. Может быть, от того, что он потерял свое хладнокровие после того, как пострадал, а может быть от того, что он находил утомительным говорить о вещах, самоочевидных для магов.

— Если она знает этот ход, тогда она должна быть даже более могущественна… чем твоя правая рука.

Он глубоко затянулся дымом.

— Противозаклинание Орианы… которое сравнимо с заклинаниями, используемыми для казни, требует магической матрицы — нет, чего-то даже более высокого. Ориана не просто использовала заклинание — она установила всю область воздействия. Это словно настроить высокоскоростной компьютер и позволить ему выполнить весь анализ. Таким образом, Ориана может сосредоточиться на бегстве, но…

— Но что?

Когда Камидзё сказал это, Стейл горько ответил:

— Нет, должно быть, я слишком много думаю. Мне кажется, что я уже видел эту нечеловеческую «автоматическую обработку» раньше… не может быть. Даже если это Ориана, наверное, у неё не может быть такого…

Похоже было, что он бормотал себе под нос.

Камидзё, который совершенно не понимал ситуацию, нахмурился. Цучимикадо, бывший рядом с ним, что-то рисовал на листке бумаги. Он открыл рот и ухмыльнулся:

— Нет, Стейл, я думаю о том же, о чём и ты.

— Правда? … Если это так, это бы объяснило, почему Ориана может делать работу несмотря на то, что находится в другом месте. Но если так, то она не маг, а колдунья.

— Ай-яй, дело действительно в этом? Я всегда чувствовал, что с Орианой что-то не так. Если она действительно полный чернокнижник, тогда должны быть какие-то маги, которых она обучила, которые будут действовать в качестве её подручные. Разве не Лидвия должна это делать?

Говоря это, Цучимикадо продолжал наносить значки на цветную бумажку. Похоже было, что он добавлял одни значки поверх других.

— ??? Что это?

Оба мага продолжали тихо переговариваться между собой, отчего дилетант Камидзё смутился. Увидев это, Цучимикадо ласково улыбнулся.

— Ах, да, Ками-ян вероятно, не понимает текущую ситуацию. Но просто иметь знание о ней означает, что ты это знаешь. Если вложить в кого-то любое знание, относящееся к магии, оно помимо воли заклинателя образует магическую матрицу. Даже если он не использует магию, оно заставит «силу», высвобождаемую природой и жизненую силу умножиться, делая её активной на полупостоянной основе.

В улыбке Цучимикадо теперь был более глубокий смысл.

Линзы его синих солнечных очков отражали свет.

— Ты всё равно не понимаешь? Это особа, которая ближе всех к Ками-яну, ня. «Та» Индекс, которая запомнила 103000 магических текстов. Разве она не с тобой?

103000

Индекс.

Даже если он и не совсем понял, что имел в виду Цучимикадо, он знал, о чём идёт разговор.

— Не может быть?

— Это так, Ками-ян.

Глядя в лицо бормочущего Камидзё, Цучимикадо мягко встряхнул цветную бумажку в руке и небрежно сказал:

— Оригинал магической книги.

Оригинал.

Книга, в которой содержатся секреты магии. На первый взгляд, она не производит впечатление, но любой обычный человек получит нервную травму, если только прочитает её оглавление. Также, главы, абзацы и слова книги станут полупостоянной магической матрицей, которая автоматически атакует любого, кто попытается её уничтожить.

Ни у кого не хватит сил уничтожить «оригинал» магической книги, так что можно только использовать чрезвычайные меры чтобы временно запечатать её. Вот почему люди вроде Индекс, которая запомнила 103000 магических текстов и Орсолы, которая пыталась анализировать оригинал «Книги Закона» делают это для противостояния опасным магическим книгам.

Камидзё был совершенным новичком, когда дело доходило до магии. И раньше он никогда не видел настоящую «магическую книгу». Несмотря на это, он был замешан в порядочное число происшествий, связанных с магией или магическими книгами, так что в этом смысле у него было немало знания.

Цучимикадо глубоко выдохнул, и обвёл четыре угла сложенной бумажки при помощи ручки.

— Магическая книга имеет природу, сходную с магической матрицей, поскольку вторичное воздействие магической книги происходит от воздействия магической матрицы.

Камидзё нахмурился. Он не понимал, о чём говорит Цучимикадо.

— Каким образом магическая книга подобна магической матрице? Разве магическая книга не древняя вещь? И разве магическая матрица это не какой-то символ звезды вписанной в круг, который обычно появляется в РПГ-играх?

Услышав вопрос Камидзё, Стейл со слегка разочарованным видом прищурил глаза.

— … Ты снова используешь такую тупую аналогию; это звезда Лаксами. Это не единственный продукт, а средневековая магическая матрица, которая используется в круговой матрице.

Он посмотрел на что-то возле руки Камидзё.

— Во-первых, начнём объяснения с «матрицы»… первой магической матрицей был просто обычный круг. Просто вот такой.

С этими словами он поднял камешек, сел на землю и нарисовал на асфальте круг с полметра в диаметре.
Круг, хотя и нарисованный вручную, был довольно правильным. Камидзё выглядел удивлённым, но Цучимикадо, продолжавший рисовать на цветной бумаге, не потрудился даже взглянуть. Похоже, у магов, которым приходится создавать собственные магические матрицы или рунические карты, очень умелые руки.

— Пентаграмма, или «Звезда Давида», о которой думаете вы, новички, используется, чтобы оказать дополнительное воздействие. Чтобы усилить основное воздействие круга, мы добавляем печать царя Давида или печать царя Соломона.

Стейл выпустил клуб дыма, и продолжил добавлять к кругу пентаграмму. Пять вершин лучей звезды точно разделили круг на пять частей, ни одна из линий не была неровной.

Но какое это имело отношение к магическим книгам? Камидзё, задумавшись, склонил голову.

Взглянув на Камидзё, Стейл тихо цокнул языком. Помимо раздражения по отношению к Камидзё и собственных ран, причиной, по которой Стейл был в панике, было то, что Цучимикадо слишком долго планировал (или что он там думал) способ, которым можно было разрушить сложившееся положение дел.

— Затем, последний шаг в установке магической матрицы… довольно хлопотно объяснять это несколько раз, так что смотри внимательно.

Стейл отложил камешек со словами:

— Последним шагом при установке магической матрицы является добавление других вещей, например, слов. По большей части мы пишем что-то вне круга, чтобы объявить, силу какого Ангела мы хотим позаимствовать.

Говоря это, он продолжил писать что-то вдоль окружности круга. Поскольку это была пугающая магическая матрица, Камидзё думал, что Стейл использует какой-то неизвестный древний язык. Но он просто писал по-английски.

Стейл продолжал выцарапывать слова на асфальте.

— Как и в этом случае, я должен написать имя Ангела, у которого я хочу позаимствовать силу. Затем я должен указать тип силы, который мне нужен, например, «огонь» или «ветер». Я также должен написать, какого рода «ангельскую силу» я хочу, и сколько мне её нужно. Род силы важен, но что может быть неожиданно, ещё более важно её количество. Если её будет слишком мало, я наверняка не смогу активировать заклинание. Но если её будет слишком много, избыток выйдет из-под контроля, так что подобрать оптимальное количество непросто.

Это заняло совсем немного времени, но вдоль окружности уже появилась строчка слов. Рука Стейла продолжала работу, добавляя вдоль окружности ещё одну строчку слов.

— Когда я получу правильное количество и род «ангельской силы», я должен написать, как я собираюсь использовать её. Может быть, заклинатель поместит эту силу в свой посох и получит какую-то особую способность, или может быть, с её помощью он создаст защиту вокруг магической матрицы, и так далее. С этим…

Вторая строка, третья, четвёртая, слова продолжали нагромождаться как швейцарский рулет.

Может быть, следовало назвать это магической матрицей с отметками, которые постоянно к ней добавлялись.

— Разве это не похоже на страницу книги?

Стейл выпустил клуб дыма на магическую матрицу.

Действительно, всё было так, как сказал Стейл. Хотя она была написана непривычным способом, не так, как в обычных книгах, где есть точные правила, писать ли вертикально или горизонтально. Но что, если читать текст вдоль круга по горизонтали? Если в нём просто говорится «требуется подборать тип и количество для получения некоторого воздействия» — разве это не своего рода формула?

Формула заклинания.

В сущности, это то, о чём пишутся магические книги.

— Но всё равно в использовании такой магической матрицы есть своя слабость. Чем сложнее рисунок, тем сложнее его будет контролировать. Вроде того, как слово «передний» кроме значения «смотрящий вперёд» имеет также значение «прогулка». Если между тем, что имел в виду заклинатель и тем, что будет неправильно интерпретировано на магическом круге, будет разница, заклинание выйдет из-под контроля и причинит заклинателю много неприятностей… но если это будет чьё-то собственное неправильное понимание, заклинатель должен быть действительно одарённым.

Стейл закончил объяснения и медленно поднялся на ноги.

Он отбросил в сторону камешек, который держал в руках.

Увидев это, Цучимикадо заговорил:

— В конце концов, количество информации переданной магической матрице прямо связано с её силой. Запутанный вид и добавленные строки это просто дополнительные детали. Причиной, по которой я использую четыре цветных бумажки в этой «матрице всеохватывающей реальности» является добавление оформления, означающего, что я хочу собрать информацию со всех направлений. При этом, сколько силы даёт магическая книга, которая набита под завязку магическим знанием? — В сущности оригинал магической книги — это магическая матрица большой интенсивности. Даже маги-специалисты считают, что с ней трудно справиться, ня, — подвёл итог Цучимикадо.

Цветная бумажка в его руке была немного влажной, поскольку он непрерывно наносил на неё какие-то значки красной ручкой.

Камидзё немного помолчал.

— Если это так, то, готовясь к Дайхасейсай, Ориана уже приготовила оригинал магической книги, чтобы создать это автоматически активирующееся противозаклинание?

От такого можно просто застыть на месте.

Однажды из-за магической книги, называемой «Книга Закона», сам Камидзё был вовлечён в разгоревшуюся между тремя фракциями магов битву. Конечно, существуют различия в ценности и уровне магических книг, но как ни думай об этом, это не нормально. Чтобы сказать, что уровень слишком высок, можно сказать, что он настолько высок, что это почти мусор.

Стейл не согласился с точкой зрения Камидзё.

— … Разве такое возможно на самом деле? Алхимик Ауреолус Эззард был также автором магической книги. Даже если бы самый быстрый человек в Палате тайных записей писал бы без сна и отдыха, у него ушло бы трое суток всего на одну тонкую книгу, и вероятно, месяц на толстую. Я не думаю, что у неё было время написать «оригинал книги», поскольку её жизнь проходит на бегу. Или, может быть, враг уже заготовил «оригинал» заранее…

— Я так не думаю. Действительно, нужно много времени, чтобы закончить книгу. Но цель Орианы не в этом.

Цучимикадо говорил расслабленным тоном.

— Что касается неё, она просто хочет воздействия магической книги, которое усилило бы её магическую матрицу. Её не заботит жанр. Не кажется ли, что никто не сможет прочитать её почерк ня?

Цучимикадо сказал это, держа в руках мелко исписанный красным листок бумаги.

— … Ты подразумеваешь, что это «рукописный оригинал»? Всё равно я думаю, что это невозможно… нет, ладно. В данный момент мы должны рассмотреть любые возможности, невзирая ни на что.

Камидзё опустил голову, в которой слова магов продолжали звучать эхом.

Наконец, он поднял голову.

— Этот оригинал, это означает, что никто не может уничтожить магическую книгу. Да? Если для каждой битвы надо создавать оригиналы, разве не был бы мир ими переполнен?

— Это верно ня — «Несессариус» никогда не получал сообщений такого рода. Это просто моя догадка - «рукописный оригинал» Орианы определённо не идеален. Настоящий оригинал может превратить каждую страницу в полупостоянную магическую матрицу. Но из-за того, что у Орианы нестабильный оригинал, скоро он рассыплется на части.

Цучимикадо ответил без запинки, продолжая писать на мокром листке бумаги. Не только поверхность важна, порядок, в котором добавляются значки и типы значков тоже важны.

Цучимикадо горько рассмеялся

— В прошлом было много магов, которые написали дефектные оригиналы, и закончили тем, что потеряли над ними контроль и погибли. Ориана могла использовать это другим способом, чтобы уничтожить «рукописный оригинал» самостоятельно. Если это так, лучше считать её заклинателем. Гибрид который вовлекает оригинал и мага — другими словами… это не для того, чтобы передать методику и знания будущим поколениям, а для того, чтобы немедленно уничтожить этот оригинал, когда понадобится ня.

Хм… Камидзё скрестил руки.

— В данный момент я всё ещё ничего не понимаю об оригиналах или магических матрицах.

— … Объяснять это кому-то вроде тебя действительно бесполезно.

Из-за ранения, лицо Стейла было немного бледным, а рот слегка перекосился.

— В общем, это означает, что Стейл не может использовать магию против Орианы?

— Да. Если мы не справимся с этим контратакующим заклятием, мы не сможем использовать никакие магические заклинания. Это заклинание должно быть «готово нанести удар, когда почувствует, что я собираюсь использовать магию». Оно не будет различать заклинания по «цели, для которой оно предназначено», и кроме того, бесполезно добавлять этот приказ.

Казалось, что Стейл признаётся в своей слабости, но хотя по тону его голоса можно было сказать, что у него есть некоторые опасения, не было никаких признаков того, что он сдаётся. Словно он пытался сказать, что на этом ничего ещё не закончилось.

— Ну так как? Стейл не может использовать магию, верно? Эту «матрицу всеохватывающей реальности»… да? Разве не будет сложно найти, где находится Ориана? Поскольку Цучимикадо на самом деле не может хорошо использовать магию.

— Нет.

Цучимикадо тряхнул головой. Цветная бумажка, которую он держал, промокла от красных чернил, просто чудо, что она не расползлась после того, как на неё попало столько жидкости.

Камидзё и Стейл пристально посмотрели на него.

— Я уже говорил. Это автоматическое противозаклинание, созданное «рукописным оригиналом», значит, мы просто должны справиться с ним. Если нам повезёт, мы сможем воспользоваться некоторыми талисманами, чтобы не дать ей снова это сделать. Однако, самым важным остаётся уничтожение «оригинала», который есть у врага, чтобы Стейл мог безопасно использовать свою магию, ня…

Камидзё посмотрел на свою правую руку. «Оригинал» — это определённо магическая книга, которую никак нельзя уничтожить, но его Разрушитель Иллюзий может с ней справиться.

Стейл выдохнул клуб дыма.

— Всё будет хорошо, если мы уничтожим «рукописный оригинал», но не воспользуется ли Ориана этим временем, чтобы выбежать за пределы периметра, внутри которого работает «матрица всеохватывающей реальности»?

— Такое возможно. Но разве вы, ребята, не думаете, что враг не стал бы пользоваться этими противозаклинаниями, если бы мог ускользнуть достаточно быстро? На их приготовление уходит много времени. При таком напряжённом графике никто не захотел бы прибавлять себе работы.

Хм, Стейл скрестил руки.

Камидзё нахмурился, думая, что будет хорошо, если именно это она и планирует.

— Этот… этот «рукописный оригинал», о котором ты только что говорил, где он?

— Я предполагаю, что он где-то установлен.

— Может ли Ориана таскать его с собой?

— Я не особенно уверен в этом, если я правильно понимаю условия, которые требуются для использования этого «рукописного оригинала». Но для того, чтобы выяснить, какого типа жизненную силу имеет Стейл, Ориана установила немало ловушек. Затем она послала немного жизненной силы, полученной из ловушек в автоматическую магическую матрицу. Для того, чтобы организовать такое от начала до конца, нужно делать всё в одной системе… есть ли такая возможность, ня?

— Тогда где же она установила этот «рукописный оригинал»?

Если они не знают, куда она сбежала, они не смогут выяснить, где она установила книгу противомагических заклинаний.

— Мы разберёмся с этим позже, ня.

— Что нам следует делать? — Цучимикадо не ответил сразу же на вопрос Камидзё.

Цучимикадо сделал небольшой выдох, чтобы привести в порядок дыхание. Затем он положил в карман красную ручку, которую вертел в руках, и осторожно взял обоими руками цветную бумажку, теперь совсем липкую и мокрую.

Затем он сказал:

— Стейл. Просто используй магию, неважно, какую. Я хотел бы знать, откуда исходят помехи.

Такие безжалостные слова.

— После того, как Ориана засекла жизненную силу Стейла, она использовала «рукописный оригинал», чтобы помешать нашей работе. Это противозаклинание должно быть тоже связано с какой-то магией, так что я установлю вокруг тебя эту «матрицу гадального круга», которая действует как лакмусовая бумажка, реагируя на её магию. Это ещё не использованная магическая матрица, в которой пока что нет никакой магической силы. «Матрица гадального круга» активируется, когда появится магическая сила от противозаклинания. Она также может вычислить, откуда пришло заклинание: и направление и расстояние.

Цучимикадо сказал это, опустившись на колени, всё ещё держа бумажку, теперь окрасившуюся в красный цвет. Затем он повозил бумажкой, словно вытирал тряпкой стол. На земле немедленно появился красный круг диаметром два метра. Закончив это, он встал со скучающим видом.

Голос Цучимикадо был лишён эмоций, как будто он читал руководство пользователя, отчего Камидзё подумал, всё ли в порядке у Цучимикадо с мозгами.
Он яростно схватил Цучимикадо за плечи:

— Но так же нельзя, Цучимикадо! Ты ведь должен знать, что случится, если прибудет противозаклинание?! Если мы снова это сделаем, Стейла ударит ещё раз!!

— Ещё раз?

Цучимикадо необъяснимо нахмурился.

— Кто это сказал? Это наверное, не закончится за один раз, верно? Во всяком случае, Стейл здесь не умрёт. По крайней мере, если мы разрушим это противозаклинание, мы сможем активировать «матрицу всеохватывающей реальности», чтобы отыскать Ориану. До этого, если одного «гадального круга» будет недостаточно, чтобы выяснить, где находится заклинание, я только смогу позволить ему попробовать снова столько раз, сколько будет нужно.

Выражение лица Камидзё изменилось.

— … Ты серьёзно?

В отличие от него, Цучимикадо ответил откровенно.

— Ками-ян, похоже, ты забыл, так что позволь мне тебе напомнить. Даже если бы перед нами не было Орианы Томсон, даже если бы не было мечей или летающих вокруг пуль, это всё равно война, затрагивающая человеческие жизни. Из-за неё могут быть разрушены целые страны, или даже весь мир, ты понимаешь?

— Но…!!

Камидзё топнул по земле.

— Я могу понять, если бы мы могли победить ценой ранения Стейла. Но почему мы не можем от этого избавиться? Если так, возможно, что это не поможет независимо от того, насколько он пострадает! К тому же, даже если мы выясним, где находится противозаклинание, и уничтожим его, ты что, собираешься тянуть Стейла в битву? НЕ ШУТИ СО МНОЙ!! Я НИКАК НЕ МОГУ НА ТАКОЕ СОГЛАСИТЬСЯ!!

На этом месте, Камидзё в последнюю секунду проглотил свои последние слова.

… Цучимикадо, ты просишь Стейла использовать магию, потому что ненавидишь, когда тебя ранят в битве…

— Я понял. Давай сделаем это.

Стейл принял предложение, которое никто не счёл бы достаточно разумным, чтобы на такое согласиться.

— Но ты… !!

— Тома Камидзё, это отвратительно, перестань фамильярничать со мной. Если это поможет всё решить, то нет проблем.

Сказав это, он посмотрел прямо в глаза Цучимикадо.

— С другой стороны, мы должны любой ценой найти, где находится заклинание. К тому же, мы должны сделать это сами, и мы не можем позволить этому разрастись в большую проблему, понятно?

Цучимикадо не отвёл глаз под пристальным взглядом Стейла.

— Ладно. Я обещаю не дать разрастись этому происшествию, которое может привести к тому, что Индекс заберут силой. Я буду защищать её жизнь, пока она в Академгороде, таково твоё условие?

Услышав слова Цучимикадо, Камидзё лишился дара речи.

Неважно, насколько серьёзно он ранен, Стейл думает только о счастье некоторой девочки.

Даже если это счастье не включает его самого.

Даже если его прежнее место занял Тома Камидзё.

Он не отступит из-за этого.

Маг Магнус Стейл повернулся спиной к Камидзё и Цучимикадо и вытащил руническую карту.

«Матрица гадального круга».

Стейл без колебаний вступил в красный круг, который Цучимикадо нарисовал на земле.

— Тома Камидзё… я не рад тому, что ты сейчас здесь.

Красноволосый священник сказал это твёрдым тоном.

— Почему ты сейчас не рядом с этой девочкой? Если она расстроится из-за этого, ты будешь виноват.

Затем руническая карта загорелась, и проивозаклинание активировалось.

Сквозь крик слышно было, как кто-то свалился на землю.

Вот так Магнус Стейл живёт своей жизнью.

===Примечания===

<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter1|Главе 1]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter3|Главе 3]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter3

2017-09-25T12:43:25Z

Palexadin:

==Глава 3: Тактика преследователей и преследуемых — Worst_Counter.==

===Часть 1===

Сэйри Фукиёсе была членом оргкомитета Дайхасейсай.

Несмотря на то, что у членов оргкомитета нет никаких особых привилегий, как у охранников и членов дисциплинарного комитета, на них возложена подготовка соревнований и судейство, работа, в которой нет места для ошибок. Хотя для обычного человека Дайхасейсай — просто грандиозный спортивный праздник, он позволяет с лёгкостью сравнить программы развития экстрасенсорных способностей всех школ, и таким образом, влияет на то, какое финансирование получит каждая школа.

Само собой, члены оргкомитета должны и сами принимать участие в соревнованиях.

Из-за этого им приходится планировать свой рабочий график так, чтобы он не мешал их матчам. Легко сказать, но размер Академгорода равен трети размера Токио. Расстояние до места проведения соревнований может быть разным в зависимости от того, где они происходят, и иногда это расстояние слишком велико. На этой работе не сможет достичь успеха человек, который не умеет составлять сложные планы, как в детективных романах, или без промедления приспосабливаться к ситуации, когда начало и конец соревнований немного изменяются. Это бег наперегонки со временем.

«Я должна добраться до стадиона, где проходит соревнование по метанию мячей, так что наверное, лучше сесть на автобус или в метро, если… нет, нет, так не пойдёт. На той улице ещё проходит марафонский забег, так что она наверное, будет закрыта. Раз так, лучше сесть в метро… а, да ладно, соревнование в этом же районе, так что может быть, будет быстрее, если я просто побегу туда!»

Продолжая свои расчеты, Фукиёсе обоими руками держала контейнер с напитками. От неё, как члена оргкомитета ожидалось, что она запомнит карту и расписание наизусть. Если она не сделала бы этого, то не смогла бы приспособиться к любым неожиданностям, которые могут случиться.

В данный момент она направлялась на стадион, где должна была судить соревнование. Она намеренно решила держаться подальше от самого короткого маршрута, и пойти длинной окольной дорогой. Причина проста – основной способ сэкономить время – держаться подальше от толпы.

По этой причине Фукиёсе решила быстро двигаться по улице, по которой некоторое время назад она тащила Камидзё.

«Если бы я выбрала метро или автобус, то от остановки до стадиона оставался бы еще довольно большой путь. К тому же, мне всё равно пришлось бы пробираться через толпу. С точки зрения результата, может быть, быстрее будет идти по боковым улочкам, на которых будет меньше людей… но разве не опасно бежать ещё до того, как я смогла сделать разминку?»

Фукиёсе, говорившая себе под нос, вдруг остановилась и нахмурилась.

В нескольких метрах от неё на земле лежала ничком девочка с серебристыми волосами, одетая в форму чирлидера. Разве в такой жаркий день асфальт не обжигает ей руки? - подумала Фукиёсе. Рядом находится ботаническая испытательная площадка, так не лучше ли ей отдохнуть под деревьями, где тень и прохладнее?

— Уууу…ууууу… Я наконец-то переоделась, и так хотела похвастаться формой перед Камидзё, а он убежал куда-то, не дождавшись…

— Монашка… монашка-сан, пожалуйста, не отчаивайся. Я думаю, может быть у Камидзё возникли какие-то проблемы, о которых он не хотел говорить?

Рядом с безжизненной девочкой-чирлидером была симпатичная девочка, выглядевшая ещё младше. Это была классный руководитель Фукиёсе, Цукиёми Комоэ, и так же, как и девочка-иностранка, она была одета в яркую форму чирлидера.

Фукиёсе нахмурила брови.

— Как насчёт того вопроса, о котором я говорила с вами, сенсей? Что вы делаете на людях? Если это небольшое помешательство, не нужно ли напоить её тёплым молоком или другим горячим напитком? Может быть, мне использовать какой-то стимулятор, чтобы отвлечь её внимание, например, порошок перца-чилли? У меня с собой есть немного порошка чилли, вам нужно? Возьмите!

— Нет… не нужно, Фукиёсе-сан, правда, не нужно! Всё в порядке! Не нужно набивать нос сестры-сан порошком чилли! Это звучит как какое-то странное наказание, какому подвергали женщин в период Эдо<ref>Период истории Японии с 1603 по 1868год.</ref>!

— Вот как?

Фукиёсе засунула сосуд с пахучим перцем обратно в карман.

Комоэ-сенсей была так напугана, что её лицо совершенно побледнело. Но девочка-чирлидер, лежавшая на земле, была так расстроена, что не заметила ничего из произошедшего рядом с ней. Её попка выпячивалась, и было похоже, что вот-вот оголится то, что у неё под юбкой. Тем не менее, ничего не оголилось.

Она сказала:

— То…Тома? Да куда же этот Тома пошёл?

Насчёт этого… Фукиёсе наклонила голову, задумавшись.

Чем этот парень сейчас занят?

===Часть 2===

Магнус Стейл неподвижно лежал на земле.

Лёгкий осенний ветер дул в депо, проникая через чёрное пальто Стейла.

Тем не менее, он неподвижно лежал на земле. Он всё ещё дышал, но вид у него на данный момент был неважный.

Мотохару Цучимикадо сказал:

— Реакция… а, понятно. Вот реакция «Матрицы гадального круга». Здесь… согласно такому изменению… идёт с северо-западного направления?

Цучимикадо не побеспокоился о том, чтобы хотя бы взглянуть на своего товарища, лежавшего на земле прямо перед ним. Он просто продолжал пялиться на красную магическую матрицу двух метров диаметром вокруг Стейла.

— В соответствии с этой реакцией, положение «рукописного оригинала»… по этой интенсивности цвета, 302 метра отсюда. Подумать только, что его установили рядом, и реакция вообще не сдвинулась. Как я и предполагал, он стационарного типа который требует некоторой установки, ня. Если это так, то Ориана не может быть слишком далеко от нас. Для неё проще не убегать, а медленно двигаясь смешаться с толпой,. Эй, Ками-ян, у тебя есть карта, ня? Хотелось бы знать, что находится в 302 метрах от нас.

— Тсу…чимикадо…

Камидзё, ошеломлённый и слегка дрожащий, стоял рядом, но Цучимикадо его не замечал. Когда он понял, что Камидзё не ответил на вопрос, Цучимикадо повторил его, не глядя на Камидзё.

— Ками-ян, карту, карту. Подойдёт та, что в путеводителе по Дайхасейсай. Ах да, есть же GPS-карта в мобильнике. Я сам посмотрю.

— ТСУЧИМИКАДО…!!

Когда Цучимикадо поднялся. Камидзё внезапно схватил его за воротник спортивной рубашки. Золотое украшение, висевшее у Цучимикадо на шеё, с громким звуком порвалось. Камидзё, охваченный яростью, действительно хотел разрушить магическую матрицу на земле своей правой рукой, но потом сообразил, что забыл о Стейле, одиноко лежавшем на земле, и это помешало ему выполнить своё намерение.

Цучимикадо, которого схватили за воротник, хладнокровно смотрел в глаза Камидзё.

— Ками-ян, не нужно переживать за Стейла. Этот парень — профессиональный маг; у него должно быть достаточно стойкости, чтобы выдержать такие магические атаки. Кроме того, заклинание, которое установила Ориана, в основном служит тому, чтобы «воспрепятствовать», а не «нападать».

Он небрежно сказал это Камидзё, охваченному чрезвычайной яростью.

— Этот вид противозаклинания в сущности заключается в «очищении и изменении магии Стейла». Магия создаётся жизненной силой, если она продолжает изменяться, она вызывает изменения в человеческом теле, как в загоревшемся двигателе, вот и всё. Ками-ян, всё выглядит просто как тепловой удар, не нужно поднимать из-за этого столько шума.

— Хватит со мной так разговаривать! Разве ты не знаешь, кто намеренно пострадал из-за тебя? Почему ты настолько спокоен!!

Как раз когда Камидзё решил приложить большее усилие и подтянуть Цучимикадо поближе к себе,

«треск»

На виске Цучимикадо появилось небольшое рассечение.

Когда появилась кровь, его спортивная форма на его боку, стала краснеть изнутри. Краснота начала распространяться, образуя рану, выглядевшую как будто его ударили чем-то вроде лезвия.

— Тсу…чимикадо…

Камидзё торопливо отпустил рубашку Цучимикадо. Тем не менее, выражение лица Цучимикадо не изменилось.

— «Матрица гадального круга» — это заклинание, которое может реагировать на магию, которую использует враг, и дать информацию о расстоянии и направлении. Невозможно, чтобы такая удобная вещь была активирована без помощи магии, верно, Ками-ян…

У Камидзё отвисла челюсть.

Это верно. Если бы можно было просто нарисовать магическую матрицу и использовать заклинания без магической силы, даже Индекс могла бы это делать. Для кого-то вроде неё, не имеющей никакой магической силы, это было бы подходящим навыком. Но Камидзё никогда не видел раньше, чтобы Индекс такое использовала, и ни разу не видел, чтобы она радостно объясняла этот тип магической матрицы, называемый «Матрицей гадального круга».

У Цучимикадо, похоже, были какие-то проблемы с дыханием, но он продолжил:

— По сравнению… с поисковой магией, которую использует Стейл, моя магия не так впечатляет… почти как будто я выставил себя на посмешище.

Он зажал рукой бок, уже пропитанный кровью, и сказал:

— Слушай внимательно, Ками-ян. Как ты и сказал, в том, что Стейл пострадал, есть и моя вина. Если бы я мог использовать магию получше, такого бы не случилось. Должен это признать. Так что всё в порядке, и неважно, насколько ты ненавидишь меня.

Его ноги изо всех сил упирались в пол, поддерживая тело, готовое упасть в каждую секунду.

— Но я добился успеха. Я нашёл противозаклинание, которое установила Ориана, и разрушу его. Также, этой своей рукой, я сорву сделку с «Пронзающим мечом». На этом наши долги сравняются. Оставшиеся проценты, когда всё закончится… я верну их Стейлу с лихвой.

Не может быть, чтобы он не беспокоился о ранах Стейла.

Из-за того, что он об этом волновался, Цучимикадо решил сохранять хладнокровие, чтобы воздать своему павшему товарищу. Чем скорее они смогут закончить битву, тем меньшими будут раны Стейла.

Глядя в лицо ошеломлённому Камидзё, Цучимикадо улыбнулся.

Казалось, он хотел сказать: тот факт, что из-за меня пострадал Стейл, не изменился, так что пожалуйста не меняй так быстро своё отношение.

— Ками-ян, карту. Я хочу знать, что находится в 302 метрах отсюда в северо-восточном направлении. «Рукописный оригинал», поддерживающий противозаклинание, установленный Орианой, наверняка там.

— А…о…

Поскольку путеводитель по Дайхасейсай действительно большой, он не помещается в кармане спортивной формы. Камидзё воспользовался функцией GPS своего телефона, чтобы отыскать указанное Цучимикадо место.

Наконец.

Он не верил своим глазам.

— Это… Цучимикадо, он действительно в северо-западном направлении? Расстояние 302 метра, верно?

— Более точно, если 0 соответствует направлению на север, угол составляет 318 градусов, так что это действительно на северо-западе. Расстояние приблизительное, но в общем, всё верно.

— … Сволочь.

Камидзё показал указанное место Цучимикадо.

Лицо Цучимикадо застыло в шоке.

Камидзё подумал, что ничего удивительного в такой реакции нет.

Потому что указанное место расположено посреди некоторой средней школы.

Дирижабль, медленно плывущий в осеннем небе, транслировал введение к следующему соревнованию. Оставалось только десять минут до того, как в школе начнётся матч.

===Часть 3===

Камидзё и Цучимикадо ничего не могли сделать для лежавшего на земле Стейла. Они хотели бы по возможности не допустить утечки информации прежде чем всё погрузится в хаос. Цучимикадо снова сидел возле Стейла, устанавливая цветные бумажки и магическую матрицу «всеохватывающей реальности», которую использовали для розыска Орианы. Цучимикадо сказал, что как только они разрушат противозаклинание, он свяжется со Стейлом по телефону, чтобы тот активировал матрицу.

Стейл, лежа на земле, слегка кивнул. Одного этого движения было достаточно, чтобы сказать им, что «он ещё жив». Камидзё наконец-то облегчённо вздохнул.
Цучимикадо, похоже, предвидел, что пострадает, потому что вытащил из кармана бинты и аккуратно остановил кровотечение на боку. Тем не менее, избавиться от кровавых пятен на одежде было невозможно, и если бы он пошёл в таком виде, это наделало бы много шума.

— Я подумаю, что можно сделать с одеждой, а ты лучше поторопись, — сказал Цучимикадо. Бесцельно стоя здесь, вдвоём они ничего не могли сделать, поэтому Камидзё первым побежал к проблемной школе.

Вот почему в этот ясный осенний день Камидзё бежал со всех ног по тротуару. Люди глядели на него: от старика, державшего за руку ребёнка до людей с путеводителями в руках.

Но у него не было времени оглядываться на них. Пробегая мимо ветряков с медленно вращающимися лопастями, Камидзё поддерживал темп, держа в руке телефон.

Звонил Цучимикадо.

— Чтобы суметь изолировать магию Стейла и установить умное заклинание, противодействующее индивидуальному поисковому заклинанию, эта Ориана должна иметь определённое понимание нашей позиции, ня. Но раз она установила это заклинание на стадионе, где всё просматривается, значит она такая назойливая особа.

— Но даже если дело было перед соревнованиями, неужели она действительно смогла это сделать посреди школьной территории? Может быть, эта Ориана использует какое-то заклинание, которое делает её невидимой?

— Если бы она действительно могла такое сделать, это бы обнаружилось во время нашей прошлой попытки. Ах, да, Ками-ян. Сколько времени осталось до начала матча?

— Семь минут. Это должны показывать на том электронном табло возле вас.

Камидзё посмотрел на огромный экран на стене универмага, продолжая бежать по пути прямо.

— Если это так, подготовка к матчу должна уже закончиться. Зрители и телевизионщики тоже должны быть внутри, да? Похоже, будет непросто проскользнуть в школу и позаботиться о «рукописном оригинале» Орианы.

Продолжительность матча зависит от того, что это за соревнование. Как правило, он длится тридцать минут, но иногда может продолжаться около часа.

Учитывая, что радиус действия «матрицы всеохватывающей реальности» равен всего трём километрам, если им придётся ждать, пока закончится матч, то даже если Ориана будет идти медленно, она ускользнёт.

— Тогда что же нам делать? Мы ведь не можем просто оставить противозаклинание в школе.

— Конечно, Ками-ян. Что за соревнование будет в этой школе?

— Что? Дай, посмотрю…

Повернув за угол, Камидзё начал высматривать электронное табло. Впереди медленно двигался круглый сторожевой робот, который заодно сообщал о ближайших стадионах и последних новостях через громкоговорители. Послушав его, Камидзё сказал:

— Похоже, что… соревнование по бросанию мячей. Соревнуются целыми школами, и похоже, что все ученики принимают в нём участие.

— Понятно. А, я только что тоже увидел передачу с дирижабля. Хоть я понятия не имею, как выглядит «рукописный оригинал», он наверняка там. Раз так, есть только один путь. Ками-ян… прими участие в этом матче.

Услышав это, Камидзё споткнулся и чуть не упал на землю.

— Ты серьёзно?

— В такой ситуации есть только один способ проникнуть в школу, не вызывая подозрений, ня. В матче между школами будет трёхзначное число участников, так что проблем не будет, если к ним проскользнут один-два человека.

— Но мы же старшеклассники, мы не сможем смешаться с учениками средней школы, верно? У тебя есть какой-то способ с этим справиться?

— Ками-ян, это ощущение юности. Пока от тебя будет исходить этот свежий дух молодости, тебя никто не заподозрит.

Разве сразу не видно, что это практически невозможно? Камидзё ничего не мог поделать, кроме как удручённо вздохнуть. Там полно телекамер, которые будут транслировать весь матч, и малейшая ошибка выставит его на посмешище по телевидению.

В этот момент Цучимикадо заговорил более мягким, чем обычно тоном:

— Нет, Ками-ян. Мы не можем так это оставить. Кроме необходимости найти Ориану, есть ещё и причина похуже.

— Э?

Камидзё продолжал бежать, слушая голос по телефону.

— Это противозаклинание может быть использовано не только против магии Стейла. Если будут выполнены определённые условия, то кроме нас оно может угрожать обычным людям.

— … Что ты сказал?

Возможно, из-за того, что стадион был недалеко, вокруг было намного больше людей. Если бы это было настоящее соревнование, входной контроль закончился бы десять минут назад. Но поскольку это всего лишь «спортивная встреча», и входной контроль намного слабее, вокруг было намного больше охранников.

— Слушай внимательно. Ками-ян, слушай спокойно и внимательно. Противозаклинание Орианы делает следующее: «обнаруживает приготовления к использованию магии, идентифицирует жизненную силу заклинателя, и не даёт ему применить магию». До этого момента тебе понятно?

— Ага, понятно.

На самом деле, Камидзё не понимал.

В общем, он знал то, что «рукописный оригинал», установленный Орианой, может каким-то образом отличить Стейла и не дать ему использовать магию.

— Ну так и что?

— Что означает ня… тут есть проблема. «Подготовка к использованию магии», ты знаешь, что это означает?

— … А? Насчёт этого, я думаю… это просто бормотание каких-то странных напевов и рисование всяких магических матриц, которые никто не понимает?

Даже если бы у Камидзё спросили о процессе подготовки, поскольку он не мог полностью понять «что за вещь эта магия», он не мог бы внятно ответить на этот вопрос.

Тон голоса Цучимикадо стал ещё более горьким.

— Тем не менее, всё в порядке, если бы это было так… Ками-ян. Например, есть некоторое заклинание, называемое… «духовная беседа». Это заклинание, которое использует значимость речи для определения его силы. Если это такой вид магической подготовки, разве не достаточно будет звука, чтобы его активировать?

Камидзё ужаснулся.

Но поскольку он вот-вот должен был добраться до этой проблемной средней школы, он не остановился.

— Это всего лишь моё предположение, но если оно действительно может реагировать на такое, у нас появляется довольно серьёзная проблема. Как только Ориана должна заговорить возле этого «рукописного оригинала», она сможет дать противозаклинанию дополнительные команды и её противник огребёт как Стейл… если речь идёт только о том, чтобы издать звук, как ты думаешь, разве есть какая-то разница между магом и обычным человеком? Оно опасно и для обычных учеников, знаешь ли.

— Но разве это возможно? Пока Стейл был в отключке, мы беседовали, как обычно.

Камидзё пробежал мимо направлявшихся на стадион зрителей, и добрался до входа на школьный двор.

Поскольку зрители заплатили плату за вход по прибытии в Академгород, для прохода на трибуны платить ничего было не нужно.

— Ты прав, ня. Есть порядок для духовного разговора, и есть ограничения на число слов, которые можно использовать, как в балладе или хайку. Так что просто издать звук недостаточно, чтобы получить реакцию… если это так, ты знаешь, какой самый простой магический ритуал на свете??

— Э???

У главного входа на стадион, или на школьный двор столпились люди, пытающиеся пройти внутрь. Камидзё подумал, что надо как-то поумнее пройти мимо них.

— Это «прикосновение». Особенно велико значение «прикосновения рукой». Во многих религиях левая и правая рука имеют различное значение, потому что каждая используется для своей цели. В Новом Завете «Сын божий», который был особо одарён, мог излечивать больных или оживлять мёртвых, просто касаясь их правой рукой. Что, если «рукописный оригинал» Орианы реагирует на прикосновение?

— Подожди… секундочку.

Камидзё остановился.

Цучимикадо продолжал:

— Мы сказали бы, что если бы речь шла о настоящем маге, от простого «прикосновения» ничего бы не случилось. «Прикосновение» — это магическое действие, которое используют несколько религиозных сект, не только христианство. Точно так же, «аналитические условия», которые используют жизненную силу заклинателя, могут быть несколько сомнительными. Если это профессиональный маг, у которого есть некоторая форма защиты, он всё равно может отразить атаку «рукописного оригинала», но…

Он сделал паузу.

— Для любого дилетанта, совершенно не имеющего защиты, даже при некоторой степени сомнительности, всё равно придётся проанализировать жизненную силу и провести атаку. Также, без имеющейся у мага защиты, симптомы могут быть намного хуже, чем у Стейла. Вроде того, как от сильного теплового удара человек может умереть, закончится тем, что их жизни будет угрожать опасность.

— Но… но заклинание, использованное для нападения на Стейла — это заклинание, которое предотвращает магию, верно? Будет ли оно реагировать на тех, кто не является магами или на экстрасенсов?

Продолжая бег после паузы, Камидзё двигался медленнее, чем раньше, чтобы не споткнуться из-за того, что нервничал.

— Строго говоря, мишенью для любой реакции служит «жизненная сила» любого, кто собирается использовать магию, так что это угрожает даже обычным людям. Это не связано с тем, может ли он изолировать магию, и похоже, что неважно, знает ли этот человек что-то о магии. Разве поисковое заклинание «матрицы всеохватывающей реальности», которое использовал Стейл не получило то, что я рисовал?

От ворот можно было увидеть школу с грунтовой площадкой.

Было похоже, что где-то в этой школе спрятано что-то вроде противопехотной мины. Не зная ничего о спрятанной мине, множество ничего не подозревающих людей направлялись на стадион, где должен был начаться матч. Соревнование по бросанию мячей должно было происходить не по определенному маршруту, как забег на 100 метров, а с использованием всей территории. Так что шанс сорвать джекпот был довольно велик.

— Как бы там ни было, Ками-ян, нам надо разобраться с этим до того, как появятся жертвы. Будет нехорошо, если перед камерами проявятся признаки магии — в любом случае, я не хотел бы, чтобы пострадали обычные люди.

Беседа прервалась.

Камидзё положил телефон в карман, и покинул главный вход. Он бы не успел, если бы встал в очередь. Он прошел вдоль забора из проволочной сетки, отделявшего его от школы. Забор был высотой около двух метров, и если попробовать через него перелезть, круживший в небе беспилотный сторожевой вертолёт начнёт действовать. Как только начнётся заварушка, из других мест могут прилететь боевые вертолеты.

Он прошёлся вокруг школы и добрался до задней части школьной территории, найдя по пути чёрный ход.

Возле черного хода была охрана. Всё было бы в порядке, если бы у него была спортивная форма и идентификационная карточка этой школы, но если он пойдёт в таком виде, его остановят даже если он просто обычный житель Академгорода.

«И что теперь…?»

Камидзё прислонился к торговому автомату с фруктовыми соками, обдумывая ситуацию. До начала матча оставалось пять минут, и времени на то, чтобы искать другие входы не было.

Внезапно возле чёрного входа возникло движение. Ученица несла переносной холодильник со спортивными напитками. Поверх её спортивной рубашки был надет лёгкий пиджак, а ниже рубашки были видны её ягодицы, обтянутые шортами.

Это была член оргкомитета Сейри Фукиёсе.

— Не может быть?!

Камидзё, стоявший перед автоматом отчаянно бросился в сторону, чтобы укрыться за его боковой стенкой.

— ….?

Фукиёсе, которая несла холодильник, неожиданно обернулась и посмотрела в его направлении. Затем она наклонила голову и исчезла на территории школы.
Думаю, она меня не заметила…. Камидзё подумал, что если бы она его обнаружила, то злобно закричала бы: «ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ПОШЁЛ ПОБОЛЕТЬ ЗА НАШИХ ТОВАРИЩЕЙ?! ПОЧЕМУ ТЫ САЧКУЕШЬ ЗДЕСЬ?! ТОМА КАМИДЗЁ!! ЕСЛИ ТВОЙ МОЗГ ЕЩЁ НЕ РАЗВИЛСЯ, ПОЙДИ И ПРИМИ НЕМНОГО ДГК! <ref>ДГК — докозагексаеновая кислота, одна из полиненасыщенных жирных кислот, содержится в рыбьем жире, важна для формирования мозга ребенка, полезна для улучшения мозгового кровообращения </ref> ИДИ И ПОЕШЬ ГЛАЗА ТУНЦА!!».

— О… о нет… этот Цучимикадо хотел, чтобы я прокрался на арену соревнований, но если судьёй будет Фукиёсе, она немедленно меня заметит… чёрт, этот план что, был невыполнимым с самого начала?

— … Что невыполнимо, ня?

Услышав низкий голос человека за собой, Камидзё подпрыгнул от неожиданности.

— Я уже догнал тебя, йо!

Камидзё торопливо обернулся, и перед ним оказался Цучимикадо, в совершенно новой спортивной форме. Похоже, рана совершенно зажила, и никаких следов повреждений не осталось.

— Ты… ты всё ещё намерен войти с чёрного хода?

— Да. По крайней мере тут легче пробраться, чем через главные ворота, — беззаботно сказал Цучимикадо.

Камидзё снова посмотрел на чёрный ход. Там было три полностью вооружённых охранника, а в небе кружили беспилотные сторожевые вертолёты. Да как им удастся проскользнуть?

Увидев, что Камидзё выглядит задумавшимся и удивлённым, Цучимикадо улыбнулся:

— Всё просто. Гляди, Ками-ян, здесь лужа. Дождя в последнее время не было, так что похоже, что члены оргкомитета только что разбрызгали здесь воду.

— Хм. Тогда… что дальше?

— Вот что!

С этими словами Цучимикадо неожиданно сделал Камидзё подножку.

— Уаа?!

С этим криком Камидзё плюхнулся в лужу.

Цучимикадо засмеялся: — Подумать только, что в этом возрасте мы можем побарахтаться в грязи, ня!! — и с этими словами прыгнул на Камидзё.

Чвак! Со звуком, который не услышишь в мультфильмах, тело Камидзё погрузилось ещё глубже. Охранники у чёрного хода подозрительно посмотрели на них.

— Э… УААААА…! Ты… что ты делаешь так неожиданно…?!

Камидзё был прижат массой тела Цучимикадо. Цучимикадо, в голубых солнечных очках, тихо сказал Камидзё:

— Ками-ян, твоя одежда полностью заляпана грязью? Мы должны вымазать её так, чтобы по форме нельзя было понять, из какой мы школы.

Что?

Как раз когда у Камидзё начали появляться сомнения, Цучимикадо, пропитанный грязью, встал. Он протянул Камидзё руку, или, скорее следует сказать, он схватил Камидзё за руку так, словно собирался тащить его силой, и сказал стоявшему поблизости настороже охраннику:

— А, извините! Как мы теперь будем участвовать в матче? Нам что, вот в таком виде идти на матч? Знаете ли, там всё ещё стоят телевизионщики, чтобы взять у нас интервью.

Услышав эту просьбу, охранник, похоже, был поражён.

Он пристально посмотрел на одежду Камидзё и Цучимикадо, полностью заляпанную грязью сверху донизу. Было невозможно определить, из какой они школы, поскольку отличительные признаки спортивной формы полностью скрывала грязь.

— Что… что? Да уж, молодцы, ничего не скажешь. Парни, вы какую-то сменную одежду захватили?

— А, да. Но она в комнате нашего клуба.

— Тогда почему бы вам не поторопиться и не сбегать туда? До матча всего четыре минуты. Ах, извините, дайте-ка проверю ваши личности, порядок прежде всего, знаете ли. Я быстро.

Камидзё невольно вздрогнул.

Охранник вытащил гладкий цилиндрический предмет, напоминавший шариковую ручку. Когда он нажал кнопку наверху цилиндра, сбоку, словно разматывающийся свиток, вытянулся прозрачный лист. Он был примерно 15 сантиметров длиной, и, если положить на него ладонь, можно было получить отпечатки пальцев, вен, электрические сигналы чтобы определить состояние тела, и так далее. Это был простой идентификатор личности в Академгороде.

«… Подождите… эй, Цучимикадо, как мы пройдём через это…?!»

Камидзё был так напряжён, что чуть не закричал это вслух, но Цучимикадо просто протянул руку, покрытую грязью.

— Ладно, прижмём хорошенько… э?! Похоже, тут какая-то ошибка!!

— Что?! Ты же не вытер руку прежде чем прижать её к прибору!!

Охранник яростно пытался заставить прибор работать, но та его часть, на которой налипла грязь, не подавала сигнал. Он оглянулся на коллег, но оба они отрицательно покачали головами. Похоже, идентификатор взял только он.

— Чёрт, теперь придётся кого-то отправить, чтобы принести другой с главных ворот.

— Времени нет! Нам же нужно пойти в комнату клуба переодеться и идти на стадион, да?!

Услышав отчаянный голос Цучимикадо, охранник снова повернулся к коллегам. Один из них кивнул, чтобы дать им пройти, второй помахал рукой перед лицом, подавая знак, чтобы не пускать их.

Немного подумав, охранник кивнул. Приняв решение двумя голосами против одного, охранник разрешил им пройти.

— Если хотите успеть, поторопитесь! Если опоздаете, вас не допустят к участию в матче!

— Спасибо…

Цучимикадо потянул Камидзё за руку и гордо прошёл через чёрный ход. Камидзё решил, что с этим ничего не поделаешь, но не забыл вернуться к главной теме.

— Эй, Цучимикадо! А где же наша сменная одежда? Трудновато будет «смешаться» с ними, будучи покрытыми всей этой грязью, да?

— Да о чём ты говоришь, у них всё есть в медкабинете. Он должен быть открыт сегодня, чтобы спасать раненых, ня! Поспешим и переоденемся, после этого проскользнём!!

Продолжая беседовать, Камидзё и Цучимикадо забежали на школьную территорию с пыльной землей, направляясь к зацементированному школьному двору.

До начала матча оставалось три минуты.

===Часть 4===

Следующим соревнованием было бросание мячей.

Мисака Микото стояла на грунтовой площадке на территории школы.

Для неё, привыкшей к новой материальной базе средней школы Токивадай, было забавно стоять на стадионе с неровным грунтом, с различной способностью поглощать удар. При малейшем ветре поднимется пыль. Неужели кто-то в состоянии проводить точные испытания в этом месте, похожем на те, что показывают в вестернах? Или же они действительно создали этот неровный ландшафт как площадку для практических занятий?

Со стороны средней школы Токивадай было всего около 200 учениц, все барышни как на подбор, выглядевшие элегантными, очаровательными и изящными. Причиной, по которой матч привлёк столько внимания зрителей было далеко не их мастерство, а то, что в объективе эти девушки смотрелись как прекрасная картина.

Однако, это «внешняя» точка зрения, из-за границ Академгорода.

Те, кто был внутри Академгорода, смотрели на дело совершенно иначе.

Когда девушки Токивадая принимают участие в битве, это означает, что в ней будут задействованы все, от самых слабых учениц третьего уровня, до сильнейших - пятого. Даже при превосходящей численности и физических данных противник чувствует обреченность при виде этой группы девушек, которые с улыбками на лицах могут потопить военный корабль, оснащённый системой «Иджис» <ref> Aegis combat system («Иджис», от англ. Aegis — «Эгида», мифический щит Зевса и Афины) — американская корабельная многофункциональная боевая информационно-управляющая система (БИУС). - Википедия</ref>.

В самом деле, на другой стороне поля… за шестами с корзинами, используемыми в соревновании по метанию мячей, находились ученики противоборствующей школы. Хотя их было более 2000, издалека было видно, что их охватило ощущение осознания своей судьбы, покрытое трагической атмосферой. С точки зрения лагеря Токивадай от этих людей исходили пораженческие настроения. Гордые барышни быстро поняли это и звонко рассмеялись «О-хо-хо-хо-хо».

Но Мисаке Микото вся эта ситуация совершенно не нравилась.

Уперев руки в бёдра, Бири-бири начала сыпать белыми и голубыми искрами.

«… КАКОГО ЧЁРТА ТУТ ПРОИСХОДИТ!»

Во вражеском лагере, в 100 метрах от неё, среди более чем 2000 учеников средней школы, был человек, которого там быть не должно. И подумать только, этот парень даже тщательно подготовился, надев спортивную форму этой школы.

Она ещё ни разу его не победила.

Единственный подросток, который когда-либо видел, как она плачет.

«КАКОГО-ЧЁРТА-ТЫ-ТАМ-ДЕЛАЕШЬ!! ЭЙ…?!»

Кохаи <ref>Кохай - младший по году обучения ученик.</ref> вокруг Микото были несколько напуганы, чтобы спросить у неё, что было не так, но Микото, со зловещим смехом опустившая голову, не осознавала, что воздух вокруг неё начал трещать от электрических разрядов.

После того, как участники вышли на арену, Тома Камидзё, услышавший название школы-противника, сразу же побледнел.

«Э?!... Противник - средняя школа Токивадай! Де…держись, Цучимикадо! Если эти барышни разозлятся, они вероятно, выпустят рейлган, которая сможет даже Токийскую телебашню разрезать пополам!»

«… Ня. Я слышал, что с их способностями и совокупностью Уровней, они могут даже Белый дом снести голыми руками. Ками-ян, надо нам остерегаться шальных пуль.»

Переговорив о вещах, услышав которые барышни гарантированно бы напали на них, они начали обсуждать план экстренных действий во время битвы..

— «Рукописный оригинал» — это просто кодовое имя. На самом деле тут невозможно разместить такую толстую книгу, ня. Матрица гадального круга указала на эту школу; ты видишь что-нибудь странное, бросающееся в глаза с первого взгляда?

Как и сказал Цучимикадо, нигде в этой школе не было видно «магического предмета».

На грунтовой площадке выстроились в линию десять металлических шестов с корзинами. Вокруг них валялись красные и белые мячи. Поскольку в соревновании принимало участие больше 2000 человек, не только корзины были большими, но и мячей было много.

Если она спрятала его здесь, то где бы она это сделала?

— И правда, было бы хорошо, если бы он был в форме старинной книги.

— В этом цель врага. Хотя мы не знаем принцип действий Орианы, раз типа стационарный, здесь должно быть установлено заклинание. Оно может быть замаскировано как граффити, царапины, краски или даже пятна. Она что, думает, я не найду его? Ками-ян, техника оммёдзи, которую я изучил, включает метод фэншуй для построения ландшафта и зданий. «Чтение» этих магических знаков - моя специальность, — с улыбкой ответил Цучимикадо.

Камидзё задумался.

— Ах, да, Цучимикадо. Если речь о том, где спрятан «рукописный оригинал» Орианы, разве магическая книга тоже не… тоже не оригинал, верно? Я слышал, что сердце человека разорвётся, если он прочитает такую книгу, так не выйдет ли, что все участники матча пострадают?

— Нет, я так не думаю. «Рукописный оригинал» это магическая книга, которая не позволяет читателю понять себя. Поскольку эта книга написана неразборчиво, её нельзя прочесть и извращённое знание не передаётся. Так что об этом можешь не волноваться.

Понятно. Камидзё наконец расслабился.

Тем не менее, лицо Цучимикадо сохраняло суровое выражение.

— Сейчас важно то, как Ориана установила магическую книгу, ня. Если она высечена на каменной табличке, табличка сама становится магической книгой. Хотя я не знаю, насколько далеко это будет распространяться, надеюсь, что она не установила что-то очень большое, потому что тогда шансы коснуться его будут сильно возрастут.

Камидзё посмотрел поверх голов учеников на школу. То, что он видел, был ряд из десяти шестов с корзинами, которые использовались в этом соревновании, и разбросанные вокруг них красные и белые мячи.

— Всё в порядке, если это корзины… например, катастрофой будет, если один из этих мячей - магическая книга. Если просуммировать, с обеих сторон участвует около 2500 человек, верно? Если так, мячей должно быть приготовлено вдвое больше. Что более важно, шансы прикосновения к ним велики.

Не только будет трудно найти его, участники тоже будут кидать мячи. Даже если оригинал спрятан среди мячей, они не знают, откуда начинать поиски.

— Нет, мячи положили только что. Когда Стейла атаковало противозаклинание, они ещё были на складе. Если так, было бы странным, если бы «матрица всеохватывающей реальности» не показала на склад.

— И что теперь?

Камидзё обернулся, чтобы взглянуть на Цучимикадо, перевёл взгляд на школьный двор, и снова посмотрел на Цучимикадо.

— Корзины довольно подозрительны, ня. Похоже, они были установлены здесь уже довольно давно. Следовало заранее решить, где будут стоять корзины, потому что нужно было разбросать вокруг них мячи. Если так, похоже, что она установила заклинание на корзине.

— Но что нам делать?... Хотя пока что идёт только подготовка к матчу, зрители как раз собираются. Нас же заметят, если мы просто беззаботно пойдём к корзинам.

Это очевидно, потому что ничто не загораживает обзор любому взгляду. Или же она замаскировалась, как и предполагал Камидзё?

— Нет. Похоже, что Ориана не подобралась бы близко к школе. Ками-ян, разве ты не заметил охранников у чёрного хода? Пытаться прорваться через них, когда убегаешь, было бы пустой тратой сил… Эти корзины могли позаимствовать из какого-то другого места, ня. Может быть, она установила магическую матрицу, когда их тащили сюда.

— Но достаточно прикоснуться к ней, чтобы стать жертвой. Как же тот, кто нёс их не пострадал?

— Похоже, Ориана установила, когда начнётся и закончится действие заклинания. Матч будет транслироваться по телевидению. Глядя на электронные выпуски новостей, можно быть в курсе ситуации, что и нужно ей для подготовки, ня.

— Постой…?

Камидзё засомневался, но Цучимикадо улыбнулся:

— Ориана приложит все усилия, чтобы избежать беспорядков, которые помешают сделке пройти гладко. Похоже, что она остановит действие заклинания, когда закончится матч, и оргкомитет закончит уборку. Конечно, к этому времени она будет уже далеко.

Но как только кто-то прикоснётся к «рукописному оригиналу» магической книги, чья форма и положение неизвестны, произойдёт катастрофа.

— Эта Ориана… она продумала всё с самого начала?

—Я не знаю, ня. Похоже, что она не продумывала это настолько далеко. Кроме того, расписание соревнований есть в путеводителе. Узнать, что будут делать члены оргкомитета не является невозможным.

Когда Цучимикадо ответил, из громкоговорителей по школе разнеслось:

— Всем занять свои места.

Послышался голос.

Схватка с врагом, которого здесь не было, должна была вот-вот начаться.

На одной стороне школьной территории, в палатке членов оргкомитета, Сейри Фукиёсе держала микрофон.

— Всем занять свои места.

Её голос смешивался с шумом из громкоговорителей. Работа члена оргкомитета довольно разнообразна, начиная от сопровождения поранившихся до подачи стартовых и финальных сигналов матча. Ведение самой трансляции оставалось на долю команды комментаторов, располагавшихся в отдельной палатке, так что члену оргкомитета нужно было только дать стартовый сигнал.

Была ещё и другая утомительная работа вроде подсчёта мячей, заброшенных в корзины. Поскольку участников было довольно много, нельзя было недооценивать количество заброшенных в корзины мячей. В этом соревновании треть всего времени уходила на подсчёт мячей.

— На старт!

В обязанности Фукиёсе входило только дать стартовый сигнал, другие команды должны были подавать другие члены оргкомитета. Сделав это, позже она должна была подсчитать мячи. Другие могли считать это скучным, но у неё в голове были иные мысли.

«У меня такое чувство, что кто-то в той группе… устала я что ли? Может, мне витаминов не хватает? Припоминаю, что соевые бобы могут облегчить психическую усталость. Но ведь в том телемагазине упоминалось, что изофлавоноиды эффективны против чего угодно, от ожирения и токсинов крови до потери памяти и старения кожи?»

Не разрешив своих сомнений, Фукиёсе крикнула громче:

— СТАРТ!!

Биип!! По сигналу свистка, соревнование по метанию мячей началось. Из школьных громкоговорителей понеслись звуки марша, обычно исполняемого во время соревнований.

Не обращая внимание на эту бодрую и увлекательную музыку, ученики обоих школ ринулись с правого и левого края стадиона к центру. Их целью были шесты с корзинами, достигавшие примерно 3 метров высоты.

— Уа! Ками-ян, пригнись!! — закричал Цучимикадо.

Едва успел Камидзё упасть на землю, как со стороны средней школы Токивадай, которая была в нескольких метрах за корзинами, полетели жёлтые, красные и голубые огни и вспышки. Налетая, вспышки порождали ударные волны. Этот залп сбил с ног десятки учеников.

[[Image:Index v09 224-225.jpg|thumb]]

— Уа, подумать только, что этих людей отбросило на десять метров?!

Часть толпы исчезла. Во время соревнования "Повали шест", в котором Камидзё участвовал чуть раньше, тоже использовались атаки с помощью экстрасенсорных способностей, но эти были на совершенно другом уровне. Появился кратер несколько метров диаметром, похожий на лунный. Даже пыль, висевшая в воздухе, была сметена ударом.

Ужаснувшись, Камидзё оглянулся. Хотя у отброшенных студентов подкашивались ноги, похоже было, что никто не пострадал. Видимо, в момент взрыва, другие экстрасенсы из Токивадай добавили защиту вроде «воздушных подушек» или «рассредоточения удара». Чего и следовало ожидать от барышень, которые стремятся позаботиться о благополучии противника.

Однако, правая рука Камидзё, в которой содержится сила Разрушителя Иллюзий, могла в конце концов разрушить эту нежную защитную силу. Рана на боку Цучимикадо могла снова открыться от удара.

— …

— …

Камидзё и Цучимикадо невольно обменялись взглядами без слов.

Затем, вспышки красного, синего и жёлтого направились к ним обоим. В них летели огненные шары, выстрелы электропушек и вакуумные пули.

— Что… что происходит…?! Разве в расписании было не соревнование по бросанию мячей?

— С тем же успехом мы можем назвать их не мячами, а снарядами, ня!!

Под действием артиллерийского обстрела, часть группы учеников начала понемногу уменьшаться. Камидзё и Цучимикадо ринулись в толпу, изо всех сил прокладывая путь к середине школьной территории, к выстроенным в ряд корзинам. Шесты поддерживались не людьми, а стоявшими на земле металлическими основаниями.

— … Слушай внимательно, Ками-ян. Я собираюсь проверить эти шесты по порядку.

— … А, я чем-то могу тебе помочь?

— … Я скажу, если что-то понадобится. Ладно, стой здесь, ня. Будь начеку, пока я не найду этот «рукописный оригинал».

— …Понял, но…

Камидзё подумал: что я буду делать в это время? Как бы там ни было, чтобы избежать подозрений, он бросил белый мяч, лежавший на земле, думая, что если он, посторонний, в самом деле примет участие в матче, это может изменить его результат, так что он не горел энтузиазмом по этому поводу.

Под шестом Цучимикадо специально кинул мяч, который определенно не попал бы в корзину, и обследовал его сверху донизу. Шест с корзиной был высотой три метра, так что даже просто задрать голову, чтобы его осмотреть было в самом деле трудно.

Кроме высматривания какой-нибудь карты, которую могла использовать Ориана, Цучимикадо проверял разные места на предмет наличия странных слов, которые могли быть вырезаны на шесте, или каких-нибудь странных значков на металлическом основании.

— … Цучимикадо.

— … Не этот, Ками-ян.

Он покачал головой, подобрал ещё один белый мяч, и направился к следующему шесту.

Затем он проверил следующий, и ещё один, лишь для того, чтобы разочароваться. Видя это, Камидзё чувствовал, что время истекает.

Оставалось ещё семь шестов.

Как раз когда Камидзё собирался последовать за Цучимикадо, сзади прилетела белая вспышка.

— А?!

Он немедленно защитился правой рукой. Световая пуля пролетела, коснувшись руки Камидзё. Шшшш! Послышался звук, когда она мягко отскочила. Где-то довольно далеко за ним можно было увидеть девушек из Токивадая, смотревших на него с разинутыми ртами, но Камидзё не было до этого дела. Плохо будет, если его заметят. Так что он слегка подтолкнул локтём стоявшего рядом с ним ученика, притворившись, что именно этот парень спас его.

— … Ками-ян, это и не четвёртый. Следующий.

Рассерженные девушки средней школы Токивадай начали целиться в того парня. Цучимикадо и Камидзё перешли к пятому шесту.

Стена из человеческих тел перед ними задрожала.

Группу учеников, которые сосредоточились только на том, чтобы бросать мячи в корзины, снесло, словно ряд костяшек домино. Они образовали кучу-малу, налетев на пятый шест.

Донг! С металлическим звуком корзина затряслась.

Если Ориана установила «рукописный оригинал» на пятый шест, то будет много жертв.

Вроде Стейла, который выглядел, словно получил серьёзный тепловой удар.

Люди, не имеющие магических способностей, могут умереть от действия этого контратакующего заклинания.

— Чёрт!

Цучимикадо отчаянно рванулся к этой группе. Камидзё хотел ринуться за ним, но замер на месте.

Пятый шест сильно затрясся.

Он начал падать в сторону и с силой врезался в стоявший рядом шестой шест.

Шестой шест тоже затрясся.

На пути падающего металла была ученица из школы Токивадай.

Девушка, державшая обеими руками красный мяч, широко раскрыв рот смотрела на тяжелое сооружение весом больше 30 килограммов, падающее на неё.

Камидзё рванулся к ней, но группа учеников, упавших у пятого шеста, преградила ему путь.

— Чёрт! Цучимикадо!!

Камидзё закричал. Он запрыгнул на спину Цучимикадо, рванувшегося к пятому шесту и перепрыгнул через группу участников, лежавших на земле. В воздухе он потерял равновесие, но всё же сумел ухватить девушку за воротник её формы, и по инерции потянул её в сторону. По крайней мере он сумел сдвинуть её с места, на которое должен был упасть шест.

В этот момент издалека донёсся звук взрыва, вызванного столкновением экстрасенсорных сил.

Падавший вниз шестой шест попал под влияние возникшей бури. Теперь металлический шест падал на Камидзё и компанию, с многократно усиленным импульсом и весом.

«Чёрт, надо сперва убраться с его пути!»

В этом положении, лёжа на земле, Камидзё не мог прыгнуть. От удара при падении болело всё его тело. Он двинул ноющее от боли тело, и оттолкнул девушку, не способную двигаться, прочь. Девушка выглядела удивлённой, и похоже, даже не понимала, что происходит вокруг неё.

„... В самом деле!!”

Камидзё стиснул зубы.

Шест с корзиной, весивший больше тридцати килограммов, падал на него.

В этот момент.

Донг!! Со звуком, напоминавшим удар церковного колокола, шестой шест был отброшен в сторону. Его перерезал пополам луч оранжевого света, и он откатился на несколько метров. Ученики вокруг немедленно пригнулись, но спустя несколько секунд всё вернулось к хаосу битвы. Всё это время то, что осталось от шеста, продолжало подскакивать по земле.

Рейлган.

Одна из экстрасенсорных способностей, пуля, которая движется со скоростью, в три раза превышающей скорость звука.

Камидзё, покачиваясь, оглянулся. Перед ним была девушка, подбрасывавшая большим пальцем монетку, генерал средней школы Токивадай, всё тело которой сыпало искрами, Мисака Микото.

Они оба уставились друг на друга.

— Хе-хе-хе…

Камидзё слабо рассмеялся.

— В самом деле… ты… ТЫ-В-САМОМ-ДЕЛЕ-ХОЧЕШЬ-ЧТОБЫ-Я-ПРОИГРАЛА-ШТРАФНУЮ-ИГРУ?!!

В то же самое время Микото продолжила стрелять электричеством.

— Уу..ааааа!! Эй ты, внизу, девочка, пока тебя не задело этой мощной атакой, беги!! Я заблокирую удар, так что поторопись и беги!!

Камидзё отчаянно замахал правой рукой, чтобы отклонить удар электричества.

Девушка только крикнула за его спиной: «Большое вам спасибо! Мне очень жаль!!», вежливо поклонилась, и с удивительной скоростью покинула поле этой битвы. В мгновение ока она затерялась среди участников, продолжавших битву.

Камидзё, не оглядываясь, хладнокровно сказал.

— Фух, раз она выглядит такой бодрой, думаю, ничего страшного с ней не случилось.

— Ты… пробравшись в чужое соревнование, что само по себе достаточно плохо, почему ты ещё и так спокоен…?

Посреди спора, Микото почувствовала себя слегка усталой, и приложила ладонь ко лбу. Затем она протянула свою маленькую руку в сторону — к седьмому шесту.

— STOP! Секундочку, Мисака-сан!!

— Что… что ты делаешь?

Микото отдёрнула руку, так что она застыла на полпути к шесту.

Камидзё не смотрел на лицо Микото. Он осматривал седьмой шест. На той высоте, где Мисака собиралась расположить свою руку, похоже, что-то было.

Прямоугольный листок бумаги… размером с обёртку жвачки.

Хотя с такого расстояния ему было не видно, похоже, на ней были мелким почерком написаны какие-то слова.

«Карточка?! Только не говорите мне, что это «рукописный оригинал»?

Внезапно по спине Камидзё побежал холодок.

Его охватило плохое предчувствие, от которого тело напряглось.

«Понятно… похоже, это «рукописный оригинал», о котором говорил Цучимикадо, та штука, что создаёт противозаклинание, относится к этому. Только не говорите мне, что каждая карточка Орианы это «рукописный оригинал»

Камидзё подумал, что это плохо.

Камидзё и Микото стояли в полутора метрах друг от друга.

Хотя они были близко друг к другу, но это не то расстояние, которое можно покрыть, просто протянув руку.

Листок плотной бумаги был прикреплён к шесту только за один уголок.

Если подует осенний ветер, бумажка начнёт немного колыхаться.

Ладонь Мисаки Микото была всего в трёх сантиметрах от шеста.

Если подует сильный ветер, бумажка может её коснуться.

Подумав о Стейле, который сейчас лежал на земле, Камидзё невольно хватал ртом воздух.

Он тщательно выбрал слова, и хладнокровно сказал находившейся в опасности девушке:

— Послушай, Мисака-сан. Позже я всё тебе объясню. Послушай меня, отойди оттуда. То, что я собираюсь сказать тебе, очень важно.

— А? О чём ты говоришь? С чего это вдруг ты так заговорил?

Как и ожидалось, Микото нахмурилась. Однако её рука… оставалась в том же положении. Она не двигалась ни вперёд ни назад, удерживая расстояние в три сантиметра.

Листок плотной бумаги внезапно пошевелился.

Микото не замечала опасности, которую несла в себе эта ситуация.

— Послушай-ка. В данный момент, какое у тебя есть право приказывать мне? Почему ты здесь? Мы не можем продолжать игру, раз упал шест, так что лучше тебе как следует мне объяснить…

В этот момент послышался свист рассекаемого воздуха.

Звук доносился сзади от Камидзё. Ученик школы, противостоявшей Токивадаю, запустил грязевые пули в Микото. За счёт его экстрасенсорных способностей грязь ускорялась и рассекала воздух как пуля. Если она в кого-то попадёт, то переломает человеку кости.

Увидев эту неожиданную ситуацию, Микото была поражена, и сверкнула голубыми искрами, готовая нанести ответный удар.

— Не мешай!!

Прежде чем она успела что-то сделать, Камидзё вытянул в сторону свою правую руку.

Его кулак, оказавшийся между грязевыми пулями и Микото, разбил их одним ударом.

Разлетевшаяся пыль испачкала лицо Камидзё, но он не потрудился даже вытереть его.

Похоже, у него не было времени на это, поскольку его глаза непрерывно следили за Мисакой Микото.

— Дур…

Микото посмотрела на то, что осталось от грязевых пуль, и затем перевела взгляд на Камидзё.

— Ты что, идиот? С чего ты блокируешь атаку своего союзника? Да…даже без твоей помощи я могу с этим сама справиться. О чём таком важном ты хотел со мной поговорить? После матча сказать не можешь? Что это такое, если оно заставило тебя пробраться сюда и сказать это мне?!

— Позже объясню, Мисака-сан. Как бы там ни было, просто быстро отойди оттуда!!

— Ну в самом деле! Почему ты не слушаешь, что тебе говорят! Это ты должен уйти отсюда, верно!!

Микото со злостью ударила по шесту, чтобы выместить своё разочарование.

В отчаянии, Камидзё невольно вскрикнул.

— Секунду, Мисака-сан! Ничего не говори, просто сейчас же подойди сюда!! Там опасно! Я не хочу, чтобы тебя ранило!!

Микото остановилась.

По какой-то причине её лицо покраснело. Её голова не двигалась, но глаза, похоже, смотрели в сторону от Камидзё.

— Не нужно волноваться за меня в этом незначительном соревновании. Не важно, кто атакует меня, со мной всё будет в порядке, пока я буду использовать свои способности…

Камидзё не слышал, что она говорила, и в данный момент у него не было на это времени. Его глаза следили за каждым малейшим движением Микото. Его лицо заливал пот, поэтому он быстро вытер его правой рукой, и почувствовал под рукой песок.

С другой стороны, Микото, за которой наблюдал Камидзё, издав звук, выпрямила спину. Рука, которая вот-вот могла коснуться шеста, медленно переместилась вперёд. Мгновение спустя, Микото яростно затрясла головой.

«Как бы там ни было… ничего плохого не случилось, верно? Но почему она покраснела???»

Камидзё недоумевал, но рука Микото наконец-то отодвинулась от шеста.

Как раз когда Камидзё расслабился…

— Какого чёрта, прекрати говорить такое, чтобы напугать меня.

Микото согнула спину, которая только что была выпрямленной, и вяло схватилась за шест правой рукой.

— Чёрт!!

Камидзё рванулся вперёд изо всех сил. Листок бумаги яростно колыхался на ветру, и вот-вот коснулся бы ладони Микото. Прежде чем это случилось, Камидзё прыгнул к ней, и, используя инерцию, нырнул. Он обхватил Микото за талию обоими руками, и одним движением повалил её на землю.

— Э? ЭЭ?

Микото лежала на земле и смотрела на прикрывшее её тело. Обе её руки замерли перед её грудью.

— А...а...а...почемупочемупочемупочему...?

Словно взрыв, лицо Микото полностью залилось краской, и она не смогла закончить фразу. Лицо Камидзё стало ещё более серьёзным.

— Тихо, не двигайся.

Сказав это, Камидзё осмотрел лицо лежавшей на земле Микото. Поскольку он ничего не знал о магии, он не мог сделать вывод. Однако, с точки зрения простого человека, её лицо было чрезвычайно красным, словно у неё началась какая-то лихорадка.

«Он говорил, что симптомы будут как от теплового удара…»

Чтобы лучше разглядеть. Камидзё придвинул своё лицо поближе.

— Э…что…?

Микото моргнула. Ей казалось, что Камидзё, который приблизил к ней своё лицо, что-то осознал, и медленно закрыл её глаза.

[[Image:Index v09 237.jpg|thumb]]

Видя эту ситуацию, Камидзё цокнул языком, и торопливо приложил правую руку к её лбу.

— Чёрт, тебе действительно плохо, Мисака-сан?!! Температура подскочила… чёрт, почему твоё лицо такое красное?!!

Услышав крик Камидзё, Микото вернулась в реальность и начала яростно отбиваться

— Что…что! С чего это оно красное с чего это оно красное с чего это оно красное. У меня нет лихорадки!!

Э? Камидзё отодвинул лицо. Если у любого обычного человека должны быть симптомы хуже, чем у Стейла, значит, Микото не коснулась шеста с корзиной.

Однако они нашли, где Ориана установила свою карточку — место расположения противозаклинания.

Камидзё отодвинулся от Микото и огляделся.

— Цучимикадо, он здесь! Седьмой шест…!!

Как раз когда он собирался крикнуть это, он остановился.

Он увидел это.

На листке плотной бумаги, прилепленном на седьмом шесте скотчем, были слова «Собственность средней школы Нойи».
Этот шест что, позаимствовали у другой школы?

Цучимикадо сказал.

Это ярлык, который не даёт его потерять.

«Это не он?! Тогда где же настоящий «рукописный оригинал»?

Камидзё в отчаянии оглянулся.

В этот момент раздался свисток. Марш, транслировавшийся через школьные громкоговорители, тоже утих.

После этого другая рука протянулась и схватилась за восьмой шест.

— Ну в самом деле, Тома Камидзё, что ты здесь делаешь? — послышался обвиняющий голос.

— О причине я тебя расспрошу позже, так что тихо исчезни прямо сейчас. Матч нужно было прервать, потому что невозможно играть честно, когда столько шестов упало.

Член оргкомитета, Сейри Фукиёсе, с удивлением смотрела на него.

Эта девушка была одета в тонкую куртку поверх спортивной формы.

— Ты меня слышишь? Ты всё ещё хочешь, чтобы я заставила тебя съесть кальций?

Но Камидзё не смотрел на неё и не слышал её голос.

В руке Фукиёсе…

Между металлическим шестом и её мягкой ладонью был листок бумаги.

Листок бумаги, прилепленный скотчем.

Камидзё надеялся, что это просто обычный листок бумаги вроде того, что был налеплен на седьмой шест.

На бумаге синим цветом были написаны слова, и похоже, написаны они были на английском.

Пача! Внезапно послышался странный звук.

Тело Фукиёсе затряслось.

— Фуки…

Её рука безжизненно выпустила шест.

На том месте, за которое она держалась, были слова ‘Wind Symbol’, написанные синими чернилами.

— Фукиёсе-сан!!

Камидзё не мог не закричать, но Фукиёсе не ответила.

Вот так просто рука Фукиёсе выпустила шест, и она упала на землю. Бум. Так падает безжизненное тело. Она была на земле и не могла пошевельнуть конечностями. Можно было сравнить её вид с опавшей мягкой кожаной сумкой.

Парапарапилапила, вокруг Фукиёсе послышался звук сжимаемого воздуха.

— Что…что?

Вскрикнула удивленная Микото. Но из всех участников, похоже, только Микото заметила, что происходит нечто странное. Хотя остальные студенты и смотрели с подозрением, никто не ожидал, что это была неизвестная атака с магической стороны. Поскольку в этой битве участвовало так много экстрасенсов, никто не посчитал бы странным даже если бы случилось что-то невероятное.

В этот момент Цучимикадо пробился к Камидзё.

— … Ками-ян, поспеши, и стукни Фукиёсе! Она не маг. Если это будет продолжаться, ей угрожает опасность!!

Услышав Цучимикадо, Камидзё собрался. Он кинулся к Сейри Фукиёсе, лежавшей на земле, поднял её, и подложил под неё свою правую руку.

Пшшш, послышался звук стравливаемого воздуха.

Несмотря на это.

Несмотря на это, Фукиёсе не пришла в себя.

— Чёрт…

Он знал причину. Между Магнусом Стейлом и Сейри Фукиёсе была разница в сопротивляемости магии. Даже такой специалист по магии, как Стейл, серьёзно пострадал. Сейри Фукиёсе, обычная девушка, была атакована без предупреждения. Любой может ожидать, к каким последствиям это приведёт.

Но.

Что бы кто ни думал, сомнения в голове нельзя остановить.

Почему?

— Цучимикадо!!

— Спокойно, Ками-ян. Это просто физическая усталость, вызванная потерей некоторой части жизненной силы — разве я не говорил, что это похоже на сильный тепловой удар? Медкабинет… похоже, там её не спасут. Если мы сейчас же вызовем скорую помощь, мы можем успеть. По крайней мере это лучше, чем оставить её лежать на солнце.

Он хладнокровно сказал, что им следует делать.

Но сказать что-то подобное неубедительно. Это всё равно, что сказать, что раз он специалист, то понимает серьёзность ситуации, так что не скажет специально ничего, что даст Камидзё надежду.

Из палатки в углу школьной территории выбежало несколько членов оргкомитета. Должно быть, они поняли, что что-то не так. С ними можно было видеть и учителей. С их точки зрения казалось, что Камидзё и компания колеблются, не зная, что делать с внезапно потерявшей сознание девушкой.

Члены оргкомитета и учителя быстро выхватили тело Фукиёсе из рук Камидзё и быстро унесли её куда-то, где была связь.

Тома Камидзё, оставшийся в одиночестве на том же месте, медленно поднялся.

Он опустил голову и быстро помахал кулаком из стороны в сторону. БАМ!! С металлическим звуком листок бумаги, прилепленный Орианой к шесту, задрожал. Микото пристально смотрела на Камидзё с удивлённым видом, но Камидзё не обращал на неё внимания. От удара правой руки Камидзё, слова на листке бумаги исчезли, как будто растаяли.

— Какая замечательная идея, ах, Ориана Томсон…

Его дрожащие губы начали двигаться.

— Если это ты сделала, если ты хотела, чтобы невинные люди оказались втянутыми в это дело…

Он поднял голову, посмотрел перед собой, и провозгласил:

— ТОГДА С ПОМОЩЬЮ ЭТОГО СВОЕГО КУЛАКА Я ПОЛНОСТЬЮ РАЗМАЖУ ЭТУ ТВОЮ БЕССМЫСЛЕННУЮ ИЛЛЮЗИЮ!!!

===Между строк 2===
Больно.

Эта мысль крутилась в подсознании Сейри Фукиёсе.

Она знала, что лежит на каталке, что её везут от машины скорой помощи ко входу в отделение неотложной помощи.

Но не было чувства реальности.

В данный момент она находилась в таком состоянии, что не могла отличить верх от низа, правое от левого, в состоянии затуманенного сознания. То ли от того, что она лежала на каталке, то ли от того, что с её подсознанием было что-то не так. Похоже, что взрослые вокруг неё кричали, чтобы убедиться, что она в сознании, но о чём они говорили, она не слышала. Для неё эти слова были словно болтовня пьяного человека, которую невозможно разобрать. Только слово «тепловой удар» необъяснимым образом задержалось в её сознании.

Тепловой удар.

Это обычное дело на уроках физкультуры или школьных соревнованиях, так что на него как правило, не обращают особого внимания. Его причиной является быстрое обезвоживание, и в серьёзных случаях существует риск летального исхода.

Конечно, тепловой удар случался с Фукиёсе не впервые, так что она знала, что при этом чувствуют.

Но в этот раз она чувствовала себя совсем по-другому. Как правило, при обычном тепловом ударе, головная боль через некоторое время проходит. Но теперь головная боль не унималась, и даже становилась сильнее.

«…Уфф…»

Как члена оргкомитета Дайхасейсай, Фукиёсе обучали приёмам первой помощи. Поэтому она лучше, чем обычные ученики знала, что к тепловому удару нельзя относиться легкомысленно.

Что же пошло не так? — подумала она.

Она пила достаточно воды, температура её тела была нормальной. Усталость, недосыпание, или слабое здоровье тут ни при чём. Она заранее подготовила всё для того, чтобы остаться здоровой, но подумать только, что это всё равно случилось.

«Если так… единственное, о чём я могу подумать, это…»

Нервы. Может быть?

Фукиёсе подумала, действительно ли она так нервничала?

Как и психологические проблемы, большинство людей этого не чувствуют. Если так… Фукиёсе подумала, что она упорно трудилась и всё ради этого дня. Если она потерпит поражение, всё пойдёт насмарку. Смех, с которым она работала над подготовкой вместе с другими членами оргкомитета, усилия, которые она приложила, чтобы запомнить порядок судейства, заходя в кафе по дороге домой, чтобы уточнить расписание матчей, все эти усилия пропадут впустую из-за «провала». Из-за этого она подсознательно так нервничала.

«…какая же я идиотка…»

Импульсивно работать так упорно, импульсивно свалиться ни с того ни с сего, импульсивно сорвать матч.

Фукиёсе подумала, что всё это её вина, и она причинила столько хлопот окружающим. Чтобы не усугублять бремя других людей, она с тем же успехом могла отказаться от участия в подготовке Дайхасейсай.

«Это полностью моя вина».

Но почему?

Почему тот парень кричал ей с таким перекошенным лицом?

Это не та реакция, которую проявляют при виде теплового удара.

Это было что-то непредсказуемое для него. Казалось, что ситуация была для него совершенно неожиданной. Выглядело словно это была не внезапная реакция на случившееся, а скорее словно он был хорошо подготовлен и держался настороже, но всё равно допустил, чтобы что-то случилось.

Что он знает?

О чём он сожалеет?

«Я хотела бы знать», — подумала она.

Но её больше беспокоило…

«Так раздражает…»

Сейри Фукиёсе слегка пошевелила губами.

Фукиёсе удивило, что у этого парня, который всегда выглядел беззаботным, и казалось ничему не придавал серьезного значения было такое выражение лица.
Подумав о том, как этот парень будет продолжать жить с таким выражением следующие несколько дней Дайхасейсай, Фукиёсе невольно нахмурилась.

«… Я… действительно ненавижу … таких…»

На самом деле она ни любила ни ненавидела Тома Камидзё.

Говоря откровенно, для неё он был просто чужаком.

Но до этого момента Сейри Фукиёсе была членом оргкомитета, который упорно трудился для подготовки Дайхасейсай, всё для того, чтобы всем на нём было весело. Это не имеет совершенно никакого отношения к её личным симпатиям или антипатиям.

Поэтому ей действительно не хотелось, чтобы он был тем, кто останется в таком плохом настроении на этом празднике.

Потому что это праздник, в котором она участвовала.

Ради этого она упорно трудилась до сегодняшнего дня.

Это может быть, звучит несколько капризно.

Но она всё ещё хочет, чтобы этот праздник удался для всех.

Каталку, на которой лежала полуобморочная Фукиёсе, вкатили через двери в здание отделения неотложной помощи. Там её ждал доктор в белом халате. Лицо доктора напоминало лягушку, отчего Фукиёсе чуть не рассмеялась.

Доктор с лягушачьим лицом производил совершенно другое впечатление, чем остальные люди, потому что немедленно и отчетливо начал распоряжаться.

Фукиёсе, сознание которой всё ещё было замутнено, не могла разобрать смысла его слов. Её голова раскалывалась от боли, и похоже было, что шестерёнки в ней разболтались. Как только она пыталась собраться с мыслями, сознание начинало уплывать. Только слова «сильный тепловой удар» продолжали звучать эхом в её голове. Это болезненное состояние, вызываемое сильным обезвоживанием, и если случай тяжелый, это будет плохо для сосудистой системы. Если нарушится баланс между содержанием кислорода и питательных веществ, могут нарушиться функции внутренних органов, и в самом худшем случае может даже наступить смерть.

Сильный тепловой удар может привести к серьёзным последствиям.

В тяжёлых случаях и другие части тела могут пострадать, как ломается переключатель, который то включают то выключают.

Когда Фукиёсе подумала об этом, её зубы сами собой застучали.

«Я не хочу умирать», — подумала она.

Фукиёсе сама не могла понять, откуда пришёл этот страх. То ли от того, что она терпеть не может эту головную боль, то ли от расползающегося по телу холода? Или же она чувствует себя незащищённой от того, что не знает, что случится дальше? Она не могла избавиться от этого страха, в то время, как её разум непрерывно терзали сложные чувства.

Она не понимала, что говорят люди вокруг неё.

И она не могла сказать, в насколько плохом состоянии сейчас был её организм.

Поэтому, не думая ни о чём, она просто задала один вопрос:

— Вы … сможете… спасти меня…?

Она не знала, слышен ли её голос, и даже не был уверена, что её губы шевелятся.

Но доктор с лягушачьим лицом услышал её слова, немедленно перестал отдавать распоряжения, и пристально посмотрел в лицо Фукиёсе.

Несмотря на то, что в полуобморочном состоянии, она не могла разобрать слова других людей, голос доктора отчётливо прозвучал в её ушах.

Он сказал девушке, лежавшей на каталке всего одну фразу.

Улыбнувшись идеальной улыбкой, которая у кого угодно вызвала бы полное доверие, он сказал:

— Да за кого ты меня принимаешь?

===Примечания===

<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter2|Главе 2]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter4|Главе 4]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter4

2017-09-25T12:41:10Z

Palexadin:

==Глава 4: Битва завершилась победой или нет? — Being_Unsettled.==

===Часть 1===

Магнус Стейл сидел на асфальте в автобусном депо.

С некоторого времени в депо сновали механики, которые должны были заниматься техобслуживанием автобусов. Поскольку Стейл был в глухом углу, никто его не замечал. В обычных условиях он воспользовался бы заклинанием «пустого места», и ни о чём бы не беспокоился. Но в данный момент он не мог пользоваться магией.

«Да я уже и так выгляжу как пустое место, потеряв свою козырную карту. Я вообще не вырос».

Стейл легонько выдохнул.

Если подумать, такая же ситуация была в конце июля с его «Иннокентиусом». Как только Стейла лишили козырной карты, он оказался чрезвычайно слабым. После того случая он думал об этом, и потратил довольно много усилий на самосовершенствование, вроде обдумывания заклинания миража для уклонения от атаки, и улучшения эффективности своих рун, но это были просто тактические приёмы «чтобы не дать врагу овладеть его козырной картой», и на самом деле казалось, что он слишком ленив для того, чтобы прилагать какие-то существенные усилия.

«Сейчас, в таком отвратительном состоянии, могу ли я на самом деле защитить ту девочку?... Если бы в этот раз целью врага была она, что бы я делал? Я в … »

Его мысли прервал телефонный звонок.

Стейл вытащил телефон из пальто, и нажал кнопку «Принять звонок».

Звонил Тсучимикадо.

— Ками-ян уже уничтожил «рукописный оригинал» Орианы. Как твоё самочувствие, что-то изменилось?

— Пока ты не спросил, я вообще ничего не чувствовал…

Стейл осторожно вытащил руническую карту, сделал глубокий вдох, задержал дыхание и выдохнул, пробормотав несколько слов.

Вуум. С тихим звуком на его пальце появилось оранжевое пламя.

В его теле не возникло чувства отторжения, вызванного противозаклинанием.

— … Окей, похоже, проблем нет.

— Понял. Тогда будь добр, используй поисковое заклинание «матрицы всеохватывающей реальности». Я уже разложил цветные бумажки и создал магическую матрицу. Ты знаешь, что делать?

— Не надо меня недооценивать, — сказал Стейл.

Возле его ног был круг и четыре цветных бумажки, разложенных Тсучимикадо, а в центре круга лежал листок плотной бумаги, который оставила Ориана. Хотя он не понимал этого расположения, основанного на искусстве оммёдзи, активировать заклинание, которое приготовил кто-то другой, несложно.

— У вас там всё в порядке? Разве заклинание Орианы было не посреди стадиона? Если вы прокрались туда тайком, пожалуй, вам не удастся так же выбраться оттуда?

Непросто проникнуть на матч, но и уйти посреди него тоже непросто. Если один из них или оба попытаются выскользнуть, их заметят.

Но Тсучимикадо спокойно сказал:

— Нет проблем, ня. Мы уже вышли со стадиона.

— … Как вам это удалось?

— Прямо перед нами пострадала ученица. Решили, что у неё серьёзный тепловой удар, и отправили её в больницу. Мы притворились, что заботимся о потерявшей сознание ученице, и, помогая ей, выскользнули с арены.

Его тон не был таким легкомысленным, как раньше.

Вот это был голос мага, - подумал Стейл.

— Ясно, — сказал он.

— Тоума Камидзё пришёл в ярость?

— Раз ты знаешь, что делать, оставляю это на тебя. Мы начнём нашу контратаку отсюда. Если мы этого не сделаем, то проявим неуважение к той ученице.

Тсучимикадо закончил разговор.

Засовывая телефон обратно в карман пальто, Стейл подумал:

«У каждого свои недостатки. Подумать только, что у Тоумы Камидзё, который побил меня в прошлый раз, тоже случаются провалы».

Но, продолжил он:

«… Не из-за этого ли я сожалею о своей незрелости?»

Верно ли, что Тоума Камидзё, который не смог спасти жертву, находившуюся прямо перед ним, отдавал себе в этом отчёт так точно и непосредственно?

Стейлу было больше нечего сказать.

Он просто молча сделал то, что был должен, как будто он не хотел ещё более отягощать своих товарищей, даже если он сам этого и не осознавал.

Четыре цветных бумажки начали вращаться. Магическая матрица «всеохватывающей реальности» активировалась, готовая искать, где находтся Ориана Томсон.

===Часть 2===

Посреди улицы, по которой гуляли люди, Ориана Томсон посмотрела вверх, на электронное табло.

Большинство людей не обращали внимания, что происходит на экране. Даже если некоторые и смотрели, их просто интересовала пострадавшая в тяжелом состоянии, из-за которой прервали матч. В этом нет ничего странного, просто девушке стало плохо, особо говорить не о чем.

Ну, по крайней мере, так это выглядело для поверхностного взгляда.

— … Это… — пробормотала она, придерживая одной рукой транспарант, завёрнутый в белую ткань. На её рабочей одежде были застёгнуты всего лишь две пуговицы, и одежда не скрывала её пупок, источая некоторое напряжение. — должно быть что-то, чего я не ожидала.

Сказав это, Ориана отвела взгляд от электронного табло.

Она начала двигаться.

Нужно было ещё кое-что сделать.

Пальцы Орианы сжались на той вещи, которую она несла.

Тоума Камидзё и Мотохару Тсучимикадо бежали по улице, натыкаясь на прохожих. Пешеходы бросали на них осуждающие взгляды, но в данный момент не было времени на то, чтобы об этом беспокоиться.

Тсучимикадо включил динамик на своём телефоне, чтобы, продолжая бежать, оба они могли слышать голос Стейла.

— Я обнаружил где находится Ориана Томсон. Она возле станции метро Фуцука в Седьмом районе. Дайте мне время, и я определю более точное положение.

— Станция Фуцука! Мы уже пробежали её!

До сих пор впереди бежал был Тсучимикадо, но теперь ведущим стал Камидзё, а профессионал, Тсучимикадо, остался сзади.

— На север… о, да, похоже, она движется на север. Дорога разделяется на три, и я ещё не знаю, по какой из них она движется. Скоро должно стабилизироваться.

Прежде, чем они дослушали это до конца, Камидзё и Тсучимикадо уже пробежали улицу. Сбоку был виден вход в метро. Они продолжали бежать на север.

— Три улицы… сейчас… сейчас… вот здесь. Слушай внимательно…

— Крайняя справа! Я её вижу!!

Когда Камидзё выкрикнул это, блондинка, находившаяся в двадцати метрах перед ними, оглянулась. Увидев двух ребят, пробиравшихся сквозь толпу, она сразу же испугалась и рванулась на другую улицу.

Теперь Камидзё и Тсучимикадо преследовали её по пятам.

Улица была короткой, и сразу же переходила в другую улицу. Но эта улица отличалась, здесь не было сутолоки и давки. В углу бок о бок стояли маленькие магазинчики, дружелюбная атмосфера отсутствовала. Хотя здесь был сводчатый пассаж, обычный для торговых кварталов, это только ухудшало видимость.

Было уже утро, но все магазины были закрыты. Может быть, продавцы чувствовали, что сюда не удастся привлечь покупателей, так что наверное, устроили какие-то временные лотки возле стадионов, где было гораздо более оживлённо.

Боковая улочка тянулась влево и вправо.

Ориана Томсон, одетая в рабочую одежду, побежала влево. Когда Камидзё и Тсучимикадо вот-вот должны были схватить её, мимо них проехал появившийся сзади автобус.

Камидзё, который лишь мимоходом взглянул в направлении Орианы, был ошеломлён.

Она бежала к автобусной остановке.

— О, нет…!!

Ориана нажала что-то вроде кнопки на остановке, подав автобусу сигнал остановиться. Разумеется, беспилотный автобус послушался.

Пока дверь автобуса была открыта, Ориана вскочила внутрь.

Очевидно, что тяжело преследовать на ногах движущийся автобус, но от того, что они сели бы на другой автобус, идущий в другом направлении, их работа не стала бы легче. Поскольку на Дайхасейсай запрещено использовать обычный транспорт, найти другое средство передвижения было непросто. К тому же, Камидзё не умел водить.

Автобус реагирует только на команды, которые ему задали с самого начала маршрута.

Если бы его вёл водитель, то видя сзади человека, который машет руками, водитель подумал бы, что человек не успевает на автобус, и мог бы остановиться. Но требовать этого от беспилотного автобуса как-то уж слишком.

Камидзё отчаянно бежал.

Расстояние между ними было всего 20 метров.

К тому моменту, когда Камидзё добежал до остановки, автобус уже тихо отъехал.

— ЧЕРТ ПОБЕРИ!!

Камидзё, наконец с трудом добежав до остановки, нажал на кнопку, чтобы автобус остановился, но было уже слишком поздно. Автобус, который уже отъехал, не реагировал, и набирал ход.

Тсучимикадо, отставший на шаг, посмотрел на отъезжающий автобус и спросил:

— Эй, Ками-ян. Я отсюда не вижу. В автобусе есть пассажиры, кроме Орианы?

— ЧТО? ЭТО НЕ ВАЖНО, ВЕРНО?! — беспокойно ответил Камидзё, увидев, что Тсучимикадо выглядит таким расслабленным.

Тсучимикадо сказал:

— Послушай меня, это очень важно.

— … Похоже, никого больше в автобусе нет.

— Похоже?

— НЕТ НИКОГО! А, ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО НИКОГО БОЛЬШЕ В АВТОБУСЕ НЕТ! МОЖЕТ БЫТЬ, ВСЕ УЖЕ ВЫШЛИ, ЧТОБЫ ПОСМОТРЕТЬ НА ЭСТАФЕТНУЮ ГОНКУ, КОТОРАЯ БУДЕТ ТУТ РЯДОМ! В НЕЙ УЧАСТВУЮТ ВСЕ ПОБЕДИТЕЛИ, ТАК ЧТО ЭТО СОБЫТИЕ ПЕРВОГО ДНЯ!!! ДАЖЕ В ПУТЕВОДИТЕЛЕ ДЛЯ ТУРИСТОВ ОБ ЭТОМ СКАЗАНО! И ЧТО?!

— Если это так, то я спокоен. — Стейл.

Тсучимикадо говорил не с Камидзё, а со Стейлом, который был на связи.

— Раньше, когда мы были в депо, ты ведь разместил рунические карты на автобусах? Если так, мы можем этим воспользоваться. Уничтожь карту, которую ты прилепил к автобусу номер 5154457.

Ответ собеседника не заставил себя долго ждать.

— БУМ!

Послышался взрыв.

На борту автобуса, который медленно набирал ход, вспыхнуло сильное пламя. Секунду спустя автобус взорвался. Упав на дорожное покрытие, автобус продолжил вертеться, не теряя импульс, и превращаясь в пылающий кусок металла.

[[Image:Index v09 259.jpg|thumb]]

Пламя, бившее вертикально вверх, достигло свода пассажа, и начало распространяться.

Тсучимикадо сложил раскладной телефон одной рукой…

— Пожалуй, эффект немного… слишком сильный, ня?

Сказав это едким тоном, он выглядел немного смущенным.

Глядя на пылающий автобус, Камидзё потерял дар речи. Действительно, целью Камидзё и компании было остановить Ориану, но можно ли засчитать это как то, что они «остановили» её?

Глядя на выражение лица Камидзё, Тсучимикадо понял, что тот сейчас скажет, и опередил его:

— Подумать только. Не ожидал, что так получится. Я собственно, сказал ему зажечь огонь, чтобы сработала система безопасности автобуса. Чёрт, я не подумал, что это не трамвай, и проявил беспечность, ня. Должно быть, это был гибридный автобус, использовавший и электричество и природный газ.

Затем он продолжил без каких-либо признаков напряжения.

— Однако, поскольку люди из этих магазинов ушли куда-то по своим делам, а спутники и беспилотные вертолёты не видят через свод пассажа, особого шума подняться не должно.

— Как… как ты можешь оставаться таким хладнокровным?! Где огнетушитель? Если мы не спасём её, она может в самом деле погибнуть!!!

— Хм, ну и что?

Как раз когда Тсучимикадо говорил это…

Из этого беснующегося столба огня появился вихрь, который как торнадо сдул мощное пламя, исчезнувшее без следа. Ветер, который задул пламя, был насыщен влагой, так что его можно было назвать туманом. Остатки сгоревшего автобуса были покрыты слоем жидкости, словно листья каплями воды. От тумана всё покрылось тонким слоем влаги. Эта жидкость, похоже, не испарялась. В самом деле, казалось, что она удаляет всё, что может гореть, и не позволяет пламени распространяться.

Посреди тумана стояла женщина.

Её волосы, лицо и рабочая одежда были немного влажными от созданного ею тумана.

Ориана Томсон.

Правой рукой она держала что-то, выглядевшее как транспарант, в левой руке у неё был набор карточек, а в зубах она сжимала листок бумаги с синими словами ‘Wind Symbol’.

Ориана выплюнула бумажку, которая была у неё в зубах, и из её рта потянулась ниточка слюны.

Она беззаботно рассмеялась.

— Хо-хо-хо. Огонь, созданный не магией, а обычной физикой, не может разогреть эту сестрёнку. Тем не менее, эта дамочка так разнервничалась, что вся намокла. Видите? У меня даже бельё промокло.

Подумать только, она в состоянии шутить даже в такой ситуации.

Столкнувшись с этим фактом, Камидзё слегка скосил глаза. Хоть и совсем немного, но он действительно скосил глаза.

— … Заклинание, которое ты установила, ранило совершенно непричастного к этому человека. Ты ещё помнишь? Девушка, с которой я был, когда мы встретились в первый раз. Как ты думаешь, была она хоть как-то причастна к магии?

— В этом мире никто не бывает совершенно непричастен ни к чему. Пока есть желание, кто угодно может вступить в отношения с кем угодно, верно?

— Ты… ты знала обо всём этом. Ты знала обо всём этом и ни разу даже не задумалась?

В голосе Камидзё звучала ярость.

Услышав тон его голоса, Ориана слегка нахмурилась.

— В данный момент бесполезно говорить о чём-то ещё, но я действительно не хотела навредить этому ребёнку. Сестрёнка и не хотела навредить обычным людям, не то, что сейчас.

Сказав это, Ориана оторвала зубами листок бумаги.

Раздался звук как от удара бокалов друг о друга.

В этот момент…

— УАААА…!!!

С этим звуком Мотохару Тсучимикадо согнулся пополам. Он схватился рукой за свой бок, заскрежетав зубами, и уставился на Ориану.

— Тсучимикадо!!!

Перепуганный Камидзё двинулся к Тсучимикадо. Похоже, рана не открылась, но лицо Тсучимикадо побледнело, как у призрака. Это от того, что он продолжал работать, несмотря на ранение?

Глядя на эту сцену, Ориана засмеялась:

— Подумать только, а я думала, что это ты ранен. Похоже, я ошибалась.

В её губах появился другой листок бумаги. На нём были написаны синими чернилами слова ‘Fire Symbol’

Кла-ка-ка-ка.

Кла-ка-ка-ка. Тсучимикадо медленно осел на землю.

Ориана слегка улыбнулась.

— Посмотрим, сколько ты сможешь вытерпеть… но в таком вот виде ты не победишь эту сестрёнку.

Когда она замолчала, похоже, что Тсучимикадо наконец не смог больше выдержать, и потерял сознание. Его руки и ноги отказались служить ему.

— Что? Что ты сделала с Тсучимикадо?

— Я просто использовала синие слова, чтобы удалить элемент огня, который означает возрождение и регенерацию. При помощи звука, оно достигает слуха человека, и, если он достаточно серьёзно ранен, человек теряет сознание. Звонок, который только что прозвучал — это пусковой сигнал… похоже, ты вообще не пострадал?

Камидзё растёр тело Тсучимикадо правой рукой, но без толку. Строго говоря, даже если удалить этот эффект, он продолжит восстанавливаться. Это заклинание, похоже, отличалось от, использовавшегося раньше противозаклинания. Если не избавиться от оригинальной магической книги, эффект не исчезнет.

«Заклинание, которое сбивает с ног любого, кто достаточно серьёзно ранен, без исключения…»

Другими словами, пока это положение дел сохранится, «ранения Тсучимикадо» не залечатся. Он останется без сознания. Даже Разрушитель Иллюзий Камидзё не может излечить раны Тсучимикадо. Таким способом не вернуть ему свободу.

Камидзё взглянул на Ориану, которая с радостным видом подобрала левой рукой лежащую на земле карту и подбросила её в воздух. В тот же миг чрезвычайно лёгкий набор карт последовал за ветром и полетел за Орианой.

Лицо Камидзё неожиданно вспыхнуло.

— ТЫ СВОЛОЧЬ!!!

Почувствовав эту ярость, Ориана радостно задрожала. Она облизнула губы, чтобы увлажнить их, и сказала:

— Если хочешь спасти его, тебе придётся победить эту сестрёнку. Если ты этого не сделаешь, то пока эта сестрёнка не скажет, что хватит, этот парень будет оставаться в таком состоянии. Но я не знаю, сможет ли он продержаться до этого момента. Ведь может быть, так долго он не продержится, верно?

Зубы Камидзё застучали.

Он задрожал от ярости.

— ЗЗЗ…ЗАЧЕМ?

Камидзё говорил это, задыхаясь.

Если бы не это дело, Мотохару Исучимикадо мог бы забыть о своих обязанностях шпиона и веселился бы на Дайхасейсай. Если бы не было никакого задания, вероятно, он развлекался бы со всеми.

То же самое касается и Магнуса Стейла.

Если бы Ориана не начала всё это, не было бы необходимости в битве. Он бы не приехал в Академгород. Даже если бы он и приехал сюда, то только чтобы навестить свою давнюю коллегу, Индекс.

И Сейри Фукиёсе.

Хотя Камидзё не понимал, почему она хотела быть членом оргкомитета. Но раз её никто не заставлял, а она вызвалась добровольно, должно быть, у неё была какая-то цель.

Для профессионального мага это могло быть банальным.

По сравнению с «Пронзающим мечом», который может потрясти мир, это могло ничего не значить.

— Я не знаю цену этого «Пронзающего меча». Я в самом деле не чувствую, как эта вещь может изменить историю, и как мир изменится после этого.

сказал Камидзё.

— Но вот что я знаю. Причинять вред окружающим по такой глупой причине неправильно. Если этот «Пронзающий меч» приводит к таким бесполезным результатам, я разрушу его этой своей рукой.

Услышав это, Ориана Томсон засмеялась, как будто это были слова, не стоившие, чтобы их слушать, бессмысленная шутка, над которой кто угодно посмеялся бы. Как и люди, которые были вовлечены в это дело, эти слова не имели никакого значения.

Она сказала:

— Если в этот раз, если я скажу, что из-за своей работы я не испытываю чувств по этому поводу, может быть, от этого я покажусь немного холодной. Но сказать это таким образом… может быть нечестно по отношению к моему клиенту.

В её голосе не было тяжелых чувств.

— Конечно, я должна выполнить свою задачу. Что касается того, как я это сделаю, просто положись на эту сестрёнку.

Жар внутри Камидзё начал бурлить как ураган.

Он заскрежетал зубами с такой силой, что казалось, его коренные зубы вот-вот сломаются.

— НЕ ОТНОСИСЬ…

Он сжал правую руку в кулак.

— …К ЖИЗНИ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ КАК К ИГРЕ…!!!

Он нанёс прямой удар правой рукой.

Увидев Камидзё таким, Ориана продолжала улыбаться.

И казалось, что сейчас она по-настоящему счастлива.

===Часть 3===

Расстояние между Камидзё и Орианой составляло всего 10 метров.

Но Камидзё не мог достать её кулаком.

Ориана двинула левой рукой, отрывая карточку из набора.

На этом листке плотной бумаги были написаны зелёным слова ‘Wind Symbol’

На дороге появилась ледяная стена толщиной около полуметра, отделившая Камидзё от Орианы.

Камидзё и Ориана обменивались взглядами сквозь эту прозрачную ледяную стену.

Не глядя на ледяную стену трехметровой высоты перед собой, Камидзё ударил её правым кулаком.

Дзынь!!!

Послышался звук бьющегося стекла.

В момент удара ледяная стена разлетелась вдребезги, словно внутри неё взорвался порох.

Но Камидзё не увидел Ориану перед собой.

Её фигура разлетелась вместе со льдом, словно портрет, нарисованный на стекле.

Камидзё открыл рот от изумления, не понимая, что происходит.

«Функция льда…»

Внезапно он почувствовал холодок.

«…преломление… света?!»

Возле него что-то запрыгало.

Как раз когда его глаза сощурились из-за налетевшего порыва ветра.

Пау!

Он почувствовал, что его щёки что-то рассекло.

Густая жидкость потекла по его раненому лицу до того, как он почувствовал боль.

— Хм. Эта острота так возбуждает, да?

На краю поля зрения Камидзё показалась Ориана, тут же вырвавшая ещё одну карточку из набора, активируя новое заклинание.

Сверхтонкие каменные лезвия полетели, глубоко вонзаясь в лицо Камидзё.

— Хо-хо, я ощутила это, когда впервые взяла тебя за руку. Подумать только, сколько странных детей собралось в Академгороде.

Дамочка должно быть, говорила о правой руке Камидзё.

Но у Камидзё в данный момент не было времени отвечать.

Не нужно было касаться ран, чтобы почувствовать, насколько они глубоки.
Подумать только, что Ориана может использовать это заклинание, чтобы вырубить врага, раны которого достаточно серьёзны, при помощи звука, созданного листком бумаги!

«Чёрт, чёрт…»

Камидзё почувствовал разливающийся по телу холодок и невольно закрыл уши руками.

Увидев это, Ориана зажала губами другой листок бумаги.

— Следующим будет теневой меч. Эта сестрёнка не даст тебе соскучиться, ага?
Когда она порвала карту, размахивая левой рукой, в руке у неё появился тёмный меч. Меч, который может растягиваться до любой длины, протянулся на семь метров, и ударил в тень Камидзё на земле. В этот момент…

БУМ! Тень у ног Камидзё взорвалась.

Тело Камидзё подбросило в воздух, словно он наступил на мину. Он завертелся в воздухе, как стрекоза, сгруппировавшись прежде, чем упал обратно на землю.

Рука, которой он ударился об асфальтовый тротуар, болела, но по сравнению с этим…

«Почему? Почему она не пользуется техникой, которой вырубила других, вроде Тсучимикадо?!»

Несмотря на облегчение по поводу своего спасения, Камидзё ещё больше забеспокоился о том, что теперь он не мог понять, о чём думает его враг. Она же не могла забыть о том, что у неё была козырная карта, которая могла побить противника.

Ориана, которая теперь была в выигрышном положении, отскочила от Камидзё, удерживая дистанцию.

Увидев изумлённый вид Камидзё, Ориана незаметно рассмеялась.

— Хмф, этой сестрёнке неинтересно использовать одно и то же заклинание снова и снова.

Она непринуждённо сказала:

— Пять элементов составляют основу современной западной магии. С точки зрения алхимии, они могут быть у любого, но это только прелюдия. Хотя их легко использовать, с другой стороны и врагу легко распознать атаки, и применить защитное заклинание для противодействия. Разве не стоит побеспокоится о том, что действуешь слишком просто, если собираешься использовать заклинание в настоящей битве. Эта сестрёнка не хочет, чтобы враг заскучал, и потому приготовила много этих карточек, так что эти магические тексты надо отрывать, как листки календаря. Вот…оно…как.

Камидзё проигнорировал слова Орианы и постарался сократить расстояние между ними.

Видя действия Камидзё, Ориана оторвала ещё один листок.

После этого сзади на Камидзё налетел сильный порыв ветра. Подталкиваемый ветром в спину, Камидзё начал прибавлять скорость так, что его ноги начали спотыкаться. Когда расстояние сократилось, Ориана подняла транспарант, который держала справа, и, крутнувшись, врезала им по челюсти Камидзё.
С глухим звуком Камидзё согнулся пополам, и начал падать назад.

— Ке… АААА…!!!

Дыхание и мышление Камидзё остановились одновременно, и он не мог даже сказать, где верх, а где — низ. Все четыре стороны света перемешались, и закружились вокруг него. Даже в таком состоянии, Камидзё все равно оперся рукой о землю, поддерживая себя, и пытаясь встать.

— Хм.

Ориана оторвала ещё одну карточку.

— Такой бесполезный, мы только начали играть, а у тебя уже сил в ногах не осталось?

Активировалась некая сила.

Из-под спины лежавшего на асфальте Камидзё вырвалось что-то вроде пара, подбросив его в воздух. В этот раз у Камидзё не было достаточно времени, чтобы защититься в то время, как он катился по земле.

Пытаясь осмыслить ситуацию, в которой он находился, Камидзё изо всех сил старался остаться в сознании, хотя мог потерять его в любой момент.

— Ух…

Теперь даже течение его мыслей прервалось от боли.

Камидзё стиснул зубы, пытаясь выдержать исключительно острую боль, распространившуюся по всему телу.

— Чёрт… почему?

Камидзё продолжал думать, но в его голове появлялись только сомнения.

— … Она же сказала, что не будет использовать то же самое заклинание во второй раз. Так почему же так много разных…

Он не знал, что это за четыре или пять основ, о которых она говорила. Всё, о чём он знал — это о комбинировании цветов и названий. В такой ситуации, постоянно используя эту магию снова и снова, можно очень быстро исчерпать все комбинации.

— Хо-хо-хо. Комбинации работают не так вот просто. Ты должно быть, можешь сказать это по этой сестрёнке, верно?

Ориана левой рукой поднесла ко рту ещё одну карточку.

— !

Камидзё невольно напрягся, но он не мог передать усилие всему телу.
Видя, что парень перед ней движется довольно медленно, Ориана не атаковала, вместо этого просто облизывая листок бумаги: короткую сторону, затем уголок, затем длинную сторону.

Ошеломлённый Камидзё смотрел на то, что делает Ориана, и наконец, с большим трудом сказал:

— … Край? Это как-то связано с краем, когда ты держишь карточку во рту?

— Умм. Это ещё одно требование. Это основа западной астрологии. От нуля градусов до 9 градусов, от 171 до 189 градусов, от 81 до 99 градусов, от 111 до 129 градусов, от 54 до 66 градусов, от 0 до 1 градуса, и есть ещё правила для этих координат. Теория заключается в том, что отношения между планетами и созвездиями имеют разные функции в зависимости от угла. Хочешь, чтобы я прочитала тебе лекцию о соотношениях между звёздами, цветами и элементами?

Ориана ухмыльнулась.

— Поскольку эта сестрёнка добавила номера страниц, чтобы их различать, строго говоря, я не могу повторно использовать то же заклинание. Вроде того как потерянное время уже не вернёшь, перелистнутые страницы уже нельзя восстановить.

Она передвинула карточку, слегка увлажнившуюся по краю, вдоль верхней губы.

— Это ограничение для сестрёнки. Как бы упорно я ни продолжала писать магические книги, «оригинал» не стабилизируется, и будет продолжать терять контроль и саморазрушаться. К тому же, мои слова слишком неразборчивы, чтобы их можно было понять. Моя сила и как заклинателя и как мага всего лишь полуфабрикат.

Ориана слегка прищурила глаза.

— Тем не менее, по этой причине эта сестрёнка продолжает писать магические книги, чтобы создать новые заклинания. Поскольку сестрёнка знает, что она использует полусырой оригинал, каждая книга может продержаться не больше часа, а то и может разрушиться за несколько секунд. Поскольку я осознаю, что проиграю, если только остановлюсь, чтобы пойти на компромисс, эта сестрёнка хочет продолжать совершенствоваться — это называется «не забывать свои первоначальные намерения», верно?

Сказав это, Ориана прикусила зубами намокший кусочек бумаги.

Но в этот раз она её не оторвала.

Она положила листок бумаги на язык, и, почти не двигая ртом, сказала невнятным голосом.

— Сейчас вот я собираюсь использовать символ ветра, написанный красным. Угол при соединении равен 0 градусов, общее число страниц 575, заклинание одноразового действия типа «Светло окрашенный разящий топор». Я тебя предупредила.

Она выдержала паузу.

— Если шевельнёшься — умрёшь, — заявила Ориана.

— Но если ты не шевельнёшься, то на следующем ходу сдашься. Ты больше не ребёнок, так что решай, что тебе следует делать — выбери себе яд по вкусу.
Ориана сдвинула в сторону листок плотной бумаги. На нём, тянущемся от металлического кольца, были красные слова ‘Wind Symbol’

«…»

Камидзё упёрся рукой в землю, поддерживая себя, пытаясь встать, но его тело, которое всё ещё дрожало, не могло сразу же отреагировать. Ему было тяжело даже просто упереться коленом в землю.

Он подумал, что хорошо, что никого больше рядом нет. Если бы это увидели, возникло бы замешательство.

«Не двигайся…ага?»

Помня, что сказала Ориана, Камидзё почувствовал, как нечто ползёт под землёй. Ориана была в центре круга метрового радиуса. За пределами круга были структуры, похожие на ветви деревьев. Они выглядели как сосуды в глазном яблоке, наполненные кровью. Структуры прошли мимо Камидзё, через улицу, под велосипедами, машинами, дорожными знаками, и добрались до лежавшего на земле Тсучимикадо.

— Ты умрёшь, если пошевелишься.

Структуры на земле издавали раздражающий вибрирующий звук.

Камидзё вяло подумал, что с тем же успехом может признать поражение. Он совершенно не был в состоянии предвидеть, какую атаку предпримет Ориана в следующий раз, и потому не мог придумать никакую стратегию противодействия. К тому же, она сказала, что он пострадает достаточно сильно для того, чтобы остановилось сердце, если попадёт прямо под следующую атаку.

«Если я не двинусь, на следующем ходу мне поставят мат».

Разница между вариантами в том, что в последнем случае «проблема будет решена без того, чтобы убить его». Вероятно, его просто вырубит, как Тсучимикадо. Вот и всё.

После этого Ориана убежит, но Стейл по-прежнему будет её преследовать. От того, что Камидзё свалится, схватка не будет проиграна. Даже если дилетант не справится, никто его не будет за это винить. Разве профессионал Тсучимикадо тоже не потерпел поражение? Для него неразумно продолжать сопротивление.

«Тогда, дальше мне следует…»

Но Камидзё продолжал сжимать свой правый кулак.

Он сжал его с такой силой, что ногти впились в ладонь. Внезапный прилив силы воли наполнил его руку силой.

Затем он отдал приказ своим слабым ногам, и, пошатываясь, встал.

Чувство страха и сопротивление продолжали бурлить в нём, но он думал: «Могу ли я забыть о том, что сказала Сейри Фукиёсе: «Ты как-то планируешь, чтобы Дайхасейсай удался? Ты бесполезный парень…»

«Не важно, что враг — профессиональный маг, или что тут замешана важная сделка, мне до этого нет дела! Фукиёсе-сан сама решила войти в оргкомитет Дайхасейсай, и упорно трудилась до сегодняшнего дня. Именно сейчас её усилия вот-вот пойдут насмарку! Должен ли я сидеть здесь и ничего не делать? Сможет ли Тоума Камидзё вот так просто это уладить?»

— ОО…АААААААААААААААААААА!!!

Камидзё зарычал, используя все свои силы, чтобы рвануться вперёд. Он не удержал равновесие, и казалось, что он находится в самолёте, попавшем в зону турбулентности, но тем не менее, он определённо бежал вперёд.

В этот момент Ориана выплюнула листок бумаги, который она прикусила.
Заклинание немедленно активировалось, целиком и полностью.

===Часть 4===

«Светло окрашенный разящий топор».

От Орианы, находившейся в центре, энергия передалась узорам, подобным кирпичам, вырезанным на стене, или капиллярам окружающим зрачок, наполняющимся кровью.

Вакуумные лезвия начали бешено раскачиваться.

На земле, там были нарисованы многочисленные узоры. Желобки смотрели наружу как смотрящие наружу топоры. Лезвия колебались вверх-вниз, и общее количество составляло 208. Словно раскинувшаяся паутина, мир лезвий врезавшихся в что угодно над ними.

«…! Ты, придурок малолетний!!!»

Ориана Томсон заскрежетала зубами.

На первый взгляд это казалось беспорядочной атакой, но на самом деле она старалась, чтобы лезвия не задевали стоящего Камидзё. Тем не менее, Камидзё проигнорировал это, и шагнул наружу.

Первоначально Ориана намеревалась использовать вакуумные лезвия, выходящие из земли, чтобы окружить Камидзё и заставить его замереть неподвижно, прежде чем лишить его сознания. Подобно тому, как она не убила профессионального мага Тсучимикадо, Ориана в первую очередь находила, что если кто-то умрёт, это помешает её «работе».

В тот момент, когда Камидзё ступил наружу, заклинание начало активироваться.

Вакумные лезвия, выстреливавшие из земли, избегали зону безопасности, в которой никого не было. 208 вакуумных лезвий начали безжалостно резать дорожные знаки и велосипеды, которые находились над узором.

Тем не менее, он выбежал из зоны безопасности и прыгнул в вихрь лезвий.
Всё, что его ожидало —быть изрезанным, истечь кровью и умереть.

Тем не менее.

«!!!»

Тело Камидзё не было изрезано.

Многочисленные лезвия вылетали из-под земли, и 208 острых как нож гильотины лезвий рассекали воздух вокруг него — но на него это не действовало. Просто так случилось, что он прыгнул в зону, где вылетало меньше лезвий. Место, в котором стоял Камидзё, можно было считать второй зоной безопасности, подготовленной Орианой. Ориана не понимала, как он это вычислил, или же это было просто совпадение.

«Если так!!!»

Ориана использовала ожидающее заклинание. Чтобы суметь сбежать с этого поля лезвий, приготовила ли она его на самом деле или нет, вся область разделена лезвиями, так что то, что сделал Камидзё было просто перебежкой из одной дыры в пчелином улье к другой.

Ему не удастся ускользнуть.

Тем не менее, предсказания Орианы снова оказались неверными.

— УУУУХ!!!

Камидзё, взревев, махнул правой рукой по вакуумным лезвиям перед собой. На первый взгляд, это выглядело идиотским поступком, из-за которого ему отрежет руку, тем не менее, вакуумные лезвия разлетелись вдребезги.
Не только лезвия перед ним разрушились, эта же судьба постигла все выпущенные Орианой лезвия.

Хрусть! В следующий момент послышался звук, с которым что-то ломается.
В этот момент Камидзё уже сделал шаг вперёд.

Осталось три шага. Расстояние между ними вот-вот могло сократиться до нуля.

«Что?!... Подумать только, что его правая рука может нейтрализовать их до такой степени!!!...»

Ориана, не понимавшая, что происходит, сосредоточилась на противнике, который был прямо перед ней. Она закусила карточку, на которой жёлтыми буквами была написана команда.

На этот раз она собиралась использовать заклинание «Спящий ветер». Оно действует как пневматическая пушка, и при прямом попадании в цель лишает противника сознания. Это атака, которая выводит из строя, не причиняя вреда. Первоначально она собиралась позволить удару пневматической пушки пройти через лезвия и попасть в окруженную ими цель. Можно было сказать, что это было нечто совершенно неожиданное.

Даже если это было совершенно неожиданно, Ориана выстрелила из неё без колебаний.

— Попробуй-ка это!!!...

Прежде, чем она закончила фразу, правая рука Камидзё уже отшвырнула кулаком фронт «Спящего ветра». Разрушенная пушка беспорядочно полетела прочь и растворилась в воздухе.

«По…почему?!»

Пока она пребывала в шоке, Камидзё сделал ещё шаг вперёд. Осталось два шага. Ориана была в ситуации, в которой не могла понять, что происходит. Враг был перед ней, но она не знала, как реагировать на него.

«Как он смог среагировать?! Даже если у него особенная правая рука, как мог дилетант предсказать мои атаки?! Должна была быть какая-то подсказка, это…»
Враг сделал шаг вперёд. Ещё один шаг.

Ответ появился в сознании Орианы как электрический разряд.

«Ах, да. Я не могу повторно использовать одну и ту же магию! Другими словами, каждая атака новая и приходит с нового направления! Значит, он знает ответ…»

Ориана Томсон не может повторно использовать то заклинание, которое она уже использовала.

Другими словами, каждое место, которое подверглось атаке, не будет подвержено такой же атаке.

Конечно, место, которое атаковал огненный меч, можно атаковать ледяными пулями. Но область охвата атак мечом и пулями разная, и эта разница создаёт лазейки.

То, что сделал Камидзё было передвижением по тем местам, которые подверглись атаке. Раз похожих атак не будет, другими словами, ему нужно беспокоиться только об атаках другого типа, и реагировать на атаки становится намного легче. Выглядело это так, словно кто-то рассказал ему, что пока следующая атака будет сдерживаться, будут «каналы бегства», которыми можно воспользоваться.

«Что? Первоначально я продолжала использовать одни и те же заклинания чтобы закрыть все тупики и чтобы враг был неспособен подумать о мерах противодействия. В конечном итоге это…»

Губы Орианы невольно скривились.

Она не знала, что это была за улыбка, но знала, что улыбается.

«…закончилось тем, что само стало тупиком, и я сама дала врагу подсказку, как этому противодействовать! Ха-ха, какой славный мальчик. Эта сестрёнка больше всего любит такую находчивость!!!»

В одно мгновение оба они оказались в пределах досягаемости друг для друга.
В данный момент Ориана не могла позволить себе роскошь использовать эти карточки. Она махнула вниз транспарантом, который держала правой рукой, и на этот раз она целилась в голову Камидзё.

Однако, Тоума Камидзё уклонился в сторону. Используя одну ногу как опору, Камидзё уклонился в сторону. Транспарант оцарапал Камидзё нос и со свистящим звуком ударился об асфальт.

«…!!!»

Ориана Томсон без слов просто посмотрела перед собой.

И в этот самый момент правый кулак парня поразил её в упор.

— ОО…

Камидзё взревел, выдохнув весь воздух из лёгких.

— ААААААААААААААААААААААА!!!

Сконцентрировав всю силу и скорость тела в правом кулаке, Камидзё нацелился в центр лица Орианы Томсон. Сотрясение от удара отдалось от его плотно сжатого кулака в запястье, руку и плечо.

Хрусть!!!

С этим громким и высокопарным звуком, тело Орианы отлетело назад.
Вот так вот Ориана, окружённая силой, увеличенной импульсом Камидзё, повалилась на землю и покатилась по асфальту.

При этом транспарант выпал из её расслабившейся руки и упал рядом с Камидзё.

Камидзё почувствовал, что его правый кулак слегка онемел.

«Я победил?... Я сумел сорвать сделку по поводу этого магического инструмента, «Пронзающего меча»?

Как бы там ни было, то, что носила Ориана, попало в его руки. Хоть он всё ещё беспокоился о потерявшем сознание Тсучимикадо и партнёре по сделке, который проскользнул в Академгород, было похоже, что они предотвратили самую большую опасность, да?

— Хо…

Как раз когда Камидзё думал обо всём этом, он услышал этот смех, разносившийся с ветром.

Камидзё резко обернулся и посмотрел.

— Хо-хо, а ты и правда грубый. Смотри-ка, у меня пуговица оторвалась!

Ориана, лежавшая на земле, приподнялась, как будто только что проснулась. Её правая рука, в которой она раньше держала транспарант, теперь была прижата к груди, поскольку её блуза теперь была нараспашку.

«Не… не подействовало?!»

Камидзё был несколько ошеломлён. Напротив, похоже, Ориана не обращала на это внимания.

— Хм. Эта сестрёнка вовсе не боевая королева с накачанными мускулами, но твои движения не прямолинейные и траектория немного отклонилась в сторону. Ты ранен, так что твоё чувство равновесия тоже немного сбилось, так что удар не вышел таким сильным. Ах, да, в общем-то…

Она сделала паузу, и затем продолжила:

— … учитывая, что это удар дилетанта, не так-то уж плохо. Но для сестрёнки, которая привыкла противостоять другим, распознающим атаки и противостоящим им, это немного не соответствует стандартам.

Сказав это, она вытянула левую руку с карточкой ко рту.

Камидзё насторожился всем телом, но на него нахлынула боль от всех полученных ушибов. Из-за этой боли его тело не смогло двигаться мгновенно.

— !!!

Увидев, как лицо Камидзё исказилось от боли, Ориана со счастливым видом оторвала ещё один листок.

Но как ни странно, она не начала новую атаку.

Порыв ветра окружил Ориану, и в одно мгновение её унесло мини-торнадо.

За секунду Ориана проскочила в промежуток между потолком пассажа и домами, и достигла крыши дома.

Даже несмотря на то, что брошенный ею транспарант остался у ног Камидзё.
С другой стороны, «Пронзающий Меч» был предметом важной сделки.

Стоя на краю крыши Ориана обернулась и оторвала губами карточку.

— Оставлю эту вещь тебе. Но ты же не думаешь, что всё закончилось, эй? Настоящая жара начнётся позже.

Похожий на шёпот голос отчётливо достиг Камидзё, словно передавался по воздуху. Он посмотрел на «Пронзающий Меч» на земле, затем повернулся чтобы взглянуть на Ориану на крышу.

— Почему?

В его голосе звучало сомнение, и, хотя он говорил тихо, похоже, звук достиг ушей Орианы.

— Зачем спрашивать почему?

— «Пронзающий Меч» в моих руках. И к тому же, ты не загнана в глухой угол, так почему ты отступаешь так легко?...

Ориана мягко рассмеялась.

— Почему, ага? Разве не интересно докопаться до причины?

Она прыгнула к центру здания, так что Камидзё, смотревший вверх, не мог увидеть её под этим углом.

Фигура Орианы исчезла из промежутка между потолком пассажа и стеной здания.

— Подожди! Заклинание, которое ты наложила на Тсучимикадо…!!!

Камидзё неожиданно закричал, но Ориана уже исчезла. Потолок пассажа полностью скрывал небо. Она могла спрятаться в домах или же могла перескочить на другое здание.

Всё, что он слышал, был голос.

— Действие заклинания длится не более 20 минут, после этого оно прекратится. Ты действительно экстрасенс, которому нравится волноваться.

После этих слов больше ничего не было слышно.

Камидзё оглянулся по сторонам. Фигура и голос Орианы полностью исчезли.

===Часть 5===

Похоже, Тсучимикадо придёт в себя нескоро.

Камидзё задумался о том, следует ли ему преследовать Ориану, но в конце концов решил остаться на месте. Он не мог оставить бессознательного Тсучимикадо и «Пронзающий Меч», замаскированный под большой транспарант. Если бы он побежал с ним, это бы его замедлило, а если бы им снова завладела Ориана, это бы только насыпало соли на рану.

Так что Камидзё решил позвонить Стейлу.

Но он не знал номер телефона Стейла. Хотя Камидзё и чувствовал себя немного виноватым, он решил порыться в карманах Тсучимикадо и воспользоваться его телефоном. Пролистав список звонков, он нажал кнопку вызова.

Предложение Стейла было простым и незамысловатым.

— Ладно, тогда уничтожить «Пронзающий меч» твоей правой рукой будет легче лёгкого. Сделав это, мы сорвём сделку, которую запланировала Лидвия Лоренцетти. Я не в курсе ситуации со службой безопасности Академгорода, но они должны были получить сообщение о загоревшемся автобусе. Прежде чем кто-то туда доберётся, поторопись и уничтожь эту вещь, а затем исчезни.

— Но правильно ли будет вот так просто уничтожить его? Если мы разозлим Ориану и остальных, не нападут ли они на Академгород?

— Если они это сделают, то попадут в окружение. Это Академгород, и для магов это будет всё равно что оказаться посреди вражеского лагеря. Если они спокойно запланировали эту сделку, они так же спокойно уберутся отсюда. Даже если у них будут разногласия между разными группами, они разберутся с ними, когда доберутся до безопасного места. Для магов это место слишком опасно.

Академгород — опасное место. Для Камидзё, который почти всё время жил здесь, такое объяснение звучало нереальным. Но раз так говорил профессионал, Камидзё решил его послушаться.

— Задание понял. Своей правой рукой я разрушу «Пронзающий меч».

— Поторопись. Я переговорю с начальством, что делать дальше.

Закончив говорить, Стейл дал сигнал отбоя.

— Ты что, не можешь хоть «пожалуйста» сказать?

Камидзё прервал звонок и положил телефон обратно в карман Тсучимикадо. Видя, что Тсучимикадо вообще никак не реагирует, Камидзё почувствовал озноб, но, если хорошо прислушаться, слышно, было, как он дышит, словно во сне. Похоже, что его жизнь вне опасности.

— Ладно.

Сказав это, Камидзё повернулся и посмотрел на транспарант, который упал на землю.

Это был большой прямоугольный транспарант, завёрнутый в белую ткань. Возможно, из-за длины и ширины «Пронзающего меча», лишние области были заполнены другим материалом, чтобы сохранить прямоугольную форму. Хоть он и был завёрнут в ткань, если бы проявилась форма меча, это сразу же привлекло бы внимание.

Простого использования силы Разрушителя Иллюзий было достаточно для уничтожения «Пронзающего меча». Камидзё решил развернуть белую ткань, чтобы увидеть, сможет ли он и в самом деле разрушить его.

— Ух!... Что это? Это… довольно сложно.

Это выглядело имитацией того, как заворачивают ремесленные изделия, поскольку ткань была обмотана довольно туго. Узлы были завязаны настолько профессионально, что трудно было развязать их, не зная, даже, с чего начинать. Это была не верёвка, которую он мог бы просто разорвать силой. Камидзё, у которого ум за разум заходил, мог только тянуть ткань, и, через некоторое время, по крайней мере почувствовал, что ткань поддаётся.

Как только высвободилась одна сторона, ткань, которой был обёрнут предмет, потеряла жесткость. Камидзё разматывал один слой ткани за другим, и завёрнутый в них предмет постепенно начал проявлять свою первоначальную форму.

«Какой формы этот «Пронзающий меч»?

Думая об этом, Камидзё стянул ткань.

Но, сделав это…

Он не увидел «Пронзающий меч».

— Что?

Камидзё невольно перестал разматывать ткань.

Словно мумия, появляющаяся из-под бинтов, из-под белой ткани показался предмет. Это был тонкий длинный транспарант. Похоже, этот транспарант, тонкий кусок железа, покрытый краской, сделали ученики, и это украшение, которое должны были поместить на ученический лоток во время Дайхасейсай. На нём изящными знаками было написано «Мороженое».

Но.

— Что… это такое?

Разве транспарант - не маскировка? Перевозить «Пронзающий меч» в Академгороде было бы слишком очевидно, и с такими габаритами практически невозможно засунуть его в сумку. Так что Ориана переоделась в художницу, замаскировала «Пронзающий меч» под транспарант, обернула его в белую ткань, и затратила некоторые усилия на то, чтобы позволить окружающим увидеть его.

Но никто не ожидал, что она возьмёт настоящий транспарант.

Все предположения на этот счёт провалились.

Где же «Пронзающий меч»?

Почему Ориана появилась перед ними только для того, чтобы сбежать?

Верны ли предположения, о которых говорили Магнус Стейл и Мотохару Тсучимикадо?

К тому же, действительно ли сделка заключается по поводу «Пронзающего меча»?

— Что здесь происходит? — пробормотал Тоума Камидзё.

Никто не мог разрешить его сомнения. Профессиональный маг Тсучимикадо был без сознания, а той, кто это спланировал, Орианы Томсон, поблизости не было.

Но он продолжал задавать вопрос.

Тот же самый вопрос.

— Что здесь происходит?...

===Между строк 3===

Ориана Томсон шла по улице.

Она была у временного лотка с одеждой, установленного возле большого универмага. Из опасений террористических актов, на время Дайхасейсай автоматические камеры хранения не использовались. Вместо них использовали гардеробы, которые «сберегали товары и хранили их вручную».

Ориана дала пластиковый жетон с номером дежурной, молодой женщине, которая удивлённо посмотрела, думая, зачем художнице понадобился гардероб. В ответ Ориана улыбнулась и сказала: «Если я буду невнимательна к своим вещам, могу заляпать краской кошелёк». Дежурная кивнула, показывая, что поняла.

Ориана взяла сумочку и вышла из гардероба.

Внутри сумочки был не кошелёк, а одежда.

Поскольку у неё больше не было транспаранта, маскировка под художницу привлекла бы слишком много внимания. Было бы неестественно, если бы она была в рабочей одежде, и просто бродила бы без дела. К тому же, вторая пуговица на её блузе оторвалась во время схватки. Хотя первая и третья пуговицы были в порядке, поскольку грудь у неё была довольно большой, её было видно в прореху.

«… В этот раз я использовала довольно много заклинаний. Ну в самом деле, немало людей, которых я сейчас очень хотела бы приласкать».

Хотя в распоряжении Орианы было довольно много заклинаний, было ограничение, не позволявшее использовать заклинание повторно, так что ей надо было сделать паузу и подумать, что может случиться дальше, и использовать любые средства для битвы. Но в этот раз она использовала два «убийственных заклинания», которые никогда не ожидала использовать, лишь для того, чтобы враг ускользнул. Хотя она была удовлетворена великолепными результатами, от одной мысли о том, что она не сможет воспользоваться этими заклинаниями во второй раз, ей становилось немного грустно.

— Можно ли считать, что я встретила достойного противника? Нужно переодеться прежде чем я придумаю меры противодействия.

Ориана пробормотала это, оглядываясь в поисках места, где могла бы переодеться. Если она войдёт в здание в одежде художницы, то привлечёт слишком много внимания.

«Ничего, я могу переодеться где захочу».

Ориана живо приняла это решение, выйдя с этой переполненной улицы с двусторонним движением. Зайдя в переулок, в котором никого не было, она опустила на землю свою сумку. Похоже, она действительно решила переодеться здесь.

Она собиралась закончить свой доклад во время переодевания, так что оторвала ещё одну карточку, и прилепила её к земле скотчем.

На пыльной поверхности появилась горизонтальная строчка оранжевых слов.

Это было заклинание, которое работало как дисплей, преобразовывавший голос её начальницы, Лидвии Лоренцетти, в текст.

— Это срочно? Ты каждый раз связываешься со мной новым способом. То, что мне приходится получать эти сообщения, причиняет мне хлопоты.

— Хм. Такая уж политика у сестрёнки, так что пожалуйста, будьте немного снисходительнее.

Слова Ориана тоже появились в виде текста у её собеседницы.

Рассказывая, она расстегнула пуговицу на своей рубашке. От одного этого одежда распахнулась, словно распрямилась пружина. Эта одежда в самом деле ей не подходила.

— Я пытаюсь сказать вам, что первая фаза завершена. Эта сестрёнка пытается сказать вам, что несмотря на то, что есть несколько проблемных вопросов, вы можете расслабиться, потому что я уже проверила те места. У меня даже было время на то, чтобы прогуляться.

Ориана высвободилась из тесной одежды и выдохнула, чтобы успокоиться. Затем она без колебаний стянула с себя топ. Поскольку она не носила лифчик, она оказалась полностью оголена до пояса.

— Ты сказала, что довольно много всего случилось, что именно произошло?

Первоначальный абзац исчез, и на карточке появилась новая стена текста, расположенного горизонтально, слева направо.

— Хм? Ах, это. Парень ударил меня прямо в лицо, и пуговица не выдержала; похоже, он видел мои груди. Нет, я уверена, что он их видел.

— … Как Сестра, которой полагается быть чистой и бедной, как можешь ты быть столь беззаботной по этому поводу?

Появился ещё один абзац. Это заклинание распознаёт слова и мысли, и предотвращает ошибки перевода. Иногда оно может даже показать тишину.

— Чёрт возьми, что это за высокомерное отношение? Разве по Ветхому Завету Адам и Ева не бродили по миру всего лишь с листочками на гениталиях? По сравнению с масштабом этого постыдного акта, случившееся со мной - ничто.

— …

Ориана взялась руками за брюки, прежде чем поняла, что её собеседница молчит. При виде этого молчаливого ответа на карточке, по её лицу невольно пробежала капля пота.

— Э, вот тебе на? Алё, алё? Только не снова, ну на что вы рассердились? Ладно, не плачьте, не плачьте. Эта сестрёнка больше не будет шутить о Библии.

— Я не плачу. В любом случае, что насчёт твоих ранений?

Долгая тишина исчезла и появился новый блок текста.

— О, ничего серьёзного.

Сказала Ориана. Она сняла туфли, пояс, и расстегнула молнию. Когда она взялась руками за верх своих брюк, отчего показалась небольшая часть её ягодиц…

— На самом деле я не могу сказать… что я совсем не пострадала… моё лицо немного опухло, и может быть, даже моё сердце могло быть пробито…

Внезапно, её тело покачнулось.

Ориана встряхнула головой, словно пытаясь не дать себе уснуть, и обоими руками начала стягивать брюки. По крайней мере, она носит брюки, и в то время, как её ноги высвобождались из них, равновесие её тела немного нарушалось.

— Это повлияет на план?

— Не повлияет, окей? Я могу сказать точно. Просто положитесь на эту сестрёнку.

Хотя её собеседнице не было видно, она изо всех сил попыталась выдавить улыбку. Теперь, одетая только в трусики, она наклонилась и открыла стоявшую у её ног сумку, чтобы найти сменную одежду. Её движения были ненормально плавными, и тело было таким гибким, что казалось, она может опереться на землю совершенно плоской ладонью.

— Ун. Сейчас эта сестрёнка собирается переодеться в свою боевую одежду. Мне будет легче работать, если я перестану производить впечатление рабочего своей одеждой…

Так что же мне выбрать?

Ориана продолжила рыться в сумке. Через раскрытую молнию было видно, что вся её одежда довольно причудлива.

В этот момент появилась строчка недоверчивых слов Лидвии.

— Что? Ты переодеваешься?

— Разве я вам раньше не сказала? У меня оторвалась пуговица и я практически обнажила свою грудь для окружающих, или возможно, они могли её видеть. Я больше не могу носить это, раз моя одежда порвалась. Вот как-то так.

— … Я пытаюсь сказать, как ты можешь быть столь легкомысленна по этому поводу?

Это моё личное дело, окей? — подумала Ориана, игнорируя собеседницу, и доставая несколько предметов одежды из сумки.

— К тому же, я забыла захватить транспарант, когда убегала. Если я одета в рабочую одежду, и у меня ничего не будет в руках, этой сестрёнке кажется, что это будет слишком неестественно.

— … Ты имеешь в виду?

— А, я вспомнила. Транспарант попал в руки врага.

— … Что происходит…

— Похоже, что его содержимое было раскрыто. И тот факт, что эта сестрёнка просто бегала с куском мусора, должно быть, ясен.

— Э, подумать только? Ладно, всё в порядке. Даже если дело с «Пронзающим мечом» раскрыто, на сделку это не повлияет. Нас не дисквалифицируют за одно то, что мы получили штрафные баллы. К тому же, настоящая битва выглядит по-другому. Даже если с нас снимут очки за обман, мы всё равно сможем добиться победы в конце.

Одетая в одни трусики Ориана обеими руками взяла лифчик и подтянула его к груди. Она начала взвешивать совместимость цветов и степень обнажения.

— Я завершу свою работу и не позволю никому помешать этой сделке. Неважно, кто это будет, никому не удастся сорвать сделку. Если сделка может принести всем счастье, это ещё более веская причина, чтобы я её осуществила, верно?

Это была её последняя фраза.

Она посмотрела на небо, говоря это.

Небо над Академгородом было настолько голубым и чистым, что оно было близко к тому, чтобы обозначать мир и спокойствие, хотя в него и взлетали отдельные фейерверки.

===Часть 6===

— Так значит, нас обманули, да?

Закончив беседу с главой Академгорода, Алистером Кроули, архиепископ Британской пуританской церкви Лаура Стюарт, у которой в подчинении было много людей, вздохнула. Прошло уже много времени с тех пор, как они поговорили, и, учитывая девятичасовую разницу между Японией и Лондоном, в Японии уже должен был быть полдень. Собор Святого Георга окружала темнота и тишина ночи, и собравшийся у земли холодный воздух.

Она сидела на стуле перед алтарём, и, поскольку её светлые волосы, длина которых вдвое превышала её рост, лежали на полу, легонько выдохнув, отвела руки назад. Схватив обоими руками свои слишком длинные волосы у самых корней, она с силой скрутила их, словно лозу. Она аккуратно сгребла переднюю часть своих волнистых волос, которые двигались, словно извивающаяся змея, и одной рукой заколола их серебряной заколкой. В одно мгновение она восстановила свою обычную прическу, которая выглядела, словно её волосы наполовину подстригли.

Хоть это и выглядело немного грубо, поскольку она приобрела в этом большой навык, её движения создавали прекрасное впечатление утончённости и изящества. Особенно когда светлые волосы колыхались волнами в лунном свете, этот свет был словно произведение искусства, с красотой, которая могла заполнить весь зал.

Один из двенадцати апостолов, Иоанн, однажды запретил женщинам отпускать длинные волосы, и заставил монашек коротко стричься и прятать волосы под чепцом.

Причиной тому было то, что длинные женские волосы привлекают мужчин и ведут их к грехопадению. В нынешние времена это кажется смехотворной, извращённой причиной… но волосы Лауры так сияли, что от этого любой мог передумать.

— Так значит, всё это правда?

Лаура сгребла одной рукой пачку документов, лежавших на её бёдрах, и помахала ими. Это был двадцатистраничный доклад Британского музея по поводу «Пронзающего меча».

На первый взгляд, это было просто случайное движение, но за ним прятались скрытые эмоции.

Такая эмоция называется гневом, и температура была исключительно низка.

Услышав, как Лаура говорит, как будто бы сама с собой, её собеседник сделал паузу, чтобы перевести дух и ответил.

Судя по голосу, это был мужчина средних лет.

— Мне правда очень жаль. Вы давно назначили нас, чтобы мы разобрались с этим, но до сегодняшнего дня мы этого вообще не нашли. В конце концов, мы продолжали давать неверные указания…

— Всё в порядке, не нужно так беспокоиться. Я не злюсь на вас. Кроме того, для вас было тяжело продолжать работать до этого времени.

Лаура почувствовала, что в свете, струившемся внутрь собора - возле входа - этот человек съёжился от страха. При виде этого казалось, что ему довольно-таки страшно быть в том же самом лунном свете, что и Лаура.

Его звали Чарльз Кондер.

Он был высшим авторитетом в археологии, и «хранителем» Британского музея.

В отличие от «исследователей», которые носились по всему миру в поисках артефактов для коллекций, его работой было хранение и реставрация этих предметов в Музее. Для того, чтобы занять должность, которой уже было 1000 лет, и хранить исторические предметы, некоторым из которых было 3000 лет, надо было иметь самые выдающиеся в мире «ум учёного» и «руки художника».

В данный момент он был на уровне, на котором считался компетентным, но его опыт был нераспознан.

Среди предметов, с которыми они имели дело, было довольно много магических вещей… хотя люди, работавшие в Британском музее были обычными людьми, не имевшими ничего общего с магией, и даже глава музея не был исключением. Британская пуританская церковь поддерживала их советом по поводу этих предметов с теологической, религиозной и этической точек зрения.

Британский музей уже сам по себе был знаменит, и делал только общий набор персонала. Если бы они открыто организовали департамент магии, идея магии быстро распространилась бы по миру.

Сам Чарльз ничего не знал о том. что Британские пуритане связаны с магией, и не знал, что предмет, который он исследовал и о котором написал доклад является магическим. Преклонение, которое он испытывал перед Лаурой, не было вызвано страхом перед её настоящей «силой», но лишь искренней верой.

— Ах, да, Кондер. Есть кое-что, что мне и правду хотелось бы спросить у вас…

Да.

Так ответил тот человек из темноты.

Это не был немедленный ответ, скорее, он последовал за паузой. Лишь те, кто сразу мог почувствовать атмосферу в этой ситуации, мог бы сказать, что это благоприятное время.

У, Лаура, похоже, была удовлетворена, вглядываясь в тьму перед собой.

— … Кондер, вы слышали, как я выбираю слова, так смеялись ли вы надо мной когда-нибудь раньше?

— Что?

— Вы прячетесь в тёмном углу, чтобы скрыть это?

— Нет…нет… Я никогда не сделал бы такого как…

— Тогда с чего же ваш голос дрожит, вы, идиот? Все смеются над тем, как я подбираю слова! В сущности, это всё вина этого Мотохару Тсучимикадо, обучившего меня этому странному выбору слов…

— Уважаемая архиепископ, я слышал, что похоже, вы очень «некомфортно» себя чувствуете, разговаривая на японском.

— НЕ ГОВОРИТЕ МНЕ, ЧТО ВЕСЬ ЛОНДОН ОБ ЭТОМ СЛЫШАЛ!!!

— Пожалуйста, успокойтесь. В данный момент мы разговариваем на английском. Даже если вы и в самом деле не можете свободно говорить по-японски, к нынешней ситуации это не имеет никакого отношения.

— …

Кхм. Лаура намеренно кашлянула, чтобы скрыть своё смущение.

Похоже, что Чарльз Кондер сделал всё, что мог для того, чтобы успокоить её, но почему же Лаура по-прежнему чувствовала себя так горько.

— Простите меня… может быть, мы вернёмся к настоящей теме разговора.

— Разумеется.

Лаура изо всех сил постаралась сосредоточиться, и намеревалась продолжать обсуждение.

Чарльз плавно продолжал:

— В докладе также сказано, что хотя в нашем музее есть дубликат «Пронзающего меча», мы можем сделать вывод, что оригинал этого предмета не существует. Это могло произойти во время археологические времена, и таким образом, ошибка в нашем историческом наследии.

— Так в чём же состоит эта ошибка? — медленно спросила Лаура.

Британский музей стоит на археологической точке зрения, что может дать Британским пуританам, основывающимся на магии совершенно другие данные, так что это можно рассматривать как исключительно ценное мнение.

— Да, вы получали и раньше доклады такого рода, верно? Как, скажем… рисунки Наска <ref>рисунки Наска находятся примерно в 400 километрах к югу от столицы Перу, Лимы. Их более 300, и сделаны они людьми культуры наска, существовавшей с 509 г. до н.э до 1500 г. н.э. Некоторые рисунки непонятны, но другие очевидно изображают растения и животных, например, колибри, обезьян, цаплю, кита, паука, цветы и т.д.</ref>, статуи моаи с острова Пасхи, нашим местным примером может быть Стоунхендж… существуют многие исторические находки, которые мы обнаружили, но до сих пор не знаем их предназначения.

Чарльз согнулся в темноте.

— Затем начали происходить странные вещи, люди произвольно придумывали причины, по которым были сделаны эти вещи. Легенды и истории без доказательств, которые передавались из поколения в поколение, нарастали как снежный ком. Одним из примеров, которые легко понять мог бы быть портрет девы Марии.

— Мм, — ответила Лаура.

Портрет девы Марии (хотя и был издан указ о запрете во время борьбы за монотеизм в христианстве, он довольно популярен), почитается её поклонниками как «чудотворный предмет». Вначале был слух, что «дева Мария на портрете заплачет». Затем это превратилось в «каждый, кто коснётся портрета, излечится от ран», «каждый, кто повесит его у себя, сможет отогнать злых духов» и новые «наследия» продолжают возникать, такие, что их масштаб не может объяснить даже «Теория идола». Несмотря на религиозные вопросы, основываясь только на фактах, это невероятно.

— Значит, это так же? У католиков действительно есть магический меч, сделанный из мрамора. Но католики не знают, зачем он был сделан, поэтому дали своё собственное «разумное объяснение», и таким образом, оно продолжало распространяться, в конце концов став частью их наследия?

— Да. Но с точки зрения археологии в этом не было злых намерений. Люди это существа, которые используют не только теории, но и своё воображение. Помимо «Пронзающего меча» в этот раз, похожие сообщения приходили со всего мира. Так что мы не можем обвинять одних католиков…

Лаура подумала, что Чарльз говорит правду.

В сущности, таково и само христианство. Вначале слова Сына Божьего были записаны апостолами, и из них была составлена Библия. Но из-за разных толкований, люди не соглашались относительно точек зрения на Библию. В конце концов, это стало отвечать вкусам людей разных стран, и в процессе возникли новые религии. Это современное положение дел в христианстве, не важно, будь то католицизм, протестантство, британское пуританство, римский католицизм, русское православие и так далее, центром их веры определённо является Библия. Язык будет различаться от страны к стране, и «Библия, содержание которой подходит Британским пуританам» вообще не существует.

Даже так это привело к возникновению различных идей, что привело к различиям в вере.

Так что в истории такое не является ненормальным.

«…Или, возможно, римские католики намеревались скрыть правду о том, как «Пронзающий меч» был передан по наследству. Нет, возможно, это всего лишь предположения?»

Лаура потрясла головой из стороны в сторону.

Как бы то ни было, она могла подтвердить, что легенда о духовном оружии под названием «Пронзающий меч» была всего лишь слухом, который передавали люди, и что оно прежде всего не существовало.

Она не знала, зачем был сделан мраморный меч, но по крайней мере он не имел смехотворного эффекта «убить любого Святого, направив на него кончик меча».

Таким образом, значение сделки, которую должны были заключить в Академгороде, уменьшалось. От этого Лаура облегчённо вздохнула.

— Ну так смогли ли вы выяснить истинное наследие, скрывающееся за этим мраморным мечом?

— Да, госпожа. Поскольку это наследие продолжало нагромождаться, как снежный ком., у нас не было достаточно доказательств для поддержки. Но я боюсь, что эта запись выглядит верной.

Э? Лаура наклонила голову в сторону. Этой информации в докладе не было.

Похоже, что я действительно не могу полагаться только на магическую точку зрения. «Обычная» точка зрения археологии так же важна. Мысли Лауры понеслись вскачь.

— Честно говоря, этот предмет — не «меч».

— Что?

Лаура удивлённо нахмурилась. Она видела хранителя Британского музея, державшего дубликат «Пронзающего меча» в темноте. В темноте, он повернул белый мраморный меч.

— Это крест. Похоже, местные жители называют его «Апостольский крест».

— СВЯТОГО ПЕТ…?!

В этот момент Лаура Стюарт почти что перестала дышать.

— Вы хотите сказать, что это Крест святого Петра?

Пьетро - это другая форма имени Петра, одного из двенадцати апостолов. Даже те, кто незнаком с христианством, должны были по крайней мере слышать о «Базилике святого Петра», которая находится в Ватикане. Она по праву славится тем, что это самая большая церковь в сердце римского католицизма, крупнейшей религиозной секты в мире.

У Креста святого Петра есть теснейшая историческая связь с Базиликой святого Петра, и даже со всем Римом и Ватиканом. Это высший уровень духовного оружия во всём христианстве.

Он настолько опасен, что даже «Пронзающий меч» — духовное оружие, которое может убить любого Святого, невзирая на препятствия или расстояние — не может с ним сравниться.

Услышав громкое восклицание архиепископа, хранитель Британского музея должно быть, был шокирован. Это неудивительно, поскольку с самого начала Чарльз был авторитетом в области археологии, и ни малейшего понятия не имел о магии. Даже если он не знает, насколько опасно имя этого предмета, которое он назвал, с этим ничего не поделаешь.

Но Лаура — другое дело.

Поскольку она знала всё о магическом мире, и о мире христианства, она могла понять серьёзность вопроса. Она не смотрела на стоявшего в темноте Чарльза, погрузившись в свои мысли.

«Это плохо. Если это так, то значение сделки, планируемой этими людьми становится совершенно иным. Если они действительно хотят заключить эту сделку в Академгороде… »

«Апостольский крест».

Он действительно существовал в истории, но до сих пор римские католики никогда его не открывали. Можно сказать, что это высший уровень духовного оружия в исторических «легендах», который можно сравнить со святыми предметами, которые оставил Сын Божий. Если у него действительно есть эффект, описанный в книге…

«С окончанием этой сделки Академгород будет уничтожен. Нет, случится даже кое-что похуже этого», — пробормотала Лаура, сглотнув слюну.

На её лице появилась высокопарная улыбка.

Лаура подумала: что ей следует делать в этой исключительно сложной ситуации, чтобы извлечь наибольшую выгоду?

===Часть 7===

— «Апостольский Крест»… мы называем его Крестом святого Петра. В самом деле, что происходит?

Магнус Стейл пробормотал это, получив доклад по телефону.

Он был в кофейне на открытом воздухе, расположенной возле автобусного депо. В ней было десять столиков под зонтиками, один из них занял Стейл. Вместе с ним сидели Тоума Камидзё и Мотохару Тсучимикадо, который наконец пришёл в себя от попадания сонного заклинания, использованного Орианой.

На столике ничего не было. Они не ждали, чтобы сделать заказ, потому что ни у кого не было настроения есть или пить.

— Эй, что это за Крест святого Петра? Он что, сделан из какого-то материала, называемого петром?

— Пётр — это имя человека, дурень. Он был одним из двенадцати апостолов, и по легенде, владел ключами от рая. Но в данный момент мы будем говорить не об этом мифе, а о кое-каком другом историческом наследии.

— О другом?

Снова спросил Камидзё. Тсучимикадо, к которому ещё не вернулись силы, сказал:

— Этот человек по имени Пётр был тем… владельцем Святого Ватикана. Нет, строго говоря, Святой Ватикан был основан на участке земли, который оставил в наследство Пётр.

— Ватикан… это самая маленькая страна в мире?

Камидзё склонил голову в сторону и спросил. Стейл раздражённо выдохнул клуб дыма.

— Это название, «Город-государство Ватикан» было принято в 1929 году по Латеранскому договору. В прошлом оно называлось землей «Ватикан». Его территория в разные времена менялась, и на вершине могущества, он даже занимал весь Рим, территорию площадью 47 тысяч квадратных километров. Италия была похожа на Японию эры Сэнгоку; из-за внутренних раздоров Ватикан уменьшался в размерах по мере того, как единство Италии слабело.

— Вопрос в том, как основали Ватикан. Что католики сделали в первую очередь на той земле, которую оставил святой Пётр,?

Камидзё засомневался.

Может быть все они занимались сельским хозяйством на заброшенной земле, невольно подумал он.

— Они устроили могилу. Похоронили тело святого Петра и воздвигли крест.

Камидзё был шокирован.

Крестом святого Петра называется крест, который был установлен на могиле Петра.

Камидзё не выглядел так уж хорошо, но Тсучимикадо продолжал, не обращая на него внимания.

— С точки зрения католиков, поскольку в этом месте был похоронен Пётр, церковь не хотела, чтобы кто-то беспокоил его, так что они хотели приложить все усилия, чтобы сохранить его наследие. Вначале император Августин проявил уважение и построил церковь. В эпоху Возрождения была приятная крупномасштабная революция. На участке этого святого была построена Базилика Святого Петра, спроектированная Микеланджело — действительно самая большая церковь в мире.

Пётр умер в первом веке нашей эры, и старая базилика святого Петра была построена в 4 веке, а в 8 веке король лангобардов передал власть Ватикану. В сущности, был довольно большой разрыв во времени, но первой поворотной точкой была смерть Петра и устройство его могилы.

Выслушав это объяснение, Камидзё всё ещё не понимал, что происходит.

— Э… это что… такое место, где приносят жертвы этим великим людям?

— Ну, можешь и так сказать, ня. Однако, если ты подумаешь об этом с другой стороны, это вроде «установления власти при помощи мёртвого тела Святого».

Если так, действительно ли они пытаются обеспечить покой умершему или же используют могилу, чтобы привлекать туристов? Просто невозможно решить.

— Я всегда чувствовал, что… хотя я всё равно не знаю, после того, как это услышал. Римские католики что, такая компания, которая будут делать что-то подобное?

— Что? Есть люди, которые будут делать все такие вещи. Например, в Англии был архиепископ по имени Томас Бекет <ref>Томас Бекет был назначен на должность Архиепископа Кентерберийского королём Генрихом ІІ и был убит за то, что выступил против короля Генриха ІІ. Его деяния были отражены в фильме «Бекет», снятом в 1964 году.</ref> Его убила «Королевская семья» 29 декабря 1170 года в одной церкви. Эта церковь теперь Кентерберийский собор, основная база Британских пуритан, — закончив говорить, Тсучимикадо сделал небольшую паузу.

Затем он улыбнулся.

— Кентерберийский собор был расположен далеко от столицы, Лондона… но из-за смерти выдающегося человека он сразу же стал основной базой. Ситуация с убийством архиепископа Бекета привела к выступлению против «Королевской семьи», которое привело к тому, что «Королевской семье» пришлось признать независимость церкви — это место известно тем, что здесь родилось британское пуританство. Одно только обладание «землёй спящего Святого» оказывает значительное воздействие, Ками-ян.

Хотя Камидзё не понимал, он знал, что невзирая ни на что, любая церковь, у которой есть какие-то связи с Великим экспоненциально преумножит своё значение.

— … К тому же, эта штука, которую носит Ориана, не «Пронзающий меч», а это «Апостольское нечто», ага? Это что, тоже опасная штука? Или это вроде предмета искусства, у которого странное и редкое значение?

— И то и то. Но мы сосредоточимся на первом.

Стейл нетерпеливо выдохнул дым.

— Разве я не сказал этого раньше? Этот здоровый кусок земли в Ватикане — или, строго говоря, место, где было учреждено «христианство». Если так, то с другой стороны…

— Другими словами?

спросил Камидзё.

— Да, любое место, где есть «Апостольский Крест» будет под господством Римской католической церкви. Даже не исключая Академгород.

Подожди-ка, подожди-ка…?! Камидзё потерял дар речи.

Тсучимикадо едко сказал:

— О «Пронзающем мече» ходили слухи, что «это меч, который может пронзить дракона и пришпилить его к земле».

Он сделал паузу, перевёл дыхание и продолжил:

— Это громадное существо с огромными крыльями, которое будет или охранять спрятанное сокровище или желать резни, такой дракон имеет скрытое значение служения Божьим «Ангелам» или падшему «Дьяволу», ня. «Пришпилить дракона» имеет скрытое значение «превратить это место в Святую землю позволив Ангелам защищать это место»… вот ведь ублюдки.

Камидзё вздохнул.

Было очень много вопросов, которые он хотел задать, но выразить их словами как следует он не мог.

— Секундочку! Что ты имеешь в виду под «господством»? Что они собираются устроить тут?

— Эта страна Ватикан напоминает большую церковь. Ками-ян, внутри она выглядит довольно странно. Более того, баланс между удачей и неудачей нарушен, независимо от того, что они сделают, это будет выгодно католикам.

Камидзё всё ещё не понимал объяснений Тсучимикадо.

Стейл продолжил:

— Строго говоря, место внутри Ватикана наполнено предвзятой магией. Вещи, которые обычно происходят, обращаются на пользу католикам. Это вроде как использовать магнит для того, чтобы контролировать рулетку в казино, игнорируя исходные действия колеса, заставляя его остановиться на номере, который вам нужен.

Услышав это, Камидзё всё равно не понимал.

Однако он знал, что «существует магическое заклинание, которое позволяет обстоятельствам обратиться на пользу некоторым людям».

— Значит, это вроде того парня, да? Вроде того алхимика, который мог материализовать всё, чего он хотел?

Того человека звали Ауреолус Эззард

В результате того, что он развил до предела свои алхимические способности и создал собственное заклинание «превращения в реальность всего, чего он желает», он потерпел поражение от своего собственного «сомнения»…

— Нет, это не то, что использование воли человека для «получения золота». Это «делание вещей выгодными для римских католиков». Но если такая штука будет установлена в Академгороде, что тогда?

— Раз уж ты об этом заговорил…

Окажется ли, что Академгород окажется выгодным для римских католиков?

Образ был размыт, потому что Камидзё не мог подумать о чём-то конкретном. Он просто сказал то, что пришло ему в голову.

— Насчёт этого… это будет выгодно римским католикам. Тогда если римские католики проникнут в Академгород, разве они не станут очень счастливыми?

— Это верно; ты можешь смотреть на это таким образом. Что случится, если воздействие «Апостольского Креста» такое, как указано в документе? Это не плохо, поскольку любой католик, который вступит в Академгород может потерять большую сумму денег в казино, но в долгосрочной перспективе в конце концов выиграет деньги. Даже если здание подвергнется бомбардировке, никаких жертв не будет. Это неестественно. К тому же…

Стейл цинично скривил губы.

— «Апостольский Крест» также поможет и любому, кто не является католиком. Если католики будут продолжать выигрывать деньги в рулетку, как правило, будут и проигравшие. Но «Апостольский Крест» создаст хорошую ситуацию поражения. Даже если дом подвергнется бомбардировке и будет разрушен, никто не пострадает. Он создаёт ситуацию типа «о, никто не пострадал, здорово».

— ???

Камидзё нагнул голову.

Если то, что говорит Стейл, правда…

— Если так, разве не будут все счастливы? Тут не видно никакой проблемы.

— Именно в этом и состоит проблема, — отметил Стейл.

— Послушай, если эту штуку, названную «Апостольским Крестом» не установят с самого начала, никто не будет проигрывать деньги в рулетку и никто не будет бомбить католиков. На первый взгляд, все счастливы. Но на самом деле, «Апостольский Крест» накладывает огромное бремя на окружающих, и как правило в ситуациях, где этого не видно.

Тсучимикадо, у которого не осталось сил, навалился телом на стол. Он продолжал:

— На самом деле, в истории христианства, количество случаев, когда это «счастье» включалось, неожиданно велико. Например, Сан Маторрас, или, как его называют британские пуритане, Святой Мартин. У этого парня была очень интересная история. Когда он пошёл проповедовать христианство, он однажды разрушил древний языческий храм, и даже собирался срубить священное дерево. Неверующие крестьяне, которые не хотели становиться христианами, сопротивлялись до конца со словами: «Если есть бог, который защищает тебя, иди и сруби это дерево. Если тебя действительно защищает бог, ты не умрёшь».

Подумать только, что Тсучимикадо, который обычно просто валяет дурака, может так без запинки рассказать эту христианскую легенду. Это было в самом деле непривычное зрелище для его одноклассника Камидзё.

— Услышав это, Святой Мартин встал перед священным деревом, которое начало падать на него, и изобразил крест на груди. Тогда случилось немыслимое. Священное дерево упало в другую сторону, чуть не раздавив крестьян. Крестьяне были тронуты тем, что было действительно чудом Господним, и с готовностью приняли христианство… Ты не находишь это странным, ня? Тем, кто использовал эту необъяснимую силу, чтобы заставить священное дерево упасть в сторону крестьян был сам святой Мартин. Он мог заставить это дерево упасть в любую другую сторону, что было ещё безопаснее. Если подумать об этом, он мог просто с лёгкостью срубить это дерево ня? Почему же он всё-таки получил столько благодарностей?…

— Как бы там ни было, в результате дерево, упавшее в другую сторону, не убило неверующих. Поскольку это была милость Господа, каждый крестьянин возликовал от того, что получил шанс сменить религию. Неважно, был ли результат этого хорошим или плохим, их история, традиции и духовная культура были полностью уничтожены.

Ну и что, подумал Камидзё.

Это в самом деле может принести счастье, но не потому что «случилось что-то, что приносит счастье», а потому что «счастье наступило, независимо от того, что произошло».

Тсучимикадо поднял голову и сказал:

— Эффект этого метода получил определённое признание в психологии ня. Во-первых, установите условие «А», которое не может быть выполнено. Когда начинаются мольбы и плач о том, что его невозможно выполнить, заставьте выполнить условие «Б», которого хотят. В этом случае будет легче достичь успеха, чем предложить условие «Б» с самого начала. Совсем как «По сравнению с «А» условие «Б» настолько лучше, нам в самом деле повезло» ня. Манипулируя определенным порядком, манипулируя балансом между одним и другим негативным эффектом можно уменьшить относительное значение, требуемое для счастья.

Стейл пошевелил сигаретой во рту вверх и вниз и продолжил:

— «Апостольский Крест» использует психологический эффект этого мифа. Что бы ни случилось, в конце концов ситуация принесёт выгоду католикам. Когда людям делают нереалистические предложения, они по какой-то неизвестной причине соглашаются… разве для католиков это место не будет самой удобной и приятной «Святой Землёй»?

Слова мага постепенно проникли в сознание Камидзё.

Чтобы медленно понять такой крупномасштабный вопрос, надо много времени.

— Секундочку, Стейл. Что касается сделки с «Апостольским Крестом», что конкретно собираются сделать Ориана и компания?

— Если этот мир разделён надвое, его половины можно назвать научной стороной и магической стороной. В данный момент они находятся в хрупком равновесии, — просто ответил Стейл.

— Среди них, лидером научной стороны является Академгород. Если в конечном итоге он окажется в подчинении Римской католической церкви, как ты думаешь, что случится с равновесием нашего мира?

А! Камидзё наконец-то понял.

Если научная сторона, которая занимает половину мира, в конечном итоге окажется «какой-то странной группой» из магических сект, затем с «научной стороной, которая занимает мир плюс собственная магическая секта», эта секта может контролировать более половины мира. Затем, им просто нужно будет сделать простую вещь - принять решение большинством голосов чтобы контролировать мир по своему желанию.

Более того.

Если этой сектой будут римские католики, крупнейшая христианская конфессия в мире.

— Если на любую секту нападут и с магической и с научной стороны, организации, которые относятся к «одному миру» не смогут сопротивляться; это всё равно, что подвергнуться нападению с фронта и тыла. Баланс мировых сил полностью сосредоточится в руках римских католиков.

Римским католикам не нужно раздумывать о том, «что они должны сделать, чтобы завоевать Академгород». После установки в Академгороде «Апостольского Креста» Академгород будет делать всё, что «будет выгодно для римских католиков».

Что конкретно произойдёт?

Может быть, Совет Директоров внезапно решит искать защиты у римских католиков?

Или же в Академгороде настанет кризис управления, который закончится финансированием римских католиков?

А может быть, Академгород будет обращён в пепел, и в конечном итоге отстроен высокопоставленными римокатоликами, а не правительством Японии?

Хотя он и не знал, как именно, Камидзё понимал, что в любом случае ситуация в конечном итоге станет «наиболее выгодной» для римских католиков.

И из населения Академгорода никто не поставит итог под сомнение.

Не важно, будет ли это неразумным требованием, не важно, насколько тяжёлой будет ноша, которую они должны будут нести.

Это будет мир, в котором все будут счастливы.

— Тогда сделка, которую Ориана…

— Да. Это не просто сделка о духовном оружии «Пронзающий меч» или «Апостольский Крест», но скорее сделка о том, что «выгодно для доминирования римской католической церкви» — об Академгороде и мире.

Магнус Стейл глубоко вдохнул.

Получив порцию кислорода, сигарета в его рту засветилась оранжево-красным пламенем.

— Курьер, Ориана Томсон и торговец, Лидвия Лоренцетти. Кроме них, нет получателя на другой стороне — в этой сделке попросту больше никто не участвует. Подозрение, что участвует Русская православная церковь — фальшивка, потому что это то, что римские католики хотят послать сами себе.

Он сделал паузу и сказал последнюю фразу.

— Мы должны предотвратить эту сделку. В противном случае она закончится тем, что будет хуже конца света.

Тоума Камидзё и Мотохару Тсучимикадо кивнули.

Но никто не знал, что они втроём могут сделать.

Не было гарантии, что они смогут победить Ориану Томсон и стоящую за ней Лидвию Лоренцетти.

Хоть бы и так.

Эти двое думали, что заставив людей Академгорода думать в выгодном для них направлении, Римская католическая церковь получит господство над миром.

Он должен воспользоваться своей рукой, чтобы разрушить эту иллюзию.

===Часть 8===

Тойя и Шиина Камидзё шли по улице.

Был час дня. Согласно расписанию в том толстом путеводителе, сейчас должно было быть обеденное время. Но похоже, прямо сейчас в разных местах проходили матчи. Несоответствия в расписании довольно обычны для таких спортивных соревнований, как Дайхасейсай.

Если бы это было международное соревнование вроде Олимпийских игр или Чемпионата мира, расписание должно было бы быть намного жёстче.

Тойя закатал рукава, расправил смявшуюся рубашку, и сказал:

— Ладно, мамочка. Хоть уже поздно, давай поищем, где бы нам перекусить.

— А-а, ты прав.

Шиина поправила свою дамскую шляпку.

— … Почему мне кажется, что только что я не видел Тоума? Он в самом деле участвовал в том матче?

— Столько народу участвуют одновременно, что иногда трудно его разглядеть. Мы услышим о героических свершениях Тоума, когда встретимся с ним. В данный момент важнее всего найти, где поесть.

Тоума завертел головой, оглядываясь в поисках места для обеда, но не потому, что он был голоден.

Дайхайсейсай отличает от других спортивных соревнований необходимость «занимать места».

По сравнению с обычными соревнованиями, на Дайхасейсай, в зависимости от типа соревнования приходится менять стадионы. Недостаточно один раз занять свои места, потому что родителям приходится переходить в другие места, где будут соревноваться их дети.

Разумеется, с обедом то же самое. Как только соревнование заканчивается, его участники и зрители вываливаются со стадиона, так что им нужно «обеспечить место для того, чтобы пообедать».

В Академгороде 2,3 миллиона жителей, и намного больше зрителей. Когда столько народа ищет, где бы поесть в одно и то же время… нетрудно представить школьные столовые, переполненные людьми.

Тойя, с зачёсаными назад волосами, оглянулся по сторонам.

— Предполагается, что обед будет в двенадцать. Мы опоздали из-за задержек матчей. Честно говоря, трудно будет теперь место найти.

— А-а, я приготовила бенто, так что не нужно искать такое уж хорошее место.

Шиина счастливо сказала это, глядя на ротанговую корзину, висевшую у неё на руке. Увидев это, Тойя нахмурился и сказал:

— Мамочка, так не пойдёт. Ты в эти бенто много труда вложила. Давай найдём самое лучшее место, чтобы их съесть. Мы с Тоума будем счастливы, если так сделаем. Будет здорово, если мамочка тоже будет счастлива.

— А-а, Тойя, и в самом деле.

Шиина улыбнулась, прижав руку к лицу. Тойя, который одной рукой расслаблял галстук, и оглядывался в поисках места, не заметил её улыбку и взгляд.

— … Хм, места возле этого магазина заняты. Конечно, свободные места можно искать и по-другому, или же нам следует связаться с Тоума и выслушать, что он предложит… э?

Размышлявший над этим Тойя увидел знакомое лицо, приближавшееся по противоположной стороне улицы.

Это была студентка, которую он встретил на церемонии открытия.

В данный момент рядом с ней шла девочка в возрасте ученицы средней школы. На девочке были спортивные шорты и рубашка, которые носили участники соревнований. Волосы чайного цвета до плеч, он вспомнил, что эту девушку кажется, зовут Микото.

Громко беседуя, эти двое выглядели сёстрами, между которыми были очень близкие отношения.

— Ну и ну, Микото. Только не говори, что ты разозлилась из-за того, что папа не приехал? Я тоже умоляла в университете, чтобы меня отпустили на целую неделю, так что пожалуйста, пощади меня.

— … Вовсе я не злюсь. Разве папа работает не в Лондоне? Было бы ещё хуже, если бы он заставил себя приехать сюда с бледным лицом.

— Э. Если бы папа был здесь и слышал твой сердитый голос, он был бы в восторге. Но для тебя лучше, чтобы папа не приезжал, ага?

— ??? Почему?

— Потому что разве Микото не нравится один мальчик? Если бы папа услышал это, его реакция была бы довольно интересной.

— Тьфу?!

Школьница неожиданно поперхнулась слюной. Её лицо залила краска, и Микото уставилась на студентку, которая была выше неё на голову.

— Ч…ЧЕГОЧЕГОЧЕГОЧЕГОЧЕГООООО ТЫ ВДРУГ ОБ ЭТОМ ЗАГОВОРИЛА НИ С ТОГО НИ С СЕГО!!!

— Э? А что, разве это не так? Ты же не можешь удержаться, чтобы лёжа в кровати не сжимать подушку, не в силах уснуть, думая о том парне, чьи чёрные волосы торчат в небеса?

— Ни… ничего подобного! С чего ты это взяла! К тому же, как ты вообще узнала о том придурке?!

— Меня это беспокоит, подумать только, что ты называешь того парня «придурком» с такой страстью. Микото, чего ты хочешь добиться штрафной игрой? Разве я не права? Разве не лучше, что папы здесь нет? Ну так каков результат вашего пари, Микото?

— Штрафная игра… где ты об этом услышала? О!!! ХВАТИТ УВИЛИВАТЬ, ОТВЕЧАЙ БЫСТРО!!!

Увидев, как от плеч и прядей волос этой школьницы летят голубые и белые искры, Тойя заново почувствовал, что это Академгород. Поскольку его сын был экстрасенсом нулевого уровня, он на самом деле не замечал этого, но это действительно город экстрасенсов, где появляются все эти сверхспособности как в фильмах и манге.

— Разве после соревнований сегодня у вас не запланирована ночная прогулка? Ну так что ты собираешься делать, Микото? Или ты хочешь использовать это электричество чтобы создать неоновые огни лишь для вас двоих?

— Э? У тебя действительно плохой вкус… дададаже если бы и была ночная прогулка, это … никак ко мне не относится…

Для них, имеющих «сверхспособности», ничего удивительного в таких вещах нет. Тойя подумал, что должно быть, только в Академгороде есть такая атмосфера.

Студентка университета и школьница похоже, заметили Тойя, который безучастно смотрел на них. Лицо студентки засияло:

— А! Спасибо за то, что было утром. Благодаря вам я наконец встретилась с Микото.

Ученица средней школы нахмурилась, глядя на студентку.

— … Секундочку, что это за люди? Они что, твои знакомые по работе?

— Нет, это родители того парня, о котором ты так много думаешь. Давай же, Микото, поздоровайся как положено.

— ТЫ СЛИШКОМ ШУМНАЯ! УМОЛКНИ! Я СКАЗАЛА, ЧТО ВСЁ СОВСЕМ НЕ ТАК!!!

Выкрикивая это, школьница выглядела так, словно собиралась укусить её и не отпускать. Студентка университета, однако, похоже, не замечала её.

— Ах, да, могу ли я спросить, пообедали ли вы? Если не возражаете, пообедаем вместе? Мы заказали места в маленьком ресторанчике, так что принести туда бенто будет нормально. Да, Микото?

Тойя взвесил предложение студентки.

Им можно принести бенто в ресторан… ну, похоже, их не станут обвинять, если они поступят так в Дайхасейсай, когда места действительно маловато. Будет лучше, если они съедят бенто Шиины на людях, чем в каком-то тихом месте. И для исключительно крошечной Шиины вероятно, лучше не ходить по асфальту под палящим солнцем.

Поэтому Тойя сказал:

— Ну ладно. Не возражаете, если позже к нам присоединится ещё один человек?

— Я не против. Извини, Микото.

Стоя напротив улыбающейся студентки, школьница отвернулась, безмолвно испуская голубые и белые искры. Тойя подумал, что у этой девушки действительно есть характер, тряхнул головой и повернулся к Шиине.

— Мамочка, всё должно быть в порядке — почему у тебя такой устрашающий вид?

Увидев на лице Шиины то искреннее потерянное выражение с которым, изображение её лица можно было бы поместить на 1000-иеновую или 5000-иеновую банкноту, Тойя невольно попятился. Губы Шиины вообще не двигались, но голос слышался чётко.

— Ну в самом деле, Тоума, вечно ты так. Что ты от меня хочешь? Ты хочешь, чтобы я швырнула в тебя всю корзину с бенто? А-а-а-а-а-а-а-а, как плохо, совершенно невиновному Тоума из-за этого придётся остаться голодным?

С чего она разозлилась? Тоума попятился. Шиина не шутит. Она дамочка того типа, что во время супружеской ссоры будет швырять всем, что попадётся под руку, будь то тарелка или ДВД-проигрыватель.

Поэтому, Тойя быстро отступил, удерживая безопасное расстояние.

Неожиданно, он наткнулся на кого-то сзади.

— Аа!!! … Извините!!!

Тоума Камидзё повернулся, и быстро поклонился, чтобы извиниться, но вместо этого уставился прямо на большие груди. Поскольку они были слишком близко друг к другу, он решил поклониться и извиниться, но в конечном итоге выглядело так, словно он их разглядывает.

Грудь женщины была всего в четырёх миллиметрах от кончика его носа.

Тойя поднял голову с удвоенной скоростью.

— Извините… правда, извините! АААА… взгляд мамочки сзади в самом деле пронзает меня насквозь!!!…

Ситуация вышла из-под контроля, но у Тойя недоставало храбрости обернуться и выяснить, какое выражение лица у Шиины. Тойя посмотрел на стоявшую перед ним женщину.

— Всё в порядке, вы не пострадали? Извините, не привык к такой сутолоке.

Светлые волосы стоявшей перед ним женщины были завиты замысловатым образом.

Белая кожа и голубые глаза, европейка с такой ошеломляющей внешностью.

Её однородное тело испускало атмосферу искушения.

Послышался металлический звук.

На её длинном указательном пальце было металлическое кольцо около двух сантиметров в диаметре. На кольцо были нанизаны прямоугольные листки бумаги размером с обёртку жвачки. Похоже, это были карточки для запоминания слов.

Она играла с этой стопкой карточек, словно с брелком.

— Эта сестрёнка совершенно не возражает — мне правда хочется сказать это, но я в самом деле младше вас, так что наверное, не могу назвать себя «сестрёнкой». Бай-бай.

Сказав это, она отвернулась от Тойя, и пошла прочь.

Затем она, естественно, смешалась с толпой, и вскоре исчезла. У неё была такая выдающаяся внешность, и она создавала такую атмосферу искушения, но казалось, что никто её не замечал.

Тойя следил за блондинкой краем глаза.

— А-а-а-а-а. Тойя? Ты наконец очнулся, а? Если я тебе суставы переломаю, не слишком ли легко ты отделаешься. А-а, как раздражает, ну что же мне делать? Может, просто позволить тебе стать одной из звёзд на ночном небе?

— Э… это не то, мамочка, ты ошиблась. Я не смотрел на привлекательное лицо и грудь и талию и ноги той женщины, так что это… это всё моя вина!!!

Видя, как Тойя превращает своё извинение в восхваление, Микото тихо заметила:

— … Сынок и папаша - два сапога пара.

Они не знали.

О том, что происходит в Академгороде.

О парне, который бежал недалеко от них, пытаясь остановить это.

А также,

Об опасности, которая была в 4 миллиметрах от носа Тойи.

Никто из зрителей не находится в безопасности. На этой улице, полной опасных людей, продолжается Дайхасейсай, становясь всё горячее.

Будь то в научном или магическом смысле.

===Примечания===

<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter3|Главе 3]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Afterword|Послесловию]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Afterword

2017-09-25T12:40:34Z

Palexadin:

==От автора==

Читателям, которые продолжают покупать эти книги с момента выхода первого тома: давненько не виделись.

Усердным читателям, которые прочитали девять томов в один присест: приятно познакомиться.

Я Кадзума Камачи.

Каждый раз я чувствовал, что это словно крученый мяч. В этот раз снова был крученый мяч, и самое интересное - с какой подкруткой он был брошен?

Ключевые слова, которые связаны с магией в этой книге довольно базовые. Это "магическая книга" и "магическая матрица" и это обычные термины, которые использовались в предыдущих томах.

Действие книги происходит во время Дайхасейсай — исключительно крупномасштабного спортивного соревнования. Как вам это нравится? Я почти забыл о том, как выглядят дни спортивных соревнований, так что когда я писал эту книгу, я беспокоился о том, каким получится их описание в книге. Я рад, что смог написать нечто, передающее ощущения спортивного праздника.

Я бы хотел поблагодарить двух человек за их помощь: Хаимура-сан, на чьей ответственности были иллюстрации, и Мики-сан, на чьей ответственности была печать книги. Без них эта работа вообще бы не была закончена. Я надеюсь продолжать сотрудничать с ними.

Я также хотел бы поблагодарить всех читателей. Без вас невозможно было бы сделать эту работу. Пожалуйста, продолжайте присылать свои отзывы и поддерживать меня.

Итак, здесь завершается этот том.

Я надеюсь, вы продолжите читать следующий том.

На этом позвольте попрощаться.

Кстати говоря, кто главный женский персонаж в этот раз?

-Кадзума Камачи-

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume9_Chapter4|Главе 4]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Illustrations|Иллюстрациям том 10]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Illustrations

2017-09-25T12:38:08Z

Palexadin:

<gallery>
Image:Index v10 000a.jpg|'''Передняя обложка'''
Image:Index v10 000b.jpg|'''Задняя обложка'''
Image:Index v10 001.jpg
Image:Index v10 004.jpg
Image:Index v10 007.jpg
Image:Index v10 008.jpg|'''Оглавление'''
Image:Index v10 021.jpg|'''Страница 021'''
Image:Index v10 059.jpg|'''Страница 059'''
Image:Index v10 105.jpg|'''Страница 105'''
Image:Index v10 132.jpg|'''Страница 132'''
Image:Index v10 150.jpg|'''Страница 150'''
Image:Index v10 264-265.jpg|'''Страницы 264-265'''
Image:Index v10 288.jpg|'''Страница 288'''
Image:Index v10 341.jpg|'''Страница 341'''
</gallery>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Afterword|Послесловию том 9]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперед к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter5|Главе 5]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter5

2017-09-25T12:36:58Z

Palexadin:

==Глава 5: Пауза в напряженной обстановке — Resumption_of_Hostilities.==
===Часть 1===
— Маги вторглись в Академгород, — сказал Стейл Магнус, священник Англиканской церкви.

— В данный момент нам известно, что в этом деле замешаны «Заметающая следы» Ориана Томсон и «Масленица» Лидвия Лоренцетти. Они намерены установить в этом городе мощное духовное оружие ня, — продолжил маг Мотохару Цучимикадо.

В Академгороде, в котором уже наступил полдень, старшеклассник Тома Камидзё вспоминал их слова. Из-за особого спортивного праздника Дайхасейсай, в котором участвовал весь Академгород, на улицах были толпы людей.

— Хотя обычно тут действуют довольно строгие меры безопасности, но ты же понимаешь, что из-за проведения в Академгороде Дайхасейсая пришлось немножко приоткрыть окно? Должно быть, они воспользовались этой маленькой щёлкой, чтобы проникнуть в Академгород.

— Так оно и есть, ня. Если сотрудники Анти-навыка и Правосудия Академгорода поймают мага с магической стороны, возникнет проблема. Но в то же самое время, мы просто не можем впустить к себе кучу магов только для того, чтобы преследовать этих двоих. Не все маги дружественно настроены к Академгороду, ня. То, что делают Ориана и Лидвия, заметили и научная и магическая стороны, но обе они по разным причинам не могут действовать.

Около 80% местного населения составляли ученики, но сегодня здесь было много взрослых, это было довольно редкое зрелище. Эти взрослые были родителями, приехавшими посмотреть на спортивные выступления своих детей. Они глазели на вращающиеся лопасти ветряков, вырабатывающих электроэнергию за счёт энергии ветра, и на автоматических роботов-уборщиков. Конечно, экстрасенсы вроде Камидзё, тоже привлекали внимание туристов.

— Поэтому единственные, кто может действовать — это мы.

— Если мы не сможем сорвать сделку с «Пронзающим мечом», мы можем в конце концов ввязаться в войну с магическим миром ня.

Камидзё продолжал пробираться сквозь толпу.

Вокруг него были дети с наполненными гелием воздушными шариками, гуляющие с родителями и пожилые люди, державшие в руках путеводители по Дайхасейсай, напечатанные для гостей, и сверявшиеся с расписанием матчей.

— Когда это в самом деле случится, магические группы, которые ждут за пределами Академгорода, войдут в него под предлогом того, что чувствуют некий поток магии, движущийся по Академгороду. Они должно быть, уже установили какие-то поисковые заклинания.

— Ни одно заклинание не может охватить весь Академгород, так что их поиск должно быть, сосредоточен на области радиусом один-два километра вокруг Индекс. Причина этого в том, что большая часть происшествий с магией случилась рядом с ней, ня.

— Другими словами, если этот ребёнок окажется вблизи эпицентра этого происшествия, магию, которую испускем и я, и Ориана, смогут засечь. С другой стороны, пока мы будем удерживать ребёнка в стороне от происшествия, вероятность того, что нас засекут, будет намного ниже.

— Лучше всего для этой работы подходишь ты, Ками-ян. Помимо прямой помощи в этом деле, нам очень поможет, если ты сможешь отвлечь Индекс подальше от места событий.

Глобальная группировка, живущая мирной жизнью рядом с Камидзё, не ощутила ничего необычного.

Включая то, что должно было произойти в Академгороде.

И то, что есть люди, которые собираются это предотвратить.

— Тьфу, духовное оружие в их руках — это не «Пронзающий Меч», а «Апостольский Крест»! Если установить его на каком-то месте в физическом или духовном смысле, то земля, на которой он стоит, будет вынуждена стать землёй Римской католической церкви. Эта покорённая земля будет благосклонна к католикам и все примут это с радостью и без колебаний. Представьте, что случится, если они используют его в Академгороде, противостоящем религии… если кто-то скажет, что «сделать Академгород частью католической церкви» будет самым выгодным делом, это может случиться на самом деле!

— «Сделка», о которой говорили Ориана и компания связана не только с самим духовным оружием, она включает и «Академгород, в котором было установлено духовное оружие». Академгород — это лидер мира науки. Если кто-то контролирует его, это равноценно власти над половиной мира. Если Римская католическая церковь, которая является крупнейшей фракцией религиозного мира, заполучит Академгород, крупнейшую силу научного мира, то католики будут контролировать весь наш мир.

— Мы с самого начала были уверены, что в перевозке участвуют Ориана и Лидвия, но оглядываясь назад, не знали, с кем они заключают сделку. На самом деле, они никогда и никому не собирались передавать «Апостольский Крест». Эту сделку они заключают со своей собственной Римской католической церковью!

Тома Камидзё шёл по Академгороду.

На этой заполненной толпой улице всё выглядело как напряжённая битва экстрасенсов, но на самом деле среди них скрывались маги.

===Часть 2===

Дайхасейсай.

Это уникальный семидневный спортивный праздник, который проводится в Академгороде, центре развития экстрасенсорных способностей, занимающем западную часть Токио. Была середина первого дня соревнований. В два часа дня все соревнования прервались, и наступило время обеда. Множество учеников, которые или участвовали в соревнованиях или болели за своих одноклассников, высыпали на улицы, и с туристами, приехавшими из-за границ Академгорода, плотность населения стала такой, что её нельзя было недооценить.

— Индекс?

Камидзё шёл по заполненным толпой улицам.

Он уже переодевался раньше, но в данный момент на нём были обычные спортивные шорты и рубашка с короткими рукавами. По какой-то причине его руки и ноги были в синяках, на голове даже была повязка, одежда была немного запачкана и порвана. Но это же Дайхасейсай, на котором сражаются экстрасенсы, так что в этом не было ничего, привлекающего внимание.

Хотя обеденный перерыв подходил к концу, Камидзё по какой-то причине ещё не пообедал. Страдая от голода, он плёлся, пытаясь отыскать девочку, которая с высокой вероятностью должна была быть такой же голодной, как и он.

«Эта девчонка должна быть где-то поблизости… этот телефон с бесплатным пакетом, который я ей дал, теперь не работает из-за того, что сел аккумулятор. Цучимикадо просил не подпускать её к месту событий, так что я должен за ней присмотреть».

Камидзё огляделся по сторонам.

Он думал: «как я могу быть таким расслабленным сейчас, когда маг Ориана Томсон и католичка Лидвия Лоренцетти активно работают во мраке?»

Но Цучимикадо и Стейл строго предупредили его:

— Если в намерения этих дамочек входит использование «Апостольского Креста» для подчинения Академгорода, почему они не могут сделать этого сами? Может быть, с самого начала была причина, по которой они не могут этого сделать? Духовное оружие обладает исключительной мощностью, так что если его хотят активировать и контролировать, чтобы стабилизировать, одними песнопениями тут не обойтись. Например… да, заклинатель должен провести много времени, очищая Крест огнём и святым елеем, чтобы не дать Кресту читать чьи-либо мысли кроме его собственных, что полностью запутало бы команды. Нужно наложить определённые чары… как бы там ни было, если они не выполнят эти довольно сложные условия, им не удастся использовать «Апостольский Крест».

— Зная «условия применения», мы можем ударить первыми ня. В любом случае, расследование по поводу этого духовного оружия — наша работа. Ками-ян не сможет нам помочь.

Так они сказали.

Таким образом, первоочередным заданием для Камидзё было сопровождение некой девочки.

Он искал эту девочку по имени Индекс — худенькую девочку с зелёными глазами и белой кожей. У неё были длинные серебристые волосы до талии, и одета она была в белоснежное монашеское одеяние с золотой вышивкой, которое выглядело как чайная чашка.

Поскольку Академгород и Дайхасейсай пользовались широкой известностью, увидеть здесь девочку-иностранку можно было не так уж редко. Камидзё время от времени кидался к какой-то зеленоглазой девочке, и заканчивалось это тем, что он убеждался, что принял за Индекс другую.

… Несмотря на это, он всё ещё не мог найти Индекс.

Что происходит? Камидзё опустил голову.

— Тома…

Знакомый милый голос донёсся до ушей Камидзё.

Он посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос, и перед ним были только люди, люди и люди. Толпа образовывала стену из человеческих тел, и он не мог различить лиц. Краем глаза он заметил кого-то с длинными серебристыми волосами и посмотрел туда. На девочке была белая юбка в складку и лёгкий зелёный топик без рукавов.

Индекс конечно же не может такого носить.

— Тома…

Он снова услышал этот голос.

Камидзё оглянулся, и всё равно не мог увидеть то великолепное белое монашеское одеяние. Перед ним была девочка с зелёными глазами и серебристыми волосами, которая выглядела, как Индекс, была одета в одежду чирлидерши, и несла трёхцветного кота.

— Послушай, Тома!!! Почему ты только что не посмотрел мне прямо в глаза?!

— Уа!!!

С непонятно какого времени, девочка-чирлидер подобралась к Камидзё и заорала ему прямо в ухо, отчего он отшатнулся назад. Похоже, другие люди тоже смотрели на него.

Он неожиданно вспомнил.

«Ах да, думаю, Индекс переодевалась в форму чирлидера с помощью Комоэ-сенсей…»

— … Тома, Тома. Ты что, думаешь о чём-то странном? Отчего у меня такое чувство, что ты в восторге?

— С ка… какого времени? Я не думаю.

Камидзё отчаянно замотал головой.

— Кстати говоря, Индекс, а где твоё монашеское одеяние?

— Оно у Комоэ-сан, — печально сказала Индекс.

Че…чего она разозлилась? Камидзё почувствовал себя в опасности. Даже если бы он смотрел на кота, тот бы только ответил ему сонным взглядом и зевнул. Камидзё увидел это безмятежное выражение на кошачьей морде, немного подумал и сказал:

— А, я знаю. Ты же голодная, верно, Индекс? Мы встречаемся с отцом и матерью, чтобы пообедать, так что просто потерпи ещё немного.

В том момент, когда он замолчал, маленький кулак Индекс врезался точно в его голову.

— Не в этом дело, Тома, дурак ты.

— Больно! За что?

— Я хотела пойти поболеть за Тому, поэтому переоделась в эту одежду чирлидера, и попросила Комоэ-сенсей научить меня движениям! Но куда девался Тома?! Похоже, тебя не было на соревновании по поеданию булочек и перетягиванию каната!

Камидзё вспомнил.

По некоторым причинам он пропустил эти соревнования, и занимался совершенно другими делами, чем его одноклассники, но объяснить этого Индекс он не мог.

— Уххх… я… я думала, что смогу быть с Томой, потому упорно трудилась. А теперь, когда Тома куда-то сбежал, что мне делать?... — уныло пробормотала Индекс.

Для неё быть на таком масштабном празднике, проводимом в Академгороде, который она так плохо знала, было всё равно, что для другого человека чувствовать свою беспомощность, попав на чужую вечеринку.

Камидзё непроизвольно почесал голову.

— А, извини, Индекс, я… я думал, что ты будешь как обычно, что ты просто голодная.

— Не голодная я! Я так старалась, чтобы поддержать Тому, а ты вообще этого не видел, вот почему я злюсь! Вообще, впадать в панику, проголодавшись, никак не подобает скромной монашке, глупый Тома!!!

— Да ну? А по тебе похоже, что ты думаешь о еде три четверти года… секундочку, я неправ!!! Это моя вина, что я высказал свои истинные мысли… нет, я неправ, тут есть несколько причин…!!!

Камидзё пытался оправдаться, но злость Индекс невозможно было успокоить. Своими маленькими кулачками она наносила удары по груди и лицу Тома. Хотя это было мило, Камидзё чувствовал, что это немного странно.

[[Image:Index v10 021.jpg|thumb]]

— …? Э, Индекс. Почему ты меня не кусаешь, как обычно? — ДА НЕТ ЖЕ! НЕ НАДО СЕБЯ ЗАСТАВЛЯТЬ ДЕЛАТЬ ЭТО!!!

Хотя Камидзё сразу же добавил последнюю фразу, Индекс, как ни странно, не отреагировала. Более того, её маленькие кулачки, которыми она била его, замерли.

Камидзё посмотрел в лицо Индекс.

Он не мог не издать звук «ууу».

Индекс внезапно опустила голову. Не только её лицо, но и уши залились румянцем. Её плечи слегка задрожали, её маленькие губы казалось, хотели что-то сказать, но внезапно замерли. Может быть, трёхцветный кот понял, что что-то происходит, потому что поднял голову и мяукнул, но Индекс была так напряжена, что не заметила этого.

Индекс, вся напрягшись, некоторое время молчала, и вдруг выдала фразу:

— …Тома такой извращенец.

— Что за чушь ты несёшь?! Это разве не ты вечно меня кусаешь, Индекс?! Братишка Камидзё постоянно просит тебя отцепиться от него, так что это ты у нас извращенка… ууу ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА?!

Не успел Тома ответить, как в него врезался кулак, заставивший его умолкнуть.

Его собеседница была неожиданно серьёзна.

===Часть 3===

Продавщица в симпатичной форме вручила Ориане двуслойное мороженое.

Пышные волнистые волосы, белая кожа, голубые глаза, высокий рост и замечательная фигура Орианы воплощали всё, чего японцы ожидают от иностранцев с Запада.

В данный момент на ней уже не было рабочей одежды, которую она носила раньше. Она была одета в тёмный мини-топ и светлую юбку, на ногах были лёгкие сандалии. Хотя юбка была длиной до лодыжек, она совершенно не создавала впечатления невинности. На каждые десять сантиметров юбки приходился вертикальный разрез. Поскольку юбка совершенно не скрывала бельё, ей пришлось обмотать поверх неё саронг, который носят вместе с купальниками.

При каждом шаге сквозь юбку можно было видеть её бёдра как сквозь занавес. Её ноги то сильнее, то слабее просвечивали сквозь ткань, которая, как предполагалось, должна была скрывать нижнюю часть тела. Это зрелище в сущности отрицало всё, что люди обычно думают о юбках.

В христианском обществе одежда служит для того, чтобы обозначить своё положение и власть, начиная от священного облачения архиепископа до тюремной робы заключенного. При этом то, насколько сильно порвана одежда человека — особенно если речь идёт об отрезании части женской юбки — было знаком лишения человека власти. Люди, с которыми обращались подобным образом, были «презренными», не стоящими того, чтобы их защищать, и общество должно было относиться к ним с осуждением. Разумеется, люди, на которых смотрели подобным образом, были грешниками.

— Грешница.

Ориана лизнула сливочное мороженое своим ярко-красным язычком.

— Грешница… да? Хо-хо-хо, хо-хо-хо.

— Над чем ты смеёшься?

Послышался другой голос.

Это был ясный голос женщины

За правое ухо Орианы, словно заколка, была засунута карточка. Кусочек плотной бумаги слегка подрагивал, издавая «голос».

— Всё в порядке, сестрёнка просто хотела сказать, что мы наконец-то прошли весь путь, чтобы быть здесь, Лидвия Лоренцетти.

— Разве я не говорила тебе не называть меня настоящим именем? К тому же, слишком рано об этом говорить. Или, может быть мне следует сказать, что сейчас всё только начинается.

— Я знаю, я знаю, сестрёнка не забудет о своём задании. Даже если такая «грешница» как я сможет заработать здесь несколько очков, может быть, я смогу сдержать эти упрямые раздоры. Таким образом, ваше положение может стать намного лучше.

— … Тебе не нужно волноваться за меня.

— Просто примите то, что у сестрёнки хорошие намерения.

— В отличие от меня, не о тебе ли следует позаботиться в первую очередь? Ты в порядке там, вообще без отдыха? Я думаю, тебе следует по крайней мере…

— Интереснее не отдыхать. Кстати говоря, Лидвия, вас не обнаружили? Хотя в этом выступлении главную роль на сцене исполняет сестрёнка, а вам нужно действовать только как группе поддержки, вся миссия провалится, если вы не сможете двигаться.

— Расслабься, я не такая как ты. Я отдыхаю в гостиной отеля.

— Как элегантно, сестрёнка тоже хочет расслабиться в отеле. Размяться в отеле вовсе не плохая идея.

— … Разве я тебе не говорила следить за тем, какие гнусные слова ты выбираешь?

— Э, знаете, вы придумываете невесть что? В современных отелях есть бассейны и спортзалы. Ну надо же, вы такая извращенка, Лидвия!

— …

— Э? Секундочку, вы замолчали после того как я немного пошутила, Лидвия-тян?

Сказав это, Ориана увидела перед собой застрявший на дереве воздушный шарик. Роста обычной японки было бы недостаточно, чтобы дотянуться до него, но для неё это было просто. Она привстала на цыпочки, схватила нитку, привязанную к шарику, и огляделась. Рядом стоял и глядел на неё ребёнок.

Ориана нагнулась и отдала шарик. Ребёнок схватил нитку шарика и убежал, не сказав ни слова.

— … Разве я не говорила тебе не пытаться общаться с людьми?

— Я изо всех сил пыталась избегать их, но в только что возникшей ситуации было невозможно уклониться.

Раздался вздох её собеседницы, общавшейся при помощи заклинания связи.

Ориана не обращала внимания, продолжая облизывать мороженое языком.

— Несмотря на это…

Она посмотрела на висевший в голубом небе дирижабль и сказала:

— … Я знаю, ожидание это очень трудное занятие.

===Часть 4===

— Уа, Тома, я кажется, голодная…

— … Хоть ты и говоришь это, почему от тебя пахнет соусом и майонезом, Индекс?

Камидзё привёл Индекс в маленькую, опрятную кофейню. Может быть, это был выбор хозяина кофейни, поскольку было трудно сказать, что есть что, от меню до таблички «Открыто/Закрыто». Как бы там ни было, атмосфера была такой, словно никто не хотел обслуживать никаких посетителей.

Тем не менее, в кофейне было полно народу. Причина была проста — ещё не было двух часов дня, так что обеденный перерыв не закончился. Тем не менее, 2,3 миллиона жителей Академгорода и туристы «извне», в количестве, превышавшем это число, рыскали в поисках магазинов, продававших еду и напитки, так что в такой кофейне собралось много народа.

Камидзё вошёл в кофейню, в которой не было никаких официантов, и поразился царившим в ней хаосом…

— Эй, Тома! Сюда! Сюда!

— А-а, не нужно кричать так громко.

За столиком на четверых возле окна были видны знакомые лица. Это были родители Камидзё, Тойя и Шиина. Тойя был в рубашке с закатанными рукавами и свободных брюках, а на Шиине был лёгкий свитер и юбка в западном стиле, длиной до лодыжек. Их можно было назвать не мужем и женой, а барышней и шофёром.

Как только Камидзё и Индекс добрались до них, Тойя заговорил.

— Каждый год я думал, что Дайхасейсай действительно захватывающее событие. Уже довольно трудно занять места, похоже, что мы соревнуемся вместе с детьми.

Дайхасейсай отличается от обычных спортивных праздников тем, что здесь нельзя просто зарезервировать место. Каждое соревнование проходит на другой арене, так что родителям приходится следовать за своими детьми и занимать места заново.

То же самое с обедом, поскольку по окончании соревнований все участники и зрители должны уйти со стадиона, то если они хотят пообедать, им придётся отыскать свободные места.

Камидзё рассеянно думал об этом.

— А вот оно. Словно весь город отправляется в набег на магазины.

— Угу, чего ещё ожидать от Академгорода. Мы не можем сесть без того, чтобы не пропихиваться.

— А-а. Разогреть в толпе сэндвич «Fried waist and meat» тоже довольно интересно. Давайте завтра это попробуем. А-а, младшая сестрёнка, давай садись здесь.

Тойя и Шиина освободили место. Камидзё сел рядом с Тойя, а Индекс — рядом с Шииной. Шиина улыбнулась Индекс, которая была такой голодной, что бессильно опустила голову на стол, и поставила на стол корзину, которую держала на коленях.

Хотя приносить бенто в ресторан против правил, на Дайхасейсай никому нет дела до того, какую еду едят люди, лишь бы всем места достались. Может быть, об этих особых обстоятельствах было известно персоналу, может быть, им просто не хотелось работать, но хозяин кофейни, который был за прилавком, ничего не сказал. В сущности, когда Индекс вошла со своим трёхцветным котом, хозяин даже не заметил, что в кафе привели животное.

«Странно, почему папа и мама приняли Индекс без какой бы то ни было неловкости? Ах да, они же познакомились на курорте».

Камидзё склонил голову; другие работники похоже, тоже не возражали. Тем не менее, если речь об этой группе людей, кто угодно их бы принял.

— А, посмотрите. Сегодня на обед сэндвичи с рисом. А-а, похоже, они немного помялись и раскрошились.

С этими словами Шиина открыла корзину.

Услышав название еды и почувствовав запах, Индекс и кот немедленно отреагировали, напряжённо подняв головы.

Камидзё посмотрел так, словно хотел сказать: терпеть не могу этих двоих…

Внезапно он почувствовал, что в его поле зрения что-то отсутствует.

Он огляделся по сторонам.

Интерьер кофейни производил впечатление немного устаревшего, но он был не таким, как в обычном сетевом кафе, где положение всех обоев и стульев фиксировано. Тем не менее, она не напоминала и старый магазинчик, который хозяин украшает соответственно собственному вкусу… что вызывает чувство удушья. Она была похожа на кафе, которое хотят видеть обычные люди. В сущности тут была только стойка, за которой был один человек и столик, за которым сидел Камидзё и остальные. Проход возле столика был довольно узким, и посетителями, которые сидели за соседним столиком, были студентка колледжа, одетая в светло-серую рубашку и тонкие чёрные брюки, и, напротив неё — ученица средней школы, одетая в спортивную майку и шорты, которые носят участники соревнований по лёгкой атлетике. Девушка, поднимавшая ногу, пристально смотрела на него — Мисака Микото, эспер пятого уровня.

Камидзё моргнул и сказал:

— Кстати говоря, г-где же это меню! Будет ли кофе в этом кафе таким уж дешёвым?!

— ПОДОЖДИ-КА МИНУТКУ!!! ПОЧЕМУ ТЫ ВСЕГДА МЕНЯ ИГНОРИРУЕШЬ? КСТАТИ, НЕ ДУМАЙ, ЧТО ОНО ПЛОХОГО КАЧЕСТВА ПРОСТО ПОТОМУ ЧТО ОНО ДЕШЁВОЕ, ДУРАК!!!

Микото невольно вскочила.

Камидзё с раздражённым видом отвёл взгляд от меню.

— А… нет, всё не так, просто так вышло, что я тебя не увидел.

— Это.. это не то! Слушай… рядом с тобой вообще хоть что-то нормальное происходит? Кто эта девочка, что она за человек и откуда она?

Э? Индекс, о которой зашёл разговор, подняла глаза.

— Ты спрашиваешь, кто она, она…

Камидзё беззаботно выпалил это и прикусил язык. Немного небезопасно рассказать в присутствии родителей, что в его комнате в общежитии живёт девушка.

Как раз когда чистый и невинный Тома Камидзё лихорадочно соображал, не зная, что делать…

— И в самом деле, Тома, кто эта девочка? Она была с тобой в те несколько дней, что мы провели на море. Однако на курорте ты искусно ускользал от папиных вопросов.

— Э?!

Как раз когда Камидзё собирался взорваться, его прервала Микото:

— МО… МОРЕ! И ВЫ БЫ… БЫБЫБЫБЫБЫЛИ ТАМ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ?!

Её крик пронзил уши Камидзё. Увидев, как себя ведёт Микото, сидевшая напротив неё студентка вздохнула.

— Нет… нет, я не это имею в виду, да и вообще, с чего я должен тебе это объяснять?!

Как раз когда Камидзё собирался это сказать…

— Эта коротковолосая, где она живёт? Что она за человек? Она что, подружка Томы?

Сказав это, настоящая иностранка Индекс выглядела ошеломлённой. Она должно быть, имела в виду просто дружбу, но плечи настоящей японки Мисаки Микото начали заметно дрожать.

— НИЧЕГО ПОДОБНОГО… ТЬФУ, ПРОСТО УМОЛКНИ!!!

Микото дала волю своей ярости. Напротив, Индекс выглядела совершенно безразличной. Она обоими руками повернула к себе трёхцветного кота, и с рассеянным видом уставилась на бенто Шиины, стоявшее на столе.

— Тома, Тома. Я немного проголодалась. Тома сегодня делал бенто?

— Ну и ну, «сегодня»? И как же это обычно выглядит, Тома?

Увидев, как Шиина склонила к нему улыбающееся лицо, Камидзё почувствовал, так по спине у него потёк холодный пот.

— Нет, нет, мама, это совсем не то! Просто так вышло, что эта девочка живёт рядом со мной, и не умеет готовить, так что по разным причинам я готовлю ей еду…

— Э, это не так, Тома. Не рядом, а…

— Помолчи и дай мне объяснить! Разве тебе, как девушке, не стыдно, что ты не умеешь готовить?

— Ну ведь не умею, значит не умею.

— Чёрт, ты же на самом деле собиралась поесть, да, Индекс?! Кстати говоря, Микото умеет делать работу по дому?!

— Э? Это… это… Я ещё учусь, так что умею пока немного. Я знаю, как залатать персидский ковёр и починить кое-какие золотые покрытия. Хотя на самом деле получается у меня не очень.

— Микото… в обычной японской семье нет персидских ковров и золотых покрытий. Это не работа по дому, а ремесло и искусство, верно?

Студентка колледжа тактично объяснила это и Микото воскликнула: «У?! Это.. это из-за того, что учебный модуль по домоводству в школе Токивадай действительно…»

Похоже, что в стране изящных барышень отреставрировать антикварное изделие это всё равно, что залатать рубашку.

Как бы там ни было, по крайней мере он умело сменил тему разговора. Как раз когда Камидзё почувствовал облегчение, его отец Тойя посмотрел на часы на стене и сказал:

— Ладно, приступим к еде. Тома, поблагодари этих двух дам. Они не ели, дожидаясь тебя.

В самом деле? Камидзё обернулся. Микото, издав звук «Ух», скромно вжалась в спинку стула. Студентка, сидевшая напротив неё, которую Камидзё никогда раньше не видел, улыбнулась и сказала:

— Ну ладно, те, кого мы ждали, пришли, так что давайте поедим. Хм, тебя зовут Тома Камидзё, верно?

— Э? Да, верно. Тогда, вы сестра Мисаки?

— Не-а. Меня зовут Мисузу Мисака, я мама Микото. Приятно познакомиться.

…………………… Мама?

Все, сидевшие за столом с Камидзё замерли на месте.

— МАМА?

Все крикнули в один голос, особенно Тойя, который был чрезвычайно смущён.

— Но… разве вы только что не упоминали про колледж?

— Это верно, поскольку недавно я вновь подумала о том, чтобы учиться. Это довольно волнующе, когда есть столько много всего, о чём я не знаю даже в этом возрасте.

Действительно невероятно. Теперь, когда она сказала об этом, всё стало на свои места. К тому же, когда и отец и сын повернулись, чтобы посмотреть на маленькую барышню Шиину…

— … Ну, я полагаю, не так уж странно, что такое случается в нашем мире? Как насчёт тебя, Тома?

— Ну, раз уж вы об этом заговорили, наша семья такая же, так что полагаю, нечему тут удивляться… верно?

— Это уже странно! Тома окружён взрослыми женщинами вроде Комоэ и Шиины, которые выглядят настолько неестественно молодо!!! Что это за дух молодости в нашем мире? Не говорите мне, что это тематический парк развлечений, где в экскурсоводах Питер Пэн?

Индекс изо всех сил постаралась дать отпор, но её собственное тело можно было считать довольно маленьким. В этом контексте слова девочки-чирлидера были не особо убедительны.

Тем не менее, это ничего не значило для семьи Мисака, поскольку Мисузу и Микото нисколько не возражали. Микото потянулась и схватила меню, лежавшее в углу стола.

— Посмотрим, уже довольно поздно — мама, что ты заказала?

— Ничего. Видишь ли, я тоже приготовила бенто. Так что, Микото, разве сейчас я не веду себя более похоже на маму?

— … Дело не в том, чтобы «быть более похожей на маму», а в том, что если ты не будешь хорошо играть роль матери, это доведёт меня до нервного срыва! Что в этой сумке?

— Хе-хе-хе, не удивляйся, когда увидишь это.

Мисузу порылась в сумке, и вытащила большой кусок сыра, размером с рождественский пирог, немного белого вина, круглую кастрюльку из посеребренной бронзы, и миниатюрную газовую плитку.

— Кян кян! В сегодняшнем меню сыр в горшочке!!!

ПАУ!!! Микото стукнула Мисузу по голове. К счастью она не использовала электричество. Напротив, Мисузу выглядела как зрелая женщина, умеющая контролировать свои слёзы, поскольку её глаза тут же увлажнились.

— Аа, меня ударила моя собственная дочь. Однако, если девичий аппетит достаточно велик, чтобы съесть целую кастрюльку еды, это же лучше для твоего развития. Хотя физические упражнения важны, ты не вырастешь, если будешь есть только такие маленькие бенто. К тому же, твоего питания не хватит для развития некоторых мест, которые тебе хотелось бы развить. В самом деле, как ты думаешь, почему я приготовила так много молочных продуктов? Разве это не для моей дочки?

— Что, подожди… что растить, что развивать? С чего это ты вдруг заговорила обо всём этом?!

— Я? О чём ты говоришь? Я говорю о развитии здоровых костей, для чего тебе нужно принимать побольше кальция… не говори мне, что Микото думает о росте особых мест? Почему ты хочешь, чтобы эти места у тебя росли?

— За…заткнись, глупая мама! Эй, хватит смотреть на меня так!!!

Выкрикнув всё это Мисузу, Микото, вся залившаяся краской, почему-то смотрела на Камидзё, не отрываясь. Мисузу приоткрыла рот, улыбнулась не такой капризной улыбкой, и сказала:

— Независимо от того, важны ли молочные продукты, в биологии общепринято считать, что чем больше ты ешь, тем больше вырастешь. Растешь ли ты в вертикальном или горизонтальном направлениях — это другой вопрос. Некоторые люди одержимы едой, потому что слишком ленивы, чтобы заботиться о собственном теле. Контролируя поступление калорий и количество упражнений, можно добиться роста в нужных местах. Разве культура питания западного мира не великолепна? Они могут съесть целый чан риса, и несмотря на это, у них лучшее телосложение, чем у японцев. Жизнь может быть намного более благоприятной, если у тебя большая грудь.

Мисузу сказала это, со звуком «ух» подняв обе руки и лениво потянувшись. Она выгнула спину как лук, намеренно подчёркивая своё немалое достояние. Микото, груди которой ещё развивались, трусливо отступила и сказала:

— Я… я на это не обращаю внимания. Говорить, что если будешь много есть, то и тело станет больше, это просто предрассудок. — Скажи-ка, ПОЧЕМУ ТЫ ПЯЛИШЬСЯ НА ЧУЖУЮ МАМУ?!!!

Камидзё, на которого указала Микото, отвернулся со скоростью звука. Но когда он яростно отвернулся, перед ним оказалась девочка-чирлидер Индекс, у которой был довольно несчастный вид. Может быть, дело было в пустом желудке, или же в вопросе о размере груди.

— … Ну что ещё, Тома? Почему ты пялишься на других?

— Просто так.

Камидзё едко усмехнулся:

— Если много кушать, это поможет вырасти, ага? Хорошо бы если бы это было так.

— !!!

Услышав слова Камидзё, Индекс немедленно отреагировала. Она широко открыла свой рот, готовясь укусить Камидзё в голову, но остановилась на полпути. Похоже, она задумалась о том, чтобы касаться других людей ртом. Её лицо залилось краской, она медленно вернулась на место и сжалась.

«Хм. Это довольно неловко».

Камидзё подумал, что хотя ему больно, когда его кусают, он чувствует дискомфорт, когда его не кусают. Что это за чувство?

В этот момент рядом с ним…

— То… Тома. Не говори мне, что ты что-то сделал с этой девочкой? Совсем недавно ты говорил о штрафной игре, и о том, что заставишь эту девочку подчиняться твоим приказам, а теперь ещё и это?

— Ну и ну. Девочка теперь рассердилась, и всё равно мы можем вот так сменить тему разговора, эта мама похоже, уже видела такое раньше.

— … Это… это верно. Что-то вы двое какие-то подозрительные. Хмф, я был прав.

— Уа! Наша Микото уже настолько озабочена этим, и всё равно притворяется, что ей совсем неинтересно, так восхитительно. Действительно несчастная девочка, которая ещё не осознала своих чувств.

— … Тома… большой дурак.

«Эх! ЧТО ЗА НЕВЕЗУХА!»

Слушая шум, воцарившийся вокруг него, Камидзё невольно обхватил голову руками.

===Часть 5===

— До чего же хлопотно.

Маг Стейл Магнус приложил к уху мобильный телефон.

Он сидел на скамейке в парке, и рядом с ним никого не было. Возле него были банка чая и сэндвич, купленные в продуктовом магазине. Выпив немного красного чая, он поклялся в глубине души никогда больше его не пить. Несмотря на то, что как бы там ни было, он был гражданином Британии, страны красного чая.

Тем не менее, причина, по которой он выглядел столь ожесточённым, была другой.

Причиной был живой голосок, доносившийся из трубки.

— Мы проверили записи Британской библиотеки. «Апостольский Крест» это духовное орудие, которое католики до сих пор скрывали, так что даже по тем подробностям, которые открыты для публики, мы не можем гарантировать достоверность информации.

Владельцем этого голоса, который звучал то по-мужски, то по-женски была Шерри Кромвель. Дешифровщик Англиканской церкви, и в то же время, враг Индекс. Они обе были из одной группы, и могли скрестить шпаги из-за того, что она принадлежала к другой фракции, но если ситуация или проблема касалась Англии, она помогала без колебаний. Шерри была в такой запутанной ситуации.

Из-за нападения, которое она предприняла первого сентября, сейчас она была под религиозным расследованием, проводимым «Несессариусом». Оставить её, ключевого бойца, взаперти и заставить делать бумажную работу имело довольно глубокий смысл. Тем не менее, Стейл подозревал, что архиепископ Лаура Стюарт проявит «великодушие» из-за того, что это происшествие связано с довольно сложной подоплёкой в Англии, и они попросту не могут обойтись без бойцовских навыков Шерри Кромвель и её способностей дешифровщика. С этим происшествием было связано немало последствий в Академгороде, так что должно быть, Лаура провела довольно напряжённые переговоры с лидером научной стороны, Алистером, чтобы всё это уладить.

Что касается Стейла, то ему до этого не было дела. Одно то, что Шерри как-то раз напала на Индекс вызывало у него желание ударить её огненным мечом прежде чем разговаривать с ней.

— Что касается «Апостольского Креста», как бывшая католичка, я никогда его не видела. Значит, его можно классифицировать как секретное оружие. На то, чтобы найти его слабости, у нас уйдёт некоторое время.

Другим человеком, который заговорил расслабленным голосом, была Урсула Аквинская. Как и Шерри, она специализировалась на расшифровке всего, что имело отношение к магии. Из-за происшествия, случившегося, когда она попыталась расшифровать магическую «Книгу Закона», она перешла из католической церкви к англиканам.

В данный момент Стейл получал информацию из огромного количества записей, покоящихся в Британской библиотеке, независимой от Британского музея, пытаясь найти условия применения «Апостольского Креста». Основываясь на специализации, следовало позволить тем, кто знаком с шифрами, разобраться со сбором информации об этом древнем предмете. Поэтому Шерри и Урсула были в одном и том же департаменте.

— Туру-туру… ух ты, подожди-ка, Шерри! Шерри! На этой странице есть рукописная информация о системе безопасности Ватикана.

— ЭЙ ТЫ! Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не ела кексы в библиотеке?

— Но уже почти что настало время обеда. Хочешь немного перекусить?

— НЕ О ТОМ РАЗГОВОР, ХОЧУ Я ИЛИ НЕТ! Я УЖЕ СКАЗАЛА, ЧТОБЫ ТЫ НЕ ЕЛА ЗДЕСЬ, ТАК ЧТО ПЕРЕСТАНЬ ЖЕВАТЬ ЭТОТ КЕКС!!!

— Но это кекс, который мои друзья Амакуса испекли специально для меня. Он приготовлен с соблюдением пищевых ритуалов, которые исцеляют мои раны и восполняют запас энергии. Моё тело ещё не восстановилось, знаешь ли.

— Цыц, не переводи тему… дура! Только не говори мне, что эти крошки на полу тоже важная часть ритуалов Амакуса…

Стейл невольно вздохнул.

Несмотря ни на что, характеры у этих двух были совершенно разными. После того, как из трубки донёсся какой-то хруст, телефон его собеседниц замолчал.

«Ну в самом деле…»

Стейл сложил телефон и засунул его в карман.

«… С каких пор «Несессариус» стал таким гармоничным?»

До сих пор атмосфера в «Несессариусе» напоминала блуждание в паутине. По другую сторону надежды находится отчаяние. Для того, чтобы приобрести друзей, им приходилось кого-то убивать. Им приходилось проливать кровь, чтобы предотвратить кровопролитие — вот такая это была организация.

Единственной причиной, о которой он мог подумать, был некий парень.

Многие маги общались с ним, испытали его влияние и заново обдумали, каковы их жизненные цели.

Даже сам Стейл был одним из них.

— … Хотя я и не хочу этого признавать.

Сказав это, Стейл бросил под ноги короткий окурок сигареты. Коснувшись земли, тот немедленно исчез во вспышке пламени. Он вытащил новую сигарету, и, хотя не коснулся его рукой, кончик сигареты вспыхнул пламенем. Он выдохнул немного дыма.

«Цучимикадо сказал, что собирается проверить меры безопасности Академгорода, он чувствует, что тут не очень надёжно. Тогда…»

Стейл откинулся на скамейку, взглянул в до отвращения голубое небо и выдохнул клуб дыма, вылетевший, словно из дымохода.

— ?

Кто-то смотрел на него.

Распрямившись, он опустил голову. Перед ним была женщина ростом 135 сантиметров.

Её зовут Цукуёми Комоэ, верно?

Примерно в конце июля, когда девочка по имени Индекс впервые проникла в Академгород, эта женщина была одной из тех, кто прятал Индекс в своей квартире. Она выглядела как девочка лет двенадцати, но говорили, что она работает учителем. Почему-то на ней был светло-зелёный топ без рукавов, и белая юбка в складку — похоже, это был наряд чирлидерши.

Она пристально смотрела в лицо Стейлу.

«О. Такая расслабленная страна, и всё равно находятся люди, способные справиться с кризисом».

Цукуёми Комоэ вероятно, не была посвящена в суть ситуации, но из-за случившегося в прошлый раз, она всё равно чувствовала что-то странное, связанное с Стейлом Магнусом.

Стейл цинично улыбнулся.

— Извините, я могу вам чем-нибудь помочь?

Говоря это, он пошевелил сигаретой, которая была у него во рту. Давно он не чувствовал этого ощущения страха и неприятия, которое напомнило ему атмосферу «Несессариуса».

Комоэ-сенсей показала указательным пальцем на Стейла и сказала:

— Эй! На улицах Академгорода курить запрещено!!!

… Совершенно предсказуемый ответ.

Стейл безмолвно моргнул.

— Эх…

— По…почему у вас такой усталый вид?! Комоэ-сенсей предупреждает вас всерьёз! Я серьёзно делаю вам замечание, знаете ли!

Увидев, что на глаза Комоэ-сенсей навернулись слёзы, Стейл слегка нахмурился. Комоэ-сенсей, не обращая внимания на выражение его лица, пригляделась к Стейлу повнимательнее, и сказала:

— Хм! Извините, сколько вам лет? Комоэ-сенсей чувствует, что вы несовершеннолетний.

— Ну и что?

— Само собой я тебя отчитываю! Ну в самом деле, слушай меня. СМОТРИ НА МЕНЯ! НЕ ОТВОРАЧИВАЙСЯ В СТОРОНУ!!!

Разозлённая Комоэ-сенсей выхватила сигарету изо рта Стейла, и без малейшего колебания полезла в карман его пальто. Порывшись там, она вытащила пачку сигарет.

— …

Стейл выглядел так, словно его лицо свело судорогой. Как правило он не нападал на тех, кто не связан с магией (кроме некоего парня, у которого особенная правая рука).

Комоэ-сенсей посмотрела на марку сигарет, пачку которых она конфисковала, удивлённо подняла брови и сказала:

— И к тому же, ты выбрал такую марку, чтобы пустить пыль в глаза. Ты начал курить, потому что хотел стать кинозвездой или что-то в этом роде?

— Дело всего лишь в том, что в моей стране это самая известная марка сигарет…

— В самом деле! В любом случае я это конфискую! Тебе нельзя курить. Никотин и дёготь плохо влияют на рост детей!!!

Глядя на пристально смотревшую на него Комоэ-сенсей Стейл невольно отвёл взгляд.

«… Так хлопотно.»

Подумал он.

Цукуёми Комоэ похожа на некую девочку.

Они не обращают внимания на разницу в телосложении, игнорируют дистанцию между людьми, и лезут в душу другим людям.

Они делают то, на что большинство людей не обращают внимания, но они делают это для блага других.

Они будут отчитывать человека, чтобы не дать ему причинить себе вред.

Несколько лет назад, каждый раз, когда Стейл закуривал, та девочка сердилась и отчитывала его.

— Ну в самом деле…

— Что…что это за беспомощное выражение? Я, Ко…Комоэ-сенсей, теперь в самом деле рассердилась! А, есть ещё? Сегодня сенсей собирается конфисковать их все… а…а! Не играй с пачкой сигарет, как с мячом; быстро отдай их мне!!!

Стейл отвернулся от Комоэ-сенсей. Хотя он и не обращал внимания на кричащую Комоэ-сенсей, он не собирался уходить.

Верно, она действительно упрямая.

===Часть 6===

Лидвия Лоренцетти была в вестибюле отеля.

Она была одета в старое, порванное и помятое монашеское одеяние, которое довольно сильно бросалось в глаза на фоне окружающей современной обстановки. Её волосы и кожа были такие же потрёпанные и унылые, как и платье. По ней было видно, что она должна была быть красивой, но с головы до пят выглядела как старое кино, все краски которого выцвели.

Одеяние, которое она носила, было на целое поколение старше, чем то, что сейчас носили католики, и отличалось от них в деталях. Помимо прочего, одеяние, которое носила Лидвия, было белым, с красным крестом. Это был символ Святого Георга, а также символ англикан. В нынешние времена её не раз принимали за англиканку лишь потому что она носила платье с символом, похожим на их символ. Но Лидвия выбрала эту одежду не только из-за того, что она перешла к ней от бабушки, но и из-за своей веры. Она верила, что «даже если они были грешниками, пока у них есть хоть капля дарования, она протянет им руку помощи».

С точки зрения мирового рейтинга, отель, в котором она остановилась, не был знаменитым. С точки зрения истории его можно было описать как «пустышку». Он не шёл ни в какое сравнение с огромными итальянскими отелями, имевшими историческую ценность… но этот отель пользовался успехом как никакой другой отель в мире.

Может быть, причиной тому было международное спортивное совревнование вроде Дайхасейсай, произвольно предположила Лидвия.

Академгород обычно был закрыт для посещения, так что на самом деле в нём не нужны были отели, разве что на случай приёма высокопоставленных лиц из других школ. Поэтому, присутствуя на событии такого масштаба, туристы извне должны были собраться в тех немногих отелях, что были в Академгороде. Все номера были полностью заняты. При таком количестве туристов бизнес должно быть процветал и в отелях за пределами Академгорода.

Окружающая толпа начала быстро двигаться в то время как Лидвия направилась вперёд.

От этого возникало чувство искажения, исключавшее пространство и время.

«Затем»,

Лидвия Лоренцетти вышла из отеля, через вращающуюся стеклянную дверь.

На неё обрушился яркий свет этого жаркого дня.

Она прищурилась.

«Ориана сейчас трудится, не покладая рук, так что и мне следует взяться за работу».

Когда Лидвия подумала это, послышалась передача про Дайхасейсай. Она посмотрела вверх и увидела проплывавший в небе дирижабль. На большом экране на днище аэростата передавали прогноз погоды. В нём говорилось, что погода будет ясной. Погода уже отличная, подумала Лидвия, отворачиваясь от светившего на неё солнца.

Вся улица выглядела мирно.

Лидвия Лоренцетти нашла проход сквозь толпу, и растворилась в ней.

===Часть 7===

Двадцать минут третьего.

Обеденный перерыв закончился.

До следующего соревнования, в котором должен был участвовать Камидзё, оставалось ещё немного времени. Но поскольку места надо было занять заранее, группа родителей — Тойя и Шиина Камидзё и Мисузу Мисака заторопились на следующий стадион.

Поэтому в данный момент Камидзё, Индекс и Микото шли по улице мимо автобусной остановки втроём. Поскольку Микото была из другой школы, ей надо было вернуться к своим одноклассникам.

«Хм, как бы там ни было, давайте…»

Прячась за девушками, Камидзё испустил вздох глубокого облегчения.

Похоже, они не заметили событий, происходящих в Академгороде. Поскольку уже пострадала Сейри Фукиёсе, Камидзё не хотел, чтобы в эти события впутался кто-то ещё, несмотря даже на то, что Индекс и Микото были идеальной боевой силой, в которой он нуждался.

Микото похоже, не замечала, что с Камидзё творится нечто странное.

— … Мне это кажется странным, почему вы двое всё время ходите вместе?

Увидев, что Микото смотрит на удивлённые лица Камидзё и Индекс, Камидзё был шокирован.

На самом деле, Камидзё и сам не знал ответа.

Потому что он потерял память. Раньше, чем он осознал это, и когда он пришёл в себя, Индекс уже жила у него. И он скрывал тот факт, что потерял память.

Поэтому Камидзё подумал, что он может просто «дать уклончивый ответ и позволить другим истолковать его», или «попробовать сменить тему» и ускользнуть от ответа.

— А почему стриженая всё время вместе с Тома?

Индекс задала этот вопрос прежде, чем Камидзё успел что-то сказать.

— Что?

Микото, слегка вздрогнув от встречного вопроса Индекс, сказала:

— Что ты имеешь в виду под «всё время»? Не может быть, чтобы я круглые сутки проводила с этой вещью! Это чепуха. Даже я не настолько сумасшедшая, чтобы тратить своё свободное время на этого идиота.

— …Уа, подумать только, ты меня обозвала и вещью и идиотом.

Камидзё вяло сказал это, но обе девушки не обратили на него внимания.

— Хм…

Индекс ненадолго задумалась.

— Раз уж ты заговорила об этом, со мной то же самое.

— ЧТО? ЭТО ТАК?

— Хм. Тома бросает меня как только что-то случится. Если речь идёт о жизни и смерти, он упорно рвётся в бой, как идиот… Я думаю, это как-то связано со стриженой, верно?

— Я…я не знаю.

Микото и правда была замешана в нескольких случаях, но не до такой степени, чтобы говорить «всё время».

Если это так, то что происходит? Подумав об этом, Индекс и Микото одновременно повернулись к Камидзё.

— … Тома всегда оказывается в больнице после того, как что-то пообещает. Что происходит за кулисами?

— … Ты, ты всё время делаешь что-то в этом роде? Кстати говоря, ты действительно помог этим детям и в прошлый раз Куроко…

Камидзё, охваченный трусостью, невольно попятился.

В некотором смысле то, что они говорили, было правдой. Но, думая о том, что сейчас происходило в Академгороде, он просто не мог ответить им.

Поэтому…

— Вы… вы обе действительно бесите! Это просто, вы просто видите ту часть года, когда я больше всего наслаждаюсь жизнью! Это не то чувство, которое держится весь год. Насчёт этого… полагаю, за год человек должен пару-тройку раз поступить круто.

Он выкрикнул этого, но получил холодные ответы.

— … Было ли это действительно два раза?

— Я не думаю, что это было только три раза.

После этого обе они жёстко отругали Камидзё. Похоже, от того, что они вывалили свои подозрения на Камидзё, девушки почувствовали себя намного лучше, и они продолжили прогулку в нормальном темпе.

— Следующий матч вот-вот начнётся…а, в конце концов я так и не смогла нормально отдохнуть. И моё тело так остыло под кондиционером, хотя хорошо, что мои мышцы не онемели.

— … Ты действительно настроена. Что теперь, только не говори мне, что будет схватка между двумя школами для благородных девиц?

— …

Микото внезапно прервала свои упражнения на растяжку.

— Ты… только не говори мне, что ты забыл о нашей штрафной игре.

— Что? Ты сказала, что проиграет тот, чья школа займёт низшее место, и ему придётся подчиняться победителю. Нет проблем, нет проблем. Ты видела таблицу результатов? Наша школа недалеко отстала от Токивадая.

— По…подумать только, что ты до сих пор такой расслабленный! Хмф! Наша школа наиболее знаменита тем, что вырывается вперёд во второй половине соревнований. Так что ты… твоё отношение очень скоро… ЭЙ! ПОЧЕМУ ТЫ УХОДИШЬ, НЕ ВЫСЛУШАВ, ЧТО ТЕБЕ ГОВОРЯТ?!

Микото продолжала стрелять электрическими искрами в Камидзё, и, хотя расстояние было небольшим, его правая рука успевала превращать их в ничто.

Он сам хотел заорать: «ЭТО ЖЕ СТРАШНО! ПОЧЕМУ ТЫ ВДРУГ ДЕЛАЕШЬ ЭТО?!» и задрожать от страха, но после прямого попадания одного из всего лишь семи эсперов пятого уровня в Академгороде, он всё ещё не пострадал. Гордость эспера была растоптана, и даже когда Микото продолжала кричать «ПОЧЕМУ ОНИ НЕ ПОПАДАЮТ!!!», её проигнорировали, и она исключительно быстро сбежала. Глядя на это, Камидзё забеспокоился, что её разминки может оказаться недостаточно.

Индекс, которая до сих пор держала в руках трёхцветного кота, сказала:

— … придётся подчиняться победителю?

— Это не так. Хоть мы и говорили, что будем подчиняться победителю, всему есть границы, Индекс! Это определённо не такие извращения, о которых ты подумала, так что пожалуйста, успокойся!!!

— Уа! Я ни о чём таком не думала!!!

Индекс открыла рот, но застыла на полпути. Она не знала, прыгнуть на него или нет, так что могла только широко раскрыть свой маленький рот.

Камидзё задрожал, подумав:

«Тьфу! Хотя, когда тебя кусают, это раздражает, ей неловко всё время так следить за собой! Невыносимо быть всё время в напряжении, когда ничего не происходит. Как мне выйти из этого тупика?!»

Воспользоваться возможностью отучить её от дурной привычки кусаться было выходом, но если ничего не получится, будет плохо, если сохранится такая неловкость. «Почему мне кажется, что передо мной стоит дилемма, вроде того, признаться ли в любви подружке детства?!»

Камидзё был озадачен.

С другой стороны, Индекс сейчас вся напряглась, вероятно пытаясь найти способ уйти от темы кусания, со словами:

— То… Тома, мне немного хочется пить, я бы хотела фруктового сока.

— … Такой неестественный способ менять тему разговора.

— Это неважно! Я сказала, что хочу пить! И я хочу пить!!!

С этими словами, Индекс схватила Камидзё за руку. Камидзё подумал, что раз кусание исключается, то нормально ли хватать людей за руку? В данный момент Камидзё не мог понять, о чём она думает.

— Это… секундочку, Индекс, разве ты только что не пообедала? Если ты будешь так много есть, то разжиреешь.

— Что…

Индекс, одетая в форму чирлидера, уронила кота, которого держала в руках, на землю. Кот проворно приземлился, и снова прыгнул ей на руки.

Индекс так покраснела, что казалось, у неё вот-вот пар из ушей пойдёт.

— Не… не может быть, чтобы я растолстела! Я определённо ем немного больше, чем обычный человек, но несмотря на твои предсказания, я вовсе не растолстела!!!

— Пра-аавда? А ты раньше измеряла свой вес, содержание жира, и обхват талии? Может, ты этого не заметила, но к твоей защите добавилось довольно много слоёв.

Камидзё посмотрел на область в районе желудка Индекс.

В отличие от монашеского одеяния, тонкая форма чирлидера облегала тело Индекс, показывая все его изгибы. Поскольку на ней был топик без рукавов, был виден даже пупок.

— Если… если ты мне не веришь, можешь измерить мой живот! Я готова в любое время!

— Я к этому ещё морально не готов! Да и кто постоянно таскает с собой мерную ленту, Индекс!!!

— Тебе она не нужна! Тома нужно только обхватить руками мою талию, чтобы узнать это!!!

— ЧТО?!!!

Глаза Камидзё широко раскрылись.

— Быстрее! Лучше тебе поторопиться!!!

Тонкая рука девочки с силой схватила его напряжённое запястье.

«Чёрт… я забыла передать сообщение. Похоже, сейчас я слишком возбуждена».

Микото, расставшаяся с Камидзё, бежала назад по дороге, по которой только что прошла.

В путеводителях по Дайхасейсай, выпущенных в Академгороде, было приведено расписание всех матчей, но оно было «предварительным», поскольку во время соревнований в него могли вноситься изменения.

Время проведения соревнования по поеданию булочек, в котором участвовала средняя школа Токивадай, изменили перед обедом. Если она не скажет своей маме, Мисузу, та будет ждать на стадионе, на котором Микото не будет выступать.

Микото оставила свой телефон в сумке, которая находилась у ответственных за хранение вещей из её общежития, а общественных телефонов поблизости не было видно. Поэтому она бежала по улице лишь для того, чтобы сказать несколько слов.

Внезапно рядом с Микото появился кто-то, элегантно движущийся.

В складной спортивной инвалидной коляске сидела обмотанная бинтами девушка, Куроко Ширай. Поскольку она была раненой, и к тому же, зрителем, на ней была рубашка с короткими рукавами, тонкий свитер цвета белого риса, и серая юбка в складку, летняя форма средней школы Токивадай. Пара её косичек, удерживаемых заколками в виде бабочек, развевалась по ветру.

— Онээ-сама, если ты торопишься, не хочешь ли воспользоваться моей «пространственной телепортацией»?

— … Прежде, чем я успею ответить на этот вопрос, ты уже без сомнения начнёшь меня обнимать, так что я наготове.

— Эх! Как и ожидалось от онээ-сама, она смогла прочесть мои мысли! Я даже хотела добавить, что мне так не хватало онээ-сама в те несколько дней, что я провела в больнице!!!

Микото вдруг почувствовала, как по спине у неё пробежали мурашки, и постаралась держаться подальше от Ширай. Улыбающаяся Ширай сказала, словно только что заметила:

— Но куда же спешит онээ-сама…? Нет… не говори мне! Ты собираешься снова бежать к тому извращенному обезьяночеловеку, и болеть за него?!

— Нет… ничего подобного, дура. Мы с этим парнем теперь враги.

— Ой, правда? Но этот мистер похоже, прямо перед тобой.

А? Она уже вернулась на то место? Микото невольно отвернулась от находившейся за ней Ширай, и посмотрела перед собой.

Перед ней был…

Некий парень, рядом с которым стояла девочка с зелёными глазами и серебристыми волосами.

Он стоял на коленях, обхватив обоими руками талию девочки и прижав своё лицо к её животу.

Что…?!

Микото была так шокирована, что ничего не могла сказать.

Хотя и был Дайхасейсай, кроме них на улице никого не было. Значит, этот парень воспользовался возможностью пару раз обнять девочку, чья талия тоньше, чем он. Это уже извращение, когда мальчик и девочка обнимаются, стоя лицом друг к другу, и почему ещё он специально так приблизил к ней лицо?

От этого Микото потеряла дар речи.

В этот момент Ширай, сидевшая в спортивной инвалидной коляске за Микото, выкрикнула возбужденным голосом, определенно наигранным:

— Уа, кажется, что у неё уже несколько месяцев беременности? Или, может быть, она чувствует, как малыш пинается в её животике… э? (хи-хи-хи).

Услышав такой возбуждённый голос, Микото задрожала всем телом. Прогремел гром, и со всего её тела посыпались голубые и белые искры. Даже если она ударит молнией, против этого парня она окажется бессильной.

Похоже, даже рейлган его не заденет.

Но Микото всё ещё плотно сжимала свой правый кулак.

— УБИРАЙСЯ… В АД!!!! ЧУДОВИЩЕ!!! ИЗВРАЩЕНЕЦ!!!!

Она неожиданно подскочила к парню, занесла кулак, и ударила его изо всех сил.

— ОААААААААААААА???!!!!

Камидзё, на которого внезапно обрушился удар, отпустил Индекс, и покатился по земле. В его затылке, ударившемся о землю и конечностях, потершихся об асфальт, вспыхнула боль.

На лице он чувствовал удивительно мягкое ощущение живота девушки, немного пота, приятный запах и тепло. Когда от всего этого у него закружилась голова, удар кулака Микото пробудил его. К тому же, по крайней мере он смог оторваться от Индекс. Камидзё подумал, что убил одним выстрелом двух птиц, только почему он не был счастлив?

— Э? … Я его ударила?

Однако Микото, которая ударила его, громко крикнула.

Камидзё лежал на земле, и говорил с дрожью в голосе:

— Ууу… ух… нет, это хорошо. Я определенно не мог вырваться своими силами из этой загадочной розовой атмосферы, которая окружала меня и Индекс. Но, тем не менее… почему мир не мог воспользоваться более мягким способом для того, чтобы решить эту проблему!!!

Камидзё чуть не плакал, протирая глаза. Но вместо хорошо знакомого ощущения от прикосновения рук ему казалось, что он протирает их куском тонкой ткани. Гладкая ткань, может быть, сатин, что это? Если приглядеться, это кусок белой ткани. Вроде тех бумажных вееров, сложенных в несколько слоёв, которыми бьют людей в телепостановках с бокэ и цуккоми.

Это юбка в складку.

Чирлидерская форма Индекс.

— ……………………………

Молния на боку юбки порвалась, и теперь она превратилась в прямоугольный кусок ткани. Обнимая Индекс за талию, он, похоже, схватился за её юбку. Получив удар в таком положении, он потянул юбку за собой.

«Тогда…»

Камидзё боязливо поднял взгляд от своих рук.

Перед ним была Индекс, лицо которой было совершенно красным. Она всё ещё была одета в форму чирлидера, но теперь от неё остался только бледно-зелёный топик. Юбка, которая должна была быть, исчезла, оказавшись в руках Камидзё.

Забудьте о пупке, тут всеобщему обозрению открылись и нижнее бельё и бёдра зеленоглазой девочки с серебристыми волосами. Нет, строго говоря, на ней были трусы такого типа, что надевают под теннисную юбку. Может быть, это было просто его воображение, но на них в нескольких местах виднелись складки, но разумеется, были некоторые места, на которые он не мог взглянуть (Хотя Камидзё всё равно изучал их в подробностях).

— !!!

Двумя руками, в которых она сжимала кота, Индекс торопливо пыталась прикрыть низ живота, но разумеется, прикрыть его полностью она не могла. Залившись краской, Индекс изо всех сил пыталась отвернуться от Камидзё, но поза казалась немножко слишком чувственной.

Взглянув на представшую перед ним сцену и гладкую юбку в своих руках, Камидзё подумал:

«Я погиб. Через пять секунд мой череп будет раздроблен на куски резцами Индекс… нет, даже её клыки и коренные зубы свербят укусить меня! … Эй, секундочку. Как раз сейчас Индекс похоже, сдерживает себя, чтобы никого не кусать! Так может, есть шанс спастись?!»

В отчаянии, Камидзё с надеждой оглянулся, и как раз когда собрался сбежать…

— … А ну-ка постой, ублюдок.

— … Давно не виделись, мистер.

Послышались холодные голоса Мисаки Микото и Куроко Ширай.

— …

Когда Камидзё боязливо взглянул на них, девушка, от которой летели белые и голубые искры, вытащила какие-то металлические жетоны для игровых автоматов из кармана шорт, в то время как девушка на инвалидной коляске смело задрала свою юбку и вытащила устрашающие металлические дротики, крепившиеся на её бёдрах.

— Хмф, хотя мне и не нужно помогать той девочке.

— Но враг онээ-сама — мой враг.

Хотя их голоса не были энергичными, похоже, что их напряжение достигло высшей отметки. Индекс, единственная, кто мог спасти его, пряталась, вся покраснев, за Микото.

[[Image:Index v10 059.jpg|thumb]]

«Моя… моя жизнь закончена».

Усталый и изнурённый Камидзё прижал руку ко лбу, и сказал напоследок, словно не собираясь сдаваться.

— Но в этой ситуации самым важным является остановить эту бесполезную войну. Как насчёт того, чтобы мы все вместе поработали над решением проблемы с юбкой Индекс? Разве мы не можем уладить это мирным путём? Наверное, нет, ага? Простите…

Камидзё, который первоначально собирался оправдаться, не справился с этим.

Обе девушки одновременно восприняли это как его последние слова, и прыгнули на него.

===Часть 8===

Камидзё чуть не размазали по асфальту рейлганом и металлическими дротиками, и ему пришлось столько побегать, что теперь, запыхавшись, он отдыхал на скамейке. Микото и Ширай увели с собой Индекс, чтобы заменить порвавшуюся юбку (по крайней мере так это выглядело, потому что ему казалось, что, убегая, он слышал эти слова от Микото). Похоже, теперь ему надо было заняться чем-то другим.

«Это…»

На его часах было три часа дня.

Ни Мотохару Цучимикадо ни Стейл Магнус не выходили на связь.

Учитывая, что целью Орианы и Лидвии было не «передать духовное орудие в Академгороде», а «активировать его в городе», они могли где-то прятаться, чтобы избежать преследования. Так что было трудно довести до конца предложенную раньше тактику поимки Орианы и Лидвии во время их перемещений для того, чтобы сорвать сделку. Это было предложение Стейла.

В данный момент они искали условия использования «Апостольского Креста». Теперь, когда они потеряли следы Орианы и у них не осталось ключа, который мог бы привести к ней, они могли только полагаться на то, что отыщут эти условия.

Точка зрения Цучимикадо была такой: если целью Римской католической церкви был захват Академгорода при помощи «Апостольского Креста», тогда ожидание было не нужно, так почему же его уже не использовали? Раз они этого не сделали, вероятно, были какие-то особые условия, которые надо было выполнить?

Если «особые условия не будут выполнены, они не смогут использовать «Апостольский Крест», так что нарушив эти условия, можно было не позволить Ориане достичь цели. Поскольку для того, чтобы противостоять этим женщинам, скрывающимся в Академгороде нельзя было просто преследовать Ориану, сейчас они могли только вести поиски в этом направлении.

Тем не менее…

— …Долго же они.

Камидзё не мог не пробормотать это.

Должно быть, с момента их расставания с Орианой прошло уже несколько часов. Хотя Камидзё ничего не мог сделать, он беспокоился о том, стоит ли ему слоняться без дела. Ситуация, в которой они не знают, как нужно использовать «Апостольский Крест», довольно сильно беспокоила.

И то, что ещё сильнее беспокоило Камидзё…

У него есть самая лучшая козырная карта.

«Индекс…»

Она помнит наизусть 103 000 магических книги, она — живая магическая библиотека. В этом обширном море знания наверняка должна быть информация об «Апостольском Кресте».

Самым простым было бы спросить у неё напрямую. Если речь идёт об Индекс, то будь то «Апостольский Крест» или что-то ещё, если есть хоть какое-то подозрение, что оно связано с магией, она даст ответ за пять секунд. Именно в этом состояла первоначальная причина, по которой «Несессариус» создал должность «Индекса магических книг».

Как только они спросят её, сразу же получат ответ.

Однако, они не могут спросить.

«Внешние силы» за пределами Академгорода?»

За пределами Академгорода есть крупные и мелкие группы магов. Как только они обнаружат, что в Академгороде происходит что-то, связанное с магией, они рванутся сюда.

Но не все они дружественно настроены к Академгороду. Некоторые из них даже хотят проникнуть в Академгород, который в обычных обстоятельствах запрещает им въезд, чтобы заняться подрывной работой.

Большинство из этих групп находятся за пределами Академгорода, используя заклинания «поисковой магии». И большая часть их поисков сосредоточена вокруг Индекс, поскольку в прошлом она была замешана в довольно много магических происшествий. Поэтому, если что-то случится, она будет под наибольшим подозрением.

Поэтому…

«Если мы позволим Индекс оказаться в эпицентре событий, поисковая магия сможет засечь магию Орианы. Поэтому мы не можем позволить Индекс влезть в это дело, мы даже не можем позволить, чтобы она оказалась поблизости. Опасность возникнет в тот самый момент, когда она осознает, что что-то не так». У Индекс были обширные познания в магии. Так что она никак не сможет пропустить любое проявление магии. И с её-то характером как только она получит малейший намёк, она немедленно вмешается в ситуацию, даже если Камидзё скажет ей не делать этого.

— Ну в самом деле, ключ прямо передо мной, и мне действительно хочется спросить. Но если я задам вопрос, мы обречены. Чёрт, передо мной дилемма.

Пробормотав это, Камидзё не мог не вздохнуть.

— Что ты имеешь в виду под дилеммой?

Услышав раздавшийся сзади голос, Камидзё вздрогнул от неожиданности. Он осторожно оглянулся, и увидел девушку с длинными чёрными волосами, которая неизвестно как долго сидела на скамейке. Эта девушка в спортивной форме была Айса Химегами. Под предписанной правилами формой из рубашки с короткими рукавами и шортов, на шее у неё должен был висеть серебряный крест. Прямо сейчас, под чёрными волосами, скрывающими её тело от шеи до ключиц. Это украшение свисает с её шеи под рубашкой.

— Хи… Химегами? Почему ты здесь…?

— Возникла проблема, поэтому я искала тебя здесь.

Что происходит? Камидзё наклонил голову. У Айсы Химегами эмоции слабо отражаются на лице, поэтому обычно сложно сказать, сердится она или грустит. Однако, когда она говорит: «Я голодная», ей можно верить и никто не усомнится в ней, когда она говорит: «Я хочу завести кота».

Поэтому Камидзё честно спросил:

— Что на этот раз за проблема?

— Нх, у Комоэ-сенсей есть небольшая проблема. Она выглядит довольно рассерженной.

— ???

Услышав это, Камидзё решил для начала последовать за Химегами. Она схватила его за запястье и потащила за собой со словами: «Сюда, сюда».

Камидзё увидел, что они держат друг друга за руки. Увидев, что Камидзё уставился на сцепленные вместе руки, Химегами слегка нахмурилась:

— Что-то не так?

— О, нет, ничего. Химегами, похоже, совсем не возражает.

— .

В этот момент Химегами внезапно отпустила его. Она по-прежнему выглядела стоически, но похоже, немного покраснела. Она прижала руку, которой только что держала за руку Камидзё, к своей груди и накрыла её другой рукой. Хотя на самом деле трудно было сказать, похоже было, что её это беспокоит.

Айса Химегами привела его в довольно большой парк.

Может быть из-за того, что обеденный перерыв закончился, вокруг было немного народу. Главным событием сегодняшнего дня был Дайхасейсай, поэтому участники соревнований и зрители направились на переполненные стадионы. По улицам двигалось столько людей, и они в основном либо шли с одного стадиона на другой, либо покупали сувениры. В особенности туристы из соседних областей, которые купили входные билеты чтобы посмотреть на достопримечательности Академгорода, были полностью заняты посещением соревнований, и времени на то, чтобы прохлаждаться у них не было.

В этом безлюдном парке была скамейка.

Возле скамейки была довольно сильно рассерженная Комоэ-сенсей в наряде чирлидера. Она страстно говорила об этикете курильщика и курении несовершеннолетних.

Напротив неё сидел маг Стейл Магнус, который воспринимал эти слова как назойливый шум. На его лице не было разочарованного выражения, вызванного тем, что его отчитывают, напротив, он улыбался, отчего казался немного усталым и озабоченным.

Комоэ-сенсей пыталась конфисковать пачку сигарет, которая была в руках Стейла, но он перебрасывал её как мячик, и Комоэ-сенсей не могла её поймать. Со стороны, то, как она прыгала и промахивалось, напоминало прыжки собаки за пластиковым мячиком.

— Вот они, вот они. Человек, который спас меня в прошлый раз, спорит с Комоэ-сенсей. Я не знаю, что делать.

Химегами посмотрела на сцену перед собой, по-видимому, находя её неловкой. Для неё, хотя Комоэ-сенсей и была её спасительницей, но сперва Стейл Магнус тоже стал её спасителем в происшествии с частной школой Мисава, когда алхимик очень активно действовал в тени. Вероятно, она не хотела, чтобы они ссорились. Но, увидев этого священника, от которого шёл запах парфюмерии, Камидзё выразил взглядом раздражение и отвращение, которое чувствовал.

— Послушай… Химегами, не нужно их останавливать. Этому парню следует позволить Комоэ-сенсей как следует отругать его для его же собственного блага.

Услышав слова Камидзё, Химегами с озабоченным видом сказала:

— Но этот курильщик смотрит на нас. Он выглядит обеспокоенным.

— Этот парень сейчас счастлив, потому что на нём повисла маленькая девочка, всё будет нормально даже если мы их не будем вмешиваться.

— Но у Комоэ-сенсей всё лицо покраснело, похоже, она настолько разозлилась, что устала.

— Эта учительница ещё счастливее от того, что встретила трудного подростка; не о чем волноваться.

Увидев рядом трясущего головой Камидзё, Комоэ-сенсей не перестала пытаться ухватить руку, державшую в воздухе пачку сигарет.

— А, Камидзё!!! Чего ты тут стоишь, давай помоги учительнице!!! Этот ребёнок ужасающе много курит! Послушай, можешь помочь, забрать эту пачку сигарет и отдать мне?!

Камидзё больше ничего не мог сделать, кроме как подойти к Комоэ-сенсей и Стейлу.

Сначала Камидзё посмотрел на Комоэ-сенсей, затем повернулся к сидевшему на скамейке Стейлу.

— … Как мило, всё ещё есть люди, которые готовы злиться на тебя.

— Я бы согласился с тобой по этому поводу, Тома Камидзё, но я сейчас немного занят. Она в самом деле шумная.

Так сказал Стейл.

Он высоко подбросил пачку сигарет, и в то же время, словно поправляя галстук, показал на телефонный ремешок, торчавший из нагрудного кармана. Этот безвкусный огонёк в виде скелета вспыхивал, указывая на входящий звонок. Он дал Камидзё увидеть это, снова естественным движением поймал сигаретную пачку и продолжил играть ею, как мячиком с Комоэ-сенсей.

Этот звонок, звонят … должно быть из Англиканской церкви. Это связано с информацией об «Апостольском Кресте», и определённо он не может позволить, чтобы Комоэ-сенсей это услышала.

— А! Ты бросил её в другую сторону!

При этих словах Комоэ-сенсей задумавшийся Камидзё заметил краем глаза, что-то летящее. Отчаянным движением он схватил это, и, приглядевшись, убедился, что похоже, это пачка сигарет марки, которую часто можно видеть в кинофильмах.

Стейл проигнорировал слова Комоэ-сенсей, сделав жест указательным и средним пальцем и приложив их к губам. «Только не говори мне, что это отвратительный поцелуй?!» Камидзё насторожился, прежде чем осознал, что этот жест означает желание курить.

Поняв это, Камидзё, протянул Химегами руку с сигаретной пачкой и спросил:

— Химегами, огоньку не найдётся?

— Э?

В отличие от Химегами, до которой доходило немного медленно, Комоэ-сенсей обернулась с той ещё скоростью.

— Камидзё! Что за бессмысленный бойцовский дух ты пытаешься использовать! Химегами, ты должна тоже остановить его!!!

Комоэ-сенсей приближалась очень быстрым шагом. Увидев это, Стейл вытащил телефон из нагрудного кармана, приложил к уху, нажал кнопку приёма и ушёл.

«Здорово, если это будет информация об «Апостольском Кресте». Если нет, то Комоэ-сенсей отчитает меня зря. Я вовсе не хочу курить, так как же я объясню это недоразумение?!»

Увидев, что Комоэ-сенсей чуть не плачет от ярости, Камидзё испугался. В этот момент зазвонил и его телефон. Кто ещё звонит? Камидзё наклонил голову, засунув руку в карман шорт.

— Камидзё! Отключи свой телефон, когда учительница с тобой разговаривает!!!

— Уа!!!

От натиска Комоэ-сенсей Камидзё неожиданно повалился назад. Комоэ-сенсей схватила пачку сигарет, которую Камидзё случайно выпустил, и в этот момент Камидзё вытащил из кармана телефон. Он посмотрел на экран; звонок был от Мотохару Цучимикадо.

«Раз этот парень позвонил мне сейчас, это значит, что Ориана начала действовать?... Чёрт, это значит, что я не могу здесь задерживаться, и я не могу позволить, чтобы Комоэ-сенсей услышала, о чём мы говорим».

Оказавшись перед Комоэ-сенсей, кричавшей «КАМИДЗЁ!!!» Камидзё неожиданно прыгнул, чтобы спрятаться за Химегами. Девушка с чёрными волосами покраснела, когда её схватили за плечи сзади, но стоявший за ней Камидзё этого не заметил.

Соображая, как уладить эту ситуацию, Камидзё задумался о стратегии.

— Эй, Химегами, оставляю это на тебя! Я уже сделал то, что ты просила, и прервал ссору Комоэ-сенсей и Стейла, так что в остальном полагаюсь на тебя!!!

С практически отчаянным криком Камидзё скрылся с места действия. Когда Комоэ-сенсей уже собиралась гнаться за ним…

— Уа, Химегами! Что ты делаешь?! С чего это вдруг ты обнимаешь учительницу?!

Другая сторона похоже, выполнила свою часть сделки, помешав Комоэ-сенсей двигаться дальше.

Выбегая из парка, Камидзё поклялся в глубине души, что позже угостит Айсу Химегами окономияки, купленными с какого-нибудь лотка.

Должно быть, дело было важное, потому что всё это время телефон продолжал звонить. Как раз когда Цучимикадо собирался оставить сообщение, Камидзё нажал кнопку приёма.

— О, Ками-ян! Похоже, телефон Стейла занят, не могу с ним связаться. Он с тобой ня?! Если знаешь, где он, можешь помочь мне передать ему сообщение?

— Что?

Камидзё на мгновение задумался.

— … А, похоже, с ним как раз сейчас кто-то созвонился. Ты хочешь сказать ему о чём-то, связанном с Орианой? Она ещё что-то натворила?!

— Нет, ситуация не настолько серьёзна… а, лучше Ками-яну узнать об этом. Я использую уникальный метод для проверки системы безопасности Академгорода, метод, которым пользуются Анти-навык и Правосудие ня. Поскольку машины не могут обращаться с магией, я не ожидал от него слишком многого — но я её нашёл.

Когда Камидзё услышал это, у него волосы стали дыбом.

Цучимикадо продолжил.

— Примерно три минуты назад в пятом районе — я обнаружил её выходящей со станции «Холм Сейбу» в соседнем районе, но потом она пропала. Должно быть, она использует заклинание, которое блокирует визуальную информацию, или же прячется в мёртвой зоне камер слежения. В данный момент я не могу сказать точно.

— Три минуты назад… это довольно сложно.

Отсюда до пятого района около четырёх километров по кратчайшему пути.

Если они направятся на эту станцию, Ориана может воспользоваться этим шансом и сбежать.

— Вовсе не нужно преследовать Ориану. Как только доберётесь до станции, попроси Стейла использовать поисковую магию. Вам нужно только определить точные координаты и уничтожить её, на этом всё закончится.

Метод поиска.

Он вспомнил название: «матрица всеохватывающей реальности».

Первоначально это было заклинание Цучимикадо, но теперь его использует Стейл. Это заклинание, которое может осуществить поиск в радиусе три километра от заклинателя. Условием применения для того, чтобы оно сработало является наличие магического предмета, «духовного орудия», принадлежащего цели поиска. В данный момент у них есть карточка Орианы.

— Если враг продвинется на три километра, то выйдет за пределы зоны поиска. Раз так, нам нужно продвинуться вперёд на четыре километра, чтобы осуществить поиск. Удастся ли нам это?!

— Вот почему тебе надо поторопиться, Ками-ян. Даже если ты воспользуешься автобусом, тебе придётся добраться до того места, где находится Стейл!!!

Разговор прервался.

Если они не смогут найти условия применения и слабости «Апостольского Креста», это может быть их последним шансом. Скорее, в тот момент, когда не смогут их найти они должны будут считать, что игра окончена.

— Чёрт! Стейл!!! — закричал Камидзё.

Он вернулся туда, где могли быть Химегами и Комоэ-сенсей — в парк. В данный момент Стейл был единственным, кто мог использовать «матрицу всеохватывающей реальности», чтобы отыскать Ориану.

Камидзё торопливо огляделся по сторонам. Хорошей новостью было то, что Ориана могла ещё не обнаружить, что её засекли. Если она сбежит, они могут не успеть вовремя.

Враг шагает в то время, как Камидзё бежит.

Он может лишь положиться на свою скорость, чтобы сократить отставание во времени.

===Между строк 4===

Сейри Фукиёсе сидела в шезлонге в приёмном покое больницы.

Доктор с лягушачьим лицом сказал, что все положенные процедуры выполнены, так что ей можно гулять по больнице. Медсёстры смеялись, говоря: «Это действительно чудо; невозможно так быстро вылечить человека». Они и правда были сплетницами.

Фукиёсе слезла с койки. Чтобы проверить, в каком она состоянии, она решила прогуляться по больнице.

— … Ух.

Она прижала руку к виску, слегка тряхнув головой.

Добравшись до лифта, она почувствовала головную боль. Это было причиной, по которой её уложили на больничную койку — другими словами, это была не просто обычная проверка, скорее ей приказали остаться в больнице на один день.

Доктор мог вылечить симптомы серьёзного теплового удара, сильную головную боль или отторжение, но от потери энергии она могла оправиться только со временем. Хотя никаких очевидных ранений или симптомов не было, тело Фукиёсе ещё не выздоровело.

Она посмотрела на маленькую кнопку в своей руке.

Это была механическая коробочка размером со спичечный коробок. Похоже, это был портативный звонок для вызова медсестры. Поскольку в больнице нельзя пользоваться электроникой, это могла быть модифицированная версия продаваемого оптом тревожного сигнала. Одно то, что при ней была такая штука говорило о том, что её тело ещё не пришло в норму.

Сейри Фукиёсе оглянулась по сторонам.

Это было место, по совместительству используемое как зона для курения. Это была площадка возле лифта, не огороженная стенами. На полу у входа была канавка, и поток воздуха из кондиционера образовывал воздушную завесу. В этой прямоугольной зоне была даже небольшая прямоугольная скамейка, посредине которой стояла круглая пепельница.

Она не обращала внимание на оборудование для курения, и просто смотрела в угол, пока у неё мутилось в голове.

Вот ряд из четырёх торговых автоматов с напитками.

— … Может быть, мне нужно выпить что-то, чтобы восстановить силы?

В её словах не слышалось командной нотки, как обычно. В тот момент, когда она встала с шезлонга, она почувствовала слабую боль, пробежавшую по виску справа налево. Она не сможет принять участие в вечерних соревнованиях.

Нахмурившись, Фукиёсе медленно двинулась к торговым автоматам. Она прижала свой телефон, которым можно было пользоваться для оплаты, к электронному считывателю, и загорелся огонёк, указывавший, что можно нажимать кнопки для выбора товара.

— Так, посмотрим, самый идеальный должен содержать… глюкозу, аминокислоты, минералы и … а… АПЧХИ!!!

Размышляя, она неожиданно чихнула.

Тряхнув головой, она ударилась лбом о кнопку торгового автомата. Клац. Клац. Выкатился напиток, который Фукиёсе не собиралась покупать.

Превозмогая головную боль, Фукиёсе посмотрела, что ей досталось. Это был странный напиток, с надписью «газированное сгущенное молоко».

— … Это уж слишком нездоровый напиток.

Она не могла не сказать это вслух, держа напиток в руке, но просто взять и выбросить его она тоже не могла. Сейри Фукиёсе не знала, что ей делать, и могла только вернуться туда, откуда пришла, а затем в свою палату.

Безжизненный коридор, по которому она только что прошла, выглядел как Шёлковый путь в пустыне.

Даже в этом помещении она уже была в таком состоянии, и трудно было представить, что бы она чувствовала, если бы ей пришлось бежать под этим палящим, жестоким и невыносимым солнцем.

«В самом деле, когда… я смогу…»

Фукиёсе потянулась и вздохнула.

«… Смогу ли я вернуться к своей работе? Просто не знаю, в какие проблемы влезет этот парень, если меня не будет рядом».

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Illustrations|Иллюстрациям]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter6|Главе 6]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter6

2017-09-25T12:31:07Z

Palexadin:

==Глава 6: Окончательное возобновление погони — Accidental_Firing.==

===Часть 1===

— Ну в самом деле! Именно из-за Химегами учительница потеряла Камидзё из виду!

Комоэ-сенсей шла по району, где было множество студенческих общежитий, выговаривая идущей рядом с ней девушке.

В отличие от неё, девушка с чёрными волосами, одетая в спортивную форму, следовавшая за своей учительницей, Айса Химегами, держала пластиковый стаканчик с фруктовым соком. Она была на удивление спокойна, говоря:

— Но сенсей, скоро уже начнётся следующий матч.

— Хмф! Я знаю. Вот почему я хотела быстро это уладить, отчитать его, и привести его обратно к другим ученикам.

Парочка шла по территории, расположенной возле границы седьмого района. Кроме парка, из которого только что сбежали Камидзё и Стейл, здесь было много зданий, вроде торговых улиц и студенческих общежитий. Эти здания настолько различались по высоте, и выглядели как зубья расчёски.

Возможно. Это место было несколько слишком далеко от школ — или, можно сказать, от стадионов — поскольку люди здесь были заняты поисками сувениров. Несколько туристов странно смотрели на магазины, торгующие брелками для ключей и головоломками. В общем-то жители этого города на такие вещицы и не посмотрели бы.

Комоэ-сенсей вздохнула.

— Я знаю, давай предположим, что Камидзё уже ждёт нас там. Химегами, поторопись-ка!

— Ммм.

Химегами ответила, отпив немного фруктового сока. Её голос звучал так, словно у неё было что-то на уме, и Комоэ-сенсей склонила голову.

— … Химегами, тебя что-то беспокоит? Сенсей хочет услышать о твоих проблемах!

— Это не совсем проблемы

Химегами оторвала губы от стаканчика.

— Камидзё-сан выглядел немного странно. Словно он был рассеянным.

— Хм. Раз уж ты заговорила об этом, он действительно выглядел немного обеспокоенным. Но разве это не от того, что начинается следующий матч?

— … Но, это чувство…

Химегами сделала небольшую паузу.

Лично она уже чувствовала раньше эту особенно напряжённую атмосферу. Это было тогда, когда некий парень всего лишь со сжатой в кулак рукой противостоял алхимику, обладавшему почти божественными силами, пытавшемуся его убить. Ради тех, кого он хотел защитить, ради победы, он даже дал отсечь себе правую руку, чтобы превратить её в орудие победы.

Но…

— Может быть, у меня просто разыгралось воображение.

— ??? И что бы это значило?

Химегами посмотрела на озадаченно выглядевшую Комоэ-сенсей, и подумала довольно раздражённо:

«Но если это просто по поводу Дайхасейсай, этого не должно случиться».

Комоэ-сенсей пристально посмотрела вверх, на девушку с чёрными волосами, утонувшую в собственных мыслях. Она потянула за низ рубашки Химегами и сказала:

— Другими словами, ты беспокоишься о Камидзё.

— .

Химегами неожиданно застыла.

Фруктовый сок, стаканчик которого был в её руке, чуть не пролился, когда она с редким выражением испуга на лице, перехватила его.

— Это правда, но то, как вы это сказали, слишком прямолинейно и может вызвать недоразумение.

— Разве это не так?

— … Тогда, заботится ли Комоэ-сенсей о Камидзё-сан?

Комоэ-сенсей чуть не упала на землю, хотя споткнуться тут было не обо что. Миниюбка её чирлидерской формы задралась, но к счастью, ничего не показалось из-под неё. Комоэ-сенсей напряжённо взглянула вверх.

— Что… что ты такое говоришь, Химегами! Как классный руководитель Камидзё сенсей должна его обучать! Да..дадаже если я о нём забочусь, это потому что меня беспокоит его будущее. То, как ты сказала это, может вызывать недоразумение вместо…

— Вот это я и имела в виду.

— …

Комоэ-сенсей замолчала. Химегами протянула свободную руку и взяла тонкую руку Комоэ-сенсей. Она убедилась, что упав, Комоэ-сенсей не поранилась, и, сделав это, похоже, почувствовала облегчение, поскольку прищурила глаза.

— Тем не менее, лучше не говорить так. Мои отношения с Камидзё не настолько близки. Если возникнет недоразумение, у Кмидзё будут проблемы.

Э? Лицо Комоэ-сенсей немного изменило выражение.

— Ха-ха, значит, из-за того, что Химегами так думает, ты избегала разговора о ночной прогулке при Камидзё? Ты уже внимательно прочитала выданный путеводитель. В определённой степени, ночная прогулка это захватывающая война для студентов, сравнимая с дневными соревнованиями.

Во время Дайхасейсай проводится большое световое шоу, который начинается после заката, с использованием неоновых огней и лазеров. К тому же, после соревнований будет красочная процессия на машинах и передвижных сценах. Поскольку Дайхасейсай принимает спонсорскую поддержку от телевидения, размах этой процессии нельзя недооценивать. Ещё, в ней примут участие несколько артистов.

Совет директоров Академгорода обычно запрещает гулять по ночам, и всё дорожное движение прекращается, когда школы закрываются. Но на сегодня они даже запланировали ночные экскурсии. Хотя это и не события такого масштаба. Как на Рождество или День святого Валентина, всё равно это событие пользуется большой популярностью у учеников.

Но…

— Это невозможно.

Химегами решительно отвергла это.

— Если даже такая как я вдруг пригласит его, Камидзё-сан будет удивлён. Это не подходит. Так что, полагаю, я не должна его приглашать.

Когда её глаза немного прищурены, Химегами выглядит довольно мягкой. В то же время она выглядела немного подавленной.

Что касается Комоэ-сенсей, ей нравилось видеть учеников с таким озабоченным выражением лица.

— Это вовсе не так. Камидзё может быть, немного удивится, но нэто будет приятный сюрприз. Камидзё будет счастлив увидеть тебя счастливой, и расстроится. Если ты будешь грустить. Такой уж он ребёнок. Сенсей в этом абсолютно уверена.

Она посмотрела снизу вверх на ученицу, которая была намного выше её ростом.

— Так что, если ты пригласишь Камидзё на праздник, на котором ты будешь чувствовать себя счастливой, он тоже будет счастлив, и если ты скажешь, что это будет ночная прогулка, не должно быть никаких проблем.

Услышав это, Химегами моргнула.

На её обычно бесстрастном лице появилось удивлённое выражение.

Химегами осторожно встряхнула прозрачный стаканчик с фруктовым соком. Затем она посмотрела прямо на Комоэ-сенсей и прищурила глаза, отчего на её лице появилась хорошо различимая улыбка.

— Нет, я не хочу.

— Хмф! Сенсей старается изо всех сил подбодрить трусливую Химегами-сан, почему ты такая упрямая?

— Как бы там ни было, я не буду приглашать его.

Увидев, что Комоэ-сенсей покраснела от злости, Химегами безмолвно отпустила её плечо.

===Часть 2===

Тоума Камидзё и Стейл бежали по улицам.

На разных стадионах проходили разные соревнования, репортажи о которых неслись отовсюду из громкоговорителей и с больших экранов. Школа Камидзё должна была вот-вот начать соревнование: «Только для ребят: Кавалерийские войны, предварительная группа А». Как жаль, что он не может выкроить время, чтобы поучаствовать в этом матче.

— Тоума Камидзё! Если мы бежим к автобусной остановке, быстрее будет срезать по этому переулку!

— Нет, я проверил расписание автобусов. Будет быстрее на метро! Если сядем на автобус, будет много остановок, и хотя нам придётся подождать отправления поезда, когда он отправится, то перегонит автобус!!!

Так, громко перекрикиваясь, оба свернули в проход и побежали вниз по лестнице, ведущей в подземелье. Проходя по узкому бетонному туннелю на станцию, Камидзё поднёс свой телефон к перегораживавшему его автоматическому турникету. Сейчас в Академгороде обычное дело видеть телефоны, служащие как удостоверения личности и кредитные карточки.

Однако этот автоматический турникет реагирует только на телефоны из Академгорода. Стейл закусил язык, кинувшись к автоматам по продаже билетов. Причина, по которой он не прорвался через турникет силой, заключалась в том, что он чувствовал — в этой ситуации лучше не поднимать шум. Похоже, он считал поиски мелочи раздражающими, засунул в автомат 1000-иеновую банкноту, сгрёб сдачу и билет и вернулся.

Наконец, Стейл прошёл через турникет.

Поезд в туннеле был готов к отправлению, слышно было электронный звонок. Камидзё, первым добравшийся до платформы, вбежал в вагон, а подбежавший позже Стейл успел сунуть руку в дверь как раз когда та закрывалась. Благодаря системе безопасности дверь раскрылась, и Стейл проскользнул в вагон. Персонал станции похоже, смотрел на него, но он не беспокоился об этой бесполезной вещи.

Поезд медленно тронулся.

Камидзё прислонился к двери вагона и сказал:

— … До станции «Холм Сейбу», о которой говорил Тсучимикадо, две остановки.

Камидзё посмотрел на электронное табло и пробормотал. Стейл, который засовывал монеты в кошелёк, вдруг порылся в своей одежде и вытащил новую пачку сигарет.

Камидзё воскликнул:

— Да сколько же у тебя этих пачек?

— Не твоё дело.

Не обращая внимания на Камидзё. Стейл вытащил сигарету из пачки.

— А! Нельзя курить в вагоне. Поезд остановится, если датчики засекут дым.

Кмидзё поспешно остановил его, и Стейл разочарованно щёлкнул языком. В обычных обстоятельствах он бы проигнорировал слова Камидзё, но поскольку он знал, что нужно срочно выследить Ориану, он, нахмурившись, засунул сигарету обратно.

После этого он вытащил из пальто ещё одну пачку. Размером она была с коробку для сигарет, коробку, сделанную из старого дерева. Стейл что-то вытащил из неё, и начал жевать, как сигарету.

— Это жевательная сигарета.

— … Ты в самом деле любишь курить, ага?

— Мир без никотина и дёгтя ничем не отличается от ада. Как такой благочестивый человек как я может попасть в ад?

— Прежде чем говорить это, возможно тебе следовало бы задуматься о своей жизни.

Пока они препирались, поезд прибыл на следующую станцию. Некоторые пассажиры вышли, и новые пассажиры, которые вошли в вагон, были шокированы видом Стейла.

Дверь вагона закрылась и поезд тронулся.

Осталась одна станция.

— Далее…

Ориана Томсон была в пятом районе и говорила довольно беззаботным голосом.

Она знала, что внимание прохожих сосредоточено на ней. На Дайхасей сай приехало много иностранных туристов, поэтому светлые волосы и зелёные глаза тут не редкость. Что привлекало их внимание, так это замечательная симметрия её тела, и подходящая одежда, которая подчёркивает её красоту. Хотя мода в этой стране в нынешние времена довольно либеральна, всё же довольно редко можно увидеть, как чьи-то красивые ноги просвечивают из-под юбки, в которой сделаны вертикальные разрезы. Также довольно редко можно видеть кого-то, кому приходится носить саронг не поверх купальника.

Но Ориана не обращала внимания на людей, которые смотрели на неё.

Для человека, которого преследуют, это довольно неестественно.

«Ну… может быть, нам потребуется потратить больше времени. Ничего, это я возложу на Лидвию. Так, что же делать этой сестрёнке. Хммм…»

Похоже, что продолжая идти по улице, Ориана хотела привлечь к себе внимание.

Она выглядела уверенной в себе.

Её не заботило, не заметят ли её преследователи.

Поезд снова остановился.

Вторая станция.

Они наконец-то прибыли на станцию «Холм Сейбу».

Когда двери с обоих сторон вагона открылись, Камидзё и Стейл выбежали на платформу. Они немедленно рванулись к ближайшему выходу. Стейл, который задержался на полдороге, чтобы выплюнуть жевательную сигарету в мусорную корзину, сказал:

— Чёрт побери, где Тсучимикадо? Мы не можем использовать эту поисковую «матрицу всеохватывающей реальности», если его не будет здесь, чтобы подготовить набор!!!

Он выкрикнул это, возясь с телефоном. Хотя они были под землёй, возможно, из-за близости к базовой станции, телефон соединился.

— Тсучимикадо!!!

— Ня, прошу прощения. Я в автобусе возле станции… тут похоже, проходит забег на 10 километров. Из-за изменений в расписании это соревнование перенесли. В данный момент автобус застрял в пробке.

Стейл закусил язык, не пытаясь скрыть это.

— Как далеко ты?

— Если мне придётся выйти из автобуса и бежать, это займёт десять минут.

Камидзё подумал, что это плохо.

Три минуты прошло с того времени, как Тсучимикадо связался с Камидзё, чтобы сказать, что нашёл Ориану. Ещё пять минут ушло на то, чтобы добраться до этой станции. Тогда им придётся ждать ещё десять минут прежде. Чем они смогут начать готовить поисковое заклинание. Трудно себе представить, где она может быть сейчас. Он уже слышал от Тсучимикадо раньше, что поисковое заклинание, которое используется для поисков Орианы, «матрица всеохватывающей реальности», имеет радиус действия три километра. Если Ориана узнает об их перемещениях, может закончиться тем. что они снова её упустят.

Тсучимикадо вероятно, понимал это, потому что сказал резким тоном:

— Стейл, ты ещё помнишь, как выглядела моя «матрица всеохватывающей реальности»?

— Невозможно.

— Сможешь нарисовать её, если я буду давать указания по телефону?

— Это невозможно. Для меня бесполезно изучать процедуры, если я не понимаю стоящей за ними теории. У меня совершенно нет знаний концепций восточной магии. Особенно учитывая то, что «матрица всеохватывающей реальности», которую ты готовишь, использует пульсирующий поток места и пространства; западная и восточная магия очень сильно отличаются. Как бы то ни было, я не тот ребёнок. Уж не хочешь ли ты научить меня сущности инь-ян за один присест?

— … Тогда собираешься ли ты использовать для поиска свои западные методы?

— Даже если так, я попрошу тебя сделать это. Я в этом полный дилетант.

— Так… ничего, ты прав.

Из микрофона донёсся резкий вздох, отчего возник шум.

Почувствовав некоторую озабоченность, Тсучимикадо сказал:

— Ладно, я активирую «матрицу всеохватывающей реальности» отсюда.

Услышав это, Камидзё был шокирован.

— Чего ты боишься? Десять минут пешего хода могут привести к фатальной ошибке. Вместо того, чтобы терять время на то, чтобы бежать к станции, мне в любом случае следует это сделать. Ориана может сесть на метро или автобус ня. Лучше если мы выполним поиск до этого.

Прежде чем Камидзё смог что-то сказать, Тсучимикадо подытожил:

— Позже я сообщу вам результаты поиска при помощи «матрицы всеохватывающей реальности» по телефону. Стейл, Ками-ян, догоните Ориану. «Апостольский Крест» может быть не у Орианы, а у Лидвии. Если получится, схватите её живой.

— Подожди…

Услышав это, Камидзё не мог больше терпеть ни минуты.

— Секундочку, Тсучимикадо! Ты снова можешь использовать магию?

Мотохару Тсучимикадо не может использовать магию.

Говоря точнее, хотя он может её использовать, при этом его внутренние органы могут взорваться, поскольку он и маг и экстрасенс в одном лице. Поскольку тело экстрасенса устроено иначе, чем у обычного человека, если он использует магию, «предназначенную для обычных людей», это вызовет сильное отторжение.

Он же не может не знать об этом.

Он уже использовал магию сегодня, из-за чего у него началось кровотечение.

И прямо сейчас он говорил, что собирается использовать «матрицу всеохватывающей реальности». Использовав магию один раз, он может оказаться в критическом состоянии, если использует её дважды.

Но он не ответил на беспокойство Камидзё.

Тсучимикадо не ответил, и даже Стейл не ответил.

Похоже, что Стейл хотел, чтобы Камидзё заткнулся, поскольку он громко сказал Тсучимикадо:

— … Ты уверен, что можешь это сделать?

— Я не знаю; почему ты беспокоишься обо мне ня? Я маг, специалист, который умеет пользоваться магией? И, Ками-ян, если у тебя есть жалобы, я тебя выслушаю, лёжа на больничной койке. Если будешь навещать меня, пожалуйста, захвати немного нектара и яблок.

— ТСУЧИМИКАДО!!!

Когда Камидзё закричал, телефон отключился.

Стейл положил телефон обратно в карман.

— Хм. В следующий раз этот парень позвонит после активации «матрицы всеохватывающей реальности». Мы не можем позволить, чтобы его усилия пропали впустую. Давай сейчас обойдёмся без ненужных мыслей, Тоума Камидзё.

— Чёрт!!!

Когда Стейл говорил это, Камидзё не смог сдержаться и ударил кулаком по бетонной стене.

— Это излишне.

Стейлу похоже, не нравилось то, что он сказал, доставая ещё одну сигарету из пальто.

Минуту спустя телефон Стейла зазвонил.

Звонил Тсучимикадо.

Содержанием этого разговора было то, что он найдёт место, где никого не будет, и активирует «матрицу всеохватывающей реальности».

Плечи Орианы задрожали.

«Ох — это… такое же заклинание, что использовалось раньше. Они что, насмехаются над этой сестрёнкой, которая не может использовать одно и то же заклинание дважды?»

Она подумала это, идя по середине улицы в пятом школьном районе.

Вражеский метод поиска заключался в том. чтобы использовать карточку Орианы, чтобы выяснить её местоположение — точнее говоря, это был неустойчивый «оригинал» магического текста, который был, возможно, самой маленькой рукописью в мире, которую она могла придумать, чтобы написать одним махом.

Но что касается Орианы, она изменила активацию и деактивацию заклинания на «активацию и самоуничтожение неустойчивого оригинала». Поскольку тут нужна была личная магическая сила Орианы, и карточка обладала функцией «распознавания приказов Орианы», они могли проследить, где она находится при помощи обратного процесса.

Если так,

«Эта карточка сестрёнки… как они называют её там? Неважно, как бы там ни было, она связана с магической силой этой сестрёнки, так что когда враг делает что-то с карточкой, эта сестрёнка может почувствовать эти изменения».

Думая это, Ориана ускорила шаги.

Существуют заклинания, для которых неважно расстояние. Наёмные убийцы в особенности высоко ценят такие атаки, от которых невозможно ускользнуть даже если убежать на край мира

Но…

«Это другой случай».

Когда шар вспыхнул пламенем, она почувствовала, что её преследователи в страхе отпрянули от неё. Если это заклинание может игнорировать расстояние и производить глобальный поиск, тогда не будет проблем, если она будет идти медленно.

«Если так, лучшим методом было бы уйти подальше… даже так это всё равно хлопотно. Насколько далеко должна уйти эта сестрёнка, и в каком направлении?»

Ориана, склонив голову, проходила через людские волны, одну за другой.

«Ну и куда мне сейчас идти?»

Она подумала об этом, глядя на плывущий по небу дирижабль.

Камидзё и Стейл побежали по лестнице, ведущей на поверхность,

Пятый школьный район отличался от седьмого, в котором жил Камидзё тем, что тут было много колледжей и университетов. Хотя ряды за рядами зданий действительно производили похожее ощущение утончённости, рестораны и магазины выглядели более по-взрослому, чем в других районах. Для старшеклассника Камидзё это была незнакомая атмосфера. Словно его занесло на исполнение всемирно известной симфонии, на которое он не собирался приходить.

Но в данный момент у него не было времени на то, чтобы обращать на это внимание.

Камидзё и Стейл бежали, разрушая всю атмосферу этой улицы.

Телефон Стейла показывал, куда им нужно направляться.

Он продолжал бежать изо всех сил.

— … Ориана… она почувствовала это. Её движения внезапно изменились… сейчас она направляется на северо-запад. Расстояние от 300 до 500 метров… подождите-ка, скоро я установлю автоматический захват.

Голос несколько раз прерывался, но не из-за проблем со связью. Их собеседник, Тсучимикадо, возможно, истекал кровью, и терпел сильную боль, используя магию.

Стейл слегка запыхался.

— 500 метров? Кажется близко… но нам будет тяжело, если мы собираемся догнать и поймать её. Подтверди мне, ты всожешь использовать этот артиллерийский удар, «Красное заклинание»?

— Невозможно ня… если мне придётся это сделать, мне придётся остановить «матрицу всеохватывающей реальности» и сосредоточиться на «красном заклинании». Но если так, мы не сможем уследить за продолжающей бежать Орианой, и точность значительно снизится.

— Что более важно, мы не можем взваливать на плечи Тсучимикадо ещё и эту ношу!!!

Камидзё сказал это на бегу, и Стейл бросил на него раздражённый взгляд. Он передвинул сигарету во рту и сказал:

— Радиус действия «матрицы всеохватывающей реальности» около трёх километров. Мы проиграем, если она продвинется ещё на два с половиной километра. Даже если нам придётся увеличить чью-то ношу, нам придётся сократить расстояние.

— Да знаю я!!!

Крича друг на друга, они бежали по дорожке на краю улицы. Они забежали в маленький переулок, и побежав по его зигзагам, выбежали на другую улицу, пробежали по надземному мосту и сбежали по ступенькам на противоположной стороне.

— … Ответ получен… от того места, в котором находится Кми-ян, Ориана… всё ещё в северо-западном направлении.. рсстояние сейчас от 309 до 433 метров… как бы там ни было, похоже, что она движется по прямой… чтобы ускользнуть от наблюдения ня… поспешите, осталось ещё около 1,7 километра радиуса действия.

Словно марафонец, хватающий бутылку с напитком, Камидзё выхватил бесплатный путеводитель, который протягивала участница из Правосудия.

— Северо-запад, от 303 до 433… УА!

Читая путеводитель на бегу, Камидзё чуть не врезался в цилиндрического охранного робота. Камидзё отчаянным движением уклонился от него, в то время как оставшийся сзади робот издал предупреждающий сигнал.

— Может быть, вот это…? Примерно в 800 метрах отсюда станция монорельса. Он проходит через весь пятый район. Если она туда доберётся, то легко преодолеет три километра.

Хотя для них это было 800 метров, Ориане оставалось всего 400-500 метров. Если учесть время, нужное на то, чтобы купить билеты и сесть в поезд, то сколько минут у них останется? Поскольку траснпортная компания наверное, увеличила количество поездов в связи с Дайхасейсай, следующий поезд может прибыть через две минуты.

Но на другой стороне их разговора Тсучимикадо неожиданно сказал нечто странное:

— Нет, секундочку… Ориана вдруг изменила направление.

Послышался шорох страниц. Тсучимикадо, должно быть, сверял результат заклинания с путеводителем по Дайхасейсай.

— Направляясь к этой станции монорельса… она свернула за угол… Похоже, Ориана не направляется на станцию…!!! Что, на самом деле она увеличила скорость…!!!

Что? Камидзё нахмурился, продолжая бежать.

Стейл, который бежал сзади, прислушался к звуку, доносившемуся из телефона, который он держал в руке.

Вокруг было довольно шумно, топот их ног и тяжелое дыхание тоже были довольно громкими, но Камидзё почувствовал, что в ушах у него стало тихо.

На другой стороне телефонного разговора стало тихо. Возможно, Тсучимикадо контролировал заклинание, поскольку был слышен звук скребущих по асфальту пальцев. Монотонный голос создавал впечатление, что время искривилось.

— Чёрт, куда она направляется… больно! Чёрт, подумать только, в тот самый момент…

Похоже, от попытки контролировать заклинание, боль Тсучимикадо усиливалась. Как раз когда Камидзё собирался что-то сказать, Тсучимикадо сказал:

— Нет… проблем, Ками-ян… положение Орианы, я его скоро получу… эй, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ?!

По тону голоса было похоже, что он скорее удивлён.

— Этот путь… чёрт, так вот оно, значит, как. ЭТА ОРИАНА, ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИТЕ МНЕ, ЧТО ОНА…!!!

После восклицания Тсучимикадо, из телефона послышалось клокотание. Из динамика донёсся звук растираемой разделочной доски, и с этим неестественным шумом телефон замолчал. Казалось, что радиосвязь была прервана по необходимости.

Камидзё занервничал. Без указаний Тсучимикадо они не могли сказать, куда направляется Ориана. Даже если им казалось, что они могли сократить расстояние, была вероятность того, что в конце концов разрыв увеличится.

— И что теперь: Эй, Стейл, как насчёт антенны телефона?

— Как это получается, что теперь я не могу позвонить? Стой, Тоума Камидзё.

Стейл внезапно схватил Камидзё за воротник. Удерживаемый так, Камидзё, который только что бежал за Стейлом, мог только упрямо остановиться. Стейл проигнорировал Камидзё, который яростно кашлял за ним, и сказал:

— … Нас обманули.

— Кхм! Ты… что ты делаешь, идиот!

— Даже если Ориана обнаружит, что её выследили при помощи поисковой магии, она вероятно не знает, «как далеко ей следует бежать». В такой ситуации она не может разработать тактику того, куда ей бежать. Что же тогда она сделает? Она, должно быть, довольно скоро найдёт ответ.

— Эй.

У Камидзё было плохое предчувствие.

Неестественное окончание разговора и крики Тсучимикадо необъяснимым образом зазвучали в его ушах.

— Именно так, как ты представил себе, Тоума Камидзё. Чтобы ускользнуть от этой поисковой магии, Ориана решила не увеличить расстояние, а уменьшить его… уничтожить человека, находящегося в его центре, Тсучимикадо, что тоже принесёт ей победу.

— Секундочку, неужели она…?!

— Никаких «неужели», есть вероятность 80 - 90 процентов, что она направляется к Тсучимикадо.

— Тогда мы должны поспешить и добраться туда! Он же заставил себя использовать магию, и теперь его тело почти сломлено! Где Тсучимикадо?!

— А я откуда знаю?

Глядя на то, как кричит Камидзё, Стейл ответил честно.

Затем он добавил ещё фразу.

— Вот почему я сейчас его ищу.

===Часть 3===

— Гх…гх…?!

Мотохару Тсучимикадо два или три раза перевернулся на похожей на мрамор поверхностии. От удара телефон вылетел из его руки и врезался в ближайший столб.

Он был на проходе, соединявшем несколько подземных переходов. Он был восьми метров шириной, и 100 метров в длину. Поскольку был хорошо известный подземный переход, обычно использовавшаяся чтобы срезать путь, в том числе и владельцами магазинов, здесь почти никого не было. Большие цилиндрические столбы разделяли его на северную и южную части и скрытые стороны столбов образовывали мёртвую зону для камер слежения.

Автобус, на котором ехал Тсучимикадо, застрял в пробке из-за забега на десять километров. Тсучимикадо в спешке отыскал место, где бы не было людей, и активировал поисковое заклинание «матрицы всеохватывающей реальности».

Раздался резкий звук.

Матрица всеохватывающей реальности, которую он нарисовал на полу, была растоптана и разбросана в стороны.

— Нельзя быть таким беззаботным, знаешь ли. Ты хотел найти, где находится эта сестрёнка при помощи принадлежавших мне вещей. С другой стороны, похоже, ты забыл, что эта сестрёнка тоже может тебя почувствовать. Эй, парней, которые всё делают по-своему, могут ненавидеть, знаешь ли?

Дразнящий тон голоса.

И в то же время, противник с такой мощной силой.

Ориана Томсон.

Выглядела она не так, как раньше. Она уже сменила свою рабочую одежду, и теперь была в тёмном мини-топе и светлой длинной юбке, разрезанной, как занавесь, вертикальными разрезами. Поскольку эта юбка не могла функционировать как нормальная юбка, вокруг талии был обёрнут саронг, которым обычно прикрывают купальник. Но её пушистые светлые волосы и красота, это прекрасное впечатление от сладких изгибов, которое словно таяло во рту как сахар, невозможно было скрыть, просто переодевшись.

Она игралась с набором карточек, нанизанных на металлическое кольцо.

— Из всех людей, кого я встречала раньше, ты, похоже, самый проницательный, и в то же время, самый опасный. Так что эта сестрёнка пришла, чтобы позаботиться о тебе.

— Кхе…

Встав, Тсучимикадо убрался с расположенной в центре круглой платформы.

Если бы он не знал, что атаки врага могут быть сорваны чем-то, преграждающим им путь, стены и столбы стали бы для него препятствием.

— … Всё будет в порядке, если ты сейчас же отдашь «Апостольский Крест» и сдашься вместе с Лидвией, или ты хочешь стать моллюском, у которого переломаны все кости?

— А, даже если бы я сказала тебе, что не заинтересована в схватке, эта сестрёнка любит играть в возбуждающие игры. Я поиграю с тобой, пока не сломаю тебе спину.

Ориана отвечала со счастливым видом, но на самом деле она высчитывала расстояние до Тсучимикадо. Тсучимикадо заскрежетал зубами в то время, как Ориана определяла его положение.

«Ками-ян и Стейл…»

От виска до поясницы, включая конечности, из его тела сочилась кровь. Это сделала не Ориана, а реакция отторжения его тела, случающаяся каждый раз, когда он использует магию.

«… Не могу на них полагаться. Хотя до них всего 10 минут пешком, я не сказал им, где именно нахожусь. Кроме того, я выбрал такое место, куда никто не придёт».

Он осторожно сжал и разжал пальцы, стараясь, чтобы Ориана этого не заметила. Может быть, это вызвано повреждениями внутренних органов. Движения Тсучимикадо были скованными, как у марионетки. Хотя в настоящей битве он не мог использовать всю свою силу… плохо и то, что он упал на пол из-за беспечности. Можно было почувствовать обеспокоенность в его хладнокровном и собранном мышлении.

Даже так…

«Как я могу…»

Тсучимикадо стёр кровь, которая текла из его глаз, и посмотрел перед собой.

«… отступить сейчас?»

Он слегка пошевелил пальцами, движения которых были слегка нескоординированными.

«Чтобы преследовать Ориану, Стейл подвергся удару противозаклинания. Из-за Британских пуритан, Ками-ян оказался втянутым во множество неожиданных происшествий».

Он сжал кулак.

«Так как же я могу отступить? Я, который заманил их на поле боя, как я могу уступить? Даже если ситуация не выигрышная, даже, если всё моё тело будет в крови, всё нормально. Я не могу позволить, чтобы добрая воля этих идиотов, помогавших этому предателю пропала впустую!!!»

В его глазах, скрытых солнечными очками, пылала страсть.

— … Фаллере825, «ударяющий ножом в спину» — запомни, это моё магическое имя.

Когда Ориана услышала это, на её губах появилась лёгкая улыбка.

Будучи сама магом, она понимала решимость человека, который объявил своё имя.

— Хо-хо, тогда было бы неуважительно, если бы эта сестрёнка не назвала своё имя.

В глазах Орианы появилось серьёзное выражение.

Это её сущность как мага.

— Моё имя Базис104. "From the foundation to carry." … теперь, когда я его объявила, я должна победить. Всё это представление должно быть проявлением хороших манер, соответствующим твоей решимости.

Тсучимикадо не ответил.

И Ориана больше ничего не сказала.

Похоже, что начать битву побыстрее было бы самым большим уважением к «врагу».

Два мага немедленно сцепились друг с другом.

Мотохару Тсучимикадо покрыл расстояние в 10 метров одним рывком, сократив расстояние между ними до нуля.

За это время Ориана Томсон засунула в рот карточку, и прикусила её.

Из ничего на её руках появились толстые верёвки. Верёвки переплетались друг с другом, и словно сеть, обычно используемая на полосе препятствий, обернулись вокруг её рук.

Как раз когда Ориана собиралась использовать эту сеть, Тсучимикадо выбросил вперёд свой кулак.

[[Image:Index_v10_105.jpg|thumb]]

Он подумал, что удар его правого кулака будет заблокирован, и потому сделал ложный выпад, направленный в грудь, чтобы когда его противник замрёт, ударить хуком слева, чтобы сломать запястье, служившее защитой. В тот же момент он собирался наступить ногой на ногу Орианы. Это была тактика, используемая для мгновенного вывода из строя конечностей противника, и лишения их всякой подвижности.

Но,

Ориана похоже, распознала его намерения, поскольку отступила назад правой ногой, на которую должен был наступить Тсучимикадо. Своей рукой она блокировала первый удар Тсучимикадо, и, воспользовавшись неустойчивостью, вызванной ударом и её шагом назад, повалилась назад, и увеличила расстояние между ними.

Хук слева, которым Тсучимикадо собирался сломать запястье Орианы, промахнулся.

Лёжа на земле, Ориана махнула правой рукой, покрытой верёвками.

Возник порыв ветра.

В этой сети, образованной множеством верёвок, послышался звук воздуха, словно надувались пузырьки.

Но на этот раз наружу появились не мыльные пузыри, а острые лезвия, способные резать камень.

— !!!

Лезвия, общим числом около двадцати, летели в сторону Тсучимикадо.

Оказавшись перед этим градом лезвий, вылетавших, словно из дробовика, Тсучимикадо уклонился в сторону и упал на пол. Несколько столбов за ним были сбиты, и с потолка на него посыпались осколки лампочек. Стена и наклеенные на ней рекламные плакаты были изодраны, а мраморный пол выглядел, словно его вспахали.

Тсучимикадо остался на четвереньках, и словно дикий зверь прыгнул на Ориану. На таком близком расстоянии это могло сэкономить время. нужное чтобы подняться и побежать.

— Ха-ха, эта сестрёнка не возражает против проявления такой яростной юности!!!

Лёжа на полу, Ориана не могла уклониться, но пнула ногой навстречу приближающемуся Тсучимикадо. Правой рукой Тсучимикадо схватил её за пятку, а левой — за голень. Если он сможет скрутить лодыжку под нужным углом, победа будет за ним.

— Хо!!!

Тсучимикадо вдохнул поглубже, готовый выкрутить лодыжку.

Как раз когда Ориана должна была оказаться под полным контролем, осью которого была бы её лодыжка, она повернулась всем телом и свободной ногой как молотом ударила сбоку в лицо Тсучимикадо.

— Гяяя…аххх!!!

Тело Тсучимикадо тяжело откатилось влево.

Ориана встала и оторвала зубами ещё одну карточку.

Её руки испускали неосязаемую силу, двигающуюся к Тсучимикадо. Перекатываясь, Тсучимикадо скорректировал свою позу, и подскочил, сильно ударившись спиной о стену. Его тело издало странный хруст, и во рту Тсучимикадо ощутил вкус крови.

«Чёрт…!»

Тсучимикадо продолжал отскакивать в сторону, уклоняясь от потока световых пуль, которыми его обстреливала Ориана. Эти белые шары размером с баскетбольный мяч взрывались при соприкосновении со стенами.

Тсучимикадо снова почувствовал ударные волны от этих взрывов, ударившись о пол.

Оказавшийся на полу Тсучимикадо медленно встал.

Руками он вытер кровь с губ.

«Хотя это всего лишь мелочь, я двигаюсь… действительно медленно… если бы я был в нормальном состоянии, я бы сломал врагу несколько костей…!»

— Хм? Ты маг и не пользуешься магией. Это твой стиль? Ну, мне не особо важно, как люди играют в свои игры, но такими темпами ты-ум-рёшь.

Ориана с безразличным видом поднесла карточку к своим мягким губам.

— Если это твои истинные способности, тогда от следующего удара тебе не уклониться. Если это и вся решимость, с которой ты объявил своё магическое имя, то эта сестрёнка больше не хочет с тобой играть.

Похоже, она вздыхала о том, что развязка наступила немножко слишком быстро.

Это всё равно, что потратить много времени на подготовку к экзамену, лишь для того, чтобы обнаружить, что вопросы слишком простые. Похоже, что все её усилия пошли насмарку.

— … Ждать, что тебе сейчас придут на помощь, немного глупо. Эта сестрёнка уже применила тактику для того, чтобы разделить силы. В данный момент эта подземная улица защищена барьером. Никто не подумает сюда прийти. И не заметит ничего странного. Что бы тут ни случилось, новости об этом не просочатся наружу. Он не только скрывает потоки магии и магические движения, но даже шестое чувство, на тот случай, если оно работает, отреагирует довольно медленно — даже профессиональный маг не доберётся сюда так просто.

«…»

Услышав эти слова, Тсучимикадо посмотрел вверх.

Он чувствовал, что эти слова неверны, но что с того? Даже если есть какие-то противоречия, медленно работающий ум не сможет сообразить, вот что сказал враг. Может быть, это какая-то дезинформация, чтобы напугать его или встряхнуть.

— Так что ты потерпишь поражение здесь. Я заставлю тебя пожалеть о том. что ты объявил своё магическое имя этой сестрёнке с таким уровнем решимости, — сказала она.

Ориана Томсон прикусила другую карточку.

Словно вытаскивала чеку из гранаты.

«… И что теперь?»

Карточка Орианы упала на пол.

«Учитывая, насколько сильно я ранен, я не выдержу, если применю магию ещё раз. Но даже если бы я захотел использовать «красное заклинание», времени на то, чтобы пропеть его, нет!»

Как только карточка упала на пол, за Орианой из-под земли неожиданно появился гигантский молот. Этот пятиугольный молот был метр в толщину и рванулся к потолку.

«Если всё так и есть, в этой ситуации, если я хочу нанести Ориане самый сильный удар…! Чёрт, мне надо поспешить! Надо поспешить!»

Тсучимикадо схватил листок цветной бумаги со своей залитой кровью формы.

Со скоростью пулемёта он сложил измятый листок бумаги.

«Всё начинается по этому сигналу! Следуй за светом и резкими звуками!!!»

— Слишком поздно.

В тот момент, когда Ориана сказала это, гигантский молот разлетелся на куски, словно ледяная скульптура.

Эта буря, заполненная миллиардами осколков шрапнели казалось, должна была вот-вот погрести под собой переход, направляясь к Тсучимикадо. Похоже было, что она собирается поглотить этого маленького человека по имени Мотохару Тсучимикадо, запихнуть его в орудие главного калибра и выстрелить им.

Позже послышался звук снующих вокруг насекомых.

«Я должен сделать э…»

Как раз перед тем, как Тсучимикадо смог отправить свой запрос…

Металлическое цунами, уничтожающее всё на своём пути двинулось вперёд, по всему пути до самого конца.

===Часть 4===

Вся улица была разрушена.

Все столбы от того места, где стояла Ориана до конца прохода были разрушены. Похоже, они были просто для красоты, поскольку на самом деле не использовались для того, чтобы поддерживать потолок. Ну, по крайней мере это устраняло опасность того, что потолок рухнет. Стены, потолок, все украшения на полу были содраны как обёртка с подарка, и даже пол выглядел так, словно его вспахали. Перед ней вообще не осталось ровной поверхности. Пол был разбит на куски, а сопла разбрызгивателей в ободранном потолке были все повреждены; вода хлестала, словно кран открыли на полную.

— …

Ориана смотрела на всё это разрушение, которое она вызвала.

«Я повредила камеру слежения? С этого момента меры безопасности станут более жёсткими».

Противостоявший ей маг похоже, сумел уклониться, укрывшись в глухом углу за столбом, и пригнувшись, чтобы избежать дальнейших ранений. Но такой уровень уклонения не смог спасти его от ран. Из спины Тсучимикадо, распростёршегося на полу, торчали четыре куска металла, вонзившихся в тело. Каждый осколок шрапнели, длиной в несколько сантиметров, был острым как нож. Несколько обломков щебня от разрушенных столбов тоже ударили по его телу, и каждый из этих кусков бетона был размером с дыню.

— Всё кончено, э?

В обычных обстоятельствах Ориана постаралась бы свести количество жертв к минимуму и быстро покинуть место происшествия, но с магом, который объявил своё магическое имя, дело другое. Ориана думала, что магическое имя — это то, что поддерживает мага в живых; игнорировать его значит наносить сильнейшее оскорбление магу. Неважно, наносят ли его ей, или она сама наносит его другим.

Поэтому, Ориане это не нравилось.

Несмотря на то, что она знала, что должна устранить опасность настолько быстро, насколько это возможно, и убраться отсюда, несмотря на то, что она не любила выкладываться на все сто, она всё же была недовольна тем, что победа досталась ей так легко.

«Следует ли мне деактивировать барьер, который я установила здесь и смотаться? Хотя сестричке нравится оставлять какие-то последние штрихи.»

Прервав свои поспешные мысли и приняв решение, Ориана оглянулась по сторонам. Если она хочет снять этот барьер, ей придётся использовать некий код для его деактивации, и позволить нестабильному «оригиналу» самоуничтожиться.

Однако…

— …?

На лице Орианы появилось удивлённое выражение. Хотя она просто изогнула брови, такого изменения было достаточно, чтобы выдать её скрытые мысли.

Барьер был убран.

Ориана Томсон не давала вообще никаких команд.

«Что происходит? Хоть он и нестабильный, но всё равно это «оригинал». Здесь нет магического вмешательства, так что он вообще не может быть уничтожен. О, неужели прибыли его союзники?...»

Ориана подошла к переднему и заднему выходам, чтобы проверить, но там никого не было. Разрушенный барьер означал то, что его владелец узнал бы, что он разрушен. Поскольку никто не в состоянии неожиданно напасть, если барьер был разрушен, в обычных обстоятельствах используют молниеносную атаку.

Озадаченное выражение лица Орианы стало ещё более очевидным.

Она вдруг подумала об одной возможности.

— Нне… не говорите мне…

Она неожиданно застыла на месте, и затем обернулась.

Она пристально посмотрела на лежавшего на полу мага, в которого вонзились четыре осколка шрапнели. Он был таким же, как раньше, но Ориана вдруг кое-что заметила.

Возле руки распростёртого на полу Тсучимикадо лежала кроваво-красная, сложенная из бумаги птичка.

«В тот критический момент он, похоже, накладывал какое-то заклинание… может быть, он хотел разрушить барьер? Но зачем? Противостоя такому удару, почему он не защищался, а сделал такую вещь?...»

Разрушение барьера не привело бы к поражению Орианы, поскольку это была всего лишь контрмера.

Это означает… что его целью было…

— Похоже… это заклинание… которое я могу разрушить.

Ориана была поражена этим голосом.

Этот «враг», который определённо был погребён вместе со своим магическим именем, не был мёртв.

— Я на самом деле не вижу этого… ты можешь выдержать такую сильную нагрузку, э?

Ориана отказывалась признать поражение. Услышав это, вражеский маг, лежавший на земле, чуть шевельнул губами и улыбнулся.

Словно он хотел улыбнуться, чтобы показать, что он жив.

Мотохару Тсучимикадо шевельнул окровавленными губами и весело сказал:

— Ориана Томсон, разве ты не говорила, что за этим барьером «никто снаружи не узнает, что случится внутри»? У меня будут проблемы, если дело обстоит так.

— Что…

Ориана внезапно кое-что поняла.

Раз есть враг, которого человек не может победить, о чём этот человек подумает в первую очередь? Разумеется, он позовёт на помощь своих союзников.

Когда она поняла, о чём думает враг, напряжение, сводившее ей плечи, исчезло.

Немножко слишком печально полагаться на это.

— Идиот. Разве твои товарищи не те двое, что гнались за этой сестрёнкой? Они не представляют реальной угрозы. Даже если они будут работать вместе, я и не запыхаюсь.

— Я не их имел в виду.

— Что?

Ориана не могла не задать этот вопрос.

В данный момент она видела только трёх непосредственных противников.

— Ты действительно идиотка. Мы представляем Британских пуритан, религиозную силу целой страны. Ты думаешь, тут нас будет только трое? Если так, то не слишком ли твой разум прост и спокоен? Они что, могли с тем же успехом омочить свои руки в золотой чаше магического мира и пойти торговать цветами? Просто подумай, сколько здесь членов «Несессариуса»? Мы, от которых ожидается, что мы будем скрывать свою личность, как мы можем позволить властям страны, которые живут такой мирной жизнью, что почти отупели, осознать это?

Ориана сделала вывод, что это неправда.

Ориана приехала сюда не достопримечательности осматривать, так что она не изучала расписание Дайхасейсай, но до того она действительно изучала вопрос вместе с Лидвией, и потому знала о тонком равновесии сил между научной стороной, центром которой является Академгород, и магической стороной. Академгород, в особенности во время Дайхасейсай, просто не может пустить к себе слишком много магов, принадлежащих к одной и той же организации. Если они так поступят, отношения между научной и магической стороной ухудшатся.

В этот раз план состоял в том, чтобы нацелиться в трещину в отношениях этих двух сторон и установить «Апостольский Крест». Поэтому она просто не могла поверить в то, что было сделано исключение, о котором говорил Тсучимикадо, особенно для Британских пуритан, на которых возлагалась ответственность за безопасность магического мира.

Пожтому Ориана не могла ответить с доверием.

Но она не знала этого с абсолютной точностью — то, что она задумалась о словах Тсучимикадо выдавало, что она чувствовала себя немного уязвимой.

— Если это правда, то у этой сестрёнки будут проблемы. Но это невозможно. Британские пуритане и Академгород не допустят, чтобы случились такие глупости.

— А зачем нам нужно их разрешение?

— …

— Ты забыла моё магическое имя? Мне следовало попросить тебя запомнить его. Я тот, кто может ударить в спину; какой стороне я нанесу удар в спину в первую очередь? Государству Британских пуритан? Государству Академгорода? Ну и что? Ты думаешь, что мой разум настолько спокоен и туп, что я упущу из вида мелочи и позволю победе ускользнуть?

Ориана почувствовала, что её окружает довольно раздражающая тишина.

Она медленно выдохнула.

— Я могу сделать что угодно просто для того, чтобы победить. Я могу сделать всё, что угодно просто для того, чтобы скрыться во тьме. Пока я могу подкрасться к врагу, я буду думать о чём угодно для того, чтобы победить, невзирая ни на что. Гляди, Ориана Томсон. Если бы я хотел, я мог бы защититься от всей этой металлической шрапнели, неважно сколько бы её ни было. Но этим я не добился бы победы, поэтому я использовал более крупную козырную карту. Вот и всё.

— … Ты думаешь, что я поверю в этот блеф? Если у тебя куча товарищей, почему ты работаешь в одиночку? Когда ты использовал ту поисковую магию, ты бы собрал больше людей, чтобы они защищали тебя, верно? Даже если дело было бы не в этом, вместе работали бы по крайней мере двое.

— Если ты любишь поговорить, я составлю тебе компанию. Что касается меня, я смогу выиграть этим немного времени. Когда барьер был разрушен, я уже послал сообщение. У твоего врага не уйдёт много времени на то, чтобы появиться здесь. А поскольку это серьёзный человек, она не станет колебаться, и объявит своё магическое имя просто для того, чтобы не дать кое-кому умереть.

Тсучимикадо вытянул залитую кровью руку, которая только что лежала на полу.

В его руке был простой клочок бумаги.

Это была бумажка по форме похожая на талисманы, которые продаются в храмах. Посредине ровной строчкой были написаны слова на восточном языке. Было похоже, что они не написаны чернилами, а выжжены на бумаге.

— «Запечатанный Манускрипт» на первый взгляд похоже на какой-то синтоистский талисман, но в терминах инь-ян, это на самом деле проклятое орудие. Оно заставляет кого-то вдалеке галлюцинировать, создавая внутренний конфликт в личности… если я уменьшу его силу, его можно будет использовать в мирных целях. Это…

— Только не говори мне, что это средство связи?

— В яблочко! Эта штука сделана в виде сумки, и внутри неё находится кусочек дерева с написанным на нём именем. Очень классически, э?

Тсучимикадо ухмыльнулся.

— Если подумать, в такой ситуации с кем я скорее всего свяжусь?

Он медленно сказал это.

Хотя он был весь в крови, похоже было на то, что он шантажирует свою жертву.

— Это бы не получилось, если бы той вещью, которую ты перевозишь, был «Пронзающий Меч». Поскольку мы знаем, что это не так, мы можем без колебания позволить ей присоединиться к битве. Или, мне следует сказать, что раз «Пронзающего Меча» нет, то нет и необходимости держать её в резерве. Кроме того, её самая большая слабость исчезла.

В горле Орианы неожиданно пересохло.

Она слышала об этом раньше.

В департаменте «Несессариус» Британской пуританской церкви была Святая, выдающаяся среди всех двадцати Святых мира. Она обладала чудовищной силой, и взмахнула бы своим мечом для того, чтобы кого угодно спасти от смерти. Ориана Томсон была британкой по происхождению, и главным полем её деятельности была Британия, так что она знала о Святых. Стоит ей только встретить Святую, и она проиграет; говорят, что только настоящий Бог или Ангел могут победить этих чудовищ.

— Всё верно, это Каори Канзаки.

В глазах Орианы Томсон появился резкий блеск.

Она облизала свои пересохшие губы.

— Поскольку я знаю, что у тебя «Апостольский Крест», а не «Пронзающий Меч», ты не должна удивляться, если обдумаешь масштаб этой ситуации, да? Канзаки была центральным персонажем в конфликте между Британскими пуританами, Римскими католиками и католиками Амакуса, который произошёл десять дней назад. Разве не может она ещё оставаться в Японии? К тому же, в Академгороде живут её знакомые. Её можно считать особым гостем, и даже если новость о её пребывании здесь просочится наружу, проблем не возникнет.

Тсучимикадо продолжал:

— Тебе следует знать, что у Канзаки есть должок передо мной. Подумай, когда она впервые прибыла в Англию, кто о ней позаботился? Разумеется, для этого подошёл приятель-японец. Для меня это довольно пустяковое дело. Но она довольно чувствительна к таким вещам. Если она узнает, что происходит что-то такое, она немедленно рванётся на помощь.

«Тьфу…»

Ориана начала свои собственные расчеты.

Видя её такой, Тсучимикадо, похоже, обращался с ней, как с идиоткой, и продолжал:

— Ах, да. Только не говори мне, что ты собираешься уничтожить «Запечатанный Манускрипт». Дай-ка я скажу тебе, что это невозможно. Эта штука вроде сигнала тревоги, как только она посылает сигнал, всё кончено.

Сказав это, Тсучимикадо похоже, захотел доказать, что это не обман, поскольку ухватил кончиками пальцев самодельный талисман, который он использовал для связи.

— …

Ориана перевела дух.

В данный момент она не могла сказать, придёт сюда «Каори Канзаки» или нет. Даже если бы эта Святая прибыла, Ориана не думала, что проиграет. Если она сможет разработать эффективную стратегию, и будет готова пожертвовать своими конечностями, она вероятно, сможет убить в битве одного-двух Святых. Но это не годится. В отличие от простой битвы один-на-один, Ориана Томсон должна достичь более высокой цели и не ранить никого ещё.

Раз так…

В любом случае она решила убить Тсучимикадо, который использует поисковую магию, и быстро убираться отсюда.

— Хуу!!!

Тсучимикадо, лёжа на полу, выжал последние граммы своей силы, вытащил из щебня брус и кинул его на разрушенный пол. Серая пыль поплыла вокруг как занавесь.

Видимость стала нулевой.

— !

Ориана неожиданно кинулась туда, где упал Тсучимикадо, и топнула по полу с такой силой, словно собиралась сломать лодыжку.

Но она почувствовала только твёрдый пол.

«Он хочет выиграть немного времени?! С чего ему так стараться…»

До сих пор здесь не было «фиг с ним». Враг всё ещё может сражаться, хотя и немного сложно нанести ответный удар в этой пыли. Судя по тому, как шли дела, Ориане придётся потратить немало времени, прежде чем ей удастся убить Тсучимикадо. Другими словами, есть только два варианта.

Если она предположит, что Каори Канзаки не появится, она потратит время на то, чтобы сокрушить Тсучимикадо.

Если она предположит, что Каори Канзаки появится, она должна бросить Тсучимикадо, и быстро уносить отсюда ноги.

Она могла развеять пыль перед собой при помощи карточки. Но если в конце концов это окажется сигналом к началу битвы, ей придётся остаться и сражаться, пока Тсучимикадо не умрёт.

Не то, чтобы Ориана не знала, что выбрать.

Дело в том, что она пожалеет независимо от того, какой вариант изберёт.

«В любом случае, эта сестрёнка уже разрушила поисковое заклинание, мою цель. Оно того не стоит, если я буду ранена из-за того что я сражалась с этим беспокойным парнем…»

Ориана Томсон втянула язык и побежала к выходу из подземелья.

Если он говорил правду, Святая Британских пуритан, «Каори Канзаки» присоединится к битве. Ориана подумала, что если это так, ей следовало ещё сильнее использовать слух о том, что у неё «Пронзающий Меч». Если она сможет разработать стратегию, она может быть, сумеет победить Святую, но Святая не из тех, кого можно победить, не получив ранений.

Разумеется…

Она не хотела признавать поражение.

— Она… — пробормотал брошенный в одиночестве в разрушенном подземном переходе Тсучимикадо.

Когда Ориана ушла, он убедился, что враг не оставил никаких карточек с заклинаниями.

Пыль рассеялась.

Тсучимикадо растянулся там, где Ориана нанесла свой первый летящий удар. Теперь, тяжело раненый, даже приложив все свои силы, он мог преодолеть только это расстояние. Другими словами, он устранил видимость врага, использовав это для того, чтобы вызвать беспокойство у Орианы, сделав её неспособной «спокойно убедиться в этом» и едва ускользнул из этой опасной ситуации.

— Я могу использовать для связи «Запечатанный Манускрипт» и призвать Каори Канзаки, когда попал в неприятности, ага?

Тсучимикадо безучастно уставился в потолок.

Он шевельнул губами, смеясь над собой.

— Было бы здорово, если бы такая штука действительно существовала ня…

Разумеется, никаких подкреплений не ожидалось. Во всём Академгороде Ориану и Лидвию преследовали всего три человека: Тсучимикадо, Стейл и Камидзё, только они трое.

Он посмотрел на сложенный из бумаги талисман, который он сделал.

— Этот талисман и духовное орудие, «Запечатанный Манускрипт» — забудьте об инь-ян, его вообще на свете не существует. Тсучимикадо сделал вывод о том, что Ориана не разбирается в восточной магии, поэтому просто сложил листок бумаги. Разумеется, у него нет магического значения, и внутри нет кусочка дерева с именем Канзаки.

«Печать» и «манускрипт» имеют значение «любовное письмо»… в любом случае это что-то вроде проклятия, серьёзно влюбиться похоже на то, чтобы быть проклятым ня.

До этого Стейл удручённо заметил, что «я вообще не знаю восточной магии, поэтому не могу её использовать». Подумать только, что это сейчас пригодилось.

Другими словами, Тсучимикадо сделал ставку на вероятность того, что «Ориана не знакома с заклинаниями инь-ян», так что он просто с уверенным видом показал ей бумажку, на которой были написаны иероглифы.

Но…

«Если враг поверит в это, он по крайней мере замедлит свои действия, но вероятно, они их не отложат. Было бы здорово, если бы я смог отомстить…»

Тсучимикадо лежал на полу, разглядывая опустошённый подземный переход.

«Магическая матрица разрушена, карточка пропала, и даже мой телефон сломался. Ну и как мне теперь восстановиться ня… Честно говоря, я не смогу активировать «матрицу всеохватывающей реальности» ещё раз».

Он хотел встать, но всё тело у него по-настоящему сильно болело.

Оно болело так сильно, что ему хотелось кататься на полу, но он только понял, что сил нет даже на это.

Его тело такое холодное, но такое тяжёлое.

Даже если он дышит, ему может не хватать кислорода.

— Во-первых…

Тсучимикадо подумал о силе, которая существует в нём как в жителе Академгорода.

Авторегенерация нулевого уровня.

Это процесс самовосстановления, при котором создаётся тонкая плёнка на разорванных сосудах.

— … С таким повреждённым телом я должен что-то придумать ня…?

===Часть 5===

Мотохару Тсучимикадо наконец-то позвонил. Из-за того, что звонок был с другого номера, Стейл сначала взглянул на экран с подозрением. Похоже, Тсучимикадо звонил с нового телефона.

По словам Тсучимикадо, на него определённо напала Ориана. В конечном итоге, его телефон и заклинание «матрицы всеохватывающей реальности» были уничтожены. В данный момент он был в таком состоянии, что не мог использовать магию два раза подряд. Что было ещё важнее, карточка Орианы, которая была нужна для «матрицы всеохватывающей реальности», была уничтожена.

— …

Хотя Тсучимикадо сказал, что он в порядке, если бы он в самом деле был в порядке, магическая матрица не была бы разрушена до основания. И, слушая слабый голос Тсучимикадо, можно было почувствовать его боль.

Стейл шевельнул сигаретой, которая была у него во рту.

— Тогда, что нам делать дальше? Если мы не можем воспользоваться «матрицей всеохватывающей реальности», мы в сущности, понятия не имеем, что нам теперь делать.

— Насчёт этого ня… напротив, я знаю… эта Ориана теперь действует осторожно и захочет уничтожить любые сомнения в своей душе. «Как бы там ни было», возможно, она будет держаться подальше от нас. Теперь она не будет идти пешком. Полагаю, она будет ехать или на автобусе, у которого фиксированный маршрут, или на метро, на электричке или монорельсе… на чём угодно, что доставит её прямо к точке назначения…

Его дыхание было довольно поверхностным, в то время как голос то слабел, то оживал.

— Прямо сейчас Тсучимикадо находится в этом подземном переходе…

Камидзё пролистал путеводитель по Дайхасейсай.

Это была карта пятого школьного района. Ближайшим подземным переходом к тому месту, где находился Тсучимикадо, всё ещё была станция подземки. Им надо было попасть на одну из линий, идущих из пятого школьного района в седьмой.

— … Поскольку другого указания нет, мы можем проверить только это. Если мы узнаем, какой транспорт выбрала Ориана, мы сможем осуществить поиск с помощью метода получше…

— Вот из-за того, что мы этого не знаем, у нас такие проблемы. В любом случае, поехали, Стейл.

— Ня… я также… проскользну и проверю систему безопасности… если враг обеспокоен, настолько внимателен, что будет проверять камеры слежения… это будет здорово ня.

Все трое сказали, что хотели сказать, и разговор прервался.

Ориана Томсон была в вагоне метро.

«Если я сяду на этот поезд…»

Эта линия подземки шла из пятого района в седьмой. Расстояние небольшое, и если она хочет выиграть расстояние, позже ей придётся пересесть на автобус.

«Нужно ли мне убежать подальше? Или подождать и посмотреть? Или устроить несколько ловушек и посмотреть на реакцию?»

Ориана продолжала раздумывать над несколькими решениями. Хотя, если Каори Кандзаки действительно примет участие в этой битве, это порождало трудности, она вероятно, получит удар в ответ, если не будет внимательна.

«Пока не появится подходящая контрмера, мне бы хотелось найти время и место, чтобы как следует об этом подумать».

В этой подземной обстановке в окна рассматривать было нечего. Ориана втянула свой язык.

Через некоторое время она наконец достигла конечной станции линии, входа в седьмой район.

Когда автоматические двери открылись, она выскочила на платформу, пробежала по лестнице, ведущей наружу, провела своим билетом по турникету и выбежала со станции.

Следующим пунктом её назначения была остановка автобуса, которая была далековато отсюда.

Атмосфера спортивного дня всё ещё царила в Академгороде. Вокруг было много людей, семьи с детьми, держащими воздушные шарики, пожилые пары, приехавшие навестить внуков, всё выглядело так, словно никто не пострадал. Но в мыслях Орианы не было достаточно покоя, чтобы убедиться, что она в безопасности вот просто так.

Чтобы убедиться, нет ли поблизости наёмного убийцы, она должна была следовать особой процедуре.

«Хм, не нужно мне так переживать об этом, если меня так легко провёл тот парень. Но это действительно раздражает. Я действительно хочу с этим разобраться».

Она оглянулась по сторонам и пошла переулком, который был немного далеко от улицы. Поскольку тут сочетались высокие дома и узкие улочки, несмотря на то, что снаружи была отличная погода, солнечный свет сюда не попадал, и можно было даже почувствовать холод.

В данный момент Ориана намеревалась пройти переулком, в котором никого не было, чтобы убедиться, что за ней не следуют наёмные убийцы.

Разумеется, если убийца последует за Орианой в этот переулок, он выдаст ей своё присутствие. Поэтому убийце придётся постараться, например, связаться с несколькими союзниками, чтобы они устроили засаду у выхода из переулка, или активировать заклинание с эффектом слежения. Ориана хотела обнаружить эти слабые «сигналы действия», которые может проявить убийца, и проверить, не преследуют ли её.

«Хм, хотя мы, в сущности, обманываем друг друга, мне придётся придумать новые трюки, если мои действия обнаружат. Разве это не слишком хлопотно?»

Как и Ориана, убийца может преднамеренно послать фальшивый «сигнал действия». Идея заключалась бы в том, чтобы заставить её думать, что она оторвалась от преследования, и захватить её, когда она расслабится. Будучи курьером в магическом мире, преследуя людей и будучи преследуемой, она хорошо знала такие реакции.

Как бы то ни было, даже при малейшем движении, как только будет сигнал, это будет означать, что кто-то следует за ней.

Она выдохнула.

«На завершение подготовки «Апостольского Креста» потребуется некоторое время. Что мне следует делать? Хм, намного интереснее подумать о том, как противостоять заклинаниям Кандзаки. Но тогда, в этой ситуации, в чём смысл «одолеть» эту Святую? Должна ли она сбежать, должна ли она спрятаться… или ей следует пойти и похоронить противника? »

Размышляя об этом, Ориана кое-что проглядела.

От переулка ответвлялся ещё меньший переулок.

Кто-то выходил оттуда.

— Химегами, мы опоздаем, если не срежем путь … АА!!!

— !

Они столкнулись друг с другом.

Маленькая девочка, выглядевшая как ученица начальной школы, отлетела, наткнувшись на живот Орианы, лишь для того, чтобы столкнуться с одетой с спортивную форму девушкой с чёрными волосами, которая шла сзади.

Ориана немедленно приготовилась оторвать карточку, но придержала её. Налетевшей на Ориану была девочка ростом 135 сантиметров, одетая в форму чирлидера.

От столкновения с чирлидером стаканчик, в котором был фруктовый сок, вылетел из рук черноволосой девушки. С тихим звуком «ва» он столкнулся с её головой. Сок, который намочил её рубашку, капал на голову маленькой девочки.

— Комоэ-сенсей, любите же вы находить проблемы.

— Из… извини! Но сенсей и сама вся промокла! Ах, эта госпожа, вы в порядке?

Намокшая девочка-чирлидер посмотрела снизу вверх на Ориану, не без лёгкого беспокойства задавая этот вопрос.

«Подкрепления магов… возможно и нет».

Ориана просто сделала предположение по одежде и действиям девочек.

Она улыбнулась обычной улыбкой.

— Ах, эта сестрёнка в порядке. Наоборот, я больше за вас беспокоюсь. Если вы так и пойдёте по улицам, это вызовет оживление.

— А! Химегами тоже промокла.

— И Комоэ-сенсей тоже. У вас что-то на груди выпячивается.

Комоэ-сенсей отчаянно прикрыла свою плоскую грудь обоими руками. Увидев, как покраснела Комоэ-сенсей, черноволосая девочка снова посмотрела на её грудь.

В этот момент Ориана это и увидела.

Грудь черноволосой девочки.

Тениска с короткими рукавами теперь просвечивала из-за вылившегося на неё фруктового сока. Можно было видеть, что на ней надет розовый лифчик с узором в виде зелёной бабочки.

Но это её не заботило.

Под спортивной формой было что-то ещё. Тонкая цепочка, свисающая с шеи выглядела как ожерелье. Эта цепочка была под спортивной формой. К её низу был прикреплён большой серебряный…

— Крест Кольта, который был усовершенствован Британскими Пуританами.

Ориана не знала, что делает этот крест.

Также она не знала, какими способностями обладала эта черноволосая девушка.

В этой ситуации она знала только одно.

«Маг, связанный с Англией?!»

В Академгороде могли быть поддельные кресты, продаваемые как украшения. Некоторые дети могли носить серёжки и ожерелья с крестами, не понимая их значения. Поэтому сами по себе кресты не были редкостью.

Но…

Это не было странно для известных во всём мире римских католиков, но чтобы крест Британских пуритан был в Японии, где даже их церкви не было, это уже само по себе было совсем другое дело. Для того, чтобы специально ввезти его в Японию, нужны были необычные обстоятельства. Как правило, обычные люди не обладают духовным барьером какого-то рода. Кроме того, этот барьер называется…
[[Image:Index_v10_132.jpg|thumb]]
«Переносная церковь Британских пуритан?! Подумать только, что у неё тот же тип защитного механизма, что и у этой Индекс Либрорум Прохибиторум? Это чудовище…!!!»

Её руки немедленно начали действовать.

Ориана прижала ко рту карточку, крепившуюся к тонкому металлическому кольцу. Она прикусила её и оторвала одним движением. На бумажке появились красные слова ‘Soil Symbol’, в то время как нестабильный «оригинал» магического текста начал активировать свою магию.

БУУМ!!!

Раздался громкий взрыв.

===Часть 6===

Камидзё и Стейл выбежали наружу из станции метро.

На оживлённой улице не было никаких признаков того, что жара вскоре спадёт. Камидзё вытер пот со лба, торопливо просматривая путеводитель по Дайхасейсай.

— … Ближайшая отсюда пересадка… автобусный терминал в 300 метрах к северу.

— 300 метров…?

Стейл вытащил сигарету и резко ответил.

— Следующий автобус прибудет через 10 минут! Если поторопимся, можем успеть на него!

Оба они вскрикнули, вбегая в толпу. Между ними и Орианой был разрыв в семь минут, ситуация была крайне неотложной.

— Я надеюсь, у нас получится схватить хотя бы Ориану. У нас нет абсолютно ничего о Лидвии Лоренцетти!

Стейл преодолевал расстояние, глядя вперёд.

Хотя до их цели было 300 метров, дорога перед ними тянулась и влево и вправо, и здания преграждали им взгляд.

Зелёный сигнал светофора возле пешеходного перехода продолжал мигать. Камидзё и Стейл одним рывком перебежали на другую сторону улицы.

Здесь на их пути было гораздо больше людей, чем раньше.

Ряды за рядами зданий выглядели как гигантская стена; если они хотели добраться до автобусной остановки, им нужно было пройти через узкий проход между домами. Иначе им пришлось бы идти кружным путем.

Камидзё и Стейл начали высматривать проход между домами, продолжая бежать по исключительно сильно заполненной толпой улице.

— Ты сказал, что нет никаких зацепок, их на самом деле нет? Разве ты не говорил с кем-то по телефону только что, когда мы были в парке?

— А, звонили из Лондона. Я попросил несколько человек из Британской библиотеки кое-что проверить для меня.

Оглядываясь по сторонам, они не могли найти вход в переулок. По сравнению с тем, чтобы бежать по прямой, действительное расстояние могло быть на удивление большим. Было бы здорово, если бы Ориана была в таком же положении.

— Они ищут информацию об «Апостольском Кресте»?

В этот момент Камидзё увидел, что поблизости собирается толпа.

— Да. Но… особого успеха они не достигли, потому что информации слишком мало. В данный момент мы знаем только то, что для хранения «Апостольского Креста» нужно подземное хранилище, запечатанные окна, две двери и не должен проникать свет… это всё, что нам известно.

Стейл выпустил изо рта клуб сигаретного дыма.

— И это всё?

Камидзё ворвался в толпу.

Стейл ответил ему:

— Не зли меня. Позже…чёрт.

Стейл неожиданно закашлялся. Должно быть, это не от бега, а от того, что он очень много курил.

— Это так сложно объяснить. Скажи мне свой электронный адрес. Я перешлю тебе сообщение Урсулы. Ты сможешь прочитать его, когда у тебя будет время.

Подумать только, Стейл и Урсула в самом деле пользуются электронной почтой… Камидзё был впечатлён и дал Стейлу свой электронный адрес. Если подумать, разве, Индекс, которая вообще не умеет пользоваться электроникой, не странная?

Камидзё продолжал бежать, поглядывая на пересланный ему текст.

“Vi riporto qua le informazioni che ha trovato nella Biblioteca Britannica…”

«Кто… да кто это сможет прочитать?!!!»

Глядя на эту стену текста он чувствовал, что она написана на каком-то другом языке, не на английском, но не мог сказать точно. Спрошу позже у Тсучимикадо, подумал Камидзё, закрывая экран.

Стейл, который бежал за ним, раздражённо сказал:

— Тьфу, забудь о грамматике и языке. Просто приблизительно ухвати идею произношения… не читай это, если не можешь, ничего важного тут всё равно нет.

— … Ничего, в сущности, мы в довольно затруднительном положении, ага. Чёрт.

— Это верно, вот почему нам нужно найти Ориану Томсон, чтобы она указала нам путь. Вот так просто — э?

Стейл нахмурился на бегу.

Он посмотрел на толпу перед ним. Толпа, в центре которой была группа учеников, загородила им дорогу. Все они смотрели не на Ориану, а в сторону тёмного проулка, отходившего от улицы.

— Похоже, это тот проход, который мы ищем… У меня плохое предчувствие.

— Что?

Глядя на удивлённого Камидзё, Стейл шевельнул сигаретой во рту.

— Это запах. Это плохой запах. Когда группа людей нервничает и возбуждена, ощущения распространяются как запах. И это… запах человека, который видит свежую красную кровь.

Когда Камидзё услышал эти устрашающие слова, волосы на его голове начали становиться дыбом.

Не зная, идти вперёд или вернуться, Камидзё и Стейл достигли края толпы. Затем они подошли поближе, к людям, некоторые из которых вытянули шеи, чтобы видеть, что происходит, а некоторые даже подпрыгивали.

«Что…?»

Камидзё нахмурился. В данный момент у него не было времени на выяснение. Он слегка приналёг, чтобы протиснуться через стену людей и попытался войти в тёмный проулок.

В этот момент на другой стороне толпы послышался неожиданный голос.

— ПОЖАЛУЙСТА… ПОЖАЛУЙСТА ОТОДВИНЬТЕСЬ! ВСЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ОСВОБОДИТЕ ПРОХОД! ХИМЕГАМИ? ТЫ В ПОРЯДКЕ, ХИМЕГАМИ?!!!

— ОТОЙДИТЕ!!!

Камидзё внезапно рванулся в толпу и пробился сквозь неё вперёд. Большая часть толпы отступила в сторону, и хотя атмосфера была довольно сердитой, Камидзё, не обращая на это внимания, продвигался вперёд.

Камидзё не замедлил ход, вбежав в тёмный проулок.

Там он увидел…

Кровь.

Узкий переулок.

Из-за сочетания высоких и низких домов, хотя был разгар дня, солнечный свет сюда не проникал. Сырой переулок казался чёрным, и здесь царил застоявшийся запах.

Этот тёмный проулок…

… был выкрашен в тёмно-красный цвет.

— Ка… Камидзё!!!

Знакомый голос принадлежал Комоэ-сенсей.

Но эти маленькие руки и это милое личико, и чирлидерский топ без рукавов и мини-юбка, они полностью окрасились в тёмно-красный цвет. Слёзы текли из её больших глаз, и, смешиваясь с кровью, стекали по её подбородку.

Но это была не её кровь.

Возле Комоэ-сенсей лежала девушка. Девушка с чёрными волосами. Айса Химегами лежала в луже крови. По сравнению со свежей красной кровью, её лицо и конечности выглядели мертвенно-бледными.

Верхняя половина её рубашки была изорвана.

Вся верхняя часть её тела была перевязана. От ключиц до пупка… всё тело было покрыто повязками. Перевязка была сделана довольно неплохо как для любителя, но просачивающаяся жидкость продолжала окрашивать повязки в красный цвет. Первоначально гладкие изгибы тела девушки теперь казались немного неровными.

— …!!!

Камидзё хотел узнать причину, но немедленно пожалел об этом.

В луже крови был кусок плоти с кусочком кожи, который выглядел как недоочищенное варёное яйцо.

Химегами лежала без движения.

Может быть, он вообразил себе невесть что, поскольку он всё ещё слышал лёгкое дыхание.

Камидзё ощутил сильный толчок в голову.

Он это уже видел.

Это чувство.

То же самое чувство, которое возникало, когда Акселератор нападал на Сестрёнок.

— Почему, как… Химегами, она…? Сенсей, что случилось? Кто это сделал?!

— Я… я не знаю.

Комоэ-сенсей, всё ещё дрожа, огляделась.

— Сен… сенсей столкнулась тут поблизости с женщиной… затем сенсей извинилась же перед ней. Она улыбнулась, простив меня. Но вдруг лицо у неё стало очень страшным, и в тот же миг… Химегами…!

— Это Ориана, верно?

Стейл выплюнул эту исключительно длинную сигарету, и, в раздражении, расплющил её о стену.

— Раз она сделала это в такой ситуации, существует большая вероятность, что это её… эта особа, она действительно делает недостойные вещи.

— Почему?

Камидзё выглядел сбитым с толку.

— Почему она это сделала? У неё не было причин нападать на Химегами! Химегами никак с этим не связана!!!

— Из-за этого.

Стейл показал на землю сигаретой.

В луже крови лежат забрызганный кровью крест. Это был небольшой барьер, который прислали Британские пуритане, чтобы она носила его в виде украшения, запечатывающего её способность «Тёмной крови»

— Эта «переносная церковь» - духовное орудие, которое также дали мне, Тсучимикадо и Кандзаки. Увидев его, Ориана, что неудивительно, предположила, что перед ней маг такого же уровня важности, как и Индекс Либрорум Прохибиторум. В Академгороде, где главным предметом является наука, само по себе странно иметь духовное орудие Британских пуритан. Ориана должно быть, подумала, что за ней гонятся могущественные преследователи, так что она хотела принять упреждающие меры.

Камидзё знал, что это означает, и мышцы его лица стали подёргиваться.

— Она… совершила ошибку…?

Его голос странно срывался.

— Только… и всего? Она пошла на такое, и довела Химегами до такого состояния; и причина в том… что она совершила ошибку?... Ч…то … она… какого чёрта…!!!

Камидзё не мог сдержаться и ударил кулаком по стене. Комоэ-сенсей всё ещё плакала, и её плечи неудержимо вздрагивали.

Стейл выдохнул со скучающим видом и вытащил из пальто несколько рунических карт. После того, как он подбросил их в воздух, они начали прилипать к стене, словно там были магниты.

— Пусть это место будет скрытым.

При этих словах толпа, которая перегородила тёмный переулок, отодвинулась назад на улицу, словно вытащили затычку.

Это должно быть заклинание Стейла «Рассеять посторонних».

— Чтобы оказать экстренную помощь вы, вероятно, вызвали скорую помощь. Если так, лучше подождать у входа в переулок. Если вы останетесь здесь, санитары вас не увидят. Но по крайней мере это лучше, чем позволить посторонним стоять тут повсюду.

Стейл направился вглубь тёмного переулка, чтобы преследовать Ориану. Если она хотела добраться до автобусной остановки этим путём, она должна была продолжать двигаться вперёд.

Поэтому Стейл без колебания двинулся дальше.

Он шагнул мимо Айсы Химегами, лежавшей в луже крови.

— СТОЙ, ГДЕ СТОИШЬ!!!

— Что, чего ты ещё ждешь теперь? Ты собираешься остаться здесь и вопить, или продолжишь преследовать Ориану Томсон и побыстрее закончить дело?

— Она из-за нас пострадала! Как мы можем просто оставить Химегами лежать здесь, и не позаботиться о ней?

— Камидзё?

Комоэ-сенсей посмотрела снизу вверх, говоря мягким голосом.

Она явно была одной из затронутых сторон, но поскольку никто не сказал ей, что происходит, она не могла понять, о чём они говорят.

— Ну и что ты можешь сделать?

Стейл стоял возле Химегами, которая совершенно не двигалась, и глядел прямо в глаза Камидзё.

Затем он протянул руку, на каждом пальце которой были кольца.

— ПЕРЕСТАНЬ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ НЕВЕСТЬ ЧТО, ДИЛЕТАНТ!!!

Внезапно он схватил Камидзё за волосы и пригнул его голову вниз. Перед Камидзё, в луже крови, чуть дыша, лежала девушка.

— Посмотри на эту раненую девочку, что дилетант вроде тебя может сделать? Даже специалист вроде меня не может сделать ничего. НИЧЕГО! От того, что ты останешься с ней, её раны излечатся? От того, что ты будешь держать её за руку, её боль утихнет? Если ты в это веришь, отлично, сделай это, прямо у меня на глазах! За это время холодная и жестокая реальность только отнимет у неё силы! В данный момент мы можем делать только одно — преследовать Ориану! И если мы должны делать это, мы должны пройти мимо этой девочки! Если ты не хочешь, тогда просто оставайся здесь и ной, сколько тебе угодно!!!

Стейл резко отпустил волосы Камидзё.

Камидзё отступил на несколько шагов.

— … Ты думаешь, ты один тут злишься, Тоума Камидзё? Кто угодно почувствовал бы злость, просто взглянув на это. Даже если бы это был Магнус Стейл, он бы это почувствовал. Девочка, спасая которую из частной школы Мисава, я рисковал жизнью, сейчас так тяжело ранена, ты думаешь, что я могу оставаться спокойным?!

Стейл указал вниз указательным пальцем, на котором было сверкающее кольцо.

— Перешагни через это, Тоума Камидзё. Перешагни через неё и преследуй Ориану! Таков наш мир. Ужасно, верно? Мы не можем вылечить эту девочку: этот факт не изменится. Если ты хочешь защитить других, стисни свой кулак. Прежде всего есть предел тому, что мы можем сделать. Твоя правая рука обладает способностью разрушать иллюзии, с каких это пор она обзавелась способностью их защищать?

— … Чёрт.

Камидзё опустил голову, и чёлка закрыла ему вид. Он стиснул челюсти так сильно, что чуть не треснули коренные зубы.

Это скрытое сожаление, было ли оно направлено на Ориану, или же на факт, что он не может ничего ответить?

— Эта… сволочь…!!!

Камидзё издал рычание, прозвучавшее, словно он собирался заплакать. Затем он поднял ногу, дрожащую ногу, которая собиралась сделать первый шаг. Вместо того, чтобы остаться присматривать за Химегами, он выбрал преследование ускользающей Орианы.

— …

Маг, Магнус Стейл, прищурил глаза, глядя на происходивший перед ним ритуал.

Как раз когда нога Камидзё должна была шагнуть мимо тела Айсы Химегами…

Священник увидел это.

Это была Цукиёми Комоэ, которая была чуть поодаль от Айсы Химегами, вся промокшая от крови.

Её руки, лицо, одежда, все были окрашены кровью в тёмно-красный цвет. Комоэ-сенсей сидела на земле, не обращая внимания на юбку или землю, поскольку её яголицы непосредственно касались земли.

Но не это привлекло его внимание.

Она медленно начала собирать разбросанные камешки и жестянки, и составлять их, словно она играла с игрушечными кирпичиками, выстраивая их. Но она не расставляла их как попало. Это выглядело как неуклюжая миниатюрная модель домов.

— Подожди минутку.

Стейл внезапно сказал это.

Камидзё, который собирался сделать шаг вперёд, потерял равновесие, отступив назад. Стейл совершенно не обращал на него внимания, просто пристально глядя в лицо Цукиёми Комоэ.

— Что… вы делаете?

— В тот раз…

Женщина ростом всего в 135 сантиметров посмотрела на мага покрасневшими глазами.

— … Разве это не сработало для Сестры-сан в прошлый раз? Так что в этот… в этот раз… я … должна … суметь … это сделать. В прошлый раз… у сестры-сан… была рассечена спина, она истекала кровью. Но… если сенсей последует… тому, что говорила… Сестра-сан…

— Не может быть…

Магнус Стейл внезапно подумал об этом.

Когда Индекс в первый раз попала в Академгород, Каори Кандзаки случайно рассекла ей спину. Камидзё отнёс эту раненую девочку в квартиру Цукиёми Комоэ.

Но…

Индекс и Камидзё не могли использовать магию. Проблема была не в технике, а в физике. Тогда, той, кто применил лечебную магию к Индекс была…

— Только не говорите мне, что это были вы…?

Стейл сказал это глухим голосом, который был полон удивления и уважения.

Миниатюрная девочка не заметила этого превращения.

— … Раньше всё было в порядке после того. как я это сделала. Сенсей… помнит это очень отчётливо? Я действительно… следовала… инструкциям… Сестры-сан…! Почему? Почему Химегами не излечилась?!... Химегами… просто говорила мне о ночной прогулке, она хотела пойти с Камидзё. Она ещё несколько дней назад проверила по путеводителю. ПОЧЕМУ… ЭТО ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ!!!...

Это был крик души, не обращённый ни к кому конкретно.

И Стейл с Камидзё могли только слушать её рыдания.

То, что делала Цукиёми Комоэ было исцеляющим заклинанием, которое требовало тонкого смешивания сделанного магом хаконива <ref>Хаконива - миниатюрное произведение искусства. Это может быть миниатюрный сад, ландшафт или бонсай.</ref> с фиксированным количеством пространства. При использовании этого метода заштопав тряпичную куклу можно исцелить раненого человека. Но если не отделить фиксированный периметр и просто закончить хаконива, эффекта не будет. Не только в физическом смысле, тот, кто применяет заклинание должен обдумать магические символы и способ, которым будет притекать сила Ангела.

Это не простой процесс. И он не каждому магу по силам.

Даже Стейл, который мог гибко контролировать руны и христианство, умел всего лишь излечивать ожоги.

Хотя это исцеляющее заклинание, из-за различия в сектах, правилах и заклинаниях, просто напеть заклинание недостаточно для исцеления. Это подобно тому, как лекарство от гриппа не помогает при переломах: если не выполнить подходящее заклинание, это никак не повлияет на раненого человека.

Более того, если они хотят излечить рваные раны, ушибы, переломы и внутренние повреждения, им понадобится специалист-заклинатель. В присутствии человека со знаниями на уровне Индекс возможно, справился бы и любитель. Но такое совпадение было бы слишком уникальным.

Как он и ожидал, заклинание Цукиёми Комоэ было неполным.

Конечно, это был не тот случай, когда Индекс указывала ей, как активировать магическое заклинание. Но для этого вида «хаконива», которое было сделано когда она знала лишь немного, оно было слишком рыхлым, и магических символов на нём вообще не было. Этого и следовало ожидать, поскольку Комоэ-сенсей, принадлежавшая к научной стороне, не понимала теории, на которой основывалась работа заклинания.

Но она вызвала скорую помощь.

И она оказала первую помощь, насколько смогла.

Цукиёми Комоэ попробовала каждый метод, о котором только могла подумать, но всё это было без толку. В конечном итоге ей пришлось искать помощи со стороны «магии», знаний о которой у неё не было.

Она могла не знать, насколько возмутительным было то, что она сделала.

Она могла также не знать, что делает ставку на такую ненадёжную штуковину.

И даже так, она просто делала это для…

… девочки, которая лежала перед ней, которую она хотела спасти.

— Чёрт…

Магнус Стейл невольно отвернулся.

Женщина по имени Цукиёми Комоэ очень похожа на некую девочку.

Миниатюрное тело, исключительно наивная, та, что сердится ради блага других людей, та, что плачет ради других, та, что обладает познаниями в магии, но не может использовать магию, этот заплаканный вид, когда она облита кровью других людей.

Стейл чувствовал себя несчастливым в глубине души, и не мог не прищурить глаза.

Он вдохнул и отбросил сигарету.

— Нет, это не так.

[[Image:Index_v10_150.jpg|thumb]]

Э?

Цукиёми Комоэ подняла глаза.

Стейл вытащил из своего угольно-чёрного пальто несколько рунических карт, на которых были нарисованы сложные символы.

— Подобно тому как ведро используют для хранения морской воды, сначала мы должны очертить область «хаконива». К тому же, слишком мало просто подумать об Ангеле. Мы должны установить, куда снизойдёт Ангел и где он останется. Вам нужно просто представить это. Мы на самом деле не призываем Ангела с крыльями, нам просто нужна определённая сила.

Он немедленно нагнулся.

Глядя на Химегами, которая была замотана повязками и могла только слабо дышать.

Он посмотрел на девочку, через которую только что перешагнул.

— Тоума Камидзё, иди и догони Ориану.

— Что?

— Я скажу тебе новый номер Тсучимикадо. Если и меня не будет рядом, будет тяжело, если ты не сможешь с ним связаться.

— Секундочку. Это значит… ты…

— Не жди от меня слишком многого. Я в этой области довольно-таки дилетант.

Маг, Магнус Стейл сказал это с нерадостным видом.

— Я могу только лечить ожоги; потеря крови и переломы потребуют другого заклинания. К тому же это территория, на которую я раньше не ступал. Чтобы вылечить такие серьёзные раны… даже те, кто специализируются в хирургии могут с этим не справиться.

Но он продолжил.

— … Эта особа похоже знает кое-что из знаний Индекс. Я позаимствую у неё часть этого знания, чтобы подтвердить эту теорию. Я не могу запомнить даже «матрицу всеохватывающей реальности» и «матрицу гадального круга» Тсучимикадо. Честно говоря, я немного беспокоюсь… но мы всё ещё можем выиграть для неё немного времени прежде чем отправим её в больницу. После этого мы сможем только полагаться на то, что квалифицированные врачи её вылечат.

— Э, а…?

Цукиёми Комоэ с усилием протёрла глаза.

Увидев её такой, Стейл не мог не отвернуться в сторону.

— Подождите, пока я закончу с инструкциями, затем выйдите на улицу, чтобы позвать санитаров. Тоума Камидзё, а ты иди и продолжай преследовать Ориану. Если же ты останешься, эта твоя штуковина, правая рука, полностью разрушит лечебное заклинание. Когда всё закончится, я немедленно переговорю… позволь, я повторю ещё раз, если ты хочешь уладить всё это, поторопись и убирайся отсюда.

— …Понял.

Камидзё посмотрел на лицо Химегами, которая лежала в луже крови.

Затем он напряг пять пальцев своей правой руки.

— Я сделаю, если это всё решит. Так что Стейл, оставляю Химегами на тебя.

— Я должно быть, говорил это раньше, но не ожидай слишком многого.

Стейл тяжело выдохнул, сказав это.

Затем он сказал исключительно раздражённым голосом.

— Я к этому тоже не привык. Хотелось бы мне, чтобы в этом мире я мог использовать магию, не предназначенную для нападения на других.

===Между строк 5===

«Почему…»

Айса Химегами, лёжа на ледяной земле, думала безмолвно.

«Почему… всё… закончилось вот так?»

В полдень в эту беспощадную сентябрьскую жару только в этом переулке достаточно холодно, чтобы она почувствовала это сквозь кожу. Может быть, от того, что здесь весь год не светит солнце. Стены и то, что на земле, всё выглядит чёрным.

Она знала, что её сердце ещё бьётся.

Верхняя часть её грудной клетки до низа живота взорвалась.

Боль достигла точки насыщения, настолько, что она начала чувствовать онемение. Поэтому она оглянулась по сторонам, и при виде расплескавшейся крови, и обрывков кожи и плоти, от мыслей и голова готова была взорваться.

Но,

Ещё более болезненной была представшая перед ней правда.

Рядом с ней были два парня. Её помутившемуся взгляду казалось, что они спорят.

— ПЕРЕСТАНЬ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ НЕВЕСТЬ ЧТО, ДИЛЕТАНТ!!!

Голос, огорчающий людей.

Несмотря на это, в голосе чувствовалась способность быстро восстанавливать силы.

— Посмотри на эту раненую девочку, что дилетант вроде тебя может сделать??

''Ты можешь'', хотела сказать Химегами.

Но её губы были сухими, и голоса не было.

— Даже специалист вроде меня не может сделать ничего, НИЧЕГО!

От этих слов другому парню стало больно.

Каждый раз, когда она слышала это, она чувствовала, насколько перекошено лицо у молодого человека.

— От того, что ты останешься с ней, её раны излечатся? От того, что ты будешь держать её за руку, её боль утихнет?

''Всё в порядке'', хотела она сказать.

Её раны не вылечить, её боль не утихнет. Но, она могла сказать, что это не означает, будто нет никакой разницы, это не так.

— За это время холодная и жестокая реальность только отнимет у неё силы!

''Почему?'' — подумала Химегами.

Почему мир должен быть таким жестоким?

Она попросту должна отвергнуть это. Не нужно. чтобы у этого мальчика было такое болезненное выражение лица.

Она не могла открыть губы.

Она не могла пошевелить языком.

Она не могла выдавить из глотки ни звука.

Двое ребят похоже, спорили о чём-то, вернее, один из них напирал на второго. Это форма словесного насилия. От каждого сказанного слова на лице мальчика проявлялась боль, словно с него сдирали его чувства.

Ей не хотелось видеть это выражение лица.

Честно говоря, ей хотелось быть с ним. Не обязательно, чтобы только вдвоём. Ей хотелось участвовать в матчах вместе со всеми, вместе болеть за своих друзей, вместе ходить по магазинам, вместе пойти на ночную прогулку, вместе создавать счастливые воспоминания, вместе счастливо смеяться.

Вот и всё, чего ей хотелось.

— … позволь, я повторю ещё раз, если ты хочешь уладить всё это, поторопись и убирайся отсюда..

''Нет'', - хотела сказать Химегами.

— … Понял.

''Нет, не надо'', - хотела она сказать. но она не могла издать ни звука.

— Я сделаю, если это всё решит.

Затем парень переступил через её тело и побежал в проулок. Она не смогла передать свои слова, поскольку другой парень, повернувшись к ней спиной, убегал всё дальше и дальше от неё.

Почему этот мир должен быть таким жестоким?

Неважно, насколько горячо молилась, её мольбы не будут услышаны. Неважно, насколько упорно она старалась, она не могла издать ни звука. С самого начала до самого конца, все её надежды забрал мир…

— Прости, Химегами.

Даже так, она что-то услышала.

— До начала ночной прогулки я зайду к тебе в комнату, так что просто подожди меня там.

В этот момент она почувствовала, что улыбается.

===Примечания===
<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter5|Главе 5]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter7|Главе 7]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter7

2017-09-25T12:30:37Z

Palexadin:

==Глава 7: Враг которого обязан победить, человек которого обязан защитить — Parabolic_Antenna.==

===Часть 1===

— ЧЁРТ!!!...

Видя открывшуюся перед ним картину, Тоума Камидзё не мог не выругаться.

На автобусной остановке никого не было.

Была как раз половина четвёртого, и дневная жара начала ослабевать. Перед ним была только простая автобусная остановка с жестяной крышей, одиноко стоящая у дороги. Никто не сидел на скамейке, никто не стоял в очереди. Прохожие не смотрели на автобусную остановку так, как если бы на ней стоял потерявшийся ребёнок.

— Ха.

От представшей ему ситуации он слабо рассмеялся.

Камидзё просто стоял.

В обе стороны не было видно никаких следов автобуса, никаких зацепок тоже не было. Можно забыть о том, чтобы выяснить, на какой автобус села Ориана, он даже не был уверен, что она вообще села на автобус на этой остановке.

Во-первых, если им не удастся поймать Ориану за три минуты, она ускользнёт.

Они потеряли довольно много времени когда Химегами подверглась атаке. Если подсчитать расстояние и время, станет понятно, что они не смогут догнать Ориану.

С точки зрения здравого смысла этого и следовало ожидать.

Но…

«Куда эта Ориана сбежала?!!...»

Оказавшись лицом к лицу с такой реальностью, Камидзё не мог не почувствовать, что у него голова кругом идёт. Как бы он ни клялся, что бы он ни думал, если цели нельзя достичь, это значит, что её нельзя достичь. Хотя не может быть, чтобы всё шло так, как кому-то хочется, такой простой факт сразил Камидзё наповал.

Он больше не мог догнать Ориану.

Что касается Лидвии, то на неё даже половины зацепки не было.

Если всё и дальше так пойдёт, им не удастся помешать ей использовать «Апостольский Крест».

«И что теперь?»

Камидзё вытащил телефон и набрал номер Мотохару Тсучимикадо. Он нажал кнопку вызова и несколько секунд подождал. Похоже, Тсучимикадо ожидал звонка, поскольку тут же ответил. Камидзё сказал без предисловий:

— Извини, Тсучимикадо. Я потерял Ориану на автобусной остановке. Химегами была ранена одной из её магических атак, так что полагаю, она всё ещё где-то рядом. Есть какой-нибудь способ это выяснить?

— Нет… насчёт этого, это немного сложно, ня.

Тсучимикадо сказал это слабым голосом.

— «Матрица всеохватывающей реальности» действует только в пределах расстояния в три километра в любом направлении. Она не будет эффективной… с того места, где я нахожусь, а Стейл не может установить «матрицу всеохватывающей реальности» самостоятельно… в данный момент даже если я подъеду к Стейлу на автобусе, если Ориана села на автобус… она сможет полностью ускользнуть из зоны действия.

И что теперь? Камидзё огляделся по сторонам.

Зацепок всё ещё не было.

— … Ты знаешь, на автобус какого маршрута скорее всего сядет Ориана, ня?

— Знаю.

Камидзё посмотрел в путеводитель по Дайхасейсай.

— … Похоже, что этот маршрут идёт петлёй вокруг седьмого школьного района, но я не знаю, где Ориана выйдет из автобуса. Если оценить прошедшее время, автобус должен был пройти четыре остановки, так что она всё ещё может быть в автобусе.

— Ориана, она… должна изо всех сил стараться убежать как можно дальше… так что наиболее вероятно, что она всё ещё в автобусе.

— Но, возле второй остановки есть станция метро, а на четвёртой станции терминал, где останавливаются и другие автобусы. Где-то здесь она может пересесть на другой транспорт.

— …

Мотохару Тсучимикадо замолчал.

Вокруг Камидзё были самые разные люди: ученики, проводившие своё свободное время, поедая мороженное, зрители, спешившие на следующий стадион, родители, которых дети донимали просьбами купить фруктовый сок. Предполагалось, что его окружают самые разные шумы и звуки шагов… но Камидзё слышал только тишину.

В данный момент они были в тупике.

Они не могли предвидеть перемещения Орианы.

Села она на автобус или нет?

В сущности, куда она направляется?

— … Секундочку, Тсучимикадо?

Камидзё поднял голову и сказал это тихим голосом.

Услышав эти слова Камидзё, Тсучимикадо напряг своё израненное тело и ответил:

— Что ещё… Ками-ян?

— Позволь спросить тебя, почему Ориана только что была на улицах?

— Э? Всё потому что… мы гнались за ней, так что для того, чтобы сбежать…

— Нет, я имею в виду перед этим.

Камидзё прервал его.

— Причиной, по которой началась эта погоня было то, что я врезался в Ориану, когда был с Фукиёсе-сан. Так с какой целью Ориана разгуливала там?

Камидзё медленно выстраивал свои мысли.

— Если Ориана и Лидвия и не собирались продавать «Апостольский Крест», она ведь не могла встречаться с кем-то на улицах. Так почему же она там была? Какая у неё была цель? Разве она не могла избежать такого риска?

— Я понял ня.

По голосу Тсучимикадо чувствовалось, что он восстановил свои силы.

— По крайней мере утром у Орианы не было… «Апостольского Креста». Несмотря на это, она всё равно действовала… что означает — нужна была причина для того, чтобы она работала в одиночку.

— Какая причина?...

Когда Камидзё спросил, Тсучимикадо застонал, по-видимому, не в состоянии выдерживать боль.

— Я не знаю ня… понятия не имею об этом. Но… «Апостольский Крест» ещё не был активирован. Причина… может быть связана с этим. Эта Ориана, возможно ли, что она… искала условия для использования «Апостольского Креста»…

Условия, сказал Тсучимикадо.

Маги чувствовали, что это могло быть зацепкой, которая приведёт их к Ориане. Ещё не зная этого ответа, из-за того, что Тсучимикадо использовал систему безопасности Академгорода для поисков Орианы, поскольку у них было преимущество при её преследовании, до сих пор они всё время откладывали это…

— Критерии поиска?... Другими словами, нельзя использовать его без наличия определённого окружения? Ориана должно быть, ходила, выискивая подходящие условия.

— … Проникнуть в Академгород без всяких гарантий… и теперь они в спешке разыскивают подходящие условия? Это может быть довольно странно… и надо же, чтобы именно в это время Стейлу просто пришлось выключить телефон!

Теперь, когда Тсучимикадо упомянул об этом, Камидзё вспомнил, что Стейл обменивался информацией с кем-то из Академгорода. Стейл действительно упоминал об этом раньше…

— Ах да, он уже говорил о комнате для хранения «Апостольского Креста».

— Что? Ками-ян, даже если это что-то банальное… всё в порядке, просто подробно скажи, что тебе об этом известно.

— Ну, похоже, работа в Лондоне продвигается не очень гладко. В данный момент нам известно, что окна комнаты для хранения должны быть запечатаны, и должны быть двойные двери.

— Хммм… двойные двери?... Вроде того как в герметичных лабораториях?

— …Нет, а на что они похожи?

Камидзё чуть кивнул.

— А, верно, похоже, цель в том, чтобы на него не попал солнечный свет.

— Свет, ага… «Апостольский Крест» это мощное духовное орудие, наверное они не хотят, чтобы оно случайно активировалось ня…

Тсучимикадо промолчал.

Было слышно его слабое дыхание, наверное потому что дышал он неритмично.

Такая тишина означала, что он серьёзно обдумывает всё это.

Эта тишина, возникшая, когда Тсучимикадо старался не издавать ни звука, действовала на нервы Камидзё ещё сильнее. Его лоб, по которому стекал пот, наморщился, когда он тоже стал размышлять. Безопасное хранилище, условия использования его, двойные двери и комната без окон. Чтобы не дать свету попасть на него, а это означает, что свет…

— Будут ли какие-то проблемы если уж свет коснётся «Апостольского Креста»?

— … Я так не думаю… если бы это было так, не нужно было бы беспокоиться о времени и месте, верно? Даже сейчас… солнце всё ещё высоко. Если бы для того, чтобы активировать «Апостольский Крест» нужно было бы только это… они бы сделали это с самого начала. Если бы всё было так просто, им только нужно было бы прорваться в Академгород… и использовать «Апостольский Крест» до того, как их схватят… разве этого было бы недостаточно? Это вроде игры в прятки с выбиванием жестянки… но если это духовное орудие активируется… каким-то светом, полагаю, это возможно… Около 2000 лет назад, христианство в то время… до того как разделилось на римских католиков или британских пуритан, было довольно много… заклинаний, в которых использовался свет. В центре крещения три окна, и светящий в них свет образует три вида света. Это представляет… Троицу ня.

— Ну, так что это имеет общего со светом, необходимым для активации Креста…?

Камидзё высказал сомнения, роившиеся в его голове. Тсучимикадо не ответил; похоже, он тоже не знал.

— Слушай, Ками-ян… это вся… вся информация, которая у тебя есть?

— Да, только и всего…

Камидзё прижал телефон к уху, раздумывая. Магическая тема, о которой говорил Стейл, не была его областью работы. Если бы он запомнил информацию, то смог бы повторить её, не понимая принципов, на которых она основывалась, но было много того, что он не мог запомнить. Несмотря на это, он пытался выжать из себя то, что он запомнил.

— А!... Вот оно.

— Что?

— Стейл сказал, что слишком сложно объяснять всё это, поэтому он послал на мой телефон доклад Орсолы, который пришёл по электронной почте.

— … Содержание?

Жар в голосе Тсучимикадо ослаб.

— Прости, я не могу его прочитать, потому что оно на иностранном языке. Ты сможешь прочитать, если я перешлю его тебе?

— Откуда мне знать, если… ты не перешлёшь его ня? О каком иностранном языке ты говоришь? Оно не на английском?

Тсучимикадо дал Камидзё свой новый электронный адрес. Камидзё прервал разговор, открыл электронную почту и переслал Тсучимикадо сообщение Стейла.

Через две минуты телефон Камидзё просигналил о входящем звонке.

— Ками-ян, как бы там ни было… я прочитал доклад. Это… итальянский язык, они не зашифровали эти слова магическим кодом.

— Ну и о чём оно?

— Похоже, что… после приведения в порядок Британской библиотеки… разрозненные записи, просто обычная ерунда. Безопасное хранилище «Апостольского Креста»… организует… его очистку… раз в два года. Эта запись похоже…запись о том… что некоторые работники службы безопасности записали во время очистки ня.

В этом сообщении перечислены несколько правил очистки.

Во-первых, чистить его нужно в определённый день.

Во-вторых, делать это нужно днём.

— Ну… это не особенно важная информация.

— Секундочку, Тсучимикадо. Прочитай сообщение ещё раз.

Камидзё на некоторое время прижал телефон к уху. Прошло некоторое время, пока заговорил Тсучимикадо.

— Днём? Не ночью? Это странно, они уже использовали двойную дверь, чтобы не дать попасть на него солнечным лучам. Разве днём свет не ярче?

— Похоже, что… тут не только это.

Тсучимикадо сказал, что что-то написано на обороте доклада.

На практике такое правило довольно сомнительно, в соответствии с этим докладом хранителя, даже если хранитель забудет почистить его днём, он не станет чистить его ночью. Он скажет: «сделаю всё это завтра утром» и пойдёт домой.

— Этот доклад инспектора, похоже… не будет неподобающим сказать, что поведение хранителей не слишком хорошее ня. К тому же, когда они работали… похоже, было несколько человек, которые… играли с астрологическими гороскопами. Чёрт… в конце концов на самом деле это не особо важная информация. Его … содержание о недовольстве хранителя.

Камидзё почувствовал, что с этим докладом что-то не так.

— … «Апостольский Крест» это довольно важный артефакт римских католиков, верно?

— Это верно ня… и из-за этого для них это священный предмет, который они даже могут оплакивать… или даже стать на колени перед ним.

— Тогда при обычных обстоятельствах, позволят ли они с такой лёгкостью заботиться о нём другим?

— Хм. Я тоже чувствую, что эти ребята… не оставят этого просто так. Хранители «Апостольского Креста» это, похоже, определённая элитная группа… запись инспектора, он лишь отлучился на время… так что он мог лишь… написать такую запись. Что происходит?

— …

— Во время происшествия с «Книгой Закона»… хотя расшифровка провалилась, анализ информации… Орсолы Аквинской… уровень опасности… был таким, что вся… Римская католическая церковь почувствовала, что это слишком опасно. Хотя Стейл похоже, подумал, что это ерунда, раз Орсола… выбрала это для доклада, это может означать… что здесь есть некоторые несоответствия ня…

— Похоже на то.

Камидзё ответил Тсучимикадо, тщательно обдумывая события, которые произошли до этого времени.

В безопасном хранилище заделаны окна, и на входе стоит двойная дверь, чтобы полностью исключить попадание света.

Несмотря на это, уборщики проводят уборку только днём, но не ночью.

И в докладе даже сказано, что хранитель, который забыл почистить его, не стал делать это ночью, но сказал, что сделает это на следующий день и пошёл домой.

Другими словами, главное тут…

— Тсучимикадо, что касается света, который как полагают, должен активировать «Апостольский Крест», может быть, это свет, который появляется только ночью, а не днём? Потому что из действий этого хранителя следует, что даже если он проигнорировал первое правило о проведении чистки в определённый день, то правилу «его нужно чистить только днём» он должен был подчиниться, верно?

При выборе между этими двумя правилами, даже если исключить одно, соблюдение второго должно быть приоритетом. Значит, должна быть причина, по которой они выбрали приоритетом соблюдение другого правила.

— Хм… в этом есть смысл… ня.

Слова Тсучимикадо не были ясными, когда он говорил:

— Но этот ночной свет… что это может быть? Может ли это быть… лунный свет? Например, свет полной Луны… если его можно активировать в определённой фазе лунного цикла… если это условие такого рода, лунный цикл и календарная дата… будут различны. Даже если они уже решили это… дата будет отличаться из-за лунного цикла, так что они не смогут принять решение о … «безопасной дате».

Тсучимикадо предположил, что если тут используется «лунный свет», не связанный с фазой Луны, то нет необходимости устанавливать точный день для чистки. Вроде Пасхи или Рождества. Они могли бы провести её, просто выбрав определённый день.

Он сделал вывод, что раз нет необходимости выбирать дату, за ней должен скрываться определённый религиозный смысл. В такой ситуации дата была бы тесно связана с условиями, которые нужно выполнить, чтобы активировать «Апостольский Крест».

— … Ночной свет…ага?

Камидзё, держа в руке телефон, погрузился в глубокие размышления.

«Дело не в том, что Ориана не собиралась использовать «Апостольский Крест», дело в том, что они не могут его использовать».

Камидзё перебрал всю информацию, которая у него была в голове.

«Нужно использовать определённый вид света, когда хочешь воспользоваться «Апостольским Крестом».

Факт, которому он сам был свидетелем, информация Стейла из Британской библиотеки, и ещё предположения Тсучимикадо. Он внимательно вдумался в них заново.

«Это не дневной свет, а ночной свет».

Камидзё посмотрел на стену дома. Там было много электронных объявлений, образованных светом.

«Нет, это неверно. Раз он был доступен несколько тысяч лет назад, это не должно быть что-то вроде лампочки или светодиода, это что-то, что есть только в ночном пейзаже.»

Он медленно отвёл взгляд от объявлений.

«Присутствующий в природе свет…»

Держа в руке телефон, он всё глубже погружался в свои мысли.

«К том же, этот свет имеет отношение к календарю…»

Тоума Камидзё похоже, понял это, потому что взглянул на небо, нависшее над Академгородом.

Тсучимикадо действительно упоминал это, когда некоторое время назад читал доклад Орсолы.

Хранители «Апостольского Креста» не были серьёзны.

Многие из них игрались с астрологией.

Но…

Что если астрология важна?

— Возможно… созвездие?

— Это… довольно вероятно ня…

Похоже, Тсучимикадо кивнул, потому что молчал некоторое время, а затем сказал:

— Духовное орудие… которое использует созвездия, не так уж редко встречается… связанное с созвездием заклинание это основа основ, для призыва Ангела нужно соответствие сезонному созвездию.

Тсучимикадо добавил, что в отличие от лунного цикла, основанного на месяце, цикл созвездий основан на годе. Например, если весеннее созвездие является ключом к активации «Апостольского Креста», нужно чистить его в то время года, когда видны осенние созвездия. Вот так просто можно отметить «безопасную» дату в календаре.

— Это означает, что хранители… не вели себя плохо… они могли… использовать созвездие чтобы собрать… всю информацию, необходимую для их работы ня…

Тсучимикадо похоже, согласился с этим, но лишь одно было не особенно ясно.

Поэтому, Камидзё честно спросил:

— Для активации «Апостолького Креста» нужна сила, но для использования какой нужен тип?

— В сущности… используется 12 зодиакальных, 28 северных и 48 южных созвездий, одно из которых требуется для использования магии. Другими словами… в данной ситуации зодиакальные созвездия Овна и Скорпиона не имеют никакой силы сами по себе… звёзды, которые расположены в виде созвездий, хотя они кажутся очень близкими… на самом деле расстояние до них довольно большое, ага? Включить их все до одного… довольно сложно.

— … Это в самом деле так?

Хотя Камидзё не был особенно знаком с созвездиями, он знал, что люди верили в них несколько тысяч лет назад. Есть ли способ рассчитать расстояние между звёздами? Честно говоря, мог ли кто-то в те времена точно выяснить строение Вселенной?

Когда Камидзё выразил свои сомнения…

— Вот поэтому им приходилось его использовать, Ками-ян.

— Что?

— Старая Вселенная… нет, в сущности, мы называем её небом… все думали, что… это небо… окружает Землю как гигантская тарелка… ну, это чем-то похоже на небесную карту… ня?

Тсучимикадо продолжал:

— … Магия созвездий использует такую небесную карту… она не связана с истинной мощностью звёзд или расстоянием. Это нечто отображающее неподвижную картину… которая появляется… на ночном небе… в магическую матрицу. Картина сама по себе очень простая, но это… крупномасштабная сила. Сама по себе картина не запутанная, так что как правило, её можно использовать в нескольких заклинаниях… но такое полезное заклинание… их должно быть много ня.

Тсучимикадо сказал, что когда они были на морском курорте, и Архангел использовал «силу Бога», для развития этой магии созвездий использовалось ночное небо, «небо, благосклонное к заклинателю». Камидзё не мог точно сказать, насколько крупномасштабными были заклинания, для которых требовались созвездия, на магической стороне. Тем не менее, для него было шоком узнать, что это заклинание было некоторым образом связано с заклинаниями, которые использовали Ангелы.

— Тогда, эта Ориана…

— Это… могут быть возможные условия, которые требуются для активации «Апостольского Креста». Поскольку им нужно собрать свет ночи… на… этот крест, стоящий на земле, и для достижения этой цели может быть, им придётся установить какого-то рода антенны для поглощения света ночи, и затем использовать связь… требуемую для активации заклинания. Причина, по которой Ориана бегала по улицам… была вероятно связана с тем, что она… искала наилучшее место для установки этой антенны.

Тсучимикадо сказал, что не все заклинания, использующие звёзды, следуют этому правилу. Как например копье Тлауискальпантекутли, которое использовал ацтекский маг. Магия такого рода, использовавшая силу Венеры, не имела ничего общего с ночью, она просто сильно зависела от текущего положения «Венеры».

Но, «Апостольский Крест» вероятно не следует такому же правилу, поскольку если бы это было так, Ориане не нужно было бы искать подходящую возможность. Если бы он использовал определённый источник вроде солнечного света, они могли бы быстро активировать «Апостольский Крест» и незамедлительно подчинить себе Академгород.

Поэтому, похоже, что «Апостольский Крест» был духовным орудием, которое использовало «видимость созвездия», его картину.

Причина, по которой Ориана перемещается, в том, что она ищет место, где сможет использовать видимость созвездия. Даже если так, по какой причине она бродила по улицам? Из-за того ли, что места, которые она до сих пор обследовала, не подходили для активации «Апостольского Креста», или же потому что она искала наилучшее место?

— … Тем не менее, чтобы Ориана действительно собиралась… использовать силу Созвездия… активировать «Апостольский Крест»… это довольно типично…

Тсучимикадо сказал это, завершая своё объяснение.

— Это довольно типично? Что ты имеешь в виду?

— Это предположение… хотя довольно основательное, имеет несколько… противоречий, которые нужно разрешить ня.

Что бы это могло быть? Камидзё нахмурился.

Тсучимикадо сказал напрямик:

— Слушай внимательно, Ками-ян… так называемый «Апостольский Крест» это нечто… очень тесно связанное с Петром… одним из двенадцати апостолов… «первоначальной церкви», которую Сын Божий создал, когда умер. Разумеется, римляне… использовали эту силу для того, чтобы создать Римскую католическую церковь, и событием, которое привело к тому, что это случилось… была «смерть Петра» или что-то последовавшее после неё.

Тсучимикадо сказал, что Пётр был казнён в конце первого века нашей эры, а император Константин впервые признал христианство в начале 4 века, и франкский король Пипин Короткий отказался от этой земли в 8 веке. Между этими событиями прошло довольно много времени.

Несмотря на это, именно после смерти Петра люди сначала возвели «Крест, чтобы увековечить Петра» и заявили, что «эта земля является наследством Петра», что привело к долгой дороге, в конце которой были два миллиарда верующих, образующих ядро католической церкви.

— Что касается этого, первоначально «Апостольский Крест» был крестом, установленным на могиле. Это должно было быть нечто, завершенное до строительства определённого собора. Что тут не так?

— Дата, в которую используется «Апостольский Крест»… и созвездие важны, я согласен с этими двумя пунктами. Но… Пётр умер… 29 июня. Это другое время года, небо тоже другое… ты должно быть, слышал об этом… летние и зимние созвездия, верно? К тому же, из-за широты и долготы… в Японии видны не те созвездия, что в Ватикане. Небо над Ватиканом 29 июня… отличается от неба над Японией в конце сентября. Если они не сумеют разрешить эту проблему, то не смогут использовать созвездия ня…

Другими словами, в это время года они не смогут использовать «Апостольский Крест»?

Камидзё слегка нахмурился.

— Но, что случилось бы, если бы они не обращали внимание на времена года и использовали «Апостольский Крест»?

— Ками-ян, подумай об этом… мы используем в наших бритвах постоянный ток… что, если мы вместо того используем переменный ток?

— …

— Я не знаю до какой степени эта вещь… будет разрушена, но по крайней мере… они не смогут успешно выполнить свой план. Если не с этой целью, разве не было бы бессмысленно то, что они… специально эти важные… «условия использования» ня?

— Тогда зачем бы им тащить духовное орудие, которое они не могут использовать…?

— Я не знаю, ня… может быть условие… позволяющее это преодолеть ня. Чёрт, не хватает времени… подумать об этом как следует.

Время.

Теперь, когда об этом зашла речь, Камидзё заново переосмыслил все ограничения.

— Если принять, что Ориана и Лидвия ждут, чтобы появились ночные созвездия, поскольку хотят использовать «Апостольский Крест», ограничением на его активацию всё ещё остаётся закат, верно?

— Это будет не сразу. Что касается созвездий, мы можем отчётливо различить их только когда станут видны звёзды от первой до третьей величины. В данный момент время…

Может быть из-за того, что этот разговор был очень длинным, время уже подходило к четырём часам. Закат в конце сентября обычно приходится на семь часов вечера. Поскольку первая звезда станет видна до заката, в соответствии с нынешней ситуацией, будет очень трудно, если они будут действовать после шести вечера.

Другими словами, они должны найти Ориану в ближайшие два-три часа. Нет, «Апостольский Крест» может и не быть в руках Орианы. В этой ситуации они только смогут заставить Ориану выдать местоположение Лидвии и схватить её.

Времени немного.

Нет гарантии, что они вообще смогут поймать Ориану, и к тому же, им нужно найти ещё и Лидвию.

— Я чувствую, что нам не хватает решительного удара… как бы то ни было, давай возьмёмся за работу. Я двигаюсь… вдоль мест, по которым проходила Ориана, и ищу общие точки в этом звёздном заклинании … если у нас получится… может быть, мы узнаем, куда направляется Ориана…

— Подожди… секундочку! Ничего, что ты будешь действовать в таком состоянии?

— В этой… ситуации? … Ками-ян, как ты думаешь, в каком я сейчас состоянии?

Говоря это, Тсучимикадо притворялся спокойным.

По ту сторону связи, теперь на экране, был идиот, который всё ещё разговаривал, несмотря на все эти повреждения. Помимо магии, Тсучимикадо обладал способностью авторегенерации, но это была способность нулевого уровня. Хотя это было лучше, чем ничего, это была не та способность, что стёрла бы его раны, как резинка карандаш.

Камидзё собирался что-то сказать, но он знал, что сейчас было бесполезно о чём бы то ни было говорить.

— … Я знаю. Тогда, что мне нужно делать всё это время?

Что касается этого, как только Тсучимикадо собирался что-то предложить…

Сзади от Камидзё раздался другой голос:

— Тоума, а что ты здесь делаешь?

===Часть 2===

Автобус был на автобусной остановке.

Как и все пассажиры вокруг неё, Ориана Томсон осматривалась по сторонам.

Это не была обычная остановка, на которой пассажиры выходили из автобуса и садились в него. Поскольку автобус был слишком перегружен, контролировавший его искусственный интеллект немедленно принял решение остановиться. Похоже, из-за того, что в автобусе уже было так много пассажиров, и всё равно в него пытались влезть люди, автобус дошёл до своего предела.

Из динамиков автобуса раздался женский голос. Видимо, это была заранее сделанная запись, поскольку в голосе не чувствовалось совершенно никаких эмоций.

— Приносим извинения. В связи с проблемами безопасности, автобус остановится здесь. За то, что мы причинили это неудобство всем пассажирам…

В сущности, их не проинформировали, как решить эту проблему. Если никто не выйдет из автобуса, ситуация с перегрузкой не уладится. Однако, совсем другое дело, если кто-то решится избавить их от своей обузы.

Ориана решила выйти из автобуса.

Из комфорта прохладного кондиционированного салона на гудроновую дорогу.

Вместо того, чтобы оставаться в автобусе, не зная, когда они стронутся с места, возможно, лучше было выйти и поискать другие средства передвижения.

Затем она пошла по улице. Возможно, поблизости был стадион, поскольку вокруг было много народу. На лотках продавались всякие штуки, которыми пользовались болельщики, вроде мегафонов и круглых вееров.

Ориане совершенно не было видно, что находится за автобусной остановкой.

«Итак, похоже, что Каори Канзаки не появится».

Она легонько вздохнула.

«Теперь, когда я убедилась, что больше никто меня не преследует, карточкой, которая специально предназначалась против Святой, больше нельзя воспользоваться. Эта карточка похоже, не действует против обычных магов… так кто же утолит мою жажду битвы? Ничего, я, вероятно, ещё встречусь лицом к лицу со Святой в этой долгой жизни».

В этот момент Ориана подумала о девушке с чёрными волосами, верхняя часть тела которой была так повреждена, ученице, чья плоть была разрушена вместе со спрятанным крестом.

«…»

Ориана посмотрела на стопку карточек, которую держала в руке.

Она резко оторвала карточку и активировала коммуникационное заклинание. Это было заклинание, которое передаёт мысли одного человека другому человеку, так что Ориана переслала некую сцену, запечатлевшуюся в её памяти.

— Лидвия.

— Я знаю, что ты хочешь сказать.

Её собеседницей была Лидвия Лоренцетти.

Но то, что Ориана услышала не было разговором двух собеседников.

— Девушка, о которой ты позаботилась, была просто обычным человеком.

Такой прерывистый тон.

Бам! Ориана с силой ударила по земле.

Хотя она знала, что такое действие привлечёт много внимания, похоже, это вышло у неё рефлексивно.

«Не один раз, две промашки…!!!»

Этот ледяной тон эхом звучал в Ориане, которая стиснула зубы.

— В сообщении о происшествии с Алхимиком, было имя и фотография. Её зовут Аиса Химегами, и хотя у неё есть важная сила, она не маг. Этот крест Кольта использовался для запечатывания её уникальной силы, и это было просто духовное орудие, переданное ей другим магом, в нём вообще не было наступательных способностей. Чтобы избежать недоразумений, Британские пуритане однажды сделали официальный доклад.

Сообщение о Каори Канзаки действительно было блефом. И подумать только, что девушка, которую она приняла за врага, ничего общего не имела с Британскими пуританами.

— … Наихудший сценарий.

— Это действительно наихудший сценарий. Мы напали на совершенно непричастного к этому делу человека, и вдобавок, дважды. Хотя в первый раз причиной было вмешательство других магов, в этот раз мы несём полную ответственность.

Лидвия сказала это твёрдым голосом.

— Мы предприняли действия против тех, кого мы должны защищать.

Это действительно был голос монашки, которая проповедует тем. кто не знает о христианстве.

— Люди, которым мы должны протянуть руки не святые, у которых высокие моральные принципы, а грешники, которые потерялись и нуждаются в искуплении. Вот что сказал Сын Божий Матвею, мытарю, которого все ненавидели, когда разделил с ним трапезу. Мы пренебрегли этим правилом. Знаешь ли ты, что это значит?

— …

Ориана промолчала.

Слова Лидвии не прерывались, поскольку в словах этих не чувствовалось колебаний. От начала и до конца это был голос, который следовал решению Библии, и голос, который не допускает, чтобы его перебивали. К тому же…

— Мы не можем снова повторить вторую ошибку. Ради этих людей, которым мы причинили вред, мы должны быть особенно внимательны, и использовать «Апостольский Крест», чтобы покорить Академгород.

В тоне её голоса не чувствовалось колебаний.

Неважно, сколько будет издержек, она должна превратить все их в положительные моменты.

Лидвия Лоренцетти продолжала с таким чувством.

Она подвергала это сомнению, и в то же время жалела об этом.

Боль в душе Лидвии должно быть, была ещё сильнее, чем у Орианы.

Но она использует эту боль как пищу для прогресса. Она понимала значение слова «обучение» и неважно, насколько это будет болезненно, она использует этот шанс, чтобы увеличить свой темп.

Поэтому Ориана не остановится.

От рождения до смерти она не остановится.

Ориана почувствовала, как у неё по спине пробежал холодок.

Не из-за разницы во власти, но из-за «разницы» в идеалах.

— В самом деле?

Затем Ориана спросила у этой монашки, которая нисколько не колебалась:

— … Так что, всё закончится успешно, верно? Все проблемы будут решены, как только мы подчиним Академгород, верно?

===Часть 3===

— Тоума, что ты здесь делаешь?

Камидзё был шокирован.

Он отчаянно обернулся, и перед ним оказалась Индекс, одетая в форму чирлидера. В данный момент в обоих руках у неё были помпоны, и трёхцветный кот, который был между ними, похоже, был не в восторге от ощущения пластикового плюша, поскольку продолжал бороться.

Она слегка наклонила голову.

Её голова наклонилась, но брови изогнулись, показывая, что она злится.

«Чёрт…! Наша школа… будет соревноваться на стадионе поблизости?!»

За пределами Академгорода ждёт множество магов. Они из разных стран и принадлежат к разным организациям. И эти маги установили вокруг Индекс заклинание, распознающее магию, с радиусом действия в один километр.

Как только заклинание засечёт какую-то форму магической силы, они немедленно вторгнутся в Академгород.

И среди них не все считают приоритетом устранение Орианы и Лидвии. Люди, настроенные против Академгорода, используют этот шанс для всякой подрывной работы.

— Тоума, почему ты не со своими одноклассниками? Все тебя искали, и сейчас все идут на следующий «стадион».

Похоже, говоря это, Индекс что-то высматривала.

— Мне кажется, утром ты ещё участвовал в матчах, но после полудня тебя на них не было. Почему?

Хотя Индекс говорила несколько отчитывающим тоном, ей недоставало обычной живости и энергии.

Невинный вид этой девочки…

Выдаёт выражение, от которого задумываешься, хорошо это или плохо.

Может быть, это было от опыта вмешательства Камидзё в дела других людей.

«Эта Ориана похоже, удрала далеко. Поблизости не видно ни одной автобусной остановки?!»

Камидзё продолжал думать, желая, чтобы его цель, Ориана, убралась подальше отсюда. В данный момент его беспокоили эти противоречивые мысли.

— …

По ту сторону связи, Тсучимикадо тоже молча ждал развития ситуации. Камидзё видел, что ни впереди ни сзади от него на улице нет автобусных остановок.

— Слушай, Тоума, куда пошли Аиса и Комоэ? Разве они были не с тобой?

Услышав голос Индекс, Камидзё не мог не застыть на месте.

«Верно, Стейл и Комоэ-сенсей используют магию, чтобы вылечить Химегами…?!»

Его движения были скованными.

До того места было всего около километра. Что теперь делать?

— А…ааа, они услышали, что оргкомитету не хватает рабочих рук, поэтому пошли помочь. Как странно, я думал, они уже сообщили классу по электронной почте.

— По электронной почте?

— Мм, может быть, они за пределами периметра. Электромагнитные волны ещё не добрались до центра? Ох, надо же, они не проверили, сколько здесь кабелей… если это обычный магазин, тут должна быть передающая станция. Зачем? Потому что в новостях сказали, что если на Дайхасейсай слишком много людей будут пытаться связаться друг с другом одновременно, это приведёт к перегрузке кабелей, мощность центрального процессора в этой точке надо будет увеличить.

— ???

Индекс, в форме чирлидера, наклонила голову.

Камидзё планировал создать дымовую завесу, используя информацию о научном мире, с которым Индекс была незнакома, и похоже, это сработало.

Он слегка встряхнул телефон, который держал в руке.

— Я сейчас говорю по телефону, Индекс. Я вернусь позже, так что просто иди туда, куда направляются все. А… алло, алло? Что-нибудь странное происходит снаружи?

— Нет… ничего. Снаружи не происходит ничего странного, расслабься.

Услышав этот голос, Камидзё почувствовал облегчение.

Индекс слегка нахмурилась, когда увидела, как себя ведёт Камидзё.

— Тоума, Тоума. Я слышала, что следующее соревнование что-то под названием «групповое упражнение» <ref>Участники должны соединить конечности, чтобы изобразить несколько фигур, и в конце концов построить людскую пирамиду и дать самому ловкому участнику взобраться на вершину пирамиды и помахать ленточкой в руке.</ref> Ты сможешь прийти?

— …

Камидзё сделал паузу и сказал:

— Я приду. Мне нужно уладить некоторые дела, в которых я должен помочь, так что я поучаствую позже. Сможешь дождаться меня, Индекс?

Только что он дал обещание, которое никак не сможет выполнить.

— Мм.

Индекс без колебаний кивнула.

Она обняла трёхцветного кота, окружённого помпонами.

— Я поняла. Тоума, ты должен туда попасть. Я буду болеть за Тоума, и буду как следует делать движения, которым меня обучила Комоэ. Ты будешь в шоке.

С этим радостным лицом Индекс повернулась к Камидзё спиной. Она продолжила идти вперёд, может быть, к следующему стадиону. Поскольку она не свернула с пути, и даже проигнорировала лотки с едой, окружавшие её, похоже, она действительно поверила словам Камидзё.

Тоума Камидзё не мог двинуться с мета, наблюдая как исчезает её фигура. Он ждал, пока она не пропадёт из виду, прежде чем начал действовать. Он закрыл глаза, словно кланялся и извинялся.

По другую сторону связи, Тсучимикадо сказал:

— … Извини, Ками-ян.

Если бы Ориана и Лидвия не прибыли в этот город, он смог бы веселиться на Дайхасейсай вместе с одноклассниками. Если бы Тсучимикадо и Стейл не попросили его помочь, он мог бы и не заметить, что что-то происходит, и в конце концов пошёл бы гулять с Индекс или Химегами. Он просто обычный человек. Даже если маг проскользнул в город, он не должен принимать участие в битве.

Камидзё подумал об этой возможности.

— Нет проблем.

Он твёрдо заявил.

— Улыбаться, ничего не зная, это тоже невыносимо. Я не хочу, чтобы вы, парни, страдали от боли, залитые кровью, пока мы с Индекс развлекаемся.

Это верно. Тсучимикадо и сам мог веселиться на Дайхасейсай. Даже Стейл мог приехать в Академгород не из-за того, что должен был участвовать в битве как маг.

Они не принесли с собой невезение.

К тому же, даже если они принесли его, им не нужно было бежать прочь.

— Итак, я подумал. Эгоистично свалить всё, что я ненавижу, на Индекс… действительно глупо. Из-за этого я счастлив, что не хочу, чтобы она в это влезала.

— …

Мотохару Тсучимикадо ничего не смог сказать.

В сущности, говорил только Тоума Камидзё.

Он просил другого человека позволить ему решить, что делать.

— Давай уладим эти дела и вернёмся к Индекс. Все будем, как идиоты, дурачиться, есть и пить, делать фотографии — и погружаться в эти чудесные воспоминания.

===Часть 4===

4:30 дня.

Приняв за центр автобусную остановку, на которой он потерял Ориану Томсон, Тоума Камидзё вёл поиски, описывая круги.

Разумеется, была высокая вероятность того, что Ориана села на автобус и уехала далеко отсюда. Тем не менее, было возможно и то, что она обманула их ожидания и решила не садиться на автобус. Поскольку они не могли выследить Ориану при помощи активных методов, и Камидзё из-за недостатка технических способностей не мог выяснять методы использования «Апостольского Креста», всё, что он мог сделать — исключить возможность этих обычных методов.

Лидер, Тсучимикадо, анализировал перемещения Орианы за последнее время, пытаясь определить, где можно активировать «Апостольский Крест». Камидзё мог только лишь позволить квалифицированному магу разбираться с этим, и ждать доклада.

Камидзё продолжал бежать, кожей чувствуя воздух половины пятого вечера.

С полудня до вечера на улицах было ещё довольно тепло, но ощущение солнца, обжигающего кожу, намного ослабло. Единственным, что не изменилось было то, что Камидзё бежал сквозь толпу людей, направлявшихся в магазины, покупающих подарки, или идущих на следующий стадион. По дороге он увидел в толпе кого-то с пушистыми светлыми волосами.

«…?! Нет, нет, это не Ориана.»

Поскольку некоторые ученики красили волосы, к тому же были туристы из-за рубежа, не было ничего необычного в том, чтобы увидеть светловолосых людей.

Чтобы не загораживать дорогу другим людям, которые двигались вокруг, Камидзё отошёл к краю улицы, и ненадолго остановился.

«Непохоже, чтобы Ориана ждала, пока я уйду… однако, если она не в здании, такое может быть».

Он думал об этом, стоя на тротуаре и глядя снизу вверх. Окна разновысотных башен отражали солнечный свет.

«Трудно просмотреть всё за один раз… но всё равно это лучше, чем вообще ничего не сделать. Хорошо, сделаем это!»

Камидзё хлопнул по лицу обоими руками, и направился к башне возле крупного магазина электроники.

По пути…

— «Секундочку», — сказала Мисака в то время как Мисака гналась за ней и смотрела. «Мисака просто хочет взглянуть на сувениры, поэтому не бросай меня», — сказала Мисака в то время как Мисака пыталась спорить, но не имела намерения остановиться.

Он услышал детский голос.

Камидзё невольно обернулся и услышал в толпе кого-то, кого нигде поблизости не должно было быть. Голос был похож на детский голос, она может скрываться в толпе, но Мисака…? Он немного подумал об этом, но в данный момент у него были дела поважнее.

«Сейчас Тсучимикадо выполняет главную задачу. Я могу только тихо поддержать его»

Он прошёл через автоматическую дверь и огляделся в просторном и ярком магазину.

Благодаря кондиционерам тут было довольно комфортно, и магазин был достаточно блестящим. Ощущение солнечных лучей, обжигающих кожу тоже было довольно слабым. Камидзё медленно огляделся по сторонам, проверяя, нет ли в магазине Орианы, иногда выглядывая наружу через большую оконную панель.

Сияние солнечных лучей таяло на небе половины пятого вечера. Хотя небо ещё не покраснело, чувствовалось, что голубой цвет слабеет. Через час небо уже будет выглядеть по-вечернему.

Тогда замерцает первая звезда.

Прежде чем занавес ночи полностью опустится, вероятно, проявятся яркие созвездия.

— … Если наша недавняя оценка верна, осталось всего два часа.

Как раз когда Камидзё вздохнул, зазвонил телефон.

На дисплее высветилось не имя Тсучимикадо, а неизвестный номер.

Он нажал кнопку приёма. Звонил Магнус Стейл.

— Я спросил у Тсучимикадо твой номер, но я не собираюсь его записывать.

Возможно, Стейл курил, поскольку Камидзё слышал звук выдуваемого воздуха.

— Я закончил с той ученицей. Где ты сейчас?

Дыхание Камидзё тут же остановилось.

Он поспешно сжал телефон покрепче.

— ?! Химегами, как она?!

— … Будет непросто, если ты ожидал от меня совершенства. Это метод, с которым я незнаком. Наверное, применяя исцеляющее заклинание нельзя добиться успеха с первого раза. Честно говоря, я бы не хотел использовать такое заклинание ещё раз. Я только воспользовался знаниями обычного человека в качестве отправной точки, внимательно изучал эти неясные слова, чтобы отыскать скрывающееся за ними магическое значение, а затем перекомбинировал их, чтобы получилось исцеляющее заклинание. Это напоминает ходьбу по натянутому канату. Я весь обливался потом, думая, не потеряю ли контроль над заклинанием, и даже сейчас я держу пальцы крестиком, при мысли об этом.

Стейл сказал это расстроенным тоном.

Если уж это говорил настолько гордый человек, значит, операция действительно была опасной.

Камидзё чувствовал что тяжесть упала с его души.

— Как бы там ни было, я уже укрепил её кровеносные сосуды, добавил в них крови, и ослабил её болевые сигналы, чтобы вывести её из шокового состояния. Дальше уж работа врачей… санитары держались довольно уверенно, и сказали, что в соседней больнице есть чудесный доктор, который тем лучше проявляет свои способности, чем более критической является ситуация.

Это звучало так, словно он смутился.

Как хулиган, который спас кота на дороге и был застигнут за этим делом обычным гражданином.

— Ты…

— А? Что это за безжизненный голос? Я несколько раз сказал, что просто не смогу жить с тобой весело… УААА!!!

Бам!!! Из телефона донёсся невероятный голос.

Голос человека, бывшего за Стейлом…

— Ууу! Сенсей тебя ещё не поблагодарила! Уааа!!! Если бы тебя там не оказалось, Химегами… Химегами бы…!!!

— Прекратите… прекратите!!! Чего вы меня обнимаете и плачете!!! Я не давал гарантий, что смогу её вылечить. Если мы не сможем восстановить её силы, в конце концов она всё равно не выдержит… ВЫ МЕНЯ СЛУШАЕТЕ?!!!

Прижав телефон к уху, Камидзё молча волновался (возможно), что Комоэ-сенсей, которая лезла на мага, будет сожжена дотла, но как ни странно, похоже, Стейл не воспользовался своими силами. Похоже, что когда он имеет дело с маленькой девочкой, его бдительность ослабевает.

Он не может говорить о магической битве при Комоэ-сенсей.

Камидзё хотел сказать: «Позвоню тебе позже» и закончить разговор, но…

— Позвони Тсучимикадо.

Стейл сказал это посреди всего переполоха.

— Похоже, он нашёл какую-то зацепку. Я доберусь туда как только отделаюсь от неё.

===Часть 5===

Тсучимикадо был в одном из углов седьмого школьного района.

Это было то самое место, где Камидзё и Фукиёсе в первый раз встретили Ориану.

Это была обычная улица. Поблизости было несколько крупных магазинов, по улице двигались охранные роботы величиной с газовый баллон, проезжавшие мимо ветряков, вырабатывавших электричество. Ученики в спортивной форме привычно проходили мимо, но туристы, в обычной одежде, специально останавливались, чтобы посмотреть на этих роботов. Это было место, которое легко было найти, но в то же время, в нём легко было затеряться.

Тсучимикадо уже сменил свою изорванную спортивную форму на новую, поэтому снаружи намотанные под ней бинты были практически не видны. Несмотря на это, трудно было скрыть бледность его лица. Ветра не было, но он всё время шатался, и дыхание у него было слишком поверхностным и учащенным. Способность нулевого уровня, авторегенерация, могла только починить повреждённые кровеносные сосуды. Но без этой способности он уже давно мог бы свалиться, верно?

Даже в таком состоянии Мотохару Тсучимикадо продолжал стоять на углу улицы под огромным солнцем.

Причина была проста: ему нужно было кое-что сделать.

«Использовать на практике мои ноги чтобы проверить кое-что…»

Тсучимикадо посмотрел вверх, на плывшие в голубом небе дирижабли и воздушные шары.

«… Я знаю немало. Ориана рискнула выйти наружу и прогуляться по улицам, так значит, причина в этом?»

Он был искусен в главном типе восточной магии - искусстве оммёдзи.

Хотя речь шла об оммёдзи, ему нужно было довольно много практиковаться в заклинаниях, вроде фэншуя, гадания, алхимии, мантр, молитв, клепсидр и так далее, со всякого рода целями и направлениями, включая вычисление времени и выживание страны; в управлении всем этим и заключается настоящее искусство оммёдзи.

Специальностью Тсучимикадо был фэншуй, но это было всё, что он изучил.

Можно было понять это, глядя на небо.

Небо загораживали тёмно-зелёные листья деревьев. Но это не имело отношения к делу.

Припомнив дату и координаты, он мог сказать, что за звёзды расположены в голубом небе. Даже не используя небесный глобус или астрологический сайт он мог точно усвоить в своём разуме всё знание о созвездиях и их положениях.

«Если это уровня Индекс, даже если бы кто-то не взглянул на небо, чтобы убедиться в этом, вероятно, этот человек угадал бы ответ, услышав это ня…»

Тсучимикадо горько подумал.

Уже само по себе проблема подумать о том, чтобы вообще использовать чистое знание чтобы пойти против этой девушки.

Несмотря ни на что, он всё же смог прийти к выводу.

«Понятно… ня. Используя созвездия… такой вид, похоже, это правильно. Похоже, оно… основано на осенних созвездиях ня… не важно с какой точки… похоже, что можно использовать то же самое магическое значение, стоящее за ним, полностью… анализируя это созвездие… должно быть, это и сделал враг… больно».

Тсучимикадо нахмурился, прижав руку к боку, приводя в порядок свои мысли.

Следуя по выбранному Орианой пути, он кое-что понял.

Откуда бы он ни смотрел на созвездие, оно всё время оставалось одним и тем же.

На первый взгляд, это очевидный вывод, но если соединить его с магическим значением, ситуация станет иной.

Так называемое созвездие на самом деле нечто временное, видимое с Земли. Звёзды кажутся образующими фигуры, но это просто иллюзия, видимая как вблизи, так и издали. В радикальном смысле, если бы кто-то взглянул на видимые с Земли созвездия со стороны, они бы выглядели совершенно иначе.

Говоря ещё более строго, если наблюдать созвездие с немного разных мест, форма созвездия «слегка» изменится. Человеческий глаз этого не замечает. Поэтому несколько магов-новичков, которые неверно это истолковали, потеряли бы контроль над собственными заклинаниями. Для древнегреческих и древнеегипетских магов, которые хотели использовать силу созвездий причиной, строительства гигантских храмов было желание соорудить более замысловатые и изощрённые обсерватории.

Само по себе звёздное небо не странное, поскольку это ресурс, которым каждый может воспользоваться, но на то, чтобы подготовить заклинание для принятия силы созвездия требуется время: такова характерная черта заклинания, требующего использования созвездия. Хотя Тсучимикадо уже упоминал, что «созвездие можно использовать во многих заклинаниях», для заклинаний разного типа нужно устраивать разные обсерватории. Примером могут служить политеисты древние греки, которые соорудили «Храм Ареса» и «Храм Гелиоса».

Несмотря на это, Тсучимикадо уже прошёл мимо трёх из четырёх обсерваторий, и до сих пор проявившиеся значения были одними и теми же.

«Это не совпадение ня. Другими словами — я могу подтвердить, что Ориана и Лидвия планируют использовать осеннее созвездие для активации «Апостольского Креста»…»

Тсучимикадо посмотрел на бескрайнее небо.

Он прищурил глаза, глядя на него сквозь солнечные очки.

«Если это так, как быть с этим противоречием?»

===Часть 6===

— А, Фукиёсе? Тебе уже лучше?

Сейри Фукиёсе позвонила по телефону и сразу же услышала голос Цукиёми Комоэ.

Сейчас Фукиёсе была во внутреннем дворике больницы. Отдохнув некоторое время на больничной койке и затем прогулявшись, она восстановила силы и её подвижность резко увеличилась.

В этом месте для отдыха, под крышей, стояли деревянные скамейки. Кроме Фукиёсе здесь было ещё пять или шесть пациентов, разговаривавших по телефону. На столбе висела металлическая табличка: «Место для разговоров по телефону, запрещается приносить сюда сложное медицинское оборудование», напоминавшая знак места для курения.

Для людей, которые любят звонить по телефону как только выдастся свободная минутка, больница, в которой повсюду запрещено пользоваться телефонами, кажется довольно гнетущей. Но в данном месте они могли пользоваться своими телефонами как угодно.

Фукиёсе прижала телефон к уху.

— Со мной всё в порядке. Что-нибудь не то случилось на Дайхасейсай? Например, эти дураки открыли какие-нибудь воронки?

— А! Случилось! Случилось! Химегами была в критической опасности!

— … Только не говорите мне, что эти идиоты увидели, как она переодевается?!

— Вовсе нет! На Химегами-сан напали, и её отправили в больницу!!! К счастью мимо проходили Камидзё и его друг. Если бы там была только Комоэ-сенсей… если бы там была только я, ситуация была бы по-настоящему серьёзной…

Голос Комоэ-сенсей звучал подавленно, но не чувствовалось, чтобы отчаяние исходило из глубины её души. Возможно, она чувствовала облегчение от того, что им удалось избежать наихудшего сценария.

Но Фукиёсе всё ещё кое-что беспокоило.

«На неё напали?...»

В первую очередь ей в голову пришёл вопрос: кто? И почему?

У переведённой ученицы Аисы Химегами, могли быть некоторые собственные проблемы. Тем не менее каждый год говорят, что люди, которые ненавидят Академгород хотят воспользоваться Дайхасейсай чтобы что-то сделать. Если так…

«Что делали члены Анти-Навыка и Правосудия?...»

Не беря в расчёт членов Правосудия, которые должны были участвовать в матчах, Анти-Навык должен был быть вдвое бдительнее. Чувство открытости Дайхасейсай это только внешняя видимость.

Что они, расслабились?

Или же по улицам бродит кто-то со способностями выше, чем у Анти-Навыка?

И, самое важное:

— Что значит: «если бы не Камидзё и его друг»?

— Именно так. Химегами была тяжело ранена, сенсей не могла справиться с этим сама! Но Камидзё и его друг уладили это безупречно! А, кто же был этот священник с Камидзё? Он убежал раньше, чем я смогла его поблагодарить… а! Может ли это быть тот парень, что проскользнул за угол!!!

По другую сторону связи отчётливо послышались звуки шагов «топ-топ-топ».

— …

Разве это было не то же самое чувство, что и в начале?

Когда она упала в обморок из-за теплового удара, кто среагировал первым и кто о ней позаботился?

Тот парень, что специально прокрался на матч чужих школ.

Если хладнокровно оценить ситуацию в целом, это действительно выглядит странно.

Фукиёсе подумала:

«У меня был тепловой удар. На Химегами напали. Есть ли какая-то связь между этими случаями? Однако, если оба случая связаны с Тоума Камидзё…»

Что происходит? Фукиёсе нахмурилась.

«… Что происходит в этом городе?»

===Часть 7===

Камидзё выслушал информацию вернувшегося Тсучимикадо. Возможно, начала действовать способность авторегенерации, поскольку его голос звучал более энергично. Но, глядя на бледное лицо Тсучимикадо, залитое холодным потом, Камидзё чувствовал, что тому нужно идти в больницу на осмотр.

Тсучимикадо сказал ему две вещи.

Ориана и Лидвия собирались использовать для активации «Апостольского Креста» одно из осенних созвездий. Каждая из точек «обсерваторий» была основана на этом созвездии. Однако Тсучимикадо с подозрением относился к своим собственным результатам.

— Причина перемещений Орианы определённо связана с созвездиями и может быть ключом к активации «Апостольского Креста» — но это в самом деле подозрительно. Может ли это действительно активировать крест Святого Петра? Как бы там ни было, в исторических хрониках случаи, когда активировался «Апостольский Крест» в основном приходились на время видимости летних созвездий. Что бы кто ни думал, сейчас, в конце сентября, на небе должны быть осенние созвездия. В самом деле трудно представить их подходящей заменой… какие-то другие условия, должно быть что-то, о чём мы не знаем.

Тсучимикадо был бледен, кожа его лоснилась от пота. Новая спортивная форма, в которую он переоделся, выглядела свежей, но на ней были кровавые отпечатки пальцев.

Похоже, ему было больно, но наверное, он не хотел, чтобы его об этом спрашивали.

— Но Тсучимикадо, разве сейчас Ориана не будет избегать риска того, что когда она начнёт искать точки, связанные с этим созвездием её заметят преследователи? Ты знаешь места, в которые Ориана могла не пойти? И где они?

— Хм… но я довольно озабочен к этой «необъяснимой проблемой». По моим результатам, кроме найденных мною есть и другие места, которые можно использовать как «обсерватории» ня. Честно говоря, не хватает времени. Если мы вдруг решим поспешить к «обсерватории», которую мы предсказали, и если Ориана активирует заклинание где-то ещё в противоположном направлении, что дальше? Мы не можем просто упаковать вещи и закрыть магазин ня.

Говоря это, Тсучимикадо вытер пот, стекавший по его лицу.

Камидзё посмотрел, который час.

Было около пяти часов вечера.

Верно, даже если они поедут на метро или в автобусе, в данный момент довольно опасно перепутать один конец улицы с другим. То, что они не знают точного времени, делает их задачу ещё сложнее. Если они не будут внимательны, всё может быть кончено через час.

Камидзё посмотрел на часы на дисплее своего телефона.

— Если подумать, то у нас ведь нет даже времени на раздумья! Если мы будем просто стоять, ничего не делая, время всё равно будет идти! Я не хочу, чтобы дело неожиданно пошло на лад только для того, чтобы мы поняли, что не успеем это сделать.

— Я это знаю… чёрт, что этот Стейл делает в такое время?

Тсучимикадо тоже знал, что они находятся в критической ситуации и его голос звучал резко.

Собираются ли они начать действовать, не имея никакой конкретной информации?

Или же они начнут действовать после того, как соберут достаточно информации?

Что бы они не выбрали, у них нет необходимого условия для того, чтобы приступить к делу. Мысли порождали тишину, которая создавала огромное давление, и Камидзё чувствовал, что воздух вокруг них становится тяжелее.

Внезапно зазвонил телефон.

Это был не телефон Камидзё.

Тсучимикадо с удивлённым видом вытащил телефон, и когда он посмотрел на дисплей, выражение его лица резко изменилось.

— Ками-ян, это от Британских пуритан.

Если подумать, Стейл действительно упоминал, что он запрашивал информацию от работников Британской Библиотеки.

Возможно, у них есть новая информация.

Как бы там ни было, для Камидзё и Тсучимикадо, которые хотели получить новую информацию, было неважно, каково будет её содержание. Тсучимикадо, хладнокровный в обычных обстоятельствах, слегка запаниковал, принимая вызов. Динамик уже был включён, но Камидзё приблизил своё лицо к телефону Тсучимикадо.

В конце концов, голос по ту сторону связи принадлежал…

— О, Боже, могу я спросить, вы мистер Стейл Магнус?

— ПОДУМАТЬ ТОЛЬКО, ОШИБЛИСЬ НОМЕРОМ!!!

Оба они воскликнули это одновременно. Голос женщины из телефона звучал подавленно, она сказала: «Извините»… всё в порядке, действительно, но раз она хотела поговорить со Стейлом, иностранцем, с чего же она заговорила на японском? — подумал Камидзё.

Тсучимикадо раздражённо вздохнул.

— А… а… это Тсучимикадо. Я сейчас работаю со Стейлом, так что приму сообщение ня… итак, что у вас есть?

— Только это. Я проверила записи в Британской библиотеке, и нашла кое-какую новую информацию об «Апостольском Кресте», так что собираюсь её сообщить, — слышался этот непринуждённый голос.

При его звуках в Камидзё проснулась подозрительность. Где же он слышал этот голос раньше?

— А, не говорите мне, что… вы Орсола?

— Этот голос… а-а. Так значит, это ты. Спасибо за то, что ты сделал за несколько последних дней. Благодаря тебе моё тело теперь совершенно…

— Ня, мы отклонились от темы. Может, продолжим?

Тсучимикадо сказал это озабоченным и усталым голосом.

— Мне очень хорошо работается с Британскими пуританами. Два дня назад мисс Канзаки даже представила меня в том магазине японских продуктов, где продаётся чудесная еда… а, верно, я слышала, что они позволяют Амакуса управлять собственной маленькой Японией Лондона.

— Вы с улыбкой на лице игнорируете слова Тсучимикадо?! А… сеорее скажите нам, что вы выяснили!!!

Камидзё закричал, и Тсучимикадо потряс головой, словно у него была анемия. По другую сторону связи Ориана по крайней мере сказала «А-а», когда она отклонилась от темы.

— Понятно, тогда я лучше начну говорить об информации, которую я получила в Британской библиотеке, в фаст…

— … Даже если вы сказали это, пожалуйста, ничего не говорите нам о местах, где продаётся хорошая японская еда.

Камидзё сказал это мягким голосом. В ответ его собеседница весело сказала:

— Я знаю.

И затем:

— В самом деле, в пяти минутах от станции Ватерлооо есть магазин суши, где продаются действительно хорошие суши.

— РАЗВЕ Я НЕ СКАЗАЛ ВАМ НЕ ГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ?! ХВАТИТ МЕНЯТЬ ТЕМУ!!! СКОРЕЕ СКАЖИТЕ ВСЁ, ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ ОБ «АПОСТОЛЬСКОМ КРЕСТЕ!!!»

— Какая жалость… тогда вернёмся к теме, пожалуйста, слушайте внимательно.

В мягком голосе Орсолы почувствовалась некоторая сила.

Камидзё и Тсучимикадо с очень серьёзным видом сосредоточили всё своё внимание на телефоне.

— Из разрозненных записей Британской библиотеки нам удалось извлечь условия использования «Апостольского Креста».

Плечи Камидзё слегка вздрогнули.

В данный момент они больше всего хотели узнать информацию об условиях, требуемых для использования «Апостольского Креста».

Орсола сказала им обоим, затаившим дыхание в ожидании дальнейшей информации:

— Я слышала, что «Апостольский Крест» это мощное духовное орудие, которому нужна сила созвездия. Его ставят на Земле, чтобы точно собрать астрономическую информацию. Это механизм, который самостоятельно принимает нужное положение, собирает свет с неба, и помогает заклинателю активировать магический эффект.

— То, что я и говорил. Ками-ян. «Апостольский Крест» - это своего рода параболическая антенна. Но…

— … Насчёт этого. Честно говоря, для нас это не новость.

Камидзё невольно вздохнул, и плечи Тсучимикадо просто опустились.

— Вот тебе на, почему вы все так подавлены?

— Нам очень жаль, Орсола, мы благодарны вам за то, что вы так упорно трудились, разыскивая для нас информацию. Мы тоже кое-что выяснили со своей стороны, и в данный момент мы не знаем, что делать дальше.

— Понятно…

Голос Орсолы звучал подавлено, но Камидзё больше не мог об этом беспокоиться.

Хотя Камидзё и Тсучимикадо не знали, сколько информации Орсола извлекла из Британской библиотеки, должно быть, её было меньше, чем у них. Если сейчас они не добьются лучшего результата, это будет всё равно, что объявить, что у них нет подходящего ключа в этом тупике.

Камидзё и Тсучимикадо выглядели мрачно.

В этот момент Орсола Аквинская, которая находилась по тут сторону связи, сказала:

— Тогда вам должно быть известна и информация, которую отыскали мы с Шерри, о подходящих для использования «Апостольского Креста» созвездиях. «Апостольский Крест» не использует ни летних ни зимних созвездий, и может использовать 88 различных типов созвездий по всему миру.

— А?

Камидзё и Тсучимикадо выкрикнули это одновременно.

— Секундочку, Орсола. Что вы только что сказали? Я знаю, что область его использования ограничена, но впервые слышу, что все зимние и летние созвездия нельзя использовать. Только что Тсучимикадо беспокоился о том, , что в нынешнее время года невозможно использовать «Апостольский Крест». Если мы разрешим это, все наши проблемы уйдут. Так что я буду действительно благодарен вам, если вы сможете понятно всё это разъяснить.

— … А, ситуация неожиданно изменилась к лучшему. Этому можно порадоваться. Тем не менее, меня всё ещё немного печалит, что не всей информацией можно воспользоваться.

— Прекратите впадать в отчаяние со своей стороны. Скорее объясните это, мисс Орсола. Кстати, Шерри, которую вы упомянули, это та самая Шерри?!!

Камидзё крикнул два или три раза, и по крайней мере Орсола наконец вернулась к теме.

— Этот… святой Питерборо… которого в Англии называют святым Петром, но он широко известен как святой Питерборо. Он был замучен 29 июня. Разумеется, «Апостольский Крест», который использовал Ватикан, был немного позже.

Христианство было признано в 4 веке. В действительности Святой Престол был отмечен как независимая «территория» примерно в 8 веке. Однако время. когда был использован «Апостольский Крест», которое было после смерти Петра, относится к 1 веку. Тсучимикадо уже объяснил это.

Орсола вновь предположила, что когда в начале 4 века император Константин признал христианство, когда франкский король Пипин вторгся в Италию и передал землю Папе — эти события, которые были благоприятны для римских католиков, все были вызваны силой «Апостольского Креста».

— ??? … Извините, Орсола, но я тут совершенно не разбираюсь в истории.

— Другими словами. тебе нужно просто запомнить, что время, в которое крест использовался в Ватикане, обычно приходилось на конец июня или начало июля.

Голос Орсолы звучал расслабленно. Тем не менее, Тсучимикадо интуитивно спросил:

— … Вы говорите, в Ватикане?

— Да. В истории, «Апостольский Крест» был однажды использован. Как все присутствующие знают, этот крест можно использовать где угодно за пределами Ватикана. Только проблема в том, что…

Она сделала небольшую паузу и продолжила:

— Единственная дата, в которую Крест можно использовать в Ватикане - это 29 июня. Если его хотят использовать в другом месте, там должна быть своя дата. Другими словами…

Орсола снова продолжила…

— Чтобы использовать «Апостольский Крест», заклинатель должен знать детали, особенности и характеристики местности. К тому же, он должен выбрать наиболее эффективные в данной местности созвездия из 88 для того, чтобы завершить активацию. Для этих сложных характеристик местности требуется много знания, хотя оно приводит к ограничению, позволяющему использовать его только раз в год. При помощи этого метода, даже если это целый мир, в конце концов он может быть завоёван римскими католиками.

По словам Орианы, Лидвия Лоренцетти продолжала ездить по миру, чтобы проповедовать грешникам. За это время она могла найти условия, которые требуются для активации «Апостольского Креста», которыми являются соответствующие местности созвездия, и расположение и длительность «обсерватории», которая для этого потребуется. Когда Орсола еще была католичкой, она видела Лидвию со старым биноклем, направлявшуюся на новое место.

— Другими словами, Лидвия однажды проникла в Академгород, чтобы найти места для использования «Апостольского Креста»?

— Эту проблему можно решить при помощи испытания… например, нет необходимости для всех широт и долгот, поскольку их можно записать с помощью Полярной звезды. Если они знали важные вещи до того, как вычислили остальные по таблицам, у них всё получится, даже если они не были в Академгороде.

— Понятно.

Камидзё медленно переваривал то, что ему сказала Ориана.

— Секундочку, разве это не крест, который был сделан из-за смерти Петра? Если это так, почему его можно использовать в даты, отличающиеся от даты его смерти?

— Вот этому я и удивлялась…

Орсола немного поразмыслила и сказала:

— Это духовное орудие… похоже, его изготовили до смерти Петра…

— … Что такое?

— В сущности, Пётр действительно продумал то, где он будет убит. Как вы все знаете, место, где покоится Пётр, сегодня находится в центре Ватикана. Он знал, что место, где его собираются убить, будет впоследствии тесно связано с историей, так что в конце концов так и стало… поэтому, кроме Ватикана… если было другое место, подходящее для римских католиков, он мог выбрать это место для того, чтобы увеличить силу условий, требуемых для использования «Апостольского Креста».

Услышав это, Камидзё проглотил слюну.

Тогда…

— Но, даже если он мог выбрать место, он не мог изменить дату, верно? Как, скажем, не то, когда он собирался умереть, но выбрать дату, чтобы использовать его.

— Это верно. В действительности, Пётр был казнён 29 июня. Это также дата, в которую «Апостольский Крест» можно использовать в Ватикане.

— … Если это так, он собирался быть убитым в этот день, специально позволив себя схватить?

— В этом нет ничего… невозможного ня.

— Пётр в то время не был в хороших отношениях с Римской империей, поскольку он был врагом главного мага империи, Симона Мага, и в конце концов убил его <ref>Легенда утверждает, что маг Симон хотел показать, что его сила превосходит силу апостолов, и потому поднялся в воздух. Когда Симон висел в воздухе, Пётр стал на колени и попросил Бога о чуде. В конечном итоге Симон сразу же упал и погиб.</ref> Если он проделывал такие вещи, когда христианство преследовали, можно себе представить, какой его ждал конец.

— И есть много легенд о том, как был казнён Пётр. Помимо указанной есть также знаменитая легенда «Камо грядеши?» <ref>Вначале товарищи по вере Петра убедили его покинуть пределы Рима, за воротами которого он встретил Иисуса. Он спросил Иисуса: «Куда ты идёшь?» Иисус ответил: «Я иду в Рим, чтобы вновь быть распятым на кресте». Тогда Пётр понял, что тот имеет в виду, и вернулся, чтобы заплатить за свою веру жизнью.</ref> Когда Петра преследовали солдаты императора, его спасли товарищи по вере, убедившие его бежать улицами города. Он уже достиг ворот, лишь для того, чтобы позволить солдатам схватить себя. Далее ему явилось видение Сына Божьего у выхода, и он понял, что пришло время, когда ему нужно стать мучеником.

Орсола продолжала:

— В тот день, когда Пётр был распят на кресте, он попросил: «Я не смею умереть так же, как мой Господь, поэтому пожалуйста, переверните крест». Разумеется, такое предложение исходило от в высшей степени почитаемого христианина, но может быть…

— Может быть, в этом действии был какой-то особый смысл…

Камидзё не мог не пробормотать этого.

Один из двенадцати апостолов, Пётр, должен был знать, что что бы он ни делал, однажды его казнят. Так что он мог использовать свою собственную смерть так, как мог, и постараться извлечь из неё наибольшую пользу, имея в виду даже то, что может случиться несколькими столетиями позже.

После этого было основание Святого Престола.

Ради этой земли, ради человека, которого он должен был безмолвно защищать.

Это отличается от обычного убеждения. Он действительно думал о влиянии, результатах и последствиях того, где он собирается быть убитым, и в какое время, до того как отправился в путь навстречу смерти. Это высшая смесь холодности и милосердия, магия, которая может быть проявлена только в последнем свершении. Это заклинание «Апостольского Креста», который римские католики так редко использовали.

— Для великих исторических личностей не так необычно сделать что-то подобное со своей собственной могилой. Даже принц Сётоку «полностью разрушил» фэншуй своей могилы, где он должен был покоиться вечно, поскольку намеревался разорвать связи с потомками.

Говоривший это с позеленевшим лицом Тсучимикадо был наполовину впечатлен, наполовину считал это невыносимым.

Услышав это, Камидзё задал самый важный вопрос:

— Тогда, Орсола. Знаете ли вы… в каких местах в Японии можно использовать «Апостольский Крест» 19 сентября.

— Верно.

Она ответила без колебаний.

— Разумеется, я знаю.

===Часть 8===

Мать и дочь, Мисузу и Микото Мисака, гуляли по улицам.

Это был угол третьего этажа крупного универмага, который соединял станцию метро с поверхностью и надземным мостом с сложной трехчастной дорогой. На третьем этаже, на котором они находились, с обоих сторон было множество магазинов, продававших изделия ручной работы.

До следующего матча с участием средней школы Токивадай ещё оставалось немного времени. Микото сопровождала Мисузу в походе по магазинам, и места, в которые хотела пойти Мисузу были те, что были предназначены, чтобы люди могли сделать покупки.

— Подожди секунду, не нужно тебе покупать эту цилиндрическую вазу, которая стоит как пять миллиардов иен! Она тебе надоест через три дня! Три дня!

— Ох, Микото. Если говорить об Академгороде, нужно купить такую вещь, о которой никто не сможет подумать как о подарке, знаешь ли!

— Что? Если мы используем новейшую и самую продвинутую технологию, мы всё равно не сможем позволить тебе вывезти её отсюда. К тому же, ну что с этой многоцветковой вазой? Тут что сказано: «теоретически, она может воспроизводить поверхность пятого измерения при помощи технологии преломления света», это в сущности ложь! Ты что, в самом деле можешь отправиться в пятое измерение, чтобы это проверить?

— Но именно такая неопределённость делает её такой интересной.

— Настоящим подарком должно быть место для чудесных воспоминаний!

— Уа, говоря что-то вроде места для чудесных воспоминаний, Микото действительно как девочка…

— Замолкни, глупая мама.

Микото потащила маму за руку прочь от киоска. Она пыталась посоветовать маме купить сувенир, который был более того достоин. Как для ученицы средней школы, вступившей в бунтарский возраст, можно было сказать, что у неё были довольно хорошие отношения с членами семьи.

Парочка из мамы и дочери похоже, привлекала довольно много внимания, но их это, кажется, не беспокоило.

— А, сувенир, но я хочу пойти в места, которые можно посмотреть только в Академгороде. Микото, ты знаешь какое-то хорошее место? Мамочка хочет посмотреть гигантский дирижабль.

— … За что ты принимаешь Академгород?

— Тогда я пойду на компромисс и возьму чистую и невинную девочку, которая выглядит как гуманоидное оружие.

— НИЧЕГО ТАКОГО НЕТ!!!

Микото невольно закричала. В этот момент она почувствовала, что кто-то смотрит на неё очень напряженно откуда-то из-за пределов её поля зрения. Это была совершенно другая напряженность чем у толпы, смотревшей на неё.

— Куро… Куроко?

Заикаясь, Микото обернулась. Девочка с волосами, заплетёнными в пару хвостиков, сидевшая в спортивном V-образном инвалидном кресле, смотрела странно. Глаза Ширай Куроко блестели, испуская сияющий свет, и даже особа, толкавшая кресло, миниатюрная девочка с цветочным венком на голове, не могла не вздрогнуть.

Шираи Куроко сглотнула слюну и сказала:

— Это… член семьи… сестрицы? Это… замечательно. Так замечательно, что словами не опишешь! Что это за усиление сияния сестрицы? Чёрт.. чёрт. Раз так, я решила! Куроко не волнует, сёстры они или мама и дочка, я беру их всех!!! МУАХАХАХАХАХА!!!

Мысли блаженствующей в сиянии семьи Мисака Шираи Куроко совершенно смешались.

В глубине души Микото поклялась не дать этой особе узнать о существовании Сестёр.

— А-а, значит интерес Микото склонился в этом направлении?

— О каком направлении ты говоришь? Я всегда иду напрямик!!!

— Ты права. Микото довольно сильно вскружил голову тот парень, так что у неё нет времени на то, чтобы искать другие любовные интересы.

— Э? ПРОСТО УМОЛКНИ!!!

Мисузу проворно уклонилась от нырнувшей Микото. В этот момент краем глаза она увидела знакомого человека.

«Хм? Это… хо-хо, помяни волка.»

В этот момент Микото и Мисузу были на третьем этаже, расположенном на трёхчастной дороге, которая вела вверх и вниз по лестнице. Знакомая личность держалась за поручни, вглядываясь в нижний этаж. Может быть, из-за этого казалось, что он их не заметил.

Это был парень с торчащими во все стороны чёрными волосами. Рядом с ним был светловолосый подросток, на голову выше его, носивший солнечные очки. Они были в похожей спортивной форме, так что видимо, были одноклассниками.

«Однако они оба выглядят серьёзными».

Отсюда ей не было слышно, о чём они говорят, но выражение лиц у этих ребят было таким, какое не часто увидишь даже на важных корпоративных переговорах. Это был вид людей, держащих на своих плечах судьбы других людей. Что заставило этих мальчишек выглядеть так в глазах Мисузу? Мисузу себе этого и представить не могла.

— Эй, Микото, разве это не твой прекрасный принц вон там?

— Да кто бы попался на это… нет, я не понимаю, что ты пытаешься сказать!!!

Залившись краской Микото должно быть, подумала, что мама дразнит её, так что решила не оборачиваться в направлении, в котором показывала её мама. В этот момент ребята исчезли, затерявшись в толпе.

===Часть 9===

Тсучимикадо закончил разговор.

— Теперь похоже, что Ориана и Лидвия не могут использовать «Апостольский Крест», который есть у них, когда им захочется.

— Ага. Они могли искать возможные положения для «обсерваторий». В соответствии с объяснением Орсолы, Лидвия могла искать места и интервалы активности этих обсерваторий.

Согласно предоставленному Орсолой Аквинской докладу, Лидвия искала любые возможные места для обсерваторий. Чтобы сделать это, нужно было побывать в разных местах, проверить их, объединить результаты и рассчитать местоположения. Другими словами, она могла и не бывать в «обсерватории» в Академгороде.

— Это значит, что в данный момент Лидвия и Ориана заняты тем, чтобы побывать там самим, чтобы вычислить незначительные ошибки в координатах… или что-то вроде этого.

— Похоже на то. Ориана всё время перемещалась, потому что не могла найти подходящее место для использования магии, или может быть, были какие-то другие причины. Как бы там ни было, оно здесь.

В указанном Орсолой месте, расположенном в Академгороде, помимо мест, которые проверила Ориана Томсон, осталось всего лишь одно, последнее место.

— Хотя добираться туда - неблизкий путь, похоже, что ситуация изменилась к лучшему. Будет здорово, если мы на самом деле добьёмся успеха.

Камидзё посмотрел на небо. Было 5:20 вечера, и голубое небо постепенно становилось оранжевым.

—Единственное место… Как давно мы видели Ориану в последний раз? Может быть, она могла уже проверить это место и двинулась к следующим?

— Не-а. Я уже проверил другие места… с точки зрения созвездий они не выглядят особенно подходящими. Даже несмотря на то, что они расположены снаружи, в двух местах обзор загораживают небоскрёбы, а ещё в трёх — кроны деревьев. Так что должно быть, это исключительно открытое место они используют как пункт своего назначения ня.

— Открытое место — эй! Так вот что ты отметил на карте!

— Верно. Более открытого места просто нет.

Тсучимикадо сказал это, давая Камидзё карту, на которой маркером были сделаны пометки. Его ранения были серьёзными; его пальцы дрожали и области были отмечены не очень чётко.

23-й школьный район.

Это особый школьный район, который полностью специализируется на аэронавтике и астронавигации. Кроме международного аэропорта, в который прилетают и из которого улетают иностранные туристы, все остальные части карты были просто белым пятном. Это означало, что место не рекомендуется для посещения. Кроме гражданских самолётов, именно здесь разрабатывали военные истребители, защищавшие Академгород, и беспилотные вертолёты. Система безопасности во время Дайхасейсай должна быть на высоте. Место, которое Тсучимикадо отметил на карте маркером, было как раз посреди белого пятна. Глядя на это, действительно можно было сказать, насколько оно отличалось от других улиц.

Увидев озадаченный вид Камидзё, Тсучимикадо хихикнул.

— Это Институт авиационных технологий Иронхиде, подчинённая структура аэропорта… он специализируется на разработке коротких взлётно-посадочных полос в Академгороде ня. Для меня, знающего, что происходит внутри, это совершенно другое дело, но для Орианы, которая здесь впервые, должно быть, довольно сложно будет добраться до этого места ня.

— … Но ведь Ориана маг, верно? Она вообще не обратит внимания на системы безопасности, установленные Академгородом. Не думаю, что она такая особа, что заботится о том, чтобы не попасть на глаза камерам наблюдения.

— Тем не менее, все обсерватории, в которых побывала Ориана, находились в местах, где система безопасности была довольно слабой. Если побываешь там, то сразу же поймёшь, что она движется от наименее охраняемых мест к более охраняемым. Ориана и Лидвия похоже, больше остерегаются Академгорода, чем мы ожидали… если бы Ориана вообще не заботилась о безопасности, она не кралась бы в толпе. Ками-ян, подумай о последних битвах с этими магами. Неужели ты думаешь, что Шерри Кромвель вообще беспокоилась о действиях службы безопасности?

Раз уж он заговорил об этом, эти маги… похоже, они шли бы напролом, если бы могли так поступить.

Ориана и Лидвия намеревались использовать хрупкое равновесие между научными и магическими силами во время Дайхасейсай. Они не хотели использовать свои силы, чтобы коренным образом изменить сложившееся положение дел.

За пределами Академгорода множество разных магов ждут своего шанса. Для них невозможно бросить вызов магам и обороне Академгорода.

— Как бы то ни было, мы можем только надеяться, что служба безопасности сумеет как-то подставить ножку Ориане, и что мы сможем поспешить и организовать нашу контратаку. В сущности, они направляются к последней «обсерватории». Как только мы захватим их там, всё будет кончено.

— Что? Хотя по твоим словам это выходит просто, если мы встретимся там с Орианой, мы должно быть, потеряем столько же времени!

Как раз когда Камидзё говорил это, он заметил красноволосого священника, который выглядел довольно банально.

Как раз когда он обернулся с удивлённым выражением на лице, Магнус Стейл подбежал.

— Что ты делал всё это время ня. Не говори мне, что ты наткнулся на Ориану и Лидвию…

— Нет…

У Стейла похоже, испытывал трудности с ответом, так что Камидзё ответил за него.

— Ах, да, этого парня долго благодарила Комоэ-сенсей за то, что он кое-кого спас, сенсей капала ему на мозги, и его это беспокоило. Вот что должно быть случилось.

— Э?! Ты… ты тупой дилетант! Я сбежал от этой женщины как только закончил тот разговор. Даже если бы я использовал заклинание рассеивания посторонних, как только я вышел бы за пределы его действия, меня бы снова поймали. У меня ушло довольно много времени на то, чтобы выбраться.

Стейл разочарованно выплюнул укоротившуюся сигарету и расплющил её, наступив ногой. Тсучимикадо наблюдал за Стейлом с холодным выражением лица.

— … Ня, это должно быть, болезнь Ками-яна. В настолько серьёзной ситуации, пока этот господин Тсучимикадо истекает кровью, используя «матрицу всеохватывающей реальности», ты влип в такую ситуацию, словно из романтической комедии ня… и подумать только, что мишенью является не Индекс, а Комоэ-сенсей. Вы двое такие странные, вечно такие малодушные. Если ты мужик, ты должен просто сосредоточиться на одной и пройти весь путь!

— Хватит говорить об этой болезни Ками-яна. Такие слова человека, который без ума от собственной сестры, мне не кажутся искренними.

— Не может быть! Кто это влюбился в свою сестру? Я, ТСУЧИМИКАДО, НИКОГДА БЫ… БОЛЬНО!!! Мои раны начинают болеть, когда я кри… кричу…

Тсучимикадо прижал руку к пояснице, продолжая дрожать.

Камидзё устало покачал головой.

— Давайте не будем о Майке, в данный момент нам надо сосредоточиться на том, что делать дальше. Безопасность в 23-м районе действительно строгая. Мы даже не знаем, как туда проникнуть.

— … Подожди… секундочку, Ками-ян. Дай-ка элитный специалист в оммёдзи Мотохару Тсучимикадо уладит это дело… нам нужно просто воспользоваться той особой привилегией, которая есть у нас, но которой нет у Орианы.

— А? Что за привилегия?

Камидзё удивлённо воскликнул. Тсучимикадо хихикнул, возясь с телефоном.

— Мм. Знаешь ли ты о генеральном суперинтенданте Академгорода ня?

===Часть 10===

Ориана Томсон была на последней станции, в 23-м школьном районе.

23-й школьный район отличался от других районов тем, что в нём была только одна станция. Станция, к которой сходились все дороги была огромной, по обширности и сложности её можно было сравнить с международным аэропортом.

Здесь было восемь обычных железнодорожных перронов, пять линий метро, две скоростные монорельсовые линии и ещё четыре полосы для автобусов на автобусном терминале, расположенном сразу за главным входом. Кроме этого, была специальная линия для доставки, и дорожка для VIP-персон, закрытая для обычных людей.

Стоя посреди этого, Ориана беззаботно оглядывалась по сторонам, и бормотала себе под нос.

Система безопасности изменилась.

На терминале было много охранников, скрывавшихся в толпе из множества людей, толкающих одной рукой большие багажные тележки. Однако их расположение изменилось. Точнее говоря, казалось, что они ослабили свою бдительность. Не то, чтобы они вдруг покинули станцию, но они переместились в места, где не было ничего важного. Если так, количество мёртвых зон для них должно было увеличиться.

Стоя на этой выполненной в белых тонах станции, в стенах и потолке которой было множество окон, чтобы пропустить как можно больше солнечного света, Ориана продолжала размышлять.

23-й школьный район это особая область Академгорода. Если не считать дороги, ведущей в международный аэропорт, вся остальная территория его закрыта для доступа. На самом деле, легко добраться до терминала, но сложно сделать следующий шаг. Поэтому она стояла на пути, соединяющем терминал с международным аэропортом, постоянно выжидая свой шанс…

«Шанс определённо здесь есть, но это немного слишком странно».

Она хотела связаться с Лидвией, но если она воспользуется здесь переговорным заклинанием, не обнаружат ли её те, кто следит за магами? Ориана подумала перед тем, как поднести карточку ко рту. Она предположила, что способность врага к выслеживанию не должна быть настолько сильной.

— Лидвия.

Она оторвала карточку и пробормотала.

— Сейчас вы должны быть духовно готовы к началу окончательной подготовки.

Ответ пришёл в виде слов на поверхности её сетчатки, прокручивавшихся сверху вниз, как на экране.

— … Но ведь время ещё не пришло?

— Эта сестрёнка хочет относиться к этому легко, но похоже, те ребята сделали свой ход. Опоздать на один такт в этот напряжённый момент было бы немножко слишком неприятно.

Краем глаза Ориана заметила охранников, которые меняли свои позиции.

— Охрана неестественно изменилась. Может быть, они обнаружили, что мы здесь. Здесь нет заклинания рассеивания посторонних или любых заклинаний, манипулирующих ощущениями. Это должно быть, приказы самого Академгорода.

— Ты хочешь сказать, что Академгород нарушил собственное равновесие, и планирует подавить нас одним махом?

— Напротив. Кажется, что они намеренно отступают, создавая благоприятную атмосферу. Охранники выглядят потерянными. Может быть, они не знают, почему им приходится изменять расположение.

— Если это приглашение от врага, отвечать нам незачем, верно? Как бы там ни было, прежде всего уходи со станции и в другой район.

— Нет…

Ориана посмотрела на огромные часы над платформой.

— Я осмотрелась, и самое подходящее место для его использования всё-таки здесь. Я буду ждать здесь… вероятно, тут я не втяну никого из обычных людей.

— Есть ли какой-то способ выиграть время, послав это?

— Эта проблема будет отличаться в зависимости от числа врагов. Но эта сестрёнка будет упорно трудиться даже если их будет много.

Ориана отвела взгляд от электронного табло и направилась к лестнице, поднимающейся от платформы.

Её шаги были широкими и быстрыми.

— Значит, да будет так.

— М-м. Тогда я буду наготове, Лидвия. В этот раз мы должны покорить Академгород. Как будто мы зарываем в землю невинную девочку, которая не знает, что происходит.

===Часть 11===

С грохочущим звуком поезд метро скользнул к платформе.

Мотохару Тсучимикадо даже не взглянул на тормозившую глыбу металла.

Всё его внимание было сосредоточено на товарищах, Камидзё и Стейле.

— Я сказал большой шишке наверху немного изменить статус охраны 23-го школьного района. Несмотря на это, слишком неосмотрительно было бы «снять всю охрану с 23-го района», и этого скорее всего и не позволили бы. Мы можем двигаться только в «щелях», которые возникнут, когда охранники перемещаются из положения А в положение Б.

По словам Тсучимикадо, высшее начальство похоже, приказало изменить расположение спутников и обработку снимков. В данный момент они проводят переключение, так что мониторинг с воздуха будет намного более небрежным.

Камидзё вспомнил другого человека, с которым говорил Тсучимикадо.

Генеральный директор Академгорода.

«… Алистер?»

Поскольку это был разговор по телефону, Камидзё не слышал голоса того человека. Но для того, чтобы быть на более высоком пьедестале, чем Тсучимикадо, который хорошо разбирался в науке и магии, можно себе представить, что тот человек был ещё более далекоидущим. Этого обычный старшеклассник Тоума Камидзё не мог ни увидеть ни достичь.

— Если мы используем поверхностное появление созвездия в ночном небе, «Апостольский Крест» вероятно, не будет активирован сразу после захода солнца. Сейчас 5:25, и до терминала 23-го школьного района всего 10 минут ня. В результате мы до сих пор не знаем временных рамок, но похоже, это будет между 6 и 7 часами… когда мы прибудем на станцию, у нас останется примерно 25 минут.

— Тсучимикадо. Ты только что сказал, что мы собираемся просочиться в щели в системе безопасности, которые возникнут при смене охраны. Мы задерживаемся на 10 минут. Ты думаешь, что смена позиций ещё будет продолжаться?

— Ками-ян. Изменения в охране затрагивают не одно строение. Невозможно закончить смену охраны за 10 минут. Это вроде школьного учения по эвакуации, чем больше людей, тем медленнее движение — это базовая логика ня. По крайней мере когда мы прокрадёмся в 23-й школьный район в 5:35, мы всё ещё сможем рассчитывать на дыры в охране.

Услышав это, Стейл кинул сигарету в пепельницу в зоне для курящих.

— Позволь уточнить, ты собираешься появиться перед Орианой в таком виде?

— Э? Я и правда хотел бы отдохнуть немного ня, но даже если охрана будет немного небрежной, она ведь не может совершенно отсутствовать. 23-й школьный район не так прост, чтобы вы вдвоём могли просто ворваться в него.

— Понятно.

Стейл ответил небрежно.

Этот вопрос был задан не для того, чтобы выяснить причины, а для того, чтобы убедиться в намерениях.

— С шести до семи, вот наши временные рамки, и в то же время словно серп, висящий над Орианой и Лидвией. Даже если они захотят отправиться в другие районы, время выйдет до того, как они туда доберутся. Разве они не должны использовать «Апостольский Крест» в 23-м районе?

Камидзё слушал их разговор и после этого сказал:

— Преследуемые или преследователи, теперь мы положим этому конец.

— Ориана и Лидвия должно быть, думают о том же самом. И несогласия у нас нет…

После этого постепенно тормозивший поезд, который мчался во всю мощь, наконец остановился.

Когда поезд прибыл, металлические двери раздвинулись в стороны, позволяя пассажирам выйти на платформу. Но Камидзё и компания не обращали внимания на толпу. Похоже, толпа избегала троицу, которая двигалась сквозь волну людей.

— Как только мы ступим в этот поезд, пути назад не будет. Сейчас у нас будет решительная кровавая битва с Орианой и Лидвией. Ты готов, Тоума Камидзё?

Услышав голос Стейла, Камидзё промолчал.

Сегодня много всего случилось. Он нюхал кровь и чувствовал её вкус, пробовал на вкус песок, боролся с магом, которая бродила по улицам, попадал во вражеские ловушки, лично видел как перед ним кто-то падал, осознавал свою беспомощность перед ранеными людьми, сжимал зубы, пробиваясь вперёд, и прошёл весь путь до этого места.

— …М-м.

Проглотив всё это, Камидзё кивнул.

— Помни, я не хочу улаживать это, убивая других.

После этого Тсучимикадо по-детски хихикнул, а губы Стейла слегка поднялись. Они выражали свои чувства улыбками.

Втроём они вошли в поезд.

Автоматические двери закрылись. Поезд медленно набирал ход, устремляясь в туннель.

Устремляясь к войне, которая их ожидала.

===Между строк 6===

Все члены семьи Орианы Томсон были христианами.

Каждое воскресенье, когда они направлялись в церковь, пожилой добрый священник обычно смотрел на эту маленькую девочку и в простой форме повторял одни и те же слова снова и снова.

Он говорил, что она должна быть полезным человеком.

Она всегда думала: что такое полезный человек?

Конечно, в обычных обстоятельствах Ориана была очень добрым человеком. Например, она подбирала пустые жестянки с тротуара, провожала заблудившихся людей, стоявших перед картой метро, упорно трудилась, чтобы доставлять в пункт назначения вещи, которые людям очень хотелось доставить.

Но…

Такие добрые поступки могли и не быть «полезными для людей».

Что, если Ориана подобрала пустую банку с тротуара, а у кого-то, кто хотел заработать немного денег и пристанище за то, что убирал в районе, возникали проблемы из-за того, что ему нечего было делать?

Что, если Ориана помогла бы кому-то благополучно вернуться домой, а этот человек в конце концов убил бы свою собственную семью?

Что, если вещь, которую человек хотел, чтобы Ориана доставила, была проклятым предметом?

Даже если бы она не хотела этого, даже если бы она действительно хотела быть полезной другим, это всё равно могло привести к трагедии. Этот мир наполнен множеством людей со множеством разных мыслей. Как в то время. когда Ориана помогала кому-то с испорченными ценностями, каждое её действие, предпринятое, чтобы помочь другим, могло в конце концов причинить вред кому-то ещё. Это могло в конце концов толкнуть бедные, беспомощные, беззащитные души, которые Ориана хотела защитить, в глубины ада.

Проблема была в том, что она не могла предсказать, не предадут ли её действия её собственные хорошие намерения. Если бы только она знала, что такие действия предадут её хорошие намерения, ей просто не нужно было бы их делать. С другой стороны как только она знала бы, что это действие приведёт к успеху, она решила бы предпринять его без колебаний.

Разумеется…

Ориана знала, что это просто упрямство. Эта логика напоминает игру в рулетку: даже если Ориана поставит на красное сто раз подряд, и даже когда это не связано с собственными мыслями Орианы, шарик всегда попадёт в разные лунки, и при различной удаче и условиях, определит, победила она или проиграла. Гарантирована ли победа, если она поставит на красное, или же она получит то же самое число после ста ставок, простого способа выиграть нет. Такова реальность.

Но…

Что, если в эту игру вовлечены людские жизни?

Даже если она должна победить…

На какую сторону ей следует поставить?

Есть ли кто-то, кто может просто определить результат?

Так же как её попросили помочь…

Её раненная душа слишком боялась протянуть руку. В конце концов, когда она не могла помочь, человек, просивший о помощи, действительно был ранен.

Поэтому ей нужен был эталон.

Она хотела использовать эталон для того, чтобы никого не подозревать.

Метод верного выигрыша в рулетку — было бы здорово, если бы был эталон. Из-за того, что у каждого есть своя позиция, споры приведут к трагедии. Подобно тому, как если зачерпнуть воду руками, вне зависимости от того, насколько упорно она старается, вода всё равно протечёт через щели между переплетёнными пальцами.

«Не имеет значения, даже если это император».

Ориана Томсон надеялась.

«Не имеет значения, король это или президент, или министры, неважно, какие титулы, неважно кто на троне, я буду сражаться за других. Наука или магия — без разницы…»

Размышляя, она стиснула зубы.

«… Я умоляю тебя, выбери правило. Пожалуйста, исполни моё желание, позволь мне иметь ясный эталон и сделай всех счастливыми. Мир, основанный на том наилучшем правиле, что не позволит никому оказаться вовлечённым в никакие разногласия, это может привести к трагедии».

Она думала об этом, но была не в состоянии сказать это.

Причина была проста.

Хотя она говорила, что хочет помочь людям…

В этот раз она в конце концов нанесла людям вред.

===Примечания===

<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter6|Главе 6]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter8|Главе 8]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter8

2017-09-25T12:29:59Z

Palexadin:

==Глава 8: Причина сжать правый кулак — Light_of_a_Night_Sky.==

===Часть 1===

— Тоума здесь нету, ага?

На стадионе под закатным небом Тойя Камидзё подозрительным тоном сделал это замечание.

Соревнования закончились, ученики возвращались обратно, зрители выходили с трибун, и повсюду царил шумный хаос. Несколько охранников отчаянно направляли толпу в то время как Тойя и его жена Шиина были единственными, кто оставался на месте, словно ветка посреди реки, называемой «людской волной».

Перед ними была учительница из Академгорода.

Невероятным в этой миниатюрной женщине 135 сантиметров ростом было то, что она была классным руководителем Тоумы Камидзё. Поскольку родители встречались с ней на собеседовании в первом семестре, они не были слишком удивлены. Похоже, учительница переоделась, поскольку от её чирлидерского наряда исходил запах репеллента от насекомых.

Но что было более важно…

— А-а, почему мой сын не участвовал в матчах? Он что, не смог из-за травмы или серьёзной болезни?

Шиина говорила это довольно неприятным тоном.

Именно она была первой, кто заподозрил, что чего-то не хватает. Во время матчей команд она заметила, что не видела их сына, но оба они посчитали, что это их вина, что они не могут высмотреть своего сына. В конце концов оба они были очень расстроены, что были такими безответственными родителями.

Но родители убедились в этом только во время «матча с черпаками», довольно ненапряженного соревнования, которое включало балансирование кухонным черпаком на мячике двух сантиметров диаметром, и забег с ним на сто метров. В этом матче, где требовался телекинез для балансирования пластиковым мячиком или же способности к зажиганию огня или созданию ветра для того, чтобы сдуть мячик, по-прежнему не было признаков Тоума Камидзё.

Лицо одетой в форму чирлидера Тсукиёми Комоэ позеленело.

Она отчаянно размахивала руками, в которых сжимала помпоны.

— Это… э… это… мы уже обратились за помощью и к охране…

Услышав слова учительницы, Шиина нахмурилась.

— К охране? Это вроде… полиции этого города. Может быть, мой сын впутался во что-то, из-за чего не смог участвовать в матчах?

— Нет… дело не в этом. Ваш сын довольно энергично убегал со священником, так что я полагаю, что он не был в опасной ситуации…

Шиина, всё ещё удивляющаяся тому, что происходит, слегка наклонила голову. Хотя это было бессознательное движение, увидев его Комоэ-сенсей удручённо опустила плечи.

— … Мне в самом деле жаль. Именно я присматриваю за вашим сыном, но я не могу выяснить, где он находится.

— Пожалуйста, не надо…

Видя, что Комоэ-сенсей опустила голову, совсем не двигаясь, Тойя и Шиина переглянулись, не зная, что делать. Что касается этой пары, то зная характер и способности своего сына (хотя они всё ещё не распознали их), они не винили учительницу, вместо этого надеясь, что кто-то внятно им всё объяснит.

— «… Хотя его здесь нет, возможно, он создаёт проблемы какой-то другой девочке. Хм, а у тебя это здорово выходит».

— А-а. Тойя-сан, что ты только что сказал?

— Ничего.

— Но я действительно чувствую, что эту черту Тоума унаследовал от тебя.

— Если ты собираешься сказать это. почему у тебя всё ещё такое пугающее лицо, мамочка?!

Увидев нацеленный на него наконечник копья, Тойя поспешно отступил от Шиины. Затем он повернулся к Комоэ-сенсей, всё ещё стоявшей с опущенной головой, с таким видом, словно готова была расплакаться в любой момент.

— Тогда… позвольте мне задать вопрос. А, сенсей, пожалуйста, посмотрите на меня.

— Э…а, ладно. В чём проблема?

— Тоума сделал это по своей воле? Его не заставляли убегать, верно?

— Хм, да. Это так.

Её ответ был несколько неуверенным.

Учительница сказала, что когда она встретила их сына, казалось, что он о чём-то знает. Причина, по которой её ответ был неуверенным вероятно заключалась в том, что это могло серьёзно вовлечь сына и других учеников, так что она не могла сказать этого Тойе.

Такая добрая и мягкая учительница, подумал Тойя, кивая.

Поэтому он решил не развивать дальше эту тему.

— Раз так…

Тойя Камидзё взглянул на небо.

Глядя на залитое светом заката небо, на котором начинали сиять первые звёзды, он сказал:

— Это значит, у Тоума было что-то намного более важное, чем матчи.

Это был голос человека, воскрешающего какие-то болезненные воспоминания.

— Раз так, нет причины, чтобы я его останавливал, не так ли?

===Часть 2===

На небе появились краски заката.

Асфальтовое покрытие выглядело, словно было натуральным, словно оно было здесь с самого начала, словно оно было полностью вытерто. Здесь не росли растения, не было ничего, что могло бы преградить путь ветру, и лёгкий ветерок овевал её лицо. В воздухе чувствовался запах моторного масла, это была атмосфера городских территорий этой страны.

Свершу послышался гул.

Если посмотреть вверх, был виден огромный корпус самолёта, пролетавшего в небе на малой высоте. Может быть из-за того, что был Дайхасейсай, в небе пролетало много самолётов.

Рядом никого не было.

Первой причиной было то, что это место не было предназначено для привлечения посторонних. Второй причиной было то, что сейчас проходил грандиозный спортивный праздник Дайхасейсай. Вместо того, чтобы идти сюда, намного более осмысленным было бы направиться на стадион.

Поэтому, она была в одиночестве на этой асфальтовой дороге.

Из-за того, что в лучах заходящего Солнца тени удлинились, тень была тенью женщины, держащей большой крест. Владелица этой тени медленно сняла крест со своих плеч и взялась руками за обёрнутую вокруг него белую ткань. Ткань развернулась со звуком «уалам».

Появился белоснежный мраморный крест длиной 150 сантиметров, шириной 70 сантиметров, толщиной 10 сантиметров, лишь нижняя часть которого была толщиной и остротой с отточенный карандаш.

«Апостольский Крест».

С первого взгляда можно было почувствовать вес этого толстого предмета из камня. Даже спустя 1800 лет этот древний предмет выглядел, как новый, как будто сделанный в пластиковой форме. Хотя это был большой каменный предмет, передававшийся из рук в руки на протяжении столь долгого времени, его внутренняя часть совершенно не была разрушена.

Такая совершенная сохранность не была связана с собственным защитным эффектом предмета, но скорее с том, что его вообще не открывали на протяжении истории.

Она схватила обоими руками этот белый крест, гладкий, словно кожа какой-то богатой дамочки, и медленно подняла крест, на котором ничего не было. Вес креста передался с её рук на спину, поясницу и ноги.

Без колебания она с размахом опустила крест на землю.

Со скоростью, набранной из-за огромного веса, и остриём внизу…

«Апостольский Крест» со всеми выполненными условиями, пробил асфальт, не встретив никакого сопротивления, и глубоко вошёл в землю японской столицы.

— Пусть небо будет потолком и пусть это место будет безопасной гаванью для живых. Пожалуйста, защитите меня, о, двенадцать апостолов.

Строка, которая стабилизирует «Апостольский Крест» отличается от того, как она сказала бы это в нормальных условиях.

Крест, который был воздвигнут на асфальтовом покрытии, активируется сам собой, самостоятельно двигаясь, чтобы принять правильное положение, как если бы земля под ним была грязью.

Она посмотрела на небо.

Хотя ещё не совсем наступила ночь, уже замерцала первая звезда.

— Тогда…

Маг стояла на большой экспериментальной взлётно-посадочной полосе.

На этой земле, на которую не может войти ни один обычный человек, это место выглядело словно степь, залитая дёгтем. Ровное асфальтовое покрытие уходило вдаль до горизонта.

— Я всё здесь сделала. Через несколько минут мир изменится.

===Часть 3===
Для жителей Академгорода 23-й район был словно заграница.

«Такой обширный…»

Идя со Стейлом и Тсучимикадо, Камидзё не мог не подумать об этом.

Был виден слегка закруглявшийся горизонт, напоминавший пастбище в какой-то далёкой стране. Но этот горизонт был не зелёным от травы, а чёрным и серым от асфальта и бетона. Половину этой обширной территории занимали взлётно-посадочные полосы и установки для запуска спутников, и это безграничное пространство окружали высокие заборы.

Здания, включавшие контрольные вышки и испытательные центры были довольно большими, в несколько раз больше школы. Однако окружающие их проезды были настолько узкими по сравнению с ними, что казалось, их разместили там случайно. Масштаб был слишком непривычен.

Тсучимикадо посмотрел на автобусную остановку перед терминалом.

— … Хотя это совершенно секретная зона, тут есть автобусы, которые ходят в обычный аэропорт. В них есть водители ня, наверное для того, чтобы не дать каким-нибудь промышленным шпионам выйти из автобуса на полпути.

Гул самолёта прервал слова Тсучимикадо.

Камидзё невольно взглянул в небо. Там тройками пролетали «Мини-Сессны», медленно набиравшие высоту.

— Основа здешней системы безопасности - «небо». Это всего лишь вводящая в заблуждение демонстрация силы, поскольку им приходится охранять слишком большую территорию.

Это правда. Действительно, , им будет тяжело полностью патрулировать эту территорию до самого горизонта при помощи человеческих усилий. К тому же, это место было полно взлётно-посадочных полос, здесь не было тени, в которой можно укрыться, и не было способа спрятаться от спутников.

— Но разве не чуточку слишком сложно попасть в этот аэропорт Иронхиде как его там.

— Ну, у Орианы всё ещё есть проход.

Стейл эхом отозвался на слова Камидзё.

— Тсучимикадо, если есть какой-то способ, просто скорее скажи его нам, времени у нас немного.

— Ня, вот он.

Тсучимикадо сказал это, указывая в небо.

Сверху донёсся гул сжимаемого воздуха.

В этот раз это были не «Сессны», а огромные пассажирские реактивные самолёты с четырьмя двигателями каждый. Издававшие этот гул машины медленно опускались на взлётно-посадочную полосу обычного международного аэропорта.

— Чтобы избежать столкновений друг с другом, при подлёте других самолётов, меняются маршруты патрулирования, с которых ведётся слежение, затем…

Как раз когда слова Тсучимикадо были прерваны…

Волна за волной пассажирские самолёты и мини-самолёты пересекали небо.

— … в небе здесь необычное столпотворение. Если мы воспользуемся пассажирскими самолётами для нашей выгоды, мы сможем продвигаться вперёд, используя мёртвые зоны, оставленные спутниками. Проблемный «Институт авиационных технологий Иронхиде» довольно близко отсюда, так что должно быть, мы сможем добраться до него пешком.

По разным причинам Камидзё и компания бежали по серой земле.

Тсучимикадо, который бежал впереди, иногда спотыкался из-за изменения центра тяжести. Он был словно ученик, спящий на уроке. Тем не менее, даже в этой ситуации Камидзё уступил бы ему в гонке, если бы не был внимателен. Это доказывает, насколько спортивным был Тсучимикадо.

Он следовал за Тсучимикадо, пробежав под несколькими пролетавшими самолётами. Хотя они могли уклониться от слежения, но пересечь место, где не было прикрытия, довольно нервировало на определённом уровне значения.

В этом месте, где негде было спрятаться, всё ещё не было никаких признаков Орианы.

Должно быть, она достигла пункта своего назначения.

Продолжая бежать, Камидзё вытащил из кармана свой телефон. На экране показалось время: 5:40 вечера.

«Осталось… от 20 до 80 минут».

Столько времени оставалось до активации «Апостольского Креста».

Когда это духовное орудие будет активировано, Академгород будет завоёван без какого бы то ни было предупреждения, даже с психологической точки зрения, неважно насколько чрезмерно они будут подавлены, никто не почувствует, что это странно.

Хотя ситуация была критической, Камидзё знал, что как бы встревожен он ни был, он не может остановить ход времени. Продолжая бежать он видел впереди только отгороженный серым забором сегмент. По другую сторону стены должен был быть «Институт авиационных технологий Иронхиде», где ждала Ориана.

Они немедленно добрались до нижней части периметра.

Забор из проволочной сетки был высотой около двух метров. Тсучимикадо уцепился за него руками и ногами, и как раз когда был готов перемахнуть через него…

Краем глаза Камидзё заметил, что что-то светится.

Это было воткнуто между металлическими проволоками — карточка, слегка намокшая от слюны.

Не мог ведь обычно внимательный Тсучимикадо просмотреть её. Но его сознание могло затуманиться из-за боли от ран.

— Э?

— ТСУЧИМИКАДО!!!

Как раз когда Камидзё закричал…

— БУМ!!!

Весь ряд проволочного забора стал оранжевым от сильного жара.

Тсучимикадо, державшийся за забор руками и ногами, отскочил, словно получил удар электрического тока. Он отчаянно оторвался от металлического забора, и покатился по земле, держась поодаль. Путеводитель по Дайхасейсай, который вылетел из его руки от удара, испустил клуб чёрного дыма и исчез в пламени.

— ГЯЯЯЯЯЯЯ!!!

От рук и ног Тсучимикадо, дымивших словно ладан, слышалось шипение. Глаза под этими тенями были плотно закрыты и он стиснул зубы от боли.

То, что подвергало пыткам его руки и ноги, было ожогами.

Для Тсучимикадо, который предпочитал схватку врукопашную это было словно его оружие было уничтожено врагом.

Тсучимикадо продолжал бороться, пытаясь встать, но его запястья и лодыжки похоже, онемели. Словно он боролся в грязи. Он не мог встать так, как хотел.

— Поторопись и иди, Ками-ян…

Тсучимикадо зажал руку другой раненой рукой.

— …Мы ничего не добьемся, если просто будем стоять тут, поспеши и уничтожь эту карточку. Вы двое, поспешите и идите!!!

— Но что ты будешь делать? Ах, да, Стейл, ты можешь воспользоваться магией, чтобы его вылечить?

— Если это ожоги, это возможно…

Стейл и Камидзё отвернулись от лежавшего на земле Тсучимикадо, и посмотрели на металлический забор.

— Она ждёт нас! Приготовь свою правую руку, Тоума Камидзё!!!

— ?!

Камидзё отскочил в шоке и повернул голову.

Примерно в пятистах метрах от проволочного забора к стене небольшого дома внутри которого была мини-взлётная полоса прислонилась светловолосая женщина.

Ориана Томсон.

Она держала карточку с надписью зелёными буквами, крепившуюся к металлическому кольцу.

Ориана молча поднесла карточку ко рту. В тот же момент Стейл закричал:

— ТОУМА КАМИДЗЁ!!!

— Я ПОНЯЛ!!!

Камидзё изо всех сил постарался добраться до карточки, прикреплённой к металлическому забору. Забор раскалился докрасна, но цвет его немедленно стал нормальным, когда Камидзё коснулся его. Не проверяя, оба они вскарабкались на забор.

«Если Ориана сейчас нанесёт упреждающий удар, Тсучимикадо не сможет убежать, с ранеными руками и ногами…!»

Он взобрался на забор.

«Это значит, что мы должны напасть первыми! Мы не можем допустить новых жертв вроде Фукиёсе-сан или Химегами!!!»

И спрыгнул с него.

В тот же момент Ориана, находившаяся поодаль, оторвала карточку.

Заклинание активировалось и Ориану окружил бело-голубой свет. Она широко раскрыла свои руки, плывя в воздухе, словно хвасталась новой одеждой, которую только что купила.

После этого…

В 500 метрах от них, где была Ориана, послышался взрыв. Воздух вокруг неё начал вертеться вихрем, словно описывая круг. Невидимый молот начал наносить удары, невзирая на расстояние. Этот движущийся по часовой стрелке молот из сжатого воздуха, сносил все строения, окружавшие её, взламывая асфальт и двигаясь к Камидзё.

— !!!

Камидзё немедленно изготовил свою правую руку.

Со звуком «пача» стена высокого давления исчезла. Ориана, которая была в 500 метрах от них и выглядела как крохотное пятнышко, торопливо приготовила новую карточку. Даже так, это всё равно не могло помешать асфальтовому покрытию сложиться. Как раз когда каменное цунами угрожающе надвинулось…

— Моя рука приносит огонь в форме клинка и Божью кару на тебя насылает!

Карта с написанными на ней рунами затрепетала на ветру.

В то же самое время в правой руке Стейла появился красный огненный меч. Он взмахнул мечом на каменное цунами, полностью игнорируя тот факт, что рядом с ним стоял Камидзё.

— Э?!

В то время. как Камидзё отчаянно пригнулся, огненный меч столкнулся с обломками камня. После этого меч потерял форму и взорвался. Направленный огонь миновал находившегося внизу Камидзё, и рубанул горизонтально по асфальтовой стене, которая вся взорвалась.

Камидзё, потерявший равновесие, поднялся, и побежал, не спотыкаясь.

Стейл начал петь новое заклинание, создавая новый огненный меч.

Ориана начала играться с зажатой в руке карточкой.

Битва между ними троими вот-вот должна была начаться.

Было 5:50 вечера, до истечения срока оставалось от 10 до 70 минут.

===Часть 4===

Место, в котором находились Ориана и Камидзё, было недалеко от испытательного центра. Должно быть, на время Дайхасейсай соответствующие испытания приостановили. На взлётной полосе не было работников, в здании не горели огни.

Эта полоса не была такой огромной как в международном аэропорте, и казалась мини-взлётной полосой для самодельных самолётов вроде «Сессны». Три параллельных дорожки были 30 метров в ширину и 700 метров в длину.

Сами здания были контрольными вышками по обоим сторонам от взлётной полосы: механически поддерживаемые структуры в виде нарезанной ломтиками рыбы. Можно было сказать, что здесь похоже, не самолёты испытывают, а скорее сосредоточены на испытаниях взлётных полос. Каждая из трёх дорожек была снабжена огромным вентилятором, турбовинтовым двигателем и другим дополнительным оборудованием.

Но из-за атаки, которой Ориана дала волю, оборудование контрольной вышки было разрушено, экспериментальные корпуса, которые собирали данные, сметены ветром, асфальтовое покрытие было разрушено, словно его кто-то перепахал.

Противники бежали по этим обломкам.

Расстояние между ними было около 300 метров.

— Хо.

В этой ситуации Ориана Томсон улыбалась.

Оставалось 250 метров.

— Мне в самом деле кажется, что битва между женщинами намного интереснее. Как и ожидалось, в конце концов та Святая не появилась.

Она поднесла карточку ко рту.

Осталось 200 метров.

— Поддержка из охранников или магов не ожидается, ага? Хо-хо, чем больше народу, тем веселее.

По её лицу поползла улыбка.

Осталось 150 метров.

— А-ха! Похоже, вас осталось всего трое, ага? Ну надо же, надо же, сестрёнку действительно обвели вокруг пальца!!!

С этим восторженным криком Ориана порвала пополам ещё одну карточку.

— И один из вас определённо выбыл из соревнований! Я всегда думала, что у него самый ясный ум… или именно из-за этого? Встать в самое опасное место, чтобы дать товарищам избежать ловушки? УАХАХАХА!!!

Во все стороны от Орианы разнёсся звук бьющегося стекла. Через секунду звук вернулся обратно, словно эхо. В этот момент…

Все звуки исчезли.

Повсюду над ними определённо летали самолёты, но похоже, звуки были заблокированы. Словно у телевизора отключили громкость.

Стейл, бежавший рядом с Камидзё, вытащил ещё одну руническую карту.

— Это барьер? Он отрезает все средства связи, неважно, физические или магические!

— ?!

Камидзё хотел оглянуться, но враг был прямо перед ними.

Стейл, который был рядом с ним, тоже не мог в этом убедиться. Они бежали вдвоём, плечо к плечу, приближаясь к Ориане. Она сохраняла улыбку на лице, быстро отвечая той карточкой, что всё ещё была в её руке.

Они преодолели 100 метров.

Камидзё и Стейл независимо думали о том, чтобы напасть на Ориану с обоих сторон. Поскольку размах огненного меча больше, и Стейл, целящийся им, намного быстрее.

— Хах!!!

Со вдохом и резким звуком огненный меч махнул вниз.

Со звуком «Хмммф» Ориана оторвала ещё одну карточку.

В её правой руке появился водяной шар размером с баскетбольный мяч. Затем Ориана начала ловить огненный меч водяным шаром.

Взрыва не было.

Прежде чем это случилось, водяной шар в руке Орианы изменил форму, обернувшись вокруг огненного меча Стейла.

— !!!

Прежде чем Стейл успел удивиться, водяной шар выпустил водяную лозу, которая обвилась вокруг его запястья, протянулась по руке, и оплела всё его тело с головы до пят. Стейл, обёрнутый трёхсантиметровым слоем воды, потерял равновесие и упал на землю. Другой, свободной рукой, он схватился за горло.

«Если это будет продолжаться, моё дыхание…»

— Стейл!!!

Камидзё поменял курс, и вместо того, чтобы бежать к Ориане, ринулся к Стейлу, лежавшему на земле.

— О нет, эта сестрёнка не так проста, чтобы дать этому случиться, ага?

Она повернулась всем телом, и ударила ногой в живот Камидзё. Его тело неожиданно замёрзло.

— УФ!!!

Как раз когда он собирался восстановить равновесие, Ориана вложила весь свой вес в плечо, ударив им Камидзё. Камидзё отчаянно попытался заблокировать удар руками, но удар пришёл снизу. От удара, которым можно было вышибить дверь, тело Камидзё отлетело назад. Оно столкнулось с острой и неровной поверхностью асфальта, и Камидзё почувствовал резкую боль.

Глядя на лежавшего на земле Камидзё, Ориана потянула в рот другую карточку.

Как раз когда она собиралась прикусить и оторвать карточку…

— Уничтожь!

С этим криком Стейл, лежавший рядом с Орианой, заставил огненный меч взорваться. Окружавшая его вода разлетелась во все стороны.

В правой руке Стейла появился новый огненный меч, и, пригнувшись, он махнул им в сторону Орианы снизу. Увидев острый кончик меча, нацеленный в её грудь, Ориана сделала шаг назад левой ногой, словно пропускала кого-то на узкой дороге.

Одного этого было недостаточно, чтобы избежать атаки Стейла.

Соответственно, Ориана воспользовалась левой рукой, сжимавшей карточку, чтобы ударить Стейла в подбородок. Похоже, кулак её был сжат слабо, словно она просила подаяние. Стейл, который пытался контратаковать, ударил в её кулак всем своим весом.

БУМ!!! Послышался взрыв.

Верхняя часть тела Стейла откинулась назад, и он без всякого сопротивления свалился на землю; огненный меч в его руках исчез. Ориана отвернулась от Стейла, лежавшего на земле, и на её лице медленно появилась улыбка, когда она посмотрела на Камидзё. Даже будучи вне поля зрения противника, Стейл похоже, не мог напасть внезапно. Ветер развевал его чёрное пальто и красные волосы.

— Кхе!!!

Камидзё отчаянно пытался встать, но его тело начало дрожать.

Увидев Камидзё в таком состоянии, Ориана мягко улыбнулась.

— Твой пресс такой же слабый как всегда. Чтобы так драться с сестрёнкой даже ребёнок намного легче бы вырос.

— Ты слишком шумная…

Камидзё снова сжал кулаки.

— Я остановлю тебя здесь; я не дам тебе активировать «Апостольский Крест». Если ты собираешься устроить хаос в Академгороде и испортить Дайхасейсай, я определённо остановлю тебя.

— Не слишком ли жестоко говорить такое? Это должно было быть лучшее выступление сестрёнки. Не знаю, что тебе сказали Британские пуритане, но «Апостольский Крест» не зло. Все религии желают счастья для людей и мира. Если такая религия использует «Апостольский Крест», который может изменить всё «самым благоприятным образом», может быть, это разрушит стену между научной и магической сторонами, и приведёт человечество к счастью?

Когда Камидзё услышал эти слова Орианы, игравшейся со своими карточками, его губы скривились.

Он посмотрел на разрушенную взлётно-посадочную полосу, и мрачно усмехнулся.

— Хорошо сказано. Поскольку я не вижу стены между магической и научной стороной, это мне не кажется сюрреалистическим, но я знаю, что это хорошо. Однако…

Он сделал паузу, взглянул на всё ещё лежавшего на земле Стейла, и силы снова вернулись к его пяти пальцам.

Он сжал кулак ещё крепче.

Человеческая рука, которую можно использовать для других дел, теперь была оружием.

Камидзё сказал:

— Для меня баланс научной и магической стороны, так же как и господство над миром, это просто банальные вещи. То, что меня беспокоит, так это то, что ты используешь «Апостольский Крест» здесь. Ты знаешь, что это означает?

— Хо-хо, конечно же знаю. Для чего по-твоему эта сестрёнка так упорно трудилась? Именно для того, чтобы использовать «Апостольский Крест», чтобы контролировать Академгород. Но тебе не нужно ни о чём беспокоиться. Контроль не очень красивое слово, но несмотря ни на что все будут счастливы. И никто не поставит под сомнение это счастье, нас ждёт такой чудесный мир…

— Я никогда не слышал об этом раньше!

В тоне его голоса чувствовалась ярость.

Затем он молча и решительно снова напряг кулак.

— ПРОБЛЕМА ТУТ НЕ В ЭТОМ!!! ПРОБЛЕМА В ТОМ, ЧТО ТЫ ИСПОРТИЛА ДАЙХАСЕЙСАЙ!!! ТЫ ЭТО ПОНИМАЕШЬ? ХВАТИТ ИСПОЛЬЗОВАТЬ МАГИЮ ИЛИ НАУКУ, МАГОВ ИЛИ КАТОЛИКОВ, «АПОСТОЛЬСКИЙ КРЕСТ» ИЛИ КАКОЕ-ТО ЛЕГЕНДАРНОЕ ДУХОВНОЕ ОРУДИЕ ЧТОБЫ ИСПЫТАТЬ И ЗАПУТАТЬ МЕНЯ!!! ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО МОЖЕШЬ ПОБЕДИТЬ ПРИ ПОМОЩИ ТАКИХ ВЫСОКОПАРНЫХ СЛОВ?! К ТОМУ ЖЕ, ТВОЯ ЛОГИКА СОВЕРШЕННО НЕВЕРНАЯ, ЭТО ПРОСТО КАКИЕ-ТО РАДИКАЛЬНЫЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ!!!

Камидзё взревел.

Он был лицом к лицу с врагом.

— О чём я думаю? Ни о чём по сравнению с той чушью, которую ты несла. Но даже дилетант вроде меня, ДАЖЕ Я ХОЧУ КОЕ-ЧТО СКАЗАТЬ!!!

Он продолжал кричать на Ориану.

— Так много людей так упорно трудились ради Дайхасейсай, чтобы от сегодняшнего дня остались чудесные воспоминания! Столько людей участвует в Дайхасейсай, и каждый вкладывает в это все усилия! ПОЧЕМУ ВСЁ ЭТО ДОЛЖНО БЫТЬ РАЗРУШЕНО ИЗ-ЗА ВАС?!

Каждое слово продолжало подбадривать этого парня.

Тоума Камидзё использовал всю свою силу, чтобы допросить Ориану Томсон.

— Неважно, насколько стильной является религия, можешь ли ты сейчас побить эти слова?! Стоят ли все ценности, которых ты придерживаешься такой малости?! Кто-то вроде тебя, неспособной пробить эту простую и скучную логику, ВООБЩЕ НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ОТНИМАТЬ ТО, ЧТО ЦЕННО ДЛЯ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ!!!

— … Спасибо за твоё маленькое предложение.

Смеющееся выражение исчезло из глаз Орианы.

Это была улыбка, остающаяся после того, как утрачено всё счастье, улыбка, называемая циничной.

— Но неужели ты думал, что такого рода чувства могут потрясти эту сестрёнку? Если бы мои мысли были ранены просто от этого, эта сестрёнка в первую очередь не стала бы делать ничего такого.

Она продолжала размахивать карточкой.

— Так что эта сестрёнка здесь не остановится. Я не смогу остановиться тут, как ты просишь, понял?

— … Вот так вот просто?

— Что?

Глядя на нахмурившуюся Ориану, Камидзё продолжил:

— Я не знаю, что ты пытаешься мне сказать, неважно, что ты пытаешься со мной сделать, я не возражаю, если только это не доминирование. Но…

Камидзё остановился на мгновение.

— Слова, что ты только что сказала; ты смогла бы повторить их Фукиёсе-сан и Химегами, которых ты ранила?

Ориана Томсон промолчала.

Она улыбнулась так, что половину её лица свело судорогой.

— В конце концов это всё, что я хотел сказать. Если ты скажешь, что ты ничего больше не собираешься делать, я не буду больше развивать эту тему. Поспеши, забирай «Апостольский Крест» и убирайся.

[[Image:Index v10 264-265.jpg|thumb]]

Камидзё сжал правый кулак.

Затем он сказал:

— Но, если ты собираешься продолжать вытворять такое в этом городе и даже собираешься применять магию даже против раненых людей, которые не могут двигаться…

В его глазах появился блеск.

Это был сильный свет, называемый волей.

— Я НЕМЕДЛЕННО ПОЛНОСТЬЮ РАЗРУШУ ЭТУ ТВОЮ БЕССМЫСЛЕННУЮ ИЛЛЮЗИЮ!!!

===Часть 5===

Небо окрасилось в красный цвет. «Апостольский Крест» должно быть, активируется в течении следующего часа. Это может случиться через пять минут, а может — через час.

В оранжевом небе, которое постепенно превращалось в пурпурное, засияла первая звезда. Однако, пока светила только она одна. Невозможно было распознать сложную форму созвездия.

Подобно тому, как никто не знает, когда наступит конец света…

Тоума Камидзё и Ориана Томсон сошлись в яростной схватке.

— !!!

Оставалось ещё три метра. Глядя на Камидзё, который, всё ещё сжимая кулаки, не упускал свою цель, Ориана, отступая, сохраняла минимальное расстояние, и оторвала ещё одну карточку.

Заклинание активировалось.

Неестественное голубое пламя вырвалось из-под земли, встав между Камидзё и Орианой. Однако Камидзё не прекратил наступления, вместо этого ударив по огненной стене своей правой рукой.

Огненная стена похоже, пыталась избежать кулака Камидзё, изгибаясь назад, образуя фигуру, похожую на знак ‘<’.

— !!!

Кулак Камидзё прорезал воздух, и изгибающееся в стороны пламя плотно обвило его тело.

Его центр тяжести уже сместился вперёд, и теперь он не мог отступить.

Несмотря на это, его правая рука не дотягивалась.

У него не было достаточно времени чтобы взмахнуть правым кулаком, блокируя любую стену.

Если так…

«Придётся идти вперёд…»

Камидзё напряг ноги, готовые подкоситься при виде огненной стены перед ним.

«Немного дальше!!!»

Он продолжал идти прямо, как стрела, размахивая кулаком в самой глубокой части этой стены, изогнутой в форме знака ‘<’.

БАМ!!! Со звуком лопнувшего шарика огненная стена разлетелась в стороны.

Ориана Томсон была прямо перед ним.

Она отрывала ещё одну карточку.

Она полностью игнорировала лежавшего рядом Стейла, целясь только в Камидзё.

Но как раз когда заклинание активировалось, Камидзё прыгнул навстречу Ориане. Зазубрины асфальтового покрытия, из самых неожиданных мест которых по её первоначальному замыслу должно было вылетать пламя, словно атакующее врага артиллерией, стреляющей под большим углом.

В этот раз Камидзё снова сжал свой правый кулак и махнул им в лицо Ориане.

Но…

Как раз когда кулак должен был коснуться её лица, Ориана воспользовалась тем, что у неё были длинные ноги, и изнутри сделала подсечку Камидзё. Он потерял равновесие, и его кулак вместо того, чтобы ударить в лицо, попал в небо. Чтобы не упасть, Камидзё упёрся коленом в землю.

— Ну надо же, твоя голова в довольно смущающем положении.

Ориана нанесла ещё один удар ногой в лицо Камидзё.

— ГЯЯЯ….ЯЯЯЯ?!

Камидзё не мог не закричать в то время, как его тело отлетело в сторону от удара ногой с разворота.

«Недостаточно…»

Использовав приданный его телу импульс, Камидзё откатился обратно. В тот же момент Ориана оторвала ещё одну карточку. Левой рукой она бросила стеклянный шарик размером с софтбольный мяч. С другой стороны Камидзё поднялся с разбитого в щебень асфальта и перехватил мяч на лету.

Кланг!!! Стеклянный мяч разбился. Осколки полетели вовнутрь, пробивая обломки асфальтового покрытия и вонзаясь в землю.

«Одного этого недостаточно».

Камидзё использовал это время, чтобы кинуться на Ориану.

Напротив, Ориана кинулась на Камидзё с устрашающей скоростью.

— Что…!!!

Времени на то, чтобы уклониться или блокировать удар совершенно не было.

Ориана, приблизившаяся на такое короткое расстояние, оторвала губами ещё одну карточку. Её рука скользнула от живота к груди Камидзё.

В этот момент…

Ощущение удара бури. С глухим звуком тело Камидзё снова согнулось пополам, и поплыло вверх вращаясь вокруг расположенной на груди точки. Он изо всех сил пытался сглотнуть слюну, и когда его ноги оторвались от земли на 40 сантиметров, он совершенно не мог пошевелить телом.

— Донн.

Ориана ещё раз ударила Камидзё в грудь с таким звуком, словно стукнула по пюре.

— Э… ух!!!

С глухим звуком кулак отбросил Камидзё на три метра назад.

«Я не могу победить Ориану одним этим…!!!»

Лёжа на земле, опираясь на руки. Камидзё, сжимая зубы, почувствовал горечь.

Ориана специализировалась на рукопашном бое при помощи своего тела и бое на дальнем расстоянии при помощи заклинаний. Сколько ни размахивал Камидзё руками и ногами, чтобы драться, или сколько раз он ни промахивался на шаг, между ними словно был защитный барьер, и она уклонялась от его ног в последний момент.

В таком случае, он не сможет атаковать Ориану вот так.

Неважно, сколько он будет пытаться преследовать её, неважно, сколько он будет стараться ей помешать, не важно, как отчаянно он будет махать кулаком, всё закончится одним и тем же.

— Хо-хо! Похоже, что скоро небо потемнеет.

Ориана Томсон приблизилась к Камидзё.

В таком на первый взгляд уязвимом действие на самом деле не было мёртвых зон.

«Чёрт…»

Хотя было уже слишком поздно, он понял, что это и был план Орианы на битву. Ориана не использовала свои самые лучшие движения с самого начала. Она поддерживала соответствующий баланс сил между ними двумя, и когда враг увлёкся и промахнулся, организовала мощную контратаку. Вероятно, это была техника боя, которой она научилась, чтобы минимизировать использование заклинаний, поскольку она «не может использовать заклинание, которое она уже использовала».

Она не глумится над врагом.

Что касается Орианы Томсон, для неё это самый лучший план.

— В это время детишкам пора идти домой, верно? Или же ты собираешься провести захватывающую ночь с этой сестрёнкой?

Глядя на приближающуюся Ориану, Камидзё перекатился по земле, и, пригнувшись, прыгнул на Ориану.

Яростная схватка между ними возобновилась.

Камидзё уклонился и блокировал атаку врага, но всё равно не мог достать её своим кулаком.

«Ещё один шаг…»

Он сжал кулак. Атакуя из мёртвой зоны, терпя боль.

«Остался ещё шаг, есть ли… есть ли способ, который помог бы мне получить преимущество!!!»

Он продолжал махать кулаком, со страстным желанием.

Вот так вот он продолжал повторять эту атаку, которую словно блокировала невидимая стена, атаку, которая не могла достичь врага.

===Часть 6===

Сознание Магнуса Стейла всё ещё было затуманенным.

«Ух…а…»

Его мир был перевёрнут с ног на голову, челюсть болела, и он чувствовал, что потерял равновесие. У него ушло три секунды на то, чтобы понять, что он упал.

Силы постепенно возвращались к его рукам и ногам, но слишком медленно.

Несмотря на крупное телосложение, у него не было сил, нужных для рукопашного боя. Не из-за того, что Стейл не тренировался, причина этого скорее носила фундаментальный характер.

Он пользовался руническими картами и закодированными заклинаниями, для которых требовалось много магической силы. Магия не создаётся из ничего, это сила, которую можно получить только подвергнув тело различным магическим упражнениям.

Для обычного мага это не слишком сложно. Но для людей, которые используют заклинания папского уровня вроде «Иннокентия» Стейла, дело совершенно другое. Повторяйте одно и то же мирское движение снова и снова, и магическая «активность» будет давить на тело Стейла. Поэтому, он потратит больше энергии. Другими словами, это означает, что снаружи и внутри он работает одновременно.

В отличии от Каори Канзаки он не Святой, избранный Богом.

В отличии от Мотохару Тсучимикадо, он не гениальный маг, специализирующийся на определённом типе заклинаний.

Несмотря на это, у него есть причина бороться.

Поэтому он изучил всё о рунах в христианской организации, и получил заклинание папского уровня «Иннокентий». Ценой за это был отказ от любой возможности рукопашной схватки до такой степени, что он не мог зажечь огонь без помощи рунических карт.

Но реакция, вызванная этой решимостью, теперь разъедала его тело.

«Черт… его…»

Его сознание колебалось.

В этой ситуации он слышал звуки размахивающего кулака и сталкивающихся заклинаний. Этот дилетант всё ещё сражался. Даже если его задело, даже если его сбило с ног, он не отступает, он не сдаётся. Он сожмёт свои зубы и стиснет кулак.

Дилетант, с которым ему никогда не сравниться.

Неважно, сколько времени пройдёт, он никогда не сможет стать таким.

И всё же…

— Один из пяти элементов, из которых состоит этот мир, о великий создатель пламени.

У него есть заклинания, которые он изучил, чтобы защитить некую девочку.

Чтобы бороться с теми, кто растоптал эту улыбку. Ради этой цели он выдержал кровопролитную боль, чтобы изучить магию огня. Это результат того, что он вложил все усилия в изучение этой магии, со слабым чувством, толкавшим его вперёд.

— Свет спасения, что порождает жизнь, свет правосудия, что карает грешников.

Магнус Стейл знал.

Такое заклинание уже бесполезно. Рядом с этой маленькой девочкой уже кто-то стоит. Поэтому, это заклинание теперь совершенно бесполезно.

— Даруя мир и стабильность в то же время, он разрушает холодное и тёмное несчастье.

Даже так, это заклинание способно защитить не только эту девочку, но и других людей.

Например, маленькую девочку с большими глазами, полными слёз, чьи руки залиты чужой кровью, и должна зависеть от чего-то что настолько совершенно бесполезно и такой глупой методики.

Например, девочку, которая не была магом, но которую приняли за мага из-за висевшего на её груди креста, и теперь лежащую в луже собственной крови.

— Имя его пламя, титул его — меч!

Тем не менее такое действие не даст Стейлу никакого утешения. Это словно испечь торт для любимого человека, лишь для того, чтобы его съел совершенный чужак, который скажет: «Вкусно». Неважно, насколько он будет вас хвалить, вы не сможете скрыть это пустое чувство внутри.

— Покажись.

Даже так, если он поможет им, он в конце концов всё ещё сможет защитить эту улыбку некоей девочки.

Если, защищая Академгород, он сможет защитить её улыбку…

Магнус Стейл с радостью возьмётся за это дело.

Используя все свои силы просто для того, чтобы помочь другим, не связанным с этим делом людям.

И из-за этого слабого томительного чувства он должен сейчас победить этого врага.

— Поглоти себя, претвори это в силу — «Иннокентий»!!!

Изнутри его пальто вылетело множество карт. Рунические карты вылетали как бумажная лавина, и облепили растрескавшуюся и опустошённую землю вокруг него.

Взметнулось пламя.

Пламя расцвело, как красный лотос, двигаясь внутрь и исчезая. В его центре была чёрная человекоподобная фигура, раскалённый до 3000 градусов бог, стоявший рядом с ним.

— … Иди, «Иннокентий»…

Маг сказал это, медленно вставая.

Он поддерживал руки и ноги, стоя пошатываясь.

Даже так он не согнёт эту ось его тела и души.

Он выкрикнул в небо.

Его магическое имя.

— ФОРТИС 931!!!

Вещь, которую он запечатал в своей груди, на этом «Иннокентии», ради установки которого он так трудился, была…

«Я ДОКАЖУ, ПОЧЕМУ МОЁ ИМЯ ЗДЕСЬ САМОЕ СИЛЬНОЕ!!!»

===Часть 7===

Небо постепенно становилось тёмно-пурпурным.

Словно чернила, просачивающиеся сквозь лист бумаги, на небе начали появляться звёзды. В данный момент светили две или три из них. Ещё через десять минут небо может стать полным звёзд. Звёзды не начинают сиять ночью; более точно сказать, что они сияют всегда, но днём не видны из-за солнца. Поэтому, по мере того, как небо темнеет, в нём появляются звёзды первой величины, второй величины, третьей величины и так далее.

Когда должно было появиться сияние ночного неба …

Ориана Томсон огляделась по сторонам и увидела свет пламени, покрывавший несколько потемневшее небо.

— СТЕЙЛ!!!

Камидзё тоже заметил это ненормальное изменение, но другой человек, с улыбкой, отличавшейся от циничной улыбки Орианы, не отворачиваясь, выкрикнул своё магическое имя. Словно отвечая ему, интенсивность пламени возросла.

— !!!

В данный момент Ориана находилась лицом к лицу с преследующим её Камидзё, и продолжала отступать. Тут за ней появилась большая человекоподобная фигура, испускавшая звук, показывающий, что она потребляет кислород. Её большая оранжевая рука махнула вниз.

— Этой сестрёнке… неинтересно, чтобы её пытала свечка!!!

Она отступила в сторону, уклоняясь от кулака Камидзё, и, используя это движение, двинулась к Камидзё справа.

Словно спланировав использовать парня в качестве щита, Ориана заставила Камидзё переместиться, заслонившись им от бога огня, приближавшегося с другой стороны.

— …

Стейл, который стоял немного поодаль, нахмурился:

— Умрите вместе.

— УААААА!!!

Камидзё резко отступил, и после этого правая рука «Иннокентия» махнула из стороны в сторону. Ненормально длинная рука опалила волосы Камидзё на затылке, целясь в верхнюю часть тела Орианы.

Несмотря даже на то, что парень был в положении, в котором его несомненно поглотит пламя.

— Что…!!!

В тот момент, когда действительно удивлённая Ориана отпрыгнула назад…

— ЭТО ОПАСНО, ИДИОТ!!!

В этот раз Камидзё ударил хуком справа по правой руке гигантского огненного бога. Большая рука погасла, но затем неестественно протянулась дальше.

3000 градусов по Цельсию, адское пламя, которое сожжёт любую кожу при малейшем контакте.

«Ух!!!»

Даже если она знала, что её не заденет, движения Орианы застыли, когда пламя двинулось неожиданным образом. В это время Камидзё сделал огромный шаг, и оказался перед ней.

«О, нет…»

Как раз когда Ориана собиралась заслониться рукой…

Кулак, в который Камидзё вложил весь свой вес, ударил в направлении её защиты. Из-за только что прозвучавшего звука взрыва у Орианы совершенно не было времени на то, чтобы уклониться. В обоих её руках чувствовались онемение и боль.

— !!!

Ориана подумала, что это по-настоящему плохо.

Ориана, которая при нормальных обстоятельствах сохраняла бы это расстояние и отбивалась при помощи магических или физических объектов, не хотела, чтобы всё превратилось в обычную рукопашную схватку. Хотя ей не нравилось различие между полами, но перед лицом кого-то, чьим стилем был кулачный бой, ей, как женщине, было бы глупо, бороться физически, когда обычно она сражалась умом.

Ориана не смогла прочитать движения Камидзё, поэтому продолжала отодвигаться назад, как будто изгибала своё тело назад.

— Прах к праху, земля к земле. Красный крест охотника на вампиров!

Новая вспышка пламени снесла всё вокруг.

Стейл с красным огненным мечом в правой руке и голубым в другой, торопливо подбежал к Камидзё сзади.

«О, нет!...»

Ориана прикусила язык. Хотя один или два удара кулака парня не причинят никакого критического ущерба, с огненными мечами дело другое. Их взрывная способность намного опаснее режущей способности, так что её сотрёт в порошок при малейшем касании, не останется даже косточки.

«Сначала я должна разобраться с этим магом…»

Ориана перенесла внимание с Камидзё на Стейла.

— Э…?

Другой упорно преследовал.

Продолжая бежать, Стейл споткнулся об обломок асфальтового покрытия.

— Убирайся домой, вонючий маг!!!

С этим криком Камидзё выбросил свой кулак в направлении Орианы.

Ошеломлённая Ориана немедленно восстановила свою сосредоточенность и защитила лицо.

— Заткнись, дилетант!

Стейл, упавший сзади от Камидзё, ударил огненным мечом по земле. С громким звуком взрыва большой и сильный порыв ветра налетел как стена. Камидзё, чувствуя давление, возникшее сзади, потерял равновесие и промахнулся мимо цели.

Кулак попал в брешь в защите Орианы.

Он ударил немного ниже лица — в середину её груди.

Бам! Раздался такой звук, словно кто-то сильно топнул по земле.

— Ке… а… АААААААА!!!

Дыхание Орианы сбилось, она отступила и упала. Она не могла нормально дышать, продолжая откатываться назад, пытаясь удержать дистанцию. Она хотела оторвать карточку, но её челюсти так тряслись, что она с этим не справилась.

Это было прямое попадание.

Причина была проста — она не смогла предвидеть движения Камидзё и Стейла.

Если бы они просто действовали сами по себе, Ориана определённо раскусила бы их, соблазнила, противостояла бы им и победила без единой царапины.

Но…

— Иннокентий!

Стейл отдал приказ, и гигантский огненный бог продолжил наступление. Как раз когда Ориана готова была повернуться и уклониться, Стейл выдвинулся сзади и запел новое заклинание.

— О, пламя, дай боль гигантского…

Это было заклинание, которое ему нужно было спеть, чтобы создать своё главное оружие, огненный меч. Однако, как раз когда Стейл должен был миновать Камидзё…

— Не загораживай путь, идиот!

— Почему бы тебе не наклониться!!!

Способность к командной работе этой парочки была равна нулю, поскольку их силы мешали друг другу. Но даже такие их неуклюжие движения всё равно были направлены против Орианы.

«Я не могу прочитать их…?!»

Наконец, с большим трудом она оторвала карточку и блокировала огненный меч созданным ею ледяным мечом. Однако Камидзё ударил Стейла в спину, и был абсолютно безжалостен к своему собственному союзнику. Невзирая ни на что, казалось, что он напал на Стейла. От этого увеличения силы Ориана сильно отклонилась назад. В этот момент огненный меч, которым продолжал пользоваться Стейл, сломался.

Одно дело, когда они просто помогают друг другу, но в этой ситуации они в сущности ослабляли друг друга. Словно они начали битву друг с другом. Тем не менее, это приводило к тому, что их сложнее было прочитать.

Поскольку оба они не целились в Ориану, она не могла определить, когда начнётся настоящая атака. Времени было исключительно мало, это словно пуля, рикошетирующая в маленькой и замкнутой комнате.

— УУУУУХХХ…!!!

Ориана, всё ещё дававшая задний ход, продолжала размахивать ледяным мечом посреди этого хаоса.

Она целилась в живот Стейла.

Но это не было настоящей целью. Даже если враг сможет уклониться от ледяного меча, она может тут же управлять частицами льда и присоединять их к мечу, и перенаправить его в том направлении, в котором уклонится Стейл. В этой ситуации запястья Орианы не могли дольше выдерживать внезапное изменение положения центра тяжести, и она чуть не сломала их.

«Как бы там ни было, я должна тебя ударить! Пусть движение этой сестрёнки ослабит твой живот!!!»

Ледяной меч атаковал с устрашающей скоростью, собираясь пронзить живот Стейла.

Как раз перед этим…

— !!!

Камидзё, который находился сзади, выступил вперёд, и блокировал ледяной меч правой рукой. В одно мгновение оружие Орианы было уничтожено. «Обычно… они должно быть ссорятся. Но подумать только, что они будут помогать друг другу даже сейчас?»

Прежде чем она успела выразить своё удивление, Камидзё и Стейл уже приготовились сделать следующий ход.

Тоума Камидзё низко нагнулся, изготовив правую руку.

За ним, Магнус Стейл тоже сжал свой кулак.

Может быть, у обоих вообще не было намерения…

Но это было партнерство, возникшее из атак вслепую каждого из них.

— Оба они работали вместе, начав атаки одновременно.

Кулаки Камидзё и Стейла ударили одновременно.

Ориана Томсон задумалась о том, чей удар ей блокировать, и среагировала слишком поздно.

Бам!

Получив удар в лицо и живот, Ориана отлетела далеко назад.

— Э… ох…!!!

Она тяжело упала на землю. Она почувствовала, что сбитая с ног, она движется исключительно неуклюже. Она не могла дышать как следует, её равновесие было неустойчивым, и сила ушла из её ног.

Затуманенным взглядом Ориана увидела это.

Они подходили спереди.

Разумеется она знала, что сейчас сделают «враги», если она потеряет бдительность. Даже зная это, Ориана не могла встать из-за полученного ею удара. Её сбитый с толку мозг не мог дать команду её вялому и потерявшему силы телу.

«Я проиграла?...»

Она увидела упавшие перед ней карточки, прикрепленные к металлическому кольцу.

Карточки, которые обозначают её силу.

«Я… уже… проиграла…?»

От этого факта её руки стали ещё слабее. В этом состоянии спутанного сознания она собиралась поддаться слабости, которая накатывала волнами.

«Ре… решение, что бы случилось…»

Одна вещь привлекла внимание Орианы, постепенно проваливавшейся во тьму.

Сомнение, которое она повторяла бесчисленное количество раз.

Ориана подумала об этом. Она почти извергла его, но снова проглотила.

Она снова убедилась в горечи этого вопроса.

«Эта… сестрёнка… хочет… абсолютного решения…»

Что касается действий Орианы, у каждого на них есть своя точка зрения. Некоторые благодарны ей, а некоторые хотят отомстить. Что ей делать? Не иметь ответа, когда она в трудном положении. У всех своё мнение, что бы человек ни делал, кто-то другой воспримет это по-другому. Не важно, насколько твёрдо Ориана верит в свои правила, не все их примут, что приведёт к разногласиям.

В этом мире нет ничего абсолютно правильного.

Пока у каждого есть свои мысли, это должно случиться.

«Не важно, император это, папа, президент, фюрер, премьер-министр, неважно. Я хочу бороться ради других…»

Не то, чтобы она не хотела знать ответ.

Именно из-за того, что ответа нет, она и решила дать собственный ответ.

Ответ, в котором никто не усомнится.

Ответ, который удовлетворит каждого.

«Я хочу победить…»

Ориана вытянула вперёд дрожащую руку.

Итак, она упорно трудилась до этого момента. Если так, что Ориана делает здесь?

«… Значит, дай мне ясное указание. Быть способной сделать всех счастливыми, быть способной избежать возникновения конфликтов из-за разных ценностей, я хочу такой чудесный мир!!!»

Она снова повторила это своё желание.

Ориана открыла глаза.

По её голове текла кровь. Из-за этой реакции, её сердце заколотилось.

«Я хочу победить…»

Ориана вытянула на земле свою дрожащую руку.

Её ноги не двигались, она не могла приподняться. Поэтому, она должна была сделать что-то намного более простое и всё же более эффективное.

«Я хочу победить, я хочу создать ответ! Моё… моё имя…»

Карточки, прикреплённые к золотому кольцу, лежали на земле.

Ориана Томсон снова сгребла оружие, которое она выпустила.

—BASIS 104, "FROM THE FOUNDATION TO CARRY!!!

===Часть 8===

Камидзё услышал этот крик.

Это было не на японском, но и не на простом английском. Это было на незнакомом иностранном языке.

Стейл раньше, чем Камидзё понял значение этого имени.

— ПРИГНИСЬ, ДИЛЕТАНТ!!!

Стейл пнул Камидзё в спину, и, не обращая внимания, что тот упал на землю, немедленно призвал «Иннокентия», находившегося в режиме ожидания. Как раз когда гигантский огненный бог прикрыл его спереди как щитом…

Шшш!

Лёжа на земле, Ориана Томсон оторвала зубами ещё одну карточку.

БУМ!!!

Свежая кровь забрызгала всё вокруг.

То, что вытащила Ориана, было ледяным шаром размером с футбольный мяч. Шар вылетел из её руки, и взорвался изнутри. Огромное количество осколков разлетелось веером.

[[Image:Index v10 288.jpg|thumb]]

Град лезвий едва не пронзил голову Камидзё, всё ещё лежавшего на земле.

Затем он пронзил Магнуса Стейла, находившегося за ним.

Звук, с которым эти острые лезвия рассекали плоть, был неожиданно сильным и глухим.

Или же это был звук ломающихся костей?

Стейл опустился на колени прежде чем растянуться плашмя на земле. Кровь текла из его тела. Тело «Иннокентия» изогнулось от боли прежде чем совершенно исчезнуть.

Ни слова.

Даже ни стона.

— Ст…

Камидзё поднял взгляд, не веря своим глазам.

— СТЕЙЛ…!!!

— Куда ты собрался?

Некий голос удержал Камидзё от того, чтобы добраться до Стейла.

Камидзё обернулся. Ориана стояла в семи метрах от него, крепко сжимая карточки.

— Мальчик, твоей целью… должна быть, я, верно…

— Ты… ты…

Камидзё неосмотрительно выкрикнул это.

Небо постепенно превращалось из пурпурного в тёмно-синее ночное небо. До появления созвездий почти не оставалось времени. Хотя дилетант не мог сказать точно, когда закончится закат, похоже, что оставалось около пяти минут.

Можно использовать «Апостольский Крест».

Это была самая важная вещь, которую он должен был помнить.

— Хватит путаться под ногами. Сколько ещё людей ты хочешь ранить, пока не успокоишься?

Но это было первое, что Тоума Камидзё смог сказать.

Эти слова вылетели из него даже раньше, чем мозг смог их обработать.

Он просто не мог оставить Стейла лежащим на земле. Тем не менее, Ориана не давала ему времени на то, чтобы оказать первую помощь. Поэтому ему нужно было избавиться от особы, стоявшей у него на пути.

Напротив, Ориана улыбалась…

— Этой сестрёнке всё равно приходится делать это.

Такое выражение выглядело пустым, словно часть его унёс ветер, а остаток был стёрт.

— Я ненавижу это, вот почему мне приходится сражаться. Вы, люди, можете думать, что я дура, но не смотри на меня так, у меня есть свои причины. Давай, мальчик. Ты — последняя шахматная фигура, оставшаяся на защиту Академгорода. Как только я побью тебя, миссия этой сестрёнки будет завершена. После этого «Апостольский Крест» католиков покажет, чего хотела сестрёнка.

— Какая… цель?

Камидзё напряг свои пальцы.

— Ты уже сказала, что позволишь другим выбирать будущее, и всё равно ты говоришь так эгоистично и невежественно. Фукиёсе свалилась, на Химегами напали, руки и ноги Тсучимикадо повреждены, и Стейл послужил щитом! Так получилось не по твоему замыслу, а по приказу Римской католической церкви? Как ты можешь позволять такому поверхностному мышлению отбирать счастье у других людей?

— Эта сестрёнка…

Беззвучно бормоча, Ориана тщательно смерила расстояние.

Не то, чтобы у неё осталась строгость, но, скорее, она старалась сберечь свои силы.

— … Всё в порядке, не важно кто это будет. Неважно, будут ли это католики или кто-то другой. Неважно слушать кого-то ещё, это то же самое, что и выбор политика. Не должно ли это быть слишком сложным для тебя, маленький мальчик? Но, политик и художник, они разные, верно? Политик делает выбор не из своих интересов. Пока это кто-то, кто может сделать эту сестрёнку счастливой, всё в порядке, даже если это премьер-министр, верно?

Её дыхание всё ещё было поверхностным, словно она собиралась закашляться кровью.

Ориана Томсон не тот человек, у которого нет личных целей.

Пока она может достичь своей личной цели, она готова выслушать кого угодно.

— Честно говоря, эту сестрёнку не стошнило бы от того, чтобы быть союзником Академгорода. Но раз у этой сестрёнки были связи в магическом мире, я стала их… не важно чем, «Апостольский Крест» может выполнить желание этой сестрёнки.

— Твоя цель? Это император, который получает власть над миром и становится таким тупым, как ты, идиотка?

Стоя перед Орианой, тщательно следившей за расстоянием, Камидзё, не обращая внимания, сделал ещё шаг вперёд.

Поскольку у них была разная точка зрения, Ориана выдавила улыбку.

— Вот почему я говорю, что это дело начальства этой сестрёнки. Эта сестрёнка не расстроена, кто бы не давал приказы. Пока это может защитить повседневную жизнь этой сестрёнки, всё в порядке, независимо от того, кто господствует. Подумай об этом, мальчик. Сколько религий на этой планете верят в размышления о добре и зле?

— …

— Ответ? Многие, очень многие, их так много, что и не сосчитать. И самая фундаментальная вещь это христианская «Структура веры». После этого, есть ещё больше объяснений. В конце концов у каждого есть несколько моральных принципов. Если изложить это просто, это вроде как «Римская католическая церковь, секта Орианы Томсон».

Ориана плотно сжимала карточку, словно собиралась раздавить её.

Как и Камидзё, она сделала шаг вперёд.

— Послушай, мальчик. В этом мире есть много обстоятельств, которых никто не может вообразить. Например, уступить место в двухэтажном автобусе старушке, лишь для того, чтобы этим местом воспользовался террорист, скрывающийся под ним. Или же привести потерявшегося ребёнка в церковь лишь для того, чтобы узнать, что он сбежавший маг Британских пуритан, и в конце концов этот ребенок был отправлен в башню казни. Послушай меня, сегодня я как раз помогла ребёнку достать воздушный шарик с дерева, но в самом ли деле это связано со «счастьем»? Эта сестрёнка действительно не может сказать ничего больше.

Она произнесла эти слова.

Соответственно твёрдости в этих словах, Ориана снова приблизилась.

Между ними оставалось ещё шесть метров.

— Мальчик, ты можешь себе это представить? Ощущение осознания этой ловушки, когда всё уже кончено. Хотя я знаю, что должна это сделать, у меня всё равно такое чувство, словно я вижу перед собой раненого человека, когда всё окончено. Я ничего не могу сделать и всё равно я должна что-то сделать. Так что же, как предполагается, должна сделать эта сестрёнка?

Слушая это…

Тоума Камидзё продолжал приближаться таким же образом.

Теперь между ними оставалось пять метров.

— Тебе это не кажется странным? Люди должны любить своих соседей, и всё же они не могут защитить человека рядом с собой. Так что эта сестрёнка надеется, что кто угодно кроме этой сестрёнки, даже если я не знаю этого человека, я надеюсь, что человек, контролирующий этот мир откуда-то издали, сможет дать мне ответ.

Ориана слегка стиснула зубы.

Словно пытаясь избавиться от этого горького чувства, она снова приблизилась.

Теперь между ними оставалось четыре метра.

— Всё в порядке, не важно, кто это будет, пожалуйста, господствуйте и стандартизуйте запутанные позиции и взгляды этого мира.

Это была цель Орианы Томсон.

Из-за слова «совпадение», Ориана, чьи добрые намерения были преданы, не хотела быть преданной снова, и не хотела, чтобы предательство такого рода причинило вред кому-нибудь рядом с ней.

Однако, эта цель была слишком великой, Ориана не могла достичь её в одиночку.

Поэтому она возложила эту надежду на кого-то более сильного, более влиятельного и высшего.

Абсолютное решение.

Чтобы не создать трагедию из-за ошибки, недоразумения или просто спешки.

— Эта сестрёнка… хочет защитить всё.

Она встала на защиту.

Словно она собиралась использовать всё, что у неё было.

— Поэтому я вынуждена использовать «Апостольский Крест», чтобы подчинить Академгород. После того, как я это сделаю, все разошедшиеся взгляды сольются вместе.

То, что хотела сказать Ориана было: «убирайся с моей дороги», чтобы не быть вовлеченным в это, и её собственный путь был «правильным» путём, поэтому многие люди будут спасены, и нет ничего, что опровергло бы это. Она выразила всё это без слов, словно стоящая впереди стена.

Однако…

— Это и вся твоя цель?

Камидзё сделал ещё один большой шаг вперёд.

Теперь между ними оставалось три метра.

— Если так, то такая как ты просто дешёвка. Я знаю, что ты не плохой человек, но называть себя правосудием слишком дёшево. Стремиться к такого уровня «цели», подчинить тебе всех в Академгороде, я этого не позволю.

— Что… ты… сказал?

Брови Орианы сдвинулись.

Это маленькое изменение разрушило её красивое гладкое лицо.

— Мальчик, не говори этого, когда ты ещё не видел настоящей жизни. Нет боли, стонов или криков ярости, даже звука чьей-то мольбы о прощении… есть только «недовольство»! Нет надежды для десятилетнего ребёнка, нет отчаяния для столетнего старика! Оба они могут только ошеломлённо смотреть, как всё происходит вокруг них! Лишь потому что ты никогда не видел это выраж…

— Если дело только в этом…

Камидзё прервал её и сделал ещё один шаг вперёд.

Теперь между ними оставалось два метра.

— Это всё равно не повод, чтобы просто выбрать Академгород мишенью для атаки. Использовать оправдания словно прыгать с крыши из-за кого-то, такой факт никогда не изменится. Никогда.

— Например, леди по имени Орсола Аквинская.

Она специализируется на проповеди Евангелия в неизвестных землях. В прошлом, некая монашка по имени Аньезе Санктис упоминала об этом. Является ли это результатом попытки объединить все распространённые идеалы и верования, упорно трудясь для того, чтобы обеспечить, чтобы все были счастливы?

— Например, парень по имени Мотохару Тсучимикадо.

Ему следовало знать, что независимо от того, как стараются люди, общество нельзя объединить воедино. Поэтому он решил работать на Академгород и Британских пуритан в тени, пытаясь сгладить различия и опасения в обществе, которые легко возникнут у большинства людей.

Даже если их методы различаются…

Их действия заключаются в том. чтобы защитить тех, кто рядом с ними.

Эту вещь, называемую мнением, нельзя грубо классифицировать при помощи религии или международных границ.

Если у чьих-то ценностей и позиций есть форма, они будут у каждого. Хотя это может вызвать конфликты, с другой стороны конфликты возникают потому что это важно.

Неважно, что за человек, есть вещи, которые люди не могут оставить просто так.

Именно из-за того, что Орсола и Тсучимикадо знали это, они не пересекали ту черту. Они не захотят пересекать черту, разрушать ценности других людей, использовать простой метод, который даст выгоды только им самим. Они хотят использовать собственные методы чтобы противостоять ценностям и вере других людей.

Поэтому Камидзё сказал это.

Это его собственные ценности, позиция и вера, которые были оформлены болью.

— Твои вопросы это то, что ощутит каждый, и у каждого свой путь, чтобы справиться с этим. Это не из-за великой «цели» и я мог бы исполнить твоё желание без каких-то условий.

Камидзё сказал это, плотно сжав кулак, и в то же время двигаясь вперёд.

Теперь между ними оставался всего лишь один метр.

— Я не знаю о таких сложных вещах вроде того, чтобы иметь личную точку зрения и ценности. Но я ненавижу, когда Стейл и Тсучимикадо получают ранения. Я хочу пойти погулять и посмотреть на ночное шествие вместе с Индекс и Химегами. Я хочу бегать и веселиться вместе с Аогами Пирсом и Комоэ-сенсей. Если всё это можно объединить в «мнение», я приложу все усилия, чтобы это защитить.

Теперь они были на расстоянии удара.

— Есть много вещей, в которых я тоже не могу добиться успеха. То же самое было с Аньезе. Однако, даже если бы мне пришлось держаться подальше и ничего не делать, это не значит делать что угодно! Даже если у меня не получится, и я упаду, то когда я упаду, события всё равно будут продолжаться. Я говорю себе встать и защитить других! Не важно, каким будет результат, не важно, если всё пойдёт не так, как я запланировал, даже так, те, кто ранен людьми, предавшими их, должны иметь больше причин чтобы снова встать! Самое важное то, чтобы все могли смеяться и их жизнь была чудесна!!! У тебя нет права прерывать жизни других людей на полпути!

Наконец, Тоума Камидзё сказал:

— Чего ты теперь хочешь, Ориана Томсон? Сдаться другим всего лишь из-за одной ошибки? Или же ты собираешься сделать эту ошибку и после этого, помогать другим, кто совершил ту же ошибку?!

— Ха.

Ориана засмеялась.

Этот смех отличался от того, что был раньше. В нём не скрывалось ощущение угрозы, это была совершенно обычная улыбка.

После этого она глубоко вдохнула.

— !

Она оторвала ещё одну карточку.

Активировалось какое-то заклинание, но Камидзё ударил кулаком правой руки в самый центр заклинания.

Между ними раздался взрыв, и их отбросило прочь силой Разрушителя иллюзий. Бело-голубая вспышка сопровождала эту ударную волну, и Камидзё невольно отступил на два-три шага. Ориана поступила так же.

Расстояние между ними снова возросло до трёх метров.

Ориана поднесла карточки ко рту, но в этот раз она не просто использовала одно заклинание. Вместо того она потянула металлическое кольцо, к которому были прикреплены все эти плотные листки бумаги.

Несколько карточек неожиданно оторвались.

Ориана махнула в сторону правой рукой, в которой сжимала металлическое кольцо.

— На этом всё закончится.

Листки бумаги рассеялись вокруг, словно снег.

На этих листках появились написанные горизонтально печатные слова, словно лезвия на снегу.

Угольно-чёрные слова читались как «Все символы».

— Используя все мои способности…

Словно повторяя эту фразу, лавина бумаги породила чисто белое пламя. Пламя исказилась, словно оплывшая свеча, прилепившись к правой руке Орианы. Вспышка пламени, которая остановилась там, выглядела, словно пыталась сопротивляться тому, что её тащила Ориана, как растянутая жевательная резинка.

Ориана потянула назад свою правую руку.

— Освободи все души и уничтожь стоящего впереди врага!!!

После этого она с силой махнула рукой вниз, словно подавала бейсбольный мяч, и сильная вспышка белого цвета появилась возле Камидзё.

БУМ!!! Ориана услышала этот звук.

Белое свечение, которое тянулось, как сладости, сохраняло свою форму, раскачиваясь из стороны в сторону. У него не было определённой формы, и эта хитрая штуковина постоянно принимала новую форму. При её движениях воздух, соприкасавшийся со свечением, втягивался внутрь с исключительно большой скоростью. Неясно было, что искажается, свет или гравитация, в то время как сцена впереди неожиданно изменилась.

Настоящей природой этого белого свечения была сильная «гравитация».

Любую материю, которая касалась свечения, засасывало внутрь, и расплющивало давлением. Поскольку всё вещество сжималось за такое короткое время, при взгляде снаружи выглядело, словно его поглощало обширное пространство.

После того, как воздух был удалён, всё газообразное вещество начало бурно перемещаться, чтобы заполнить оставшуюся пустоту, и даже первоначальное свечение и гравитация были бы втянуты внутрь.

«Давай.»

Ориана взмахнула всеми своими карточками, чтобы создать самое большое своё заклинание, изобразив улыбку отчаяния. Свечение начало двигаться по часовой стрелке, нацеливаясь на Тоума. Видя, как асфальтовое покрытие втягивается воздухом и крушится светом…

«Если так, всё здесь и закончится, верно?»

Видя перед собой этот горизонтально летевший мяч, парень без колебаний взмахнул своей правой рукой.

— ВУУ….УУУУУУУУХХ!!!

Он закричал.

Прикоснувшись к этой руке , чисто белое свечение разлетелось в стороны со звуком бьющегося стекла.

Послышался звук, словно что-то выплюнули.

Вууш!

Всё, что было сжато в белом свечении, высвободилось.

— !!!

Поскольку Камидзё не предвидел, что такое случится, его разум опустел.

Как воздух.

Сгущение воздуха, разлетающееся во все стороны, словно открыли горловину воздушного шара, восстанавливало свою первоначальную форму, и сила, с которой воздух высвободился, ударила Камидзё, словно шторм.

Как асфальтовая дорога.

Куски покрытия, которые были сжаты огромным давлением, и превратились в камни размером с бобы, словно попкорн, восстанавливающий первоначальный размер. Куски камня, которые теперь высвобождались, теперь неслись верхом на шторме и действовали, как пули.

Каменный шторм продолжал бушевать.

С глухим звуком кусок асфальта размером с кулак ударил в правый кулак Камидзё. Ещё до того, как он успел почувствовать боль, другие камни попали ему прямо в живот, грудь, бёдра — пока он не получил удар в затылок; больше он боли не чувствовал.

«Эта… особа… подумать только, что она в самом деле предвидела, что его уничтожит Разрушитель иллюзий…?!»

— ГЯЯЯЯЯЯЯ!!!

Разбрызгивая повсюду кровь, чувствуя себя так, словно с него сдирали кожу, Камидзё готов был повалиться набок. Он знал, что его поле его зрения слегка наклонено, но не знал, что можно сделать, чтобы это исправить.

Когда его мысли начали исчезать, Ориана, которая в конце концов использовала все свои карточки, ринулась к нему.

Она планировала нанести решающий удар. Не с помощью магии, но своим кулаком, твёрдым как гранит, хотела она сокрушить Камидзё.

Сила в его ногах постепенно исчезала.

Ему даже стоять было трудно.

В таком положении он никак не мог хотя бы заблокировать удар Орианы, не говоря уж о том, чтобы уклониться.

Если его так ударят, тело Камидзё будет сломлено.

«Черт…»

Сэйри Фукиёсе говорила:

«Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сделать так, чтобы Дайхасейсай прошёл успешно?»

Аиса Химегами говорила:

«Комоэ-сенсей и Стейл спорят, пожалуйста, пойди и останови их».

Магнус Стейл говорил:

«Не ожидай от меня слишком многого».

Мотохару Тсучимикадо говорил:

«Если мы поймаем её здесь, всё будет закончено».

Каждый из них на самом деле хотел сохранить улыбки людей, как граждан Академгорода, так и туристов, приехавших сюда на Дайхасейсай. Хотя размер и качество могли различаться, все хотели сохранить и защитить жизни, которые у них были.

Камидзё и сам говорил это раньше.

Он сказал Аисе Химегами, лежавшей на земле в крови, что придёт в её комнату до начала ночного шествия. Это была не просто битва с этим магом, это было также осознание необходимости сражаться за остальных.

Это было о чувствах этих людей, которые выражали свои взгляды.

«Как я могу…»

В своём шатком сознании, Камидзё сжал зубы.

Убедительно.

«КАК Я МОГУ ДОПУСТИТЬ, ЧТОБЫ ЭТО ЗАКОНЧИЛОСЬ ЗДЕСЬ…!!!»

— ГЯЯЯЯЯ….АААААААААААААААА!!!

Его ноги наконец начали двигаться.

Поле зрения, наклонённое в сторону, поддерживала земля.

Ориана Томсон была как раз перед ним.

Она собиралась нанести удар вниз своим кулаком.

— П…почему?!

Её глаза расширились от удивления. Вероятнее всего, она не ожидала контратаки. У Орианы, сосредоточившейся на атаке, не было времени, чтобы защититься.

С помутившимся сознанием, Тоума Камидзё изящно сжал свой правый кулак.

Убедительно, твёрдо, не желая отпускать.

После этого…

Противники обменялись ударами кулаков.

Удар Тоума Камидзё пришёлся прямо в лицо Ориане.

Тело мага откатилось назад убедительным образом.

===Часть 9===

Ориана Томсон лежала на земле совершенно неподвижно.

В этот момент Камидзё понял, что установленный ею барьер исчез. Послышались звуки гудящих вокруг самолётов, словно он неожиданно что-то вспомнил.

Вокруг него взлётно-посадочная полоса экспериментальной авиабазы выглядела так, словно её вспахали, вышка управления и вспомогательный каркас были опрокинуты. Мини-самолёт наконец-то неистово кружил над ними. Через некоторое время прибудут охранники.

— Стейл!!!

Камидзё, всё тело которого было покрыто ранами, двинулся к магу рун, который лежал поодаль. Стейл был завален обломками льда, которые уже почти растаяли. Может быть, из-за того, что блоки льда, покрывавшие раны, растаяли, из ран текло больше крови.

Стейл не мог встать.

Но, пока он лёжал, его глаза начали медленно моргать.

— … Не беспокойся… обо мне, я справлюсь с этим сам.

Он пошевелил окровавленными губами.

— Важнее «Апостольский Крест», заставь Ориану… сказать, где… это… наша последняя цель… не дать активировать это духовное орудие.

— Но!

Как раз когда Камидзё оглядывался по сторонам в поисках чего-то, что годилось бы для перевязки.

— Беспокоиться не о чем. Скоро всё закончится.

Он услышал голос.

Это был женский голос. Похоже, голос, женщины, старшей, чем Ориана.

Камидзё осмотрелся, но поблизости не было никого нового. Голос доносился из того места, рядом с которым лежала Ориана.

— … Барьер, блокировавший связь, снят…

Стейлу с большим трудом удалось сказать эти слова.

Камидзё подумал, что это должно было быть заклинание, служащее заменой портативной рации или мобильного телефона.

«Если так, то это говорит…»

Лидвия Лоренцетти.

Как и Ориана Томсон, она ответственна за планирование активации «Апостольского Креста» в пределах Академгорода, она — человек, который хотел господствовать над всей этой областью, и подчинить всю научную фракцию.

Она говорила:

— Через некоторое время «Апостольский Крест» активируется. Академгород станет работать на благо Римской католической церкви. Поэтому не нужно волноваться, даже если вы ранены. Несмотря ни на что, в том числе и на эти раны, весь Академгород будет обращён.

Это значит…

«Апостольский Крест» был не у Орианы, а у Лидвии.

В то же время…

— ТЫ ПЛАНИРУЕШЬ ИЗБАВИТЬСЯ ЗДЕСЬ ОТ НАС, КАК ОТ ПОМЕХИ?!

Камидзё невольно закричал это.

Лидвия, сохраняя спокойствие, сказала:

— Похоже, вы ошибаетесь. Я всего лишь хочу сказать, что мы позаботимся о ваших ранах и излечим вас. Конечно, если это будет на благо Римской католической церкви.

Что?

Камидзё не мог не нахмуриться.

— … Не обращай на неё внимания, Тоума Камидзё.

Стейл, лежавший на земле, тихо прошептал.

— Поскольку они собираются использовать «Апостольский Крест», Лидвия с духовным орудием должна быть где-то рядом. Своей правой рукой ты наверняка сможешь уничтожить все духовные функции. Так что поторопись, Лидвия должна быть где-то рядом с этой полосой.

— Чтобы избежать любых недоразумений, позвольте мне сначала сказать вам кое-что.

Похоже, Лидвия намеревалась заставить Стейла замолчать, сказав:

— «Апостольский Крест» не находится в Академгороде.

Камидзё невольно повернулся, чтобы взглянуть на лежавшую на земле Ориану.

Голос Лидвии, доносившийся оттуда, холодно заявил:

— Вы, ребята, похоже, проверили все «обсерватории» в Академгороде, но это были только приманки. Похоже, что вы не смогли подумать об «обсерваториях» за пределами Академгорода.

За пределами.

У Камидзё и Стейла несколько секунд ушло на то, чтобы понять эти слова.

— Святой Престол, созданный «Апостольским Крестом», некогда, в своём расцвете, занимал 47 тысяч квадратных километров. В данный момент он занимает двести квадратных километров. Разумеется, мы рассчитали, что даже находясь за пределами Академгорода, он сможет накрыть весь город.

— Чёрт.

Стейл выпалил эти слова.

Теперь, лёжа на земле, он не мог даже пошевельнуть конечностями, как ему бы хотелось.

— Нас… провели, Тоума Камидзё… скорее свяжись с Тсучимикадо! Ориана должно быть… намеренно привлекла наше внимание… с самого начала!!!

— Это верно. Её миссия заключалась в том, чтобы исследовать соответствующий персонал и боевые возможности, и отвлекать всё внимание в неверном направлении. Если бы она действительно хотела спрятаться, она могла использовать заклинание рассеивания посторонних, или любое другое заклинание, которое могло бы скрыть её присутствие. Однако, рыбы не будет, если нет наживки. Поэтому она преднамеренно появилась здесь.

Монахиня продолжала монотонным голосом.

— Использование «Апостольского Креста» занимает много времени, но самое важное здесь то, что «обсерватория» должна быть неподвижной. Самое большое беспокойство было в том, что все ваши главные бойцы заранее узнают, где находятся все обсерватории.

Лидвия Лоренцетти хладнокровно раскрывала правду:

— Для нас было важным, не допустить попадания «обсерватории» в зону внимания, поэтому Ориана специально перемещалась по Академгороду, ведя себя так, чтобы казалось, что за этим скрываются какие-то намерения, заставив все ваши боевые силы сосредоточиться исключительно на Академгороде. «Апостольский Крест» был у меня, и до того, как пришло время, я ждала в отеле за пределами Академгорода, и фактически, «Апостольский Крест» должен был быть установлен за пределами Академгорода. Похоже, что наш план не был раскрыт.

— Это…

Камидзё стиснул зубы, но не мог придумать никаких особенных контрмер.

— Я хотела, чтобы Ориана не использовала никаких заклинаний рассеивания посторонних или скрывания присутствия. Вначале, когда «Хаос и спокойствие на поверхности» было разрушено, это было подготовительной фазой к началу битвы. Тогда мы испугались. Если бы Ориану схватили слишком легко, мы не смогли бы достичь своей цели.

Так тщательно запланировать всё это, неужели это потому, что у неё все козыри на руках?

Голос Лидвии продолжал звенеть в ушах Камидзё.

— Очень плохо. К сожалению, она потерпела поражение. Однако «Апостольский Крест» изменит эту ситуацию так, что она будет на благо нам. В конечном счёте её неудача совершенно банальное дело. Пока мы можем использовать «Апостольский Крест» из-за пределов Академгорода, чтобы подчинить город, мы можем перевернуть эту ситуацию, и всё закончится тем, что мы и планировали с самого начала.

Хотя слова Лидвии были мягкими, от них Камидзё почувствовал, что все их усилия до данного момента пошли насмарку.

Дрожащей рукой Камидзё вытащил телефон из кармана шорт. Как раз когда он искал номер телефона Тсучимикадо в списке телефонов на дисплее…

— Бесполезно.

Вероятнее всего, кроме голоса, заклинание показывает, что происходит. Лидвия отрешенно сказала:

— В данный момент я немного слишком далеко, чтобы вам пробовать меня обнаружить. Даже если у вас на улицах есть подкрепления, полагаю, что всё закончится до того, как они подоспеют.

— … «Дальний удар… «Красное заклинание» не поможет?»

Стейл, продолжая лежать на земле, едва слышно сказал:

— … «Сначала отыскать, затем атаковать. В данный момент Тсучимикадо не в состоянии… использовать заклинания последовательно. Нам повезёт, если он хоть одно сможет выжать, в его нынешнем состоянии…»

— Черт! Что же нам теперь делать?!

Камидзё зарычал, но он не мог придумать никакой конкретный план для нанесения ответного удара.

В этой атмосфере отчаяния лишь голос Лидвии Лоренцетти разносился эхом.

— Как вы смотрите на изменения в Академгороде после использования «Апостольского Креста»?

Услышав это, Стейл пошевелил губами.

— … По сравнению с Содомом и Гоморрой… может быть, будет немного лучше. Но то, что вы делаете… ничем не отличается от уничтожения этих городов. Как католики, вы отправите все эти раздражающие места… в забытие, и затем используете силу, чтобы продемонстрировать могущество Божье… в конце своей жизни Святой Георгий… сделал что-то похожее с римским храмом.

— Вы неправильно это понимаете.

Лидвия немедленно сказала:

— Для нас самым важным является обуздать безудержность научной фракции, вот и всё. В данный момент наука самонадеянна, как древнеримские язычники. Так что мы должны действовать так, как делалось в прошлом, чтобы отвергнуть всё, во что они верили, чтобы использовать нашу силу для демонстрации власти Бога.

Её тон изменился.

Слова, которые прерывались на полпути, теперь были полностью связаны.

— Научные взгляды, научные взгляды, научные взгляды… слово «наука» тут уже больше не просто знание, но само по себе языческий культ. К несчастью, люди будут просто верить в слова «научные взгляды» без оговорок. Они никогда не убеждались в этом собственными глазами, насколько же это глупо?

Это правда. Иногда Наука может вести в неверном направлении.

Даже если Наука права, откуда можно знать, что Наука — это абсолютная истина? Нужно подумать об этом прежде чем называть что-то Наукой.

Здравый смысл и Наука - если так, продолжают усовершенствоваться со временем. До 1930 года никто не открыл Плутон. Было также время, когда говорили, что голубые светодиоды невозможны.

Даже если Наука права, научные стандарты могут быть несовершенны. Если кто-то не думая говорит: «Наука права», это всё равно, что сказать: «учитель никогда не ошибается».

— Мы чувствуем, что это научная сторона вторгается в Церковь, так что мы не можем игнорировать эту проблему. Человеческие руки запятнали имя всемогущего Бога, так что правильно будет очистить его человеческими же руками, верно?

Камидзё даже не пытался задумываться о словах Лидвии.

С ней невозможно разговаривать.

Камидзё вытащил телефон и посмотрел время. В тот момент, когда он взглянул на небо, оно стало совершенно пурпурным.

Словно чернила, просачивающиеся сквозь бумагу, по всему небу были разбросаны звёзды.

Это была наихудшая ситуация.

Всё было почти что кончено.

— Мы присоединим вас и не станем разрушать Академгород. Такой скучный праздник как Дайхасейсай для нас всего лишь идеальное место демонстрации того, как научная сторона подчиняется Церкви. Мы позволим вам отречься от этой языческой религии прежде чем примем вас как наших дорогих товарищей.

Стейл двинулся своим израненным телом и вытащил рукой залитую кровью руническую карту. Как и Лидвия, возможно, он пытался использовать заклинание для связи.

— Давай… звони.. Тсучимикадо.

Стейл попытался выдавить из себя эти слова.

— … Оно называется «матрицей всеохватывающей реальности», верно? То заклинание, что искало противозаклинание Орианы. Примени его к сообщению Лидвии, и выясни, где она находится. После этого я использую заклинание для связи, и сообщу моим союзникам за пределами города, чтобы…

— Бесполезно. Осталось только 120 секунд до использования «Апостольского Креста». Нет, теперь уже 107 секунд. Теперь я могу сказать: шах и мат.

107 секунд.

Даже если они узнают, где находится Лидвия, никто туда не успеет добраться. Всё это время у них уйдёт только на то, чтобы позвонить раненому Тсучимикадо.

Магнус Стейл вздохнул.

По другую сторону заклинания для связи, Лидвия Лоренцетти улыбнулась.

Камидзё стиснул зубы, глядя на пурпурное небо, которое покрывалось звёздами.

«Если есть хоть какой-то способ…»

Вокруг него продолжало циркулировать ощущение того, что он не сдастся.

«… ЕСТЬ ЛИ РЕШАЮЩАЯ КОЗЫРНАЯ КАРТА, КОТОРАЯ МОЖЕТ ПЕРЕВЕРНУТЬ ЭТУ СИТУАЦИЮ!!!»

Камидзё ломал голову, словно в отчаянии хватаясь за соломинку. — «Апостольский Крест», самое важное духовное орудие которое есть в распоряжении католиков, может охватить площадь в 47 тысяч квадратных километров. Это заклинание, которое использует созвездия, не их действительное положение, а то, как созвездие выглядит на ночном небе. Исследовав характеристики и особенности, выбрали самое эффективное из 88 созвездий, и сейчас готовы собрать на землю звёздный свет.

— !!!

Тоума Камидзё схватил свой телефон.

— Тсучимикадо! Не спрашивай ничего. Слушай меня. Сколько есть возможных мест за пределами Академгорода, где можно использовать «Апостольский Крест» и всё же подчинить Академгород?

— Что… что ты… говоришь, Ками-ян?

Прервавший его голос вероятно означал, что он не знает, что здесь происходит.

Тем не менее, у Камидзё не было времени и намерения вдаваться в подробности. Он снова закричал:

— НЕ НАДО ОБЪЯСНЯТЬ ПОДРОБНОСТИ. ИЗ ВСЕХ УСЛОВИЙ, КОТОРЫЕ Я УПОМЯНУЛ, ГДЕ САМАЯ ДАЛЬНЯЯ ТОЧКА?!

— … Снаружи их должно быть пять. Из них… самая дальняя находится к северу от Академгорода, примерно в 1700 метрах… Ками-ян, что происходит…

— Прости, Тсучимикадо, у меня нет времени объяснять это.

Извинившись, Камидзё прервал разговор, игнорируя вопросы собеседника. После этого он активировал поисковую функцию своего телефона. Это была электронная версия путеводителя по Дайхасейсай.

«Я знаю расстояние. Время… осталось 55 секунд. Сработает ли это?!!»

— В данный момент ничего нельзя сделать. Так что позвольте мне разрушить вашу последнюю надежду, я уже не нахожусь в том месте, что упоминала раньше.

Камидзё проигнорировал этот голос, который похоже, лгал, и отчаянно продолжил возиться со своим телефоном.

На экране была карта Академгорода.

«Не это».

Камидзё закрыл закладку и открыл новую.

«Не это. И не это.»

Он закрыл одно окно и открыл другое. Эта карта предназначалась для тех, кто «потерял свой путеводитель и нуждается в информации», так что она не могла вместить всю информацию из толстого путеводителя. К тому же, она была неудобной, и Камидзё всё ещё не мог найти информацию, которая была ему нужна.

Несмотря на это, Камидзё продолжал работать с телефоном.

Когда он наконец увидел окно, телефон выпал из его рук.

Клац-клац.

Легкий звук упавшего пластика прозвенел над вечерней взлётной полосой. Но, вот именно. Камидзё хотел подобрать телефон, но не мог этого сделать. Его дрожащие пальцы не слушались его, и он не мог сделать простейшего действия.

Оставалось ещё 40 секунд до того, как всё будет кончено.

По словам Лидвии, последний интервал времени будет просто потрачен впустую.

— Несмотря ни на что, не важно как, добраться до того места, где я нахожусь, не удастся.

Она продолжала говорить вежливым тоном, как будто кланялась и извинялась.

— Всё кончено. Я сделаю этот мир лучше, в том числе и вас.

Камидзё выдохнул смешок «ха», словно сдался.

— Это верно, всё кончено.

Оставалось ещё 20 секунд.

— Аа, чёрт, я говорил, что сдержу своё обещание.

Перед его взглядом были не звёзды, которые вот-вот должны были появиться.

— Это верно. Хотя я и был уверен и договорился с Химегами, вот так всё и кончилось. Я действительно разочарован.

Он посмотрел на телефон, лежавший на земле.

— Вы думаете так же, да, Лидвия?

Осталось ещё пять секунд.

— Даже когда я разрушил вашу иллюзию.

— Что?

Как раз, когда Лидвия удивилась.

Бам!!!

Яркий свет вспыхнул на земле, и ночная темнота сразу же исчезла.

Это был свет, который испускали лампы, неоновые огни, лазеры, прожекторы и другие источники, которые были установлены по всему Академгороду. Хотя 23-й школьный район не имел никакого отношения к Дайхасейсай, близлежащий международный аэропорт начал сиять, как праздничная иллюминация на рождественской ёлке. Издали послышалась бодрая музыка с электронными мелодиями. Она звучала как фоновая музыка в детском парке развлечений.

Было ровно 6:30 вечера.

Тоума Камидзё поднял свой телефон и посмотрел на экран.

На простом цифровом издании путеводителя были написаны слова «ночное шествие».

— Вы что, не знаете, когда начинается ночное шествие?

— Что…

Свет продолжал окутывать Академгород.

Прежде чем он осознал это, звёзды, сиявшие в ночном небе, исчезли, засвеченные фонарями. Это словно мегаполис, в котором невозможно видеть звёзды из-за освещения. Слабый звёздный свет поглощается более сильными городскими огнями.

— В самом деле… я уже пообещал Химегами навестить её в больнице до того, как это начнётся, и в конце концов, не успел. Чёрт, тут я действительно потерял лицо.

Камидзё горько прищёлкнул своим языком.

— Это верно. По словам Тсучимикадо, самое дальнее место за пределами Академгорода, из которого всё ещё возможно накрыть город, находится примерно в 1700 метрах от его границ. Если это всего лишь такое расстояние, при столь огромном количестве освещения в Академгороде, свет зальёт всё небо.

Затем Камидзё продолжил:

— Если даже самое дальнее место будет засвечено, где бы вы ни были, остальные места будут тоже засвечены, верно, Лидвия Лоренцетти?

— …

Прошли оставшиеся пять секунд.

Но в мире ничто не изменилось.

— Если подумать об этом, все мы были скучными второстепенными персонажами.

Это был момент, когда самое мощное заклинание, которое использует звёздный свет…

Уступило всему искусственному освещению, которое тут засияло.

— Что касается меня, не сумевшего поймать вас, я не могу сказать ничего значительного. Но неужели вы не посмотрели на силу Дайхасейсай? Разве не проиграли вы всему этому свету, который все зажгли? Система безопасности, баланс между Наукой и Магией, всё это на сегодня только декорации. Вы должны были выяснить, кто главное действующее лицо на Дайхасейсай.

Это не Тоума Камидзё, не Магнус Стейл, не Мотохару Тсучимикадо, и уж наверняка не Ориана Томсон и определённо не Лидвия Лоренцетти. Это Сейри Фукиёсе, которая хотела, чтобы Дайхасейсай увенчался успехом, Аиса Химегами, которая по случайности оказалась в луже собственной крови, Цукиёми Комоэ, которая, плача, пыталась спасти свою ученицу, истекавшую кровью.

Эти люди собрались вместе, чтобы защитить Дайхасейсай.

Используя столько света. С намерением использовать этот свет, чтобы создать чудесные воспоминания.

— …

Собеседница не нашла что ответить на слова Камидзё.

О чём сейчас думала Лидвия, глядя в небо?

— Ну так как? Похоже, вы уже не сможете потрясти Дайхасейсай. Верно? Я ничего не знаю о балансе сил между научной стороной и магической стороной, но если вы разрушите «Апостольский Крест», тихо уберётесь оттуда и ничего не сделаете Академгороду, я к вам никаких претензий иметь не буду. Что вы думаете?

— … Ты так думаешь?

В голосе Лидвии чувствовалось низкое напряжение.

Казалось, она взорвётся, если хотя бы пошевельнёт пальцем.

— Я уважаемая католичка и я не чувствую, что причинила вред Академгороду. Бессмысленно принимать твоё предложение.

— В самом деле?

Камидзё тихо ответил.

Он слегка скосил глаза.

Мотохару Тсучимикадо перелезал через забор и приближался к нему. Единственный человек. который мог использовать заклинание, чтобы найти источник магии, медленно приближался.

Даже если Тсучимикадо сможет точно установить местонахождение «обсерватории», где использовался «Апостольский Крест», прежде чем Камидзё и компания доберутся туда, Лидвия, должно быть, унесёт «Апостольский Крест» и сбежит. Им и так тяжело, после всей этой погони, и им потребуется значительное время чтобы покрыть это расстояние и выбраться наружу.

Но есть много магических организаций разной численности, которые ждут этой возможности за городом.

Не важно, что они думают об Академгороде, для них это веская причина, чтобы задержать Ориану и Лидвию. К тому же, вызывает беспокойство, что местонахождение «Апостольского Креста» всё ещё неизвестно. Учитывая это, они смогут уладить ситуацию с Лидвией, попросив о помощи Британских пуритан.

Поэтому…

Если использовать «матрицу всеохватывающей реальности», подготовленную Тсучимикадо, дать Стейлу знать источник заклинания для связи Лидвии, затем связаться в подкреплениями Британских пуритан, которые ждут за городом, и позволить им сделать свою работу, всё будет кончено.

Кроме этого, Тоума Камидзё было нечего делать.

Наконец он засмеялся и сказал:

— Давайте же, бегите и улепётывайте, словно вы участвуете в соревнованиях по бегу, Лидвия Лоренцетти.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter7|Главе 7]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Epilogue|Эпилогу]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Epilogue

2017-09-25T12:29:22Z

Palexadin:

==Эпилог: Люди ожидающие развязки — Those Who Hold Out a Hand.==

===Часть 1===

Солнце совсем зашло и ночное шествие было в полном разгаре.

Набежавшие охранники обнаружили раненых Камидзё и компанию, и отправили их в больницу. Не было бы ничего странного, если бы их отправили в больницу с зарешёченными окнами, но по какой-то причине их всё же отправили в больницу, в которой бывал Камидзё. Учитывая, что она была в другом школьном районе, возможно, не обошлось без давления начальства, но в данный момент Камидзё был не в состоянии об этом думать.

Получив сообщение, родители Камидзё, Тойя и Шиина похоже, сидели вдвоём в комнате для ожидания, пока их сыну не сделают операцию. Вероятнее всего, оба они устали, посещая матчи Дайхасейсай, поскольку, когда персонал больницы завершил обработку ран Камидзё, оба они заснули от усталости на диване, прижавшись друг к другу плечом к плечу. Камидзё сразу же попросил медсестру укрыть их одеялом.

— … Другими словами, Тоума ничего мне не сказал, и отправился участвовать в магической битве, в которой решалась судьба мира и Академгорода, и был так серьёзно ранен, что его снова отправили в больницу?

Индекс, уже переодевшаяся в своё монашеское платье, холодно смотрела на Камидзё. Камидзё, стоя на коленях на больничной койке, говорил:

— Индекс-химе, почему я, больной, должен стоять на коленях на больничной койке?

— Тоума, Тоума, можно, я тебя ударю?

ПРОСТИ!!! Камидзё немедленно согнулся, уткнув голову в мягкое одеяло, и извинился. Эта комбинация из сжатого кулака правой руки и привлекательно склонённой головы, выглядела действительно устрашающей.

Индекс с расстроенным видом подняла голову.

Камидзё, который почувствовал этот кризис, поднял голову и выдавил улыбку, пытаясь воздействовать на добрую сторону Индекс.

— Но… но ничего не поделаешь. Со Стейлом и Тсучимикадо всё в порядке. И, Индекс, разве не было уважительной причины, по которой ты не могла участвовать в этой битве?

— Ну а до того, Тоума?

Неужели я сам рою себе могилу? Камидзё снова согнулся, чтобы молить о прощении.

С по-настоящему расстроенным лицом Индекс сказала:

— Даже если вокруг меня наложено магическое поисковое заклинание, ты что, действительно думаешь, что я ничего не могла сделать? Я могла воспользоваться телефоном или чем-то таким, чтобы позвонить тебе и дать совет!!!

— Я не могу согласиться с тобой по этому поводу, Индекс! Ты ведь даже не знаешь, как зарядить бесплатный телефон, поэтому я не мог вообразить тебя пользующейся телефоном. К тому же, как только ты услышала бы, что в деле замешан маг, то даже не сказав мне ничего, ты бы сразу же «топ-топ-топ» ринулась в гущу всех этих событий!!!

— Топ-топ-топ?! Тоума, отчего мне кажется, будто твоё объяснение по-видимому предполагает, что я идиотка?!

— Тьфу, да ты даже не понимаешь, что это… ШУТКА! ШУТКА! ШУТКА!

Увидев Индекс, оскалившую зубы, Тоума Камидзё был настолько охвачен ужасом, что его кожу начало покалывать как иголками.

— Секундочку, Индекс! Разве ты не собиралась вырасти из этой детской привычки кусать окружающих, и стать взрослой женщиной?

Камидзё намеренно использовал слова «детский» и «взрослая женщина», чтобы потрясти Индекс. Услышав это, монашка Индекс, которая забиралась на койку, намереваясь укусить Камидзё в голову, внезапно остановилась.

— … Тоума, ты можешь понять, почему я так рассердилась?

— Э? Разве ты рассердилась не из-за того, что я бросил тебя одну на весь день…

— Итадакимас! Спасибо за гостеприимство!!!

Э? Не говорите, что она злится из-за этого?!... Камидзё проглотил крик отчаяния, который собирался испустить. Преодолев горечь и смущение, Индекс снова сделала шаг вперёд и укусила Камидзё в голову с ещё большей силой.

Камидзё продолжал бороться в постели.

— Я УМРУ!!! ПРОСТИ ЗА ЧУВСТВО ЧТО ЧЕГО-ТО БЫЛО НЕДОСТАТОЧНО В ПРОШЛОМ! ЭТО УЖЕ ВЫШЕ МОЕГО УРОВНЯ ТЕРПЕНИЯ!!!

— Перестань говорить вещи, которые смутят окружающих и подумай об этом как следует! Я в самом деле волновалась за тебя!!!

Как раз когда Камидзё кусали за голову, дверь в его палату открылась и вошли новые посетители.

Мисака Микото и Куроко Ширай.

— Это… э, насчёт этого, я зашла проведать Куроко и решила заодно заглянуть. Вот кажется, осталось немного фруктов… э?

— А-а, это действительно приятная сцена.

На первый взгляд, девочка, сидевшая на больничной койке, кусала мальчика в лицо спереди. Казалось, что лицо мальчика прижато к груди девочки. (Ну, по крайней мере, с точки зрения постороннего).

Сидя в инвалидном кресле спортивного типа, Ширай прижала руку к лицу.

— Ахх, вы, ребята, уже стали так близки, что забыли о времени и о том, где находитесь! Эти двое действительно невероятны, быть на таком высоком уровне… если подумать, сестрица, что мы должны делать, случайно увидев такое? Я немного смущена.

РАЗВЕ ПОХОЖЕ НА ЭТО?!

Как раз когда Камидзё хотел выкрикнуть это…

— Я сейчас очень серьёзна, стриженая, не вмешивайся!

«Индекс-химе?!»

— …

Полная фруктов корзинка, которую держала Микото, упала на пол.

Её лицо немедленно стало непроницаемым.

— Куроко?... Может ли обычный гражданин помочь Правосудию в поддержании дисциплины? У меня есть веская причина предотвратить происходящее тут грязное взаимодействие между лицами разных полов. Могу ли я отправить эту особь мужского пола в полёт…?

— М-м, будь добра мягко исправить гнилой характер этого мистера — УА! СЛИШКОМ СТРАШНО?! СЕСТРИЦА, ПУСКАТЬ ЭТИ ИСКРЫ, ЭТО НЕМНОГО ЧЕРЕСЧУР!!! ЭТО ЖЕ БОЛЬНИЦА!!!

— Ах да, понимаю.

Микото прервала окружавший её тело поток электричества. В больнице запрещены даже электронные устройства вроде мобильных телефонов.

— Чёрт.

Мисака Микото, которую вынудили отказаться от её козырной карты, выругалась и сказала:

— Ничего, я не спеша разберусь с тобой после Дайхасейсай. Ты видел окончательные результаты этого дня? Средняя школа Токивадай уверенно обогнала твою школу, и лидирует. Только не говори мне, что ты забыл, что проигравший будет подчиняться приказам победителя?

— Но… но, даже если ты сейчас говоришь о штрафной игре… секундочку, Индекс, Индекс, теперь отпусти меня! ПУСТИ! ПУСТИ! БОЛЬНО!

Камидзё замахал руками, наконец стянув с себя монашку, которая всё ещё кусала его.

После этого он снова посмотрел в лицо Микото.

— Как… как ты можешь видеть, я попал в определённую ситуацию, и теперь весь покрыт ранами. Даже если мне придётся участвовать в Дайхасейсай, я всё равно не смогу соревноваться в полную силу. Как ты собираешься определить победителя в такой ситуации?

— … Посмотрим.

Микото сложила руки, и, видя, что у Камидзё такое выражение, словно он вот-вот расплачется, мягко вздохнула. Её гнев утих, и сдвинутые от злости брови немного расслабились. В тот же момент, когда она расслабила плечи, она слегка улыбнулась. Как раз когда Камидзё тихо усмехнулся, увидев это…

— Как насчёт того, чтобы ты напрягся и продолжил?

— И ВСЁ?! Я УЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО НЕВОЗМОЖНО! БРАТИК КАМИДЗЁ ПОЧТИ НА 80% МЁРТВ! ЕСЛИ Я ЕЩЁ НАПРЯГУСЬ, Я УМРУ!!! К ТОМУ ЖЕ, ФУКИЁСЕ И ТСУЧИМИКАДО, КРОМЕ МЕНЯ ЕЩЁ МНОГО ВЫБЫВШИХ?! ДАЖЕ ЕСЛИ МЫ НЕ МОЖЕМ ПРОСТО ЗАБЫТЬ О СДЕЛКЕ, ТЫ БЫ МОГЛА ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ ДАТЬ МНЕ ФОРУ… ААААААААА! ТЫ ТАК ПРОСТО УХОДИШЬ?!!!

Две девушки быстро вышли из палаты, и Индекс немедленно снова вцепилась в голову Камидзё. Похоже, теперь она действительно рассердилась, поскольку предыдущего раза ей, по-видимому, было недостаточно.

— Тоума, что делают люди за пределами Академгорода?

— БОЛЬНО! ПУСТИ МЕНЯ, ПРАВДА, БОЛЬНО!!!... Э? Стейл связался с ними, и теперь все они занялись поисками. Тсучимикадо говорит, что большинство этих организаций просто хотят получить исключительно важный «Апостольский Крест», а не помочь Академгороду или Британским пуританам.

— … Так значит, ничего ещё не улажено.

— Да, но…

Камидзё сделал паузу.

— Стейл был действительно серьёзно ранен, настолько, что пришлось отправить его в реанимацию, но он ясно сказал, что проблемы тут нет. Интересно, что он имел в виду?

===Часть 2===

14 часов спустя.

Лидвия Лоренцетти находилась в 8000 метрах над Францией.

Она была в своём собственном реактивном самолёте.

Чёрные кожаные кресла были выстроены в ряд вдоль стен, а посредине стоял большой стол, прикрученный к полу. Это была обстановка для вечеринки. На стенах висели декоративные светильники, и небольшая имитация канделябра свисала с потолка. Интерьер был отделан чёрным деревом, на полу был роскошный ковёр, словно на роскошном лайнере.

Лидвия в одиночестве сидела у выхода из салона.

Рядом с ней лежал Крест, завёрнутый в белую ткань.

По сравнению с большими пассажирскими самолётами, которые использовались в международном аэропорту, этот самолёт был довольно маленьким, и даже в Японии считался редким. Но для стран, которые в несколько раз больше Японии, таких как Соединённые Штаты и Россия, воздушное сообщение существенно для путешествий на дальние расстояния. Например, в России для того только, чтобы всю её проехать на поезде, потребуется две недели.

Разумеется, база операций Лидвии располагалась в Европе. Поскольку ей нужно было пересечь Европейский Союз, ей приходилось пользоваться самолётом.

Она ненавидела технологии, которыми сегодня пользовалась религия, но с другой стороны она была вынуждена принимать науку, которой приходилось пользоваться. Например, когда не было книгопечатания, изготовление одной только Библии требовало много времени и усилий. Невозможно игнорировать использование науки в развитии Церкви и всей религиозной живописи. Для религиозных лидеров это был спор, который восходил ещё к эпохе Возрождения. И с технологией, которая последовала за этим, развитие поездов и самолётов, позволило женщинам и детям со слабыми физическими возможностями безопасно отправляться в паломничество. А когда интернет стал повседневной вещью, это увеличило возможности проповедовать Евангелие тем, кто не знал о Христе.

В этом-то и проблема, в использовании всего этого, — вздохнула Лидвия.

«Верить в идола, у которого нет жизни, и который совершенно материален. Словно язычники злой Римской империи в прошлом.»

После этого слабого движения она оглянулась по сторонам.

Перед ней была дверь в пилотскую кабину. Дверь как раз открылась. С места, на котором сидела Лидвия, была видна спина пилота, спокойно управлявшего рукоятками на приборной панели.

В какую сторону он верит? — задумалась Лидвия

Этот личный самолёт был собственностью Орианы; никого из католиков здесь больше не было. Но должно быть, пилот - католик. Конечно, скорее всего он не слишком убежденный верующий, не то, что Ориана или Лидвия.

Продолжая управлять этой грудой металла в ежедневных полётах, должно быть, он крестится на взлётной полосе и молится о безопасном перелёте.

Эта сцена выглядела невероятной, но Лидвия не улыбалась.

Человек, который использует орудия, человек, который верит в Бога.

Различие действительно начинается только сейчас. 2000 лет назад, когда «Сын Божий» был жив и проповедовал, люди, вероятно, использовали орудия, чтобы выпекать хлеб.

Что более важно…

«Это не отрицание всех научных орудий, но нельзя слишком полагаться на них и забывать имя всемогущего Бога.»

Подумав об этом, она тихо вздохнула.

В данный момент Лидвия не только не была в состоянии проявить имя всемогущего Бога, но она была вынуждена подчиниться силе науки.

В самом деле, именно сейчас Лидвия сбегала. Хотя ей удалось защитить «Апостольский Крест» от врага, даже если она захочет снова и снова повторять эту атаку, все «обсерватории», где она сможет использовать «Апостольский Крест» будут охраняться. «Апостольский Крест» не может работать, если не выставить его под ночное небо. Но если противник возведёт простые сооружения над этими «обсерваториями», она не сможет использовать «Апостольский Крест» возле Академгорода. И в этом очень трудном развитии событий, важный боец из «грешников», Ориана Томсон, была схвачена врагом.

— Хо-хо-хо.

Однако, она всё равно продолжала смеяться.

— Как жаль… ааа, как жаль, Ориана Томсон. Хо, хо-хо. Я должна спасти её. Я должна лично спасти эту потерянную «грешницу», которую арестовали.

Лидвия Лоренцетти обычно использовала неудачи и невыгодные ситуации как мотивацию для того, чтобы двигаться дальше.

— Пробиться в Академгород, сразиться с 2,3 миллионами людей, безопасно спасти Ориану, и мирно закончить всё это.

Что она говорит? Это что, желание самоубийства?

Прежде, чем этот план можно было осуществить, ей придётся вернуться в Ватикан. Лидвию непременно накажут за провал её безрассудной выходки. До того как она вообще сможет заговорить о том, чтобы ей оказали помощь для спасения Орианы, её собственная жизнь окажется под угрозой.

Однако…

Чем более сложная задача стоит перед ней…

Тем выше будет она стремиться.

Пока она будет думать о том, как прорваться через всё это, Лидвия Лоренцетти будет чувствовать несравненный восторг. Это как у спортсмена, встречающего соперника всей его жизни.

— Масленица.

Это слово походит от популярного христианского праздника, который отмечается перед Великим Постом. Это почти то же самое, что «Карнавал», который отмечают в Новом Орлеане, в США и Фастнахт в Германии.

Причина, по которой Лидвию так назвали была…

— Хо, хо-хо, ха-ха-ха!!! Я не остановлюсь. Неважно, удача или неудача, не важно, гладкая дорога или шторм, я приму их вызов! Я исполню значение слова «Карнавал» и поглощу всю эту реальность, которая станет моей духовной пищей.

Не важно, достанется ли ей кнут или пряник, она даст тот же самый ответ.

Другими словами, в сущности, никто не мог остановить её, что бы она ни делала. Человек, который будет в восторге от того, что ему выпадет, человек, который продолжит улыбаться и идти вперёд. Если что-то преградит её путь, это лишь заставит Лидвию двигаться вперёд, к тому же в первую очередь, преградить ей путь будет самоубийством.

— Прежде всего мы уладим дела в среде католиков. Затем мне придётся предложить план битвы за спасение Орианы, и, наконец, напасть на Академгород! Уахахаха, какое огромное препятствие! И разве же это не сладостно!

Она знала, что пилот в кабине будет шокирован её эксцентричностью. Тем не менее, Лидвия могла даже использовать такого рода подозрения как мотивацию.

В этот момент…

— Алло, есть тут кто?

Внезапно зазвенел женский голос.

Плечи Лидвии вздрогнули. В этом личном самолёте не было стюардесс. Испуганный звук донёсся и из кабины. Похоже, что пилот ничего об этом не знал.

Но Лидвия знала.

Женский голос…

— Я архиепископ Британской пуританской церкви, Лаура Стюарт. Не говорите, что я не представилась, да? Лидвия-сан, — её голос звучал довольно счастливо.

Женщина, обладающая намного более высоким титулом, чем «Масленица», таким, что в современном церковном обществе она была незаменимой фигурой. По слухам, это чудовище обладало властью, равной или даже превосходящей власть королевы Англии.

Лидвия ахнула от изумления, что означало сразу и радость и ужас.

Могущественный враг, и для неё — ягнёнок, обладающий необъяснимым очарованием.

— … Почему, этот личный самолёт?...

— Хо-хо. Похоже, вы сменили имя, ага. Вылетели не из Италии, а из Франции. Но неужели вы думали, что такой простой трюк может меня одурачить? Я приказала служащим аэропорта Ханэда прикрепить маленький подарок к борту самолёта, когда вы там остановились.

— …

Похоже, к корпусу самолёта снаружи было прикреплено какое-то духовное орудие.

Даже если так, отсюда было невозможно вытащить его. Не могло же оно держаться на корпусе самолёта, который двигался со сверхзвуковой скоростью. В сущности, как только открылась бы дверь, возникла бы разность давлений.

Но действительно ли Британские пуритане нашли этот самолёт собственными усилиями?

Если так, то когда она в первый раз принесла «Апостольский Крест» в этот полёт в Японию, там должно было что-то быть. Поскольку ничего не случилось, это значит, что полёт был безопасен после того, как они вылетели из Японии.

Если это так. единственное, о чём она могла подумать…

«Не с помощью ли Академгорода…»

Как бы там ни было, теперь её положение было безрадостным.

Сигнальное духовное орудие, прикреплённое к самолёту, должно означать, что положение этого самолёта просочилось в Англию. Даже если она сменит место посадки, враг с лёгкостью схватит Лидвию в аэропорту.

Несмотря на это…

— Хо.

— Вы такая странная. Смеяться ещё громче, когда на вас давят. Не говорите мне, что это нельзя поправить?

— Это как плавать и нырять. Чем больше дистанция, тем больше боль, но тем сильнее и восторг от достижения цели.

— Вы действительно любите находить удовольствие в том, чтобы терпеть боль и страдания. Нет, это больше похоже на то, что вас радует, когда вы заставляете проблемных людей подчиниться вам, это садизм. Чтобы ощутить этот сладкий восторг, полагаю, вы собираетесь снова напасть на Академгород?

— …

Услышав раздражающий голос Лауры, Лидвия немного помолчала.

— Академгород всё ещё кое-что мне должен.

— Кто сказал, что когда тебя ударят по правой щеке ты должен подставить левую? Ориана Томсон была депортирована в Лондон. Даже если вы вернётесь в Ватикан, чтобы перегруппироваться и разработать план, вашей обожаемой Орианы в Академгороде больше нет.

— Нет, подавить Академгород, и затем потребовать выдачи Орианы, это разумно. Захват этой земли приведёт к победе католиков. Когда мы добьёмся этого, Британские пуритане будут повергнуты по первому приказу.

На её лице была улыбка.

Улыбка, полная тьмы, фанатизма, агрессивности, как у зверя, не такая улыбка, какую можно было бы ожидать от монашки.

— Я не прощу их. Если бы Академгород не сопротивлялся так, все были бы счастливы. Эти маги, и парень, помогавший им. Если бы не они, я была бы в этом самолёте вместе с Орианой!

Этот фанатичный крик становился всё более звучным.

Когда она громко заявила, что не простит, этот дух соперничества стал ещё более напряжённым.

— ТАК ЧТО Я НЕ ПРОЩУ ИХ, НО Я СЧАСТЛИВА, ЧТО ВСТРЕТИЛА БОЛЬШЕЕ «ПРЕПЯТСТВИЕ», ВОСТОРГ ПРЕОДОЛЕНИЯ ТРУДНОСТЕЙ БУДЕТ ЕЩЁ БОЛЬШЕ! ЭТО ТАК НАЗЫВАЕМОЕ ПРЕВОЗМОГАНИЕ, ДОЛЖНО ВОТ ТАК СОКРУШИТЬ ПРЕПЯТСТВИЯ!!!

Из её глаз хлынули слёзы.

Эти её дикие глаза были такими пылкими, что она забыла моргнуть.

— НЕ АТАКОВАТЬ АНГЛИЮ НАПРЯМУЮ, НО НАМЕРЕННО ПОЙТИ ПО ЭТОМУ ДЛИННОМУ ПУТИ И АТАКОВАТЬ АКАДЕМГОРОД, И ЗАТЕМ СПАСТИ ОРИАНУ, ТАКИЕ ТРУДНОСТИ МНЕ ПО НРАВУ!!! Я ДОЛЖНА ВОЗБЛАГОДАРИТЬ ГОСПОДА ЗА ТО, ЧТО ОН ДАЛ МНЕ СТОЛЬ ДИВНУЮ ПИЩУ! ЧЕМ ТОЛЩЕ МЯСО, ТЕМ БОЛЬШЕ ЕГО НАДО ЖЕВАТЬ!!! НАДЕЮСЬ ВСТРЕТИТЬСЯ С ВАМИ В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ!!! АХАХАХАХАХА!!!

На лице Лидвии, говорившей уже несколько минут, было яростное выражение, которым можно было прожечь даже толстую металлическую плиту. Услышав этот голос, безусловно неуравновешенный, Лаура ответила:

— Хо… хо-хо.

— …Мне есть над чем смеяться, но я не понимаю, что вы нашли в этом забавного?

— Что? Причина проста. Видя, что препятствие впереди ещё больше, чем труднее, тем более захватывающим должен быть момент, когда прорвёшься через эти трудности, верно?

После этого духовное орудие многозначительно замолчало.

— В этих словах может быть некоторый смысл, вы, мышь в мышеловке.

Что?

Как раз когда Лидвия пыталась понять значение этой фразы…

БАМ!!!

Раздался громкий звук.

Звук доносился сбоку.

Она резко обернулась.

Вокруг входа в личный самолёт был вырезан прямоугольник. Светившийся оранжевым светом металл плавился от жара.

«Эта… архиепископ… она… действительно установила духовное орудие на двери?!...»

Когда она поняла это, было уже слишком поздно.

Вырезанный кусок борта сдуло штормовым ветром ночного неба. В тот же самый момент, словно лопнул воздушный шар, поскольку под действием давления, воздух вырвался из салона самолёта. Это правильнее было бы назвать не ветром, а взрывной волной, прошедшей по самолёту. Диваны и стол, которые были прикручены к полу, безжалостно вытянуло наружу, и они полетели в небе на высоте 8000 метров.

— !!!

Лидвия отчаянно цеплялась всеми пятью пальцами за край стены, но она не смогла продержаться и пяти секунд. Словно сдуваемая пыль, её тело оторвалось от пола, и вылетело из самолёта.

— А!

Вот так вот, она не могла даже закричать.

[[Image:Index v10 341.jpg|thumb]]

Небо на высоте 8000 метров ещё сильнее подчёркивало темноту ночи. В небе не было облаков, только яркая Луна и множество звёзд вокруг неё. Поскольку облака остались внизу, ничто не заслоняло эти небесные тела.

«Э, эк, а…!!! Дышать…!!!»

Как она ни пыталась вдохнуть, на такой высоте никто не почувствовал бы, что дышит кислородом, лишь ледяное чувство, которое жгло в груди. Поскольку высота была очень большая. Лидвия не чувствовала, что падает. Скорее она испытывала ложное ощущение того, что её тело толкает вверх большим давлением.

Рядом в ошеломлённой и охваченной ужасом Лидвией летело ещё что-то.

Перед ней, падая с той же скоростью, была карточка. Словно сделанная из тонкого пластика, с надписью чёрным маркером, без истории, без стиля, словно духовное орудие, предназначенное для того, чтобы обмануть ребёнка. Тем не менее, магическая матрица на ней была очень сложной, может быть, даже сложнее, чем тщательно вытканный персидский ковёр.

— Ха-ха! Лидвия, как жаль, что ваши способности простираются только до такой степени. Если вы хотите бросить Ватикан и последовать за мной, я спасу вас, не причинив ни малейшего вреда.

Если она говорит это сейчас, Лаура должно быть, приготовила запасной план. Возможно, она приготовила внизу группу Британских пуритан, готовых поймать Лидвию и отступить по первому сигналу.

Но Лидвия отвергла это.

— Что… вы… говорите? Не смешите меня!!!

— Правда? Ну так падайте с «той штукой» и сделайте огромную дырку в земле!

В этот момент Лидвия увидела его.

Очертания летевшего над ней личного самолёта становились всё меньше. Это было единственным, что могло скорректировать её представление о расстоянии в этом безумном мире.

Дверь личного самолёта открылась, и крестообразный предмет, завёрнутый в белую ткань вылетел наружу.

«Апостольский Крест».

Хотя магическая сила этого духовного орудия была очень велика, его прочность особо не отличалась от любого антикварного предмета. Упав с высоты 8000 метров, даже если внизу будет поверхность океана, он разобьётся вдребезги.

— …!!! Я не позволю вам сделать это!!!

Лидвия вдохнула немного кислорода и сказала это.

Она расставила руки в стороны и пробормотала заклинание, от которого станет опускаться медленно, как пёрышко. Первоначально это было защитное заклинание, которое может замедлить что угодно. Если применить его к силе тяжести, эффект будет как от парашюта.

— Вычислив траекторию снижения «Апостольского Креста», я должно быть, сумею это сделать. Нет, я должна сделать это! Времени мало, что делает всё это ещё интереснее!!!

Голос Лидвии звучал ещё более агрессивно и напористо, в то время как она готовилась схватить падающий Крест.

— Самолёт в 400 метрах от вас. На этой стадии, для того, чтобы вы сейчас снизили скорость, даже если вам удастся поймать этот гигантский блок мрамора и свободно упасть, неужели вы собираетесь быть стёртой в порошок, Лидвия?

— Именно из-за этой ситуации я говорю, что это интересно, архиепископ!!! В самом деле, даже с моими заклинаниями, даже если я использую свою максимальную силу, невозможно поймать «Апостольский Крест». Тем не менее, именно поэтому! Оказаться в такой чрезвычайной ситуации, быть способной принять и насладиться этим испытанием! МУАХАХАХА!!!

Даже в этой угрожающей ситуации «Масленица» могла широко раскрыть свои объятия, засмеяться и принять это.

Из карты, замершей рядом с Лидвией, донёсся смешок.

— Если использовать одно это заклинание, то ваших сил хватит только на вас саму и огромный мраморный крест.

— И… что…?

— Ну, а с этим что вы будете делать?

Услышав этот голос, Лидвия взглянула вверх.

В этот момент…

Из дыры, проделанной в борту самолёта вылетела ещё одна человеческая фигура.

Это был пилот.

Он отчаянно размахивал руками и ногами, и похоже было, что парашютом он не запасся. Выброшенный в полёт на высоте 8000 метров без всякой подготовки, удивительно, что он ещё не потерял сознания. Однако он действительно выглядел немножко слишком неистовым.

Пилота освещала Луна.

Спускаясь по хаотической траектории, словно из-за трения о воздух, со слезами и выражением ужаса на лице из-за этого неожиданного происшествия.

Верно.

Как те люди, которых Лидвия встречала до нынешнего дня, «грешники», покинутые обществом и миром.

— !!!

— Лидвия, теперь, на пределе своих сил, что вы выберете? Самое мощное духовное орудие в мире, или бедного заблудшего ягнёнка? Хо-хо, если вы хотите опуститься на колени и извиниться, я немедленно окажу вам помощь, да?

— Вы…! Эту ловушку устроили вы, и вы ещё смеете такое говорить!!!

— Нет времени для болтовни, вы знаете. Смотрите: первый пошёл.

— Ух!!!

Крест, завёрнутый в белую ткань, безжалостно падал рядом с Лидвией. Блок мрамора 150 сантиметров длины, 70 сантиметров ширины, 10 сантиметров толщины; энергии, которую он приобретёт, падая 400 метров над землёй достаточно, чтобы уничтожить корабль.

«Если поместить впереди защитный барьер, его толщина должна быть достаточной, чтобы противостоять этому. Если я намеренно пробью толстую стену и замедлю…»

После этого огромный каменный блок упал на Лидвию.

Защитная стена, которая первоначально была очень толстой, разбилась от этого удара. Скорость значительно снизилась, но всё равно он ударил прямо в грудь Лидвии.

«Ух…э! УАААААААА!!!»

Кровь просочилась между её зубов, но Лидвия всё равно обоими руками схватила тяжёлый крест. Всё её пальцы плотно вцепились в белую ткань «Апостольского Креста».

— Смотрите, второй подлетает.

Из карточки донёсся действительно весёлый голос.

Лидвия теряла сознание от боли, потери крови и нехватки кислорода, но всё равно она заставила себя взглянуть вверх.

Пилот самолёта тоже падал на Лидвию. Для Лидвии, покрытой ранами, это было словно выстрел из катапульты, используемый, чтобы разрушить стену.

«Я … не… смогу… получить…»

Она плотно прижалась к кресту.

«Слишком много…все упадём…нужно защитить духовное орудие., тогда мне придётся пожертвовать пилотом… но… если я отпущу крест, я смогу спасти жизнь…»

Лидвия увидела это.

Она сближалась с пилотом, чьё лицо было измазано слезами и соплями из-за этого безрассудного насилия.

— О, Лидвия. Вы раньше заявляли, что вы будете спасать грешников, тогда вы должно быть сможете спасти этих невинных жертв, верно?

— Да как вы смеете…

Даже если она хотела сказать это, она не могла выдавить голос в своей душе.

Она не могла схватить всё.

Если она сделает это, все они упадут.

Она может отбросить только то, что можно отбросить.

Однако…

Ситуация была крайне сложной.

«Нет… теперь подумай… если это будет продолжаться… все умрут… но… однако… уф, придётся вытерпеть это! Это… сладкое чувство? Если я не сдамся…!!!»

Чем больше она думала об этом, тем более безумным становился в ней дух борьбы. Её пот был не от боли или переживаний, а от чего-то ещё более яростного.

Рядом с Лидвией, сжимавшей зубы, стараясь вытерпеть это, раздался голос.

Коварный голос.

Словно чудесный источник излился на заколдованную иссохшую землю.

Как дьявольское искушение, которому невозможно сопротивляться.

— Что, Лидвия? Я думала, вы собираетесь поймать их обоих? Когда препятствие впереди становится ещё выше… после преодоление всего этого, растоптать меня, создавшую все эти трудности, разве от этого ваш восторг не станет ещё сильнее?

Пача.

Что-то лопнуло в теле Лидвии.

«Растоп…тать…?»

Из-за потери крови её сознание помутилось. Поэтому, она могла только подумать об этом.

«Я… хочу… раздавить… это снобистское… высокомерие… архиепископа… »

Это исключительно свирепое чувство могло быть удовлетворено только после достижения «этого».

Однако, она не понимала, что это тоже была ловушка Лауры.

— Ха… ха-ха.

Она широко открыла рот, и слюна, смешанная с кровью, потекла из него. Пилот, которого как предполагалось, она должна была поймать, закричал ещё громче, увидев её лицо. Лицо Лидвии было наполнено удивительным количеством агрессии и духа борьбы. Она обхватила Крест и широко распахнула свои руки.

Словно она приветствовала возвращение любовника.

Похоже, она говорила, что удар, который последует в любой момент, неважно, насколько болезненным он будет, приведёт её в восторг.
— ХА-ХА-ХА! АХАХАХА МУАХАХАХАХА!!!

Сквозь кровь, пот, слюну и сопли, Лидвия Лоренцетти широко улыбнулась.

После этого…

Тело пилота тяжело ударилось в её тело. Из-за силы удара невыразимое чувство пронизало тело Лидвии.

===Часть 3===

Здание без окон в Академгороде.

Это сооружение сделано из уникального материала, и может выдержать жар и ударную волну от ядерного взрыва. Это самая неприступная крепость Академгорода.

Поскольку здесь нет лестниц, лифтов и даже вентиляции, в этом здании, куда можно попасть только с помощью телепортера, «человек» безмолвно находился посредине.

Генеральный директор Академгорода.

«Человек», Алистер Кроули.

— Хм.

Он был в этой тёмной, довольно большой и немного прохладной комнате. Посредине её стоял большой стеклянный цилиндр, наполненный красной жидкостью. К стеклянному цилиндру крепились многочисленные кабели и провода разных размеров, которые покрывали пол. Они крепились к прямоугольному аппарату на стене. В этой неосвещённой комнате, зелёные и красные огоньки на приборной панели выглядели, как сияющие в ночи звёзды.

Он плавал в цилиндре вниз головой.

Зелёный хирургический халат тихо развевался в жидкости, обесцвеченные серебристые волосы опутывали его.

Об этом человеке было неизвестно, мужчина он или женщина, взрослый или ребёнок, Святой или преступник. Как бы там ни было, описать его можно было только словом «человек».

— Использовать «Апостольский Крест», чтобы овладеть Академгородом и обеспечить благоденствие мира?

Он пробормотал себе под нос.

Не важно, какими были личные мотивы Орианы и Лидвии, или что они могли сделать. Они бы не справились с этим без помощи Римской католической церкви. Говоря точнее, Ориана и Лидвия ухватились за план, предложенный Римской католической церковью и принялись за работу, намереваясь сделать это для своей выгоды. Такое предположение немного более логично.

Кукловод, контролирующий Ориану Томсон и Лидвию Лоренцетти.

Римская католическая церковь.

— … Эта ситуация стала действительно серьёзной.

Алистер сказал это тоном, показывавшим, что он больше не может терпеть эту угрозу.

С давних времён Римская католическая церковь осуществляла такие вероломные действия, начиная со времён жизни Галилея. Хотя в прошлом основу мира контролировало христианство, теперь контроль неизбежно и постепенно переходил к научной стороне. Контроль над миром медленно, но уверенно, шатался.

Снаружи римская католическая церковь была самопровозглашённой крупнейшей в мире религией, но тут была проблема.

В данный момент магический мир делился на три главных ветви: Рим, Россия и Англия. Крупнейшей конфессией из них были католики, у которых было два миллиарда верующих; это один способ сказать это… но с другой стороны, хотя католики собрали два миллиарда людей, они могли только сравняться с Англией, у которой было население 90 миллионов. К тому же, не все граждане Англии принадлежали к Британской пуританской церкви.

Если в будущем Британские пуритане поищут и соберут ещё один или два миллиарда верующих, что случится с Римской католической церковью?

Они заявляют, что у них два миллиарда верующих, но на самом деле столько верующих у них нет. По этой причине нужно подходить к этой проблеме с оговорками. К тому же, недавно были некоторые изменения, которые нужно принять во внимание.

Во-первых, уничтожение главной боевой силы римской католической церкви, «Григорианского хорала» и «Ангельских сил».

Во-вторых, новые силы, включая «Орсолу Аквинскую» и «Католиков Амакуса» присоединились к Британским пуританам.

Из-за такого развития событий, баланс магического мира, который поддерживался с большим трудом, сильно пошатнётся. Римская католическая церковь, которая настаивает на том, чтобы быть первой в мире, будет насторожена против такой нестабильности.

В этот раз должны быть действия из-за такого фона.

В данный момент какими были бы выражения правящего над католиками папы и кардиналов?

Как тот, кто однажды отверг магию. Алистер теперь был лидером научного мира, который правил всем. Сейчас он смотрел на это развитие событий с презрением.

— Но…

Он прошептал безразличным тоном.

Поскольку они отвратительные люди, которые борются, нет смысла в том, чтобы наблюдать за их борьбой. Но в этот раз, использовать духовное орудие уровня «Апостольского Креста», трудно вообразить, что нападение католиков закончится вот так. После этого, могут быть больше духовных орудий этого уровня. Хотя вопрос с «Апостольским Крестом» был улажен неким парнем, честно говоря, улажен он был не очень хорошо. Трудно гарантировать, что тот же метод сработает в следующий раз.

«Если так, мне придётся выдвинуть наш план. В самом деле, это не простой план, чтобы его использовать для таких банальных дел.»

Пока Алистер размышлял, на экране появилось прямоугольное окно.

Это была подробная карта мира, на которой горели 9969 красных огоньков. Это была карта мирового распределения программ развития экстрасенсорных способностей. Он собирался использовать их и бездействующие Иллюзорные районы Академгорода чтобы осуществить план, который остановит магическую деятельность в глобальном масштабе.

Однако…

«Развитие важного Разрушителя Иллюзий всё ещё нестабильно. Могу ли я и в самом деле его использовать?»

Алистер подумал, что предполагается, что это план, не предназначенный для того, чтобы подталкивать его вперёд.

Ничего не поделаешь.

«Если так…»

С этим голосом в его душе, новое окно перекрыло карту, показывавшую, где развивают способности экстрасенсов.

То, что появилось на прямоугольном экране была прямоугольная стеклянная коробка.

В ней плавала согнутая серебряная палочка.

«Возможно, мне придётся рассмотреть возможность того, что я буду вынужден действовать лично. Хо… хо-хо.»

В темноте «человек» засмеялся.

Это был смех величайшего учёного в мире?

Или же смех самого могущественного мага в мире?

Мужчина он или женщина?

Взрослый или ребёнок?

Святой или преступник?

Никто не знает, о чём думал этот человек.

Он просто улыбался.

===Часть 4===

Утром Аиса Химегами проснулась на больничной койке.

Комната, в которой она проснулась, была не персональной одноместной палатой, как у Камидзё, но обычной палатой на шесть коек, отгороженных занавесками для приватности. Разумеется, все пациенты в этой палате были женщинами, но разных возрастов. Там была и девушка примерно того же возраста, что и Химегами.

— …

Химегами перевела невыразительный взгляд на потолок прежде чем медленно приподняла верхнюю часть тела, чтобы сесть в постели.

— Что ты делаешь тут так рано утром?

Монотонный голос был обращён к краю больничной койки. Монашка в белоснежном платье сидела на полу, прислонившись верхней частью тела к поручню, продолжая спать на краю больничной койки.

Химегами, которая только что проснулась, выглядела, словно хотела спать, но и эта монашка выглядела сонной. Человек, который жил с ней (или, скорее, хозяин квартиры), часто попадал в эту больницу из-за ран. Эта белая монашка похоже, привыкла проводить ночь в больнице. То, как она спит на кушетке в персональной палате, или на скамейке в комнате для ожидания стало известным среди медсестёр. В данный момент ходили слухи, что таинственная девочка, блуждающая по больнице любит телевизор, еду и игрушки.

Британская монашка, Индекс, проснулась, её глаза были прищурены.

— Хо… из-за того, что больничный персонал сказал мне, что мне нельзя использовать скамейку днём, я зашла к Аисе в поисках убежища. Такая удобная постель…

Её животные инстинкты похоже, вели её в желании найти тёплую и удобную постель.

Однако…

— Эй, эй, одеяло предназначено для того, чтобы укрываться, а не для того, чтобы кусать его. К тому же, не пускай слюни, когда тебе хочется, потому что меня за это отругают.

— Как тепло…

Индекс, похоже. не обращала внимания, прижимаясь лицом к стёганому одеялу. Поскольку её лицо было рядом с бедром Химегами, той стало щекотно. Девочка словно была на весенних послеобеденных уроках, поскольку 70-80% её сознания всё ещё пребывало в стране снов. Химегами открыла минихолодильник, метр высотой, который стоял рядом с койкой.

— Воспользуюсь льдом из морозильника, чтобы разбудить тебя, хе-хе.

— КАК ХОЛОДНО!!!???

После того, как кубик льда коснулся лба монашки, она непроизвольно вскрикнула. Не только она, но и все в палате проснулись. Химегами отшатнулась, поклонилась и извинилась. Как будто не в силах выносить то, как все на неё смотрят, она нажала кнопку на пульте управления, и закрыла отделявшие их занавески.

Поймав кубик льда, который она сбила со своего лба, Индекс, совершенно не замечая выражения Химегами, положила его себе в рот.

— С Аисой всё в порядке, верно? Я слышала, что наш маг использовал какое-то неуклюжее исцеляющее заклинание, чтобы вылечить тебя?

— На самом деле, я уже потеряла сознание, когда они меня излечивали. Но врач с лягушачьим лицом сказал, что результаты всех тестов нормальные. Я должно быть, скоро совсем поправлюсь.

Химегами сказала это, поправляя воротник своей пижамы. Крест сиял. Её тело, под одеждой, грудь и верхняя часть живота, были обмотано бинтами, но все кровеносные сосуды, которые обеспечивали её жизнь, похоже, восстановились.

Как девушка, Аиса Химегами должна была также беспокоиться о том, что на её теле останутся шрамы. По этому поводу врач с лягушачьим лицом изобразил странную улыбку, сказав: «Хо-хо, кто я, по-твоему, такой? Пока есть что-то, что нужно пациенту, я всё обеспечу. Хо-хо-хо-хо, я люблю, чтобы пациенты на меня полагались». Если подумать, то когда некоему парню отрезало руку, никаких шрамов у него не осталось.

Химегами посмотрела на повязки под пижамой.

«Предполагалось, что это была настолько глубокая рана, что была видна кость.»

Хотя тот красноволосый священник только оказал первую помощь по «поддержанию жизни», именно магическое заклинание смогло восстановить рану, которая, как можно было подумать, была слишком глубокой. До того, было нечто, от чего она хотела отказаться в отчаянии, и теперь оно кололо сердце Химегами, как шипы.

Но…

Но было что-то более важное, чем они.

— Доктор с лягушачьим лицом сказал, что меня могут выписать или сегодня или завтра. Однако с таким телом я вероятно не смогу участвовать в соревнованиях.

— ??? Аиса, почему ты выглядишь немного одинокой?

Индекс посмотрела на неё недоверчиво.

Химегами безмолвно потрясла головой, однако от одного этого мысли в её голове не рассеялись.

Поэтому она сказала то, о чём сначала собиралась умолчать.

— Тот парень, он снова сделал что-то безрассудное?

— Хм, это верно.

Индекс сказала это чистым и весёлым голосом.

— Я не расспрашивала о подробностях, но похоже, что маги из римской католической церкви воспользовались Дайхасейсай, чтобы напасть. И в этот раз Тоума не побеспокоился о том, чтобы обсудить это со мной, перед тем, как ринуться в битву, и рассказал всё после.

Говоря это, Индекс, похоже, разозлилась, поскольку начала кусать край одеяла.

Но Химегами кажется, не замечала этого.

Или, скорее, у неё не было времени на то, чтобы принять это в расчёт.

«Поскольку маги из римской католической церкви были здесь».

В конце концов некий парень сжал свой кулак и отправился на битву по этой причине.

Это очевидная вещь. Для того, чтобы Камидзё с настоящим магом прибыли к месту ранения Химегами, похоже, им пришлось сражались до того, как она упала. Увидев, что Аиса Химегами ранена, парень впал в ярость. Это словно сделать обход на середине пути когда они собирались достичь своих «наибольших целей».

«…»

Сначала, когда она стала пленницей алхимика, она задумывалась, почему тот парень так упорно старался помочь ей? Химегами снова задумалась. Фактически, между Тоума Камидзё и Аисой Химегами не было ничего, что бы потребовало от Камидзё так стараться.

«Не имеет значения, неважно, кто этот человек, ага».

Тем, кого спас этот парень, была не Аиса Химегами.

Пока был бы человек, он спас бы его, не важно, кем был бы этот человек.

Даже если бы Аисы Химегами не было.

В его сознании она не существует.

Им была спасена другая сторона. Такое действие, особенно для Тоума Камидзё, на самом деле ничем особенным не было. Взглянуть только на эти недели, каждую неделю или две он размахивал своим кулаком, и менял жизнь другого человека.

«Я…»

Химегами продолжала сидеть на больничной койке и размышляла.

Она была не такой, как девочка перед ней, которая кусала одеяло, у которой есть сила и знания, которые другие могут счесть достойными спасения. И не то, чтобы у неё был кто-то, на которого она могла бы безопасно положиться в момент, когда этот человек рядом, человек, с которым она может взаимодействовать без ничего между ними.

«Я в самом деле…»

Химегами слегка наклонила голову, её руки слегка сжали одеяло над её коленями.

Она не могла придумать ни единой причины, чтобы ей быть вместе с тем парнем.

Когда Аиса Химегами окажется в беде, Тоума Камидзё поможет ей, несмотря ни на что. Но. если у Камидзё и Химегами нет причин быть вместе, такое действие будет бессмысленным. Другими словами, даже если он сделает всё, что угодно для Химегами, Камидзё всего лишь бессмысленно помогает другим оплатить счёт. В большинстве ситуаций тем, чем он расплачивается, являются его раны.

«На самом деле… я правда не должна была позволять ему… спасать меня.»

Такая холодная мысль появилась у неё в голове.

Как на данный момент, у самой Химегами не было никаких особых способностей или талантов, которые стоили бы того, что другие рисковали бы жизнью для её спасения. Сила в её теле приведёт только к тому, что люди будут ранены или поссорятся. Эта отталкивающая способность формирует её характер. В учёбе или спорте, или в чём угодно помимо способности, нет ничего, в чём она могла бы победить других.

Это звучит действительно глупо.

«Почему?»

Почему её должны были спасти?

«Почему меня спасли?»

Проблема ли это? Тут должна быть ошибка.

«Он уже… уже пообещал мне.»

И всё равно он не выполнил обещания. Он сказал, что навестит её до ночного шествия.

«Если так, мои ценности…»

Если такое вежливое выражение может оказать давление на того человека по имени Тоума Камидзё.

«Какой смысл моего существования здесь?»

— … Похоже… для всех я обуза.

Она сказала такие холодные слова, эхом отозвавшиеся в груди.

Напротив, девочка, кусавшая одеяло, неожиданно остановилась.

Кроме обладания силой и знанием, ради спасения которых другие могли рискнуть жизнью, у неё было тёплое сердце, в котором другие могли найти счастье, будучи рядом с ней.

Монашка сказала:

— Это не так. Тоума и Аиса выглядят счастливыми вместе.

Э?

В этот момент Аиса Химегами была не в состоянии понять значение этой фразы.

Но, эта белоснежная монашка, которую уже защищали другие, хлопнула себя по щекам, и продолжила кусать одеяло.

— Из-за того, что Тоума размахивал своим правым кулаком слишком много, в некоторых местах кожа на кулаке была содрана.

Она сердито объяснила Химегами.

— В сущности, для того, чтобы Тоума дошёл до такого, при том, что он ненавидит неудобства, должна была быть причина. В отношении правил и законов, или даже ради всего мира, Тоума не был бы настолько серьёзен. Если есть что-то, что он находит раздражающим… вроде того, чтобы убегать, когда он сражается со множеством людей, он даже не сделал гамбургер с тофу для меня, и совершенно проигнорировал то, что я его отчитала.

Но, продолжала Индекс…

— Тоума всегда будет следовать принятому им решению. Будь то стать врагом нескольких сотен монашек, или же направиться в клетку к алхимику, который контролирует несколько тысяч людей, он не отступит. Тоума уже решил защищать Химегами. Поэтому, говоря о магах римской католической церкви или хаосе в Академгороде, самое важное то, что Химегами оказалась вовлечена в такие неважные вещи, он не мог их простить.

Аиса Химегами услышала эти слова.

Она просто промолчала, услышав их.

— Поскольку Тоума уже защитил так много людей, он не может понять это отчётливо. Но его желание защитить Аису не ослабнет. Он наверняка не будет думать, что Аиса обуза. Если бы он был таким, вокруг Тоума не собралось бы так много людей. Поскольку Тоума не упомянет об этом, никто не станет об этом говорить, сковывающие цепи не будут очевидны. Но если кто-то узнает обо всех оковах, образовавшиеся цепи будут ещё дальше и значительнее.

После того, как Индекс закончила говорить, их окружила тишина.

Химегами хотела что-то сказать, но она поняла, что не может издать ни звука. Её нижняя челюсть и губы слегка дрожали.

Она подумала немного о том, что за чувство вызывает эту дрожь.

— Послушай, Фукиёсе-сан, что с тобой, что ты прошла весь путь в палату пациента и дала ему пощёчину! Если ты так энергична, может быть, тебе уже не нужно оставаться в больнице?!

— ТЫ… ЗАТКНИСЬ!!! КТО УГОДНО БУДЕТ ШОКИРОВАН И ПОТРЯСЁН, НЕОЖИДАННО УВИДЕВ ГОЛОГО ПАРНЯ!!!

— Но разве это не ты неожиданно ворвалась в мою палату, когда я переодевался?

— ТОУМА КАМИДЗЁ! ГОТОВЬСЯ! ТЫ ЧТО, ЕЩЁ СОННЫЙ? ТОГДА, ЧТОБЫ СТИМУЛИРОВАТЬ РАБОТУ ТВОЕГО МОЗГА, ТЕБЕ НУЖЕН КРАСНЫЙ ЧАЙ С ОГРОМНЫМ, ОГРОМНЫМ СОДЕРЖАНИЕМ ТАННИНА, ТУТ ЕГО МНОГО, ТАК ЧТО ПЕЙ!!!

— ГОРЯЧО!!! ГОРЯЧО!!! ТЫ… ТЫ ИДИОТКА! РАЗВЕ НУЖНО ПРЯТАТЬ СМУЩЕНИЕ, ВЛИВАЯ КОМУ-ТО В ГЛОТКУ ГОРЯЧИЙ ЧАЙ!!!

Шум перепалки донёсся из коридора.

В сопровождении звука яростных шагов, не подходящих для тихого утра в больничной палате.

— Палата Химегами должна быть здесь, но может быть, неудобно входить так неожиданно?

— Э? Химегами может быть, много не говорит, но это не значит, что она любит молчать. Просто присмотрись, её губы слегка изгибаются вверх, когда она счастлива. Я думал, что Фукиёсе-сан должна бы знать об этом, поскольку она любит незаметно заботиться о других.

— Любит заботиться о других?... О ком ты говоришь?

— Э. Я говорю о тебе. Ты не знала, где палата Химегами, и всё же ты пришла, чтобы найти меня, и ты провела 30 минут во фруктовом магазине, переживая, какие фрукты выбрать, так что ты должна быть тем, кто любит думать о своих друзьях… ГОРЯЧО?! Я СКАЗАЛ, ЧТО НЕЛЬЗЯ ВЛИВАТЬ КРАСНЫЙ ЧАС ВОТ ТАК! ЗАБУДЬ О ТОМ, НАСКОЛЬКО АКТИВЕН МОЙ МОЗГ, ПРОСТО ПОСПЕШИ И ПРИВЕДИ ХИМЕГАМИ К НАШИМ ОДНОКЛАССНИКАМ! Я тут даже инвалидное кресло позаимствовал.

— Первый матч сегодняшнего дня — исключительно выматывающий межшкольный матч мужской кавалерии. Битва группы А. Почему я не могу организовать раненых, чтобы они пришли и поболели за одноклассников?!

Индекс прекратила кусать одеяло и посмотрела в направлении, откуда доносился звук. Всё, что она видела была отгораживавшая их занавеска. Химегами тоже посмотрела в том же направлении, что и Индекс, всё ещё сжимая пульт управления, которым можно было открыть и закрыть занавеску.

— Ты… знаешь ли ты, что этот парень, почему он продолжает сражаться даже со всеми этими ранами?

— Об этом я тоже не знаю.

Индекс ответила без колебания.

— Я уже спрашивала его, и он сказал, что делает это для самого себя. Может быть, для Тоума это счастье?

Химегами нажала кнопку на пульте управления.

Занавеска открылась.

Перед Аисой Химегами был мир, которого она с нетерпением ждала.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Chapter8|Главе 8]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Afterword|Послесловию]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Afterword

2017-09-25T12:28:32Z

Palexadin:

==От автора==

Читателям, которые продолжают покупать эти книги с момента выхода первого тома: давненько не виделись.

Усердным читателям, которые прочитали девять томов в один присест: приятно познакомиться.

Я Кадзума Камачи.

Вот, наконец, и десятый том, но это всё ещё сентябрь.

Вспоминая, что действие первого тома происходило в конце июля, время в романе движется по-настоящему медленно. К тому же, для тех, кто закончил чтение этого тома, это был том, в котором время двигалось медленнее всего. Разумеется, это немного быстрее, если сравнить с раньше вышедшим девятым томом.

В этот раз магическая тема на самом деле ничем не отличается от девятого тома, это просто дальнейшая разработка темы «созвездия». Заклинания, использующие «созвездия» — это в основе своей астрология, с развитием астрономии на научной стороне, основные правила этой области знания изменились бы и привели бы к новым различиям. Как смена теории Птолемея теорией Коперника перевернула бы обычное знание о «звёздах», что означает, что изменения были бы действительно велики.

Учитывая динамику этой серии, которая вращается вокруг конфликта между магией и наукой, полагаю, я не могу игнорировать это. поэтому я втихомолку дал этому проскользнуть.

Поскольку времена изменились, то. существуют ли Уран и Плутон, значительно изменило бы правила и результаты гадания. Такая ситуация напоминает квантовую теорию.

Для Хаимура-сан, на чьей ответственности находятся иллюстрации, и Мики-сан, чья ответственность - печать, я приношу извинения за то, что всё время приношу вам хлопоты. Пожалуйста, продолжайте поддерживать меня и в будущем.

В то же время я хотел бы поблагодарить всех читателей. Я буду продолжать писать. Пожалуйста, продолжайте поддерживать меня и присылать свои отзывы.

И вот, на этом заканчивается этот том.
Я надеюсь, вы продолжите читать следующий том.

На этом позвольте мне попрощаться.

… Если подумать, уже настал октябрь, не пришло ли время для зимней одежды?

Кадзума Камачи.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Epilogue|Эпилогу]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Illustrations|Иллюстрациям том 11]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Afterword

2017-09-25T12:27:24Z

Palexadin:

==От автора==

Читателям, которые продолжают покупать эти книги с момента выхода первого тома: давненько не виделись.

Усердным читателям, которые прочитали девять томов в один присест: приятно познакомиться.

Я Кадзума Камачи.

Вот, наконец, и десятый том, но это всё ещё сентябрь.

Вспоминая, что действие первого тома происходило в конце июля, время в романе движется по-настоящему медленно. К тому же, для тех, кто закончил чтение этого тома, это был том, в котором время двигалось медленнее всего. Разумеется, это немного быстрее, если сравнить с раньше вышедшим девятым томом.

В этот раз магическая тема на самом деле ничем не отличается от девятого тома, это просто дальнейшая разработка темы «созвездия». Заклинания, использующие «созвездия» — это в основе своей астрология, с развитием астрономии на научной стороне, основные правила этой области знания изменились бы и привели бы к новым различиям. Как смена теории Птолемея теорией Коперника перевернула бы обычное знание о «звёздах», что означает, что изменения были бы действительно велики.

Учитывая динамику этой серии, которая вращается вокруг конфликта между магией и наукой, полагаю, я не могу игнорировать это. поэтому я втихомолку дал этому проскользнуть.

Поскольку времена изменились, то. существуют ли Уран и Плутон, значительно изменило бы правила и результаты гадания. Такая ситуация напоминает квантовую теорию.

Для Хаимура-сан, на чьей ответственности находятся иллюстрации, и Мики-сан, чья ответственность - печать, я приношу извинения за то, что всё время приношу вам хлопоты. Пожалуйста, продолжайте поддерживать меня и в будущем.

В то же время я хотел бы поблагодарить всех читателей. Я буду продолжать писать. Пожалуйста, продолжайте поддерживать меня и присылать свои отзывы.

И вот, на этом заканчивается этот том.
Я надеюсь, вы продолжите читать следующий том.

На этом позвольте мне попрощаться.

… Если подумать, уже настал октябрь, не пришло ли время для зимней одежды?

Кадзума Камачи.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume10_Epilogue|Эпилогу]]
| Вернуться на [[To Aru Majutsu no Index ~ Russian|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Illustrations|Иллюстрациям том 11]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Illustrations

2017-09-25T12:20:48Z

Palexadin:

<gallery>
Image:Index v11 000a.jpg|'''Передняя обложка'''
Image:Index v11 000b.jpg|'''Задняя обложка'''
Image:Index v11 001.jpg
Image:Index v11 002.jpg
Image:Index v11 003.jpg
Image:Index v11 004-005.jpg
Image:Index v11 006-007.jpg
Image:Index v11 008.jpg|'''Оглавление'''
Image:Index v11 031.jpg|'''Страница 031'''
Image:Index v11 081.jpg|'''Страница 081'''
Image:Index v11 114-115.jpg|'''Страницы 114-115'''
Image:Index v11 135.jpg|'''Страница 135'''
Image:Index v11 181.jpg|'''Страница 181'''
Image:Index v11 195.jpg|'''Страница 195'''
Image:Index v11 200.jpg|'''Страница 200'''
Image:Index v11 260.jpg|'''Страница 260'''
Image:Index v11 284.jpg|'''Страница 284'''
Image:Index v11 348.jpg|'''Страница 348'''
</gallery>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Afterword|Послесловию том 10]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперед к [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Prologue|Прологу]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Epilogue

2017-09-25T09:53:54Z

Palexadin:

==Эпилог: Возвращение в Академгород — L'inizio_Nuovo…….(Новое начало)==

===Часть 1===

Будьте уверены, Итальянский госпиталь расслабляет.

«Много кто путешествует за границу, но мало кому удаётся побывать в госпитале, после несчастного случая, да?», — думал Камидзё. Прямо сейчас, он лежал на носилках, его куда-то везли, вокруг было темно, и лёгкий скрип доносился до его ушей. Доктор и медсестра что-то ему говорили, но он не мог понять ни слова. Его правое плечо и левая рука были перевязаны, а на его лице был пластырь «Я в порядке» … возможно из-за дезинфицирующего средства, его глаза щипало.

— Я только и думаю об этом дезинфицирующем средстве. Чёрт, почему другие могут плыть на лодках Амакуса, что сохраняет их кожу такой мягкой и чистой, а я…

— Адриатическое море не очень-то и холодное да?

— ТЫ ЧЕГО ТАКАЯ СЧАСТЛИВАЯ ИНДЕКС? МЫ ОБА ПОШЛИ НА ДНО ВМЕСТЕ С КОРАБЛЁМ, ПОСРЕДИ АДРИАТИЧЕСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ!! ЭЙ, ТЫ ЧТО РАДУЕШЬСЯ, ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО НА ЭТОТ РАЗ Я НЕ ОСТАВИЛ ТЕБЯ ОДНУ, ДА…

— !!

Не успел Камидзё закончить фразу, как Индекс неожиданно споткнулась и растянулась по среди коридора.

— И вовсе я не рада…

— Я понял, ты ведь в порядке да!? Нет ну правда, ты заставляешь врачей волноваться из-за такой мелочи, Индекс. Ты хочешь доставить медсестре ещё больше проблем? АААААААААААААХХХ!!!

Как только Камидзё попытался привлечь внимание белокурой медсестры, Индекс набросилась на него.

— Тома всегда остаётся Томой, даже на носилках, да!?

— Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ О ЧЁМ ТЫ!!

Монахиню, запрыгнувшую на каталку Камидзё и учинившую над ним акт насилия, оттянули в сторону. Скорее всего медсестра онэ-чан, не понимала о чём они говорили, поэтому склонила голову на бок, всем своим видом давая понять, что не в теме.

— Да, что? То… Тома, доктор говорит, что тебе звонят.

Услышав Индекс, Камидзё посмотрел на доктора, и слегка удивился увидев в его руке мобильник. «А разве можно пользоваться телефонами в госпитале?», — подумал он. Но поразмыслив, решил, что даже в госпитале должны быть телефоны.

Как бы там ни было, он взял трубку.

Похоже связь уже была установлена, поскольку поднеся телефон к уху, Камидзё услышал знакомы голос.

— Тебе даже во время отдыха заграницей нужно обязательно загреметь в больницу, да?

Это был доктор с лягушачьим лицом.

Этот доктор постоянно заботился о Камидзё в Академгороде. Тома, часто получающий травмы и как следствие попадающий в больницу, знал, что этот врач с лягушачьим лицом был просто мастером своего дела.

— Эх, что это вы так неожиданно? Ха, только не говорите мне, что вы можете поставить диагноз пациенту даже по телефону?

— Если бы мог, больнице пришлось бы открыть услугу «лечение через мобильный телефон». Однако, я не могу, а поэтому тебе остаётся только одно. Ты немедленно возвращаешься в Академгород.

……………………………………………………….ЧТА?

— Я не шучу. Даже если бы эта больница, была союзником Академгорода, я бы не позволил им проверять или ещё чего доброго настраивать тело эспера.

— Это… правильно. НЕТ, ТО ЕСТЬ… Я ХОЧУ СКАЗАТЬ! Я НЕ МОГУ ЛЕТЕТЬ В ТАКОМ СОСТОЯНИЕ, НА ПЕРЕЛЁТ УЙДЁТ ОКОЛО ДЕСЯТИ ЧАСОВ!? А Я ВЕСЬ ПОКРЫТ РАНАМИ, ВЫ ВЕДЬ ПОНИМАЕТЕ?!

— Ох, не волнуйся об этом. В аэропорту Марко Поло тебя ждёт сверх звуковой самолёт. Он может разгонятся до семи тысяч километров в час, так что ты будешь в Японии уже через час.

— СВЕРХЗВУКОВОЙ САМОЛЁТ!? ТА САМАЯ ГОЛУБАЯ МЕЧТА, СОЗДАННАЯ НА ИССЛЕДОВАНИЯХ NORTH AMERICAN X-15<ref>https://ru.wikipedia.org/wiki/North_American_X-15</ref>? А РАЗВЕ МНЕ МОЖНО ЛЕТАТЬ НА ТАКОМ САМОЛЁТЕ, КОТОРЫЙ БЫСТРЕЕ ВЫПУЩЕННОЙ ПУЛИ, БЕЗ ДОЛЖНОЙ ТРЕНИРОВКИ?!

— Не бери в голову. Я уже летал на нём. Чувство такое словно ты в невесомости.

— И ЭТОЙ ШТУКЕ НУЖЕН ВСЕГО ЧАС!? ДУМАЮ, СОДЕРЖИМОЕ МОЕГО ЖЕЛУДКА НЕ ДОЛГО ТАМ ЗАДЕРЖИТСЯ!!

— Не бери в голову. Я уже летал на нём. Пройдёт десять минут, и ты даже думать об этом не будешь.

«А ведь только что сказал, не бери в голову!!», — Камидзё схватился за голову и сжал её со всей силы.

— ПОГОДИ-КА!! Я… Я В ИТАЛИИ БЫЛ ВСЕГО ОДИН ДЕНЬ! И УЖЕ ДВАЖДЫ НАХЛЕБАЛСЯ ВОДЫ ИЗ АДРИАТИЧЕСКОГО МОРЯ… НЕТ, СЧИТАЯ ПОБЕГ, ТРИЖДЫ. И ДАЖЕ НЕ РАЗУ НЕ БЫЛ В ВЕНЕЦИИ!!

— Ох боже, неужели ты не доволен полученным опытом? Так или иначе, я могу тебе сказать лишь одно… хоть это и нечестно, но просто сдавайся уже и возвращайся в Академгород.

«ТВОЙ ГОЛОС ХОЛОДЕН И НЕ ОБОСНОВАН!!», — Камидзё снова обнял голову руками.

А голос как не в чём не бывало продолжил:

— О точно, та милая девушка, которая навещала кое кого в больнице, узнала, что я буду звонить тебе и просила, чтобы я передал тебе важное послание.

— КАКОЕ?

Камидзё думал, какая милая девушка? Сейчас в больнице лежали Ширай Куроко и Химегами Аиса. К Химегами приходит Фукиёсе Сейри и Комое-сенсей. А к Ширай Мисака Микото…

— Погоди-ка. Мисака Микото?

— Угу

Доктор с лягушачьем лицом, небрежно кивнул головой и угукнул в трубку.

— Верно. Она сказала вроде бы «Как вернёшься, приготовься к наказанию за проигрыш вовремя Дайхасейсая»?

— ААААААААААААА!? Я СОВСЕМ ПОЗАБЫЛ ПРО НЕЁ!! АААААРРРРРРРРГГГГГХХХ!!

Врач и медсёстры силой прижали Камидзё к каталке, решив, что у него начался нервный припадок.

Камидзё Тома и Мисака Микото поспорили вовремя Дайхасейсая, и Камидзё проиграл, и теперь должен был выполнить условие, слушаться Микото целый день. Если она узнает, что он забыл об этом и отправился в путешествие по Италии…

— МЕНЯ ЖЕ ЖДЁТ АД!! Я НЕ ХОЧУ НАЗАД!! АРГХ… ПОСТОЙТЕ! НЕ НАДО МЕНЯ СВЯЗЫВАТЬ!!

Носилки укатывали вдаль.

Человек на другом конце телефона, на вздор Камидзё лишь ответил:

— Вот и хорошо, тогда… что я забыл? Точно, добро пожаловать домой Камидзё Тома.

===Часть 2===

Была полночь, время, когда один день сменяется другим.

Общежитие Англиканской церкви находилось в тёмной улочке Ламбета. Люди, живущие здесь были не бедными, а просто желали не привлекать внимание обычных граждан, чем-нибудь необычным. Если окружение сплошь из профессионалов, даже во время битвы можно минимизировать потери.

— Ясно. Не просто тебе пришлось.

Разговор вела Каори Канзаки, комната которой была в самом центре общежития. Азиатское лицо, чёрные волосы до талии, связанные в конский хвостик, на теле была футболка с короткими рукавами, задранная вверх и завязанная в узел, обнажая её пупок, и джинсы одна штанина которых была отрезана, обнажая ногу. Двух метровый Шичитен Шичито, который обычно висел у неё на поясе, теперь стоял в углу опираясь на стену.

Она говорила не с кем-то в комнате, а по телефону.

Это был старомодный дисковый телефон, украшенный красным орнаментом, трубка которого соединялась золотым шнуром, в целом довольно милый антикварный аппарат. По другую сторону трубки был её коллега Тсучимикадо Мотохару.

— Ня, слушай, если тебе нужны подробности спроси у Амакуса. Как по мне, я подвергаю себя опасности, когда собираю для тебя информацию. И ты должна не забывать об этом.

— Я… я больше не член Амакуса. Будет высокомерно с моей стороны, сближаться с ними и расспрашивать об этом.

Говоря Канзаки накручивала на большой палец телефонный провод.

Помолчав она продолжила:

— А разве ты не собирался в регион Венето для сбора информации? Или это совпадение? Амакуса отправили в Кьоджа, чтобы помочь с переездом, а Индекс и мальчишка неожиданно поехали отдыхать тоже в Италию… Согласно докладу, Римские католики ошибочно подумали, что Орсола Аквинская направлена остановить «Королеву Адриатического моря», но ошиблись ли они? Я думаю они были правы.

Говоря Кандзаки босыми ногами стучала по полу.

Хотя дизайн этой комнаты был западным, Канзаки запрещала носить тапочки внутри своей комнаты. Это был своего рода компромисс между иностранной культурой и своей.

— Хмм, по поводу этого, я не могу тебе рассказать, на то есть много приииииииичииииииин…

— Чт.. Что?

Тсучимикадо специально растянул последнее слово, чтобы заставить Канзаки ещё сильнее насторожиться.

Её мысль была верной.

— О… Нэээ.. чииин, на этот раз ты доставила Ками-яну столько хлопот, ня…

— Эээээ!?

Тем не менее, эта фраза пробила брешь в защите Каори Канзаки.

— Что теперь будешь делать? Онэээ-чин, тебе не расплатиться, даже если ты целы день будешь его личной горничной! О, точно, как насчёт этого? Я одолжу тебе свой костюм горничной ангела, с ангельским нимбом и милыми беленькими крылышками! Это настоящий костюм горничной, используй его и завоюй победу, онээ-чин! ВООО…ОООХОООХОО!!! Что за ангел? Это миленький падший ангел, даже не знаю, как Ками-ян отреагирует!

— Как… как далеко ты собрался зайти!? … и откуда у тебя вообще подобная вещь!?

— Ох, всё не так. По правде, я купил его для Майки. Но сестра сказала «горничная это тебе не косплей», и даже отвесила мне оплеуху… нет, ну правда, разве для девушки, подобный костюм, не настоящий военный наряд, няяя?

— … Разве твоя сестра достигла половой зрелости? Я бы на твоём месте начала волноваться.

Будучи не сильно продвинутой в подобной теме, Канзаки неожиданно кое-что поняла.

Ни это главное.

— Придержи коней. А разве это не Англиканская церковь и высшие чины Академгорода, постоянно изгаляются, чтобы втянуть Камидзё Тому в свои дела? Так какое я имею к этому отношение?

— Э? Значит нээ-чин, ты даже спасибо не скажешь Ками-яну!?

— Уууу!?

— Ах-ах, Камидзё удалось с таким трудом спасти жизни членов Амакуса от «Флота Королевы», а ты ни только спасибо ему не скажешь, но заявляешь, что никакого отношения к этому не имеешь. Ты и вправду пала, Каори Канзаки. Ками-ян будет разочарован если узнает об этом. Но он парень чертовский мягкий, так что думаю не рассердится.

— Я… я думаю… в твоих словах есть смысл, но что же мне делать!? Ведь теперь, я должна ему ещё больше чем раньше!!!

— Вот почему ты должна со всей душой действовать как падший ангел!! Разве ты не одна из двадцати святых, ты должна быть готова к подобному, нээ-чин!! … Эй? Онээ-чин, ты слушаешь? Стой, я ещё не закончил…!!

Она со всей силы хлопнула трубкой.

Канзаки бездумно смотрела на телефон какое-то время, её лицо позеленело.

— … Пад… горничная падший ангел…?

Каори посмотрела на свои трясущиеся руки, а затем перевела взгляд на стоящий рядом с телефоном большой аквариум с тропическими рыбками. Бывшая Жрица выглядела совершенно растерянной.

Она наклонилась к аквариум, на что рыбки подплыли к ней и уставились на неё взглядом «Что, неужели ты нас покормишь?». Затем взяла в обе руки небольшую раскрашенную тарелку, стоявшую рядом с аквариумом, и придержала её над головой.

— Это… это так будет выглядеть нимб? Но… но падший ангел… должен разговаривать и вести себя… как демон. В такой ситуации, я должна быть женщиной. И если будет другой… мужчина… наверно я должна вести себя как маленькая дьяволица…

Если бы её слова слышал Архангел, наделённый силой Господа, который ненадолго появился в этом мире как Миша Кройцева, он бы тут же на неё напал. Но учитывая какой в голове у Канзаки сейчас был беспорядок, она даже не подумала об этом.

[[Image:Index_v11_348.jpg|thumb]]

Одна из двадцати Святых мгновенно превратилась в тихоню, мило склонила головку в сторону:

— Вот… Вот и я — Тома.

Неожиданно прозвенел дверной звонок.

— …???

Испуганная Канзаки панически отняла тарелку от головы и положила её на стол. Маленькие тропические рыбки увидев её испуг тут же попрятались на дне аквариума. Каори быстро обернулась, подтвердив, что в комнате никого, она положив руку на грудь облегчённо вздохнула, и посмотрела на дверь.

Помимо разных комнат, наполнявших общежитие, был главный вход с звонком для посетителей. Что бы значил этот звонок? Может доставку кто-то заказал.

Канзали схватила меч, стоящий в углу, выйдя из комнаты надела сапоги и пройдя вдоль длинного деревянного коридора, оказалась у главного входа.

Хотя в общежитии была управляющая, она частенько спала. Канзаки подошла к двери, это была комната управляющей, женщина за дверью уже спала. Увидев, что телевизор ещё работает, она поняла, что женщина смотрела его пока не заснула. Телевизоры созданы, чтобы не дать человеку уснуть, но это не работает, если по нему не показывают твоё любимое шоу.

Канзаки ничего не оставалось, кроме как самой открыть дверь.

У входа стояла Орсола Аквинская.

— Я… Я вернулась.

— Ох, с возвращением Орсола.

Приветствуя своего соседа Канзаки выглядела слегка удивлённой.

Люди, живущие тут, обычно не пользовались звонком, но Орсола с сумками в обеих руках, не могла воспользоваться своим ключом. По мимо двух дорожных сумок, на ней был походный рюкзак, и ещё несколько спортивных сумок по меньше, были обвязаны вокруг неё как кимоно. Это огромное количество переполненного багажа, придавали ей вид туриста, собравшегося в поход.

— Орсола, неужели нельзя было отправить багаж заранее?

— Эх, хе-хе. На обратном пути я случайно прихватила с собой чуть больше багажа чем планировала.

— ???

Перед удивлённой Канзаки, улыбающаяся Орсола сделала шаг в сторону, словно бы пропуская кого-то вперёд.

«Э?», — Брови Канзаки изогнулись в ещё большем удивлении.

Маленькая монахиня, стоявшая за Орсолой, держалась за её монашеское одеяние, словно бы пытаясь спрятаться от чужих глаз.

Её звали Аньезе Санктис.

— Скоро здесь будет куда больше людей. И шуму в общежитии, тоже прибавиться.

Орсола стоявшая перед Канзаки, которая ничего не понимала, произвела эти слова, больше напоминавшие бомбу.

===Часть 3===

Ватикан, Собор Святого Петра.

Внутри самой большой церкви мира, в Ватикане столице Римско-католической церкви, густую тишину разрывали грубые и хаотичные шаги.

— Тч, в конце концов, этот идиот Бьяджо провалился. Даже ядро «Королевы Адриатического моря» уничтожено, и эту потерю не восполнить… серьёзно, этот «Розарий в назначенный час», кто по-вашему создал его, кто усовершенствовал, чтобы наконец воспользоваться «Королевой», кого он должен был за это благодарить, а? Я не прощу ему этого. А что ещё более непростительно, так это то, что он просто взял и исчез! Кто прячет его? На кого мне оказывать давление!!

По собору, в полной темноте шли двое, мужчина и женщина.

Лунный свет просачивающийся через окна, был так слаб, что даже очертания их фигур трудно было разобрать.

Один из них слегка сутулился, как пожилой человек.

Другая была юной девушкой, с весьма изысканной фигурой.

— …Даже для тебя, это слишком бурная реакция. Несмотря на то, что мы ожидали вмешательство Англикан, помехи были на каждом шагу, а даже если бы их и не было… будем честны, даже если бы никто не вмешался, этот Бузони Бьяджо всё равно бы провалился. Это была большая ошибка надеется, что такой человек справиться с этой работой.

— С кем по-твоему ты разговариваешь? То, что я говорю, должно быть исполнено. Моё слово закон для этого мира. Как глупо, неужели ты до сих пор этого не понял?

— А ты знаешь на кого рот раскрываешь?

В одно мгновенье старик словно бы стал выше и от него распространилось гнетущее давление.

Судя по атмосфере, старик явно доминировал. Это была ситуация, в которой один человек должен был править всеми, не опускать головы не перед кем, и всегда уметь силой склонить голову кому-либо, даже если это тому не по вкусу. Человек почувствовавший это ощущал, словно его схватила невидимая рука и силой опустила его голову в землю. Вот какое это было давление.

Однако, фигура женщины была неизменной.

— Папа Римский, и что?

Женская фигура обронила это небрежным тоном.

Такой легкомысленный тон в одно мгновенье разрушил атмосферу превосходства старика.

— …

Старик, которого назвали Папа Римский, не проронил ни слова.

Но женщину это не волновало.

— Не смотри на меня так. Ты должен знать под кем ходит Римско-католическая церковь. Даже если ты исчезнешь, твоё место займёт другой Папа. А если исчезну я, никто не сможет меня заменить. Не уж то сомневаешься? Хочешь проверить?

— Нонсенс.

Старик равнодушно прервал женщину.

— Единственный человек, получивший лично от Христа завет заботится о Христианстве это Святой Пётр. После этого Папы были очень деятельны, но основная их обязанность всегда была в управление населением. Меня избрали люди, а не Господь. И я помню об этом, не стоит мне напоминать. И это очевидно больно, так что позволь повторить. Я очень зол.

— Но разве тебе не хочется этого? Быть избранным не миллиардом голосов, а одним единственным, принадлежащим Господу Богу. И возрождая Римско-католическую церковь, полагаться не на миллиарды людей, а на учение господа и самому решать по какому пути пойдёт Христианство, как-то, было в далёком прошлом.

— … Я же сказал тебе, не повторяй это снова.

— Прости-прости. Но в моих глаза, тебе никогда не достичь этого. Ты по-прежнему квалифицирован, именно поэтому тебе не добиться такой цели. Кстати раз уж ты вспомнил, Папу Римского избирают. Быть избранным, можно считать честью. Но тебе этого мало. А причина проста, в то время как Сын Божий и его ученики проповедовали, Христианство было маленькой сектой, одной из многих. И несмотря на то, что они были маленькой сектой, в их власти было завоевать сердца многих. И поэтому, ты чувствуешь, что поддержка большинства не имеет Святой ценности. Ты веришь в тоже во что верю я, нужно иметь власть, не опирающуюся на голоса людей, незыблемую власть, но всё что у тебя есть, это голоса миллиардов… наверно гадко? Или может, беспокоиться об этом всего лишь роскошь?

— !!!

Старик тут же устремил на неё свой взгляд.

— ПАМ!!

Странный звук разорвал воздух.

Во время этой непонятной ситуации, женская фигура даже не шевельнулась. Однако напряжение и различия между этими двумя уже вылились в непонятную оборонительную и наступательную позиции.

— Не слабое желание убивать.

Женщина рассмеялась.

— Но если ты ещё хоть раз на меня так посмотришь, умрёшь, надеюсь понятно?

После чего она открыла рот и высунула язык.

Послышался звон метала.

Её язык был пробит железным кольцом, к кольцу крепилась тонкая цепочка, своего рода ожерелье. Цепочка свисала до самой талии, а на её конце висел маленький крестик.

— …

Старик и женщина держались на расстоянии друг от друга.

Несчастно, и с маленькой толикой зависти, старик пробормотал:

— «Трон справа от Бога» титул Папы для вас ничего не значит?

— Зная к какой группе я принадлежу, ты по-прежнему бахвалишься своим положением? Надеюсь ты удовлетворил свою гордыню?

Женщина похоже была чем-то атакована, но виду она не подала.

Она рассмеялась и сказала:

— Вот прочти и подпиши.

— Ты приказываешь мне? ... Стой, этот документ…

— Ты бы сам подготовил этот документ, года через два или три. Я лишь экономлю время. Хотя это и напрягает, но твоя подпись имеет власть. Поторопись, и покончи со всем до рассвета. Лишь твоё имя на этом документе, положит всему конец.

— Но…

Старик был нерешителен:

— … Я не согласен с этим. Я бы согласился, если бы у него была глубокая связь с магией, но этот человек даже не знает о существовании Бога. Хотя грешно быть язычником, но если он такой не по своей воли, можно спасти его. Поэтому, относительно этого документа, если вы собираетесь действовать так, я могу сказать вам лишь одно, я не согласен…

— Я не приму отказа.

Сказала женщина о себе.

— Бездействие, действие, командная работа, одиночная работа, прошлое, будущие, завершение, предложение, что там дальше? Мне всё равно что это, лишь одного я не терплю, отказа. Я сказала да будет так, значит так и будет. И плевать кто вмешается Святой Пётр или сам Сын Господень, моё слово нерушимо. А это значит, что ты подпишешь мой документ, тебе ясно?

Старик с документом в руках, легонько кивнул.

Видно было что ему это не нравиться.

— Очень хорошо.

Сказав это, женская фигура исчезла в темноте.

Она и правду исчезла, или заставила всех поверить, что она исчезла? Старик не мог сказать с точностью. Даже если он не мог проанализировать, что использовала женщина, его это не волновало. Не что не имело значение, ведь эта женщина была впереди него, даже если он не мог понять выше его она, или нет.

Он отвернулся и уставился в документ.

Внутри святого Собора, лишь тусклый лунный свет пробивался через окна. Глаза старика смотрели на слова, написанные на бумаге, но слова эти были не видны в темноте.

«… Она слишком нетерпелива. Может это её давняя привычка?»

Несмотря на то, что эти мысли посещали его, женщина уже всё решила, и он мог только оставить всё как есть. Как она и сказала, отказов она не принимала.

Расстроенный старик вернулся в свою комнату.

Ручки здесь не было.

Документ гласил:

«Toma Kamijo.
Potrebbe investigare urgentemente? Quando lui и pericolso, lo uccida di sicuro.»

Это означало «Камидзё Тома. Как можно скорее расследуйте всё о нём. Если будет доказано, что он враг Всевышнего, устраните его.»

Даже если Римско-католической церкви нужно было устранить человека или вообще, отправить на это задание «Трон с права от Бога», они должны было подготовить необходимый документ.

И приказ будет выполнен в течении пяти дней.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter5|Главе 5]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс |Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume11_Afterword|Послесловие]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index - Некий Магический Индекс

2017-09-22T14:39:10Z

Palexadin: /* Некий Магический Индекс 11 */

[[Image:Index and Touma.png|320px|thumb|Главные герои произведения.]]
Проект перевода серии новелл To Aru Majutsu no Index (яп. とある魔術の禁書目録 (インデックス) То Ару Мадзюцу но Индэккусу) на русский язык.
----

Камидзё Тома является учеником старшей школы. У него нет экстрасенсорных способностей, и он не верит в магию. Однако, его правая рука может нейтрализовать любые сверхъестественные силы, вне зависимости от того, были ли они добром или злом или даже божественными чудесами, описываемыми в мифах. Однажды, проснувшись утром, Камидзё обнаруживает висящую на перилах балкона девушку в одежде, напоминающей одеяние монахини. Девушка рассказала, что зовут её Индекс, и что в её памяти хранится 103 тысячи запрещённых церковью магических книг. А также, что за ней и её памятью охотятся маги. Камидзё поначалу ей не поверил, однако, как вскоре выяснилось, сказанное было не так уж далеко от истины…
----

'''<big>Второй цикл новеллы и ответвления сюжета можно найти [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:NT|здесь]] </big>'''

Серия так же переводится на следующие языки:

*[[To Aru Majutsu no Index|Английский]]
*[[Toaru Majutsu no Index (Indonesia)|Индонезийский]]
*[[To Aru Majutsu no Index ~ Español (Spanish)|Испанский]]
*[[To Aru Majutsu no Index ~ Deutsch (German)|Немецкий]]
*[[To Aru Majutsu no Index ~ Italiano (Italian)|Итальянский]]
*[[To Aru Majutsu no Index Polski|Польский]]
*[[Toaru Majutsu no Index - Français|Французский]]

----

==Некий Магический Индекс, автор оригинала Казума Камачи==

=== Сезон Первый ===

'''Здесь представлены книги, вошедшие в первый сезон аниме-адаптации:'''
----

[[Image:Toaru Volume1 cover hq.png||x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1|Некий Магический Индекс 1]] ====
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Illustrations|Иллюстрации]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Prologue|Пролог: История о парне-убийце иллюзий — The_Imagine-Breaker.]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Chapter1|Глава 1: Маги прибывают в город — FAIR,_Occasionally_GIRL.]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Chapter2|Глава 2: Волшебники приносят конец — The_7th-Egde.]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Chapter3|Глава 3: Магические труды тихонько улыбаются — “Forget_me_not.”]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Chapter4|Глава 4: Экзорцист выбирает конец — (N)Ever_Say_Good_bye.]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Epilogue|Эпилог: Развязака для девочки с каталогом запретных свитков — Index_Librorum_Prohibitorum.]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_Afterword|От автора]]
::*[[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume1_about_translation|От переводчиков.]]

----

[[Image:Toaru Volume2 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2|Некий Магический Индекс 2]] ====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Prologue|Пролог: Обычные дни — The Beginning of The End.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Chapter1|Глава 1: Стеклянная крепость — The Tower of BABEL.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Chapter2|Глава 2: Охотник на ведьм приходит с пламенем — By The Holy Rood...]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Chapter3|Глава 3: Хозяин уничтожил мир подобно богу — DEUS EX MACHINA...]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Chapter4|Глава 4: Смертоносная семерка — Deadly Sins.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Epilogue|Эпилог: Темная кровь разложения — Devil or God.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume2 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume3 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3|Некий Магический Индекс 3]] ====
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Illustrations|Иллюстрации]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Prologue|Пролог: Радиопомехи — Level2]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Chapter1|Глава 1: Разрушитель иллюзий — Level0(and More)]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Chapter2|Глава 2: Радиопомехи — Level2(Product Model)]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Chapter3|Глава 3: Рэйлган — Level5]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Chapter4|Глава 4: Акселератор — Level5(Extend)]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Epilogue|Эпилог: Единственный — ID NoT Found]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume3 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume4 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4|Некий Магический Индекс 4]] ====
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Prologue|Пролог: Параллельный мир в реальности]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Chapter1|Глава 1: Подозрительные чары магического мира]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Chapter2|Глава 2: Детективы этой мировой войны]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Chapter3|Глава 3: Схождение ангела, вредящего этому миру ]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Chapter4|Глава 4: Последний маг этого мира]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Epilogue|Эпилог: Грешники повседневного мира потерявшие доверие]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume4 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume5 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5|Некий Магический Индекс 5]] ====
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Prologue|Пролог: Ночь открытия — Good Bye Yesterday.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Chapter1|Глава 1: Некая научная дорога в один конец — Last Order.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Chapter2|Глава 2: Некая госпожа Рэйлган — Doubt Lovers.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Chapter3|Глава 3: Некий последний сигнал Мисаки — Tender or Sugary.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Chapter4|Глава 4: Некий беззаботный запрещенный каталог — Arrow Made of AZUSA.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Epilogue|Эпилог: Ночь конца — Welcome to Tomorrow.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume5 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume6 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6|Некий Магический Индекс 6]] ====
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Prologue|Пролог: Видимая сторона событий]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Chapter1|Глава 1: Церемония открытия — Baby Queen.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Chapter2|Глава 2: После школы — Break Time.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Chapter3|Глава 3: Закрытие — Battle Cry.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Chapter4|Глава 4: Стоп знак — Beast Body,Human Heart.]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Epilogue|Эпилог: Закулисная сторона событий]]
::*[[ToAru Majutsu no Index ~ Russian:Volume6 Afterword|Послесловие]]

----

=== Сезон Второй ===

'''Здесь представлены книги, вошедшие во второй сезон аниме-адаптации:'''
----

[[Image:Toaru Volume7 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7|Некий Магический Индекс 7]] ====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Prologue|Пролог: Начало боя — The Page is Opened.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Chapter1|Глава 1: Академгород — Science Worship.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Chapter2|Глава 2: Римская православная церковь — The Roman Catholic Church.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Chapter3|Глава 3: Британская пуританская церковь — Anglican Church.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Chapter4|Глава 4: Церковь особого направления веры Амакуса — AMAKUSA Style Remix of Church.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Epilogue|Эпилог: Конец боя — The Page is Shut.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume7 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume8 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8|Некий Магический Индекс 8]] ====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Prologue|Пролог: Один из пяти пальцев — A TOKIWA-DAI's World..]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Chapter1|Глава 1: После женской школы — After School of Angels.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Chapter2|Глава 2: Столкновение девушек — Space and Point.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Chapter3|Глава 3: Сокрытие ценнейших остатков — “Remnant”]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Chapter4|Глава 4: Приговорщик — Break or Crash?]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Epilogue|Эпилог: Каждый божий день — One Place,One Scene.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume8 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume9 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

==== [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9|Некий Магический Индекс 9]] ====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Prologue|Пролог: Стадия подготовки вид от третьего лица — Parent's View Point.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter1|Глава 1: Под палящим солнцем будет сигнал — Commence Hostilities.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter2|Глава 2: Стадион магов и эсперов — "Stab Sword."]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter3|Глава 3: Тактика преследователей и преследуемых — Worst Counter.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Chapter4|Глава 4: Битва завершилась победой или нет? — Being Unsettled.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume9 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume10 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10|Некий Магический Индекс 10]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter5|Глава 5: Пауза в напряженной обстановке — Resumption of Hostilities.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter6|Глава 6: Окончательное возобновление погони — Accidental Firing.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter7|Глава 7: Враг которого обязан победить, человек которого обязан защитить — Parabolic Antenna.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Chapter8|Глава 8: Причина сжать правый кулак — Light of a Night Sky.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Epilogue|Эпилог: Люди ожидающие развязки — Those Who Hold Out a Hand.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume11 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11|Некий Магический Индекс 11]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Prologue|Пролог: Путешествие в северную Италию — Un_Viaggio_in_Italia.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter1|Глава 1: Улицы Кьоджа — Il_Vento_di_Chioggia.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter2|Глава 2: Подготовка к путешествию в Лондон — Un_Frammento_di_un_Piano.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter3|Глава 3: На борту судна "Водная Столица" — Il_Mare_e_la_Sconfitta.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter4|Глава 4: Взрывоопасные лодки и битва артиллерии — Lotte_di_Liberazione.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter5|Глава 5: Королева Адриатического моря — La_Regina_del_Mare_Adriático.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Epilogue|Эпилог: Возвращение в Академгород — L'inizio_Nuovo…….]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume12 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12|Некий Магический Индекс 12]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Prologue|Пролог: Куроко Ширай, подушка и кровать — Suffering of a Negligee.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Chapter1|Глава 1: Веселые утренние занятия — Winter Clothes.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Chapter2|Глава 2: Каково же наказание? — Pair Contract.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Chapter3|Глава 3: Мисака и её младшие сестры — Sister and Sisters.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Chapter4|Глава 4: Осторожная смена партнеров — Boy Meets Girl(x2).]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Chapter5|Глава 5: Солнце незаметно ушло — Hard Way,Hard Luck.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume13 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13|Некий Магический Индекс 13]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Chapter6|Глава 6: Улицы заливаемые равнодушным дождем — Battle Preparation.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Chapter7|Глава 7: Капли дождя окрасятся цветом крови — Revival of Destruction.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Chapter8|Глава 8: Трон справа от Бога и иллюзорный школьный район — Fuse=KAZAKIRI.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Chapter9|Глава 9: Различие препятствий вставших на их пути — Two Kinds of Enemies.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Chapter10|Глава 10: Подходящие для них поля боя — The Way of Light and Darkness.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Epilogue|Эпилог: Путь что победителям и проигравшим придется пройти — The Branch Road.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume13 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru VolumeSS cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1|Некий Магический Индекс SS]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Illustrations|Иллюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Prologue|Пролог: Затишье перед началом войны — Breakfast.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Chapter1|Глава 1: Кастрюля с мясом и аппетит для великих тактиков — A Required Thing.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Chapter2|Глава 2: Унылый мрачный переулок — Skill Out.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Chapter3|Глава 3: Женское общежитие Англиканской церкви — Russian Roulette.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Chapter4|Глава 4: Обстоятельства пьяной матери — The Two Leading Roles.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Epilogue|Эпилог: Единая воля и маленький ключ — The Present Target.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume1 Afterword|Послесловие]]

----

=== Прелюдия к войне ===

'''Здесь представлены книги, вошедшие в цикл прелюдии к войне:'''
----

[[Image:Toaru Volume14 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14|Некий Магический Индекс 14]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Prologue|Пролог: Слишком уж мрачная церковь — Bread and Wine.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Chapter1|Глава 1: Слишком быстрая скорость изменения — In a Long Distance Country.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Chapter2|Глава 2: Спусковой механизм решающего удара — Muzzle of a Gun.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Chapter3|Глава 3: Что-то далекое от магов — Power Instigation.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Chapter4|Глава 4: Скопление стали закрывшее небо — Cruel Troopers.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Epilogue|Эпилог: Ответ ведущий к следующей загадке — Question.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume14 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume15 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15|Некий Магический Индекс 15]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Prologue|Пролог: Лучшая Свинцовая Пуля для Тебя, Мой Дорогой. — Management]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Chapter1|Глава 1: Бесшумное Оружие, Бьющее Без Промаха. — Compass.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Chapter2|Глава 2: Люди, Которые Медленно Пришли в Движение. — Hikoboshi II.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Chapter3|Глава 3: В Мире Запечатанных Способностей. — Reformatory.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Chapter4|Глава 4: Тончайшая Грань Меж Самоиронией и Гордостью. — Enemy Level5.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Chapter5|Глава 5: Победить Человека Сильнейшими Чёрными Крыльями. — Dark Matter.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Epilogue|Эпилог: Награда для Тех, Кто Выжил. — Nano Size Data.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume15 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume16 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16|Некий Магический Индекс 16]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Prologue|Пролог. Положение Лидера. — Stage_in_Roma]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Chapter1|Глава 1. Путь от Мира к Разрухе. — Battle_of_Collapse]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Chapter2|Глава 2. Люди, Кто Поднялись После Поражения. — Flere210]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Chapter3|Глава 3. Схватка Насмерть, Меж Совершенно Разными Монстрами. — Saint_VS_Saint]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Chapter4|Глава 4. Кто Кем Защищен? — Leader_is_All_Members]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Epilogue|Эпилог. Проводник к еще большей неразберихе. — True_Target_is...]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume16 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru VolumeSS2 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2|Некий Магический Индекс SS2]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter1|Глава 1: Те кто искали много денег и битв — Третья пятница января.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter2|Глава 2: Воин и танцор из скандинавской мифологии — Первая пятница февраля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter3|Глава 3: Желание отца, создавшее точку соприкосновения и взаимовлияния — Четвертая пятница февраля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter4|Глава 4: Настоящая сила седьмого из семи — Третья пятница марта.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter5|Глава 5: Чего не хватает миру? — Первая пятница апреля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter6|Глава 6: Суть разговора в салоне красоты — Четвертая пятница апреля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter7|Глава 7: Кто-то за кулисами не подготовился и должен замести следы — Вторая пятница мая.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter8|Глава 8: Куноичи это та, кто появляется неожиданно. — Четвертая пятница мая.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter9|Глава 9: Отношения из реального мира не нужны в виртуальном мире — Вторая пятница июня.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter10|Глава 10: Ты примешь приглашение на ночь или откажешься от него? — Первая пятница июля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter11|Глава 11: Исключения есть везде — Вторая пятница июля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter12|Глава 12: Спор между снайпером и гранатометчиком — Четвертая пятница июля.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter13|Глава 13: Точность предсказания их общей удачи — Четвертая пятница августа.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter14|Глава 14: Танец Привратника и нарушителя — Третья пятница сентября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter15|Глава 15: Искусство разделено между гениями и эксцентриками — Четвертая пятница сентября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter16|Глава 16: Причина, по которой они не выглядят как матери — Пятая пятница сентября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter17|Глава 17: Фильмы категории В и необработанные Самородки — Первая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter18|Глава 18: Достойный носить это имя — Первая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter19|Глава 19: Сияющие Самородки и кровавые права — Вторая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter20|Глава 20: Как реагировать на несколько одновременных трагедий — Вторая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter21|Глава 21: "Неопознанные личности" — Вторая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Chapter22|Глава 22: Исход невозможно предсказать в одиночку — Вторая пятница октября.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:SSVolume2 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume17 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17|Некий Магический Индекс 17]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Prologue|Пролог]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Chapter1|Глава 1: Необычность Обычных Бесед.— ''Неподвластная_искра.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Chapter2|Глава 2: Поле боя из стали плывущее над облаками. — ''Sky Bus 365.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Chapter3|Глава 3: Магические интриги Британских лабиринтов — ''N∴L∴'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Chapter4|Глава 4: Меч что приносит войны и несчастья — ''Меч_Милосердия.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Epilogue|Эпилог: Ожидания людей и Что в их Сердцах — ''Война_в_Британии.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume17 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume18 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18|Некий Магический Индекс 18]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Chapter5|Глава 5: Встреча и Сражение Наемника и Рыцаря — ''Другой_Герой.'' - '''перевод в процессе''']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Chapter6|Глава 6: Уничтожение Защиты Рыцарей и Принцессы — ''Безопасность_в_Подземке.'' - '''перевод в процессе''']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Chapter7|Глава 7: Чудесный Враг Что и Принцесса и Король — ''Оригинальная_Куртана.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Chapter8|Глава 8: Королева и Выбор Людей — ''Флаг_Британии.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Epilogue|Эпилог: Нация и Могущественный Враг Стоящий за Всем Этим — ''Следующий_Шаг.'']]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume18 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume19 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19|Некий Магический Индекс 19]]====
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Prologue|Пролог: Скучные разборки между злодеями — Key Shop.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Chapter1|Глава 1: Пока придется положиться на добрую волю — Dark Hero.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Chapter2|Глава 2: Простая но тем не менее сложная проблема — V.S. Calamity.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Chapter3|Глава 3: Разрушение откроет более широкий путь — Battle to Die.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Chapter4|Глава 4: Два монстра приглашают в ад — Dragon(≠Angel).]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Epilogue|Эпилог: Они не позволят этому закончится трагедией — Brave in Hand.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume19 Afterword|Послесловие]]

----

=== Третья Мировая Война ===

'''Здесь представлены книги, вошедшие в цикл третьей мировой войны:'''
----

[[Image:Toaru Volume20 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20|Некий Магический Индекс 20]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Proclamation of War|Объявление войны]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Prologue|Пролог: Небо пропахшее порохом — Shooting Game.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Chapter1|Глава 1: Добро и зло, они оба пришли в страну — World War III.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Chapter2|Глава 2: Начало вторжения и контрнаступление — Angel Stalker.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Chapter3|Глава 3: Выстоять против стены сомнений — Great Complex.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Chapter4|Глава 4: Время нанести ответный удар — Heroes Congregate.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 War Report|Военный доклад]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume20 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume21 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21|Некий Магический Индекс 21]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 War Report 2|Военный доклад 2]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Chapter5|Глава 5: Поле боя это сложная настольная — Enter Project.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Chapter6|Глава 6: Настоящая тьма раскрывается — Up the Castle.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Chapter7|Глава 7: Ангел с небес устраивает резню — MISHA the Angel "GABRIEL".]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Chapter8|Глава 8: Их многосторонняя атака — Combination.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 War Report 3|Военный доклад 3]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume21 Afterword|Послесловие]]

----

[[Image:Toaru Volume22 cover hq.png|x300px|frameless|right]]

====[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22|Некий Магический Индекс 22]]====

::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Illustrations|Илюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 War Report 4|Военный доклад 4]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Chapter9|Глава 9: Время когда сильное искажение было исправлено — Broken Right Hand.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Chapter10|Глава 10: Завершение предварительной подготовки последнего заклинания — Rebirth the...]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Chapter11|Глава 11: В блестящем золотом небе — Star of Bethlehem.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Chapter12|Глава 12: Последняя битва в арктическом океане — Last Fight.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Epilogue|Эпилог: Молчание и конец парня — Silent to Small Fire.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Proclamation of Armistice|Обьявление перемирия.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume22 Afterword|Послесловие]]

==Альтернативные версии переводов серии==

[[Image:Toaru Volume1 cover hq.png||x300px|frameless|right]]

===[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 new|Некий Магический Индекс]] ===
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Illustrations new|Иллюстрации]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Prologue new|Пролог: История об убийце иллюзий — The Imagine-Breaker.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Chapter1 new|Глава 1: Маг появляется в башне — FAIR, Occasionally GIRL.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Chapter2 new|Глава 2: Маг дарует смерть — The 7th-Egde.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Chapter3 new|Глава 3: Гримуар тихонько улыбается — “Forget me not.”]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Chapter4 new|Глава 4: Экзорцист выбирает концовку — (N)Ever Say Good bye.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Epilogue new|Эпилог: Судьба девочки с индексом запрещенных книг — Index Librorum Prohibitorum.]]
::*[[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume1 Afterword new|Послесловие]]

<big>Прочие переводы были удалены по причине заброшенности.</big>

=Список серии=

'''Ветхий Завет'''
*Toaru Majutsu no Index (Апрель 10, 2004, ISBN 4-8402-2658-X)
*Toaru Majutsu no Index 2 (Июнь 10, 2004, ISBN 4-8402-2701-2)
*Toaru Majutsu no Index 3 (Сентябрь 10, 2004, ISBN 4-8402-2785-3)
*Toaru Majutsu no Index 4 (Декабрь 10, 2004, ISBN 4-8402-2858-2)
*Toaru Majutsu no Index 5 (Апрель 10, 2005, ISBN 4-8402-3025-0)
*Toaru Majutsu no Index 6 (Июль 10, 2005, ISBN 4-8402-2973-2)
*Toaru Majutsu no Index 7 (Ноябрь 10, 2005, ISBN 4-8402-3205-9)
*Toaru Majutsu no Index 8 (Январь 10, 2006, ISBN 4-8402-3269-5)
*Toaru Majutsu no Index 9 (Апрель 10, 2006, ISBN 4-8402-3385-3)
*Toaru Majutsu no Index 10 (Май 10, 2006, ISBN 4-8402-3428-0)
*Toaru Majutsu no Index 11 (Октябрь 10, 2006, ISBN 4-8402-3581-3)
*Toaru Majutsu no Index 12 (Январь 10, 2007, ISBN 978-4-8402-3683-6)
*Toaru Majutsu no Index 13 (Апрель 10, 2007, ISBN 978-4-8402-3801-4)
*Toaru Majutsu no Index SS (Июль 10, 2007, ISBN 978-4-8402-3912-7)
*Toaru Majutsu no Index 14 (Ноябрь 10, 2007, ISBN 978-4-8402-4062-8)
*Toaru Majutsu no Index 15 (Январь 10, 2008, ISBN 978-4-8402-4145-8)
*Toaru Majutsu no Index 16 (Июнь 10, 2008, ISBN 978-4-04-867086-9)
*Toaru Majutsu no Index SS 2 (Ноябрь 10, 2008, ISBN 978-4-04-867342-6)
*Toaru Majutsu no Index 17 (Март 10, 2009, ISBN 978-4-04-867591-8)
*Toaru Majutsu no Index 18 (Июль 10, 2009, ISBN 978-4-04-867897-1)
*Toaru Majutsu no Index 19 (Ноябрь 10, 2009, ISBN 978-4-04-868069-1)
*Toaru Majutsu no Index 20 (Март 10, 2010, ISBN 978-4-04-868393-7)
*Toaru Majutsu no Index 21 (Август 10, 2010, ISBN 978-4-04-868762-1)
*Toaru Majutsu no Index 22 (Октябрь 10, 2010, ISBN 978-4-04-868972-4)

[[Category:Light novel (Russian)]]

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter4

2017-09-22T14:36:41Z

Palexadin:

==Глава 4: Взрывоопасные лодки и битва артиллерии — Lotte_di_Liberazione.(Освободительная борьба)==

===Часть 1===

Аньезе находилась внутри каюты, на флагмане «Флота Королевы», «Королеве Адриатического моря». Во всём флоте этот корабль был особенным, а эта «каюта» была и вовсе уникальной.

Это было квадратное помещение.

На первый взгляд равносторонний квадрат, сторона которого была двадцать метров, однако лишь на первый взгляд, присмотревшись можно было приметить, что стены этого помещения были наклонены внутрь и соединялись высоко сверху. Комната была не кубической, а пирамидальной с квадратным основанием. Проследив взглядом от светящихся стен до самого потолка, можно было отчётливо увидеть высоко над головой острую вершину.

Но и эта вершина был очень необычной.

С одного лишь взгляда, можно было понять, что она находилась примерно в ста метрах от земли. Конечно же внутри корабля не было столько места. Скорее всего, это был результат пространственной магии, позволяющей расширить внутреннее пространство корабля далеко за его приделы. Или, быть может всё это был очередной трюк, обман зрения.

На этом странности не кончались, вся внутренняя поверхность квадратной пирамиды, была облицована плитами в форме равносторонних треугольников. Однако равносторонние треугольники не способны полностью покрыть квадратную основу, поэтому тут должны были быть плиты и другой формы.

Но сколько не всматривайся, найти эти друге плиты было невозможно.

Сама комната своим существованием, пыталась силой навязать геометрическую теорию, которой не было места в реальном мире. Эта необъяснимая уникальность указывала на то, что место это было святым пространством, которое не подчинялось законам физики.

Внутри было пусто.

Полностью плоская поверхность пола, отражала мягкий белый свет, от ледяных стен, и словно бы пыталась привлечь к себе внимание любого, кто был в зале. Казалось, что тут нет места для разговоров, поскольку невидимое давление из вне, силой затыкало рот присутствующим.

Аньезе уставилась в центр зала.

Там, непонятно как, стоял ледяной шар сем метров в диаметре. Этот необъяснимый объект, похожий на мыльный пузырь, был «клеткой», предназначенной Аньезе.

Лёгкое содрогание и грохот достигли её ушей.

Она нахмурилась.

— Божественные Пушки святой Варвары…? Во что они стреляют?

Звук отражался от всех четырёх углов.

Ещё минуту в комнате стояло молчание:

— Разве не ясно? Сестра Аньезе.

Сказал человек, стоявший в центре тусклого зала, и опирающийся одной рукой на ледяной шар.

Это был мужчина.

На нём было роскошное священное одеяние, а на его шеи висело четыре ожерелья на равном расстоянии друг от друга, выглядели они как годичные кольца на стволе спиленного дерева. На каждом ожерелье висело множество крестов.

«Это Менора», — подумала Аньезе. <ref>«Менора» — символ иудаизма, и эмблема Израиля. Причина использования цифры семь, заключается в том, что «семь» это количество дней, потраченных Богом на создание мира, 6 дней творения и один день отдыха, также Минора имеет форму дерева, и символизирует Древо Жизни</ref>А ещё это можно было принять за Сфирот <ref>«Сфирот» — это десять стадий эманаций в Каббале</ref> и четыре мира через семь свечей.

— Епископ Бьяджо.

Раздался голос, не принадлежавший никому в комнате, он исходил от одного из крестов на шее мужчины.

— Корабль тридцать семь потоплен. Может нам прекратить огонь? … мы можем попасть в сушу, если продолжим в том же духе. Одна лишь разведка флотом в одиночку, вызовет у Венто —

— Пусть этим займутся мои люди. Это не моя забота.

Сказав это, мужчина по имени Бьяджо пальцами погладил крест на шее. Похоже это был выключатель, поскольку голос подчинённого прервался.

Он посмотрел Аньезе в лицо, и улыбнулся:

— Я был во многих отделах, но так и не нашёл компетентных последователей.

— Раз они так некомпетентны, роль офицера должна пойти им на пользу и научить их новому.

— Ох уж этот идеализм, именно из-за него ты здесь, сестра Аньезе, если бы ты с умом выбирала себе последователей, всё было бы иначе.

— Возможно.

Небрежно бросила Аньезе.

Бьяджо злобно скривил губы:

— … Какое-то время назад, я приказал не подпускать тридцать седьмой корабль близко к главному флоту, пока не найдутся нарушители. А в конце концов, даже «мост» был использован. Что бы произошло если бы нарушители перебрались на другой корабль? Если с тобой что-нибудь случиться, это буден непоправимо.

Услышав его слова, Аньезе обняла себя обеими руками.

Но даже так, было невозможно скрыть тот факт, что функции её монашеского одеяния были уничтожены.

Её одеяние было особенным. Специальным образом открытая кожа составляла сложное заклинание христианского наказания. Это была кара оголением — печать стыда, использующая смущение и стыд как орудие наказания. И ни смерть, ни самоубийство не помогли бы, контрзаклинание не позволяло человеку умереть. Это была ни забота о человеке, ни желание спасти ему жизнь, это был способ прибавить ему боли и страдания. А поскольку оно накладывало непомерно великое «бремя», его можно было использовать лишь раз за долгое время.

— И всё же, какая ирония.

— Не ирония, сестра Аньезе.

Бьяджо засмеялся:

— Какая неожиданность, что из всего человечества, только еретик в роде тебя совместим с глобальным заклинания Римско-католической церкви, защищающим Адриатическое море.

Суть «Королевы Адриатического моря» заключалась в «Розарии в назначенный час». Аньезе не знала точной структуры и эффектов заклинания, но наверняка знала, что оно эффективно только тогда, когда разум Аньезе будет уничтожен.

— Люди используют свой разум для создания магической энергии в их телах. Но если «Розарий в назначенный час» использует энергию обычного человека, его потенциал не раскрывается полностью. Так что, сестра Аньезе, тебе пора на сцену, пожалуйста сыграй свою роль так, чтобы я расплакался.

Эти слова звучали как преувеличение, но основной замысел заключался в том, чтобы создать «ненормальную магическую энергию», поэтому им надо было превратить человека, в человека с «ненормальным разумом» — что означает превратить человека в инвалида — вот ради чего всё было. Аньезе подходила для этого, потому что её мозг «разрушался» именно так, как надо было «Розарию в назначенный час».

Хотя и отвратительно, но ни что не могло изменить этого, даже если бы Аньезе начала недовольно причитать или распустила бы сопли.

Она знала всё это ещё в тот миг, когда решила ступить на этот корабль.

— Что важнее, я слышала, что тридцать седьмой корабль затоплен, что происходит?

— Ты подразумеваешь, что хочешь знать, что происходит?

— … Эти управленцы, которые подчиняются тебе, они должно быть там внизу.

— Ты думаешь подсказывать им как делать их работу входит в мои обязанности?

Аньезе молчала. Она подумала, что до такого как корабль пошёл на дно, мальчик и остальные успели его покинуть.

— Если они полагались лишь на заклятье побега, это было слегка наивно.

— …Что это значит?

— Может было бы быстрее показать тебе трупы, но это так хлопотно собирать кусочки, разбросанные по всему Адриатическому морю. К тому же, потом будет трудно установить, кто есть кто. Как тебе?

Аньезе молча заскрежетала зубами.

Услышав этот неприятный звук, Бьяджо ухмыльнулся.

Как в тот же миг:

— Епископ Бьяджо, чрезвычайная ситуация!

Настойчивый голос вырвался от одного из крестов на его шее.

Бьяджо нахмурился.

— Что?

— Какой-то большой объект замечен под водой, там, где затонул тридцать седьмой. Похоже он собирает обломки.

Бияджо недовольно скривил губы.

— Подводное заклинание… как то, которое сестра Лючия применила при побеге? Нам стоит подготовить «Флот Королевы», и взяться за контроль моря. Ты сказал большой объект? А значит не возможно, чтобы его создал один человек… а значит, в Кьоджа и вправду была «организация». Вот почему я приказал раздавить их. Я отдал приказ, а мои подчинённые вновь меня подвели. Нет ну правда, они мало того, что не раздавили организацию, они ещё позволили им проникнуть на мой корабль…

Бияджо устремил взгляд прямо на Аньезе.

На этот раз на его губах не играла улыбка, а в его взгляде читалась тревога.

— … Нет ну правда, эти люди такие бесполезные.

===Часть 2===

Вкус морской воды, заполнившей его рот и устремившейся глубже в горло, вернул Камидзё в сознание.

Он был под водой.

Тома увидел, как его руки свободно плавают перед глазами. Непонятно было на какой глубине он оказался. Ночное море, было словно бы укутано тьмой, и даже когда он смотрел вверх, видел лишь чёрную толщу воды. Ледяной флот должен был быть где-то рядом, но он был покрыт какой-то не проницаемой плёнкой, и ни одна капля света не опускалась на дно моря.

Белые пузырьки воздуха вырвались изо рта Камидзё, и поднимаясь вверх становились всё больше.

[[Image:Index v11 181.jpg|thumb]]

«Орс… Орсола… где они… все…?»

Имя одного человека всплыло в его мозгу.

Останки ледяного корабля исчезли, лёд созданный магическим образом снова стал водой, и возможно начал превращаться в корабль уже где-то в другом месте.

«Лю… чия, и Ан… джелина, они…»

Он знал, что должен подняться на поверхность, но его разум отказывался помогать ему.

Он ни как, не мог связать в голове всё воедино: мотив, действие, и результат, дьявол сна одолевал его, и сознание снова покидало тело.

— Бульк.

Очередной пузырёк воздуха вырвался из его лёгких и устремился вверх к поверхности.

«Проклятье… вот гадство… я что… и вправду… умру…»

Он был совсем недалеко от поверхности.

Ощущение было словно, если он протянет руку, то сможет выбраться наружу.

«…Что это?»

Чернота моря перед глазами Камидзё вдруг исчезла.

Он подумал, что это могла быть касатка или акула, но потом вдруг понял, что с размером ошибся. Эта «штука», медленно плывущая в его сторону, была длинной в тридцать метров.

«Это же…»

Прежде чем Камидзё успел разглядеть хоть что-то.

— Щёлк.

Носовая часть длинной и узкой конструкции, открылась словно бутон цветка с четырьмя лепестками.

Вот-вот оно собиралось проглотить мальчика.

===Часть 3===

Вымокший до нитки Камидзё лежал на деревянном полу.

Сверху на него смотрела Индекс, с одной стороны от него лежал прямоугольный чемодан, а с другой его собственная багажная сумка.

Это было длинное узкое помещение, высотой примерно восемь метров и длинной тридцать.

Потолок и стены, были не прямоугольными, а арочными, и всё помещение напоминало туннель.

Сделано оно было из старого чёрного дерево, и так хитро, как если бы это было дно перевёрнутого корабля.

— Не смотри с такой тревогой, он скоро проснётся.

Послышался мужской голос.

— Я был шоке, когда они взорвали весь корабль. Ну хорошо… учитывая его состояние, это прям настоящее чудо.

«Это ведь не проблема, да?», — подумала Индекс.

Владелец голоса подумал о том же, поскольку именно поэтому произнёс эту фразу.

— Видишь, он проснулся.

Индекс быстро повернулась к лежащему на полу Камидзё, и внимательно посмотрела ему в лицо.

Его мокрые веки слегка приоткрылась.

— Индекс…

Камидзё позвал её по имени и медленно приподнял голову с пола.

— Тома, ты в порядке?

Эту фразу, сказала девочка с серебристыми волосами и зелёными глазами. Разглядев лицо Камидзё, она тут же почувствовала облегчение, хоть уже через мгновение на её лице появилось недовольное выражение.

Рядом с ней стоял —

— Та… Татемия… Сайджи?

— Ё. Заместитель первосвященника церкви Амакуса, хотя теперь мы часть Англиканской церкви.

Его чёрные волосы, казались темнее чем всегда, а ершистый афро, сиял как панцирь жука. На нём была свободная рубашка и джинсы, он был очень высоким, и выглядел очень тощим, из-за одежды, которая мешком висела на нём, поскольку была на несколько размеров больше чем нужно.

Камидзё невольно вздохнул.

Как и Аньезе с Орсолой, с ним он виделся в последний раз, вовремя инцидента с Книгой Закона.

— Значит… Амакуса?

Они приехали в Кьоджа, чтобы помочь Орсоле перевезти вещи. После того, как Индекс потеряла Камидзё, она побежала искать Амакуса.

Камидзё хотел вытереть пот со лба, но мало того, что его руки были по-прежнему мокрые, так ещё и карманы были полны морской воды. Стоило ему он подумать об этом, как кто-то неожиданно подошёл с боку и протянул ему горячее влажное полотенце белого цвета, скрученное в рулон.

В подошедшем Камидзё узнал девушку с двойными веками.

— Пожалуйста примите.

— Ох, спасибо.

Как только Камидзё принял дар, девушка прошепталаː

— Что вы, что вы.

И быстро пропала.

— Что… что вы здесь делаете…? И где именно мы?

Оглядевшись по сторонам, в темноте, он почувствовал присутствие многих людей. Похоже все Амакуса были в этом тёмном туннеле. И они шептались:

— Ну как всё прошло, Ицува?

— Ты должна была остаться ряжом с ним подольше.

Да что тут происходит?

— Ах, точно… а где Орсола и остальные сестры?!

— Нам удалось подобрать всех, Орсолу, Лючию, Анджелину, ещё нам удалось поднять несколько связанных мужчин, судя по всему монахи Римско-католической церкви, мы сейчас их допрашиваем.

Хоть Камидзё и не знал сколько людей было на затонувшем корабле, сказанное Татемией успокоило его. Он огляделся и спросил:

— Это секретная база Амакуса? Учитывая где мы были, как вам удалось нас спасти, после того как мы потонули?

Татемия рассмеялся:

— Это не просто осознать, но позволь я тебе подскажу, это не база, это транспортное средство.

— Какое?

Не успел Камидзё громко озвучить свой вопрос, как его плавно качнуло, и всё его тело потянуло назад. Казалось, будто весь туннель двигался. Камидзё замер от шока.

— Это… это же — !?

— Я бы хотел назвать это подводной лодкой, но это не хай тек технология, а всего лишь деревянный корабль, который обладает характеристиками подводной лодки.

— То есть…

Татемия понизил голос и произнёс:

— Этот корабль умеет погружается и всплывать.

— Бууушшшш!!

Снаружи туннеля донёсся звук разорванной водной глади. Всё перед глазами Камидзё наклонилось, повинуясь рывкам. В то время как он пытался осмыслить происходящее, крыша туннеля треснула прямо по середине и открылась. Раздался звук дерева по дереву, такой какой обычно слышно, когда открываются двойные двери.

Снаружи стояла луна, освещая ночное небо, как светодиодная лампочка. Запах моря ударил ему в нос. Его качало на ногах, так словно он был на корабле.

— Наверно трудно принять это, но после такого, ты точно поверил, да?

Татемия потёр деревянную стену в месте, которое ничем не выделялось.

Со скрипучим звуком, тридцати метровый пол вдруг начал подниматься вверх. Из-под пола доносился скрежет крутящихся шестерёнок, и уже через сорок секунд они были там, где минуту назад был потолок. Сверху, всё это напоминало огромный макет в середине которого стояли маленькие пластмассовые человечки.

Перед Камидзё открылся вид ночного моря.

Лодка по среди которой стоял Камидзё была тридцать метров в длину и восемь метров в ширину, а по форме напоминало мяч для регби. Распахнутая крыша, простиралась по обеим сторонам от лотки и напоминала крылья, а всё море было усыпано множеством искусственных островков сделанных из дерева.

— Да вы шутите…

В растерянности пробормотал Камидзё.

Это постройка определённо выглядела как корабль, но не было ни рулевой рубки, ни радиорубки, ни кают, лишь пустое пространство в форме туннеля, сделанного из дерева, и вопреки всякому здравому смыслу называемое «кораблём». Словно картонная коробка, в которую вдохнули жизнь.

— … Вы что притащили его, только для того чтобы помочь с переездом?

— Мы к слову, скрытые христиане, и своё оружие привыкли держать под рукой. А ещё, если ты не знал, наша специальность морские битвы.

Татемия ухмыльнулся и продолжил:

— Бумагу делают из дерева, корабли тоже делают из дерева, используя эту связь, мы можем делать корабли вот таких размеров.

Говоря, Татемия вынул из кармана пучок листов, перевязанный резинкой. «Это всё корабли?», — Камидзё подумал, что на листах начертано какое-нибудь заклинание, но это были лишь белые листки бумаги.

«Магия… вечна она всё доводит до абсурда»

Камидзё покачал головой, вздохнул, и начал оглядывать окрестные пейзажи.

В дали он едва заметил остров, улицы Кьоджа… а может и нет, во всяком случае там было много света.

С другой стороны, тьму моря освещал мягкий белый свет, напоминавший свечение светодиодной лампочки. Невнимательный человек мог принять это за улицы Кьоджа, но этот свет был куда ярче… похоже это был «Флот Королевы». На таком расстояние свет кораблей казался ещё ярче, и Камидзё, полный профан в магии и морских битвах, был не совсем уверен в безопасности ихней позиции.

До сих пор, хотя он и лез на территорию врага, неважно что это было, открытое место, здание, или какой-нибудь промышленный объект, это по крайней мере была суша.

Но в этот раз, всё иначе, там было больше сотни кораблей, с которыми нужно было сразится.

«Аньезе…»

Вспомнив её лицо в ту минуту, когда она сказала, что хочет остаться, Камидзё невольно нахмурился.

Увидев выражение его лица, Индекс сказала:

— Прежде чем перейти к действиям, мы должны всё продумать и разобраться с происходящим. Я хочу знать, как далеко мы от безопасной зоны, как далеко нам отступать… и куда важнее, Тома выглядит так, словно хочет что-то сказать.

— …Да нет…

Камидзё похоже не хватало слов.

— Вообще-то, я не очень разбираюсь в кораблях, а его затопление и вовсе не помню. Может лучше пусть Лючия и Анджелина всё расскажут…

— …

— Чт… что на это раз?

— Ничего. Просто подумала, что даже на территории врага, Тома всегда остаётся Томой.

— И ЧТО ЖЕ ЭТО ЗНАЧИТ?

Камидзё вновь сорвался на крик, но в ответ получил лишь недовольное выражение на её лице. Тома собрался вернуться к предыдущей теме и начал осматриваться. Кстати, а где эти две, о которых здесь говорили?

В ту же минуту, человеческая стена из подростков Амакуса, расступилась.

В образовавшийся проход вышли Лючия и Анджелина. Однако, обе они выглядели так словно хотели убежать. Орсола улыбаясь подталкивала девчонок в спины.

— Ох, похоже… вы в порядке. Кажется, мы все живы да? Хоть пушки и не попали в нас, мы всё же упали с высоты семиэтажного дома.

Камидзё небрежно перебросился с ними парой слов, но Лючия и Анджелина обе покраснели и молча отвили глаза. «А?», — Камидзё, не получив ответа, сурово нахмурился.

Орсола улыбаясь обратилась к монахиням Римско-католической церкви:

— Нет ну в само деле, нет надо так стесняться.

— Нет… мы не можем так запросто сказать ему спасибо.

Произнося это Анджелина заскрежетала зубами, а затем прикрылась своими длинными рукавами и вообще выглядела так словно минуту назад плакала. Лючия не кричала и не плакала, но закрыв глаза, бормотала молитву и крестилась, видимо это успокаивало её.

— ????????????

Камидзё нахмурился, не понимая, что происходит.

— Ха-ха-ха-ха.

Увидев это Татемия рассмеялся.

— По поводу этого… из-за темноты я не совсем понял, что произошло.

—… Знаешь, вообще не успокоил, вот ни капельки.

— Всё из-за того, что монашеские одеяния Лючии и Анджелины отличались от одеяния Орсолы. Видишь, их рукава и юбки жёлтые — это ограничивающие предметы, созданные Римско-католической церковью. Они обладают одним эффектом «не позволяют носителю отдалиться от определённой точки на определённое расстояние».

— Ну и?

— Боже, ну ты и тормоз. Если бы ты не уничтожил их, эти две упали бы без сил из-за сдерживающих эффектов. Что принесло бы кучу проблем. Короче… не знаю, как по проще сказать, но пока ты был в отключке мы воспользовался твоей рукой.

«ЧТО?», — у Камидзё округлились глаза.

— Проще говоря, их монашеские одеяния —

Татемия скривил губы в усмешке, а затем посмотрел в лицо Лючии. Высокая монахиня удивлённо посмотрела на Татемию, но затем строго продолжила предложенную фразу,

— Слетели начисто.

Своими руками в коротких рукавах, Лючия, покраснев, обняла Анджелину и отвела взгляд. Она выглядела как мать защищающая своё чадо собственным телом.

Приглядевшись можно было увидеть, что их монашеские одеяния стали такими же как у Индекс, повсюду усыпаны булавками, а золотые кольцо на головах исчезли.

Обдумав что же произошло, Камидзё негодующе завопил.

— СТОЙТЕ… ПОКА Я БЫЛ БЕЗ СОЗНАНИЯ, СЛУЧИЛОСЬ ЧТО-ТО НАСТОЛЬКО СТРАННОЕ… НЕТ НАСТОЛЬКО НЕЛЕПОЕ!? К ТОМУ ЖЕ, КАК МНЕ УСПОКОИТЬ ИНДЕКС, КОТОРАЯ СЕРДИТСЯ НА МЕНЯ ИЗ-ЗА ЭТОГО? Я НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛ И ВООБЩЕ ЭТО ВСЁ ВЫ ВИНОВАТЫ! НЕ ЛОГИЧНО ЗЛИТЬСЯ НА КОГО-ТО ИЗ-ЗА ТАКОГО!!!

Хоть Камидзё и прокричал свой протест в открытую, сделал он это из какой-то умоляющей позы, что не придавало сказанному достоинства. Индекс не сказала ему на эту тираду ни слова, однако её губы слегка дрогнули и обнажили клыки, что выглядело куда страшнее. Желание убить охватило её сердце, и даже опытные ветераны из Амакуса, отчаянно подвывая, разбежались в разные стороны, весь корабль охватила паника.

Несмотря на хаос, Анджелина, стоя рядом с Лючией, неожиданно вспомнила нечто важное.

— Ох… точно. Сейчас не время, но… сестра Аньезе все ещё…! Кхм… ребята, спасибо что спасли нас, пожалуйста позвольте нам разъяснить ситуацию…!

Но голос её, еле слышный, почти шепчущий, не достиг ушей Камидзё, который в тот момент был очень занят, оправдываясь перед Индекс и людьми вокруг.

— Тома, ты так всё время!

— О правда, а не ты ли так всё время, Индекс? Кто-то разозлиться и как нормальный человек читает нотации, но не ты. Что не так с твоими укусами способными прокусить панцирь омара?

— Так что с…

Увидев эту толпу, которая по-прежнему не обращала на неё никакого внимания, Анджелина запаниковала и отчаянно замахала руками. Вся эта сцена напоминала галдёж в классе, откуда только что вышел учитель.

— Кхем… нам ещё кое что надо сделать. Если возможно, я бы хотела обсудить положение сестры Аньезе… чт —

— ВОТ ЭТО И СТРАННО! РАЗ УЖ У ТЕБЯ ТАКОЙ МОЩНЫЙ УКУС, ПОЧЕМУ БЫ ТЕБЯ САМОЙ НЕ ЗАЩИЩАТЬ СЕБЯ ОТ ДРУГИХ МАГОВ?! ТВОИ ЗУБЫ ВОТ, ГДЕ ГРОЗНОЕ ОРУЖИЕ, А НЕ ЭТИ СТО ТРИ ТЫСЯЧИ ГРИМУАРОВ!

— Тома-Тома, думаешь сможешь остановить меня, своими попытками отрыть мне глаза на моё поведение?

В этот очень волнительный момент, Камидзё обернулся и попытался увернуться от Индекс, которая была уже в полёте. Белая монахиня тут же оказалась на его спине, и они оба покатились по полу.

— ВААААААА!

Девушка с двойными веками не успела увернуться и тоже оказалась на палубе. Тёплые, влажные белые полотенца, вылетели из её рук и разлетелись во все стороны, Амакуса обступили кучу и начали выкрикивать подсказки:

— ИЦУВА, ЭТО ТВОЙ ШАНС! ДАВАЙ!

— УКУСИ ЕГО ЗА МОЧКУ УХА!

— ХОТЯ БЫ ПРИЛЬНИ К ЕГО ГРУДИ!

— КАК ЖЕ ШУМНО, ТЫ ДОЛЖНА ХОТЯ БЫ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ СВОЕГО СИЛЬНЕЙШЕГО КОНКУРЕНТА, ИНДЕКС! ИЦУВА, ЕСЛИ ТЫ ЖЕНЩИНА, ОТПИХНИ ЕЁ!

Увидев эту сцену, Татемия рассмеялся, а Орсола закрыла лицо руками и пролепетала «Ну и ну». Лючия же в свою очередь, не выдержала происходящего и охнула.

Другими словами, никто не слушал Анджелину.

— Это, это уже…!!

Анджелина ещё сильнее разволновалась.

И как только её безумие достигло придела, глаза Анджелины неожиданно расширились.

Решив всё для себя, Анджелина схватила юбку Лючии обеими руками…

— СМОТРИТЕ… СМОТРИТЕ СЮДА! ВНИМАНИЕ!!

— Шух.

Юбка монашеского одеяния Лючии взлетела в вверх.

И в это мгновенье.

Все замолчали.

Сначала Лючия была шокирована этой неожиданной тишиной, способной убить слух, и этими хмурыми взглядами, которые впились в неё со всех сторон. Эмоция была такой сильной, словно Папа римский взмахнул рукой со своего балкона и потребовал тишины. Пока она с недоверием обдумывала причину этой тишины, появилось ещё одно чувство, лёгкий холодок вокруг её ног. И когда она удивлённо посмотрела вниз —

[[Image: Index_v11_195.jpg|thumb]]

— ?!

Две секунды спустя, она покраснела так словно взорвалась, и быстро обеими руками примяла свою юбку назад к ногам.

Лючия молча обернулась к своей маленькой подруге.

— …Сес…Сестра Анджелина?

— Нет, всё не так! У нас в отряде бывал такой же бедлам, вот я… и сделал это по привычке!!

Пока Анджелина пыталась объяснить свой поступок, Лючия, и Татемия вместе со всеми подростки из Амакуса, в мгновенье покраснев, стали отводить друг от друга глаза. А Камидзё тем временем, лежал на полу без движения, с прокусанной головой и Индекс впившейся в него зубами.

===Часть 4===

Амакуса были не так глупы, чтобы пристать к суше на таком огромном корабле. Подплыв к острову, Татемия достал из кармана пучок бумаги, и бросил его в море. Бумага превратилась в двадцать небольших лодок. После того как все они перебрались на лодки, Татемия превратил корабль в бумагу, но не забрал её, а оставил растворяться в море.

Гребные лодки двигались к освещённой зоне. «Мы направляемся к острову?», — подумал Камидзё. В ночной тьме, этот остров словно маяк, указывал путь.

— Мы возвращаемся в Кьоджа. Однако, отсюда далеко до центра города, в котором живёт Орсола, сейчас мы недалеко от побережья.

К слову, место это называлось Соттомариной.

Подойдя к берегу, члены Амакуса превратили лодки назад в бумагу, а затем превратили бумагу в деревянный стол и стулья. Судя по подготовленной мебели, они собрались устроить ужин, за которым и обсудят всё произошедшее.

Высокая и элегантная Лючия беспокойно оглянулась.

— Мы правда хотели бы остаться подольше, но нам нужно назад, спасать сестру Аньезе.

— Мало толку идти туда сейчас.

Прямо в лоб ответил Татемия:

— Мы только что выпутались из этой передряги. Уверен эти ребята всё ещё на стороже. Лучше подождите немного пока всё успокоиться.

С лёгкой подачи Татемии, и этим мрачным морским видом на заднем плане, группа разных людей начала готовиться к ужину.

Создать еду просто подбрасывая бумагу в воздух, такое было попросту не возможно. Подростки Амакуса достали металлические кухонные приборы и начали накрывать на стол. Глядя на их действия Камидзё почувствовал много лишних движений. Может это и был тот самый ритуал Амакуса?

Анджелина, наблюдая как они готовят еду, начала разговор:

— Вместо кофе или красного чая, я предпочитаю Cioccolato con Pana.

«Что это?», — подумал Камидзё и вопросительно уставился на неё.

— Ох, ты не знаешь? Это горячий шоколад со взбитыми сливками. Обычно используют густой кофе, но я люблю шоколад, понимаешь?

Анджелина в восторге рассказывала о её любимом супер сладком напитке, на что Лючия сидящая рядом, нагнулась к ней и сказала:

— Сестра Анджелина… разве можно так откровенничать. Они лишь однажды помогли нам. И я уже не первый раз напоминаю тебе, не будь так одержима сладким.

Увидев, что Лючия разозлилась, Камидзё слегка занервничал.

— Нельзя же так, монахине не стоит так злиться.

— И с чего ты это взял? Не стоит всех христиан судить по Анджелине, она лишь послушница.

Сказала Лючия со скептической ноткой в голосе. Услышав это, Индекс смущённо отвернулась. Орсола же кушая сырую ветчену прямо с разделочной доски, приговаривала:

— Ну надо же, это очень вкусно.

Должно быть и вправду вкуснятина.

Вот под такие разговоры, ужин был готов.

На зов Татемии, подошёл Камидзё и остальные.

Неожиданно прямо перед его носом возникло горячее полотенце. Подняв взгляд он узнал девушку с двойными веками. Одной рукой она прикрывала своё покрасневшее лицо, а её глаза блуждали где угодно, лишь бы не смотреть на Камидзё.

[[Image: Index_v11_200.jpg|thumb]]

— Ох, спасибо.

Без размышлений Камидзё взял дар. Девушка из Амакуса пролепетала:

— Что вы-что вы.

И сразу же скрылась.

— Снова тактика «горячих полотенец», Ицува?

— Пара уже на следующий шаг. Ты должна хотя бы за руку его подержать!

— Как же всё медленно развивается!

— Нет, в полном отсутствии прогресса как раз и заключается её очарование.

— Скоро, у тебя начнётся битва против Жрицы. А пока, мы всецело на твоей стороне Ицува!!

Услышав это, она стала как будто бы меньше. Всё происходящее можно было описать одной фразой «Какого чёрта?». Даже Камидзё самую малость подумал об этом, когда получил горячее полотенце.

Конечно же, болтающие подростки не сидели с ними за одним столом, они сидели за соседними столами и пристально смотрели на Камидзё.

Вот под такие разговоры и началась тактическая встреча и обработка информации.

— Начнём, пожалуй, с корабля на котором держат Аньезе.

Разговор повела Индекс.

— Это должна быть «Королева Адриатического моря», которую и защищает «Флот Королевы».

Прямо в точку.

Лючия и Анджелина удивлённо уставились на Индекс. В какой-то степени Камидзё привык к подобному. Именно из-за таких сцен он запомнил насколько важна Индекс.

— Защищает…? Что... чёрт бы его… Весь этот флот лишь украшение?

Татемия был не просто в шоке, он не мог поверить в реальность сказанного. Выражение его лица, можно было сравнить, с лицом девушки, на которой слишком много косметики. Камидзё подумал, что тот не зря так удивляется, ведь с такой огневой мощью, один лишь флот уже представляет огромную угрозу.

— Да… да. По-хорошему, мы не знаем, что такое «Королева Адриатического моря» … Я думаю это какое-то невероятное устройство, а вот что оно делает, понятия не имею.

— После поражения вам в инциденте с Книгой закона, мы получили выговори и были отозваны с линии фронта. Потеряв свою репутацию, по возвращению в лоно Римско-католической церкви нас сослали работать на «Флот Королевы». И даже оказавшись тут, мы получали лишь простые приказы, и не знали ради чего работаем.

Сказала Лючия и отвлеклась. Она наполнила тарелку Анджелины овощами, а поставила перед ней. Хотя Анджелина смотрела на неё такими глазами, что, казалось, вот-вот расплачется, Лючия не колебалась ни секунды.

— Когда вы работали… что именно вам приходилось делать?

Спросив Камидзё наклонил голову набок, Лючия и Анджелина переглянулись, а затем ответили:

— Мы… нам было поручено рисовать ветер с моря.

— Что? Ты сказала ветер??

— Ох, это… не реальный ветер… хоть это и ветер, это ветер в магическом смысле.

Разновидность ветра, ветер магический? У Камидзё округлились глаза, он понятия не имел о чём она.

И вот стоило ему только спросить, как:

— Хм, это наверно про ветер который используется в изначальной алхимии. Хотя, пожалуй, это больше умственная работа.

— В данном случае это один из четырёх элементов. Чтобы передвинуть это…

— Может они пытаются создать нестабильную обстановку.

Собеседники начали делиться своими мнениями об этой магии, Амакуса за соседними столиками слушая их одобрительно кивали. В конце концов, Камидзё упустил шанс задать свой вопрос. Знание о том, что «активный воздух – это и есть весь ветер» пронеслись через голову Камидзё, но тот факт, что из всего разговора он понял только это, сильно расстроил его.

— Лёд из которого сделаны корабли в сопроводительном флоте, это обычная морская вода. Я думаю, что они использовали и другие заклинания, по мимо этого.

— Ну… что касается других заклинаний, на ум приходит только «Королева Адриатического моря».

Камидзё до этого потерявший нить разговора, услышав знакомое название решил вновь вернуться к теме.

— Но… эта штука «Королева Адриатического моря», так? Я помню, что слышал это название где-то не в контексте Римско-католической церкви.

Камидзё склонил голову, накладывая салат из осьминога себе в тарелку. Индекс ответила ему:

— Королева Адриатического моря – другое название Венеции.

— Эх, раз так, значит это заклинание связано с Венецией, верно? Например, какое-нибудь морское заклинание, которое использовали римские католики в Венеции?

— Вот в чём суть…

Орсола хотела положить на тарелку Анджелины немного сырой ветчины, но Лючия вежливо остановила её, сказав, что не нужно баловать ребёнка.

— … Хотя и Венеция, и Рим находятся на итальянском полуострове, в прошлом они враждовали.

«Что?», — нахмурился Камидзё. Орсола продолжила:

— Венециани в те года ненавидели власть церкви, и после побега в Адриатическое море, построили здесь город. Завершив его, они ещё сильнее стали ценить свою независимость, и даже проигнорировали требования Римско-католической церкви и Византийской империи подчиниться им.

Индекс причмокивая моллюском проваренном во фритюре, продолжила:

— По истории, в 829 году нашей эры, какие-то дельцы привезли в Венецию останки Святого Марко одного из Двенадцати Апостолов, показывая всем что они «желают защитить сон Апостола». Это скорее всего был ответ на то, что сделала Римско-католическая церковь с останками Святого Петра.

Выслушав Индекс, Лючия кивнула:

— Из-за соли и бурной торговли Венеция стала очень богатой, ей удалось устоять под натиском Франского Государства и Генуи, и подавить соседние державы, такие как Падуя и Къоджа… После чего она стала мощной морской державой рядом с Римским Сенатом, но была не подвластна ему.

Анджелина, синящая рядом с Лючией, положила себе на тарелку резанного морского леща и сказала:

— Видя всё высокомерие Венеции, Папа того времени множество раз отлучал их от церкви. Это если по проще, примерно тоже самое, что смертная казнь. Но Венеции было всё равно, она процветала как ни в чём не бывало… потому как город-государство мог обнажить свои клыки в любой момент, а Римско-католическая церковь не могла использовать против них какое-нибудь большое антифлотовое заклинание. Напротив…

— Они создали специальный гигантский флот, для борьбы с Винецией?

Спокойно продолжил Камидзё, размахивая вилкой в своей правой руке.

— Не совсем.

Ответила Индекс.

— В то время, Римско-католическая церковь чувствовала угрозу, и тогда они подготовили кое-что, чтобы похоронить Венецию – «Королеву Адриатического моря». Поскольку это было заклинание, нацеленное на уничтожение города, оно не могло защитить себя от вражеского флота. Поэтому, защитная сеть, созданная для борьбы с военно-морским флотом Венеции и есть «Флот Королевы».

Это было масштабное заклинание, способное уничтожить целую страну.

Услышав этот факт, реакция Анджелины и Лючии, по сравнению с реакцией Камидзё и Татемией, была куда более бурной. Они были в шоке, ведь наконец, точно узнали ради чего они работали.

— … Они откапали такую бородатую древность. Что же чёрт побери они собираются с ней делать?

Татемия покачал головой, глядя на купол мягкого света далеко в море.

Индекс с серьёзным лицом, сказала:

— Крупномасштабное заклинание «Королева Адриатического моря» может быть использовано лишь против Венеции. Причина проста: Римско-католическая церковь боялась, что если оружие будет украдено, то его сила будет направлена на них…

— Значит… они и вправду хотят уничтожить Венецию?

Анджелина побелела от страха. В этот раз нахмурилась Орсола:

— Но вражда между Римско-католической церковью и Венецией была несколько столетий назад, так? Сейчас, Венеция всемирно известный туристический центр, и Римско-католическая церковь получает с этого не малые выгоды. Я, правда, не понимаю какой смысл им сейчас уничтожать Венецию.

— … Возможно есть что-то очень значительное, что принесёт выгоду если уничтожить Венецию.

Сказанное Индекс, погрузило всё в тишину.

Камидзё сглотнул ком в горле и сказал:

— Это заклинание, «Королева Адриатического моря» ему ведь несколько сотен лет… Это не только из-за Орсолы, должна быть ещё причина, по которой именно сейчас они решили использовать его.

— Хм… вообще-то, демонстрация силы всему миру довольно значимая причина.

— Но разве Римско-католическая церковь не самая всемогущая организация? Им не нужно доказывать это — разве что у них что-то произошло в последнее время…

Камидзё умолк на полу слове.

После чего продолжил

— … Это всё из-за «Апостольского Креста»?

Эти неожиданные слова шокировали Лючию и Анджелину. Индекс которая знала об этом, отреагировала на это также как Камидзё и Орсола, и лишь Татемия ничего не понял.

— Это высокоуровневый магический предмет, которым так гордится Римско-католическая церковь. Они использовали его вовремя Дайхасейсая, пытались захватить Акатемгород, но в конце концов не достигли успеха. Так что, ничего удивительного, что Римско-католическая церковь так встревожена.

Хотя магическая сторона и не проиграла научной стороне из-за этого, но Римско-католическая церковь, должно быть, сильно пострадала. Если такой большой козырь Римско-католической церкви не сработал, то что насчёт остальных её козырей? Вот как всё выглядело.

— Но если они так обеспокоены, что готовы действовать, почему они выбрали Венецию? И вообще какой идиот придумал этот план… Индекс, что они получат если воспользуются «Королевой Адриатического моря»? Они смогут захватить город, как «Апостольским крестом»?

— Не этим предметом. «Королева Адриатического моря» умеет только разрушать. По сути, эффект прост «отнять все ценности», как божественная кара, что постигла Садом и Гоморру. У этого предмета не должно быть никаких созидательных функций.

— Содом и Гоморра… те самые, да? Архангел «силой господней» ниспослал на них дождь из камней и огня.

Сказал Татемия отглотнув виноградного вина из деревянной чашки.

Затем продолжил таким голосом, словно зачитывал отрывок из старой книги:

— Хоть Архангел и получил приказ покарать безнравственные города, в нём жила одна набожная семья. Поэтому лишь этой семье было сказано бежать из города пока не поздно и не оглядываться. В тот момент Ангел создал закон. Но день, когда города были уничтожены, жена не подчинилась закону Ангела, и обернулась посмотреть на разрушения и превратилась в соляной столб…

— Угу, «Королева Адриатического моря» должна была обрушить огненный дождь на этот безнравственный город Венеция, и стереть все от его центра и до самых окраин. Вот он первый шаг.

Индекс продолжила спокойным голосом:

— И это не всё, будет ещё один шаг, нацеленный на кого угодно или на что угодно за пределами Венеции. Любой, кто был в Венеции, любое, произведение искусства, которое отображает Венецианскую культуру, а также все знания и упоминания в истории, исчезнет всё…

Леденящая тема.

Было просто не возможно вообразить такое, осознать масштаб заклинания.

Всё это уже перешагнуло нормальное воображение.

Анджелина сказала:

— Я думаю она не знает, что такое «Королева Адриатического моря». Она не осталась бы стороне. Мы напали на вас в прошлом, и тут гордиться нечем, но трудно поверить, чтобы сестра Аньезе была способна на такое, превратить магов или даже обычных католиков, которые ничего не подозревать, в ничто.

— Я не буду восхвалять её до такой степени.

Лючия продолжила:

— … Я не уверена до конца, но думаю всё это правда. Судя по всему, Римско-католическая церковь не стала бы раскрывать ей свой план, учитывая, что она расходный материал. С самого начала и до конца, она лишь ключ, простой инструмент.

Гнев просачивался в её слова.

Камидзё чувствовал, что верит каждому их слову. Однако, Индекс неожиданно нахмурилась, ей почудилось что-то подозрительное в услышанном.

Татемия еле заметно выдохнул и сказал:

— Значит, нам надо просто спасти Аньезе Санктис, так? Я без вас знаю, как это будет трудно, но если Венецию пытаются уничтожить, я не могу просто сидеть и ничего не делать.

Услышав такое откровение, Лючия и Анджелина невольно заинтересовались:

— Ты знаешь сколько у нас времени?

—… Нет. Но учитывая, что они собрали такой немаленький флот, похоже, колебаться они не будут. Для поддержания флота им понадобиться много ресурсов, и с наступлением рассвета он будет очень заметен. Даже если они используют руны Отила<ref>В томе несколько упоминаний рун Отила, но никакого их применения, поэтому немного почитав разные вики и предысторию, я понял, что руны Отила тут используются для упоминания магии способной скрывать присутствие или отпугивать людей</ref>, масштаб будет слишком…

— До… до сих пор, каждый корабль проходит подготовку, и скорее всего у них будет лишь несколько готовых кораблей… но, учитывая, что их задумка так велика, ждать они точно не будут.

—… Значит, времени на раздумья больше нет.

Сказал Татемия слегка встревоженным голосом.

— Это же… магическая проблема. А если мы попросим Англиканскую церковь о помощи?

Сказал Камидзё. Хотя он до конца не разобрался в происходящем, Несессариус, с которым была связана Индекс, был подразделением, в задачи которого входило решение таких проблем.

Татемия покачал головой и ответил:

— Мы уже сообщили им, но отсюда до Лондона далековато. К тому же, это не обычное сообщество магов, это — знаменитая Римско-католическая церковь. Если Англиканская церковь направит сюда свои основные силы, может произойти развитие конфликта и мир разделиться на две части. Не просто находясь на территории Римско-католической церкви, подготовить боевой отряд, другой религии.

По его словам, выходило, что помочь Камидзё и его компании, это прогулка над пропастью по канату, без страховки.

Увидев в каком не простом положении они оказались, Камидзё молча стиснул зубы. Но с другой стороны —

«Это ещё не конец, мы всё ещё можем пройтись по этому канату, пусть и без страховки.»

Даже если они не могут вызвать подмогу, они по-прежнему могут воспользоваться своими силам для самозащиты, это будет хорошим оправданием в будущем.

Вот почему Татемия послал Амакуса спасти их, и не отказал в помощи Лючие и Анджелине после того как увидел их.

Заместитель первосвященника отодвинул тарелку и чашку подальше, а затем пододвинул к себе большую салатницу, стоящую рядом с Орсолой.

— Давайте расставим все точки над и.

Татемия поставил деревянную солонку в центр стола на свободное место.

— Это «Флот Королевы». Сейчас они в десяти километрах к югу от Венеции. Они на большом расстоянии от материка, и довольно близко от остальных островов. Даже если мы не воспользуемся рунами Отила<ref>Опять что-то про магию, теперь видимо проникновения</ref>, должно быть слепое пятно о котором они не знают.

Затем он передвинул бутылку с соусом на тридцать сантиметров.

— Это наша нынешняя позиция, ещё десять километров к югу. Отсюда нам не виден свет «Флота Королевы», а они видят лишь ночные пляжи Лидо ди Венеции. Это длинный остров простирающийся от Кьоджа до Венеции.

— Там ещё очень знаменитое казино.

Неожиданно вспомнила Анджелина, маленькую мелочь, которую не стоило бы знать монахине, за что Лючия положила ей ладонь на макушку и надавила со всей силы.

— Затем.

Татемия схватил деревянную вилку.

— Это пять километров от «Флота Королевы». Исходя из угла и размера пушек, это примерное расстояние защитного периметра противника. Мы будем под непрерывным обстрелом если пересечём эту черту.

Татемия нарисовал круг на деревянном столе. Солонка была в центре, бутылка с соусом за пределами круга, всё это походило на план боевого порядка.

— Ну по факту, они не смогут метко стрелять на дальние дистанции, а значит их диапазон атаки составит от четырёх до пяти километров.

Татемия нарисовал ещё один круг внутри уже имеющегося, словно это годовые кольца на срубленном дереве.

После чего он взял вилку и мягко постучал по столу указывая на пяти километровый периметр.

— Вот итог, нам нужно проскочить этот периметр если мы хотим попасть на «Флот Королевы». На корабле шансов мало, нас скорее всего потопят при первом же попадании. У них около ста кораблей на каждом от тридцати до сорока пушек. Могут ли все корабли одновременно стрелять в такой тесноте… так или иначе, будем честны, ядра будут сыпаться как проливной дождь.

Татемия нарисовал прямую линию от бутылки с соусом до солонки, а затем обвёл ту часть линии, которая попала в периметр стрельбы.

— Вот в чём проблема: как увернуться от ядер?

— Даже если мы примем в этом участие, нас ждёт неисчислимое количество врагов на кораблях.

Татемия продолжил.

Кто-то нервно сглотнул.

Заградительный, именно так называется огонь из пушек, когда снаряды падают стеной. И вот в чём вопрос, как прорваться сквозь эту толстую стену в которой нет и трещины.

— Пять кэмэ… это примерно три минуты на поезде да?

—… Тебе что и правда нужны примеры из жизни чтобы представить?

Раздражённо сказал Татемия.

— Пять километров по суше это не тоже самое, что пять километров по морю. Если на автомобиль установить двигатель с корабля думаешь он взлетит? Нет его раздавит весом этого движка.

Эта штуковина, которую называют кораблём, однозначно медленнее чем машина или самолёт, но только из-за того, что сопротивление воды замедляет его. Хоть тут напрямик и всего пять километров, но по ощущениям куда больше. Как им увернуться от ядер, и проскочить к своей цели, когда расстояние словно бы растягивается?

Чем больше слышали, тем больше впадали в уныние.

От таких слов у всех пропал аппетит.

— А что если… мы проскочим под водой, как только что?

Несмело предложила Орсола.

—… это… по поводу этого, мы использовали подводный туннель, чтобы сбежать из тюрьмы, и теперь…

Лючия перебила Анджелину, и продолжила

— Командующий «Флота Королевы» не тупица, и не позволит нам воспользоваться тем же трюком в третий раз. Зовут его Бьяджо Бузони, и хотя он всего лишь Епископ, хитростью он превосходит даже Папу. Я думаю он уже подготовил оружие для ведения подводных сражений.

Бузони Бьяджо.

— В отличии от бойцов с одной боевой силой, этот Епископ специализируется на множестве сил сразу. Однако, он не из тех, кто полагается на своих стражей. И тот факт, что он способен создать идеальную линию обороны, говорит о том, что он прям таки кожей ощущает присутствие своего врага. Не просто будет обойти его.

—??? Он и вправду настолько хорош?

— Настолько… что способен управлять тысячью таких монахинь как мы.

Анджелина не осмеивала себя, она говорила совершенно серьёзным тоном.

— И раз уж нас так мало, где же долгожданный просвет в этой грозовой туче? Ладно, вернёмся к теме, основная проблема с «Флотом Королевы», это его боевые способности. Поскольку флот создан полностью изо льда, он может восстанавливаться не возвращаясь на военную базу. Какой неприятный враг.

Секта способная превращать бумагу в корабли, не имеет права упрекать других, но факт остаётся фактом.

Изначально этот многочисленный флот был создан для борьбы с Венецианским флотом. Было бы глупо надеяться, что две-три подводные лодки смогут одолеть его.

Лючия и Анджелина расстроенно поджали губы.

Находясь в отдаление от флота и выслушав такой нерадостный анализ от постороннего, они вновь осознали в каком неприятном положении находятся.

— Пусть так… мы всё равно идём.

Решительно сказала Лючия.

— Ой-ёй.

Простонал Татемия, почёсывая голову.

— Я ни разу не сказала, что тебе нужно идти с нами. Для нас это был бы позор просить у тебя лодку. У нас есть заклинание, которым мы создадим проход под водой, мы им и воспользуемся.

— Это… это не значит, что у нас нет и шанса на победу…

Тихо пролепетала Анджелина.

В её глазах читался страх, а плечи дрожали. Несмотря на это, она не собиралась сидеть и ничего не делать.

— Мы можем разветвить подводные проходы… может нам удастся остановить флот, или направить его на рифы, чтобы пробить дыру в корабле…

— Их пушки способны затопить наш корабль с одного попадания, и даже если ледяной корабль попадёт под дружеский огонь, он восстановится. Я не думаю, что эти корабли можно остановить, потопив их, понимаете?

Прервал их Татемия.

Лючия и Анджелина смолкли.

В этой тишине обе они пытались упокоить своё дыхание, звук которого вливался в уши Камидзё как морские волны.

— … И, чего же ты от нас ждёшь?

Наконец Лючия разреза эту тишину.

Она стиснула зубы, и продолжила:

— Никто не хочет, чтобы Венецию уничтожили. Если мы не сделаем что-нибудь, из-за нелепого командования Бьяджо, сестра Аньезе станет лишь сломанной вещью, «Королева Адриатического моря» превратит её в парализованную калеку. И ты думаешь, что мы будем просто смотреть?

Она закрыла глаза и продолжила:

— Почему по-твоему мы следуем за ней? Сестра Аньезе благочестивая монахиня, способная одной лишь верой заставить меня трепетать перед ней. Самое бесценное сокровище для Церкви — это не деньги или ценности, это набожный верующий. Я не могу позволить кому-то кого я признала, встретить такую страшную судьбу… несмотря ни на что.

— Я… я не такая как Лючия, способная действовать полагаясь на веру.

Анджелина слегка улыбнулась и продолжила.

Она не хотела признания, она хотела лишь быть услышанной.

— У каждого свои причины. В прошлом, сестра Аньезе позаботилась обо мне. Это не просто какие-то там одна или две передряги из которых она меня вытащила, она помогала мне всегда. Поэтому я не хочу распрощаться с сестрой Аньезе, так и не выплатив ей долг с полна. И если я действительно хочу расплатиться с ней, то сейчас самое время.

— …

Камидзё некоторое время молчал.

Нет, скорее он просто не мог говорить. В словах Лючии и Анджелины не было силы. Наоборот, в этих словах было слабое сопротивление, которое нельзя было просто отвергнуть.

И именно поэтому:

— Татемия, достаточно.

Что? Татемия слегка нахмурился услышав Камидзё.

Камидзё продолжил:

— Забудьте о шансах, тактике, практических проблемах, и о том, что нам придёт конец если нас подстрелят на этом пяти километровом отрезке. Всё это не важно. Сейчас, мы должны обсудить как помочь Аньезе. Разве мы здесь не ради этого?

Лючия и Анджелина удивлённо уставились на Камидзё.

Услышав Камидзё, плечи Индекс опустились, а она устало вздохнула, Орсола мягко погладила её по спине, так словно пыталась утешить её. Всё это, скорее всего, потому что они обе знали эту его сторону. По правде, видели уже не первый раз.

— Татемия.

Произнеся это имя, он обратился к представителю Амакуса и говорил теперь с ними.

Не только Татемия, каждый понял это, и все подростки разом устремили свои взгляды к Камидзё.

— Аньезе Санкстис не самая дружелюбный особа. Но она нарочно отказалась от шанса на спасение, ради своих товарищей. И она даже не знает, что такое «Королева Адриатического моря», ради которой её используют как жертву. Доброта этого человека закончится тем, что она станет батарейкой, а когда выполнит эту свою роль, останется лишь калекой, прикованной к кровати. Нам надо лишь спасти её. И тем самым предотвратить уничтожение Венеции. Так почему бы нам не помочь?

Камидзё не смотрел по сторонам.

Он не спуская глаз с Татемии, продолжил:

— Ты не хочешь спасти её? Ладно, я сделаю это.

Татемия рассмеялся.

— Дум!

Он ударил по столу рукой.

— Нет ну правда, ты держишь меня за злодея…

Татемия обижено скривил губы:

— Чёрт, я правда расстроен. Я не этого добивался. Для меня вопрос был давно решён, именно поэтому я спрашивал, какой следующий шаг. Если мы хотим сделать это, нам надо придумать правдоподобный план.

Татемия покачал головой и сказал нетерпеливым тоном:

— Что касается стратегии, я уже подумал об этом.

Услышав его, каждый включая Камидзё, онемел от шока.

— После того как я оглашу свой план, и мы выполним его, не важно победим мы или потерпим поражение, всё ответственность я беру на себя. Даже если нас ждёт неудача, мы не будем жаловаться. Вообще-то я должен был бы спросить готовы ли вы к этому, но думаю уже поздно. Не ожидал от вас такого недопонимания.

Татемия окинул всех разочарованным взглядом.

Перед ним были его товарищи, девушки и парни, молодые и красивые как самородки.

Заместитель первосвященника сказал им:

— Тем не менее, я хочу сказать вам вот что. Все вы должны вернуться живыми. Не умирайте из-за этого, или из-за того, что вы думаете, что должны выполнить задачу даже ценой своей жизни. Если кто-то из вас так считает, прошу покиньте мой корабль. Никаких оправданий. После того как мы отправимся на поле битвы, мы все должны вернуться живыми, это ясно?

Никаких возражений.

Эта тишина, была молчаливым согласием.

Словно учитель спрашивающий своих туповатых учеников, Татемия в пол голоса спросил:

— Чему учила нас Жрица?

Амакуса хором ответили:

— ПОМОГАЙТЕ ТЕМ, КТО НУЖДАЕТСЯ!

===Часть 5===

Корабль, на борту которого находились Амакуса и Камидзё со своими спутниками, плыл на север по Адриатическому морю.

Они преследовали «Флот Королевы», стоя на палубе под открытым небом.

Оружие Татемии носило имя Фламберг. Это был меч длинной сто восемьдесят сантиметров. Волнообразная форма лезвия, обоюдоострого меча, была предназначена для нанесения более тяжёлых ран. Этот меч сильно отличался от любого другого, поскольку был сделан не из метала. Нельзя было сказать из чего именно он сделать, но лезвие меча было белого цвета.

— Этот меч больше подходит для грубого боя… неважно, будем импровизировать по мере надобности.

Лючия держала в руках большое каретное колесо. Этот тяжёлый предмет был сделан из бумаги Амакуса.

— Я чувствую уникальный «запах»…

Она поворачивала колесу обеими руками и ощупывала его.

— … За дело. Я должна наложить на него атакующее заклинание, основанное на «Легенде о колесе» святой Екатерины Александрийской.

Камидзё припомнил, как она уничтожала своё большое колесо, чтобы осыпать врагов дождём шрапнели.

Рядом с ней Анджелина, наполняла мешочки для монет, золотыми и серебряными монетками. Она заставляла эти мешочки летать, и использовала их как грубое ударное оружие.

— Ох… Я могу ещё немного добавить. Но им будет слишком больно если положу слишком много… может… может лучше немного выложить…

Услышав, как Анджелина с озабоченным видом высыпает монетки из мешочка, Лючия в панике подбежала к ней:

— Сестра Анджелина, что ты делаешь со своим оружием?! ЗОПОЛНИ МЕШОЧКИ, СЛЫШИШЬ МЕНЯ? ЗАПОЛНИ МЕШОЧКИ ДОВЕРХУ!!

— ВАЙ! Им же будет больно если я ударю!

— Даже если нам хочется решить всё переговорами, нам нужно создать для этого подходящую обстановку. Если бы мы могли договориться без сражения, нам бы не пришлось всем этим заниматься.

Стоя недалеко от них, Камедзё наблюдал за болтовнёй двух монахинь, и словно бы не выдержав, он сказал:

— Похоже… я неправильно понял Римских Католиков.

— В Римской католической церкви много разных людей… ведь так?

Тихо сказала Орсола стоявшая рядом с ним.

— Мы ведь не идём туда чтобы убивать плохих людей, каждый человек по-своему особенный, не плохой и не хороший. У тебя плохое впечатление о Римских католиках, вообще-то я сама была предвзята… я не верила моим друзьям Амакуса, из-за чего принесла всем нам много неприятностей.

— Вот как?

Пробормотал Камидзё.

— Я, например, не могу себе представить тебя плохой.

— Вот как… вообще-то женщины весьма многогранны.

Сказав эти в каком-то смысле сенсационные слова, Орсола слегка улыбнулась. Не понятно, что именно её одежда или её речь, сама монахиня и не догадывалась, но весь её вид выпячивал слишком много феминизма с которым она родилась.

В этот миг между ними возникла Индекс.

В руках она держала огромный посох.

— Вот, возьми. Амакуса дали его мне, но я не могу использовать духовные предметы, для которых нужно уметь управлять своей магической энергией. Ты куда больше подходишь для него.

— Ну надо же.

Орсола приняла посох, сделанный из серебра.

На кончике посоха полуприсел маленький ангелок на спине которого развивались шесть крыльев, закрывавшие его словно в клетке.

Этим оружием раньше пользовалась Аньезе. Когда Амакуса захватили отряд Аньезе, во время инцидента с Книгой Закона, они наверно конфисковали его.

Вдруг Камидзё заметил, что Индекс пристально уставилась на него.

— Что… что ещё, Индекс?

— …

Индекс, немного помолчала.

— Ничего.

— А? ЧЕГО ЭТО ТЫ ТАК НЕДОВОЛЬНО ОТВОДИШЬ ГЛАЗА? ХОТЯ И НЕ ПРИЯТНО, КОГДА ТЫ КУСАЕШЬ МЕНЯ ЗА ГОЛОВУ, НО ВОТ ЭТА РЕАКЦИЯ ПОЛНАЯ ХОЛОДА, РАНИТ КУДА БОЛЬНЕЕ, ЗНАЕШЬ ЛИ!

Индекс полностью проигнорировала его вопль, и убежала прочь. Увидев происходящее, Орсола вздохнула:

— Это всё потому что ты не позаботился о ней как следует.

А ведь верно, сейчас Индекс должна была есть спагетти, счастливо слоняться по округе и оглядывая достопримечательности создавать волшебные воспоминания. Она не ожидала того, что так внезапно нахлынуло. На самом деле из них двоих именно она ждала этой поездки больше всего.

— Хотя ты и жалуешься постоянно что тебе не везёт, ты же не собираешься останавливаться так?

— … Как отец трудоголик, у которого нет родительских прав.

Корабль продолжал идти к цели.

Казалось, словно белое мягкое свечение «Флота Королевы» стало немного сильнее чем пару минут назад.

— Вы готовы ребята? Если да, то начнём.

Татемия достал из кармана джинсов перевязанный резинкой пучок бумаги.

Камидзё нахмурился.

— Что ты имеешь ввиду говоря «начнём»?

— Мы не сможем атаковать «Флот Королевы» одним кораблём. Поэтому мы увеличим количество боевых единиц, вот так.

Татемия снял резинку с пачки.

— Шух!

Он бросил бумагу прямо за борт. Бумага плавно разлетелась во все стороны, как конфете из хлопушки, а затем мягко приземлившись на чёрную поверхность моря и начала беззвучно впитывать морскую воду.

— Бум!

Бумага впитав достаточно воды набухла и превратилась в целый флот кораблей. В отличии от «Флота Королевы», мягкий дизайн этих корабликов, навевал мысли о Японии. Каждый был тридцать метров в длину и семь метров в ширину, в высоту же они были двадцать метров. Тем не менее, по сравнению со сто метровыми кораблями «Флота Королевы» они выглядели совсем маленькими.

Появились не один или два корабля, а десять. Неожиданно расширившиеся корабли тесло сдавили друг друга. Флот придавил и тот корабль на котором стоял Камидзё, отчего палубу сильно затрясло.

Камидзё в удивлении уставился на сцену перед его глазами:

— … А это разве не ещё один флот? Да тут же морская баталия развернётся. Даже если у врага «Флот Королевы» мы теперь сможем дать им бой, так?

— Ты ведь знаешь, что переоцениваешь нас? Присмотрись, этот флот не чета «Флоту Королевы». На нашем даже пушек нет.

— …

Услышав его, Камидзё понял, что на кораблях и вправду не было пушек. Корпус и мачты были изящными, но тонкими и не могли выдержать хоть какой-то урон. А раз так, значит это были обычны корабли?

— Тогда зачем ты их выставил?

— Не обязательно использовать военные корабли для морских сражений. Амакуса мирская секта, скрывающая своё существование в местной культуре. Конечно же мы изучили Английскую историю.

Татемия улыбнулся:

— Знаешь, как в прошлом Английский морской флот разгромил так называемый непобедимый Испанский флот?

===Часть 6===

Корабль номер сорок три «Флота Королевы» был разведывательным судном, специализирующемся на обнаружении врага.

Монахиня, несущая вахту, сестра Агата, вздохнула, стоя на носовой части палубы. На обоих концах корабля, баке и юте, стояли небольшие столы, на которых лежали ледяные документы. Тонкие ледяные доски имитировали древние пергаменты из козьей шкуры, на которых виднелась вся информация, от карт и морских путей до информации о кораблях.

На одном из них, прогремел сигнал тревоги.

Это был документ отображающий морскую карту близлежащих районов Адриатического моря. Снизу под отображённым «Флота Королевы», на ледяной доске он выглядел как шахматная фигура, появилось ещё множество шахматных фигурок, которые быстро нагоняли флот.

— Епископ Бьяджо!

— Вижу, мне нужны подробности.

Стоило монахине крикнуть, как в ответ из неоткуда раздался голос.

— Корабли приближаются с южного побережья Венеции, тридцать нет сорок! Скорость… очень быстрые! Пятьдесят секунд, и они достигнут нашей позиции!

Расстояние от неё до появившихся кораблей составляло пять километров, скорость около трёх сот шестидесяти километров в час. Однако была существенная разница между скорость на суше и скоростью на море потому что сопротивления воздуха и сопротивление воды сильно разнятся.

По факту такая скорость была не реальна.

Даже скоростные катера, созданные научной стороной, могли разогнаться максимум до девяноста километров в час. Чтобы разогнаться до трёхсот шестидесяти километров в час, потребовалась бы просто нереальное много лошадиных сил. Если применить такую силу, судно разорвёт на куски об воду. Но этот «враг» сделал невозможное.

— Мы можем потопить их?

— «Королева Адриатического моря» развернула корабли номер двадцать пять и тридцать восемь, они на позиции и готовы стрелять. Прежде чем эти корабли нападут на нас, мы можем сменить позиции и не дать им сбежать.

— Быстрее примите меры. Их цель «Королева Адриатического моря» мы не должны их упустить.

— Так точно!!

Прокричала Агата, передавая команду всем кораблям и прицеливаясь. На столе перед ней появилось ещё два документа с расположением «Флота Королевы» и траекторией стрельбы пушек.

Они находились на расстоянии примерно четырёх-пяти километров от флота.

— ОНИ В ПЯТИДЕСЯТИ СЕКУНДАХ ОТ НАШЕГО ФЛОТА!! ПОТОПИТЕ ИХ ПЕРВЫМИ!!

«Флот Королевы» выпустил град ядер. Агата призвала ещё несколько ледяных документов. На документе изображалось множество столбов воды, вздымающихся из ночное моря, свидетельствующих о том, что вражеские корабли тонули слева и справа.

Но корабли не останавливались. Другие лодки использовали тонущие как платформы для прыжка и перелетали опасные участки устремляясь вперёд.

«Используют передние корабли как щит…?»

У Агаты появились подозрения. Но даже подозревая, она не могла понять есть ли на этих кораблях специальная броня, или защитные заклинания. Затонувшие неприятельские корабли выглядели так словно и не пытались увернуться. Даже когда десяток из них затонул, враг не попытался спасти их.

Расстояние между ними неминуемо сокращалось.

До цели осталось всего несколько сот метров, но враг так и не сделал не единого выстрела.

«…Постойте-ка.»

Агата пристальнее изучила корабли противника на ледяном документе.

Она остолбенела. На кораблях не было пушек.

— Раз так… ВСЕМ НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕЙТИ В ЗАЩИТНЫЙ РЕЖИМ! ЦЕЛЬ ПРОТИВНИКА…

Как только Агата отдала приказ,

Быстро приближающиеся корабли не сбавляя темп, врезались в корпуса внешних кораблей «Флота Королевы». После чего деревянные лодки начинали светится и взрывались, сила взрыва была такой, что казалось словно весь корабль был сделан из взрывчатки.

Взрывы наполнили воздух.

Море затрясло, Агата припала к штурвалу и закричала:

— ЭТО БРАНДЕРЫ — БЕСПИЛОТНЫЕ КОРАБЛИ С САМОУНИЧТОЖЕНИЕМ!!!

<center>♦</center>

Услышав взрывы, Татемия молча закрыл глаза.

— Брандеры были изобретены ещё до торпед. Вначале это было очередное плавучее морское оружие. Как правило, это были маленькие корабли, совсем как лодки. Впервые именно Английский флот в битве против непобедимого Испанского, направил гружённые порохом галеоны прям на врага.

Шокированный Камидзё проговорил:

— Значит ты планируешь прошмыгнуть к ним на борт, пока вокруг бушует хаос? Какой грубый план.

<center>♦</center>

— Сестра Агата.

— АУЧ… да… я на связи!

Слушая взрыв за взрывом, Агата ответила на вызов Бьяджо.

— Если цель врага предотвратить активацию «Королевы Адриатического флота», я думаю они не просто так атакуют нас. Должно быть что-то ещё — пошевеливайтесь и найдите противника.

Глаза Агаты забегали по документам на столе. Из-за взрывов на морских картах повсюду шли ряби и помехи, поэтому трудно было что-либо разобрать.

«Если брандеры не настоящая цель… у них должен быть другой флот. Однако…»

Она изменила масштаб с пяти на десять, а затем и на двадцать километров, но так и не нашла подходящий корабль. Было всего три крупных гражданских судна, должно быть они на одном из них.

Агата продолжала увеличивать масштаб пока её руки не остановились.

«… Стоп, а если они не на море?»

Почти все ледяные доски исчезли. Вместо их появилась несколько ледяных документов, сложенных друг на друга. Ледяной блок появившейся на столе имел длину и ширину всех вместе взятых документов. Блок показывал не длину и широту, а вертикаль глубины.

Другими словами, он показывала врагов под водой.

— Я нашла их! В восьмидесяти метрах к югу от «Флота Королевы» на глубине в сорок метров. Один крупный объект — это тот же корабль, что подобрал обломки!

<center>♦</center>

— Они засекли нас…

Татемия внезапно поднял взгляд.

Словно реагируя на его действия, Амакуса управляющие кораблям быстро отчитались.

— Мы наблюдаем за пушками вражеских кораблей. Ориентированная траектория выстрела минус тридцать градусов. Они определённо целятся под воду.

— На южной стороне вражеского флота есть движение. Похоже, они перестраиваются для внезапной атаки.

В пушечном бою, хотя и не просто, но важно получить оценку позиции врага, ведь если их обнаружат будет уже поздно. Бой на воде совсем не походил на бой в воздухе, где все движения давались с лёгкостью. На воде почти не возможно используя скорость уклоняться и уворачиваться от вражеских залпов.

Поэтому, основой ведения морского боя, было найти позицию и выстрелить, при этом не дав врагу выстрелить в ответ.

Этот настольный бой начался, ещё до того, как пушки открыли огонь.

Ожидание, будет ли противник реагировать, и если да, значит провал. Вот что такое битва умов, полная тишины.

Таким образом:

— Множество пушек нацелено на нас!

— Они отреагировали на движение. Куда быстрее чем мы ожидали! Если ничего не изменить…!!

— Хуже и быть не могло…

Сказал Татемия тихим голом.

— Все готовьтесь!! Постарайтесь не подставиться под залпы! Если нас подобьют…!!

Не успел он закончить, как взрыв перекрыл все другие звуки

<center>♦</center>

— Подтверждаю попадание! Движение противника замедлилось!

— Отлично.

Услышав слова Агаты, Бьяджо немного расслабился.

— Неужели они думали, что один и тот же трюк сработает трижды? Мы конечно же подготовили подводные пушки.

То, что он подготовил, было пушками, которые выстрелом замораживали воду. При этом корабль попавший в толстый слой льда не мог двинуться. А поскольку лёд плавает, им осталось бы лишь дождаться, пока корабль всплывёт вместе с льдом. А затем расстрелять обычными пушками, разбивая врага в щепки.

— Шестьдесят секунд до полного всплытия цели. А пока давайте позаботимся об оставшихся брандерах…

— Сестра Агата! Срочное донесение!!

Этот голос принадлежал не Агате, это была другая монахиня.

— Противник проник на корабль номер двадцать девять! Судя по оружию и заклинаниям это снова Амакуса!!

«Что?», — Агата не поверила своим ушам.

Она повернулась к документам на столе. Очередной брандер врезался в двадцать девятый корабль… но на корабле не было повреждений. Должно было сработать самоуничтожение, и в корабле должна была быть большая дыра…

Значит…

— Они подготовили лодку, которую не собирались взрывать, и отправили её на нас вперемешку с другими… а значит эта подводная лодка очередная приманка…!?

<center>♦</center>

Камидзё Тома сошёл с деревянного лодки на ледяной корабль. За ним показались, Индекс, Орсола, Лючия, Анджелина, Татемия и остальные члены Амакуса.

— Забудьте о захвате всех кораблей! Нам просто не хватит людей! Нам нужно лишь уничтожить ядро вражеского флота!

— Флагман… где «Королева Адриатического моря»?

Камидзё осмотрелся. В нескольких сотнях метров от него, плыл корабль куда больше всех остальных. Однако, между ними было примерно десять кораблей.

— Я построю мост с корабля на корабль! А вы ребята не останавливайтесь…

Татемию заглушил женский голос.

Это была радио передача.

— Всему персоналу на кораблях номер двадцать девять, тридцать два и тридцать четыре, отступайте! Если можете, прыгайте за борт! Мы затопим корабли, а затем пересоздадим заново!!

— Вот дрянь.

Чертыхнулся Татемия.

— Они снова взрывают собственные корабли!? БЫСТРЕЕ!!

Татемия подбросил в воздух несколько пачек бумаги. Бумага немедленно расширилась и превратилась в арочные мосты, соединяющие несколько ледяных кораблей.

Но прежде чем они успели добраться до ближайшего моста, повсюду загрохотали пушечные выстрелы. Ядра пока не попадали в них, но одной лишь встряски хватило чтобы Камидзё потерял равновесие.

— Воу!?

Он даже толком вскрикнуть не успел. Огромный корабль начал разваливаться на части, как комок грязи, брошенный вверх. Треснувшие ледяные стены, падали за борт поднимая столбы воды в небо.

Вода хлынула на палубу.

Тридцати метровая мачта, настолько толстая, что даже Камидзё не смог бы её обхватить обеими руками, начала накреняться, будучи подбитой пушечным ядром.

— ИНДЕКС!!

Индекс вся сжалась, когда Камидзё схватил её за руку и бросился к основанию упавшей мачты. Мачта покатилась в сторону и ненароком соединила два ледяных корабля словно мост.

Не думая, Камидзё запрыгнул на мачту.

Амакуса со своим лидером Татемией, погрузились на только что отстроенный деревянный кораблик и пустились к следующему ледяному гиганту.

Камидзё держа Индекс за руку быстро перебежал на соседний корабль. Сзади, Орсола держа в руках Посох Лотоса, двигалась за ним. Попав под вторую волну залпов, ледяной гигант начал клониться на бок, а мачта которой не долго довелось побыть мостом, погрузилась в воду.

— Тома, где остальные?

Хоть большинство Амакуса воспользовались деревянным мостом, Камидзё увидел, что несколько человек прыгнули в море. Он невольно стиснул зубы, на что Орсола стоявшая рядом сказала:

— У них есть заклинания для создания мостов и лестниц. Они знают, что справиться поэтому-то и прыгнули в воду.

Сказанное Орсолой подарило Камидзё немного надежды, и у него не было выбора кроме как поверить ей.

— Чтоб тебя! Пойдём уже и уничтожим эту чёртову «Королеву Адриатического моря» !!

В очередной раз, Камидзё направился к флагману «Флота Королевы».

Но на его пути раздались новые шаги.

Несколько монахинь выбежали на палубу и остановились словно на сцене. Как и у Лючии с Анджелиной, они носили жёлтые юбки и рукава на чёрных основах монашеских одеяний. Они очевидно были рабочими на этом корабле и похоже состояли в отряде Аньезе.

Они должны были знать зачем Камидзё и компания пришли сюда, но не сказав ни слова, они подняли своё разнообразное оружие, от мечей и топоров, до вещей, которые даже оружием нельзя было назвать, таких как библии и факелы.

Здесь были лишь монахини.

Люди известные как смотрители, тоже должны были быть на борту, но среди стоящих перед ним, Камидзё их не увидел. Возможно они оставили битву рабочим, а сами прятались. Но тактика подрыва корабля вместе с врагом, была не очень то и эффективной.

— … Вы ведь знаете, что станет с Аньезе, верно? ТАК ПОЧЕМУ БЫ ВАМ НЕ ПОМОЧЬ НАМ?!

Закричал Камидзё, но одна из монахинь покачала головой.

— Извини, но наши чувства не имеют никакого отношения к работе.

Она сказала это за всех.

— Вы точно так не думаете.

Орсола заговорила тяжёлым голосом:

— Возможно они и сами не заметили, но они именно те люди, которые признали способности Аньезе и последовали за ней. Поскольку они верят, что их лидер точно преодолеет любую преграду, они и делают то что делают. Они наверно хотят, чтобы кто-нибудь их остановил.

— …

Просто потому, что они не могли выразить всё это словами, они просили помощи по-другому. Прямо сейчас, они попали в такое положение, когда им приходиться идти против всего во что они верят и уничтожать друг друга. Поняв это Камидзё невольно сжал кулаки.

Словно бы отвечая на его выпад, несколько монахинь шагнуло вперёд.

Расстояние до человеческой стены сплошь состоящей из врагов было примерно семь метров.

И тут, что-то маленькое пролетело над головой Камидзё и устремилось к монахиням.

Сверху, на высоте в десять метров зависло колесо от кареты.

— Сестра Люч…!?

Прежде чем враг выкрикнул её имя.

— БАХ!!

Колесо разлетелось в клочья. Деревянная шрапнель не полетела в Камидзё, Орсолу и Индекс, следуя магической траектории атака устремилась вниз на врага. Это можно было считать разрушительным дождём. Монахини пытались прикрыться оружием и заклинаниями, но всю группу раскидало.

После раздался крик:

— Сюда!!

Устремив взгляд в сторону крика, Камидзё увидел Лючию и Анджелину, они попали на корабль другим путём. На краю палубы позади них виднелся мост, ведущий к следующему кораблю.

— Номер сорок один, не медленно покиньте борт! Если не успеваете, прыгайте за борт! Этот корабль тоже будет затоплен, мы восстановим его после!

Напряжение витало в воздухе, хотя Камидзё и не знал по какому принципу пронумерованы корабли, он догадывался что враг будет целить в них.

— ПОШИВЕЛИВАЙТЕСЬ!!

Закричала Лючия, поторапливая Камидзё и девушек, чтобы те как можно быстрее перешли мост. Но в эту же секунду монахини начали действовать.

Они не пытались сбежать, они преградили группе Камидзё путь к спасению.

— Шух!!

Все монахини как единый организм окружили Камидзё, Индекс и Орсолу.

— Эти… ИДИОТКИ! ЕСЛИ У ВАС СТОЛЬКО СМЕЛОСТЬ ОТЧЕГО ЖЕ ВЫ НЕ СПАСАЕТЕ АНЬЕЗЕ?

Лючия подняла руку, и разбросанные щепки потянулись к ней формируя колесо от кареты. Подхватив колесо она бросилась вперёд на монахинь.

Но прежде чем битва успела разгореться, раздался ещё одни взрыв.

— АА!?

Вскрикнул Камидзё когда его барабанные перепонки наполнились болью. Со звуком и вспышками соседние корабли обстреливали их из пушек. Ядра похоже угодили в корпус, так как палубу трясло лихорадочной дрожью.

Их накрыло вторая волна огня.

На этот раз, казалось, они намеривались уничтожить саму палубу, поскольку громкие пушечные выстрелы обрушились неистовым треском вниз.

Пушки были нацелены на Камидзё и девчонок, и чёрные дыры стволов уставились на них как глаза чудовища.

И тут:

— Поднимись, один из двенадцати учеников, сборщик налогов и смиренный слуга мага искоренителя.

Крик этот вырвался из рта Анджелины.

Четыре мешочка с золотом тут же ответили на её зов.

Красный, синий, жёлтый, зелёный. Четыре тяжёлых мешочка с крыльями врезались в соседнюю мачту словно железные кулаки. Четыре удар в основание мачты, раскололи её.

Огромный столб начал падать.

И вторая волна ядер обрушилась на него. Лед заблокировал пушечные выстрелы и разлетелся на куски, а Камидзё и девчонки были спасены Анджелиной.

Под пушечным градом ледяная мачта лопнула и посыпалась на палубу.

Куски льда полетели вниз. Хоть это были куски, но каждый был размером с холодильник.

— !!

Лючия подбросила колесо и сдетонировала его. Деревянная шрапнель встретила ледяные глыбы, но отбросила далеко не всё.

Ледяной камень, проскочивший через шрапнель, полетел на Римско-католических монахинь, монахинь, прежде называемых отряд Аньезе.

Осознав происходящее, Анджелина, всё равно бросилась вперёд к вражеской группе.

— СТОЙ… КУДА ТЕБЯ НЕСЁТ!?

Закричала удивлённая Лючия.

Анджелина пропустила мимо ушей крики монахини и подобрала мешочек с золотом. Затем она попыталась подбить оставшуюся ледяную глыбу в воздухе.

Мешочек порвался и монетки со звоном рассыпались по палубе.

Ледяная глыба, оказалась уже слишком близко.

— НАЗАД, СЕСТРА АНДЖЕЛИНА!

Закричала Лючия, Анджелине потерявшей своё оружие. Она оглянулась и увидела, что мальчик по имени Камидзё Тома бежит к Анджелине. Наверно он хотел отпихнуть её.

Но, Анджелина не отступила.

Она не только не отступила, она сделала шаг вперёд, стиснула зубы и ринулась к ближайшей монахине. Монахиня, застывшая на месте, получила толчок и упала на палубу в сторону.

Убедившись, что та в порядке, Анджелина приготовилась к удару.

Ледяная глыба размером с холодильник приземлилась рядом с ней.

От удара об палубу, глыба разлетелась на куски и осыпала всё вокруг увесистыми осколками.

— БУМ!!

Крошечное тельце Анджелины пролетело по воздуху вместе с мусором, и с глухим звуком ударилось об палубу.

— Сестра…

Лючия завопила так, словно только что увидела что-то невероятное, что-то, что не может произойти в реальном мире.

— СЕСТРА АНДЖЕЛИНА!!

Увидев, как Лючия отчаянно бросилась к распростёртому тельцу маленькой монахини, окружавшие их монахини усомнились в своих действиях. Но, затем словно бы неожиданно вспомнив зачем они тут, подняли своё оружие.

В ту же минуту:

— Боже, я только что опять увидел нечто настолько жалкое.

Татемия и Амакуса сошли с другого корабля на этот по деревянному мосту и отгородили Анджелину от других монахинь человеческой стеной. Он вытащил из кармана пачку бумаги, перевязанную резинкой и бросил её Лючие.

— Это спасательная подводная лодка. Не лучший транспорт на данный момент, его подобьют если выпустить на территории врага. Не используй сейчас, рассей бумагу среди брандеров запутай врага, это даст тебе больше шансов не попасть под выстрел!!

Лючия подбежала и схватив бумагу сунула связку в рукав. Хоть Татемия и подсказал, боевые и умственные способности отряда Аньезе не позволят ей так легко воспользоваться лазейкой. Даже если она создаст корабль, не обдумав всё как надо или запаниковав, точечный огонь пушек потопит его в миг.

Но сейчас было не до всех этих мелочей.

Лючия наклонилась к Анджелине. Увидев, как та хватает её за руку своей дрожащей рукой, Анджелина улыбнулась:

— … Сестра Лючия…твоя…рука…она…дрожит.

— КОНЕЧНО!!

— Я правда…ненавижу…всё…это. Я…не могу…здесь…умереть.

Анджелина чётко произнесла каждое слово, а затем продолжила:

— …Разве…я…не сказала…что…мы…вернёмся…все…вместе? Сестра…Аньезе…ты…и…я…и люди…сражающиеся…там…всё…мы…вместе.

Пушки невдалеке заскрипели наводясь на цель.

Третья волна атаки была готова.

Но, Лючия не отводила взгляд от Анджелины.

— Если будет так… Я… точно… не умру. Если… ты… пообещаешь… мне… кое-что… то… я… сдержу… своё… слово… до конца. Ну же… я… молю… тебя. Сестра… Лючия. Пообещай… Не… делать… различий… между… врагами… и товарищами. Можешь… ты… можешь… просто… сражаться вместе… чтобы… защитить всех…?

Лючия молча прикусила губу.

Соседний корабли сделал залп, пушки были направлены на неё.

Но тело Лючии не разорвало на куски.

Правая рука заблокировала ядро, летящее в неё.

На вид обычный парень протянул свою правую руку, и поймал ледяной шар, созданный из магии, а затем его пять пальцев напряглись и раздавили его в пыль.

— ЧЕГО ТЫ ЖДЁШЬ, ПООБЕЩАЙ ЕЙ ЛЮЧИЯ!!

Сказал он:

— Если ты не сможешь, я помогу тебе, неважно сколько иллюзий надо будет разрушить, я разрушу их все! Так что пообещай ей! Скажи хоть что-то! Пусть она почувствует, что нужна здесь! Пусть она поверит, что не просто так терпит эту боль!

— Хорошо.

Сказала Лючия.

Она посмотрела в глаза Анджелине и тихо продолжила:

— Я любой ценой защищу всех. А у тебя сейчас своя битва.

Услышав её голос, маленькая монахиня улыбнулась.

Ледяной корабль содрогнулся под градом выстрелов. Правой руки Камидзё было недостаточно чтобы блокировать все ядра. Здесь было не безопасно, на самом деле везде было не безопасно.

Лючия подняла Анджелину с палубы на руки, и встала. Теперь она не могла воспользоваться своим колесом, но похоже её это не сильно заботило. Сейчас у неё на уме было только одно, сражаться вместе несмотря на все неудобства.

Монахини сделали шаг вперёд, чтобы не дать Лючии уйти.

Но, Камидзё с девчонками и Амакуса стеной преградили им путь

И Камидзё и Лючия смотрели в одну и ту же сторону.

Несколько кораблей отделяло их от «Королевы Адриатического моря».

===Между строк 4===

«Я… всё ещё…»

В этой суматохи, с затуманенным разумом, на руках у Лючии, Анджелина продолжала думать.

«Не могу… сдаться…»

Взрыв достиг её ушей, звуки мечей и топоров скрещённых в неистовой схватке, но Анджелина по-прежнему думала всё о том же.

«Сестра Аньезе, для Церкви, сделала всё. Деньги, которые она получала за выполнение опасных миссий, она тратила на печать библий. А потом относила книги в старые и обнищалые церкви, и дарила их местным священникам, говоря, что надеется, что делает всё возможное…»

Боль от удара ледяными осколками заполняло всё её тело.

Осколки разбитой мачты ударили её по голове, и она заработала сотрясение мозга.

«Даже когда сестра Лючия не работала, она взбиралась на колокольню, и всегда была готова звоном огласить если случиться что-то ненормальное. Она всё ещё там, и прямо сейчас, колокольня стоит всё на том же месте…»

Слёзы потекли, капля за каплей.

Не из-за боли, а потому что она была недовольна, всё было не так.

«Даже у других людей, у каждого… есть внутри добро, и свои добродетели. Среди нас, точно не было… не было никого, кого можно было бы назвать плохим человеком. Так почему… почему… всё так обернулось? Я ненавижу плохих людей. Я достаточно навоевалась ради баланса добра и зла.»

Встряхнув своё израненное тело, она задумалась.

Сестра Анджелина лишь продолжила свою молитву.

«Спаси…»

Она стиснула зубы.

Слёзы текли по её щекам.

«Кто-нибудь спаси их… спаси меня… и моих драгоценных товарищей. Спаси нас всех… от это бессмысленной… и беспощадной… тьмы…)

===Примечания===
<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter3|Главе 3]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter5|Главе 5]]
|-
|}
</noinclude>

Talk:Toaru Majutsu no Index - Некий Магический Индекс

2017-09-22T13:32:57Z

Palexadin:

=='''Апдейты'''==

''Тут будут крупные апдейты начиная с 2017 года, все что было раньше я снес, так что почему бы и нет.''

11.02.17 - закончил заливать 14-16 тома перевода команды Поддался TEAM, 20-22 добавлю как только будут готовы 18-19, а иначе зачем они нужны?

22.09.2017 - закончил перевод 11 тома, знаю что том этот не очень важен, и многие посчитают это тратой времени и сил, но думаю стоит добить не переведённый главы Индекс, чтобы и у русских фанов был перевод всех глав. [[User:Palexadin|Palexadin]] ([[User talk:Palexadin|talk]]) 16:31, 22 September 2017 (CDT)

=='''Обсуждения'''==

''Тут можете оставлять свои послания, любые, так как [[User:Feslav|этот]] совершенно внезапный парень вызывался переводчиком в начале года и не знал куда ему идти.''

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11

2017-09-22T13:23:29Z

Palexadin: Created page with "===Иллюстрации=== {{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Illustrations}} {{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Prologue}} {{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ R..."

===Иллюстрации===
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Illustrations}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Prologue}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter1}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter2}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter3}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter4}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter5}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume11_Epilogue}}
{{:Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Afterword}}
<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume10|Тому 11]]
| Вернутся на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперед к [[Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume12|Тому 12]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Afterword

2017-09-22T13:20:17Z

Palexadin: Created page with "==От автора== Тем, кто покупал книгу за книгой из это серии, давно не виделись. Тем, кто купил все..."

==От автора==

Тем, кто покупал книгу за книгой из это серии, давно не виделись.

Тем, кто купил все одиннадцать книг сразу, приятно познакомиться.

Меня зовут Камичи Казума.

Хотя я и продолжаю утверждать, что довольно свободен, теперь это одиннадцатая книга. На это раз… никаких изменений в сезоне, и штрафную игру придётся отложить. На этот раз, каникулы за границей. Никакой Канзаки Каори, но зато остальные члены Амакуса. Хотя это и морская битва, никаких перестрелок пушечными ядрами, зато есть брандеры. Пожалуй, это и вправду отступление от нормы.

Что касается сценария, за всем стояла одна организация. Маленькая девочка и высокая девушка, которые однажды уже появлялись в моих книгах, вернулись к нам, на это раз в качестве главных героев. Пожалуй, появление множества новых персонажей, добавило истории множество волнительных моментов.

С магической стороны, присутствовали в основном две организации. А ещё были легенды о кресте и небольшое упоминание о Двенадцати апостолах.

Так называемые брандеры, не выдуманы, они и в самом деле существовали. Это было ещё до появлении торпед. Английский военно-морской флот, в прошлом набивал гигантские корабли порохом и отправлял их без экипажа как передвижные бомбы. Хотя эту битву и нужно было выиграть, масштабы были невероятными.

Хаймура-сенсей, отвечавший за иллюстрации и Мики-сенсей, отвечавший за печать, искренне извиняюсь, что причинил вам столько неприятностей. Из-за изменения истории, я потратил много времени на поиск нужной информации. Вам обоим было не просто. А так же мисс Йошими и мисс Фукусима Юуко, отвечавшие за итальянский язык, позвольте выразить вам благодарность.

А также я хотел бы поблагодарить читателей. Спасибо что прочли книгу до последней страницы.

И вот, очередной том подошёл к концу.

Надеюсь вы прочтёте следующую.

А теперь позвольте отложить перо.

В следующий раз я обязательно напишу про штрафную игру!

— Камичи Казума.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume11_Epilogue | Эпилогу]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс |Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume12_Illustrations | 12 тому]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Epilogue

2017-09-22T13:16:15Z

Palexadin: Created page with "==Эпилог: Возвращение в Академгород — L'inizio_Nuovo…….(Новое начало)== ===Часть 1=== Будьте уверены, И..."

==Эпилог: Возвращение в Академгород — L'inizio_Nuovo…….(Новое начало)==

===Часть 1===

Будьте уверены, Итальянский госпиталь расслабляет.

«Много кто путешествует за границу, но мало кому удаётся побывать в госпитале, после несчастного случая, да?», — думал Камидзё. Прямо сейчас, он лежал на носилках, его куда-то везли, вокруг было темно, и лёгкий скрип доносился до его ушей. Доктор и медсестра что-то ему говорили, но он не мог понять ни слова. Его правое плечо и левая рука были перевязаны, а на его лице был пластырь «Я в порядке» … возможно из-за дезинфицирующего средства, его глаза щипало.

— Я только и думаю об этом дезинфицирующем средстве. Чёрт, почему другие могут плыть на лодках Амакуса, что сохраняет их кожу такой мягкой и чистой, а я…

— Адриатическое море не очень-то и холодное да?

— ТЫ ЧЕГО ТАКАЯ СЧАСТЛИВАЯ ИНДЕКС? МЫ ОБА ПОШЛИ НА ДНО ВМЕСТЕ С КОРАБЛЁМ, ПОСРЕДИ АДРИАТИЧЕСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ!! ЭЙ, ТЫ ЧТО РАДУЕШЬСЯ, ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО НА ЭТОТ РАЗ Я НЕ ОСТАВИЛ ТЕБЯ ОДНУ, ДА…

— !!

Не успел Камидзё закончить фразу, как Индекс неожиданно споткнулась и растянулась по среди коридора.

— И вовсе я не рада…

— Я понял, ты ведь в порядке да!? Нет ну правда, ты заставляешь врачей волноваться из-за такой мелочи, Индекс. Ты хочешь доставить медсестре ещё больше проблем? АААААААААААААХХХ!!!

Как только Камидзё попытался привлечь внимание белокурой медсестры, Индекс набросилась на него.

— Тома всегда остаётся Томой, даже на носилках, да!?

— Я ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ О ЧЁМ ТЫ!!

Монахиню, запрыгнувшую на каталку Камидзё и учинившую над ним акт насилия, оттянули в сторону. Скорее всего медсестра онэ-чан, не понимала о чём они говорили, поэтому склонила голову на бок, всем своим видом давая понять, что не в теме.

— Да, что? То… Тома, доктор говорит, что тебе звонят.

Услышав Индекс, Камидзё посмотрел на доктора, и слегка удивился увидев в его руке мобильник. «А разве можно пользоваться телефонами в госпитале?», — подумал он. Но поразмыслив, решил, что даже в госпитале должны быть телефоны.

Как бы там ни было, он взял трубку.

Похоже связь уже была установлена, поскольку поднеся телефон к уху, Камидзё услышал знакомы голос.

— Тебе даже во время отдыха заграницей нужно обязательно загреметь в больницу, да?

Это был доктор с лягушачьим лицом.

Этот доктор постоянно заботился о Камидзё в Академгороде. Тома, часто получающий травмы и как следствие попадающий в больницу, знал, что этот врач с лягушачьим лицом был просто мастером своего дела.

— Эх, что это вы так неожиданно? Ха, только не говорите мне, что вы можете поставить диагноз пациенту даже по телефону?

— Если бы мог, больнице пришлось бы открыть услугу «лечение через мобильный телефон». Однако, я не могу, а поэтому тебе остаётся только одно. Ты немедленно возвращаешься в Академгород.

……………………………………………………….ЧТА?

— Я не шучу. Даже если бы эта больница, была союзником Академгорода, я бы не позволил им проверять или ещё чего доброго настраивать тело эспера.

— Это… правильно. НЕТ, ТО ЕСТЬ… Я ХОЧУ СКАЗАТЬ! Я НЕ МОГУ ЛЕТЕТЬ В ТАКОМ СОСТОЯНИЕ, НА ПЕРЕЛЁТ УЙДЁТ ОКОЛО ДЕСЯТИ ЧАСОВ!? А Я ВЕСЬ ПОКРЫТ РАНАМИ, ВЫ ВЕДЬ ПОНИМАЕТЕ?!

— Ох, не волнуйся об этом. В аэропорту Марко Поло тебя ждёт сверх звуковой самолёт. Он может разгонятся до семи тысяч километров в час, так что ты будешь в Японии уже через час.

— СВЕРХЗВУКОВОЙ САМОЛЁТ!? ТА САМАЯ ГОЛУБАЯ МЕЧТА, СОЗДАННАЯ НА ИССЛЕДОВАНИЯХ NORTH AMERICAN X-15<rev>https://ru.wikipedia.org/wiki/North_American_X-15</rev>? А РАЗВЕ МНЕ МОЖНО ЛЕТАТЬ НА ТАКОМ САМОЛЁТЕ, КОТОРЫЙ БЫСТРЕЕ ВЫПУЩЕННОЙ ПУЛИ, БЕЗ ДОЛЖНОЙ ТРЕНИРОВКИ?!

— Не бери в голову. Я уже летал на нём. Чувство такое словно ты в невесомости.

— И ЭТОЙ ШТУКЕ НУЖЕН ВСЕГО ЧАС!? ДУМАЮ, СОДЕРЖИМОЕ МОЕГО ЖЕЛУДКА НЕ ДОЛГО ТАМ ЗАДЕРЖИТСЯ!!

— Не бери в голову. Я уже летал на нём. Пройдёт десять минут, и ты даже думать об этом не будешь.

«А ведь только что сказал, не бери в голову!!», — Камидзё схватился за голову и сжал её со всей силы.

— ПОГОДИ-КА!! Я… Я В ИТАЛИИ БЫЛ ВСЕГО ОДИН ДЕНЬ! И УЖЕ ДВАЖДЫ НАХЛЕБАЛСЯ ВОДЫ ИЗ АДРИАТИЧЕСКОГО МОРЯ… НЕТ, СЧИТАЯ ПОБЕГ, ТРИЖДЫ. И ДАЖЕ НЕ РАЗУ НЕ БЫЛ В ВЕНЕЦИИ!!

— Ох боже, неужели ты не доволен полученным опытом? Так или иначе, я могу тебе сказать лишь одно… хоть это и нечестно, но просто сдавайся уже и возвращайся в Академгород.

«ТВОЙ ГОЛОС ХОЛОДЕН И НЕ ОБОСНОВАН!!», — Камидзё снова обнял голову руками.

А голос как не в чём не бывало продолжил:

— О точно, та милая девушка, которая навещала кое кого в больнице, узнала, что я буду звонить тебе и просила, чтобы я передал тебе важное послание.

— КАКОЕ?

Камидзё думал, какая милая девушка? Сейчас в больнице лежали Ширай Куроко и Химегами Аиса. К Химегами приходит Фукиёсе Сейри и Комое-сенсей. А к Ширай Мисака Микото…

— Погоди-ка. Мисака Микото?

— Угу

Доктор с лягушачьем лицом, небрежно кивнул головой и угукнул в трубку.

— Верно. Она сказала вроде бы «Как вернёшься, приготовься к наказанию за проигрыш вовремя Дайхасейсая»?

— ААААААААААААА!? Я СОВСЕМ ПОЗАБЫЛ ПРО НЕЁ!! АААААРРРРРРРРГГГГГХХХ!!

Врач и медсёстры силой прижали Камидзё к каталке, решив, что у него начался нервный припадок.

Камидзё Тома и Мисака Микото поспорили вовремя Дайхасейсая, и Камидзё проиграл, и теперь должен был выполнить условие, слушаться Микото целый день. Если она узнает, что он забыл об этом и отправился в путешествие по Италии…

— МЕНЯ ЖЕ ЖДЁТ АД!! Я НЕ ХОЧУ НАЗАД!! АРГХ… ПОСТОЙТЕ! НЕ НАДО МЕНЯ СВЯЗЫВАТЬ!!

Носилки укатывали вдаль.

Человек на другом конце телефона, на вздор Камидзё лишь ответил:

— Вот и хорошо, тогда… что я забыл? Точно, добро пожаловать домой Камидзё Тома.

===Часть 2===

Была полночь, время, когда один день сменяется другим.

Общежитие Англиканской церкви находилось в тёмной улочке Ламбета. Люди, живущие здесь были не бедными, а просто желали не привлекать внимание обычных граждан, чем-нибудь необычным. Если окружение сплошь из профессионалов, даже во время битвы можно минимизировать потери.

— Ясно. Не просто тебе пришлось.

Разговор вела Каори Канзаки, комната которой была в самом центре общежития. Азиатское лицо, чёрные волосы до талии, связанные в конский хвостик, на теле была футболка с короткими рукавами, задранная вверх и завязанная в узел, обнажая её пупок, и джинсы одна штанина которых была отрезана, обнажая ногу. Двух метровый Шичитен Шичито, который обычно висел у неё на поясе, теперь стоял в углу опираясь на стену.

Она говорила не с кем-то в комнате, а по телефону.

Это был старомодный дисковый телефон, украшенный красным орнаментом, трубка которого соединялась золотым шнуром, в целом довольно милый антикварный аппарат. По другую сторону трубки был её коллега Тсучимикадо Мотохару.

— Ня, слушай, если тебе нужны подробности спроси у Амакуса. Как по мне, я подвергаю себя опасности, когда собираю для тебя информацию. И ты должна не забывать об этом.

— Я… я больше не член Амакуса. Будет высокомерно с моей стороны, сближаться с ними и расспрашивать об этом.

Говоря Канзаки накручивала на большой палец телефонный провод.

Помолчав она продолжила:

— А разве ты не собирался в регион Венето для сбора информации? Или это совпадение? Амакуса отправили в Кьоджа, чтобы помочь с переездом, а Индекс и мальчишка неожиданно поехали отдыхать тоже в Италию… Согласно докладу, Римские католики ошибочно подумали, что Орсола Аквинская направлена остановить «Королеву Адриатического моря», но ошиблись ли они? Я думаю они были правы.

Говоря Кандзаки босыми ногами стучала по полу.

Хотя дизайн этой комнаты был западным, Канзаки запрещала носить тапочки внутри своей комнаты. Это был своего рода компромисс между иностранной культурой и своей.

— Хмм, по поводу этого, я не могу тебе рассказать, на то есть много приииииииичииииииин…

— Чт.. Что?

Тсучимикадо специально растянул последнее слово, чтобы заставить Канзаки ещё сильнее насторожиться.

Её мысль была верной.

— О… Нэээ.. чииин, на этот раз ты доставила Ками-яну столько хлопот, ня…

— Эээээ!?

Тем не менее, эта фраза пробила брешь в защите Каори Канзаки.

— Что теперь будешь делать? Онэээ-чин, тебе не расплатиться, даже если ты целы день будешь его личной горничной! О, точно, как насчёт этого? Я одолжу тебе свой костюм горничной ангела, с ангельским нимбом и милыми беленькими крылышками! Это настоящий костюм горничной, используй его и завоюй победу, онээ-чин! ВООО…ОООХОООХОО!!! Что за ангел? Это миленький падший ангел, даже не знаю, как Ками-ян отреагирует!

— Как… как далеко ты собрался зайти!? … и откуда у тебя вообще подобная вещь!?

— Ох, всё не так. По правде, я купил его для Майки. Но сестра сказала «горничная это тебе не косплей», и даже отвесила мне оплеуху… нет, ну правда, разве для девушки, подобный костюм, не настоящий военный наряд, няяя?

— … Разве твоя сестра достигла половой зрелости? Я бы на твоём месте начала волноваться.

Будучи не сильно продвинутой в подобной теме, Канзаки неожиданно кое-что поняла.

Ни это главное.

— Придержи коней. А разве это не Англиканская церковь и высшие чины Академгорода, постоянно изгаляются, чтобы втянуть Камидзё Тому в свои дела? Так какое я имею к этому отношение?

— Э? Значит нээ-чин, ты даже спасибо не скажешь Ками-яну!?

— Уууу!?

— Ах-ах, Камидзё удалось с таким трудом спасти жизни членов Амакуса от «Флота Королевы», а ты ни только спасибо ему не скажешь, но заявляешь, что никакого отношения к этому не имеешь. Ты и вправду пала, Каори Канзаки. Ками-ян будет разочарован если узнает об этом. Но он парень чертовский мягкий, так что думаю не рассердится.

— Я… я думаю… в твоих словах есть смысл, но что же мне делать!? Ведь теперь, я должна ему ещё больше чем раньше!!!

— Вот почему ты должна со всей душой действовать как падший ангел!! Разве ты не одна из двадцати святых, ты должна быть готова к подобному, нээ-чин!! … Эй? Онээ-чин, ты слушаешь? Стой, я ещё не закончил…!!

Она со всей силы хлопнула трубкой.

Канзаки бездумно смотрела на телефон какое-то время, её лицо позеленело.

— … Пад… горничная падший ангел…?

Каори посмотрела на свои трясущиеся руки, а затем перевела взгляд на стоящий рядом с телефоном большой аквариум с тропическими рыбками. Бывшая Жрица выглядела совершенно растерянной.

Она наклонилась к аквариум, на что рыбки подплыли к ней и уставились на неё взглядом «Что, неужели ты нас покормишь?». Затем взяла в обе руки небольшую раскрашенную тарелку, стоявшую рядом с аквариумом, и придержала её над головой.

— Это… это так будет выглядеть нимб? Но… но падший ангел… должен разговаривать и вести себя… как демон. В такой ситуации, я должна быть женщиной. И если будет другой… мужчина… наверно я должна вести себя как маленькая дьяволица…

Если бы её слова слышал Архангел, наделённый силой Господа, который ненадолго появился в этом мире как Миша Кройцева, он бы тут же на неё напал. Но учитывая какой в голове у Канзаки сейчас был беспорядок, она даже не подумала об этом.

[[Image:Index_v11_348.jpg|thumb]]

Одна из двадцати Святых мгновенно превратилась в тихоню, мило склонила головку в сторону:

— Вот… Вот и я — Тома.

Неожиданно прозвенел дверной звонок.

— …???

Испуганная Канзаки панически отняла тарелку от головы и положила её на стол. Маленькие тропические рыбки увидев её испуг тут же попрятались на дне аквариума. Каори быстро обернулась, подтвердив, что в комнате никого, она положив руку на грудь облегчённо вздохнула, и посмотрела на дверь.

Помимо разных комнат, наполнявших общежитие, был главный вход с звонком для посетителей. Что бы значил этот звонок? Может доставку кто-то заказал.

Канзали схватила меч, стоящий в углу, выйдя из комнаты надела сапоги и пройдя вдоль длинного деревянного коридора, оказалась у главного входа.

Хотя в общежитии была управляющая, она частенько спала. Канзаки подошла к двери, это была комната управляющей, женщина за дверью уже спала. Увидев, что телевизор ещё работает, она поняла, что женщина смотрела его пока не заснула. Телевизоры созданы, чтобы не дать человеку уснуть, но это не работает, если по нему не показывают твоё любимое шоу.

Канзаки ничего не оставалось, кроме как самой открыть дверь.

У входа стояла Орсола Аквинская.

— Я… Я вернулась.

— Ох, с возвращением Орсола.

Приветствуя своего соседа Канзаки выглядела слегка удивлённой.

Люди, живущие тут, обычно не пользовались звонком, но Орсола с сумками в обеих руках, не могла воспользоваться своим ключом. По мимо двух дорожных сумок, на ней был походный рюкзак, и ещё несколько спортивных сумок по меньше, были обвязаны вокруг неё как кимоно. Это огромное количество переполненного багажа, придавали ей вид туриста, собравшегося в поход.

— Орсола, неужели нельзя было отправить багаж заранее?

— Эх, хе-хе. На обратном пути я случайно прихватила с собой чуть больше багажа чем планировала.

— ???

Перед удивлённой Канзаки, улыбающаяся Орсола сделала шаг в сторону, словно бы пропуская кого-то вперёд.

«Э?», — Брови Канзаки изогнулись в ещё большем удивлении.

Маленькая монахиня, стоявшая за Орсолой, держалась за её монашеское одеяние, словно бы пытаясь спрятаться от чужих глаз.

Её звали Аньезе Санктис.

— Скоро здесь будет куда больше людей. И шуму в общежитии, тоже прибавиться.

Орсола стоявшая перед Канзаки, которая ничего не понимала, произвела эти слова, больше напоминавшие бомбу.

===Часть 3===

Ватикан, Собор Святого Петра.

Внутри самой большой церкви мира, в Ватикане столице Римско-католической церкви, густую тишину разрывали грубые и хаотичные шаги.

— Тч, в конце концов, этот идиот Бьяджо провалился. Даже ядро «Королевы Адриатического моря» уничтожено, и эту потерю не восполнить… серьёзно, этот «Розарий в назначенный час», кто по-вашему создал его, кто усовершенствовал, чтобы наконец воспользоваться «Королевой», кого он должен был за это благодарить, а? Я не прощу ему этого. А что ещё более непростительно, так это то, что он просто взял и исчез! Кто прячет его? На кого мне оказывать давление!!

По собору, в полной темноте шли двое, мужчина и женщина.

Лунный свет просачивающийся через окна, был так слаб, что даже очертания их фигур трудно было разобрать.

Один из них слегка сутулился, как пожилой человек.

Другая была юной девушкой, с весьма изысканной фигурой.

— …Даже для тебя, это слишком бурная реакция. Несмотря на то, что мы ожидали вмешательство Англикан, помехи были на каждом шагу, а даже если бы их и не было… будем честны, даже если бы никто не вмешался, этот Бузони Бьяджо всё равно бы провалился. Это была большая ошибка надеется, что такой человек справиться с этой работой.

— С кем по-твоему ты разговариваешь? То, что я говорю, должно быть исполнено. Моё слово закон для этого мира. Как глупо, неужели ты до сих пор этого не понял?

— А ты знаешь на кого рот раскрываешь?

В одно мгновенье старик словно бы стал выше и от него распространилось гнетущее давление.

Судя по атмосфере, старик явно доминировал. Это была ситуация, в которой один человек должен был править всеми, не опускать головы не перед кем, и всегда уметь силой склонить голову кому-либо, даже если это тому не по вкусу. Человек почувствовавший это ощущал, словно его схватила невидимая рука и силой опустила его голову в землю. Вот какое это было давление.

Однако, фигура женщины была неизменной.

— Папа Римский, и что?

Женская фигура обронила это небрежным тоном.

Такой легкомысленный тон в одно мгновенье разрушил атмосферу превосходства старика.

— …

Старик, которого назвали Папа Римский, не проронил ни слова.

Но женщину это не волновало.

— Не смотри на меня так. Ты должен знать под кем ходит Римско-католическая церковь. Даже если ты исчезнешь, твоё место займёт другой Папа. А если исчезну я, никто не сможет меня заменить. Не уж то сомневаешься? Хочешь проверить?

— Нонсенс.

Старик равнодушно прервал женщину.

— Единственный человек, получивший лично от Христа завет заботится о Христианстве это Святой Пётр. После этого Папы были очень деятельны, но основная их обязанность всегда была в управление населением. Меня избрали люди, а не Господь. И я помню об этом, не стоит мне напоминать. И это очевидно больно, так что позволь повторить. Я очень зол.

— Но разве тебе не хочется этого? Быть избранным не миллиардом голосов, а одним единственным, принадлежащим Господу Богу. И возрождая Римско-католическую церковь, полагаться не на миллиарды людей, а на учение господа и самому решать по какому пути пойдёт Христианство, как-то, было в далёком прошлом.

— … Я же сказал тебе, не повторяй это снова.

— Прости-прости. Но в моих глаза, тебе никогда не достичь этого. Ты по-прежнему квалифицирован, именно поэтому тебе не добиться такой цели. Кстати раз уж ты вспомнил, Папу Римского избирают. Быть избранным, можно считать честью. Но тебе этого мало. А причина проста, в то время как Сын Божий и его ученики проповедовали, Христианство было маленькой сектой, одной из многих. И несмотря на то, что они были маленькой сектой, в их власти было завоевать сердца многих. И поэтому, ты чувствуешь, что поддержка большинства не имеет Святой ценности. Ты веришь в тоже во что верю я, нужно иметь власть, не опирающуюся на голоса людей, незыблемую власть, но всё что у тебя есть, это голоса миллиардов… наверно гадко? Или может, беспокоиться об этом всего лишь роскошь?

— !!!

Старик тут же устремил на неё свой взгляд.

— ПАМ!!

Странный звук разорвал воздух.

Во время этой непонятной ситуации, женская фигура даже не шевельнулась. Однако напряжение и различия между этими двумя уже вылились в непонятную оборонительную и наступательную позиции.

— Не слабое желание убивать.

Женщина рассмеялась.

— Но если ты ещё хоть раз на меня так посмотришь, умрёшь, надеюсь понятно?

После чего она открыла рот и высунула язык.

Послышался звон метала.

Её язык был пробит железным кольцом, к кольцу крепилась тонкая цепочка, своего рода ожерелье. Цепочка свисала до самой талии, а на её конце висел маленький крестик.

— …

Старик и женщина держались на расстоянии друг от друга.

Несчастно, и с маленькой толикой зависти, старик пробормотал:

— «Трон справа от Бога» титул Папы для вас ничего не значит?

— Зная к какой группе я принадлежу, ты по-прежнему бахвалишься своим положением? Надеюсь ты удовлетворил свою гордыню?

Женщина похоже была чем-то атакована, но виду она не подала.

Она рассмеялась и сказала:

— Вот прочти и подпиши.

— Ты приказываешь мне? ... Стой, этот документ…

— Ты бы сам подготовил этот документ, года через два или три. Я лишь экономлю время. Хотя это и напрягает, но твоя подпись имеет власть. Поторопись, и покончи со всем до рассвета. Лишь твоё имя на этом документе, положит всему конец.

— Но…

Старик был нерешителен:

— … Я не согласен с этим. Я бы согласился, если бы у него была глубокая связь с магией, но этот человек даже не знает о существовании Бога. Хотя грешно быть язычником, но если он такой не по своей воли, можно спасти его. Поэтому, относительно этого документа, если вы собираетесь действовать так, я могу сказать вам лишь одно, я не согласен…

— Я не приму отказа.

Сказала женщина о себе.

— Бездействие, действие, командная работа, одиночная работа, прошлое, будущие, завершение, предложение, что там дальше? Мне всё равно что это, лишь одного я не терплю, отказа. Я сказала да будет так, значит так и будет. И плевать кто вмешается Святой Пётр или сам Сын Господень, моё слово нерушимо. А это значит, что ты подпишешь мой документ, тебе ясно?

Старик с документом в руках, легонько кивнул.

Видно было что ему это не нравиться.

— Очень хорошо.

Сказав это, женская фигура исчезла в темноте.

Она и правду исчезла, или заставила всех поверить, что она исчезла? Старик не мог сказать с точностью. Даже если он не мог проанализировать, что использовала женщина, его это не волновало. Не что не имело значение, ведь эта женщина была впереди него, даже если он не мог понять выше его она, или нет.

Он отвернулся и уставился в документ.

Внутри святого Собора, лишь тусклый лунный свет пробивался через окна. Глаза старика смотрели на слова, написанные на бумаге, но слова эти были не видны в темноте.

«… Она слишком нетерпелива. Может это её давняя привычка?»

Несмотря на то, что эти мысли посещали его, женщина уже всё решила, и он мог только оставить всё как есть. Как она и сказала, отказов она не принимала.

Расстроенный старик вернулся в свою комнату.

Ручки здесь не было.

Документ гласил:

«Toma Kamijo.
Potrebbe investigare urgentemente? Quando lui и pericolso, lo uccida di sicuro.»

Это означало «Камидзё Тома. Как можно скорее расследуйте всё о нём. Если будет доказано, что он враг Всевышнего, устраните его.»

Даже если Римско-католической церкви нужно было устранить человека или вообще, отправить на это задание «Трон с права от Бога», они должны было подготовить необходимый документ.

И приказ будет выполнен в течении пяти дней.

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter5|Главе 5]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс |Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume11_Afterword|Послесловие]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter5

2017-09-22T13:15:04Z

Palexadin: Created page with "==Глава 5: Королева Адриатического моря — La_Regina_del_Mare_Adriбtico.(Королева Адриатического моя)== ===Ча..."

==Глава 5: Королева Адриатического моря — La_Regina_del_Mare_Adriбtico.(Королева Адриатического моя)==

===Часть 1===

— Скоро всё закончиться.

В трюме корабля, Бузони Бьяджо поднял взгляд на потолок.

— Эта работа скоро подойдёт к концу. Нет ну правда, столько работать только лишь для того чтобы уничтожить один город. «Королева Адриатического моря» … пока всё не кончилось, я бы пересмотрел это место, с точки зрения античной ценности, а не практичной.

На первый взгляд, это была идеально квадратная комната, со стороной в двадцать метров. Но внимательный взгляд, увидит, что стены наклонены внутрь, да это была пирамида.

Потянувшись взглядом по мягко светящейся стене вверх, можно было разглядеть вершину пирамиды. Хотя высота от палубы до дна корабля составляла всего двадцать метров, высота пирамиды была более сто метров.

— … Хм, кажется стихло?

Словно отвечая на его голос «Королева Адриатического моря» слегка вздрогнула. Тряска была систематической, по толчку каждые несколько секунд. Корабли эскорта уничтожались один за другим попадая под дружеский огонь, словно животные, рвущие друг другу глотки. Но пушки всё стреляли и стреляли, а значит и враг переходил с одного корабля на другой. Даже в самой глубокой части флагмана, окружённой толстым слоем льда, взрывы звенели, как набат.

И тут была одна проблема.

Монахи смотрители «Флота королевы» отличались от монахинь из отряда Аньезе, они не годились для передовой. Не потому что не могли сражаться, а потому что были завалены своей работой. Ни один командир не держит оружие и не кидается в гущу боя, вот поэтому было лишь несколько наблюдателей.

До сих пор, хоть и в пределах допустимого, усложняло дело то что монахини, привыкшие работать руками, не разу не участвовали в морских сражениях. Их привели сюда с одной целью, сделать каторжницами, и они не проходили специальных тренировок на кораблях. И всё обернулось так, как и следовало ожидать…

«Вот для чего я запрашивал отряд специального назначения для работой, которая не по зубам надзирателям… и всё же, мой запрос был…»

Высшие чины приняли во внимание способности «Флота королевы», и решили так: «Нет нужды в большем количестве войск, с таким флотом проблем не предвидеться». Они не просчитали все варианты, и возможно, именно их решение привело к таким последствиям.

«… Эти «выскочки» так же бесполезны, как и мои подчинённые. Отбросы.»

Бьяджо перевёл взгляд.

— Все эти баррикады вокруг тебя, это так волнительно, не находишь?

— …

Свой вопрос он адресовал девушке в зале.

В центре этого зала стоял ледяной шар семь метров в диаметре. Хотя сейчас он и выглядел как мыльный пузырь, когда «Розарий в назначенный час» будет активирован, шар замёрзнет, а вместе с ним замёрзнет, и монахиня, подходящая для ритуала, и магия уничтожит и её и шар. Подходящая монахиня сейчас стола оперевшись на внешнюю изогнутую поверхность этого самого шара.

Её звали Аньезе Санктис.

На ней было немного слишком откровенное, но потрёпанное и изорванное монашеское одеяние.

Монахиня не ответила на вопрос Бузони.

Или она не могла ответить? По её лицу можно было сказать, что она мучается вопросами, из-за чего возникла эта шумиха, кто эти нападавшие, и зачем они пришли? Она совершенно не понимала, что происходит снаружи.

— Это лицо.

Продолжил Бьяджо.

Четыре цепочки и многочисленные кресты на его шеи слегка зашумели.

— Как же раздражает. Когда на твоём лице это бесстыдное выражение, словно ты ожидаешь помощи, словно на тебя проливается свет. У тебя нет права на такое лицо. Ты грешница, а лицо такое словно праведница, и это меня бесит. Животные должны ползать по полу, лишь люди имеют права держать лицо.

Он выплюнул эти жестокие слова, с ухмылкой на лице, и оттенком злобы в глазах.

Аньезе посмотрела ему прямо в лицо:

— … Что ж расскажи мне, на что я по-твоему надеюсь?

— Я не собираюсь произносить ответ, который прибавит тебе надежды. Хм, меня правда взбесило то как эти ребята завалились. Поэтому я раздавлю их прямо у тебя на глазах.

Аньезе в отвращении отвернулась от него.

Бьяджо с наслаждением смаковал её реакцию, а потом сказал:

— Я уничтожу твои чаянья, потому что деталь не нуждается в чувствах.

=== Часть 2 ===

Амакуса насчитывали около пятидесяти человек.

А на стороне Римско-католической церкви, было двести пятьдесят монахинь. С точки зрения чисел, они проигрывали. Но это морская битва, и не все они сражаются в одном месте. Кроме того, основы морских баталий, сильно отличаются от битв на земле. Когда дистанция сокращалась, Амакуса стреляли, и даже в хаосе они оставались подвижными и юркими. А вот Римские католики со своей превосходящей численностью, путались, мешали друг другу, и создавали кучу проблем. Амакуса умели сражаться меньшими силами. Это была сила всего нескольких членов отряда, обученных вести бой с подавляющем числом врагов.

По совпадению, всё происходило точно так же как во время инцидента с Книгой закона.

С одной лишь разницей.

Теперь вместо того чтобы победить Аньезе, её надо было спасти.

— Пошевеливайтесь мы уходим! Не важно как, но вы должны спасти эту малявку! Мы задержим их основные силы тут!!

Подгоняемый Татемией, Камидзё кинулся вперёд.

Ещё три корабля, и они приблизятся к флагману.

Пока Амакуса сдерживали монахинь, Камидзё вместе и Индекс и Орсолой, преодолевали один корабль за другим. Из них троих только Орсола могла использовать заклятье деревянного моста. Она внимательно произносила заклинание, куда внимательнее обычного мага, а затем подбрасывала пучки бумаги в воздух, один за другим.

Флагман «Королева Адриатического моря» был прямо у них перед глазами.

Главный вдохновитель, защищённый всеми кораблями эскорта, пленивший Аньезе Санктис, и управляющий гигантским магическим оружием, способным в одно мгновенье уничтожить Венецию. Если это пункт управления, то он, Бьяджо Бузони, всё ещё бывший в тени, должен быть здесь.

— Вперёд, Индекс, Орсола!!

Прокричал Камидзё пройдя мост и спрыгнул на корабль.

Это была просторная палуба.

В самом центре «Флота Королевы», корабли которого простирались в сто метровую длину, стоял корабль размеры которого превышали в два раза все другие корабли. Ледяные стены этого корабля были куда очаровательнее чем у других, и весь корабль был словно бы из белого золота, облитого лунным светом. Что касается обстановки, то тут стоит отметить, что если другие корабли в значительной степени были сосредоточенные на военной функции, то этот корабль выполнял функцию великолепного дворца. От дверные ручек до мачт, всё вокруг было наполнено художественной грацией, а с краёв корабля на воду смотрели ледяные скульптуры ангелов и Девы Марии. Хотя Камидзё и не был в передней части корабля, он был уверен, что с носа его свисает какое-нибудь поистине грандиозное произведение искусства.

— Похоже… никого…

Орсола держа в руках Посох Лотоса огляделась.

— Этот корабль словно бы подражает Бучинторо<ref>Бучинторо (итал. Bucintoro) — венецианская церемониальная галера. Второе распространенное название «Букентавр» или «Буцентавр».Галера была официальной галерой дожей Венеции. Начиная с XII века и до 1798 года, в Праздник Вознесения, дож выходил на галере, чтобы совершить церемонию Обручения дожа с Адриатическим морем. </ref>, тому самому, на котором плыл Венецианский дож<ref>Дож (итал. doge, от лат. dux — «вождь, предводитель»; того же корня слова «дукс», «дюк», «дукат», «дука», «дуче») — титул главы государства в итальянских морских республиках — Венецианской, Генуэзской и Амальфийской.</ref>, во время обряда обручения с морем.

— Как волшебный корабль, этот корабль контролирует все функции «Флота Королевы», он постоянно поддерживает и создаёт ледяные интерьеры от пушек до мебели, и также каркасы кораблей, а ещё он управляет передвижениями других кораблей.

Дослушав лекцию Индекс, Камидзё внимательнее осмотрелся по сторонам.

— Значит монахинь здесь не будет? И пушки не посмеют стрелять в этот корабль? Он выглядит так, словно его нельзя будет запросто восстановить морской водой. Если бы было можно, ему бы не понадобился такой эскорт.

Чтобы войти внутрь корабля, Индекс протянула руку к ближайшей двери и потянула ручку, но дверь не поддалась. Присмотревшись она увидела, что замочные скважины дверей были заполнены тем же льдом что и стены, выходило что дверь стала частью стены.

— Погоди я открою магический замок…

Её прервал Камидзё, шагнув вперёд:

— … Не стоит так миндальничать, у нас и так кучу проблем, не думаю, что стоит и по поводу этой чепухи заморачиваться!!

После столько раздражённого крика, Камидзё сжал кулак и лупанул в дверь прямо по центру.

— БАМ!!

Дверь и часть стены по бокам разлетелись на куски. В том месте куда ударил Камидзё, образовалась трёх метровая квадратная дыра.

— Вот это да.

— Это потому что этот корабль не такой как эскортные, его структуру полностью пронизывает магия.

Замок был уничтожен вместе с остальной частью стены.

Разрушенный вход продемонстрировал внутренности «Королевы Адриатического моря», которые очень походили на её внешний вид, и напоминали интерьер круизного лайнера. Однако на входе первые три метра были полностью уничтожены, словно удар руки Камидзё оставил дыру не в форме квадрата, а в форме куба. Даже от настенного светильника в форме ангелочка осталась лишь половина.

— Блочная структура.

Индекс чётко всё разъяснила:

— Он удаляет минимальный кусок, чтобы сократить ущерб. Таким образом даже рука Томы не сможет уничтожить весь корабль одним касанием.

На кораблях сопровождения, даже когда Камидзё касался чего-либо, ничего не происходило. Он подумал, что это разъяснение про то, что флагман постоянно меняет форму и использует это для поддержания и управления других кораблей, вполне может быть верным.

Но ему не дали времени чтобы задать свой вопрос.

— БАМ!!

Прямо из палубы начали расти ледяные блоки, окружая группу со всех сторон. Лёд сразу же сбрасывал лишние куски и принимал форму трёх метровых ледяных големов.

Не одна или две, а где-то тридцать ледяных скульптур в одно мгновенье окружили группу Камидзё.

— Внутрь!

Крикнула Орсола:

— Они здесь для охраны корабля, а значит не могут ничего ломать внутри него!!

Не успела Орсола закончить фразу, Индекс уже схватила Камидзё за руку и потащила его внутрь. Камидзё секунду назад собиравшийся воспользоваться своей правой рукой, от неожиданности потерял равновесие.

Орды ледяных големов, уже начали размахивать своими мечами и топорами, сделанными всё из того же льда.

Раненый воздух пронзительно свистел

— Шух!!

— Бум!!

С ужасающим звоном многочисленные удары лезвий сталкивались друг с другом. Один удар задел качающиеся волосы Индекс, второй чуть было не полоснул Камидзё по лицу, а третий пролетел над головой Орсолы, которая на бегу пригнула голову. Перепуганный Камидзё перестал дышать, а его ноги наоборот набрали скорости.

Не дожидаясь очередного удара, трио кубарем покатились в трёхметровую дыру и оказались внутри корабля.

Дизайн интерьера внутри был таким же изящным, как и снаружи, казалось, словно на его создание потратили много сил и времени. Слева и справа от них висели настенные светильники в форме ангелов, и свет исходящий от них медленно переливался. Что уж говорить о дверных ручках, когда можно было прочувствовать сколько кропотливых усилий вложили мастера и художники всего в один маленький винтик. Однако, на ледяном судне не было реальной необходимости в винтиках.

— Это…

Орсола, сидя на полу, едва успела приоткрыть рот, как ледяные големы ворвались в помещение за ними.

— ВОТ ЖЕ… !!

Камидзё вскочил на ноги, и потянул за руки Орсолу и Индекс, которые всё ещё не придя в себя валялись на полу. Больше походило на то, что он заталкивает их внутрь, а не тянул за собой.

Раздался гулкий удар.

Големы рванувшие все вместе, застопорили трёх метровый проход. Застрявшие големы тут же были проткнуты в грудь и живот своими же собратьями и посыпались кусками на пол. Новые големы топча останки своих менее удачливых коллег, влетели в проход. Словно буря, ледяные гиганты в мгновенье настигли группу Камидзё.

— Они… гонятся за нами... !?

Вскрикнула Индекс, а Камидзё уже догадался за кем именно они гонятся.

«… Похоже они хотят уничтожить мою правую руку…»

Вход и стена были уничтожены одним касанием в мгновенье ока. Даже если они не поняли, как, враг должен был догадаться об угрозе, которую несет Разрушитель Иллюзий.

«Раз так…»

Как только они достигли перекрёстка, Камидзё сжал правую руку в кулак.

— ИНДЕКС, ОРСОЛА! ИДИТЕ ВПЕРЁД Я ВАС ДОГАНЮ!!

Он толкнул девчонок на боковую дорогу, а сам кинулся вперёд.

— ТООМА!!

Не успела Индекс что-либо предпринять, как большая часть големов помчалась за Камидзё, а несколько из них преследовали Орсолу и Индекс.

— ШУУУУХ!!!

Стоило Камидзё воспользовался своей правой рукой, и уничтожить стену, големы тут же повернулись к парню. Теперь уже все ледяные гиганты, подняв своё оружие, погнались за парнем.

=== Часть 3 ===

— Сестра Анджелина, тебе уже лучше?

Спросила Лючия, Анджелину за её спиной, не отводя глаз от противника и восстанавливая в руках своё взорванное деревянное колесо.

— … Угу.

Анджелина лежала на палубе, оперившись спиной на ледяную мачту. Та как её сумки порвались, она сняла свой монашеский головной убор, и набивала его монетками, разлетевшимися по палубе, собираясь вновь вступить в бой.

Вообще она не могла сражаться, на настоящей поле боя, она должна была бы отступить. Но даже с учётом того что Лючия получила от лидера Амакуса корабль для побега, монахини не позволяли ей им воспользоваться. Лючия не смогла бы с раненной Анджелиной на руках уйти от них.

Лючия положила большое деревянное колесо перед собой, чтобы напугать врага.

Увидев это стена врагов как по команде отступили на шаг. Монахинь было около тридцати, и учитывая, что они столкнулись лишь с одном противником, это возможно было самой жаркой частью поля битвы. Атаковать слабейшего из врагов, а затем медленно загонять одного за другим и остальных, вот их стратегия. И Лючия с Анджелиной очень хорошо знали об этом.

«Как же нам уйти от них? ...»

Поскольку эти монахини знали о силе Лючии, они бы ни за что, не подошли к ней так запросто. Однако, именно из-за того, что они знали её силу, Лючия не могла провести блеф и попытаться сбежать.

— Всем на кораблях двенадцать, семнадцать и девятнадцать немедленно покинуть борт. Если можете, прыгайте за борт! Эти корабли так же, как и предыдущие, будут восстановлены после затопления!

Это зазвучала радио передача, к которой все уже привыкли.

А вместе с ней:

— Что за гемор! Ты не должна сражаться с раненой под боком!!

Появился деревянные мост соединивший этот корабль с соседним. Под руководством Татемии Амакуса сошли на корабль. Ситуация резко изменилась. Круг врагов, в центре которого была Лючия, был порван. Девушка по имени Ицува встала рядом с Лючией, в руках у неё было Фриульское копьё такое каким пользовались Итальянцы в пятнадцатом веке.

[[Image:Index_v11_260.jpg |thumb]]

Если они собирались переломить ход боя, то сейчас было самое время.

— Сестра Анджелина!

— Ах… да!

Анджелина шатка отошла от мачты. Лючия встала рядом с ней и взорвала колесо в сторону монахинь, проделав выход в живой изгороди.

===Часть 4===

Камидзё Тома определённо не был гением, когда дело касалось драки.

Но из-за того, что он часто дрался по ночам, он примерно знал на что способен. Он точно знал, что сможет справится с кем угодно в драке один на один, знал, что было бы опасно соваться в драку двое на одного, и знал, что стоит бежать не раздумывая, если против него три противника. Не потому что он слабак, а потому что в драках без правил, количество куда важнее качества.

Если бы он дрался всерьёз, ему бы хватило пяти секунд, чтобы проиграть.

Но.

Так было бы в драке человека против человека.

— ШУУУУХ!?

Кулак Камидзё разрезал воздух.

Если бы враг был человекам, оба бы дрались пока один не потерял сознание. Но если бы враг исчезал лишь от одного прикосновения, у Камидзё был бы шанс.

Бесчисленные полчища големов всё продолжали и продолжали, скользить по узкому проходу. Правая рука Камидзё почти как мельница, летала туда-сюда, ударяя всё прибывавших врагов. Он не заботился о том, чтобы бить сильно, неважно было что его удары едва касались врага, этого касания уже было достаточно, и в этом был плюс.

Големы двигались так словно теряли шестерни в своих механизмах.

Прежде чем Камидзё убедился в этом, големы за его спиной используя копья и молотки, покрошили на куски лёд, оставшийся от их собратьев, и расчистили себе проход, чтобы продолжить преследование.

— ЧТО!!

Камидзё панически отпрянул. Даже когда големы ломались, лёд оставался на месте. И если он останется и будет сражаться с ними, то в конце концов окажется похоронен заживо под горой льда.

— ТУПИК!?

Камидзё, который всё это время пятился, наконец понял, что упёрся спиной в стену, преградившую его путь к бегству.

Он обернулся чтобы убедиться в этом.

Големы, походившие на людей набившихся в автобус, продолжали наполнять узкий коридор и закупорили его.

Это было неминуемо.

Хотя он по-прежнему продолжал отбиваться, преследователи не ослабляли натиск.

— ШУУУУУХ!!

Камидзё неожиданно отскочил в бок. Проход был очень узким, и заканчивался стеной.

Он вытянул правую руку.

И в стене образовалась дыра.

Как Индекс с Орсолой и полагали, стены флагмана отличались от стен кораблей сопровождения.

Камидзё нырнул в дыру, а мимо промчались големы и один за другим протаранили тупик. Сила, с которой те врезались в стену разбила их на куски, и лёд посыпался в дыру и разлетелся во все стороны.

Маленькие льдинки летали по воздуху, словно туман.

Но у Камидзё не было времени любоваться красотами.

Он оглядывался по сторонам и пытался охватить всю архитектуру, лишь бы не стоять на месте.

Это место напоминало ложу театра, вокруг были видны ряды светящихся полупрозрачных скамей, протянутых в длину на несколько метров, и разделённых одной ступенькой, опускающей следующий ряд на несколько сантиметров. Внизу за тщательно обработанной колонной виднелась основная часть залы. Это помещение выглядело как грандиозный богато украшенный оперный театр, но далеко внизу не было сцены или зрительного зала, лишь расставленные полукругом парты. Всё помещение сильно напоминало аудиторию в Парламенте, какую можно было увидеть по телевизору.

Подобное место явно не соответствовало военному кораблю, и в нём не было нужды для системы управления флотом. Возможно у магической стороны всё было иначе, или это место имело символическое значение, и использовалось в качестве атрибута магии, а они никогда не устраивали тут встреч. Как бы там ни было, Камидзё не знал точного ответа.

И у него не было времени его искать.

С громким треском ледяной голем ввалился в дыру, проделанную рукой Камидзё.

— …!!

Если бы всё так и продолжилось, он не смог бы больше бегать. Поняв, что он снова упёрся спиной, на этот раз в колонну, он сжал кулак, и приготовился к нападению.

Ледяной гигант горизонтально взмахнул мечом.

Камидзё понял, что ледяная глыба высотой в три метра пытается вспороть его живот с права.

— ШУУУУХ!!

Чтобы противостоять удару, Камидзё собирался своей правой рукой выбить его широкий меч…

Ледяные ноги голема треснули сами по себе. Потеряв равновесие тот покачнулся и накренился назад, при этом траектория меча тоже изменилась. Широкий меч летевший Камидзё в живот, теперь был нацелен на шею. Словно бы тот попытался избежать правой руки, защищающей живот парня.

«Вот же… !!»

У Камидзё на лице выступил холодный пот, когда поток ветра от широкого меча полоснул его по шее.

— ШУУУУУУУХ!!

Камидзё изо всех сил извернулся. Возможно, широкий меч коснулся его волос, но обрезал их не без сопротивления. Тома почувствовал острую боль, словно его кто-то дёрнул со всей силы за волосы, и услышал неприятный треск.

И всё же, ему удалось избежать прямого удара.

Камидзё превозмогая боль, продолжал движение в бок, пытаясь при этом остановится, чтобы ещё раз воспользоваться правой рукой. Затем, прежде чем ледяной голем упал на спину, он ударил его кулаком в грудь, от чего тот разлетелся на куски, и осыпался на пол.

«Неужели всё? …»

Камидзё настороженно оценивал ситуацию всеми силами пытаясь восстановить дыхание. Похоже это был последний, но учитывая возможность засады, он осторожно двинулся к выходу, но по правде все эти предосторожности были излишни.

Камидзё вошёл в дыру которую проделал, и снова оказался в том же проходе.

«Чёрт, надеюсь Индекс и Орсола в порядке. Хм, чувствую, что ломать стены и полы самый быстрый способ найти их.»

А с другой стороны, такие разрушения могли бы привлечь внимание врага и ледяные големы налетели бы незамедлительно. Если верить Индекс и Орсоле, способности к регенерации этого корабля, крайне малы, и поскольку этот корабль управляет другими, и является ритуальным объектом, они не могут его затопить, или послать сюда монахинь. Но так было, только сейчас, если кораблю будет угрожать реальное затопление, у них не будет выбора, кроме как отправить сюда людей, несмотря на риски.

Камидзё обдумал своё положение.

«Не важно как, главное… что если мне удастся приблизиться к Аньезе, главный на этом корабле будет вынужден обратить на меня внимание, это лишь вопрос времени. Не вижу причины сомневаться, я просто должен использовать свою правую руку.»

Он быстро принял решение, и как только собрался уже разнести стену своим правым кулаком, из кармана брюк раздалось назойливое пиликанье. Это зазвонил его телефон.

«… Моя мобилка?»

Камидзё осмотрелся по сторонам и убедившись, что рядом никого, вытащил телефон из кармана. Он немного удивился как это телефон заработал по среди океана. Как далеко они от земли?

А взглянув на экран удивился ещё сильнее, звонок был от Индекс.

Он нажал на кнопку и поднёс телефон к уху. Поскольку его правая рука могла ему пригодиться в любую секунду, трубку он держал в левой. Хотя его сотовый обладал самыми обычными функциями, при касание он почувствовал что-то незнакомое.

Он услышал:

— Ох, соединилось.

— … Орсола? Почему у тебя телефон Индекс?

— Я подумала, что так будет быстрее всего связаться с тобой. Где ты?

— Не спрашивай, понятия не имею…

Он ещё раз осмотрелся по сторонам, в поисках каких-либо ориентиров. Но по всему выходило, что его окружают одни только непомерно вычурные произведения искусств, и можно было даже сказать, что его похоронили в роскоши.

— Я уничтожил где-то тридцать ледяных големов, так что теперь, я точно не уверен, куда меня занесло.

— … Ты по-прежнему можешь сказать что-то настолько пугающее таким спокойным тоном. Я… сбежала вместе с Индекс. Но мне кажется, что в других комнатах ещё больше ледяных стражей…

— …

У Индекс и Орсолы, не было такой силы как у Камидзё, Разрушителя Иллюзий. И они не сильно преуспели в магии боя. Если бы они стянули на себя ледяных големов, им пришлось бы туго.

— Орсола. Я… в том месте где мы разошлись, в какую стороны вы направились?

— Сторону?

— Да. Просто направление.

— Хм… Я думаю, север.

— Понял.

Ответил Камидзё.

— Я уже иду.

Держа телефон в левой руке, Камидзё протянул правую к стене. Раздался треск, и в стене появилась квадратная дыра, а за ней украшенная комната. Камидзё шагнул сквозь разрушенную стену к следующей, повторил процедуру, и прошёл к следующей, игнорируя разные пути, проходя стены насквозь.

— Постой, Индекс что-то хочет сказать тебе…

— Дай сюда, дай! Тома, ты слышишь меня?

Из трубки вылетел знакомый голосок.

— Тома, я только что услышала от Орсолы, что «Королеве Адриатического моря» нужно другое заклинания, под названием «Розарий в назначенный час», это правда?

— Вроде бы да… стой, а разве я не говорил об этом вчера на совещание?

— Наверно я не услышала. Или ты сомневаешься в моей памяти?

Услышав слова из трубки, Камидзё не нашёлся что ответить. Ведь эта девочка сумела безупречно запомнить 103 000 гримуаров, так что она просто не могла что-либо забыть.

Камидзё разрушил очередную стену и вышел в другой коридор.

— Этого… я не уточнял. Я слышал, что Лючия с Анджелиной тоже не до конца уверенны в этом.

Сказав это, он услышал голос Индекс.

— Я слышала от Орсолы, что они рассказали, что активация «Розария в назначенный час» уничтожит разум Аньезе.

И тут голос, Индекс, долетавший до него из трубки, стал каким-то монотонным и отстранённым.

Так случалось время от времени когда она говорила о магии.

— … Тома, активация «Королевы Адриатического моря» не нуждается в дополнительных заклинаниях.

— Что?

Камидзё от неожиданности остановился.

Он осторожно осматривался по сторонам, по-прежнему прислушиваясь к голосу на той стороне телефона.

— «Королева Адриатического моря» это древнее заклинание, и как я уже объясняла, это глобальное заклинание, которое может уничтожить врага, и было создано на тот случай если Венеция вздумает поднять восстание.

— И?

— Ты только вдумайся. Другими словами, они не могли тратить время на активацию этого заклинания. Подбирать подходящего человека, проводить приготовления, всё это требует много времени. Смогли бы они защититься от нападения Венеции, если бы им нужно было так много времени?

— О.

Только и смог выдавить Камидзё.

Теперь, когда она сказала это в слух, всё сходилось. Он был так отвлечён на размеры флота и в основном на это контрзаклинание, что не подумал, всё это бесполезно, если они не могут ответить на действие врага мгновенной атакой.

— «Королева Адриатического моря» уже готова стрелять. А раз так, существует ли «Розарий в назначенный час»? По крайней мере в моих 103 000 гримуаров нет не единого упоминания, а таком заклинании. И вообще, я не вижу не единой причины зачем Римско-католической церкви сейчас атаковать Венецию.

Индекс сделала небольшую паузу, а затем продолжила:

— Как только она была создана «Королева Адриатического моря» считалась слишком мощным глобальным заклинанием. И пока Венеция была всемирной торговой вехой, такое сильное влияние на неё, оказало бы огромные влияние на весь мир. И к тому же, даже когда это было необходимо больше всего, трудно было представить, что кто-то будет способен запустить это заклинание.

— Но не похоже, чтобы Лючия и Анджелина врали нам.

Это верно.

Сейчас, Римско-католическая церковь планировала использовать Аньезе как основу своего плана. Если они могли использовать «Королеву Адриатического моря» в любую минуту, значит единственное почему они медлили, «Розарий в назначенный час» был ещё не готов.

«Розарий в назначенный час».

Хотя Лючия и Анджелина сказали, что это заклинание ключ активации «Королевы Адриатического моря», похоже, что даже они не до конца были уверенны в этом.

— Как ты думаешь, Индекс, чего они пытаются добиться используя это заклинание одновременно с «Королевой Адриатического моря»? Может ты знаешь, что за вид заклинания «Розарий в назначенный час»?

— Мм… я не думаю, что это официальное название заклинания, скорее похоже, что это название плана, используемое строго внутри определённой группы Римско-католической церкви. Это наверно трудно понять, но «Назначенный час» и «Розарий» это всего лишь временные рамки.

Камидзё наступил на небольшой осколок льда и использовал свою правую руку, чтобы уничтожить ещё одну стену.

— Крест, ты ведь имеешь в виду крест, который монахини носят на шее?

— Вообще-то, по мимо креста, чётки тоже важны. На нити с узелками, размещено пятьдесят девять бусин или зёрен, это из старого Католицизма. Люди во время паломничества по святым места с помощью бусин подсчитывали количество молитв.

— … Другими словами, «Розарий в назначенный час» что-то вроде обратного отсчёта?

Невнятное бормотание Камидзё, долетело до ушей Орсолы и Индекс.

А причина была:

— БУУМММ!!!

С резким грохотом обвалился потолок.

— Аа?

Камидзё мгновенно отпрыгнул.

Но этого было недостаточно чтобы увернуться от падающего льда, его центр надломился, и превратил глыбу в огромный ледяной молот, по форме напоминающий перевёрнутую пирамиду.

— ВОТ ЖЕ!!!

Камидзё тут же поднял руку к потоку.

В падающей громадине, появилась дыра квадратной формы, а осколки по сторонам, посыпались на Камидзё, тот слегка изогнулся всем телом, и избежал прямого удара. Остатки потолка с силой разбились об пол, звук ударил Камидзё по ушам, а крошечные осколки полетели ему в спину. Удар оказался неожиданно сильным, и телефон в левой руке Камидзё странно крякнул.

У него даже не было времени сбросить вызов.

Камидзё грубо сунул трубку в карман, и отступил на несколько шагов назад.

Морозная пыль как туман застлала ему глаза.

Прямо перед ним стоял человек. Он только что свалился сверху, как молот оземь, в то место где стоял Камидзё.

Это был мужчина кавказкой внешности лет сорока, на нём была роскошно вышитое священное одеяние.

Хотя его одеяния были роскошны, они не были так же чисты как монашеское одеяние Индекс. От каждой ниточки этих одеяний так и веяло высокопоставленным священником. Четыре ожерелья на его шее, одно больше другого, напоминали возрастные кольца дерева, и на каждом из них висело по десять крестов. Кресты сияли действительно очень ярко, словно бы они были сделаны из полированного серебра или золота. Сияние крестов было очень стойким, словно толстый слой жира, на прожаренном куске мяса.

Мужчина погладил крест на своей шее, и это движение напоминало неконтролируемую привычку психотика.

Хотя он смотрел на Камидзё, его зрачки нервно бегали.

— … это правая рука.

Неожиданно, он заговорил по-японски.

— Ха, завидуешь?

Услышав дерзость Камидзё, мужчина нахмурился. На его молчаливом лице отразилась тревога и отвращение.

— Я её не принимаю. Мало того, что она отвергает Благодать Божью, так ты ещё и размахиваешь ею как оружием. Если бы твои уши хоть раз услышали учения Божьи, ты бы немедленно оторвал эту проклятую руку и молили Его ниспослать тебе Благодать.

Какие холодные слова.

И пугало не содержание этой красочной речи, а наполнившие её густые эмоции, столько желчи и злобы, что если бы её можно было увидеть, это был бы жёлтый мерзкий жир на тарелке.

— Думаю, Языческая обезьяна не понимает человеческих слов. Я специально говорю на твоём языке, и что же? Где ответ? А его нет. Так позволь мне Бузони Бьяджо, открыть тебе глаза, ты враг Господа. Нет, я правда, не терплю обезьян которые пытаются корчить из себя людей.

— Ты Бьяджо? Значит, ты знаешь где Аньезе, так?

— Знаю, но это не значит, что скажу тебе.

Мужчина по имени Бьяджо сложил руки на груди.

Раздался лёгкий металлический звон.

В каждой руке он держал по кресту, снятому с шеи.

Затем он бросил кресты в Камидзё.

— Путь к раскаянью лежит через крест.

— БУУМ!!

Два креста расширились.

Скорость роста, была подобна выстрелу из пушки. Ещё в воздухе, они мгновенно стали три метра в длину и сорок сантиметров толщиной. Это был штормовой удар металлических мускул.

— ШУУУХ!!

Камидзё воспользовался своей правой рукой, сжатой в кулак, чтобы отбить летящие в него кресты, ставшие заградительной стеной, но ему удалось уничтожить лишь один крест. Второй же, своим острым, словно гранит, концом навалился на него.

Звук удара, разлетелся по коридору.

Камидзё пролетел три метра и упал на спину. Как только он попытался приподняться с пола используя правую руку, лёд под ним среагировал. С треском, пол взорвался и Камидзё провалился в квадратную дыру, и упал на пол этажом ниже.

Из большой дыры, над его головой, долетел голос Бьяджо.

— Когда Святая Маргарита была проглочена злым драконом, она расширила крест, и ударила злого дракона изнутри по его желудку. Крест, который возводит церковь, может не только уничтожать её врагов, но и даровать безопасную гавань — вот так.

Три креста, словно гранаты, вылетели из дыры в потолке.

Не долетев до земли они мгновенно расширились.

Это были не кресты, а летящие с потолка снаряды. Камидзё тут же припал к земле и откатился в сторону, один крест врезался в пол прямо у него перед носом, четыре конца креста раскинулись во все стороны, впившись в пол и стены. Кресты со своими концами, были настолько непредсказуемы, что было трудно понять откуда придёт следующая атака. Одной такой атаки хватило чтобы отрезать ему путь вперёд.

«Чёрт… я должен выбираться пока меня не обложили…!!»

Камидзё уже собрался махнуть своей правой рукой, как сверху опять послышался голос.

— А ещё, крест смеряет гордыню людей, несмотря на их силу. Святая дева Люсия под его весом, не сдвинулась с места, даже когда тысяча мужчин и два быка тянули её за канаты привязанные к её телу. Даже великий святой Христофор несмотря на всю свою недюжую силу, не смог удержать Христа, Сына Божьего, на своей спине — это было … вот так.

— КРЕК!!!

Потолок развалился.

Из разбитого потолка вылетело несколько маленьких крестов всего несколько сантиметров в длину. Маленькие, но очень юркие и быстрые, как пушечные ядра… но и это не всё, они были очень тяжёлыми, словно их гравитация была увеличена в несколько тысяч раз.

Камидзё всем телом навалился на крест, вбитый в землю и вытянул правую руку в сторону. Затем покатился кубарем туда же, не убедившись даже, что препятствие на его пути уничтожено, но огромный вес маленького креста успел полоснуть его по плечу. Одно касание и его плечо заполнилось болью, словно сустав был выбит, боль мгновенно растеклась по всему телу.

— ГХРАААААААААА!!

Превозмогая боль, он поднял правую руку и уничтожил стену, затем вкатился в каюту, прямо из коридора. Он собрался принять меры, и для начала уйти из поля зрения Бьяджо.

— Не ломай всё подряд. На восстановление уходит довольно много времени.

Потолок вновь был проломлен, и множество крестов полетело в Камидзё сверху. Неожиданно тяжёлые кресты превратились в металлические колья, и уничтожили всю каюту. Камидзё не успел отскочить, но ему удалось избежать атаки, прижавшись спиной к стене.

Бьяджо выпрыгнул сверху из пролома в потолке.

Маленькие песчинки льда поднимались в воздух, из-под его ног пока он шагал по растрескавшемуся полу, и кружили вокруг словно снежинки.

Камидзё прижавшись спиной к стене сказал:

— Читаешь проповеди на тему «не разрушай», а сам безрассудно громишь всё на своём пути?

— Я знаю какие части корабля можно уничтожить, а какие нет. Ты же, ломаешь всё подряд, так грязно и так неразборчиво. Ох точно, это как позволять новичку заботиться об антиквариате, я знаю, что ты усерден, и трудишься изо всех сил, но тебе нужно многому учиться.

На спокойном и гордом лице Бьяджо, проявилась тень беспокойства.

Индекс уже упоминала что флагман управляет остальными кораблями. Стоит ледяным декорациям сменить свою форму, как корабли сопровождения получают нужный сигнал и двигаются согласно ему… а если это так, значил правая рука Камидзё постоянно наносит хоть какой-то урон системе управления флотом.

— Хм. Похоже, этот сломанный кораблик, восстанавливается куда медленнее чем остальные. Я столько сил вложил чтобы добраться сюда, а он оказался самым слабым звеном во всём флоте. Какое разочарование.

— Изначально защита «Королевы Адриатического моря» была в двести раз сильнее чем у кораблей сопровождения. Но её пришлось разделить между другими кораблями, в итоге это сильно уменьшило её способности.

— Её? Это ты о чём?

— О «Розарии в назначенный час». Не включай идиота, ты знаешь о чём я.

— …

Опять эта «Розарий в назначенный час».

Индекс уже упоминала, что дополнительное заклинание, не имело никакого отношения к «Короле Адриатического моря», заклинанию которое должно было уничтожить Венецию. Хотя возможно, что Бьяджо и не совсем честен, пытаться проделать столь невыгодную вещь, может за этим и правду скрывается что-то поважнее?

— Не важно, как и сколько это займёт времени, в конце концов я отделаю тебя и спасу Аньезе. Я не люблю глубокие размышления, поэтому решу эту проблему по-простому.

— Ты собственным ртом провозгласил, что идёшь против воли Господа, что за грязный еретик.

Бьяджо снял семь крестов со своей шеи.

И подбросил их в воздух словно бы прощаясь.

— Тогда, мои кресты, да изгонят зло.

===Часть 5===

Нельзя было и минуту оставаться на одном и том же корабле.

Татемия Сайджи использовал деревянные мосты чтобы перебираться с одного тонущего корабля сопровождения на другой. Прямо у него на глазах из морской воды сформировался новый корабль, заменивший один из уничтоженных.

— Арг! Чтоб их! Они что бесконечны!!?

Крикнув Татемия махнул Фламбергом и опрокинул трёх монахинь из отряда Аньезе. Затем он достал из кармана несколько пучков бумаги, подбросил их в воздух, и создал из ниоткуда, ряд досок, напоминавших доски для сёрфинга. Количество досок соответствовало количеству людей, только потому что Амакуса взвалили себе на спины потерявших сознание монахинь.

Под градом пушечных выстрелов корабль быстро шёл ко дну. Несмотря на это, учитывая количество людей, невозможно было позаботиться о каждой потерявшей сознание монахине и при этом двигаться вперёд. Поэтому, Амакуса могли сделать лишь одно, подготовить эти «спасательные круги» и положить на них монахинь. Если бы они создали корабль, его скорее всего сразу же потопили бы вражескими залпами.

«Хотя нам определённо удалось их спасти, вся эта ситуация, с затопленными судами, и постоянной беготнёй, весьма напрягает.»

Татемия скривился в недовольстве, услышав эхо аудио передачи, предупреждающей что собираются бомбить и этот корабль.

Похоже, большая часть систем корабля работала автоматически.

Отсюда следовало, что не важно сколько людей они обезвредят, это будет не эффективно против самого флота. С точки зрения чистой боевой силы, более двух сотен монахинь пугали, но эти бесконечные пушки, пугали куда больше. Если им не удастся решить эту проблему в ближайшее время, им не за что не переломить ход боя.

Амакуса оставалось лишь терпеть это до самого конца.

«Тц, если бы было возможно, я бы предпочёл побыстрее затопить флагман, даже если это уже слишком.»

Но Татемия не сделал этого.

Если бы основные силы Амакуса напали на флагман, монахини последовали бы за ними. Поле битвы переместилось бы за ними прямиком на «Королеву Адриатического моря», и Камидзё с девчонками пришлось бы тоже ввязаться в бой.

База под палубой флагмана, вот настоящая цель.

Татемия плавно размахивал длинным клинком.

— Ничего не поделаешь. Мне остаётся лишь одно, позаботиться о происходящем здесь, и позволить событиям там, течь гладко!

С этим криком, он кинулся вперёд на монахинь, зажатых в угол.

===Часть 6===

— Тогда, мои кресты, да изгонят зло.

Семь крестов мгновенно расшились, со скоростью взрыва.

От крестов во все стороны разлетались искры. Камидзё правой рукой надавил на стену позади него, и тотчас ввалился в квадратную дырку, и вывалился, с другой стороны.

Толстые и огромные словно бы из кости кресты, с силой впились в пол, потолок, и стены. Камидзё не останавливаюсь прокатился по полу.

— Подумать только, что вы придумали такой гадкий план, чтоб тебя! Вы ребята не имеете права делать это с Венецией!!

— Жаль, но ты ошибаешься. Ни это моя цель.

Раздался голос из разломанной стены, и показался улыбающийся Бьяджо.

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ!?

— Так и быть, подскажу. Какой смысл мне уничтожать Венецию? А, впрочем, не важно… по крайней мере мой план, куда интереснее чем ты думаешь.

— !!

Камидзё стиснул зубы, и используя момент силы, от кувырка по полу вскочил на ноги.

Он сжал правый кулак, и метнулся назад в пролом, к Бьяджо.

Но, прежде чем он добежал:

— Много значений таит в себе крест, и большую часть он получил после того как Сына Божьего распяли на нём. Крест существовал и до этого, но все его значения до распятья Христа были уничтожены крестьянами, поскольку всё это были злые языческие верования.

Бьяджо продолжал.

Он выбрал свой излюбленный крест из множества крестов на его шее, нервно погладил остальные кресты кончиками пальцев и сказал:

— Из них только одно значение осталось таким же как в античной древности. Это самое важное значение в христианстве и самое древние, и имеет отношение к Сыну Божьему. Это…

Камидзё уничтожал правой рукой огромные кресты между ним и Бьяджо. Он уже было собрался подскочить к Бьяджо, как человек в роскошной священной рясе, протянул руку с крестом вниз, словно бы подтягивая своё одеяние, а затем поднял крест над головой.

— … инструмент для казни.

Бьяджо низким, слегка насмешливым голосом, в котором не хватало серьёзности, произнёс:

— Симон несёт крест Сына Божьего.

— КРЕНГ!!

Услышав внезапный треск, Камидзё мгновенно оказался на полу.

— … Ах?

Он почувствовал удар, где-то в районе правого плеча, и жгучая боль не замедлила себя ждать. Повертев головой, он понял, что его сложило пополам, ноги сжаты в конях, а сам он сидит на пятках, всё тело прижато к ногам. Когда его лицо коснулось пола он понял… что сложен в трое. Ему понадобилось несколько секунд чтобы понять в каком он положение.

«Я только что…»

Его атаковали?

Но он не совсем понял, как именно.

Во время предшествующих атак, он понимал, что «его атакуют» и защищался или уклонялся. Но в этот раз всё иначе. Он даже не мог понять, когда на него нападут вновь.

Или если точнее убьют.

Эта фраза как червь впилась в растерянный разум Камидзё.

Несмотря на всё своё желание подняться, руки не слушались его. Даже если бы он лёг ровно и попытался подняться, его бы попросту мгновенно раздавило.

Его голова полностью опустела.

В воздухе раздался лёгкий металлический звон, и сознание Камидзё вырвалось наружу.

— Да изгонит зло мой крест.

Низкий неприятный звук тела, получившего удар и звук треснувшего пола, эхом разнеслись по каюте.

[[Image:Index_v11_284.jpg|thumb]]

===Часть 7===

Индекс и Орсола бежали по коридорам флагмана «Королевы Адриатического моря».

Снаружи флагман выглядел в два раза больше любого корабля сопровождение, но коридоры внутри были такими же узкими… правда так лишь казалось. С обоих сторон коридора стояли статуи ангелов, и даже на двери были вырезаны замысловатые сказочные сцены. Огромное количество произведений искусств заполняли изначально широкий проход.

Не существует достаточно роскошного и величественного дворца, в котором можно было бы увидеть подобные сцены. Для описание этого места можно лишь преувеличить достоинства существующих, и сказать, что оно походило на дворец из золота с алмазной пирамидой внутри. В действительности же, вся эта сцена заставляла человека почувствовать себя не в своей тарелке.

Орсола держа в обеих руках серебряный Посох Лотоса, бежала по коридору и оглядываясь по сторонам сказала Индекс:

— … Тут так тихо что мне немного страшно.

— Это из-за того, что работа в этом месте уже закончена.

Индекс мягко продолжила:

— Никто не ждёт, что врагам вот так запросто удастся пробраться на флагман. Первым делом им надо победить всех врагов на сопроводительных кораблях, поэтому главная задача флагмана, заставить эскортный флот работал как надо… ну я так думаю.

— Ну если это причина…

Торопливые шаги Орсолы эхом разносились во все стороны.

— Других монахинь тут нет, потому что они заключённые, им не разрешается подниматься на борт «Королевы Адриатического моря». Это нужно для того чтобы предотвратить возможное дезертирство и бунты.

Побегав так какое-то время, они достигли лестницы.

Лестница вела и вверх, и вниз, но Индекс без раздумий направилась вниз.

Орсола опешив, и в лёгкой панике, побежала за ней.

— Стой, ты знаешь где Аньезе?

— Конечно!

Тут же ответила Индекс:

— Я примерно знаю функции корабля «Королевы Адриатического моря». И хотя я и не знаю, что за заклинание «Розарий в назначенный час», но я знаю точное место для заклинания «Королева Адриатического моря». Так что думаю, это будет одно и то же место!!

Лестница была очень длинной словно бы она опоясывала высокую башню. После долгого спуска обе наконец добрались до самого дна.

— Это…

Орсола замолкла на полуслове.

Место напоминало холл. В этом невероятно просторном холе, в самом конце была двойная дверь, примерно в два раза выше Орсолы. Непонятно было насколько толстой была эта дверь, возможно даже толще чем тело Орсолы.

К входу в этот холл, вела не только та лестница по которой пришли Индекс и Орсола, вокруг было много лестниц и все они словно бы соединялись в этом месте.

Какой интригующий дизайн.

Кто-то полностью проигнорировал основы кораблестроения. Допустим, даже если принять весь этот дизайн, нужно же было, чтобы он плавал со всеми своими колонами и балками, если им и правду нужно было всё это…

— Такое чувство что они не создали эту комнату внутри корабля…

— А создали корабль вокруг этой комнаты.

Индекс направилась к главной двери.

Она поближе нагнула голову, чтобы лучше изучить её, и хотела уже прикоснуться к дверной ручки рукой, как тут же замерла.

— Эта дверь… на ней защитное заклинание. Скорее всего, основано на легенде о святом Власие Севастийском. Когда язычники преследовали святого, он пересёк озеро пройдя по воде, а его преследователи утонули.

— То есть… ты хочешь сказать, что без разрешения на вход, тебя втянет в воду, стоит лишь коснуться двери?

Даже пройдя весь флагман Индекс и Орсола, не встретили ни души.

Если рассмотреть ситуацию с этой стороны, то единственные кто может открыть эту дверь, были Аньезе и Бьяджо.

Индекс посмотрела на Орсолу.

— Хм, если мыслить просто.

— Должно быть так.

Индекс в чьей голове хранилось сто три тысячи гримуаров, и Орсола аналитик гримуаров и знаток заклинаний, столкнувшись с этой сложной задачей, сразу подумали об одном и том же.

Индекс нагнулась к самой двери и принюхалась. Она анализировала состав толстой ледяной стены. Орсола с Посохом Лотоса в руках стаяла поодаль, опасаясь, что Индекс случайно активирует механизм защиты.

Но,

Вокруг них, прямо из пола начали расти ледяные глыбы, каждая выше человеческого роста. И не одна или две, а штук двадцать. Ледяные столбы стали приобретать форму словно кто-то обтачивал их невидимым лезвием.

— Это…

— Они здесь вместо монахинь?

Помимо ледяных големов, из льда появились две ледяные кареты с пушками внутри. Големы и даже кареты с пушками медленно приближались к Орсоле и Индекс.

— !

Орсола тут же подняла перед собой Посох Лотоса.

Индекс не участвовала в битвах, потому что у неё не было оружия, и она не могла использовать магию. Из-за чего, Орсола чувствовала, что она одна против всех этих големов.

И тем не менее:

— Цели в центре!

Крикнула Индекс и отпрыгнула в сторону.

Големы и пушки повернулись к ней. Выглядело так словно это не защитный механизм сработал, а магнит силком потянул их в её сторону.

Индекс бросилась в коридор и крикнула:

— Иди спасать Аньезе! Я отвлеку их на себя!! Не волнуйся за меня, эта стража не ощущает человеческой воли, поэтому на них действует мой Перехват Заклинания!

Согласно гипотезе Индекс, эти ледяные големы были созданы как «хранители» «Флота Королевы». А значит, они не отключались до конца. Каждые несколько минут хранители готовят «боевой отчёт», после чего активируется «момент вмешательства», чтобы определить, нужно ли вмешиваться в их работу.

Прямо как Шерри Кромвель со своим каменным управляемым големом, Эллис.

Если бы Элис была полностью автоматической, Шерри не смогла бы вмешиваться в её работу.

Не важно насколько развита магия, ею по-прежнему управляет человек.

— Но!!!

Не успела Орсола возразить, как порыв ветра перебил её.

— БУУУМ!!!

Взрыв, заставил Орсолу инстинктивно зажмуриться.

Открыв глаза вновь, она не увидела ни Индекс, ни големов, ни пушек.

— ИНДЕКС!!!

Крикнула Орсола держа Посох Лотоса одной рукой.

Но несмотря на время которое она простояла в ожидании, ответ так и не пришёл.

===Часть 8===

Аньезе Санктис опираясь на ледяной шар, прислушивалась к звукам снаружи.

— …

Стрельба из пушек, звон бряцающих клинков, взрывы тонущих кораблей, вопли разгневанных людей — звуки битвы прямо сейчас, за пределами этой комнаты.

Всё это было из-за неё.

Чтобы увести Аньезе, или чтобы её защитить. Именно по этим причинам продолжалась битва.

«Что же происходит?», — подумала она.

Даже если она уйдёт отсюда, её ждёт лишь вода.

Однако,

Может ли она по-прежнему полагаться на других?

Может ли она продолжать надеяться?

«…»

Аньезе Санктис позволила своему разуму блуждать в темноте.

Затем, покачала головой влево в право.

Раздался треск.

Двойная дверь, будучи совершенно запечатанной и неестественно неприступной, поддалась и начала открываться. Аньезе повернула голову в сторону двери. Это был не тот мальчик которого она встретила на одном из кораблей сопровождения, и всё же она уже видела эту личность на борту «Флота Королевы».

— Орсола… Аквинская?

Монахиня в чёрном, которую изгнали из Римско-католической церкви, но которая всё ещё носила монашеское одеяние этой самой церкви. По какой-то причине в руках она держала посох Аньезе. Не трудно было снять защитное заклинание с двери, но возможно из-за того, что она слишком сильно сосредоточилась на прочтении заклинания, её дыхание сейчас было быстрым и сбивчивым.

Несмотря на это, она не выглядела уставшей.

Увидев лицо Аньезе, которая стояла опираясь на ледяной шар, Орсола улыбнулась.

— Ты…

Сказала Орсола.

В ушах Аньезе это прозвучало как слова святого.

— Как хорошо, что ты в порядке…

Раз она так говорит, не может ли быть, что она знает про обстоятельства, связанные с Аньезе? Она знает столько же сколько Аньезе? Может даже больше. Из-за этого, когда Орсола увидела невредимую Аньезе, она так обрадовалась.

Она определённа обрадовалась поэтому.

И именно из-за этого

— …По…Почему?

Аньезе спросила её ошеломлённым голосом.

— Разве ты не знаешь, что сейчас происходит вокруг? Разве ты не хотела покинуть «Флот Королевы»? Ты сказала, что не останешься в этом опасном месте. Ты знала, как много здесь неразумных ограничений, поэтому обещала сбежать. Так почему ты вернулась и смотришь на меня с таким выражением на лице?

— Ты льстишь мне.

На губах Орсолы проступила горькая усмешка:

— Я не смогла понять всё с первого взгляда. Даже планировка «Королевы Адриатического моря» стала понятна мне только после того как Индекс расставила всё на свои места. А по поводу «Розария в назначенный час» я и вовсе не уверена, что понимаю, что это.

Орсола держа обеими руками серебряный посох, продолжила:

— … И даже если я возьмусь за дело, никто не научит меня и не растолкует как отсюда сбежать. Мы не могли просто взять и спасти всех, зная, что бросаем тебя одну, когда ты даже не сказала никому о своей боли.

— Значит…

Мягко ответила Аньезе.

Она почувствовала, что Орсола стоящая перед ней сильно отличалась от той, какой она её считала.

— Вот почему я сказала, что ты странная. Я на самом деле хотела спасти Лючию и Анджелину, используя себя как приманку, вот и всё. Цель оправдывает средства. Так чем же ты недовольна?

С каждым новым словом Аньезе чувствовала себя по-настоящему жалкой.

И всё же, она продолжила:

— Ты уже забыла, что я сделала во время поисков Книги Закона? Это я притащила тебя в Японию, это я арестовала тебя, ЭТО Я избила тебя! Ты даже думать о таком человеке как я не должна! Как ты можешь обманываться до такой степени? ПОЧЕМУ ТЫ НЕ НЕНАВИДИШЬ МЕНЯ!?

— Ты правда хочешь, чтобы я ответила?

Орсола тихо сказала:

— Потому что ты знала обо всём, но скрыла это от нас, отвлекая наше внимание на Лючию и Анджелину, так? Ты знала, что если мы обо всём узнаем, то не отпустим тебя. Если тебе всё ещё нужен ясный ответ, я лично тебе его предоставлю.

Она посмотрела Аньезе прямо в глаза.

— На самом деле, я и сама не знаю. Я все ещё подчиняюсь монашеской подготовке. Я не уверена в себе, постоянно думаю знаю ли я, что правильно, а что нет, хватает ли мне мудрости чтобы давать советы, и решать что-либо за других и за себя.

Она продолжила:

— Во всяком случае, Лючия и Анджелина решили, что обязаны тебя спасти.

— …

Аньезе молча отвернулась.

— Даже когда Лючия добралась до безопасного мета, она сказала, что хочет спасти тебя, и вернулась за тобой. Анджелина сказала, что не хочет причинять вред своим товарищам, она всё не могла решиться создавать своё оружие… Я не думаю, что за их словами скрывалось что-то ещё. В такой ситуации, они были совершеннее чем любой другой, мне никогда не сравниться с ними.

Слова за слово, эта плавная речь не несла в себе ноток принуждения.

Но, у Аньезе спёрло дыхание.

— Ты недовольна словами Лючии и Анджелины?

Сказала Орсола маленькой манахине:

— Даже когда у них перед глазами было лишь отчаянье и многие их преследовали, они всё равно хотели улыбаться и смеяться вместе со всеми. Неужели ты считаешь что этого мало?

— …

Аньезе несмело взглянула в глаза Осролы.

Её губы задрожали, так словно она хотела что-то сказать.

— Это невозможно. Вы так наивны, неужели вы думаете, что Римско-католическая церковь будит тихо стоять в сторонке?

Их прервал резкий мужской голос:

— Это стало бы большим неудобством бля меня Сестра Аньезе, тебе не сбежать от ответственности. Да, Римско-католическая церковь насчитывает два миллиарда последователей. Даже если ты тут умрёшь, план всё равно приведут в исполнение. Мы просто найдём другого подходящего человека. Но знаешь ли ты как трудно найти нужного из двух миллиардов? Хлопотно, не так ли? А я больше всего ненавижу хлопоты.

Эти с лёгкость брошенные слова уничтожили всё доброе, что витало в воздухе.

Орсола обернулась на голос.

Там стоял сорокалетний мужчина в роскошной священной рясе. На шее у него было четыре ожерелья, полные крестов. На его лице появилась кривая, асимметричная улыбка.

Бузони Бьяджо.

По мимо прочего, его рука была вся в крови.

Скорее всего это была не его кровь. На его теле не было видимых ран, а на его лицо не было следов боли.

— … Что это за кровь?

— Как холодно, тебе не стоит волноваться за меня. Я отвечу на твой вопрос, поскольку ненавижу хлопоты. В общем, я всё уладил.

— …

Орсола сильнее вцепилась в посох Лотоса.

Даже Аньезе, стоящей рядом и наблюдающей всю эту сцену, было ясно что Орсола понятия не имеет как сражаться. Она была из тех монахинь, которые ведут свои войны сидя за столом, совершенно иная порода, в отличии от Бьяджо и Аньезе. Речь даже не шла о сильных и слабых сторонах, различие было внутри. Это как заставить человека, живущего в пустыне, пересечь Антарктиду.

Бьяджо скорее всего понял это с самого начала. Его лицо не покидала расслабленная улыбка.

Он даже не встал в защитную стойку.

— По возможности я бы хотел избежать драки в этом месте, здесь много хрупких вещей. Как вы думаете, почему я подготовил все возможные оборонительные средства «Флота королевы»? Потому что было бы много проблем если бы здесь что-нибудь сломалось.

— … Использовать крупномасштабное заклинание на Венецию. Вы пытаетесь вернуть славу этому устаревшему антиквариату?

— Хм, похоже это какое-то распространённое заблуждение. Ну, как бы там ни было, это не правда. Мы не собираемся использовать это заклинание на морской стране, у нас цель побольше.

— Ты по-прежнему так беззаботен.

Сказала Орсола.

Аньезе подумала, что это не к добру. Обычная тактика Бьяджо заговорить зубы врагу, чтобы тот не понял, что епископ оценивает расстояние между ними.

— Да. Всё будет в порядке, даже если я расскажу обо всём тебе. В конце концов, это не выходит за рамки моих способностей. К тому же, это своего рода ритуал, который стоит оказать человеку, которого вот-вот убьют, да, это приемлемо. Ох да, я же только недавно поделился этим с мальчиком. Нет, это больше чем объяснение. У меня будут хлопоты, если ты продолжишь сопротивляться, но я думаю, это в приделах нормы, так что, надеюсь вы позволите мне моё упрямство.

— …

Орсола инстинктивно шагнула на него.

Бьяджо же, остался неподвижен.

Похоже, он не видел необходимости даже замечать движения его врага.

— На чём я остановился? Ох точно, «Королева Адриатического моря». Думаю, ты уже знаешь, что изначально это заклинание было направлено на Венецию. Хотя оно могло уничтожить Венецию одним выстрелом, больше от него не было никакого проку. Причина проста, если оно попадёт в руки врага, враг не сможет направить его на нас.

Бьяджо погладил крест висящий на шеи.

— «Королева Адриатического моря» была построена в IX веке… когда мощи одного из Двенадцати Апостолов, святого Марка были доставлены в Венецию. В то время, Венеция хотела создать религиозную среду, какая была в Ватикане, благодаря защите мощей Святого Петра. Опасаясь этого, Римско-католическая церковь создала такое разрушительное заклинание.

Услышав это, Орсола нахмурилась.

Она знала, что сейчас не время для вопросов, но всё равно спросила:

— Ты мне врёшь? Венеция лишь начала своё развитие в IX веке. Если «Королева Адриатического моря» уже тогда была способна…

— Всё верно. Уже после, Венеция расцвела и завоевала Падую, Виченца, Мец, Кьоджу, и всё прилегающие страны. Ты ведь знаешь историю, да?

— … Ты пытаешься запутать меня, с таким-то уровнем знаний?

— Вообще-то было много причин для войн, и поговаривают, что одна из них «Королева Адриатического моря». В то время, Венецианское правительство не могло определить место нахождение этого крупномасштабного сверхбыстрого плавучего оружия, поэтому они уничтожали самые подозрительные места. И стоило ожидать что Римско-католическая церковь, воспользуется своим оружием после того что сделала Венеция… но в конце концов, они испугались. Хоть власть Венеции была и велика, но пропади этот остров, трудно было бы предсказать, как это отразится на всём мире в экономическом плане.

— …

— Однако, Венеция потратила много денег на финансирование этих разорительных войн, и в конце концов, денег не осталось. Страна рухнула, думаю не стоит игнорировать силу флота. Конечно, всё это не только из-за «Королевы Адриатического флота» … но только гляньте на результат, цель достигнута.

— Даже не используя это заклинание, вы смогли уничтожить страну, используя лишь страх перед этим заклинанием… но…

Услышав мягкий голос Орсолы, Бьяджо усмехнулся.

— Да, именно так. «Королева Адриатического моря» нацелена лишь на Венецию. Не имеет значение насколько привлекательно это заклинание, в нём нет смысла если мы не сможем сменить цель. Ведь сейчас, Венеция лишь туристический центр, и Римско-католической церкви нет никакого смысла отделять себя от Венеции.

«Тогда зачем?», — Орсола почти произнесла это в слух, но сдержалась.

В словах Бьяджо была подсказка.

— Верно ты догадалась.

Бузони Бьяджо закончил:

— Цель «Розария в назначенный час» в том, чтобы убрать ограничения с прицела «Королевы Адриатического моря».

Орсола забыла, что надо дышать.

У Аньезе расширились глаза. Наверно она не знала об этом.

Епископ продолжил, не обращая на них внимание, на его лице заиграла улыбка.

— Сколько же ушло времени. Нет, на самом деле создателем «Розария в назначенный час» был не я, а они. Нет правда, сколько же им понадобилось времени, да? У нас есть такое замечательное оружие «Королева Адриатического моря», но для того, чтобы воспользоваться им, нам пришлось потратить столько сил! Вот почему его бросили на сотни лет.

— Не может быть…

Невольно вырвалось у Орсолы.

— Значит вы сможете использовать «Королеву Адриатического моря», чтобы уничтожить любой город который мозолит вам глаза? Использовать крупномасштабное заклинание, чтобы вы потом могли похвастаться тем, что можете уничтожить морскую страну под названием Венеция, которая тоже славилась своей сильной магией!!?

— Ты ошибаешься. Мы говорим не об одном городе, а о целом мире.

Восхищённо пролепетал Бьяджо.

Это было как в сказке «Король с ослиными ушами».

— Хо-хо, «Королева адриатического моря» уничтожает не только город, но и всё что связано с ним. Например, если бы уничтожили Венецию, всё произведения искусства и скульптуры, были бы уничтожены вместе с ней! Знания всей Венецианской секты исчезли бы. Хм? Что если мы используем это на город, который управляет миром нашими врагами?

Мир врага.

Город управляющий им.

Из этих слов Орсола, наконец поняла, что пытается сказать Бьяджо.

— Быть не может… Академгород.

— Именно сестра Орсола. «Королева Адриатического моря» может уничтожить всё влияние, которое оказывает город. Вся наука и технологии, к которым имеет отношение Академгород, даже тривиальные мелочи!! Если мы сможем уничтожить всё это, половину мира, тогда эта отвратительная сила под названием научная сторона БУДЕТ СТЁРТА С ЛИЦА ЗЕМЛИ ЗА ОДНУ НОЧЬ!!!

Какие пугающие слова.

Слова Бьяджо были сказаны таким тоном, словно он верил, что существуют только те люди которых он видел сам. Люди, которых не было в его жизни, лишь силуэты на фоне. Уничтожение научной стороны, это тебе, не отрезать половину мира от карты, или разрезать глобус пополам, это убийство миллиардов людей.

— Неужели ты думаешь, что все будут счастливы если ты уничтожишь Академгород?

— Я так не думаю. Есть ещё множество паразитов и на магической стороне. Англикане, Русская православная церковь, и те, кто оставили крест: Ислам, Буддизм и норвежская мифология. Нам просто нужно продолжить уничтожать препятствия на нашем пути. И В ОДИН ПРЕКРАСНЫЙ ДЕНЬ ВСЁ НЕЧИСТОЕ БУДИТ УНИЧТОЖЕНО И ОСТАНЕТСЯ ОДНА ЛИШЬ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ!!

— Ты…!!

«Королева Адриатического моря», созданная чтобы предотвратить восстание Венеции, не нуждалась во втором выстреле. Но, по словам Бьяджо, и этот недостаток можно было преодолеть.

«Возможно работа которую заставляли делать Лючию и других монахинь… была нужна чтобы преодолеть все ограничения.»

Подумала Орсола, но не произнесла ни слова.

Однако похоже Бьяджо, её дрожь раздражала.

Казалось, что он потерял весь свой запал, поскольку продолжил намного медленнее:

— Этого мало. С каких это пор религия стала дешёвым инструментом? Садом и Гоморра были сожжены, а наука все ещё утверждает, что испытание Господа — это ошибка. Вот где настоящее недопонимание. Почему Бог должен терпеть подобное от людей? Если люди плохо относятся к Богу, то что плохого в их истреблении. Это ничем не отличается от выжигания сорняков, ничего не поделаешь, даже если в процессе горит не трава, а люди.

Использовать такое масштабное заклинание, с таким извращённым здравомыслием, сколько же вреда это принесёт? Лишь бы сжечь своих врагов, даже если для этого придётся сжечь целый город. Это закончится самой большой трагедией в Христианской истории.

Бьяджо посмотрел в упор на Орсолу.

Увидев, как монахиня дрожит, Епископ опьянел от восторга, и заговорил дрожащим и взволнованным голосом:

— Таково желание Римско-католической Церкви, поэтому у нас будут большие хлопоты, если ты посмеешь нам докучать здесь. Кроме того, я не позволю тебе увести отсюда Аньезе.

— Это мои слова!

Сказала Орсола взмахнув Посохом Лотоса.

Бьяджо равнодушно вдохнул.

— Я же сказал тебе, не доставляй мне хлопоты.

В тот момент, когда он произнёс эту фразу, уже было ясно кто победитель.

Орсола начала произносить заклинание чтобы активировать Посох Лотоса, но было уже поздно. Можно сказать, что она была слишком аккуратна. В бою, нужно лишь с лёгкостью передавать мысли, но Орсола сосредоточилась, как если бы она создавала новое заклинание, так словно она пыталась представить каждую чёрточку знакомого лица.

Она не была способна сделать это.

В отличии от неё, Бьяджо лишь погладил крест на шее.

— Да изгонит зло мой крест.

Пробормотав это, он с лёгкостью сорвал с шеи три креста и кинул их к ногам Орсолы. Орсола сосредоточилась, и попыталась сбить кресты посохом.

— БУУМ!!

Не успела она и размахнуться, как маленькие украшения расширились со скоростью взрыва. Это был настоящий взрыв, скорость с которой они расширились, была подобна шторму, который вместо ветра использовал метал. Металлические стержени без труда пробились через её защиту, и один из крестов выбил Посох Лотоса из рук Орсолы.

Аньезе, стоявшая у Орсолы за спиной, ахнула.

Остальные два полетели в безоружную Орсолу.

Второй расширился у неё над плечом, и ударила так словно собирался выбить сустав. Как только она отшатнулась от удара, третий крест взорвался прямо над ней, и она согнулась. Звук удара по телу эхом разлетелся по комнате, ноги Орсолы лишились силы, и она рухнула на ледяной пол.

Несмотря на это, она неуверенно опершись на руки, попыталась приподняться.

— Хо-хо! Прекрати, сестра Орсола.

Бьяджо и шагу не сделал.

На его лице играла улыбка, возможно потому что план, на который было потрачено столько времени, должен был вот-вот завершиться.

Он снял ещё один крест со своих четырёх ожерелий и подбросил его. Крест пролетел над головой Орсолы, словно это букет цветов брошенный в толпу невестой.

— Ноша креста усмирит гордыню.

В одно мгновенье ещё несколько крестов взлетели в воздух и завибрировали.

Кресты мгновенно утяжелились в несколько тысяч раз и полетели прямо в пол рядом с Орсолой. Ледяной пол взорвался от удара крестов и вздрогнул. Орсола, которая в этот момент пыталась приподняться, отлетела в сторону, от силы удара.

Даже после этого.

Потеряв своё оружие, и чувствую боль во всём своём теле, Орсола еле заметно шевелила пальцами.

Просто сопротивляться.

— Хм, я же сказал тебе прекрати. Я стал епископом не потому что был очень впечатлительным. Я могу освободить каждое значение креста и использовать все виды магической энергии. Если ты хочешь убить меня будь готова взорвать кафедральный собор! У Англикан есть Переносная Церковь. Но даже без неё, я один по силе равен целому храму!!

После это тирады, Бьяджо отвёл взгляд от Орсолы.

Он заговорил с Аньезе, которая стояла позади него:

— Немного рановато, но давай начинать сестра Аньезе.

— А..?

Услышав его слова, Аньезе удивлённо уставилась на Бьяджо.

На лице Епископа не было и следа негативной эмоции.

— Амакуса на палубе, и сестра Орсола тут на полу, хоть они и вызывают во мне отвращение, они не могут повлиять на «Розарий в назначенный час,» который снимет ограничения с «Королевы Адриатического моря». Хо-хо… Я так долго этого ждал.
Вы людишки пытаетесь убить меня, задушить своим наглым присутствием? ПРИГОТОВЬСЯ ВПИСАТЬ СВОЁ ИМЯ В ИСТОРИЮ СЕСТРА АНЬЕЗЕ!!

С этими словами, ледяной шар на который опиралась Аньезе изменился.

— Начнём корректировку. Тебе нужно лишь синхронизировать свою магическую энергию с «Розарием в назначенный час» и с «Королевой Адриатического моря». ДАВАЙ БЫСТРЕЕ ПОКОНЧИМ С ЭТИМ, И Я ОТПРАВЛЮ ОТЧЁТ В ВАТИКАН!!

В шаре появилась большое отверстие, словно в глазу расширился зрачок.

Похоже было, словно он намекает: поторопись и залазь внутрь.

— …! КАК Я МОГУ… ПОЗВОЛИТЬ ТЕБЕ СДЕЛАТЬ ЭТО!!

— Ты всё ещё хочешь противиться мне, с таким то телом? Или тебе так хочется, чтобы я лишил тебя ещё большей свободы?

Бьяджо даже не взглянул на Орсолу.

Поглаживая пальцами кресты на шее, Бьяджо продолжил:

— Во-вот всё начнётся. Возрадуйся, сестра Аньезе. Ты войдёшь в историю как та, кто уничтожила больше всех врагов Христианства, за время всего его существования! Ты мечтала об этом с тех пор как взяла в руки Посох Лотоса!

— …

Услышав слова Бьяджо, Аньезе изумлённо опустила глаза. Там по полу, к её ногам котился Посох Лотоса.

Он не врал.

Это факт, до инцидента с Книгой Закона, эта была одна из причин, по которой она хотела убить Орсолу. Уничтожать врагов Римско-католической церкви, вот основная причина. Если бы мальчик не появился перед ней и не остановил её, Аньезе несомненно убила бы Орсолу и была бы в восторге.

Уничтожение её врагов, нет, врагов церкви, вот всё чего она всегда хотела.

Но:

— Ты… ты ведь и Аньезе считаешь одной из этих «врагов»…!

Орсола, которую однажды почти убила Аньезе, двигала своё тело и на самом деле попыталась защитить её от Бьяджо.

Даже когда её тело было покрыто ранами, а её руки и ноги еле слушались команд.

Она всё равно тащила своё тело, которое даже ровно стоять не могло.

Увидев Орсолу такой, Аньезе замерла.

Услышав слова Орсолы, Бьяджо прорычал:

— Теперь ты больше не часть Римско-католической церкви, ты теперь Англиканка, вот от чего тебе так страшно. Если бы ты была Католичкой тебе бы не пришлось бояться, даже столкнись ты с «Королевой Адриатического моря».

— Ты так говоришь, только потому, что в своих поступках руководствуешься подозрениями. Это характерно для нас, Католиков. Из-за того, что мы вечно взвешиваем плюсы и минусы, нам не понять почему люди действуют опираясь лишь на свои убеждения. Нет, даже если мы поймём, мы никогда в это не поверим.

Аньезе уже слышала эти слова.

Она знала, что сестра Орсола Аквинская ни капельки не изменилась с тех пор.

— Я не могу принять этого. Аньезе вот-вот принесут в жертву ради такого бесполезного бреда! Как ты не поймёшь! Я НЕ ПРИМУ ТОТ ФАКТ, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ УБИТЬ СТОЛЬКО ЛЮДЕЙ!!

— … Вот как.

Улыбка тихо сползла с лица Бьяджо.

Он поигрывал крестами на шеи, затем щёлкнул по одному из них пальцем.

— Я передумал. Даже маленькие препятствия, стоит удалять не раздумывая.

Услышав его, Орсола застыла.

Не только потому что происходящее стало реально опасным, но и потому что эта монахиня не привыкла к убийственному намеренью, которое витало в воздухе. Её нормальная жизнь, не имела ничего общего с этим миром.

Аньезе лихорадочно думала:

«Зачем она это делает? Если бы она была из Академгорода, я бы поняла. Если бы она жила на научной стороне, я бы тоже поняла, потому что это несло бы ей опасность. Если бы она не остановила Бьяджо, ей пришлось бы забыть о нормальной жизни, возможно даже сама её жизнь была бы под угрозой.»

Но с Орсолой всё было иначе.

Даже если Академгород будет уничтожен, она не умрёт. Если Бьяджо нацелится на Англикан, ей нужно будет лишь перейти в другую секту, как она уже это сделала, покинув Римско-католическую церковь. По крайней мере, если она не остановит «Розарий в назначенный час», её не ждёт мгновенная смерть.

Тогда, зачем она ему мешает?

Неужели она не хочет прожить хотя бы на секунду больше?

— Христиане любят всех своих соседей, но крайне беспощадны. Ты должна хорошо понимать это, если читала жизнеописание всех святых.

Сказал Бьяджо поглаживая крест на шее.

Пальцы его были наполнены змеиной силой, такие же скользкие, и такие же твёрдые. А в воздухе витала серьёзность, какой до этой минуты не было.

«Она умрёт», — подумала Аньезе.

Поэтому, она заговорила из-за спины Орсолы:

— … Пожалуйста… уйди. Он убьёт тебя. Тебе не остановить Бьяджо. Ты сможешь спасти свою жизнь, если не будешь перечить ему.

«Какие гадкие слова», — промелькнуло в голове у Аньезе.

Это звучало как слова языческого офицера, который склонял святого перед казнью предать свою веру.

Но:

— Как я могу сделать это!!!

Орсола Аквинская твёрдо дала свой ответ, так словно она и была одной из тех святых из легенд.

Мгновенный ответ.

Её голос дрожал. Возможно из-за боли, а может из-за волнения, а может даже из-за страха, но Орсола тут же ответила Аньезе. Возможно она даже не думала, но вера, не нуждается в долгих раздумьях, вот почему она смогла ответить так скоро.

— Это конец сестра Орсола.

Сказал Бьяджо.

Очередной голос в котором не было сомнений, но принято совершенно другое решение. Бузони Бьяджо скорее всего запросто убьёт Орсолу. Он верил в этом всем сердцем, и верил, что в это будет абсолютно правильное решение. И слушать он никого не собирался.

Орсола умрёт.

«— В такой ситуации, они были совершеннее чем любой другой, мне никогда не сравниться с ними.»

Возможно даже если она перестанет сопротивляться, он всё равно её убьёт.

«— Ты недовольна словами Лючии и Анджелины?»

Орсола говорила Аньезе крайне усталым голосом:

«— Даже когда у них перед глазами было лишь отчаянье и многие их преследовали, они всё равно хотели улыбаться и смеяться со всеми вместе. Неужели ты считаешь это этого мало?»

Не только Аньзе, но и Лючия с Анджелиной имели отношение ко всему этому.

И та, кто сказала ей эти слова, должна была быть убита прямо у неё на глазах.

— Хахахаха! Смейся сестра Аньезе, ведь ты увидишь сейчас как твои надежды будут раздавлены!!

Слова Бьядджо долетев до ушей Аньезе, взорвали её сознание.

Раздался звон метала.

— … Что ты делаешь?

Аньезе не ответила на вопрос Бьяджо.

Она держала в руках Посох Лотоса, который должен был быть на полу. Аньезе потянула Орсолу за свою спину, и сделала шаг вперёд, ударяя основанием посоха в землю.

Передний конец неожиданно расширившегося креста со всей силы ударился в Посох Лотоса. Крест летел в Орсолу. Если бы удар достиг цели, ей бы снесло голову. Аньезе, держа посох в руках, щёлкнула зубами от удара, потому что не смогла выдержать всю его силу.

Она сплюнула кровь на пол. Затем грубо развернула крылья на Ангельском Посохе, и теперь держала его горизонтально земле. Это было совсем не похоже на то, как это пыталась сделать Орсола.

— Tutto il paragone. Il quinto dei cinque elementi. Ordina la canna che mostra pace ed
Ordine. (Согласно всем вещам. Пятый из пяти элементов. Символ мира и порядка, раскрой этот посох.)

Словно эти грубые действия, отражали её веру в свой посох.

В этом не многословии была выражена вера, в то, что её посох не сломить такими никчёмными вещами.

— Prima. Segua la legge di Dio ed una croce, Due cose diverse sono connesse.(Первый кумир. Согласно закону сына божьего и креста, свяжи разные объекты с разными людьми.)

В свою очередь, Бьяджо абсолютно не заботило, что на него наставили оружие.

Не дождавшись ответа на свой вопрос, он рассвирепел, а его лицо покраснело от гнева.

— СЕСТРА АНЬЕЗЕ!! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ!!?

— Ох, а на что это похоже?

Аньезе смотря прямо лицо раскрасневшегося Бьяджо, холодно отчеканила эти слова.

Она зловеще улыбнулась:

— Ты ошибся. Я все ещё хочу заботиться о сестре Лючии и сестре Анджелине, И ОБ ОСТАЛЬНЫХ МОНАХИНЯХ! КАК ПОДУМАЮ, ЧТО ИМ ПРИХОДИТСЯ СРАЖАТЬСЯ ИЗ-ЗА ТВОЕГО БЕСПОЛЕЗНОГО ПРИКАЗА, МЕНЯ РАСПИРАЕТ ОТ ГНЕВА!

Закончила Аньезе, и не отступила ни на шаг.

Увидев её позицию, у Бьяджо неестественно задёргались виски:

— Не смей…

Он стиснул зубы, вырвал крест с груди и поднял его в воздух.

— … ПОВЫШАТЬ НА МЕНЯ ГОЛОС ГРЕШЕНИЦА!

— Панг.

Эхом разошёлся странный звук.

А после:

— АХ… угх!?

Крик боли прилетел из-за спины. Аньезе резко повернулась и увидела, что Орсола упала. Она сидела на полу, холодный пот лился у неё по лицу, а голова болталась на шее то влево, то в право. Так словно она проиграла борьбу, и рухнула на пол.

— Ты всего лишь обезьяна, как смеешь ты вести себя словно человек…

Губы Епископа скривились.

— СИМОН НЕСЁТ КРЕСТ СЫНА БОЖЬЕГО!!

Рёв Бьяджо был подобен грому.

Не успела Аньезе понять, что происходит, как у неё помутилось в глазах.

— Чт…о!?

Пытаясь изо всех сил подавить чувство рвоты, она потеряла равновесие и опустилась на одно колено. Если бы не это, она бы оказалась на земле, как и Орсола.

В ту же секунду.

Бьяджо подошёл к Аньезе, стоявшей на одном колене, и ударил её ногой в подбородок. Острый носок его жёсткой обуви неприятно ужалил её в лицо. Её маленькое тело отлетело назад, и она рухнула на спину.

— ГХА…. АААХ…!!

Она оперлась на посох и пыталась подняться, но не нашла в себе сил. Словно бы слабость взяла над ней верх, она не могла встать на ноги, она даже сдвинуться с места не могла. Посох Лотоса, которым она так привыкла пользоваться, сейчас был бесполезен.

«Это атака… это… заклинание.»

И даже теперь, Аньезе не сдалась.

Она изо всех сил старалась проанализировать происходящее.

«Это… Это…»

Из всех заклинаний Бьяджо, сейчас он должно быть использует то, которое основано на истории о том, как Сын Господа умер на кресте. Однако, Сын Господа умер, когда в его руки и ноги вбили гвозди, но у Аньезе и Орсолы таких травм не было.

А раз так,

«Но перед этим, в истории о Сыне Божьем и кресте, Сын Божий должен был нести на холм тяжёлый крест привязанный к его спине…»

— … Верно, в то время, Сын Божий… был слишком слаб чтобы нести крест… и человек по имени Симон… помог ему донести крест до места казни, верно?

Бьяджо слегка повёл бровью.

После чего, ухмыльнулся:

— Так ты поняла?

— «Взвалить на плечи врага непосильную ношу» … вот… суть… этой атаки. Не только… твой вес… но и вех людей… «Флота Королевы». Атака… которая фокусирует весь вес … оборудования… в одной точке. Я уверена…

Попав под атаку весом в двести пятьдесят человек, они почувствовали, как их приплющило к палубе. Но атака эта была лишь чистым «весом», без «скорости» удара.

Это было похоже на старый метод пыток «положить на живот тяжёлую плиту». Что самое удивительное рекордный вес который выдерживал человек был больше четырёхстах килограмм. Если добавлять вес медленно, человек мог выдержать какое-то время и больше.

— Причина по которой Орсола упала раньше меня, в том, что атака медленно опустилась сверху. А помутнение сознание, как правило, начинается с головы.

— Блестяще. Не то что эти языческие макаки, меньшего я и не ожидал.

Для того чью атаку только что раскрыли, голос Бьяджо звучал слишком расслабленно.

— НО ДАЖЕ ЗНАЯ, КАК ЭТО РАБОТАЕТ, ТЫ НИЧЕГО НЕ СМОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ!!

Он снял с шеи ещё один крест и как только поднял его вверх, сжатый «вес» с ещё большей силой обрушился на Аньезе.

Её сознание уже покидало её.

И она знала, что стоит ей отключиться, всё будет кончено.

Поскольку Аньезе была главной частью его плана, он не убьёт её так просто. Но Орсола, с ней всё было иначе, если Аньезе не будет сопротивляться, Орсолу, бесполезную для его планов, убьют.

Она знала это.

И ничего не могла сделать.

Атака была нацелена на верхнюю часть тела, поэтому она подняла посох над головой чтобы заблокировать её. Очередная атака противника, была так сильна, что она почувствовала, как её кости трещат, боль пронзила всё её тело и Посох Лотоса выпал из рук, и покатился по полу. Как только руки упали на пол, атака пришлась на голову.

Увидев это бесплодное сопротивление, Бьяджо насмешливо прокричал:

— ХА-ХА, ЧТО ЖЕ ТЕПЕРЬ СЕСТРА АНЬЕЗЕ? ТЫ ЭТОЙ ЖАЛКОЙ ПОПЫТКОЙ НАМЕРЕНА ОСТАНОВИТЬ МОЮ АТАКУ? ТЕБЕ ПОНАДОБИТСЯ РУКА ПО СИЛЬНЕЕ ЧТОБЫ СПРАВИТЬСЯ С ЭТИМ!!

— Угх…!!

У неё не осталось сил чтобы бороться. Аньезе стиснула зубы, так словно стыдилась своего бессилия. Бьяджо снова щёлкнул по кресту на шее и подбавил веса на голову Аньезе. Но Аньезе всё равно продолжала тянуться к Посоху Лотоса.

— Вот как? Что насчёт моей правой?

—Кренг!!

Раздался звук, словно что-то разбилось в дребезги.

Звук этот прилетел из-за спины Бьяджо, из-за гигантской двойной двери, ведущей в пирамидальную комнату. В двери была квадратная дыра, точнее, кубическая, и через неё в комнату кто-то вошёл.

Этот кто-то поднял правую руку вверх.

И с лёгкость смёл тяжесть, спустившуюся на него сверху.

Бьяджо обернулся и взглянул на нарушителя.

— ТЫ МАЛЕНЬКАЯ… ЯЗЫЧЕСКАЯ МАКАКА, ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ!!

— Идиот. Тебе следовало убедиться, что я мёртв. С моей правой рукой не так-то просто справиться.

Этот мальчик ни о чём не спросил Аньезе. Почему она защищала Орсолу? Почему происходит не то, что он ожидал увидеть?

Он не обмолвился ни словом.

Возможно из-за того, что Бьяджо преградил ему дорогу, он не нашёл времени для вопросов.

Этот мальчик своей рукой, спасал не Аньезе, а скорее Орсолу.

И тем не менее, Аньезе почувствовала, что была спасена.

Она почувствовала, что Камидзё стоящий перед ней, спас её.

— ААААААА!!!

Закричал Камидзё и бросился вперёд на Бьяджо.

Бьяджо нервно щёлкнул по кресту на груди, отшатнулся и опустил подбородок.

Он выпустил ещё одну атаку тяжёлым весом.

Возможно эта атака была его козырной картой, и из-за внезапное нападение Камидзё, которое стало для него сюрпризом, решение к нему пришло мгновенно. Выбирать атаку согласно уровню угрозы, так мыслили те, кто участвовали в реальных битвах.

Но, не в этот раз.

— СЛИШКОМ МЕДЛЕННО! НЕУЖЕЛИ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я ПОПАДУ НА ОДИН И ТОТ ЖЕ ТРЮК ДВАЖДЫ!!?

Мальчишка поднял правую руку в воздух, отразил тяжёлую атаку и бросился на Бьяджо.

— Чёрт…!?

Бьяджо потянул руку к крестам.

Но правый кулак Камидзё влетел ему прямо в лицо.

— Хрясь!!

По комнате прокатился хлёсткий звук плоти, ударившей плоть, а затем треск кости, столкнувшейся с костью.

===Часть 9===

Убедившись, что Бьяджо без сознания, Камидзё расслабился, и повернулся к Орсоле и Аньезе.

— Пока Бьяджо без сознания, поторопитесь и свяжите его, и кресты с него снимите. Если на палубе всё ещё идёт битва, то обстановка там сейчас не самая спокойная. Ах да, Аньезе.

— Ум… да.

Маленькая монахиня запнулась, подумав, что её сейчас будут ругать. Камидзё рассмеялся и сказал:

— Благодарю. Если бы ты не защитила Орсолу, всё кончилось бы куда хуже.

— …

Он определённо поблагодарил её, но после того как на её лице выступило удивление, она ничего ему не ответила.

Камидзё слегка замялся.

— … Чёрт, я что не правильно похвалил её?

— … Если ты и в самом деле так думаешь, то ты и правда очень милый парень.

— …Ох, что? Больно. Зачем ты ударила меня?

Орсола прикрыв лицо одной рукой, продолжала пинать Камидзё другой. Камидзё отчаянно прикрывался руками от её нападок.

— О точно, «Флот Королевы» … не только он, но и этот гигант «Королева Адриатического моря» как их уничтожить? Аньезе нужна им для применения «Розария в назначенный час». А раз так, я хочу уничтожить его основу, этого «Розария в назначенный час», или «Королеву Адриатического моря», я хочу уничтожить их, чтобы никто не смог ими воспользоваться. Есть у него какое-нибудь ядро?

— Это…

Аньезе какое-то время думала, потом повернулась к Бьяджо лежащему на полу.

— Флагман «Королева Адриатического моря» … строго говоря, эта пирамидальная комната, в которой мы находимся, незаменима. Нынешняя технология не способна воссоздать её с нуля, если мы уничтожим её, «Королева Адриатического моря» станет бесполезной.

— Но ведь «Розарий в назначенный час» это дополнительное заклинание, которого изначально не было задумано в «Королева Адриатического моря» так? Если эта пирамида ядро «Королевы Адриатического моря» тогда ядро «Розарии в назначенный час» где-то в другом месте?

В принципе, настало время для его правой руки. Камидзё медленно взглянул на свой кулак. Его работа не думать над принципами магии, а уничтожать её.

— Ладно, будь то «Королева Адриатического моря» или «Розарий в назначенный час» у нас не будет проблем если мы уничтожим эту комнату. Раз её заменить нельзя, давайте просто сделаем это.

Сказав это Камидзё повернулся к Аньезе и Орсоле.

— Для начала, уничтожим «Королеву Адриатического моря». Когда корабль затонет… вернее лёд обратиться назад в морскую воду, попросим наших друзей Амакуса подобрать нас на борт.

— Ум… Амакуса тоже здесь…

Аньезе слегка сгорбилась.

Орсола взглянула на неё и продолжила:

— Как бы там ни было, самое сложное начнётся, когда мы окажемся на лодке. Я не смогу всех вернуть назад. Тебе придётся подумать о том, что делать дальше…

Орсола не успела закончить.

Аньезе вдруг упала на колени.

— Аньезе?

Камидзё в отчаянье протянул руку, чтобы подхватить её, но она словно бы уклонилась от его руки и распласталась на ледяном полу. Посох Лотоса выпал из её руки и по комнате разлетелся металлический звон.

— Гха…

Аньезе лежала на полу и поджав руки и ноги, скрутилась как младенец в утробе матери:

— Ах… гх… АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААХ!!!!!

Она застучала зубами, и завопила в страшной агонии.

Было совершенно не понятно, что происходит.

Но по её искажённой болью гримасе было ясно, что происходит что-то страшное. Не понятно насколько ей было больно, но пот градом лился с её лица.

— Аньезе!!! Чт…

Камидзё вдруг замолк на полуслове, в углу комнаты он увидел что-то странное.

Бузони Бьяджо.

Епископ, который должен был быть без сознания, трясся под его взглядом. Налитые кровью глаза безумца, были на чём-то сосредоточенные. Из уголков его рта медленно стекала вязкая слюна.

После чего.

Так словно бы он пытался разорвать рясу на его груди, Бьяджо правой рукой в охапку схватил все кресты с четырёх своих ожерелий. Его рука неестественно тряслась.

Орсола, согнулась над Аньезе и пытаясь ей помочь, закричала:

— «Розарий в назначенный час» … не может быть… ОН ДЕЛАЕТ ЧТО-ТО С АНЬЕЗЕ, СВОИМ ДУХОВНЫМ ПРЕДМЕТОМ.

Неужели приготовления к «Розарию в назначенный час» были закончены? А если всё было готово, почему они позволили Аньезе разгуливать по флоту и не приступили к плану? Без необходимых знаний о магии Камидзё ничего не мог понять. Но исходя из того, что сейчас происходит, приготовления были завершены.

Но Бьяджо смеялся.

Взволнованный и обеспокоенный, тяжело дыша он объявил:

— Ха, «Розарий в назначенный час»? Он не был готов, поэтому единственное что мне осталось, это запустить «Королеву Адриатического моря».

Он с отвращением взглянул на Камидзё:

— Если нужна «власть», она у меня есть. Ты, когда-нибудь задумывался об этом? Римские католики опасались, что оружие будет использовано против них, поэтому вложили не мало усилий чтобы лишить оружие прицела. Но если врагу удастся снять это ограничение что тогда?

Самоуничтожение.

Епископ Римско-католической церкви, был счастлив произнося свою речь, его не волновало, что взрыв заберёт и его душу.

— БЬЯЯЯЯЯЯДЖО!!

Вскрикнул в гневе Камидзё.

Его не волновали причины происходящего.

Главное было то, что его план провалился, и теперь он собрался забрать их с собой на тот свет.

Кроме того, это выжжет мозг Аньезе и превратит её в калеку.

— !!

Свет вокруг медленно померк, как в кинотеатре перед самым показам фильма. Пирамидальная комната погрузилась во тьму и заполнилась неразборчивым шелестом. Звук доносился откуда-то сверху, а равносторонние треугольники из которых были выложены стены, медленно задвигались.

Луч света, спустившись вниз с вершины пирамиды, попал на несколько треугольных столбов, возникших тут же из стен, и причудливо отразившись в них, изменил свою форму превратившись в узорчатый потолок, возникший прямо в воздухе.

Свет образовал не плоскую поверхность, а круглый купол.

Вид был такой, словно это планетарий, созданный одним человеком для своей собственной выгоды.

— … Даже не думайте, что вам удастся сбежать.

Бьяджо смотрел в потолок и насмехался:

— Это магическое оружие усилено алхимией и флотом грешников. Не надейтесь, что уничтожив стены или пол вы чего-нибудь добьётесь.

Словно в ответ на его слова, искажённый потолок засветился ещё ярче.

Будто холодно предупреждая собравшихся, что оружие в режиме готовности.

Орсола нахмурилась:

— Это плохо… если заклинание, которое должно было уничтожить целую страну использовать… даже если проигнорировать чистую взрывную силу, и лишь посчитать магическую энергию, радиус взрыва выйдет не меньше десяти километров.

Десять километров.

Слова Орсолы не укладывались в голове.

— … Я не знаю где именно мы находимся, грубо говоря, какая именно это часть Адриатического моря. Если мы севернее Кьоджа, то рядом с Венецией… всё будет уничтожено. Даже больше, окружающие нас города Адрия и Падуя тоже окажутся в опасности…

— И не только это.

Не известно, что будет если прогремит такой магический взрыв.

Но можно сравнить это с тактическим ядерным оружием, способным сжечь всё вокруг в радиусе десяти километров.

А если это ядерное оружие, то одним взрывом не обойдётся. Большая часть морской воды станет паром, а высокая температура уничтожит всё вокруг. Пар в несколько сотен градусов по Цельсию, пролетев несколько километров, сварит каждого на своём пути. А потом изменения в температуре приведут к изменениям в давлении. Проще говоря, появится несколько гигантских ураганов. И эти ураганы охватят все близлежащие города, поднимут в воздух здания и нанесут последний удар по улицам, которые были сварены недавним паром.

Это двух, нет трёхступенчатое разрушение.

Что же это за «Королева Адриатического моря»? Камидзё чертыхнулся. Не могли вы что ли уничтожит Венецию своей силой, без этой дряни?

— Ах, ААААХ….!!

Крик Аньезе эхом разнёсся по залу.

Она выглядела намного хуже, чем минуту назад. Возможно это была лишь видимость, ведь она лежала под холодным светом, похожим на звёздный.

Камидзё своей правой рукой погладил Аньезе по спине, чтобы помочь ей справиться с болью, но похоже сила его руки не полностью сняла эффект. Казалось, что пока он не уничтожит кресты Бьяджо эффект не будет прерван до конца.

— КРЕНГ!!

Звук шёл не от Аньзе, а скорее от всего корабля.

Эгоистичный приказ Бьяджо, похоже, огромным бременем лёг на корабль. И как только он достигнет предела, взорвётся всё включая «Флот королевы».

— Орсола, забери отсюда Аньезе и поднимись на палубу! У нас ведь есть корабль или подводная лодка так? Попроси наших друзей Амакуса спрятаться там! Если получиться католиков тоже заберите с собой!!

— Ох, хорошо. А как же ты?

Несмотря на то, что её слегка шатало Орсола несла на руках тельце Аньезе. Она даже с особой осторожностью подобрала Посох Лотоса.

Камидзё перевёл свой взгляд от Орсолы на Бьяджо.

— Я должен остановить его. Я встречусь с вам позже. Давай иди уже!!

— Но…!?

Орсола ненароком перешла на крик, но вопль Аньезе перекрыл её голос. К тому же, Бьяджо медленно тянулся пальцами к крестам на шее.

Вмени не было.

— Обязательно… слышишь, обязательно возвращайся к нам!

Возможно из-за того, что она не могла больше ничем ему помочь, или из-за того, что не могла помочь даже Аньезе, Орсола выбежала вместе с девочкой на руках, выкрикнув эту бесполезную фразу.

В пирамидальном зале остались лишь двое Камидзё и Бьяджо.

Внутри потрескивающего корабля, первым заговорил Епископ:

— … Вот почему я ненавижу это.

С этим налитым кровью взглядом, он поднялся с колен. Рана в груди, полученная бременем этого извращённого заклинания, все ещё адски болела, но Бьяджо одной лишь силой воли заставил себя двигаться.

— Чёрт, ублюдок… что останется в истории Римско-католической церкви? Вот почему я сказал, что ещё слишком рано, когда услышал об этом плане. Мне уже конец. Меня можно лишь уничтожить как грешника. «Королева Адриатического моря» это гордость Римско-католической церкви, один из «Десяти Святых Артефактов» как и «Апостольский крест»… У меня нет шансов на прощение, после того как я потерял её.

— Вот почему ты хочешь затащить нас в свою могилу? Что это изменит? Нет никакой пользы от твоих поступков, это всё лишь бы утешить себя!

И лишь ради этого небольшого утешения, он собрался всех их утащить на тот свет вместе с собой.

Монахинь из отряда Аньезе, сражающиеся по приказу Бьяджо, подростков из Амакуса, пытающиеся остановить монахинь не убивая при этом, Лючию и Анджелину, Орсолу и Аньезе, Татемию и Индекс, всех их.

Из-за приказа, пришедшего из-под этого рукотворного купола.

Даже если они хотели использовать этот флот, чтобы уничтожить всех их.

— Что… ты сказал?

Бузони Бьяджо ухмыльнулся.

Ухмылка вышла грустная.

— Сразится с таким количеством людей и потопить такой большой флот, да ещё и Епископа Бузони Бьяджо в могилу свети. Никто не поймёт насколько это опасно… одна группа бойцов и члены Амакуса. Они подтвердили, что опасны для Римско-католической церкви. Любой бы согласился со мной. Это последний цветок, что расцветёт в моей жизни. Уничтожение столь опасного врага, ради этого я с удовольствием уничтожу Адриатическое побережье!!

Это совершенно отличалось от того как думал Камидзё Тома.

Не двигаться вперёд, а смотреть в прошлое и делать всё ради него.

Не получать удовольствие от зашиты других, а наслаждаться лишая их чего-то важного.

Не просто ранить самого себя, а покалечить при этом других.

— Бьяджо…

Камидзё в тишине сжал свой правый кулак.

Епископу было всё равно, он широко раскинул руки и прокричал:

— … Этот взгляд. Взгляд того, кто не уступит никаким угрозам, именно это самая большая угроза для нас. Я сотру тебя с лица земли. И ЭТО БУДЕТ МОИМ ПОСЛЕДНИМ ДАРОМ РИМСКО-КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ!

— БЬЯДЖО!!!

Взревел Камидзё и бросился на Епископа со всей силы.

Бьяджо не отступил, а положил руки на кресты весящие у него на шее. Выглядело так словно он собрался помолиться, вот только от него веяло не святостью, а лишь упрямством, липким и вязким как болотистый ил.

Камидзё оказался прямо перед Бьяджо, и замахнулся кулаком, для удара в бок.

— ДА ИЗГОНИТ ЗЛО МОЙ КРЕСТ!!

Крест в руке Епископа расширился, со скоростью взрыва. Мгновенно металлический блок, размером больше гроба, стал щитом, заблокировавшим кулак Камидзё.

Благодаря силе правой руки Томы, крестообразный щит взорвался и осыпался на пол как песок.

Бьяджо, прятавшийся за крестом, снял с шеи ещё пять и бросил их прямо над головой Камидзё.

— НОША КРЕСТА УСМИРИТ ГОРДЫНЮ!!

Маленькие украшения, ускоренные тяжестью гравитации, полетели как пушечные ядра. Но Камидзё не стал любоваться ими.

— ВАААААААА!!!

Он сделал ещё один шаг вперёд.

Он уже был перед Бьяджо. Так близко к нему, и в то же время в наибольшей безопасности.

Камидзё выбросил руку вперёд.

Он вложил всю свою силу в кулак нацеленный на лицо Бьяджо.

— !?

Бьяджо прикрыл лицо обеими руками. Он почувствовал, как твёрдые кости столкнулись, и урон отразился на его врага.

Это было не мгновенная защита, а продуманный план.

У него всё ещё были «щиты» из гигантских крестов.

Поэтому:

— ДА ИЗГОНИТ ЗЛО МОЙ КРЕСТ!!

Бьяджо скрестил руки в каждой из которых было про кресту.

Кресты расширились прямо перед Камидзё.

— БУУУУМ!!!

Словно контратака, металлические кресты гиганты, ударили Камидзё, один в правое плечо, второй в живот. Не успев даже зубы стиснуть, он полетел в конец зала. Его тело отскочило от ледяного пола: раз, второй, третий, перекатилось ещё пару метров и остановилось.

— Гхе… оооо.

Его дыхание сбилось, и уже через секунду пот полился с него градом. Прежде чем почувствовать боль, к его горлу подступила тошнота. Даже встав на ноги, он чувствовал себя верх тормашками.

Несмотря на это, Камидзё продолжил подниматься.

Боль в его правом плече, расходилась по всей руке, стоило лишь её коснуться.

Увидев это, Бьяджо заухмылялся. Выражение его лица и истинные чувства никогда небыли связаны. Это было ясно по его злобной улыбке.

— Впечатляет, ты и правду встал… тебе так прилетело, что наверно внутренности в кашу...

Бьяджо целый и невредимый, потрогал пальцами кончик носа, единственное место куда дотянулся Камидзё.

— Почему ты всё ещё борешься? Неужели такая ненужная вещь, как сестра Аньезе, столь уж важная награда для тебя? Эта сестра несомненно умрёт! КАК ОНА МОЖЕТ ВЫСТУПИТЬ ПРОТИВ ГИГАНТСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ В КОТОРОЙ ДВА МИЛЛИАРДА ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ, ПРОЖИВАЮЩИХ В СТА ТРИДЦАТИ СТРАНАХ… НИКТО НЕ ПРИМЕТ ЭТУ ЖЕНЩИНУ!! КАК ДО ТЕБЯ НЕ ДОЙДЁТ ЭТО, ТЫ ЯЗЫЧЕСКАЯ МАКАКА!!

— … Ты думаешь мне интересно?

Камидзё стиснул зубы, произнося это.

Чтобы защитить Лючию и Анджелину, Аньезе пожертвовала своим шансом на спасение. Хотя он и не знал подробностей, но Аньезе защитила Орсолу, Посохом Лотоса, от лап Бьяджо. Она сражалась изо всех сил.

Два миллиарда последователей, сто тридцать стран, гигантская организация, Камидзё даже не волновался о подобных мелочах.

Он без сомнений не допустил бы такого, потому что сама его сущность была против действий Римско-католической церкви, пытавшейся совершить самоубийственную атаку, которая сожжёт сердце Аньезе и взорвёт весь «Флот Королевы» и близ лежащие острова. Он точно не допустит такого страшного результата.

Слова Бузони Бьяджо ни капли не убедили Камидзё.

Если кто-то и способен сдаться услышав это, то этот кто-то никогда не окажется в подобном месте.

— Чёрт тебя дери, да кто согласится с этим…!!

Это всё что он сказал.

Бессмысленный обмен аргументами не начался, Камидзё и Бьяджо были не в настроении продолжать разговор. После небрежно брошенной фразы Камидзё, разговор был закончен.

Камидзё Тома проигнорировал боль в плече, сплюнул кровавую слюну на пол, и сжал кулак.

Бузони Бьяджо положил руки на свои бесчисленные кресты, опоясавшие его шею.

Первый вдох стал сигналом к началу.

Оба тут же бросились друг на друга.

— ВАААААААА!!

Уже через три секунды Камидзё был на расстояние удара кулаком.

Бьяджо сорвал с груди очередной крест.

— ДА ИЗГОНИТ ЗЛО МОЙ КРЕСТ!!

Он использовал руку, чтобы блокировать удар Камидзё.

В тот же момент, пустой рукой он погладил другой крест.

Даже учитывая, что он мог отбить первую атаку, Камидзё не смог бы блокировать все последующие атаки Бьяджо. Одина атака за другой, крестов явно было больше, и одного кулака Камидзё на все, не хватило бы. Если он так и продолжит бросаться на Бьяджо, в конце концов он проиграет.

«Так мне не удастся к нему подобраться»

Стоя так близко, Камидзё понял, что сжимает кулак.

«Мне на хватит одного удара, я должен сбить его с ритма…»

Даже подумав об этом, он не мог ничего сделать, чтобы подготовится.

В конце концов, у него был лишь этот кулак.

Пальцы, блокирующие его удар, держали крест и тот начал расширяться.

— БЬЯДЖО!!!

Камидзё рёвом ударил украшение в руках Бьяджо.

Не правым кулаком, а левым.

Камидзё не привык бить этой рукой и даже любитель бы заметил, что удар вышел намного слабее. По сравнению с правой рукой, которой Камидзё обычно орудовал, удар левой был очень медленный.

Однако, левый кулак был способен на то, чего не мог правый.

В нём не было силы Разрушителя Иллюзий.

— !!

Крест, который держал Бьяджо, был выбит, левым кулака Камидзё. Еле слышно, маленький крестик выскользнувший из рук Бьяджо, перевернулся в воздухе.

И тут,

Крест, неожиданно для самого Бьяджо расширился со скоростью взрыва.

— БУУУУМ!!!

Один конец креста снизу-вверх ударил Бьяджо прямо в подбородок.

— ГАХ … АХ?!

Его слегка подбросило в воздух.

«Этот… ублюдок ударил меня моей же атакой…!!»

Даже когда эта мысль посетила его, произнести её в слух он не смог. Его рот заполнился болью и кровью.

В это время, Камидзё уже делал очередной шаг вперёд.

— ВАА…

Прямо в слабейшую точку врага.

На этот раз, он вложил всю свою силу в правый кулак, которым так привык пользоваться.

— АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААХХ!!!

С этим оглушительным рёвом, он высвободил всю силу, собранную в руке.

— КЛЕНГ!!

Звук треснувшего метала разлетелся по залу.

Он целился не в лицо Бьяджо, а ниже прямо в центр его груди.

Как только Бьяджо подлетел, Камидзё словно бы пронзил грудь Бьяджо своим кулаком.

Его кулак пришёлся на четыре ожерелья на груди Бьяджо и пронзил его бесчисленные кресты. Все четыре ожерелья порвались и полетели на пол, кресты рассыпались во все стороны, со звуком словно бы разбился хрустальный шар.

Епископ потерявший все свои силы наконец оказался на земле.

Увидев, как Бьяджо прокатился по ледяному полу, Камидзё отдышался и сказал:

— Конечно я буду драться…

Он продолжил:

— … Не важно, что у вас два миллиарда последователей и сто тридцать стран верующих, если вы хоть что-нибудь сделаете с Аньезе и её отрядом, я разберусь со всеми вами, и не важно сколько это займёт времени.

Он поднял взгляд на потолок.

Далёкое звёздное явление, созданное бесчисленными треугольными ледяными столбами, замерцало, а затем погасло, словно светомузыка, неожиданно лишённая электричества, и осталась лишь ледяная конструкция.

Тёмный зал наполнился треском.

«Флот королевы» постепенно разламывался.

Всё потому, что уничтоженные кресты были его ядром.

Как только Камидзё понял, что остановил самоуничтожение, пирамидальный зал рухнул, флагман раскололся, и мальчик снова оказался в глубинах Адриатического моря.

===Примечания===
<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter4|Главе 4]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс |Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index_~_Russian:Volume11_Epilogue|Эпилогу]]
|-
|}
</noinclude>

Toaru Majutsu no Index ~ Russian:Volume11 Chapter4

2017-09-22T13:11:19Z

Palexadin: Created page with "==Глава 4: Взрывоопасные лодки и битва артиллерии — Lotte_di_Liberazione.(Освободительная борьба)== ===Ча..."

==Глава 4: Взрывоопасные лодки и битва артиллерии — Lotte_di_Liberazione.(Освободительная борьба)==

===Часть 1===

Аньезе находилась внутри каюты, на флагмане «Флота Королевы», «Королеве Адриатического моря». Во всём флоте этот корабль был особенным, а эта «каюта» была и вовсе уникальной.

Это было квадратное помещение.

На первый взгляд равносторонний квадрат, сторона которого была двадцать метров, однако лишь на первый взгляд, присмотревшись можно было приметить, что стены этого помещения были наклонены внутрь и соединялись высоко сверху. Комната была не кубической, а пирамидальной с квадратным основанием. Проследив взглядом от светящихся стен до самого потолка, можно было отчётливо увидеть высоко над головой острую вершину.

Но и эта вершина был очень необычной.

С одного лишь взгляда, можно было понять, что она находилась примерно в ста метрах от земли. Конечно же внутри корабля не было столько места. Скорее всего, это был результат пространственной магии, позволяющей расширить внутреннее пространство корабля далеко за его приделами. Или, быть может всё это был очередной трюк, обман зрения.

На этом странности не кончались, вся внутренняя поверхность квадратной пирамиды, была облицована плитами в форме равносторонних треугольников. Однако равносторонние треугольники не способны полностью покрыть квадратную основу, поэтому тут должны были быть плиты и другой формы.

Но сколько не всматривайся, найти эти друге плиты было невозможно.

Сама комната своим существованием, пыталась силой навязать геометрическую теорию, которой не могло существовать в нормальном мире. Эта необъяснимая уникальность указывала на наличие святого пространства, которое не подчинялось законам физики.

Внутри было пусто.

Полностью плоская поверхность пола, отражала мягкий белый свет, от ледяных стен, и словно бы пыталась привлечь к себе внимание любого, кто был в зале. Казалось словно внутри нет места для разговоров, поскольку невидимое давление из вне силой затыкало тебе рот.

Аньезе уставилась в центр зала.

Там, непонятно как, стоял ледяной шар сем метров в диаметре. Этот необъяснимый объект, похожий на мыльный пузырь, был «клеткой», предназначенной Аньезе.

Лёгкое содрогание и грохот достигли её ушей.

Она нахмурилась.

— Божественные Пушки святой Варвары…? Во что они стреляют?

Звук отражался от всех четырёх углов.

Ещё минуту в комнате стояло молчание:

— Разве не ясно? Сестра Аньезе.

Сказал человек, стоявший в центре тусклого зала, и опирающийся одной рукой на ледяной шар.

Это был мужчина.

На нём было тяжёлое священное одеяние, а на его шеи висело четыре ожерелья на равном расстоянии друг от друга, вид этот напоминал годичные кольца на стволе спиленного дерева. На каждом ожерелье висело по множество крестов.

«Это Менора», — подумала Аньезе. <ref>«Менора» — символ иудаизма, и эмблема Израиля. Причина использования цифры семь, заключается в том, что «семь» это количество дней, потраченных Богом на создание мира, 6 дней творения и один день отдыха, также Минора имеет форму дерева, и символизирует Древо Жизни</ref>А ещё это можно было принять за Сфирот <ref>«Сфирот» — это десять стадий эманаций в Каббале</ref> и четыре мира через семь свечей.

— Епископ Бьяджо.

Раздался голос, не принадлежавший никому в комнате, он исходил от одного из крестов на шее мужчины.

— Корабль тридцать семь потоплен. Может нам прекратить огонь? … мы можем попасть в сушу если продолжим в том же духе. Одна лишь разведка флотом в одиночку, вызовет у Венто —

— Пусть этим займутся мои люди. Это не моя забота.

Сказав это, мужчина по имени Бьяджо пальцами погладил крест на шее. Похоже это был выключатель, поскольку голос подчинённого прервался.

Он посмотрел Аньезе в лицо, и улыбнулся:

— Я был во многих отделах, но так и не нашёл компетентных последователей.

— Раз они так некомпетентны, роль офицера должна пойти им на пользу и научить их новому.

— Ох уж этот идеализм, именно из-за него ты здесь, сестра Аньезе, если бы ты с умом выбирала себе последователей, всё было бы иначе.

— Возможно.

Небрежно бросила Аньезе.

Бьяджо злобно скривил губы:

— … Какое-то время назад, я приказал не подпускать тридцать седьмой корабль близко к главному флоту, пока не найдутся нарушители. А в конце концов, даже «мост» был использован. Что бы произошло если бы нарушители перебрались на другой корабль? Если с тобой что-нибудь случиться, это буден непоправимо.

Услышав его слова, Аньезе обняла себя обеими руками.

Но даже так, было невозможно скрыть тот факт, что функции её монашеского одеяния были уничтожены.

Её одеяние было особенным. Специальным образом открытая кожа составляла сложное заклинание христианского наказания. Это была кара оголением — печать стыда, использующее смущение и стыд как орудие наказания. И ни смерть, ни самоубийство не помогли бы, контрзаклинание не позволяло человеку умереть. Это была ни забота о человеке, ни желание спасти ему жизнь, это был способ прибавить ему боли и страдания. А поскольку оно накладывало непомерно великое «бремя», его можно было использовать лишь раз за долгое время.

— И всё же, какая ирония.

— Не ирония, сестра Аньезе.

Бьяджо засмеялся:

— Какая неожиданность, что из всего человечества, только еретик в роде тебя совместим с глобальным заклинания Римско-католической церкви, защищающим Адриатическое море.

Суть «Королевы Адриатического моря» заключалась в «Розарии в назначенный час». Аньезе не знала точной структуры и эффектов заклинания, но наверняка знала, что оно эффективно только тогда, когда разум Аньезе будет уничтожен.

— Люди используют свой разум для создания магической энергии в их телах. Но если «Розарий в назначенный час» использует энергию обычного человека, его потенциал не раскрывается полностью. Так что, сестра Аньезе, тебе пора на сцену, пожалуйста сыграй свою роль так, чтобы я расплакался.

Эти слова звучали как преувеличение, но основной замысел заключался в том, чтобы создать «ненормальную магическую энергию», поэтому им надо было превратить человека в человека с «ненормальным разумом» — что означает превратить человека в инвалида — вот ради чего всё было. Аньезе подходила для этого, потому что её мозг «разрушался» именно так, как надо было для «Розарию в назначенный час».

Хотя и отвратительно, но ни что не могло изменить этого, даже если бы Аньезе начала недовольно причитать.

Она знала всё это ещё в тот миг, когда решила ступить на этот корабль.

— Что важнее, я слышала, что тридцать седьмой корабль затоплен, что происходит?

— Ты подразумеваешь, что хочешь знать, что происходит?

— … Эти управленцы, которые подчиняются тебе, они должно быть там внизу.

— Ты думаешь подсказывать им как делать их работу входит в мои обязанности?

Аньезе молчала. Она подумала, что до такого как корабль пошёл на дно, мальчик и остальные успели его покинуть.

— Если они полагались лишь на заклятье побега, это было слегка наивно.

— …Что это значит?

— Может было бы быстрее показать тебе трупы, но это так хлопотно собирать кусочки, разбросанные по всему Адриатическому морю. К тому же, потом будет трудно установить, кто есть, кто. Как тебе?

Аньезе молча заскрежетала зубами.

Услышав этот неприятный звук, Бьяджо ухмыльнулся.

Как в тот же миг:

— Епископ Бьяджо, чрезвычайная ситуация!

Настойчивый голос вырвался от одного из крестов на его шее.

Бьяджо нахмурился.

— Что?

— Какой-то большой объект замечено под водой, там, где затонул тридцать седьмой. Похоже он собирают обломки.

Бияджо недовольно скривил губы.

— Подводное заклинание… как то, которое сестра Лючия применила при побеге? Нам стоит подготовить «Флот Королевы», и взяться за контроль моря. Ты сказал большой объект? А значит не возможно, чтобы его создал один человек… а значит, в Кьоджа и вправду была «организация». Вот почему я приказал раздавить их. Я отдал приказ, а мои подчинённые вновь меня подвели. Нет ну правда, они мало того, что не раздавили организацию, они ещё позволили им проникнуть на мой корабль…

Бияджо устремил взгляд прямо на Аньезе.

На этот раз на его губах не играла улыбка, а в его взгляде читалась тревога.

— … Нет ну правда, эти люди такие бесполезные.

===Часть 2===

Вкус морской воды, заполнившей его рот и устремившейся глубже в горло, вернул Камидзё в сознание.

Он был под водой.

Камидзё увидел, как его руки свободно плавают перед глазами. Непонятно на какой глубине он оказался. Ночное море, было словно бы укутано тьмой, и даже когда он смотрел вверх, видел лишь чёрную толщу воды. Ледяной флот должен был быть где-то рядом, но он был покрыт какой-то не проницаемой плёнкой, и ни одна капли света не опускалась на дно моря.

Белые пузырьки воздуха вырвались изо рта Камидзё и поднимаясь вверх становились всё больше.
[[Image:Index v11 181.jpg|thumb]]

«Орс… Орсола… где они… все…?»

Имя одного человека всплыло в его мозгу.

Останки ледяного корабля исчезли, лёд созданный магическим образом снова стал водой, и возможно начал превращаться в корабль уже где-то в другом месте.

«Лю… чия, и Ан… джелина, они…»

Он знал, что должен подняться на поверхность, но его разум отказывался помогать ему.

Он ни как, не мог связать в голове всё воедино: мотив, действие, и результат, дьявол сна одолевал его, и сознание снова покидало тело.

— Бульк.

Очередной пузырёк воздуха вырвался из его лёгких и устремился вверх к поверхности.

«Проклятье… вот гадство… я что… и вправду… умру…»

Он был совсем недалеко от поверхности.

Ощущение было словно если он протянет руку, то сможет выбраться наружу.

«…Что это?»

Чернота моря перед глазами Камидзё вдруг исчезла.

Он подумал, что это могла быть касатка или акула, но потом вдруг понял, что с размером ошибся. Эта «штука», медленно плывущая в его сторону, была длинной в тридцать метров.

«Это же…»

Прежде чем Камидзё успел разглядеть хоть что-то.

— Щёлк.

Носовая часть, длинной и узкой конструкции, открылась словно бутон цветка с четырьмя лепестками.

Вот-вот оно собиралось проглотить мальчика.

===Часть 3===

Вымокший до нитки Камидзё лежал на деревянном полу.

Сверху на него смотрела Индекс, с одной стороны от него лежал прямоугольный чемодан, а с другой его собственная багажная сумка.

Это было длинное узкое помещение, высотой примерно восемь метров, а длинной тридцать.

Потолок и стены, были не прямоугольными, а арочными, и всё помещение напоминало туннель.

Сделано оно было из старого чёрного дерево, и так хитро, как если бы это было дно перевёрнутого корабля.

— Не смотри с такой тревогой, он скоро проснётся.

Послышался мужской голос.

— Я был шоке, когда они взорвали весь корабль. Ну хорошо… учитывая его состояние, это прям настоящее чудо.

«Это ведь не проблема, да?», — подумала Индекс.

Владелец голоса подумал о том же, поскольку именно поэтому произнёс эту фразу.

— Видишь, он проснулся.

Индекс быстро повернулась к лежащему на полу Камидзё, и внимательно посмотрела ему в лицо.

Его мокрые веки слегка приоткрылась.

— Индекс…

Камидзё позвал её по имени и медленно приподнял голову с пола.

— Тома, ты в порядке?

Эту фразу сказала девочка с серебристыми волосами и зелёными глазами. Разглядев лицо Камидзё, она тут же почувствовала облегчение, хоть уже через мгновение на её лице появилось недовольное выражение.

Рядом с ней стоял —

— Та… Татемия… Сайджи?

— Ё. Заместитель первосвященника церкви Амакуса, хотя теперь мы часть Англиканской церкви.

Его чёрные волосы, казались темнее чем всегда, а ершистый афро, сиял как панцирь жука. На нём была свободная рубашка и джинсы, он был очень высоким, и выглядел очень тощим, из-за одежды, которая мешком висела на нём, поскольку была на несколько размеров больше чем нужно.

Камидзё невольно вздохнул.

Как и Аньезе с Орсолой, с ним он виделся в последний раз, вовремя инцидента с Книгой Закона.

— Значит… Амакуса?

Они приехали в Кьоджа чтобы помочь Орсоле перевезти вещи. После того как Индекс потеряла Камидзё, она побежала искать Амакуса.

Камидзё хотел вытереть пот со лба, но мало того, что его руки были по-прежнему мокрые, так ещё и карманы были полны морской воды. Как только он подумал об этом, как кто-то неожиданно подошёл с боку и протянул ему горячее влажное полотенце белого цвета, скрученное в рулон.

В подошедшем Камидзё узнал девушку с двойными веками.

— Пожалуйста примите.

— Ох, спасибо.

— Как только Камидзё принял дар, девушка прошептала «что вы, что вы» и быстро пропала.

— Что… что вы здесь делаете…? И где именно мы?

Оглядевшись по сторонам, в темноте, он почувствовал присутствие многих людей. Похоже все Амакуса были в этом тёмном туннеле. И они шептались:

— Ну как всё прошло, Ицува?

— Ты должна была остаться ряжом с ним подольше.

Да что тут происходит?

— Ах, точно… а где Орсола и остальные сестры?!

— Нам удалось подобрать всех, Орсолу, Лючию, Анджелину, ещё нам удалось поднять несколько связанных мужчин, судя по всему монахи Римско-католической церкви, мы сейчас их допрашиваем.

Хоть Камидзё и не знал сколько людей было на затонувшем корабле, сказанное Татемией успокоило его. Он огляделся и спросил:

— Это секретная база Амакуса? Учитывая где мы были, как вам удалось нас спасти, после того как мы потонули?

Татемия рассмеялся:

— Это не просто осознать, но позволь я тебе подскажу, это не база, это транспортное средство.

— Какое?

Не успел Камидзё громко озвучить свой вопрос, как его плавно качнуло, и всё его тело потянуло назад. Казалось, будто весь туннель двигался. Камидзё замер от шока.

— Это… это же — !?

— Я бы хотел назвать это подводной лодкой, но это не хай тек технология, а всего лишь деревянный корабль, который обладает характеристиками подводной лодки.

— То есть…

Татемия понизил голос и произнёс:

— Этот корабль умеет погружается и всплывать.

— Бууушшшш!!

Снаружи туннеля донёсся звук разорванной водной глади. Всё перед глазами Камидзё наклонилось повинуясь рывкам. В то время как он пытался осмыслить происходящее, крыша туннеля треснула прямо по середине и открылась. Раздался звук дерева по дереву, такой какой обычно слышно, когда открываются двойные двери.

Снаружи стояла луна, освещая ночное небо, как светодиодная лампочка. Запах моря ударил ему в нос. Его качало на ногах, так словно он был на корабле.

— Наверно трудно принять это, но после такого, ты точно поверил, да?

Татемия потёр деревянную стену в месте, которое ничем не выделялось.

Со скрипучим звуком, тридцати метровый пол вдруг начал подниматься вверх. Из-под пола доносился звук крутящихся шестерёнок, и уже через сорок секунд они были там, где минуту назад был потолок. Сверху, всё это напоминал огромный макет в середине которого стояли маленькие пластмассовые человечки.

Перед Камидзё открылся вид ночного моря.

Лодка по среди которой стоял Камидзё была тридцать метров в длину и восемь метров в ширину, а по форме напоминало мяч для регби. Распахнутая крыша, простиралась по обеим сторонам от лотки и напоминала крылья, а всё море было усыпано множеством искусственных островков сделанных из дерева.

— Да вы шутите…

В растерянности пробормотал Камидзё.

Это постройка определённо выглядела как корабль, но не было ни рулевой рубки, ни радиорубки, ни кают, лишь пустое пространство в форме туннеля, сделанного из дерева, и вопреки всякому здравому смыслу называемое «кораблём». Словно картонная коробка, в которую вдохнули жизнь.

— … Вы что притащили его, только для того чтобы помочь с переездом?

— Мы к слову, скрытые христиане, и своё оружие привыкли держать под рукой. А ещё, если ты не знал, наша специальность морские битвы.

Татемия ухмыльнулся и продолжил:

— Бумагу делают из дерева, корабли тоже делают из дерева, используя эту связь, мы можем делать корабли вот таких размеров.

Говоря, Татемия вынул из кармана пучок листов, перевязанный резинкой. «Это всё корабли?», — Камидзё подумал, что на листах начертано какое-нибудь заклинание, но это были лишь белые листки бумаги.

«Магия… вечна она всё доводит до абсурда»

Камидзё покачал головой, вздохнул, и начал оглядывать окрестные пейзажи.

В дали он едва заметил остров, улицы Кьоджа… а может и нет, во всяком случае там было много света.

С другой стороны, тьму моря освещал мягкий белый свет, напоминавший свечение светодиодной лампочки. Невнимательный человек мог принять это за улицы Кьоджа, но этот свет был куда ярче… похоже это был «Флот Королевы». На таком расстояние свет кораблей казался ещё ярче, и Камидзё, полный профан в магии и морских битвах, был не совсем уверен в безопасности ихней позиции.

До сих пор, хотя он и лез на территорию врага, неважно что это было, открытое место, здание, или какой-нибудь промышленный объект, это по крайней мере была суша.

Но в этот раз, всё иначе, там было больше сотни кораблей, с которыми нужно было сразится.

«Аньезе…»

Вспомнив её лицо в ту минуту, когда она сказала, что хочет остаться, Камидзё невольно нахмурился.

Увидев выражение его лица, Индекс сказала:

— Прежде чем перейти к действиям, мы должны всё продумать и разобраться с происходящим. Я хочу знать, как далеко мы от безопасной зоны, как далеко нам отступать… и куда важнее, Тома выглядит так, словно хочет что-то сказать.

— …Да нет…

Камидзё похоже не хватало слов.

— Вообще-то, я не очень разбираюсь в кораблях, а его затопление и вовсе не помню. Может лучше пусть Лючия и Анджелина всё расскажут…

— …

— Чт… что на это раз?

— Ничего. Просто подумала, что даже на территории врага, Тома всегда остаётся Томой.

— И ЧТО ЖЕ ЭТО ЗНАЧИТ?

Камидзё вновь сорвался на крик, но в ответ получил лишь недовольное выражение на её лице. Тома собрался вернуться к предыдущей теме и начал осматриваться. Кстати, а где эти две, о которых здесь говорили?

В ту же минуту, человеческая стена из подростков Амакуса, расступилась.

В образовавшийся проход вышли Лючия и Анджелина. Однако, обе они выглядели так словно хотели убежать. Орсола улыбаясь подталкивала девчонок в спины.

— Ох, похоже… вы в порядке. Кажется, мы все живы да? Хоть пушки и не попали в нас, мы всё же упали с высоты семиэтажного дома.

Камидзё небрежно перебросился с ними парой слов, но Лючия и Анджелина обе покраснели и молча отвили глаза. «А?», — Камидзё, не получив ответа, сурово нахмурился.

Орсола улыбаясь обратилась к монахиням Римско-католической церкви:

— Нет ну в само деле, нет надо так стесняться.

— Нет… мы не можем так запросто сказать ему спасибо.

Произнося это Анджелина заскрежетала зубами, а затем прикрылась своими длинными рукавами и вообще выглядела так словно минуту назад плакала. Лючия не кричала и не плакала, но закрыв глаза, бормотала молитву и крестилась, видимо это успокаивало её.

— ????????????

Камидзё нахмурился, не понимая, что происходит.

— Ха-ха-ха-ха.

Увидев это Татемия рассмеялся.

— По поводу этого… из-за темноты я не совсем понял, что произошло.

—… Знаешь, вообще не успокоил, вот ни капельки.

— Всё из-за того, что монашеские одеяния Лючии и Анджелины отличались от одеяния Орсолы. Видишь, их рукава и юбки жёлтые — это ограничивающие предметы, созданные Римско-католической церковью. Они обладают одним эффектом «не позволяют носителю отдалиться от определённой точки на определённое расстояние».

— Ну и?

— Боже, ну ты и тормоз. Если бы ты не уничтожил их, эти две упали бы без сил из-за сдерживающих эффектов. Что принесло бы кучу проблем. Короче… не знаю, как по проще сказать, но пока ты был в отключке мы воспользовался твоей рукой.

«ЧТО?», — у Камидзё округлились глаза.

— Проще говоря, их монашеские одеяния —

Татемия скривил губы в усмешке, а затем посмотрел в лицо Лючии. Высокая монахиня удивлённо посмотрела на Татемию, но затем строго продолжила предложенную фразу,

— Слетели начисто.

Своими руками в коротких рукавах, Лючия, покраснев, обняла Анджелину и отвела взгляд. Она выглядела как мать защищающая своё чадо собственным телом.

Приглядевшись можно было увидеть, что их монашеские одеяния стали такими же как у Индекс, повсюду усыпаны булавками, а золотые кольцо на головах исчезли.

Обдумав что же произошло, Камидзё негодующе завопил.

— СТОЙТЕ… ПОКА Я БЫЛ БЕЗ СОЗНАНИЯ, СЛУЧИЛОСЬ ЧТО-ТО НАСТОЛЬКО СТРАННОЕ… НЕТ НАСТОЛЬКО НЕЛЕПОЕ!? К ТОМУ ЖЕ, КАК МНЕ УСПОКОИТЬ ИНДЕКС, КОТОРАЯ СЕРДИТСЯ НА МЕНЯ ИЗ-ЗА ЭТОГО? Я НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛ И ВООБЩЕ ЭТО ВСЁ ВЫ ВИНОВАТЫ! НЕ ЛОГИЧНО ЗЛИТЬСЯ НА КОГО-ТО ИЗ-ЗА ТАКОГО!!!

Хоть Камидзё и прокричал свой протест в открытую, сделал он это из какой-то умоляющей позы, что не придавало сказанному достоинства. Индекс не сказала ему на эту тираду ни слова, однако её губы слегка дрогнули и обнажили клыки, что выглядело куда страшнее. Желание убить охватило её сердце, и даже опытные ветераны из Амакуса, отчаянно подвывая, разбежались в разные стороны, весь корабль охватила паника.

Несмотря на хаос, Анджелина, стоя рядом с Лючией, неожиданно вспомнила нечто важное.

— Ох… точно. Сейчас не время, но… сестра Аньезе все ещё…! Кхм… ребята, спасибо что спасли нас, пожалуйста позвольте нам разъяснить ситуацию…!

Но голос её, еле слышный, почти шепчущий, не достиг ушей Камидзё, который в тот момент был очень занят, оправдываясь перед Индекс и людьми вокруг.

— Тома, ты так всё время!

— О правда, а не ты ли так всё время, Индекс? Кто-то разозлиться и как нормальный человек читает нотации, но не ты. Что не так с твоими укусами способными прокусить панцирь омара?

— Так что с…

Увидев эту толпу, которая по-прежнему не обращала на неё никакого внимания, Анджелина запаниковала и отчаянно замахала руками. Вся эта сцена напоминала галдёж в классе, откуда только что вышел учитель.

— Кхем… нам ещё кое что надо сделать. Если возможно, я бы хотела обсудить положение сестры Аньезе… чт —

— ВОТ ЭТО И СТРАННО! РАЗ УЖ У ТЕБЯ ТАКОЙ МОЩНЫЙ УКУС, ПОЧЕМУ БЫ ТЕБЯ САМОЙ НЕ ЗАЩИЩАТЬ СЕБЯ ОТ ДРУГИХ МАГОВ?! ТВОИ ЗУБЫ ВОТ, ГДЕ ГРОЗНОЕ ОРУЖИЕ, А НЕ ЭТИ СТО ТРИ ТЫСЯЧИ ГРИМУАРОВ!

— Тома-Тома, думаешь сможешь остановить меня, своими попытками отрыть мне глаза на моё поведение?

В этот очень волнительный момент, Камидзё обернулся и попытался увернуться от Индекс, которая была уже в полёте. Белая монахиня тут же оказалась на его спине, и они оба покатились по полу.

— ВААААААА!

Девушка с двойными веками не успела увернуться и тоже оказалась на палубе. Тёплые, влажные белые полотенца, вылетели из её рук и разлетелись во все стороны, Амакуса обступили кучу и начали выкрикивать подсказки:

— ИЦУВА, ЭТО ТВОЙ ШАНС! ДАВАЙ!

— УКУСИ ЕГО ЗА МОЧКУ УХА!

— ХОТЯ БЫ ПРИЛЬНИ К ЕГО ГРУДИ!

— КАК ЖЕ ШУМНО, ТЫ ДОЛЖНА ХОТЯ БЫ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ СВОЕГО СИЛЬНЕЙШЕГО КОНКУРЕНТА, ИНДЕКС! ИЦУВА, ЕСЛИ ТЫ ЖЕНЩИНА, ОТПИХНИ ЕЁ!

Увидев эту сцену, Татемия рассмеялся, а Орсола закрыла лицо руками и пролепетала «Ну и ну». Лючия же в свою очередь, не выдержала происходящего и охнула.

Другими словами, никто не слушал Анджелину.

— Это, это уже…!!

Анджелина ещё сильнее разволновалась.

И как только её безумие достигло придела, глаза Анджелины неожиданно расширились.

Решив всё для себя, Анджелина схватила юбку Лючии обеими руками…

— СМОТРИТЕ… СМОТРИТЕ СЮДА! ВНИМАНИЕ!!

— Шух.

Юбка монашеского одеяния Лючии взлетела в вверх.

И в это мгновенье.

Все замолчали.

Сначала Лючия была шокирована этой неожиданной тишиной, способной убить слух, и этими хмурыми взглядами, которые впились в неё со всех сторон. Эмоция была такой сильной, словно Папа римский взмахнул рукой со своего балкона и потребовал тишины. Пока она с недоверием обдумывала причину этой тишины, появилось ещё одно чувство, лёгкий холодок вокруг её ног. И когда она удивлённо посмотрела вниз —

[[Image: Index_v11_195.jpg|thumb]]

— ?!

Две секунды спустя, она покраснела так словно взорвалась, и быстро обеими руками примяла свою юбку назад к ногам.

Лючия молча обернулась к своей маленькой подруге.

— …Сес…Сестра Анджелина?

— Нет, всё не так! У нас в отряде бывал такой же бедлам, вот я… и сделал это по привычке!!

Пока Анджелина пыталась объяснить свой поступок, Лючия, и Татемия вместе со всеми подростки из Амакуса, в мгновенье покраснев, стали отводить друг от друга глаза. А Камидзё тем временем, лежал на полу без движения, с прокусанной головой и Индекс впившейся в него зубами.

===Часть 4===

Амакуса были не так глупы, чтобы пристать к суше на таком огромном корабле. Подплыв к острову, Татемия достал из кармана пучок бумаги, и бросил его в море. Бумага превратилась в двадцать небольших лодок. После того как все они перебрались на лодки, Татемия превратил корабль в бумагу, но не забрал её, а оставил растворяться в море.

Гребные лодки двигались к освещённой зоне. «Мы направляемся к острову?», — подумал Камидзё. В ночной тьме, этот остров словно маяк, указывал путь.

— Мы возвращаемся в Кьоджа. Однако, отсюда далеко до центра города, в котором живёт Орсола, сейчас мы недалеко от побережья.

К слову, место это называлось Соттомариной.

Подойдя к берегу, члены Амакуса превратили лодки назад в бумагу, а затем превратили бумагу в деревянный стол и стулья. Судя по подготовленной мебели, они собрались устроить ужин, за которым и обсудят всё произошедшее.

Высокая и элегантная Лючия беспокойно оглянулась.

— Мы правда хотели бы остаться подольше, но нам нужно назад, спасать сестру Аньезе.

— Мало толку идти туда сейчас.

Прямо в лоб ответил Татемия:

— Мы только что выпутались из этой передряги. Уверен эти ребята всё ещё на стороже. Лучше подождите немного пока всё успокоиться.

С лёгкой подачи Татемии, и этим мрачным морским видом на заднем плане, группа разных людей начала готовиться к ужину.

Создать еду просто подбрасывая бумагу в воздух, такое было попросту не возможно. Подростки Амакуса достали металлические кухонные приборы и начали накрывать на стол. Глядя на их действия Камидзё почувствовал много лишних движений. Может это и был тот самый ритуал Амакуса?

Анджелина, наблюдая как они готовят еду, начала разговор:

— Вместо кофе или красного чая, я предпочитаю Cioccolato con Pana.

«Что это?», — подумал Камидзё и вопросительно уставился на неё.

— Ох, ты не знаешь? Это горячий шоколад со взбитыми сливками. Обычно используют густой кофе, но я люблю шоколад, понимаешь?

Анджелина в восторге рассказывала о её любимом супер сладком напитке, на что Лючия сидящая рядом, нагнулась к ней и сказала:

— Сестра Анджелина… разве можно так откровенничать. Они лишь однажды помогли нам. И я уже не первый раз напоминаю тебе, не будь так одержима сладким.

Увидев, что Лючия разозлилась, Камидзё слегка занервничал.

— Нельзя же так, монахине не стоит так злиться.

— И с чего ты это взял? Не стоит всех христиан судить по Анджелине, она лишь послушница.

Сказала Лючия со скептической ноткой в голосе. Услышав это, Индекс смущённо отвернулась. Орсола же кушая сырую ветчену прямо с разделочной доски, приговаривала:

— Ну надо же, это очень вкусно.

Должно быть и вправду вкуснятина.

Вот под такие разговоры, ужин был готов.

На зов Татемии, подошёл Камидзё и остальные.

Неожиданно прямо перед его носом возникло горячее полотенце. Подняв взгляд он узнал девушку с двойными веками. Одной рукой она прикрывала своё покрасневшее лицо, а её глаза блуждали где угодно, лишь бы не смотреть на Камидзё.

[[Image: Index_v11_200.jpg|thumb]]

— Ох, спасибо.

Без размышлений Камидзё взял дар. Девушка из Амакуса пролепетала:

— Что вы-что вы.

И сразу же скрылась.

— Снова тактика «горячих полотенец», Ицува?

— Пара уже на следующий шаг. Ты должна хотя бы за руку его подержать!

— Как же всё медленно развивается!

— Нет, в полном отсутствии прогресса как раз и заключается её очарование.

— Скоро, у тебя начнётся битва против Жрицы. А пока, мы всецело на твоей стороне Ицува!!

Услышав это, она стала как будто бы меньше. Всё происходящее можно было описать одной фразой «Какого чёрта?». Даже Камидзё самую малость подумал об этом, когда получил горячее полотенце.

Конечно же, болтающие подростки не сидели с ними за одним столом, они сидели за соседними столами и пристально смотрели на Камидзё.

Вот под такие разговоры и началась тактическая встреча и обработка информации.

— Начнём, пожалуй, с корабля на котором держат Аньезе.

Разговор повела Индекс.

— Это должна быть «Королева Адриатического моря», которую и защищает «Флот Королевы».

Прямо в точку.

Лючия и Анджелина удивлённо уставились на Индекс. В какой-то степени Камидзё привык к подобному. Именно из-за таких сцен он запомнил насколько важна Индекс.

— Защищает…? Что... чёрт бы его… Весь этот флот лишь украшение?

Татемия был не просто в шоке, он не мог поверить в реальность сказанного. Выражение его лица, можно было сравнить, с лицом девушки, на которой слишком много косметики. Камидзё подумал, что тот не зря так удивляется, ведь с такой огневой мощью, один лишь флот уже представляет огромную угрозу.

— Да… да. По-хорошему, мы не знаем, что такое «Королева Адриатического моря» … Я думаю это какое-то невероятное устройство, а вот что оно делает, понятия не имею.

— После поражения вам в инциденте с Книгой закона, мы получили выговори и были отозваны с линии фронта. Потеряв свою репутацию, по возвращению в лоно Римско-католической церкви нас сослали работать на «Флот Королевы». И даже оказавшись тут, мы получали лишь простые приказы, и не знали ради чего работаем.

Сказала Лючия и отвлеклась. Она наполнила тарелку Анджелины овощами, а поставила перед ней. Хотя Анджелина смотрела на неё такими глазами, что, казалось, вот-вот расплачется, Лючия не колебалась ни секунды.

— Когда вы работали… что именно вам приходилось делать?

Спросив Камидзё наклонил голову набок, Лючия и Анджелина переглянулись, а затем ответили:

— Мы… нам было поручено рисовать ветер с моря.

— Что? Ты сказала ветер??

— Ох, это… не реальный ветер… хоть это и ветер, это ветер в магическом смысле.

Разновидность ветра, ветер магический? У Камидзё округлились глаза, он понятия не имел о чём она.

И вот стоило ему только спросить, как:

— Хм, это наверно про ветер который используется в изначальной алхимии. Хотя, пожалуй, это больше умственная работа.

— В данном случае это один из четырёх элементов. Чтобы передвинуть это…

— Может они пытаются создать нестабильную обстановку.

Собеседники начали делиться своими мнениями об этой магии, Амакуса за соседними столиками слушая их одобрительно кивали. В конце концов, Камидзё упустил шанс задать свой вопрос. Знание о том, что «активный воздух – это и есть весь ветер» пронеслись через голову Камидзё, но тот факт, что из всего разговора он понял только это, сильно расстроил его.

— Лёд из которого сделаны корабли в сопроводительном флоте, это обычная морская вода. Я думаю, что они использовали и другие заклинания, по мимо этого.

— Ну… что касается других заклинаний, на ум приходит только «Королева Адриатического моря».

Камидзё до этого потерявший нить разговора, услышав знакомое название решил вновь вернуться к теме.

— Но… эта штука «Королева Адриатического моря», так? Я помню, что слышал это название где-то не в контексте Римско-католической церкви.

Камидзё склонил голову, накладывая салат из осьминога себе в тарелку. Индекс ответила ему:

— Королева Адриатического моря – другое название Венеции.

— Эх, раз так, значит это заклинание связано с Венецией, верно? Например, какое-нибудь морское заклинание, которое использовали римские католики в Венеции?

— Вот в чём суть…

Орсола хотела положить на тарелку Анджелины немного сырой ветчины, но Лючия вежливо остановила её, сказав, что не нужно баловать ребёнка.

— … Хотя и Венеция, и Рим находятся на итальянском полуострове, в прошлом они враждовали.

«Что?», — нахмурился Камидзё. Орсола продолжила:

— Венециани в те года ненавидели власть церкви, и после побега в Адриатическое море, построили здесь город. Завершив его, они ещё сильнее стали ценить свою независимость, и даже проигнорировали требования Римско-католической церкви и Византийской империи подчиниться им.

Индекс причмокивая моллюском проваренном во фритюре, продолжила:

— По истории, в 829 году нашей эры, какие-то дельцы привезли в Венецию останки Святого Марко одного из Двенадцати Апостолов, показывая всем что они «желают защитить сон Апостола». Это скорее всего был ответ на то, что сделала Римско-католическая церковь с останками Святого Петра.

Выслушав Индекс, Лючия кивнула:

— Из-за соли и бурной торговли Венеция стала очень богатой, ей удалось устоять под натиском Франского Государства и Генуи, и подавить соседние державы, такие как Падуя и Къоджа… После чего она стала мощной морской державой рядом с Римским Сенатом, но была не подвластна ему.

Анджелина, синящая рядом с Лючией, положила себе на тарелку резанного морского леща и сказала:

— Видя всё высокомерие Венеции, Папа того времени множество раз отлучал их от церкви. Это если по проще, примерно тоже самое, что смертная казнь. Но Венеции было всё равно, она процветала как ни в чём не бывало… потому как город-государство мог обнажить свои клыки в любой момент, а Римско-католическая церковь не могла использовать против них какое-нибудь большое антифлотовое заклинание. Напротив…

— Они создали специальный гигантский флот, для борьбы с Винецией?

Спокойно продолжил Камидзё, размахивая вилкой в своей правой руке.

— Не совсем.

Ответила Индекс.

— В то время, Римско-католическая церковь чувствовала угрозу, и тогда они подготовили кое-что, чтобы похоронить Венецию – «Королеву Адриатического моря». Поскольку это было заклинание, нацеленное на уничтожение города, оно не могло защитить себя от вражеского флота. Поэтому, защитная сеть, созданная для борьбы с военно-морским флотом Венеции и есть «Флот Королевы».

Это было масштабное заклинание, способное уничтожить целую страну.

Услышав этот факт, реакция Анджелины и Лючии, по сравнению с реакцией Камидзё и Татемией, была куда более бурной. Они были в шоке, ведь наконец, точно узнали ради чего они работали.

— … Они откапали такую бородатую древность. Что же чёрт побери они собираются с ней делать?

Татемия покачал головой, глядя на купол мягкого света далеко в море.

Индекс с серьёзным лицом, сказала:

— Крупномасштабное заклинание «Королева Адриатического моря» может быть использовано лишь против Венеции. Причина проста: Римско-католическая церковь боялась, что если оружие будет украдено, то его сила будет направлена на них…

— Значит… они и вправду хотят уничтожить Венецию?

Анджелина побелела от страха. В этот раз нахмурилась Орсола:

— Но вражда между Римско-католической церковью и Венецией была несколько столетий назад, так? Сейчас, Венеция всемирно известный туристический центр, и Римско-католическая церковь получает с этого не малые выгоды. Я, правда, не понимаю какой смысл им сейчас уничтожать Венецию.

— … Возможно есть что-то очень значительное, что принесёт выгоду если уничтожить Венецию.

Сказанное Индекс, погрузило всё в тишину.

Камидзё сглотнул ком в горле и сказал:

— Это заклинание, «Королева Адриатического моря» ему ведь несколько сотен лет… Это не только из-за Орсолы, должна быть ещё причина, по которой именно сейчас они решили использовать его.

— Хм… вообще-то, демонстрация силы всему миру довольно значимая причина.

— Но разве Римско-католическая церковь не самая всемогущая организация? Им не нужно доказывать это — разве что у них что-то произошло в последнее время…

Камидзё умолк на полу слове.

После чего продолжил

— … Это всё из-за «Апостольского Креста»?

Эти неожиданные слова шокировали Лючию и Анджелину. Индекс которая знала об этом, отреагировала на это также как Камидзё и Орсола, и лишь Татемия ничего не понял.

— Это высокоуровневый магический предмет, которым так гордится Римско-католическая церковь. Они использовали его вовремя Дайхасейсая, пытались захватить Акатемгород, но в конце концов не достигли успеха. Так что, ничего удивительного, что Римско-католическая церковь так встревожена.

Хотя магическая сторона и не проиграла научной стороне из-за этого, но Римско-католическая церковь, должно быть, сильно пострадала. Если такой большой козырь Римско-католической церкви не сработал, то что насчёт остальных её козырей? Вот как всё выглядело.

— Но если они так обеспокоены, что готовы действовать, почему они выбрали Венецию? И вообще какой идиот придумал этот план… Индекс, что они получат если воспользуются «Королевой Адриатического моря»? Они смогут захватить город, как «Апостольским крестом»?

— Не этим предметом. «Королева Адриатического моря» умеет только разрушать. По сути, эффект прост «отнять все ценности», как божественная кара, что постигла Садом и Гоморру. У этого предмета не должно быть никаких созидательных функций.

— Содом и Гоморра… те самые, да? Архангел «силой господней» ниспослал на них дождь из камней и огня.

Сказал Татемия отглотнув виноградного вина из деревянной чашки.

Затем продолжил таким голосом, словно зачитывал отрывок из старой книги:

— Хоть Архангел и получил приказ покарать безнравственные города, в нём жила одна набожная семья. Поэтому лишь этой семье было сказано бежать из города пока не поздно и не оглядываться. В тот момент Ангел создал закон. Но день, когда города были уничтожены, жена не подчинилась закону Ангела, и обернулась посмотреть на разрушения и превратилась в соляной столб…

— Угу, «Королева Адриатического моря» должна была обрушить огненный дождь на этот безнравственный город Венеция, и стереть все от его центра и до самых окраин. Вот он первый шаг.

Индекс продолжила спокойным голосом:

— И это не всё, будет ещё один шаг, нацеленный на кого угодно или на что угодно за пределами Венеции. Любой, кто был в Венеции, любое, произведение искусства, которое отображает Венецианскую культуру, а также все знания и упоминания в истории, исчезнет всё…

Леденящая тема.

Было просто не возможно вообразить такое, осознать масштаб заклинания.

Всё это уже перешагнуло нормальное воображение.

Анджелина сказала:

— Я думаю она не знает, что такое «Королева Адриатического моря». Она не осталась бы стороне. Мы напали на вас в прошлом, и тут гордиться нечем, но трудно поверить, чтобы сестра Аньезе была способна на такое, превратить магов или даже обычных католиков, которые ничего не подозревать, в ничто.

— Я не буду восхвалять её до такой степени.

Лючия продолжила:

— … Я не уверена до конца, но думаю всё это правда. Судя по всему, Римско-католическая церковь не стала бы раскрывать ей свой план, учитывая, что она расходный материал. С самого начала и до конца, она лишь ключ, простой инструмент.

Гнев просачивался в её слова.

Камидзё чувствовал, что верит каждому их слову. Однако, Индекс неожиданно нахмурилась, ей почудилось что-то подозрительное в услышанном.

Татемия еле заметно выдохнул и сказал:

— Значит, нам надо просто спасти Аньезе Санктис, так? Я без вас знаю, как это будет трудно, но если Венецию пытаются уничтожить, я не могу просто сидеть и ничего не делать.

Услышав такое откровение, Лючия и Анджелина невольно заинтересовались:

— Ты знаешь сколько у нас времени?

—… Нет. Но учитывая, что они собрали такой немаленький флот, похоже, колебаться они не будут. Для поддержания флота им понадобиться много ресурсов, и с наступлением рассвета он будет очень заметен. Даже если они используют руны Отила<ref>В томе несколько упоминаний рун Отила, но никакого их применения, поэтому немного почитав разные вики и предысторию, я понял, что руны Отила тут используются для упоминания магии способной скрывать присутствие или отпугивать людей</ref>, масштаб будет слишком…

— До… до сих пор, каждый корабль проходит подготовку, и скорее всего у них будет лишь несколько готовых кораблей… но, учитывая, что их задумка так велика, ждать они точно не будут.

—… Значит, времени на раздумья больше нет.

Сказал Татемия слегка встревоженным голосом.

— Это же… магическая проблема. А если мы попросим Англиканскую церковь о помощи?

Сказал Камидзё. Хотя он до конца не разобрался в происходящем, Несессариус, с которым была связана Индекс, был подразделением, в задачи которого входило решение таких проблем.

Татемия покачал головой и ответил:

— Мы уже сообщили им, но отсюда до Лондона далековато. К тому же, это не обычное сообщество магов, это — знаменитая Римско-католическая церковь. Если Англиканская церковь направит сюда свои основные силы, может произойти развитие конфликта и мир разделиться на две части. Не просто находясь на территории Римско-католической церкви, подготовить боевой отряд, другой религии.

По его словам, выходило, что помочь Камидзё и его компании, это прогулка над пропастью по канату, без страховки.

Увидев в каком не простом положении они оказались, Камидзё молча стиснул зубы. Но с другой стороны —

«Это ещё не конец, мы всё ещё можем пройтись по этому канату, пусть и без страховки.»

Даже если они не могут вызвать подмогу, они по-прежнему могут воспользоваться своими силам для самозащиты, это будет хорошим оправданием в будущем.

Вот почему Татемия послал Амакуса спасти их, и не отказал в помощи Лючие и Анджелине после того как увидел их.

Заместитель первосвященника отодвинул тарелку и чашку подальше, а затем пододвинул к себе большую салатницу, стоящую рядом с Орсолой.

— Давайте расставим все точки над и.

Татемия поставил деревянную солонку в центр стола на свободное место.

— Это «Флот Королевы». Сейчас они в десяти километрах к югу от Венеции. Они на большом расстоянии от материка, и довольно близко от остальных островов. Даже если мы не воспользуемся рунами Отила<ref>Опять что-то про магию, теперь видимо проникновения</ref>, должно быть слепое пятно о котором они не знают.

Затем он передвинул бутылку с соусом на тридцать сантиметров.

— Это наша нынешняя позиция, ещё десять километров к югу. Отсюда нам не виден свет «Флота Королевы», а они видят лишь ночные пляжи Лидо ди Венеции. Это длинный остров простирающийся от Кьоджа до Венеции.

— Там ещё очень знаменитое казино.

Неожиданно вспомнила Анджелина, маленькую мелочь, которую не стоило бы знать монахине, за что Лючия положила ей ладонь на макушку и надавила со всей силы.

— Затем.

Татемия схватил деревянную вилку.

— Это пять километров от «Флота Королевы». Исходя из угла и размера пушек, это примерное расстояние защитного периметра противника. Мы будем под непрерывным обстрелом если пересечём эту черту.

Татемия нарисовал круг на деревянном столе. Солонка была в центре, бутылка с соусом за пределами круга, всё это походило на план боевого порядка.

— Ну по факту, они не смогут метко стрелять на дальние дистанции, а значит их диапазон атаки составит от четырёх до пяти километров.

Татемия нарисовал ещё один круг внутри уже имеющегося, словно это годовые кольца на срубленном дереве.

После чего он взял вилку и мягко постучал по столу указывая на пяти километровый периметр.

— Вот итог, нам нужно проскочить этот периметр если мы хотим попасть на «Флот Королевы». На корабле шансов мало, нас скорее всего потопят при первом же попадании. У них около ста кораблей на каждом от тридцати до сорока пушек. Могут ли все корабли одновременно стрелять в такой тесноте… так или иначе, будем честны, ядра будут сыпаться как проливной дождь.

Татемия нарисовал прямую линию от бутылки с соусом до солонки, а затем обвёл ту часть линии, которая попала в периметр стрельбы.

— Вот в чём проблема: как увернуться от ядер?

— Даже если мы примем в этом участие, нас ждёт неисчислимое количество врагов на кораблях.

Татемия продолжил.

Кто-то нервно сглотнул.

Заградительный, именно так называется огонь из пушек, когда снаряды падают стеной. И вот в чём вопрос, как прорваться сквозь эту толстую стену в которой нет и трещины.

— Пять кэмэ… это примерно три минуты на поезде да?

—… Тебе что и правда нужны примеры из жизни чтобы представить?

Раздражённо сказал Татемия.

— Пять километров по суше это не тоже самое, что пять километров по морю. Если на автомобиль установить двигатель с корабля думаешь он взлетит? Нет его раздавит весом этого движка.

Эта штуковина, которую называют кораблём, однозначно медленнее чем машина или самолёт, но только из-за того, что сопротивление воды замедляет его. Хоть тут напрямик и всего пять километров, но по ощущениям куда больше. Как им увернуться от ядер, и проскочить к своей цели, когда расстояние словно бы растягивается?

Чем больше слышали, тем больше впадали в уныние.

От таких слов у всех пропал аппетит.

— А что если… мы проскочим под водой, как только что?

Несмело предложила Орсола.

—… это… по поводу этого, мы использовали подводный туннель, чтобы сбежать из тюрьмы, и теперь…

Лючия перебила Анджелину, и продолжила

— Командующий «Флота Королевы» не тупица, и не позволит нам воспользоваться тем же трюком в третий раз. Зовут его Бьяджо Бузони, и хотя он всего лишь Епископ, хитростью он превосходит даже Папу. Я думаю он уже подготовил оружие для ведения подводных сражений.

Бузони Бьяджо.

— В отличии от бойцов с одной боевой силой, этот Епископ специализируется на множестве сил сразу. Однако, он не из тех, кто полагается на своих стражей. И тот факт, что он способен создать идеальную линию обороны, говорит о том, что он прям таки кожей ощущает присутствие своего врага. Не просто будет обойти его.

—??? Он и вправду настолько хорош?

— Настолько… что способен управлять тысячью таких монахинь как мы.

Анджелина не осмеивала себя, она говорила совершенно серьёзным тоном.

— И раз уж нас так мало, где же долгожданный просвет в этой грозовой туче? Ладно, вернёмся к теме, основная проблема с «Флотом Королевы», это его боевые способности. Поскольку флот создан полностью изо льда, он может восстанавливаться не возвращаясь на военную базу. Какой неприятный враг.

Секта способная превращать бумагу в корабли, не имеет права упрекать других, но факт остаётся фактом.

Изначально этот многочисленный флот был создан для борьбы с Венецианским флотом. Было бы глупо надеяться, что две-три подводные лодки смогут одолеть его.

Лючия и Анджелина расстроенно поджали губы.

Находясь в отдаление от флота и выслушав такой нерадостный анализ от постороннего, они вновь осознали в каком неприятном положении находятся.

— Пусть так… мы всё равно идём.

Решительно сказала Лючия.

— Ой-ёй.

Простонал Татемия, почёсывая голову.

— Я ни разу не сказала, что тебе нужно идти с нами. Для нас это был бы позор просить у тебя лодку. У нас есть заклинание, которым мы создадим проход под водой, мы им и воспользуемся.

— Это… это не значит, что у нас нет и шанса на победу…

Тихо пролепетала Анджелина.

В её глазах читался страх, а плечи дрожали. Несмотря на это, она не собиралась сидеть и ничего не делать.

— Мы можем разветвить подводные проходы… может нам удастся остановить флот, или направить его на рифы, чтобы пробить дыру в корабле…

— Их пушки способны затопить наш корабль с одного попадания, и даже если ледяной корабль попадёт под дружеский огонь, он восстановится. Я не думаю, что эти корабли можно остановить, потопив их, понимаете?

Прервал их Татемия.

Лючия и Анджелина смолкли.

В этой тишине обе они пытались упокоить своё дыхание, звук которого вливался в уши Камидзё как морские волны.

— … И, чего же ты от нас ждёшь?

Наконец Лючия разреза эту тишину.

Она стиснула зубы, и продолжила:

— Никто не хочет, чтобы Венецию уничтожили. Если мы не сделаем что-нибудь, из-за нелепого командования Бьяджо, сестра Аньезе станет лишь сломанной вещью, «Королева Адриатического моря» превратит её в парализованную калеку. И ты думаешь, что мы будем просто смотреть?

Она закрыла глаза и продолжила:

— Почему по-твоему мы следуем за ней? Сестра Аньезе благочестивая монахиня, способная одной лишь верой заставить меня трепетать перед ней. Самое бесценное сокровище для Церкви — это не деньги или ценности, это набожный верующий. Я не могу позволить кому-то кого я признала, встретить такую страшную судьбу… несмотря ни на что.

— Я… я не такая как Лючия, способная действовать полагаясь на веру.

Анджелина слегка улыбнулась и продолжила.

Она не хотела признания, она хотела лишь быть услышанной.

— У каждого свои причины. В прошлом, сестра Аньезе позаботилась обо мне. Это не просто какие-то там одна или две передряги из которых она меня вытащила, она помогала мне всегда. Поэтому я не хочу распрощаться с сестрой Аньезе, так и не выплатив ей долг с полна. И если я действительно хочу расплатиться с ней, то сейчас самое время.

— …

Камидзё некоторое время молчал.

Нет, скорее он просто не мог говорить. В словах Лючии и Анджелины не было силы. Наоборот, в этих словах было слабое сопротивление, которое нельзя было просто отвергнуть.

И именно поэтому:

— Татемия, достаточно.

Что? Татемия слегка нахмурился услышав Камидзё.

Камидзё продолжил:

— Забудьте о шансах, тактике, практических проблемах, и о том, что нам придёт конец если нас подстрелят на этом пяти километровом отрезке. Всё это не важно. Сейчас, мы должны обсудить как помочь Аньезе. Разве мы здесь не ради этого?

Лючия и Анджелина удивлённо уставились на Камидзё.

Услышав Камидзё, плечи Индекс опустились, а она устало вздохнула, Орсола мягко погладила её по спине, так словно пыталась утешить её. Всё это, скорее всего, потому что они обе знали эту его сторону. По правде, видели уже не первый раз.

— Татемия.

Произнеся это имя, он обратился к представителю Амакуса и говорил теперь с ними.

Не только Татемия, каждый понял это, и все подростки разом устремили свои взгляды к Камидзё.

— Аньезе Санкстис не самая дружелюбный особа. Но она нарочно отказалась от шанса на спасение, ради своих товарищей. И она даже не знает, что такое «Королева Адриатического моря», ради которой её используют как жертву. Доброта этого человека закончится тем, что она станет батарейкой, а когда выполнит эту свою роль, останется лишь калекой, прикованной к кровати. Нам надо лишь спасти её. И тем самым предотвратить уничтожение Венеции. Так почему бы нам не помочь?

Камидзё не смотрел по сторонам.

Он не спуская глаз с Татемии, продолжил:

— Ты не хочешь спасти её? Ладно, я сделаю это.

Татемия рассмеялся.

— Дум!

Он ударил по столу рукой.

— Нет ну правда, ты держишь меня за злодея…

Татемия обижено скривил губы:

— Чёрт, я правда расстроен. Я не этого добивался. Для меня вопрос был давно решён, именно поэтому я спрашивал, какой следующий шаг. Если мы хотим сделать это, нам надо придумать правдоподобный план.

Татемия покачал головой и сказал нетерпеливым тоном:

— Что касается стратегии, я уже подумал об этом.

Услышав его, каждый включая Камидзё, онемел от шока.

— После того как я оглашу свой план, и мы выполним его, не важно победим мы или потерпим поражение, всё ответственность я беру на себя. Даже если нас ждёт неудача, мы не будем жаловаться. Вообще-то я должен был бы спросить готовы ли вы к этому, но думаю уже поздно. Не ожидал от вас такого недопонимания.

Татемия окинул всех разочарованным взглядом.

Перед ним были его товарищи, девушки и парни, молодые и красивые как самородки.

Заместитель первосвященника сказал им:

— Тем не менее, я хочу сказать вам вот что. Все вы должны вернуться живыми. Не умирайте из-за этого, или из-за того, что вы думаете, что должны выполнить задачу даже ценой своей жизни. Если кто-то из вас так считает, прошу покиньте мой корабль. Никаких оправданий. После того как мы отправимся на поле битвы, мы все должны вернуться живыми, это ясно?

Никаких возражений.

Эта тишина, была молчаливым согласием.

Словно учитель спрашивающий своих туповатых учеников, Татемия в пол голоса спросил:

— Чему учила нас Жрица?

Амакуса хором ответили:

— ПОМОГАЙТЕ ТЕМ, КТО НУЖДАЕТСЯ!

===Часть 5===

Корабль, на борту которого находились Амакуса и Камидзё со своими спутниками, плыл на север по Адриатическому морю.

Они преследовали «Флот Королевы», стоя на палубе под открытым небом.

Оружие Татемии носило имя Фламберг. Это был меч длинной сто восемьдесят сантиметров. Волнообразная форма лезвия, обоюдоострого меча, была предназначена для нанесения более тяжёлых ран. Этот меч сильно отличался от любого другого, поскольку был сделан не из метала. Нельзя было сказать из чего именно он сделать, но лезвие меча было белого цвета.

— Этот меч больше подходит для грубого боя… неважно, будем импровизировать по мере надобности.

Лючия держала в руках большое каретное колесо. Этот тяжёлый предмет был сделан из бумаги Амакуса.

— Я чувствую уникальный «запах»…

Она поворачивала колесу обеими руками и ощупывала его.

— … За дело. Я должна наложить на него атакующее заклинание, основанное на «Легенде о колесе» святой Екатерины Александрийской.

Камидзё припомнил, как она уничтожала своё большое колесо, чтобы осыпать врагов дождём шрапнели.

Рядом с ней Анджелина, наполняла мешочки для монет, золотыми и серебряными монетками. Она заставляла эти мешочки летать, и использовала их как грубое ударное оружие.

— Ох… Я могу ещё немного добавить. Но им будет слишком больно если положу слишком много… может… может лучше немного выложить…

Услышав, как Анджелина с озабоченным видом высыпает монетки из мешочка, Лючия в панике подбежала к ней:

— Сестра Анджелина, что ты делаешь со своим оружием?! ЗОПОЛНИ МЕШОЧКИ, СЛЫШИШЬ МЕНЯ? ЗАПОЛНИ МЕШОЧКИ ДОВЕРХУ!!

— ВАЙ! Им же будет больно если я ударю!

— Даже если нам хочется решить всё переговорами, нам нужно создать для этого подходящую обстановку. Если бы мы могли договориться без сражения, нам бы не пришлось всем этим заниматься.

Стоя недалеко от них, Камедзё наблюдал за болтовнёй двух монахинь, и словно бы не выдержав, он сказал:

— Похоже… я неправильно понял Римских Католиков.

— В Римской католической церкви много разных людей… ведь так?

Тихо сказала Орсола стоявшая рядом с ним.

— Мы ведь не идём туда чтобы убивать плохих людей, каждый человек по-своему особенный, не плохой и не хороший. У тебя плохое впечатление о Римских католиках, вообще-то я сама была предвзята… я не верила моим друзьям Амакуса, из-за чего принесла всем нам много неприятностей.

— Вот как?

Пробормотал Камидзё.

— Я, например, не могу себе представить тебя плохой.

— Вот как… вообще-то женщины весьма многогранны.

Сказав эти в каком-то смысле сенсационные слова, Орсола слегка улыбнулась. Не понятно, что именно её одежда или её речь, сама монахиня и не догадывалась, но весь её вид выпячивал слишком много феминизма с которым она родилась.

В этот миг между ними возникла Индекс.

В руках она держала огромный посох.

— Вот, возьми. Амакуса дали его мне, но я не могу использовать духовные предметы, для которых нужно уметь управлять своей магической энергией. Ты куда больше подходишь для него.

— Ну надо же.

Орсола приняла посох, сделанный из серебра.

На кончике посоха полуприсел маленький ангелок на спине которого развивались шесть крыльев, закрывавшие его словно в клетке.

Этим оружием раньше пользовалась Аньезе. Когда Амакуса захватили отряд Аньезе, во время инцидента с Книгой Закона, они наверно конфисковали его.

Вдруг Камидзё заметил, что Индекс пристально уставилась на него.

— Что… что ещё, Индекс?

— …

Индекс, немного помолчала.

— Ничего.

— А? ЧЕГО ЭТО ТЫ ТАК НЕДОВОЛЬНО ОТВОДИШЬ ГЛАЗА? ХОТЯ И НЕ ПРИЯТНО, КОГДА ТЫ КУСАЕШЬ МЕНЯ ЗА ГОЛОВУ, НО ВОТ ЭТА РЕАКЦИЯ ПОЛНАЯ ХОЛОДА, РАНИТ КУДА БОЛЬНЕЕ, ЗНАЕШЬ ЛИ!

Индекс полностью проигнорировала его вопль, и убежала прочь. Увидев происходящее, Орсола вздохнула:

— Это всё потому что ты не позаботился о ней как следует.

А ведь верно, сейчас Индекс должна была есть спагетти, счастливо слоняться по округе и оглядывая достопримечательности создавать волшебные воспоминания. Она не ожидала того, что так внезапно нахлынуло. На самом деле из них двоих именно она ждала этой поездки больше всего.

— Хотя ты и жалуешься постоянно что тебе не везёт, ты же не собираешься останавливаться так?

— … Как отец трудоголик, у которого нет родительских прав.

Корабль продолжал идти к цели.

Казалось, словно белое мягкое свечение «Флота Королевы» стало немного сильнее чем пару минут назад.

— Вы готовы ребята? Если да, то начнём.

Татемия достал из кармана джинсов перевязанный резинкой пучок бумаги.

Камидзё нахмурился.

— Что ты имеешь ввиду говоря «начнём»?

— Мы не сможем атаковать «Флот Королевы» одним кораблём. Поэтому мы увеличим количество боевых единиц, вот так.

Татемия снял резинку с пачки.

— Шух!

Он бросил бумагу прямо за борт. Бумага плавно разлетелась во все стороны, как конфете из хлопушки, а затем мягко приземлившись на чёрную поверхность моря и начала беззвучно впитывать морскую воду.

— Бум!

Бумага впитав достаточно воды набухла и превратилась в целый флот кораблей. В отличии от «Флота Королевы», мягкий дизайн этих корабликов, навевал мысли о Японии. Каждый был тридцать метров в длину и семь метров в ширину, в высоту же они были двадцать метров. Тем не менее, по сравнению со сто метровыми кораблями «Флота Королевы» они выглядели совсем маленькими.

Появились не один или два корабля, а десять. Неожиданно расширившиеся корабли тесло сдавили друг друга. Флот придавил и тот корабль на котором стоял Камидзё, отчего палубу сильно затрясло.

Камидзё в удивлении уставился на сцену перед его глазами:

— … А это разве не ещё один флот? Да тут же морская баталия развернётся. Даже если у врага «Флот Королевы» мы теперь сможем дать им бой, так?

— Ты ведь знаешь, что переоцениваешь нас? Присмотрись, этот флот не чета «Флоту Королевы». На нашем даже пушек нет.

— …

Услышав его, Камидзё понял, что на кораблях и вправду не было пушек. Корпус и мачты были изящными, но тонкими и не могли выдержать хоть какой-то урон. А раз так, значит это были обычны корабли?

— Тогда зачем ты их выставил?

— Не обязательно использовать военные корабли для морских сражений. Амакуса мирская секта, скрывающая своё существование в местной культуре. Конечно же мы изучили Английскую историю.

Татемия улыбнулся:

— Знаешь, как в прошлом Английский морской флот разгромил так называемый непобедимый Испанский флот?

===Часть 6===

Корабль номер сорок три «Флота Королевы» был разведывательным судном, специализирующемся на обнаружении врага.

Монахиня, несущая вахту, сестра Агата, вздохнула, стоя на носовой части палубы. На обоих концах корабля, баке и юте, стояли небольшие столы, на которых лежали ледяные документы. Тонкие ледяные доски имитировали древние пергаменты из козьей шкуры, на которых виднелась вся информация, от карт и морских путей до информации о кораблях.

На одном из них, прогремел сигнал тревоги.

Это был документ отображающий морскую карту близлежащих районов Адриатического моря. Снизу под отображённым «Флота Королевы», на ледяной доске он выглядел как шахматная фигура, появилось ещё множество шахматных фигурок, которые быстро нагоняли флот.

— Епископ Бьяджо!

— Вижу, мне нужны подробности.

Стоило монахине крикнуть, как в ответ из неоткуда раздался голос.

— Корабли приближаются с южного побережья Венеции, тридцать нет сорок! Скорость… очень быстрые! Пятьдесят секунд, и они достигнут нашей позиции!

Расстояние от неё до появившихся кораблей составляло пять километров, скорость около трёх сот шестидесяти километров в час. Однако была существенная разница между скорость на суше и скоростью на море потому что сопротивления воздуха и сопротивление воды сильно разнятся.

По факту такая скорость была не реальна.

Даже скоростные катера, созданные научной стороной, могли разогнаться максимум до девяноста километров в час. Чтобы разогнаться до трёхсот шестидесяти километров в час, потребовалась бы просто нереальное много лошадиных сил. Если применить такую силу, судно разорвёт на куски об воду. Но этот «враг» сделал невозможное.

— Мы можем потопить их?

— «Королева Адриатического моря» развернула корабли номер двадцать пять и тридцать восемь, они на позиции и готовы стрелять. Прежде чем эти корабли нападут на нас, мы можем сменить позиции и не дать им сбежать.

— Быстрее примите меры. Их цель «Королева Адриатического моря» мы не должны их упустить.

— Так точно!!

Прокричала Агата, передавая команду всем кораблям и прицеливаясь. На столе перед ней появилось ещё два документа с расположением «Флота Королевы» и траекторией стрельбы пушек.

Они находились на расстоянии примерно четырёх-пяти километров от флота.

— ОНИ В ПЯТИДЕСЯТИ СЕКУНДАХ ОТ НАШЕГО ФЛОТА!! ПОТОПИТЕ ИХ ПЕРВЫМИ!!

«Флот Королевы» выпустил град ядер. Агата призвала ещё несколько ледяных документов. На документе изображалось множество столбов воды, вздымающихся из ночное моря, свидетельствующих о том, что вражеские корабли тонули слева и справа.

Но корабли не останавливались. Другие лодки использовали тонущие как платформы для прыжка и перелетали опасные участки устремляясь вперёд.

«Используют передние корабли как щит…?»

У Агаты появились подозрения. Но даже подозревая, она не могла понять есть ли на этих кораблях специальная броня, или защитные заклинания. Затонувшие неприятельские корабли выглядели так словно и не пытались увернуться. Даже когда десяток из них затонул, враг не попытался спасти их.

Расстояние между ними неминуемо сокращалось.

До цели осталось всего несколько сот метров, но враг так и не сделал не единого выстрела.

«…Постойте-ка.»

Агата пристальнее изучила корабли противника на ледяном документе.

Она остолбенела. На кораблях не было пушек.

— Раз так… ВСЕМ НЕМЕДЛЕННО ПЕРЕЙТИ В ЗАЩИТНЫЙ РЕЖИМ! ЦЕЛЬ ПРОТИВНИКА…

Как только Агата отдала приказ,

Быстро приближающиеся корабли не сбавляя темп, врезались в корпуса внешних кораблей «Флота Королевы». После чего деревянные лодки начинали светится и взрывались, сила взрыва была такой, что казалось словно весь корабль был сделан из взрывчатки.

Взрывы наполнили воздух.

Море затрясло, Агата припала к штурвалу и закричала:

— ЭТО БРАНДЕРЫ — БЕСПИЛОТНЫЕ КОРАБЛИ С САМОУНИЧТОЖЕНИЕМ!!!

<center>♦</center>

Услышав взрывы, Татемия молча закрыл глаза.

— Брандеры были изобретены ещё до торпед. Вначале это было очередное плавучее морское оружие. Как правило, это были маленькие корабли, совсем как лодки. Впервые именно Английский флот в битве против непобедимого Испанского, направил гружённые порохом галеоны прям на врага.

Шокированный Камидзё проговорил:

— Значит ты планируешь прошмыгнуть к ним на борт, пока вокруг бушует хаос? Какой грубый план.

<center>♦</center>

— Сестра Агата.

— АУЧ… да… я на связи!

Слушая взрыв за взрывом, Агата ответила на вызов Бьяджо.

— Если цель врага предотвратить активацию «Королевы Адриатического флота», я думаю они не просто так атакуют нас. Должно быть что-то ещё — пошевеливайтесь и найдите противника.

Глаза Агаты забегали по документам на столе. Из-за взрывов на морских картах повсюду шли ряби и помехи, поэтому трудно было что-либо разобрать.

«Если брандеры не настоящая цель… у них должен быть другой флот. Однако…»

Она изменила масштаб с пяти на десять, а затем и на двадцать километров, но так и не нашла подходящий корабль. Было всего три крупных гражданских судна, должно быть они на одном из них.

Агата продолжала увеличивать масштаб пока её руки не остановились.

«… Стоп, а если они не на море?»

Почти все ледяные доски исчезли. Вместо их появилась несколько ледяных документов, сложенных друг на друга. Ледяной блок появившейся на столе имел длину и ширину всех вместе взятых документов. Блок показывал не длину и широту, а вертикаль глубины.

Другими словами, он показывала врагов под водой.

— Я нашла их! В восьмидесяти метрах к югу от «Флота Королевы» на глубине в сорок метров. Один крупный объект — это тот же корабль, что подобрал обломки!

<center>♦</center>

— Они засекли нас…

Татемия внезапно поднял взгляд.

Словно реагируя на его действия, Амакуса управляющие кораблям быстро отчитались.

— Мы наблюдаем за пушками вражеских кораблей. Ориентированная траектория выстрела минус тридцать градусов. Они определённо целятся под воду.

— На южной стороне вражеского флота есть движение. Похоже, они перестраиваются для внезапной атаки.

В пушечном бою, хотя и не просто, но важно получить оценку позиции врага, ведь если их обнаружат будет уже поздно. Бой на воде совсем не походил на бой в воздухе, где все движения давались с лёгкостью. На воде почти не возможно используя скорость уклоняться и уворачиваться от вражеских залпов.

Поэтому, основой ведения морского боя, было найти позицию и выстрелить, при этом не дав врагу выстрелить в ответ.

Этот настольный бой начался, ещё до того, как пушки открыли огонь.

Ожидание, будет ли противник реагировать, и если да, значит провал. Вот что такое битва умов, полная тишины.

Таким образом:

— Множество пушек нацелено на нас!

— Они отреагировали на движение. Куда быстрее чем мы ожидали! Если ничего не изменить…!!

— Хуже и быть не могло…

Сказал Татемия тихим голом.

— Все готовьтесь!! Постарайтесь не подставиться под залпы! Если нас подобьют…!!

Не успел он закончить, как взрыв перекрыл все другие звуки

<center>♦</center>

— Подтверждаю попадание! Движение противника замедлилось!

— Отлично.

Услышав слова Агаты, Бьяджо немного расслабился.

— Неужели они думали, что один и тот же трюк сработает трижды? Мы конечно же подготовили подводные пушки.

То, что он подготовил, было пушками, которые выстрелом замораживали воду. При этом корабль попавший в толстый слой льда не мог двинуться. А поскольку лёд плавает, им осталось бы лишь дождаться, пока корабль всплывёт вместе с льдом. А затем расстрелять обычными пушками, разбивая врага в щепки.

— Шестьдесят секунд до полного всплытия цели. А пока давайте позаботимся об оставшихся брандерах…

— Сестра Агата! Срочное донесение!!

Этот голос принадлежал не Агате, это была другая монахиня.

— Противник проник на корабль номер двадцать девять! Судя по оружию и заклинаниям это снова Амакуса!!

«Что?», — Агата не поверила своим ушам.

Она повернулась к документам на столе. Очередной брандер врезался в двадцать девятый корабль… но на корабле не было повреждений. Должно было сработать самоуничтожение, и в корабле должна была быть большая дыра…

Значит…

— Они подготовили лодку, которую не собирались взрывать, и отправили её на нас вперемешку с другими… а значит эта подводная лодка очередная приманка…!?

<center>♦</center>

Камидзё Тома сошёл с деревянного лодки на ледяной корабль. За ним показались, Индекс, Орсола, Лючия, Анджелина, Татемия и остальные члены Амакуса.

— Забудьте о захвате всех кораблей! Нам просто не хватит людей! Нам нужно лишь уничтожить ядро вражеского флота!

— Флагман… где «Королева Адриатического моря»?

Камидзё осмотрелся. В нескольких сотнях метров от него, плыл корабль куда больше всех остальных. Однако, между ними было примерно десять кораблей.

— Я построю мост с корабля на корабль! А вы ребята не останавливайтесь…

Татемию заглушил женский голос.

Это была радио передача.

— Всему персоналу на кораблях номер двадцать девять, тридцать два и тридцать четыре, отступайте! Если можете, прыгайте за борт! Мы затопим корабли, а затем пересоздадим заново!!

— Вот дрянь.

Чертыхнулся Татемия.

— Они снова взрывают собственные корабли!? БЫСТРЕЕ!!

Татемия подбросил в воздух несколько пачек бумаги. Бумага немедленно расширилась и превратилась в арочные мосты, соединяющие несколько ледяных кораблей.

Но прежде чем они успели добраться до ближайшего моста, повсюду загрохотали пушечные выстрелы. Ядра пока не попадали в них, но одной лишь встряски хватило чтобы Камидзё потерял равновесие.

— Воу!?

Он даже толком вскрикнуть не успел. Огромный корабль начал разваливаться на части, как комок грязи, брошенный вверх. Треснувшие ледяные стены, падали за борт поднимая столбы воды в небо.

Вода хлынула на палубу.

Тридцати метровая мачта, настолько толстая, что даже Камидзё не смог бы её обхватить обеими руками, начала накреняться, будучи подбитой пушечным ядром.

— ИНДЕКС!!

Индекс вся сжалась, когда Камидзё схватил её за руку и бросился к основанию упавшей мачты. Мачта покатилась в сторону и ненароком соединила два ледяных корабля словно мост.

Не думая, Камидзё запрыгнул на мачту.

Амакуса со своим лидером Татемией, погрузились на только что отстроенный деревянный кораблик и пустились к следующему ледяному гиганту.

Камидзё держа Индекс за руку быстро перебежал на соседний корабль. Сзади, Орсола держа в руках Посох Лотоса, двигалась за ним. Попав под вторую волну залпов, ледяной гигант начал клониться на бок, а мачта которой не долго довелось побыть мостом, погрузилась в воду.

— Тома, где остальные?

Хоть большинство Амакуса воспользовались деревянным мостом, Камидзё увидел, что несколько человек прыгнули в море. Он невольно стиснул зубы, на что Орсола стоявшая рядом сказала:

— У них есть заклинания для создания мостов и лестниц. Они знают, что справиться поэтому-то и прыгнули в воду.

Сказанное Орсолой подарило Камидзё немного надежды, и у него не было выбора кроме как поверить ей.

— Чтоб тебя! Пойдём уже и уничтожим эту чёртову «Королеву Адриатического моря» !!

В очередной раз, Камидзё направился к флагману «Флота Королевы».

Но на его пути раздались новые шаги.

Несколько монахинь выбежали на палубу и остановились словно на сцене. Как и у Лючии с Анджелиной, они носили жёлтые юбки и рукава на чёрных основах монашеских одеяний. Они очевидно были рабочими на этом корабле и похоже состояли в отряде Аньезе.

Они должны были знать зачем Камидзё и компания пришли сюда, но не сказав ни слова, они подняли своё разнообразное оружие, от мечей и топоров, до вещей, которые даже оружием нельзя было назвать, таких как библии и факелы.

Здесь были лишь монахини.

Люди известные как смотрители, тоже должны были быть на борту, но среди стоящих перед ним, Камидзё их не увидел. Возможно они оставили битву рабочим, а сами прятались. Но тактика подрыва корабля вместе с врагом, была не очень то и эффективной.

— … Вы ведь знаете, что станет с Аньезе, верно? ТАК ПОЧЕМУ БЫ ВАМ НЕ ПОМОЧЬ НАМ?!

Закричал Камидзё, но одна из монахинь покачала головой.

— Извини, но наши чувства не имеют никакого отношения к работе.

Она сказала это за всех.

— Вы точно так не думаете.

Орсола заговорила тяжёлым голосом:

— Возможно они и сами не заметили, но они именно те люди, которые признали способности Аньезе и последовали за ней. Поскольку они верят, что их лидер точно преодолеет любую преграду, они и делают то что делают. Они наверно хотят, чтобы кто-нибудь их остановил.

— …

Просто потому, что они не могли выразить всё это словами, они просили помощи по-другому. Прямо сейчас, они попали в такое положение, когда им приходиться идти против всего во что они верят и уничтожать друг друга. Поняв это Камидзё невольно сжал кулаки.

Словно бы отвечая на его выпад, несколько монахинь шагнуло вперёд.

Расстояние до человеческой стены сплошь состоящей из врагов было примерно семь метров.

И тут, что-то маленькое пролетело над головой Камидзё и устремилось к монахиням.

Сверху, на высоте в десять метров зависло колесо от кареты.

— Сестра Люч…!?

Прежде чем враг выкрикнул её имя.

— БАХ!!

Колесо разлетелось в клочья. Деревянная шрапнель не полетела в Камидзё, Орсолу и Индекс, следуя магической траектории атака устремилась вниз на врага. Это можно было считать разрушительным дождём. Монахини пытались прикрыться оружием и заклинаниями, но всю группу раскидало.

После раздался крик:

— Сюда!!

Устремив взгляд в сторону крика, Камидзё увидел Лючию и Анджелину, они попали на корабль другим путём. На краю палубы позади них виднелся мост, ведущий к следующему кораблю.

— Номер сорок один, не медленно покиньте борт! Если не успеваете, прыгайте за борт! Этот корабль тоже будет затоплен, мы восстановим его после!

Напряжение витало в воздухе, хотя Камидзё и не знал по какому принципу пронумерованы корабли, он догадывался что враг будет целить в них.

— ПОШИВЕЛИВАЙТЕСЬ!!

Закричала Лючия, поторапливая Камидзё и девушек, чтобы те как можно быстрее перешли мост. Но в эту же секунду монахини начали действовать.

Они не пытались сбежать, они преградили группе Камидзё путь к спасению.

— Шух!!

Все монахини как единый организм окружили Камидзё, Индекс и Орсолу.

— Эти… ИДИОТКИ! ЕСЛИ У ВАС СТОЛЬКО СМЕЛОСТЬ ОТЧЕГО ЖЕ ВЫ НЕ СПАСАЕТЕ АНЬЕЗЕ?

Лючия подняла руку, и разбросанные щепки потянулись к ней формируя колесо от кареты. Подхватив колесо она бросилась вперёд на монахинь.

Но прежде чем битва успела разгореться, раздался ещё одни взрыв.

— АА!?

Вскрикнул Камидзё когда его барабанные перепонки наполнились болью. Со звуком и вспышками соседние корабли обстреливали их из пушек. Ядра похоже угодили в корпус, так как палубу трясло лихорадочной дрожью.

Их накрыло вторая волна огня.

На этот раз, казалось, они намеривались уничтожить саму палубу, поскольку громкие пушечные выстрелы обрушились неистовым треском вниз.

Пушки были нацелены на Камидзё и девчонок, и чёрные дыры стволов уставились на них как глаза чудовища.

И тут:

— Поднимись, один из двенадцати учеников, сборщик налогов и смиренный слуга мага искоренителя.

Крик этот вырвался из рта Анджелины.

Четыре мешочка с золотом тут же ответили на её зов.

Красный, синий, жёлтый, зелёный. Четыре тяжёлых мешочка с крыльями врезались в соседнюю мачту словно железные кулаки. Четыре удар в основание мачты, раскололи её.

Огромный столб начал падать.

И вторая волна ядер обрушилась на него. Лед заблокировал пушечные выстрелы и разлетелся на куски, а Камидзё и девчонки были спасены Анджелиной.

Под пушечным градом ледяная мачта лопнула и посыпалась на палубу.

Куски льда полетели вниз. Хоть это были куски, но каждый был размером с холодильник.

— !!

Лючия подбросила колесо и сдетонировала его. Деревянная шрапнель встретила ледяные глыбы, но отбросила далеко не всё.

Ледяной камень, проскочивший через шрапнель, полетел на Римско-католических монахинь, монахинь, прежде называемых отряд Аньезе.

Осознав происходящее, Анджелина, всё равно бросилась вперёд к вражеской группе.

— СТОЙ… КУДА ТЕБЯ НЕСЁТ!?

Закричала удивлённая Лючия.

Анджелина пропустила мимо ушей крики монахини и подобрала мешочек с золотом. Затем она попыталась подбить оставшуюся ледяную глыбу в воздухе.

Мешочек порвался и монетки со звоном рассыпались по палубе.

Ледяная глыба, оказалась уже слишком близко.

— НАЗАД, СЕСТРА АНДЖЕЛИНА!

Закричала Лючия, Анджелине потерявшей своё оружие. Она оглянулась и увидела, что мальчик по имени Камидзё Тома бежит к Анджелине. Наверно он хотел отпихнуть её.

Но, Анджелина не отступила.

Она не только не отступила, она сделала шаг вперёд, стиснула зубы и ринулась к ближайшей монахине. Монахиня, застывшая на месте, получила толчок и упала на палубу в сторону.

Убедившись, что та в порядке, Анджелина приготовилась к удару.

Ледяная глыба размером с холодильник приземлилась рядом с ней.

От удара об палубу, глыба разлетелась на куски и осыпала всё вокруг увесистыми осколками.

— БУМ!!

Крошечное тельце Анджелины пролетело по воздуху вместе с мусором, и с глухим звуком ударилось об палубу.

— Сестра…

Лючия завопила так, словно только что увидела что-то невероятное, что-то, что не может произойти в реальном мире.

— СЕСТРА АНДЖЕЛИНА!!

Увидев, как Лючия отчаянно бросилась к распростёртому тельцу маленькой монахини, окружавшие их монахини усомнились в своих действиях. Но, затем словно бы неожиданно вспомнив зачем они тут, подняли своё оружие.

В ту же минуту:

— Боже, я только что опять увидел нечто настолько жалкое.

Татемия и Амакуса сошли с другого корабля на этот по деревянному мосту и отгородили Анджелину от других монахинь человеческой стеной. Он вытащил из кармана пачку бумаги, перевязанную резинкой и бросил её Лючие.

— Это спасательная подводная лодка. Не лучший транспорт на данный момент, его подобьют если выпустить на территории врага. Не используй сейчас, рассей бумагу среди брандеров запутай врага, это даст тебе больше шансов не попасть под выстрел!!

Лючия подбежала и схватив бумагу сунула связку в рукав. Хоть Татемия и подсказал, боевые и умственные способности отряда Аньезе не позволят ей так легко воспользоваться лазейкой. Даже если она создаст корабль, не обдумав всё как надо или запаниковав, точечный огонь пушек потопит его в миг.

Но сейчас было не до всех этих мелочей.

Лючия наклонилась к Анджелине. Увидев, как та хватает её за руку своей дрожащей рукой, Анджелина улыбнулась:

— … Сестра Лючия…твоя…рука…она…дрожит.

— КОНЕЧНО!!

— Я правда…ненавижу…всё…это. Я…не могу…здесь…умереть.

Анджелина чётко произнесла каждое слово, а затем продолжила:

— …Разве…я…не сказала…что…мы…вернёмся…все…вместе? Сестра…Аньезе…ты…и…я…и люди…сражающиеся…там…всё…мы…вместе.

Пушки невдалеке заскрипели наводясь на цель.

Третья волна атаки была готова.

Но, Лючия не отводила взгляд от Анджелины.

— Если будет так… Я… точно… не умру. Если… ты… пообещаешь… мне… кое-что… то… я… сдержу… своё… слово… до конца. Ну же… я… молю… тебя. Сестра… Лючия. Пообещай… Не… делать… различий… между… врагами… и товарищами. Можешь… ты… можешь… просто… сражаться вместе… чтобы… защитить всех…?

Лючия молча прикусила губу.

Соседний корабли сделал залп, пушки были направлены на неё.

Но тело Лючии не разорвало на куски.

Правая рука заблокировала ядро, летящее в неё.

На вид обычный парень протянул свою правую руку, и поймал ледяной шар, созданный из магии, а затем его пять пальцев напряглись и раздавили его в пыль.

— ЧЕГО ТЫ ЖДЁШЬ, ПООБЕЩАЙ ЕЙ ЛЮЧИЯ!!

Сказал он:

— Если ты не сможешь, я помогу тебе, неважно сколько иллюзий надо будет разрушить, я разрушу их все! Так что пообещай ей! Скажи хоть что-то! Пусть она почувствует, что нужна здесь! Пусть она поверит, что не просто так терпит эту боль!

— Хорошо.

Сказала Лючия.

Она посмотрела в глаза Анджелине и тихо продолжила:

— Я любой ценой защищу всех. А у тебя сейчас своя битва.

Услышав её голос, маленькая монахиня улыбнулась.

Ледяной корабль содрогнулся под градом выстрелов. Правой руки Камидзё было недостаточно чтобы блокировать все ядра. Здесь было не безопасно, на самом деле везде было не безопасно.

Лючия подняла Анджелину с палубы на руки, и встала. Теперь она не могла воспользоваться своим колесом, но похоже её это не сильно заботило. Сейчас у неё на уме было только одно, сражаться вместе несмотря на все неудобства.

Монахини сделали шаг вперёд, чтобы не дать Лючии уйти.

Но, Камидзё с девчонками и Амакуса стеной преградили им путь

И Камидзё и Лючия смотрели в одну и ту же сторону.

Несколько кораблей отделяло их от «Королевы Адриатического моря».

===Между строк 4===

«Я… всё ещё…»

В этой суматохи, с затуманенным разумом, на руках у Лючии, Анджелина продолжала думать.

«Не могу… сдаться…»

Взрыв достиг её ушей, звуки мечей и топоров скрещённых в неистовой схватке, но Анджелина по-прежнему думала всё о том же.

«Сестра Аньезе, для Церкви, сделала всё. Деньги, которые она получала за выполнение опасных миссий, она тратила на печать библий. А потом относила книги в старые и обнищалые церкви, и дарила их местным священникам, говоря, что надеется, что делает всё возможное…»

Боль от удара ледяными осколками заполняло всё её тело.

Осколки разбитой мачты ударили её по голове, и она заработала сотрясение мозга.

«Даже когда сестра Лючия не работала, она взбиралась на колокольню, и всегда была готова звоном огласить если случиться что-то ненормальное. Она всё ещё там, и прямо сейчас, колокольня стоит всё на том же месте…»

Слёзы потекли, капля за каплей.

Не из-за боли, а потому что она была недовольна, всё было не так.

«Даже у других людей, у каждого… есть внутри добро, и свои добродетели. Среди нас, точно не было… не было никого, кого можно было бы назвать плохим человеком. Так почему… почему… всё так обернулось? Я ненавижу плохих людей. Я достаточно навоевалась ради баланса добра и зла.»

Встряхнув своё израненное тело, она задумалась.

Сестра Анджелина лишь продолжила свою молитву.

«Спаси…»

Она стиснула зубы.

Слёзы текли по её щекам.

«Кто-нибудь спаси их… спаси меня… и моих драгоценных товарищей. Спаси нас всех… от это бессмысленной… и беспощадной… тьмы…)

===Примечания===
<references/>

<noinclude>
{| border="1" cellpadding="5" cellspacing="0" style="margin: 1em 1em 1em 0; background: #f9f9f9; border: 1px #aaaaaa solid; padding: 0.2em; border-collapse: collapse;"
|-
| Назад к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter3|Главе 3]]
| Вернуться на [[Toaru_Majutsu_no_Index_-_Некий_Магический_Индекс|Главную]]
| Вперёд к [[Toaru_Majutsu_no_Index ~ Russian:Volume11_Chapter5|Главе 5]]
|-
|}
</noinclude>